Текст книги ""Фантастика 2026-66". Компиляция. Книги 1-31 (СИ)"

Автор книги: Кирилл Шарапов

Вадик кивнул.

– А давно вы здесь?

– Уже пару недель, но Катя говорит, что завтра можно будет встать и частично снять бинты. Порвали меня здорово. Меня Виталлием зовут, но чаще Опером кличут.

– Вадик, – представился он. – Гриш, ну что ты? Как?

– Нормально, брательник, сказали, что уже завтра смогу ходить, а вот бегать не раньше чем через пару недель. А у тебя как дела?

– Меня некий Глеб позвал на тренировку завтра с утра, вот думаю, идти или нет?

– Иди и не думай, – вклинился в разговор Виталий. – Глеб – местная элита. Когда-то служил в спецназе, сам он не из уголовников, настоящий человек и солдат. Мне про него мой приятель Юрка рассказал.

– А вы? – спросил в лоб парень и смутился.

– Я? – усмехнулся раненый. – Я мент, правда, бывший. Я тоже преступил закон ради того, чтобы посадить таких, как те, кто сейчас пьют в холле.

– Но как же вы с ними?

– Просто, они нашли нас с Юркой, я уже порванный был, доживал последние часы. Нам помогли, позвали к себе, и оказалось, что всё, что нас делало врагами, осталось за воротами. Юрка, такой крепкий лысоватый мужик, его Ментом чаще зовут, уже влился в коллектив. Видел его?

Вадик кивнул.

– Если что понадобится, подойди к нему, он не откажет. И вообще, не бойся, местные адекватные, ублюдков тут не осталось, иначе Юрка бы не стал с ними знаться, он принципиальный. А принцип для него всё.

– Правильно Виталлий сказал, – согласился с бывшим ментом Гриша. – На тренировку иди обязательно, даже если мама будет против. Нам теперь тут жить, а какая короткая жизнь без подготовки, ты видел. Папа и остальные считали, что если они охотники и когда-то в армии служили, то не пропадут. А пропали, в первый же день пропали, – в голосе парня отчетливо сквозила печаль. И мы бы уже мертвы были, если бы не эти люди. Я тоже пойду учиться к этому Глебу, если позовёт.

– Он не всякого зовёт, – приподнимаясь на локте и беря с тумбочки пачку сигарет, усмехнулся Виталий. – Он сам отбирает людей по каким-то своим, совершенно непонятным остальным, критериям. Пока у него в группе только четыре человека, не считая его, и это учитывая, что нас тут больше двух десятков. Вот ещё тебя позвал. Правда, пока что только на тренировки по физподготовке, но будь уверен, когда переберёмся отсюда, он тобой займётся в полном объёме, если, конечно, завтра утром выживешь.

Так они говорили ещё около часа, пока кто-то не проорал на всё здание:

– Отбой.

– Беги, – посоветовал Опер. – Скоро везде вырубят свет, большой генератор на ночь отключают, только маленький работает на НП. И, кстати, завтра аккуратней, вы ещё не в курсе, но тут большая разборка с чеченами намечается, сюда пожалуют бойцы из нескольких союзных группировок. И семью свою предупреди.

Вадик кивнул, обнял брата, пожал руку Виталлия и убежал. Комнату, которую им выделили, он нашёл без труда в конце коридора на третьем этаже. Сёстры, уставшие за день, уже посапывали в своих спальниках на надувном матрасе, а мама нервно курила у окна.

– Ты где был? – накинулась она на сына. – Я спускалась вниз и не нашла там тебя. Ты что, не понимаешь, что все эти люди вокруг уголовники и убийцы?

– Вот что, мама, – неожиданно для себя резко и уверенно произнёс Вадик. – Эти люди спасли нам сегодня жизнь, привели к себе в дом, защищают нас, пальцем никого не тронули, место дали. Не советую относиться к ним, как к людям второго сорта. Они тут уже месяцы выживают, а мы едва не погибли в первый же день. Да какой день, в первые же часы! Меня завтра позвали в шесть утра на тренировку, и я пойду. В этом мире выживают только сильные. Тут правят волки! И чтобы защищать тебя и сестёр, я стану им.

