Текст книги ""Фантастика 2026-66". Компиляция. Книги 1-31 (СИ)"

Автор книги: Кирилл Шарапов

Глава 12

В манеже было пусто и безлюдно, в принципе, что и ожидалось. Это же не театральное представление, а поединок, и возможно, до смерти. Здесь дуэльный кодекс был простой – рубка на холодняке до смерти, или пока противник не сдастся и не признает поражение. Запрещалось три вещи – веды, физическая защита вроде панцирей и, как ни странно, бить в пах. Остальное, как говорится, что не запрещено, то разрешено.

Четырехдверный небольшой, но вполне изысканный «Запад», арендованный Гордом, привез их к центральному входу в манеж за десять минут до дуэли.

Наемник выбрался из-за руля и, обойдя машину, распахнул дверь Константину и Ладе. Та молча кивнула и выбралась наружу. В настроении она была прескверном, сначала она злилась из-за дуэли, но все отошло на второй план, когда она узнала о ночных похождениях Воронцова. Хорошо хоть у нее появилась хоть какая-то субординация, и орала она не так громко, не забыв закрыть двери. Так что, свидетелем разноса, учиненного ее, был только Горд, который, воздев глаза к потолку, слушал подругу и тихо охреневал. По его понятиям, после такого даже самый лояльный аристократ должен был всыпать вздорной бабе по первое число. Константин же, молча, ее выслушал, потом заявил, что идет спать, поскольку жутко устал. После этого Лада отстраненно уселась на кресло и махнула рукой.

– Я все понимаю, – тихо сказал Воронцов, обернувшись в дверях, – но по-другому не получилось. Ты же ведь заметила, что я сначала вызвал городовых, и только потом полез в пекло.

Калинина отмахнулась и обиженно уставилась в окно, и весь оставшийся день была молчалива и задумчива.

Вот и сейчас она была не в духе, только сделать ничего не могла, этот мир, с одной стороны, жесток, с другой – справедлив.

У дверей манежа их уже ждали. Распорядитель вежливо поклонился и провел их внутрь. Здание – старой постройки, еще до тьмы. Раньше это было место для увеселения знати, которая жила в Тверде. Тут был ипподром, ресторан, магазины, но сейчас все закрыто. Бега проходили раз в неделю в выходной – девятый день недели, который и назывался «неделя», то есть – нет дел. Рестораны работали на первом уровне, и там звучала музыка, магазины тоже, но Константина провели в закрытую по такому случаю часть. Когда выбирали место, барон заверил, что им там никто не помешает, и Воронцов согласился. Ему было плевать, где драться.

– Это старый дуэльный зал, – сообщил распорядитель, – кроме вас и сопровождения Грегора Южского здесь никого нет.

– Странно, что он заброшен, – заметил Воронцов.

– Ничего странного, это помещения для отдыха советников, если они приезжают на скачки, – пояснил сопровождающий. – Барон взял на себя организацию поединка и арендовал его на несколько часов.

– Тогда понятно, – произнес Константин и прошел в конец зала, скинул камзол, отложил трость, которую, как ни странно, извозчик вернул, затем на кресло отправилась кобура с «Монархом», а следом за ней револьвер, нож, ну и напоследок, жезл.

Избавившись от всего оружия, не предусмотренного правилами, Константин, следуя традиции, расстегнул блузу до пупа, так противник должен увидеть, что под одеждой нет панциря.

Барон появился следом за ним. Несмотря на дуэль, он довольно вежливо кивнул. Его сопровождал высокий человек в темном плаще, явно зачарованном, и его полная противоположность – низенький худой старичок с бляхой, на которой были изображеныпила и скрещенные кости – символ лекарей.

Барон прошел на другую сторону зала и, последовав примеру Константина, быстро скинул камзол, расстегнул блузу, продемонстрировав всем волосатую груди и приличное брюшко, и направился к центру зала.

Воронцов, кивнув Ладе, отправился следом, обязанности распорядителя выполнял длинный подручный барона.

– Не угодно ли примериться? – задал тот дежурный вопрос. Увидев два отрицательных мотания головой, он вздохнул и, поставив на пол небольшой сундучок, вытащил оттуда два браслета. – Это артефакт, блокирующий веды.

– Мне нужно сначала их осмотреть, – раздался холодный голос Лады. – Я не позволю боярину надевать чужие артефакты.

