Текст книги "Матабар XI (СИ)"

Автор книги: Кирилл Клеванский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 38 страниц)

Глава 193

Вблизи, без прошлого наносного камуфляжа, данный человек выглядел вполне… по-человечески, если так можно выразиться. На его лбу пролегали глубокие складки, оставленные годами бесконечной тревоги и явно не самой спокойной работы. Над губой белел шрам, оставленный неумелой, сделанной подручными средствами, операцией по сшиванию заячьей губы.

Сама же кожа весьма узкого, заостренного лица выглядела одновременно серой и словно дубленой, будто бы Протовский, в свое время, проводил часы не в костюме и кабинете посреди Метрополии, а где-то на фермах среди бесконечных равнин и степей центральной части Империи.

У него были даже с виду сильные, жилистые руки, чуть узловатые пальцы и обманчиво ленивый взгляд, где, под покровами показной любезности и доброжелательности, пряталось что-то столь же острое, сколько и ядовитое.

Протовский убрал ладонь в заплечную сумку, которую принес с собой, и Ардан на мгновение напрягся. Без магии и под воздействием вшитых в него средств Дагдага у него не имелось никакого шанса против двух мутантов и незнакомца. Что касательно прочих приспособлений, выданных ему Черным Домом, то у Арда остались разве что часы с «секретом» и устройство, спрятанное в туфлях. Все остальное, из-за погони и тех лохмотьев, в которых лежал в данный момент Ардан, оказалось утеряно. Что тоже не сильно скрашивало обстановку.

Так что, при случае, все, на что мог уповать Ард, так это на то, что привычка прыгать в окна его не подведет, а еще, что он сможет перескочить из-за перепада высот улицу с набережной и сигануть в Ньюву. Вряд ли он переживет падение с шестого этажа в текущем состоянии. Ну или, даже если и переживет, то сумеет уйти достаточно далеко, чтобы уже спустя несколько минут его не прибили.

– Не переживайте, господин Алвааилил, – Протовский позволил себе не менее острую, чем его глаза, улыбку. – На данный момент ничего страшного не происходит. Позволите?

– Прошу, – стараясь придать лицу максимально отстраненное выражение, Ардан сдержанно кивнул.

Протовский смерил его немного странным взглядом, после чего вытащил на свет старинный артефакт. Крупную речную жемчужину, закрепленную внутри лапы ворона. Старая, высушенная до состояния хвороста, она все еще блестела черными, почти железными когтями, с вырезанными на них символами языка Фае, держащими ту самую жемчужину.

– По вашему взгляду вижу, что вы знаете, что это такое, господин Алвааилил.

Ардан снова кивнул.

– Onae’Emorianeae, – произнес Арди на языке Фае. – Дословного перевода нет, но это Око Правды.

– Совершенно верно и, благодарю, что просветили пусть и весьма надежных, но не очень образованных лиц, – Протовский метнул неприязненный взгляд в сторону Статского с Ловсли, на что те ответили неприкрытым презрением. Видимо, Нарихман, как и все прочие организации, в точно такой же манере страдали от внутренних распрей. – Как вам известно, как только Око Правды почувствует прикосновение живого тепла… – Протовский прикоснулся к жемчужине и… ничего не произошло. – … как в тот же миг сможет распознать ложь на расстоянии в десять шагов. К примеру… мое имя, Норман Протовский.

В то же мгновение внутри жемчужины, зажатой когтистой лапой, заклубился красный туман. Да, разумеется, имя, которым представился незнакомец, являлось фальшивым. Что, непосредственно, и продемонстрировала жемчужина.

Старый, хотя, скорее даже, древний артефакт. Его способны были создавать не только Эан’Хане, но и Говорящие, находящиеся где-то посередине пути к столь высокому званию в искусстве. Он не требовал никаких особенных усилий и служил чем-то вроде «Ведьминого Взгляда на выгуле». Зачем Эан’Хане и Говорящим, и так способным скользить по граням чужого разума, Око Правды?

Для того, чтобы выдать своим слугам и делегировать столь удушливый и скучный процесс, как, к примеру, допрос пленных Галессцев. Так что, данное устройство…

– Представьтесь, пожалуйста, – в приказном тоне потребовал господин Протовский.