Анна растеряно хлопала глазами, впервые в жизни младший сын говорил с ней так уверенно и бескомпромиссно, он просто поставил её перед фактом. Не спрашивая разрешения, сказал, что пойдёт на тренировку, и всё. И она поняла, её мальчик вырос за один день.

– Прости меня, Вадик, – она подошла к сыну и обняла, его. – Многое сегодня за день случилось. Я всё понимаю, мне просто нужно свыкнуться. Ты ещё молод, но я не буду тебя отговаривать, делай так, как считаешь правильным, сегодня ты доказал, что больше не ребёнок, ты мужчина, и имеешь права на собственные поступки. Но запомни, – её голос стал строгим, – и отвечать за них придётся как мужчине, как взрослому.

– Спасибо, мама, – обнимая женщину, произнёс Вадим. – Давай спать, мне в шесть вставать.

День выдался суетным, Офицера и Старшого отрядили с самого утра заниматься вторым Носорогом. Остальные принялись таскать добытое накануне оружие и снаряжение. Как только прицепы бронепоезда опустели, Шрам, забрав почти всех людей, поехал за остатками с ментовского склада. Крут, Наташа и Катя взяли на себя охрану форта, остальное женское население занялось стиркой. Теперь это было не так просто, никаких стиральных машин, всё вручную в тазиках, а обстирать двадцать с лишним человек – не так уж и просто.

К пяти вернулся Валера в забитом до отказу бронепоезде и заваленном под крышу Тайфуне.

– Почти все патроны вывезли, – похвастался он. – Вымотались страшно. Ещё бы одну ходку сделать.

– Некогда, – отрезал Крут, – сейчас это разгрузим, и ждём гостей, Гриб со мной уже связался, сказал, что отряды прибудут к восьми. У нас всего три часа осталось, так что, обедайте быстро, и за работу. Не стоит им светить наше богатство, союзники – союзниками, но не стоит искушать людей.

– Хм, Дима, а может, не разгружать? – предложил Валера. – Всё равно мы собираемся переезжать. Завтра не до мародёрки будет, транспорт нам не понадобится, отцепим прицепы, гружёные, вместо них фуру, что четыре дня назад приволокли, это на случай больших трофеев у чехов.

– Верно мыслишь, – обрадовался Крутов. – Так и поступим. Тогда быстро обедаем, потом цепляешь бронетрактор к восьмитоннику. Если всё нормально пройдёт с чехами, послезавтра сможем часть перевезти. А пока гостей ждём, вымыться можно, давай-ка баню установим и по шесть человек запускать будем. Воды, правда, много понадобится.

– Это не проблема, – усмехнулся Шрам, – ты ребятам скажи волшебная слово «баня», и народ наперегонки с вёдрами победит к реке. От них после двух дней таскания разит, как от скаковых лошадей, ещё немного, и женщины нас автоматами загонят в реку мыться.

– Новенький ещё на ногах? – глядя на Вадима, который с трудом выбрался из Тайфуна, увился Крут.

– Парень молоток, – похвалил того Валера, – таскал наравне с мужиками, не отлынивал, и это если учитывать, что встал на два часа раньше и продержался почти полную тренировку с Глебом и его командой. Кстати, ты заметил, что Сыр и братья стали меньше курить?

– Заметил, – усмехнулся Крут. – Они сейчас берут две пачки на троих, а раньше было три. Думаю, Глеб надавит, и они скоро совсем бросят.

– Вадик потянулся сегодня к сигарете и огрёб подзатыльник от Ирбиса, – наябедничал Шрам. – Похоже, наш барс решил взять над мальчишкой шефство.

– Пускай, это хорошо, – отмахнулся Крут. – Ладно, зови своих орлов обедать.

– Эй, вороны ощипанные, – заорал Валера, – пошли в столовку, кушать подано, садитесь жрать, пожалуйста.