– Конечно, сударыня, – вполне доброжелательно произнес длинный, – прошу вас.

Лада быстро подошла и взяла в руки браслет, предназначающийся Воронцову, затем осмотрела руны и взглянула на него через поиск сокрытого.

– Все в порядке, Ваше сиятельство, – с небольшой издевкой произнесла Калинина, которую, кроме него, никто не заметил. – Позволите надеть его на вашу руку?

Бывший детектив закатал рукава блузы, и Лада застегнула ему на левом запястье артефакт, то же самое проделал длинный с бароном.

– Оружие к осмотру, – приказал длинный.

Грегор вытащил из ножен офицерскую шпагу. Что ж, вполне серьезное оружие, ширина клинка миллиметров двадцать, витая гарда, длинна примерно с метр.

– Яда нет, – подойдя, заверил доктор, кинув какую-то веду, которая окутала клинок зеленью и почти сразу рассеялась.

Грегор бросил на Воронцова недоуменный взгляд, не видя у того оружия. Константин подмигнул и, мысленно нащупав скьявону, материализовал ее в руке. Все, кроме Лады, вздрогнули

– Родовой меч, – пояснил Воронцов.

– Не вижу ограничений, – заявил длинный, – хоть он чуть тяжелее и длиннее, но правилами разрешено использовать оружие из списка, и скьявона в нем есть.

Лекарь, ни слова не говоря, накинул веду, и лезвие окуталось зеленью.

– Безопасно, яда и вед усиления нет, можно начинать, – провозгласил секундант. – Сударыня, прошу вас вернуться к своему спутнику.

Лада кивнула и, едва коснувшись пальцами левой руки Константина, ушла к Горду.

Длинный тоже отступил к стене и громко провозгласил:

– Зал в вашем распоряжении. Бой.

Константин отсалютовал клинком и сделал два шага назад. Он никак не мог оценить уровень противника, тот не выглядел грозным, скорее забавным. Вот только опыту у него было на девяносто девять процентов больше, чем у Воронцова, который только вчера взялся за меч.

Барон, видимо, придерживался атакующего стиля. Он сделал шаг вперед, и сталь ударила о сталь. Не было никаких хитрых ударов – укол, отвод, укол, все довольно быстро, и Константин не успевал за ним. И это было плохо. Пока он отступал, принимая удары на лезвие и отводя их в сторону, на лице барона проступила презрительная улыбка. Он усилил напор, его шпага мелькала все быстрее. Пару раз он закручивал скьявону, и та едва не вырвалась из руки. И тут Константин понял – пора. Еще немного, и он упрется в стену. На этот раз, отбив был сильнее обычного, и оружие барона отлетело в сторону, тот так привык к мягкому стилю противника, что не ожидал подобного. А Воронцов выполнил единственную связку, которую Ян вдалбливал его на протяжении десяти часов – мощный отбив, шаг вперед, разворот, шпага устремилась к цели, но только скользнула по руке этого наглого боярского выскочки. А Константин уже заканчивал свой удар, скьявона пошла горизонтально полу, барон отпрянул, так быстро, насколько мог, поэтому лезвие не перерубило ему шею, а полоснуло кончиком по горлу. Но этого было достаточно. Грегор рухнул на колени, пытаясь зажать страшную рану, кровь из которой толчками лилась ему на грудь.

– Барон ранен, – заорал длинный, – поединок закончен!

Он и лекарь рванули к Южскому, именно в этот момент тот завалился на бок и забился в конвульсиях.

Целитель попытался что-то делать, артефакт в его руке сиял зеленью, вот только видимо рана оказалась сильнее. Грегор дернулся в последний раз и замер в луже собственной крови.

– Вот теперь закончен, – произнес Воронцов и резким взмахом клинка сбросил несколько капель крови с кончика скьявоны.

– Ты ранен, – заметил Горд, подавая Константину бинт.

– Блин, новая блуза, – возмутился бывший детектив, глядя на разрезанный рукав чуть выше предплечья и кровь, залившую белую тонкую ткань.

Лада быстро разорвала тонкую материю и наложила повязку.

– Царапина, к вечеру завтрашнего дня и шрама не останется.

– Боярин? – позвал Горд.

– Говори, – махнул рукой Константин, натягивая кобуру с монархом.

– Хочу заметить, что барон вас не убил в первые несколько секунд только потому, что переоценил вас, он никак не рассчитывал нарваться на дилетанта и осторожничал.