– Меня зовут Алвааилил, родом из Северных Лесов, наследников границ Эльфийских Княжеств Короля Эктаса, – без запинки произнес Ардан.

Мгновение, другое, и внутри Ока Правды так и не появилось никакого тумана.

Так что данное устройство весьма и весьма бесполезно, если провести с ним хотя бы несколько недель занятий. Оно не могло считать правду, как таковую, а лишь восприятие ее говорившим. А в данный момент никакого Ардана в кабинете не было. Даже, в некотором смысле, физически. Благодаря стараниям Дагдага, здесь действительно остался лишь Алвааилил.

Так что, благодаря играм со Скасти, который обучал Арда искусству говорить правду в том виде, в котором ее подразумевали Фае, Око Правды (сделанное для их игр Атта’нха) уже давно выглядело для Арда не более чем смешной игрушкой.

Протовский переставил Око на стол между ними, ровно посередине, будто кинул на кон новую фишку. Придвинул стул, уселся поудобнее, уложил трость поперек колен и скрестил на ней жилистые руки.

– Правила простые, господин Алвааилил. Вопросы я задаю короткие. Вы отвечаете такими же короткими… ответами. Молчание дольше секунды точно так же считается ответом, и, поверьте, самым плохим из возможных. Поняли?

– Понял, – коротко ответил Ард.

– Прекрасно, – чуть дернулись уголки губ Протовского.

Мутанты устроились у стены. Ловсли, по обыкновению, потянул носом и принялся разглядывать шкаф с бумагами так, будто собирался и его обнюхать. Статский изучал усы Протовского с интересом энтомолога, наткнувшегося на редкий экземпляр. Жемчужина в вороньей лапе выглядела чуть розовой в свете Лей-ламп, и Ардан невольно подумал, что короткие ответы Фае любили больше всего на свете. Длинные слова лгут сами, даже если ты того и не хотел.

– Откуда вы родом? – задал первый вопрос представитель Нарихман, причем явно из «офицерского» состава.

– Я вырос там, где снег по пояс и лес до горизонта.

Протовский не сводил с него глаз, но Ардан смотрел только на жемчужину. Та осталась чистой.

– Уточнение – это Северные Леса?

– Да, эти леса на севере, – пожал плечами Ардан.

Алькадские леса действительно на севере, как и сама Алькада. Ардан ни в чем не соврал, так что и жемчужина осталась молчать.

– Сколько вам лет?

– Меньше, чем дают любому эльфу.

– Будьте точнее, Алвааилил, – с нажимом потребовал Протовский.

– Двадцать лет, – так же спокойно, как и всегда, ответил Ард.

Туман в Оке вновь не появился. Все дело в том, что в силу культурных особенностей, а так же весьма скудной репродуктивной функции, эльфы вели отсчет своей жизни со дня зачатия. А порой даже еще раньше – с момента, как родители договорились, что будут пытаться дать потомство.

У подобной практики действительно имелась очень длинная историческая подоплека и, действительно, весьма печальная и, в то же время, красивая культурная обертка. Ардан, будучи маленьким, порой любил читать истории о родителях в эльфийских эпосах. Зачастую, на десять историй, четыре, а то и все пять, отводились родительскому подвигу.

Протовский чуть прищурился, и складки на его лбу пролегли чуть глубже, чем прежде.

– Кто ваши родители и семья?

– Довольно странно спрашивать, кто родители эльфа, господин Протовский. Я рос среди тех, кто дал мне жизнь, но моя семья леса, тянущиеся до горизонта, и реки, уходящие в небо, озера и облака, звери и травы, птицы и ветер, и все, кто окружал мой путь по тропам Спящих Духов. Они мой дом и моя семья.

Пауза немного затянулась. Арду пришлось нарушить правило Скасти и сказать больше слов, чем требовалось. Собственно, Протовский, видимо, тоже решал, хочет ли он потребовать сокращения словесного потока или ему достаточно.

В любом случае, Ардан ответил так, как ответил бы любой эльф.

Он держал лицо все той же бесстрастной маской, контролировал дыхание и думал о Шайи, о ее письме, о Келли под днищем машины, о Кене, изображающей взрослую даму. Он действительно говорил правду, пусть в этой комнате лишь он один ее и видел.