К приезду гостей все были сыты и свежи после бани, причём баню решили не разбирать, а предоставить гостям. Те появились с десятиминутным опозданием на бронетракторах, В бой они, конечно, пойдут пешком, но чего зря рисковать, гуляя по забитой мутантами Москве?

Илья первым выпрыгнул из фургона, пожал руки Круту, Шраму и Глебу, причём последнему с особым уважением. А услышав от Димы волшебное слово «баня», Таймыр вообще растаял.

Вечер прошёл спокойно. После детального брифинга, который провёл Глеб, все собрались внизу за столом. Крут даже выставил некоторое количество спиртного, достаточное, чтобы нормально провести вечер, и недостаточное для того, чтобы вывести из строя людей. А сам наблюдал за пришедшими и потихоньку осознавал разницу между отрядами. Бойцы Гриба в основном держались в стороне, они меньше всего напоминали уголовников, это был полноценный боевой отряд. Люди Татарина так и не ушли от зэковских замашек, шпарили на фене, в меру задирали женщин, пошло шутили. Обитатели же «форта Крут» были нечто средним между двумя этими крайностями: бойцами они ещё не стали, но от бандитов уже отошли.

– Дима, я не могу найти дочь, – подойдя к Круту, произнесла Анна. – Вот уже минут тридцать её нет. Юля рядом с Вадиком, а Маши нигде не видно.

Крут огляделся, действительно, одной из близняшек нигде не было. Он внимательно пересчитал пришлых в команде Гриба, все на месте, а вот у Печёного не хватало одного.

– Сейчас поищем, – успокоил он женщину и направился к Шраму, Глебу и Таймыру, который сидел рядом с ними.

– Мужики, у нас проблема. И если это то, что я думаю, будет большая кровь.

– Что случилось? – мгновенно среагировал Валера.

– Пропала Маша, одна из дочек Ани, и не хватает одного и команды Печёного.

– Твою мать! – выругался Глеб. – Где они могут быть?

– Второй этаж заперт на решётки, там склады, гараж и подвал тоже. На пятом у нас пост, остаются третий и четвёртый.

– Печёного в известность ставим? – спросил Илья, бросив взгляд в сторону подручного Татарина.

– Да, – твёрдо заявил Крут. – Пускай двигает с нами, я почти уверен в том, что там происходит, нам нужен свидетель. Илья, займись.

Таймыр кивнул и через пару минут вернулся с не менее обеспокоенным Печёным.

– Крут, это тяжкое обвинение, – заметил тот.

– Я знаю, поэтому не поднимаю шума. Если он где-то дрыхнет, я извинюсь и поставлю вам пару пузырей, и золота дам. Но если он хоть пальцем тронул ребёнка, он мой.

Печёный кивнул.

– Справедливо. Пошли.

Всё оказалось прозаичней: Машу нашли на наблюдательном пункте, где она сидела рядом с Наташей, играя в куклы. А вот с человеком Печёного всё-таки вышел косяк, пока все были внизу, этот взломал склад бухла и нажрался в говно.

– Я прошу прощения, – повернулся Крут к Печёному, – но, похоже, этот утырок нажрался, – глядя на валяющегося в углу в обнимку с двумя пустыми бутылками из-под дорогого коньяка бойца, заметил Крутов. – Твой человек, тебе и решать, хотя он всё равно в полном неадеквате, его сейчас даже бить бесполезно.

Печёный какое-то время, молча, смотрел на упившегося бойца.

– Есть, где его запереть? Думаю, утром он будет с такого бодуна, что тащить его с собой, нет смысла.

– Блин, бой ещё не начался, а мы уже людей теряем, – усмехнулся Илья. – Ладно, потащили ушлёпка.

Вдвоём с Печёным они подхватили «бойца» под руки и поволокли в подвал. Там после Терека осталась свободная камера. Раньше в ней складировали какие-то ценные бумаги, а теперь она была пустая, много добра туда не запихнёшь, да и человек мог расположиться только сидя, вот и оставил её Крут на всякий случай под карцер, пригодилась. Инцидент прошёл почти незамеченным. Анна, обрадованная, унеслась за дочерью, команда Печёного поворчала, но признала правоту командиров, а к двенадцати форт затих.