– На то и был расчет, – усмехнулся Воронцов. – А когда он, не веря своему счастью, рванул вперед, я выполнил то, что вбивал в меня на автомате мастер Ян.

– Поздравляю, – присоединилась Юлия, – но Горд, прав, тебя не убили только чудом. Как вы, инопланетники, говорите – ты лох печальный?

Константин не выдержал и рассмеялся, все посмотрели с недоумением, а длинный осуждающе.

Константин проигнорировал этот взгляд.

– Да уж, Юлия Михайловна, нахваталась ты от нас много всякого нехорошего. Как же тебя теперь в приличное общество-то выпускать?

– Барон умер, – раздался за спиной голос секунданта, который отвлек Константина от разговора с боярышней, он был грустным и подавленным.

Воронцов обернулся и пожал плечами.

– Я печалиться не буду. В своей смерти он виноват сам, слишком длинный язык.

– Я подошел сказать, что официально дуэль закончена, вы признаны победителем. Вы удовлетворены?

– Вполне. С телом сами разберетесь или нужна помощь?

– Сами, – качнул головой длинный и ушел к лекарю, который все еще стоял над трупом.

– Ну что, поехали ужинать? Вара обещала ростбиф.

– Поехали, – заулыбалась Лада.

Стоило поединку закончиться победой Воронцова, она снова стала прежней, перестала хмуриться и ворчать.

– Боярин, – обратился к нему Горд, когда они, уже переодевшиеся, сидели за столом на втором этаже и уминали шикарный ростбиф, рецепт которого Воронцов подкинул стряпухе.

Константин оторвался от сочного куска говядины и посмотрел на наемника.

– Забыл сказать. Был гонец из совета, он привез части тварей, которые на артефакты идут, остальное кунами, почти две сотни золотых.

– Ну, мы так и договаривались, – ответил Константин, подумав, что это даже хорошо, что сюда туши не притащили, еще не хватало цех по разделке организовывать. – Куда дел?

– Все передал Ладе, мастерская ее почти готова, и пока вы спали, мы перевезли из съемной то, что наше, сюда в подвал.

– Ну и хорошо, – согласился Константин. – Лад, есть там что полезное?

– Там все полезное, – ответила Калинина, отсалютовав Воронцову бокалом полусладкого, – и очень нужное, в большинстве дорогое. Завтра займусь переработкой. Кстати, я стиралку закончила, сделала опытный образец, отдала прислуге, пусть пользуются, заодно посмотрим на качество. Примитив, конечно, но глаза Хрисы и Виты просто лучились от счастья.

– Отлично, – обрадовался Константин. – Что у тебя там еще осталось из нашего списка?

– Пылесос и кухонный комбайн, ну и блендер ручной. В принципе, стиралку и миксер можно уже регистрировать в палате и искать инвесторов.

– Можно, но рано, сначала мы запустим остальные линейки. Есть новости от Базыра?

– Да, совсем забыл, – хлопнул себя по лбу Горд, – был от него человек, он готов запустить производство, арендовал два здания, закупил материалы, нанял людей. Теперь обкатывает твою идею с конвейером для сборки. И да, завтра у вас встреча с управляющим торгового дома, я поспрашивал знакомых, и мне посоветовали грамотного человека, который недавно работал на одной из мануфактур в Волкове, вотчине боярина Волкова. Только вернулся в Тверд, ему уже дали знать, и он заинтересовался.

– Как зовут?

– Прохор Весемирович.

Константин улыбнулся.

– Хорошо, когда он придет?

– На час дня назначено.

– Я встречусь с ним. Лада, тебя попрошу тоже поприсутствовать. Нужно оценить человека. Тебе с ним работать.

Калинина равнодушно махнула рукой.

– Делай, что хочешь. Я счастлива в своем подвале. Я себе даже книжку завела, в которую записываю все, что нужно в перспективе. Иначе в голове не удержать. Кстати, какие планы у тебя на сферы? Мне нужно продолжать развивать умения, необходимые для изучения языка славов. Да и Горду не помешает пару умений вкачать.

Константин задумчиво посмотрел на своих спутников.

– Собирайтесь, – наконец, решил он, – ночью на капище пойдем, нужно и вправду улучшить, пока сферы у нас есть. Будем обнулять, так что, готовьтесь, что обратно поползем. Кроме того, меня очень интересуют те светлые пирамидки, смогу я их использовать?