– Леса, тянущиеся до горизонта, – вполголоса сообщил Ловсли Статскому. – Эльфы и их страсть к поэзии… и чего особенного в бескрайних лесах? Вон, в Пригорной их тоже достаточно.

– В Предгорной.

– Господа, – не оборачиваясь, одернул Протовский.

Господа умолкли.

– Где вы учились магии? – «офицер» Нарихман вновь повернулся к допрашиваемому.

– Меня учила ведьма, которая целыми поколениями обучала в наших лесах всех, способных к искусству.

– Меня интересует Звездная магия, – уточнил Протовский.

– По книге, которая досталась мне в наследство от родственника. Она устарела почти на полтысячи лет, так что особого толка от нее не было.

Протовский пару мгновений ждал реакции от жемчужины, после чего слегка дернул усами, чем напомнил рассерженную крысу.

– Я просил вас отвечать короткими фразами, Алвааилил, – напомнил Протовский.

– Тогда задавайте вопросы, на которые так можно ответить.

Мутанты у стены присвистнули и с уважением кивнули сперва друг другу, а затем Арду.

– Считайте, что я только что перелистнул газетную страницу, – огрызнулся Протовский. – Кто привез вас в Метрополию?

– Никто. Приехал сам. В широкополой шляпе, с одним чемоданом.

Что, точно так же, являлось абсолютной правдой. Никто не вез Арда в Метрополию. Стоя на собственных ногах, но куда чаще сидя на собственной заднице или лежа на спине, он ехал то в седле, то в дилижансе, то в поезде. Так что, исходя из трактовки вопроса Протовского, «никто не привозил Арда» в столицу, потому что подобное подразумевало бы акт непосредственного действия.

То есть – поднять на руки и привезти.

Забавным образом, Бажен довольно часто недоумевал, почему Ардан, обученный Скасти, не особо выделялся на занятиях по Юриспруденции. Что, в целом, объяснялось некоторой разницей между умением словесной пикировки и знанием законов.

Жемчужина, разумеется, осталась спокойной, а Протовский что-то черкнул в блокноте, лежавшем на колене рядом с тростью.

– Вы делали бомбы?

Ардан немедленно вспомнил, как взрывал решетку в Ларандском монастыре, после чего еще и поднял на воздух саму лабораторию Дрибы.

– Да.

– Вы убивали людей?

Ардан поежился.

– Да.

– Вы испытывали по этому поводу удовольствие?

Может, если бы они встретились с Протовским до похищения Тесс Фатийскими диверсантами, Арду пришлось бы сильно постараться, чтобы выкрутиться из сетей данного вопроса. Но на текущий момент, учитывая, что между удовольствием и удовлетворением, фактически, нет разницы, он ответил короткое и простое:

– Да.

Хотя… для пущей уверенности в спокойствии жемчужины, Ардан вспомнил Конгресс, зиму и то, что он сотворил с ученицей Дрибы после того, как увидел содержание перехваченных от предателя Тазидахиана и Кукловодов документов.

– О вас нет сведений в Конклаве больше базового минимума. Как вы это объясните?

– Мне безразличен Конклав и я не веду с ними никаких общих дел, – не задумываясь, ответил Ард. – Они не более чем пешки в руках Короны.

Секунду они смотрели друг на друга. Потом Протовский снова опустил взгляд и сделал в блокноте короткую пометку. Жемчужина, разумеется, все так же не спешила вновь демонстрировать туман.

– Вы служите во второй канцелярии?

Вот он. Вопрос, ради которого, судя по всему, и ставили на стол воронью лапу. Ардан смотрел на жемчужину и пусть и не слышал, но предполагал, как ровно, чуть быстрее обычного, стучит сердце Протовского. «Нет», и жемчужина зальется красным прежде, чем он закроет свой рот. «Да», и она останется чистой, но весьма недолго, потому как следующим, что прольется в этой комнате, будет его кровь.

Фае в таких случаях отвечали на вопрос, который сами же себе и задавали, чтобы…

– Вы серьезно? Черный Дом сегодня стрелял в меня, – возмутился Ардан. – За нами мчались три автомобиля. Спросите у ваших собственных людей, как это выглядело.

– К слову, выглядело весьма красиво, – подтвердил от стены Статский. – Особенно когда эльф отправил к Вечным Ангелам одного из…

– Это не ответ, – перебил Протовский и даже бровью не повел. – Да или нет, господин Алвааилил.