– Как думаешь, всё получится? – спросила Катя, когда они вымотанные лежали в постели.

– Должно получиться, – закуривая, ответил Крутов. – Если все будут следовать плану, то выгорит. А потом мы свалим из центра, уж больно тут шумно, мутанты постоянно лезут. Да и не думаю я, что мир между различными группировками навечно, в Москве есть, что делить. Уверен, Гриб уже прикинул, как убрать Татарина, посмотрел я сегодня на его бойцов, сплошные урки, против солдат Таймыра они не потянут.

– А нам?

– А мы можем. Глеб своих поднатаскает, да и свалим мы из города. Правда, есть кое-что, что меня очень беспокоит. В городе, появилось очень много новичков. Похоже, воротники активно начали перекидывать сюда людей, причём куда попало. Со слов Анны, они чуть ли в логово прыгунов их не закинули. По ту сторону портала что-то происходит, что-то очень важное, и это отразится на нас. Ладно, давай спать, мне в шесть утра вставать, ребят проводить нужно.

Но выспаться им не дали.

– Крут, это Мальборо, двигай на НП, тут какая-то фигня творится.

– Что случилось? – мгновенно вскочив, поинтересовался Дима.

– В городе за мостом стрельба, причём такая, что кажется, будто там дивизия воюет, и крики.

– Сейчас буду, – натягивая штаны, отозвался Крут.

Через три минуты он был на наблюдательном посту. Ковбой протянул ему бинокль и указал в сторону Серпуховского вала. Крут внимательно посмотрел в указанном направлении. Высоты, конечно, не хватало, чтобы наблюдать сверху, но стрельба была слышна очень отчетливо. Потом несколько раз хлопнули гранаты, потом взрыв помощнее, причём все очереди длинные, так стреляют в панике, а не в бою.

– Фигня какая-то. Неужели кто-то решил ночью штурмануть Умарова?

Мальборо пожал плечами.

– Завтра ребята выяснят.

Крут только кивнул.

– Ладно, я спать, если что, буди. Кто внизу дежурит?

– Кубышка, пост там на втором этаже второстепенный, вот и посадил Шрам туда пончика.

– Всё, давай бди, молодец, что разбудил.

Группа вышла, как и планировали, на рассвете. Упившегося накануне пришлось оставить, он не мог даже на ногах нормально стоять, не то, что в бой идти.

Заходили тремя группами с трёх сторон. Первую вёл Печёный со стороны Серпуховского вала. Вторую – Глеб по большой Тульской. И третью – Таймыр по Холодильному переулку. Через два часа все группы вышли на исходные позиции, вот только штурмовать было некого.

– Таймыр вызывает Ирбиса, ты видишь то же, что и я?

– Скорее всего, да, – отозвался Глеб, – три трупа чехов у входа, двери сорваны взрывом.

– У меня тут сгоревшая машина, прямо у тебя за углом. Та самая, что на видео, – доложил Печёный, – там два зажаренных человека.

– Похоже, Крут не ошибся, какие-то психи штурманули ночью Рустама.

– Вот только я не вижу следов боя, – возразил Илья. – Ни тел нападавших, крови тоже нет, только та, что натекла из-под трупов. Посмотри на того мутанта, он совершенно спокойно глодает ногу мертвеца, и никто даже не шугнул?

Глеб навёл прицел на труп, возле которого тёрся какой-то не слишком большой мутант, поднял винторез и с первого же выстрела вбил пулю в башку. И ничего не произошло, текли минуты, а вокруг стояла мёртвая тишина.

– Печёный, пулемётное гнездо видишь прямо над нами?

– Вижу гнездо, Ирбис, только пустое оно, орлы улетели, и пулемёта нет.

– Старшой, Малой, Сыр, вперёд ко входу, загляните аккуратно, но внутрь не входить, – отдал приказ Глеб.