– О, – помрачнела Лада, – как тогда в Горках? Ну, уж, нафиг, давай все в меру.

– Как пойдет, – улыбнулся Воронцов. – Кроме того, у меня есть подозрения, что, когда я убил в Астре отверженного, каким-то образом Беляш получил часть темной энергии. Так что, нужно еще и его качнуть.

– Да уж, ни секунды не пожалел, что встретил вас, – пробормотал Горд. – Столько со мной и за пару лет не случалось.

– Ничего, – усмехнулся боярин, – тебе это скоро надоест. Лучше позаботься о транспорте.

– Так «Запад», на котором мы в манеж ездили, еще половину суток в нашем распоряжении. Если надо, продлю, всего десять серебряных в сутки.

– Тогда продляй на неделю, – кивнул Константин, – у нас будет много разъездов. Завтра хочу съездить на левую сторону в воздушную гавань, нужно начинать искать корабль, чтобы лететь на север. Да и на производство Базыра взглянуть хочу.

– Сделаем, Константин Андреевич, – заверил его Горд. – Когда на капище поедем?

– Часа в два ночи, пусть город угомонится, нечего любопытным совать нос в наши дела.

– Ну, тогда мы вас оставим, – поднимаясь и подавая руку Ладе, произнес Подземник.

Калинина с удивлением поставила бокал на стол и, изогнув бровь, посмотрела на наемника. Потом все же подала ему руку и поднялась.

– Пожалуй, я соглашусь с Гордом. У нас есть более интересное занятие, чем застольные беседы.

Константин только хмыкнул и тоже поднялся.

– А я пойду немного вздремну. Встречаемся внизу полвторого. Не проспите.

Лада подмигнула и, взяв своего кавалера под локоть, гордо удалилась.

– А вы не хотите горячую ванну, Ваша светлость? – предложила Юлия.

– А почему бы и нет, боярышня? – согласился Воронцов. – Все же хорошо, что тут есть подобие цивилизации, горячая вода и канализация. Плохо, что без телевизора и радио.

– Изобрети, – предложила боярышня.

– Может быть, потом, – улыбнулся Константин, открывая кран с горячей водой, котел для нагрева которой расположился в небольшой комнатке в подвале.

Юлия возникла перед ним в своем роскошном платье. Затем избавилась от него, оставшись голышом, подошла и обняла бывшего детектива своими прохладными, совсем не человеческой температуры, руками. Положила голову на плечо и стояла так несколько секунд. Потом отпрянула, посмотрев в глаза Константина, и тихо прошептала:

– Ты мой, никому тебя не отдам.

Константин поцеловал ее в лоб и прижал к себе. В отличие от Юлии, он не был уверен, что после того, как она вернется в свое тело, все останется так, как сейчас. Он кое-что успел узнать о роде Рысевых, дед-ведун был очень жестким человеком, помешанным на величии рода и улучшении породы. И пришлый голодранец, пусть и боярин, но без рода, безродный, можно сказать, в картину мира Николая Олеговича не вписывался.

Ванная, пока они стояли в обнимку, набралась наполовину, и Константин забрался в изящное корыто. Юлия же, немного постояв у него за спиной, размяла ему плечи, и уже собиралась забраться следом, когда дверь тихонько приоткрылась, и в комнату впорхнула одна из служанок.

– Ваше сиятельство, а вам спинку не поте…, – начала она и застыла с открытым ртом, разглядывая, неизвестно откуда взявшуюся красноволосую голую девицу.

– Вон отсюда, – с аристократическим пренебрежением рявкнула Юлия, и Хрису, как ветром сдуло. – У тебя совершенно беспардонная прислуга, – устраиваясь напротив, возмущенно произнесла боярышня.

– Ага, – хмыкнул Константин. – Хотела сделать девочка приятное хозяину, набралась смелости, а тут какая-то незнакомая девица, неизвестно как попавшая в дом…

Юлия улыбнулась.

– Ничего, пусть привыкают, я планирую сюда вернуться, как хозяйка.

Константин на это только кивнул, а сам подумал, что это маловероятно, как бы ему самому этого не хотелось. Но сейчас думать об этом было не с руки, и он притянул боярышню к себе, обхватив ее под водой за талию, и поцеловал.