… чтобы затем спрашивающий немного оступился, открыв заслонку в, казалось бы, уже схлопнувшейся ловушке.

– Алвааилил, сын Эалвааилила и Оулиилы, Черному Дому не служил, не служит и служить не будет, клянусь Путями Предков и всем прошлым, настоящим и будущим, свободных эльфов Северных Лесов.

Жемчужина осталась розовой.

– А вы Алвааилил? – вкрадчиво уточнил Протовский.

– Вечные Ангелы, Протовский! – воскликнул Джейкоб. – Мы уже проверяли и его кровь, и глаза и все, что только можно, пока он тут в отключке валялся. Перед нами эльф!

Дагдаг предупреждал, что в руках хорошего специалиста сыворотка не выдержит проверку, но, в тот же момент, сделал оговорку, что для проверки такого рода потребуется сложное оборудование. Которого, разумеется, здесь, к счастью Арда, не было и не могло быть.

– Я Алвааилил.

Никакого тумана. Это они уже проходили в самом начале. В данный момент Ард являлся, по всем признакам, Алвааилилом.

– Во что вы верите? – Протовский сменил направление разговора так же резко, как и тогда на трамвайной остановке, перелистывая газету.

Во что он верит? Может быть, Протовский, когда в нем просыпалась совесть, если такая вообще существовала у монстров Нарихман, наведывался в ту же церковь, где поженились Пламена с Дином, Ард с Тесс и где затем Приводили к Свету дочь Бориса с Еленой?

– Не знаю, – только и ответил Ард.

Жемчужина не дрогнула.

Протовский долго смотрел на Око. Будто ждал, что оно передумает.

– У нас с ним весь день такое, – Статский зевнул, прикрыв рот ладонью. – Говорит мало, но хоть стреляет метко.

– Водит только паршиво, – напомнил Ловсли. – Я думал, мы даже половины пути до входа не дотянем.

– Да, я даже успел пожалеть, что так и не попробовал Пригорную свинину.

– Ты же говоришь, что она паршивая.

– Если выбирать из Пригорной и Северной, то, конечно, я выберу Северную, – цокнул Джейкоб.

– Ну так что тебе мешало взять и заказать Пригорную?

– То, Степан, что в меню всегда есть выбор! Никогда еще не оказывался в заведении, где была бы только Пригорная свинина и никакой другой.

– Мхмф, – неопределенно протянул Ловсли. – Проклятье, вынужден признать, Джейкоб, что это охренеть как логично звучит. Пусть и тупо.

– Не уверен, Степан, что тупость и логичность могут соседствовать в одном предложении.

– Это было два предложения.

– Только потому, что ты разделил их интонационно. В любом другом случае, по правилам Галесского, их можно было объединить в одно.

– Точно так же, как тебе «можно было» взять и выбрать Пригорную свинину…

Протовский пропустил их перепалку мимо ушей и перевернул страницу блокнота.

– Сегодня в квартире бухгалтера вы сожгли людей?

– Да, двоих.

Ардан не очень понимал сути вопроса, учитывая, что это видели мутанты.

– За что?

Ах, вот оно что… кажется, Протовский начал теряться в нити допроса и пытался ухватиться хоть за что-то. Возможно, нутро или паранойя, достойная Йонатана Корносского, сыграли с ним злую шутку и не давали поверить в то, что Ард являлся тем, за кого он себя выдавал (Спящие Духи, если начать считать второе, третье и любое последующее дно данной фразы, то можно достичь бесконечности). Но в него даже Черный Дом стрелял, ранил и почти убил! Что обязано было наглядно продемонстр…

Ард едва не поперхнулся. Так вот в чем была суть произошедшего! Милар и Полковник просто выдали ему чуть больше легитимности, чем хотел бы сам Ард. Но, с другой стороны, нельзя сказать, что все произошедшее было бесполезно.

Скорее даже наоборот.

Жаль, что не предупредили. Впрочем, тогда бы от операции точно толку не было.

– За то, что они делали с маленькими девочками.

Может быть, Протовский ждал, что Ард ответит не «девочками», а «эльфийками»? Хотел поймать его на банальной оговорке. Не ради тумана в жемчужине, а просто чтобы подтвердить резонность своего чутья, которое, к слову, его не подводило.