Боевая тройка, грамотно прикрывая друг друга, тронулась ко входу. Достигнув мешков с песком, они укрылись за ними, после чего Сыр заглянул за них.

– Командир, ещё один труп, две пули в грудь, одна в голову, трое на площади застрелены в спины.

– Понятно, что внутри?

Сыр посветил фонарём.

– Ни черта не видно, – доложил он, – у входа вроде тело, но отсюда не разглядеть.

– Хорошо, – переключаясь на командирский канал, сказал Глеб. – Печёный, обходи здание со своими, и давай через пожарный вход. Илья, на тебе проход через обменник, я зайду с центра. Максимальная осторожность. Начинаем через две минуты. Всё, время пошло.

– И что тут произошло? – глядя на развороченный холл в свете мощных фонарей, озадаченно спросил Илья.

– Без понятия, – не менее растеряно ответил Глеб. Сейчас внизу кроме командиров никого не было, бойцы, разбившись на пары, обшаривали здание.

– Нашли Умарова, – раздался из рации Таймыра голос одного из бойцов, – его забили бейсбольной битой, причём забил его же боец, во всяком случае, он кавказец, поскольку, кто-то другой выстрелил ему в спину.

– Фигня какая-то, – бросил Печёный. – Если я правильную картинку вижу, то выходит, что чехи съехали с катушек и воевали друг против друга.

– Юр, что думаешь? – вызвал Мента Глеб.

– Ни хрена не думаю, – отозвался тот. – Похоже, они просто покрошили друг друга. Тут везде трупы, кто с огнестрелом, кто с проломленной головой, одного вообще в куски мачете разрубили. Везде гильзы, от которых порохом воняет.

– Выживший, – закричал один из бойцов Печёного, вытаскивая из подвала человека славянской внешности.

Глеб, Печёный и Илья обступили пленника, тот был в обычной гражданской одежде, явно с чужого плеча, вместо левой руки обрубок, всё залито кровью, костяшки сбиты. Он суетно оглядывался, словно искал кого-то, а стоящих вокруг людей даже не замечал.

– Что он там бормочет? – присаживаясь рядом и прислушиваясь, спросил Глеб.

Остальные замолчали.

– … нет никого, всех убил, все мертвы, все чудовища мертвы, но завтра они снова придут. Ночь … Надо бежать, быстрее бежать. Монстры были вокруг, я всех убил.

– Похоже, он башкой поехал, – подвёл итог Илья. – Где ты его нашёл? – спросил он у бойца.

– В подвале, там сваренная из арматуры клетка, и тела, пять, может, шесть, кандалы. Закрыто было снаружи. Похоже, это он их всех убил, причём некоторые прямо разорваны с нечеловеческой силой.

– Рабский загон? – уточнил Глеб.

Боец кивнул.

– Ни черта не понимаю, – снова пробормотал Илья. – Хорошо, допустим, что чувак сбрендил и растерзал своих сокамерников. Вариант?

Все кивнули, соглашаясь.

– Но тогда тоже самое произошло и наверху. Чечены, ведь, не просто так убивали друг друга, а Крут говорил, что слышал длинные беспорядочные очереди, словно безумцы вокруг палили. Так?

– Так, – снова согласились все.

– Получается, что-то или кто-то заставил их обезуметь, – закончил за Илью Глеб.

– Именно, – кивнул Таймыр, – они все что-то видели и пытались это убить. Что с трофеями? – запросил Глеб по рации.

Посыпались доклады. Выходило, что ребята нашли тонну дизеля, кое-какое оружие и боеприпасы, медикаменты, еду, но не очень много. Нашлось и золото, видимо, в последнее время Рустам много гонял своих по мародёрке, в основном украшения.

– Короче, надо вызывать бронепоезд, загружать всё туда, разделим дома, – подвёл итог Глеб.

– Без базару, валить надо, не хочу тут оставаться, у меня мурашки по всему телу, – не скрывая настроения, признался Печёный.

– И я за, – согласился Таймыр. – Давай, Глеб, действуй, пускай все находки сносят сюда, потом разберемся.