Когда он спустился в приемный зал, Горд и Лада уже его ждали. Они улыбались, и старались не засмеяться, глядя на Никанора и двух охранников, которые мрачно смотрели на Константина и явно чего-то хотели.

– Сава, Дрозд, – поприветствовал их Воронцов, – если у вас ко мне дело, то излагайте быстрее, мы торопимся.

– Ваше сиятельство, до нас довели, что в доме посторонняя, и нам бы хотелось знать, как вам удалось обойти охранный артефакт, и зачарование, которое даже тараканов, если бы таковые были, смогло бы засечь. Если не исправить брешь в защите, мы не сможем гарантировать вашу безопасность.

– Успокойся, Дрозд, ваш артефакт работает без сбоев, никаких посторонних в доме не появлялось, никаких секретных ходов и шапок-невидимок. Женщина, которую увидела Хриса, была в этом доме всегда, и появилась тут вместе со мной. Юлия, покажись.

Дрозд, Савва и Никанор вздрогнули, когда прямо перед ними из туманного облака вышла фривольно одетая женщина с ярко-алыми волосами. Она подмигнула стражам.

– Знакомьтесь, – улыбнулся Константин, глядя, как вытянулись лица присутствующих, исключая Ладу и Горда, которые уже были знакомы с пленницей перстня. – Боярышня Рысева, временно пребывает в артефактом кольце. Моя спутница.

Юлия одарила всех очаровательной улыбкой и исчезала так же, как и появилась.

– Все, что вы сейчас увидели, тайна, – вперив взгляд в наемников и Никанора, строго произнес Воронцов, – поэтому я требую клятвы, что вы никогда и нигде не упомяните о ней, пока я не разрешу.

– Мы и так не можем разглашать, что происходит в этом доме, – заметил ключник. – Вы так хитро составили клятву, что я и дочери не могу рассказать, причем, даже если я уйду, все равно не смогу.

Константин кивнул.

– А теперь, Дрозд, ты поедешь с нами. Пока мы будем шарахаться по городу, ты посидишь в машине.

– Так точно, – рявкнул черноглазый и смуглый наемник и поправил «Монарх» в кобуре.

– Не ори, – попросил его Константин. – Давай, подгоняй машину к центральному входу, за рулем поедешь.

Дрозд кивнул и вышел.

К месту силы добрались довольно быстро, машину остановили чуть дальше по улице.

– Ждешь нас, из машины ни шагу, – проинструктировал наемника Константин, – только, если покурить. Возможно, обратно мы будем возвращаться с проблемами. Если пришлю прислужника, подъедешь к капищу.

Дрозд кивнул.

– Все будет в порядке ваше сиятельство.

– Здравствуй, Черный Вран, здравствуй, Белая Ладия, – поприветствовал их Страж.

Горд же просто стоял и ждал, видимо, он ничего не слышал.

– Здравствуй, Страж, – ответил Константин. – Нам нужно на второй план.

– Я вижу сферы тьмы и пирамиды света, и даже серый огонь из одержимого. Не ожидал. Жалко, конечно, что их не так уж и много.

– Ну, сколько есть, – хмыкнул Константин в ответ на предъяву. – Не так уж и просто они добываются. Лада, рисуй защиту Подземнику и себе, я жду вас.

Константин оглянулся на город, место силы, как обычно, располагалось на возвышении – специальная площадь с курганом между набережной и домами. Странное дело, а ведь Константин сколько раз не был тут, ни разу не видел рядом ни людей, ни ведунов.

– Раньше возле каждого места жил волхв, который следил за ним, оберегал, общался с людьми, говорил с богами. Но их не осталось, восстание черных волхвов погубило их. Хотя несколько уцелело и теперь живут далеко в северных пустошах и иногда приходят поговорить с хранителями.

– А люди?

– А люди приходят сюда все реже, только по большим праздникам. Боги прекратили слушать их жалобы, они отстранились, хотя и приглядывают, вот и люди ответили им тем же. Не все, конечно, но большинство.

– Знакомо, – хмыкнул Константин. – Пирамиды света и сфера из одержимого мне использовать так же?

– Да, это такой же сосуд для энергии, – подтвердил Страж. – Только сферу одержимого советую использовать первой и на Ладе. Она даст наибольший эффект именно с ней. А пирамидки лучше всего подойдут твоему прислужнику.

– А не жирно будет ему, аж семь штук? – усмехнулся Воронцов.