Глеб отдал распоряжения, затем связался с Крутом, вкратце обрисовал ситуацию.

– Допроси безумца, но сюда не тащи, – приказал Крутов. – Хочешь, пристрели, хочешь, отпусти, но мне он не нужен. Транспорт выехал, ждите.

– Понял, ждём.

Глеб посмотрел на пленника, который сидел на полу, и, ухватив его за шкирку, выволок на улицу, но тот словно и не заметил этого. Он, не прекращая, бормотал про монстров, мутантов, и что он всех их убил.

– Что тут случилось? – спросил Глеб у пленника, но в ответ всё тоже бормотание про мутантов. – Хорошо, – прикинул Ирбис и начал засыпать безумного вопросами. – Как тебя зовут? Сколько тебе лет? Как долго ты здесь?

Ни одного вразумительного ответа, только на мгновение пленник пришёл в себя и чётко ответил на вопрос:

– Что ты чувствовал?

– Жар, жар в голове, а потом появились они.

Дальше снова пошёл бред про монстров. Глеб ещё несколько минут пытался раскачать мужика, но понял, что это бесполезно. У лежащего в соседнем доте из мешков трупа, он взял пистолет и выстрелил пленнику в голову. Это было гуманно.

– А бедно у нас Рустамчик жил, – глядя на едва заполненный наполовину трейлер, прокомментировал Шрам. – Как делить-то эту хрень?

Все командиры посмотрели на Крутова.

– Без понятия, – честно ответил Крут. – У кого есть предложения?

– Нам бы топливо не помешало, – бросил Печёный, – стволов и патронов хватает. Готовы уступить свою долю всего остального за половину топлива.

– У нас с топливом проблем нет, – заметил Илья, – но вот патроны пригодятся, и кое-что из медицины, она вся из-за портала. На еду не претендуем, такого добра у нас много.

– Хорошо, – решил Крут. – Печёный, ты забираешь пять столитровых бочек дизеля и часть золота на вес, устроит? И больше ни на что не претендуешь.

Помощник Татарина кивнул.

– Устроит.

– Илья, с тобой по-братски делим медицину и боеприпасы, стволы отходят нам, вам ещё треть золота.

– Без базару, – согласился Таймыр.

– Шрам, разберись, как и что.

– Сделаем, – отозвался Валера и полез в кузов.

Через два часа всё было кончено. Печёный отвалил первым, прихватив с собой протрезвевшего, но похмельного бойца. Следом загрузился Таймыр, увозя с собой около десяти ящиков с автоматными патронами и два с пулемётными и несколько коробок с медициной. Прощались тепло. Глеб и Илья даже крепко обнялись, похлопав друг друга по спине.

– Если что, знаешь, где искать, – шепнул приятелю на прощание Глеб, – будет плохо, уходи. Похоже, Москва перемелет кого угодно, Рустам это доказал.

– Бывай, спецназ, – усмехнулся в ответ Илья.

– Не хворай, десантура, – в тон ответил Глеб, и они рассмеялись.

Крут внимательно оглядел своих.

– Сбор внизу через двадцать минут. Юр, Виталику скажи. Сегодня будет разгрузочный день. Посчитаем, что имеем, а завтра начнём переезд.

Вскоре в холле собрались все обитатели, ради этого даже сняли наблюдателя с НП, Виталий прихромал, опираясь на плечо Юры. Наконец все расселись за длинным столом, почти сорок человек, не хватало только Чёрствого и его напарника Сергея.

Крутов встал так, чтобы его всем было видно и слышно. Он поднял руку, обрывая гул разговоров.