– А разве он бесполезен? – возразил хранитель. – Чем сильнее он будет, тем тебе лучше и безопасней. Я слышал отголоски ритуала и твоего боя. Ты избавил Тверд от большой беды. Ладно, тебе пора, твои спутники уже готовы, но все еще впереди.

– А я один, – прокомментировал Воронцов, – не слишком ли большую ношу на меня взвалили боги?

– Да, она тяжела, – согласился Страж, – но выбора у тебя нет.

– Ага, пищи, но беги. Ладно, спасибо за беседу, пошел я.

– Иди, потом еще поговорим.

Константин взял Горда и Ладу за руки и, задрав голову, нашел границу второго плана. Работы предстояло много.

– Лада, ты первая, продолжаем давить на изучение старого языка. Понимаю, что тебе нужно много всего, но сейчас, возможно, нет ничего важнее, чем разобрать заметки из Беловодья.

Калинина кивнула и, открыв свое колесо умений, коснулась плеча Воронцова.

– Приготовься, – демонстрируя ей большую сферу из отверженного, – тряхнуть может смачно. Готова?

Лада решительно сверкнула яркими фиолетовыми глазами.

– Делай.

– Поехали, – и Константин сжал в кулаке серый шар.

То, что Ладу тряхнуло, это слабо сказано. Прилетело ей, как шокером. Ноги подогнулись, и она рухнула на колени, но сразу же в колесе засияла куча звездочек-умений, которые возможно изучить.

Горд подскочил к ней, собираясь поднять, но она его оттолкнула, не любила она демонстрировать свою слабость. Лада рывком встала на ноги, пошатнулась, но устояла.

– Я в порядке, – сквозь зубы произнесла она, и Горд отступил в сторону.

– Не зря хоть мучилась? – поинтересовался Константин.

– Не зря. Эта тварь стольких убила, столько энергии накопила. Ладно, сейчас я займусь изучением, сначала второй уровень энергетического всплеска. Смогу раз в два дня использовать.

– Давай, – согласился Воронцов, – нам скоро потребуется много артефактов.

Лада кивнула и, протянув руку, схватила звездочку. Вспышка в кулаке, и вот она улетела обратно.

– Теперь в копилку к языку славов. Хотя, столько всего нужно выучить для изготовления артефактов. Но сразу и все – нельзя.

– Давай, сколько можно, – решил Константин.

Лада протянула руку и ухватила звездочку памяти, повышая ее до второго уровня. Вспышка, и она вернулась обратно, но она ухватила ее снова, и получила третий. Почти сразу погасли звездочки, которым не хватило энергии, в основном третий уровень. Но и так серый шар перекрыл все негативные ощущения по его добыче.

– Теперь осознание – умение, способствующее восприятию и усвоению какой-либо информации, имеющей значимую ценность, – прокомментировала Лада. – Тоже минимум два уровня.

Горд округлившимися глазами смотрел на них, видимо, он столько умений отродясь не видел. Ему самому повезло использовать одну сферу, и то из трофеев.

– Делай, – разрешил Константин. – Я вижу, это умение – один из краеугольных камней артефакторики, познание предметов, изучение рун и многое другое от него тянется, так что, не напрасно.

Калинина вытянула руку и ухватила звездочку умения. Короткая вспышка, и вот оно погасло, вернувшись на место. А вместе с ним тут же «обесточилось» остальное колесо. Больше ни на что энергии из сферы отверженного не хватило.

– Неплохо, – произнесла Лада, изучая оставшиеся необходимые умения. – Шесть сфер на второе осознание. Еще восемь на первое «слово слава», и затем шестнадцать на второе.

– Итого тридцать, – присвистнул Горд. – Да где ж столько взять-то?

– Поохочусь, и найду, – махнул рукой Воронцов. – Лад, эта сфера, сколько закрыла сейчас?

– Шестнадцать ровно. Мне нужно отдохнуть, займись парнем. Да уж, тряхануло смачно.

Она, шатаясь, отступила в сторону и рухнула в кресло, которое создал для нее хранитель.

Константин тронул Горда за плечо.

– Не беспокойся, с ней все будет в порядке, но утром лучше держать рядом кувшин воды и много еды. А теперь давай тобой займемся. Знаешь, что делать?

Тот помотал головой.

– Ничего, научим, – улыбнулся боярин. – В общем, слушай, представь свои умения…