– Чуть больше месяца назад меня и ещё девять человек выкинуло в этом мире. К концу дня нас стало намного меньше. К нам присоединялись другие люди, некоторые из них погибли, некоторые сидят сейчас за этим столом. Теперь нас сорок. Мы все жители форта Крут, мы все разные. Есть те, кто в том мире были закоренелыми преступниками. Есть те, кто преступил закон, чтобы избавить его от таких, как мы. Есть жертвы системы. Есть добровольные переселенцы. Некоторые, по меркам этого мира, уже давно тут, некоторые только пришли, но уже успели завоевать уважение. Много было сделано за прошедшее время, много крови пролито. Этот банк стал нашим домом, но пришло время его покинуть. Москва слишком опасна, мы постоянно несём потери. Неподалеку от бизнес-парка Румянцево мы обнаружили небольшой частный элитный пансионат. Он не разграблен, некому было, сейчас в основном различные группы работают внутри МКАДа. Там мы будем в относительной безопасности, поскольку слово «безопасность» и данный мир не совместимы. Завтра мы начнем переброску груза и людей. Мы скопили немалые запасы, поэтому эпопея не на один день. Будут трудности, но, думаю, мы сможем их преодолеть. Теперь по поводу этого здания, поскольку мы выпотрошили не весь район, который застолбили, и здесь осталось много полезного, что мы ещё не нашли или не забрали, то было решено оставить тут дежурную группу, которая будет блюсти наши интересы. У неё останется оружие, транспорт, связь. Кто, я скажу чуть позже. Работа вахтовым методом – неделя в банке, две на базе. Итак, вопросы?

– Зачем уходить? – поинтересовался Кубышка. – Мы тут неплохо обустроились.

– Вопрос правильный. Одну причину я назвал – безопасность, в Москве слишком много агрессивных группировок, не считая мутантов. Вы все видели наших союзников, думаю, Николай Грибков уже спланировал захват базы Татарина. По нам он не ударит, мы довольно большая сила, но неорганизованная бригада Татарина станет первой жертвой. Не знаю, какой он придумал сценарий, но в любом случае Татарин власть потеряет, а Гриб усилится. Я не хочу воевать с ним тут. Кроме того, я не уверен, что вскоре политика воротников не изменится. Боюсь, мы потеряем этот канал снабжения в самое ближайшее время. Поэтому я и увожу вас туда, где мы сможем хотя бы вырастить еду самостоятельно. Ещё вопросы?

– С чего ты взял, что канал скоро прекратит работать? – озадачено поинтересовался Чёрный.

– А вот это очень важный вопрос, и вероятно ответить на него сможет Анна, но поскольку она стесняется, то я перескажу, то что она рассказала мне. Её муж работал в зоне спец назначении. Да, да, он был вертухаем, но теперь проехали и забыли. Неделю назад государство резко прекратило переправку сидельцев. Хотя, с его слов, в данной зоне ожидали отправки более двух сотен человек. Вместо этого увеличился поток добровольных переселенцев, причём их снабжение государство взяло на себя. Ну и ещё один фактор, который показался мне странным, судя по новостям, Россия сворачивает все финансово затратные проекты и просто отстраняется от большой политики, в которой у неё появились гигантские успехи, учитывая прорыв с воротами и поступление финансирования с этой стороны. Это навело меня на определенные мысли. И я пришёл к выводу, что в ближайшее время на Земле 1 должно произойти что-то глобальное.

Все ошарашено уставились на Крутова. Тот усмехнулся.

– Не спрашивайте, что конкретно, важно, что это отразится на нас. Вы заметили, как я легко сегодня расстался с золотом, добытым Глебом? Я больше чем уверен, что в ближайшие дни мы уже не сможем его обменять ни на что полезное. Поэтому я ещё четыре дня назад избавился от всех золотых активов и счетов на той стороне, купив у воротников то, что необходимо нам – еду, лекарства, оружие и боеприпасы. Всё остальное мы можем найти здесь. Если вопросов больше нет, то собрание можно считать закрытым. Завтра будет первая переброска груза, возможно, не одна. Вероятно, придётся очень много работать на конвейерной основе. Ну, а как жить дальше, будем думать чуть позже. Всё, народ, дальше дела по распорядку. Шрам, Глеб, давайте пройдёмся и посчитаем, что имеем на сегодня, и что нужно перебросить в первую очередь.

Помощники, которые и так сидели во главе стола, отошли вместе с Крутом в сторону, вырываясь из круга оживленных разговоров.