Ардан так ничего и не почувствовал. Ни стыда, ни удовлетворения, ни даже того холодка, что прошел по спине минуту назад. Озвученные слова ничего для него не значили. Если бы этих двоих, вместе с их папашей, доставили бы на суд, их все равно бы ждал расстрел.

– Вы стреляли по Плащам?

– Стрелял и попал.

– Попал это мягко сказано! – не выдержал Статский. – Тот «Деркс» чуть на крышу небоскреба не улетел и едва полулицы не похоронил. Гребаные бомбисты, Протовский! Я же говорил, что терпеть не могу работать с отморозками. Почему ты выписал его именно нам?

– Подтверждаю первую часть заявления, – вздернул указательный палец Ловсли. – Казенный ублюдок действительно красиво летел.

– Вы хотели попасть? – Протовский не обернулся.

Пожалуй, с точки зрения Протовского, весьма каверзный вопрос, способный вывести предполагаемого сотрудника второй канцелярии на чистую воду. Хотел ли он попасть… куда? В своих коллег? Нет, разумеется! В прохожих? Тоже нет! В других случайных водителей, оказавшихся на проспекте в неудачный момент? Конечно же нет.

Но все это, парадоксальным образом, складывалось так, что Ард действительно истово хотел попасть. Попасть в автомобиль и при этом не причинить никому вреда. Так что он ответил честно:

– От чистого сердца и всей души, да, я хотел попасть, – произнес он.

Чисто.

Протовский закрыл блокнот, помассировал брови и вдруг резко вскинул взгляд обратно к лицу Арда.

– У вас есть женщина?

Ардан мысленно скрипнул зубами. Увы, наука Скасти не всегда позволяла прятаться за витриной с надписью «Алвааилил». В жизни существовали такие вещи, которые не сдержишь и не опишешь разумом. Вопрос Протовского относился именно к их когорте.

Сколько бы Ард ни убеждал себя в том, что он Алвааилил, но вопрос касательно Тесс есть вопрос касательно Тесс. Как и многие другие, касавшиеся чувств, а не разума. Он не мог ответить иначе.

– Да.

– Какой она расы?

– Человек.

Бровь Протовского поползла вверх. Мутанты у стены тоже оживились и перестали в своей традиционной манере обсуждать какие-то глупости.

– Не понимаю причины вашего удивления, господа, – ровно произнес Ардан. – Я сказал, что у меня есть человеческая женщина, а не то, что я испытываю любовь ко всему их роду.

Жемчужина так и не дрогнула.

– Вы ненавидите людей?

– Нельзя ненавидеть что-то или кого-то на постоянной основе, господин Протовский. Вы задаете вопрос, на который я заранее обману Око, – уточнил Ардан. – Но да, порой я ненавижу людей. И, в своем детстве, я и вовсе не знал по отношению к ним ничего, кроме ненависти.

Тумана не появилось, а Ардан мысленно представил, как Скасти бы одобрительно хмыкнул. Если, порой, Арду удавалось вывернуться из словесных ловушек Духа Хранителя стай Матабар, то Протовский, несмотря на все свои навыки, не представлял какой-то особенно серьезной угрозы.

– Меня?

Ардан посмотрел ему в глаза. В обманчиво ленивые, острые, ядовитые глаза человека с чужим именем и тростью поперек колен.

– Пока нет, – односложно ответил Ард.

У него и вправду пока не было никакого резона ненавидеть этого человека, как и в принципе испытывать к нему сколько-нибудь серьезные эмоции.

Жемчужина, с самого начала разговора, не считая демонстрации артефакта, так ни разу и не зажгла тумана. Зато у стены впервые за весь допрос засмеялись, оба разом, коротко и одобрительно, будто им в кабаке пришла удачная карта в Семерку. Протовский на этот раз не стал их одергивать. Уголок его рта дернулся, шрам заячьей губы побелел, и Ардан так и не понял, была ли это улыбка или хищный оскал.

Протовский убрал закрытый блокнот во внутренний карман. Положил ладонь на стол, рядом с вороньей лапой, почти касаясь ее, и заговорил в уже более мягкой манере.

– Последние вопросы, господин Алвааилил. Слишком много совпадений в этот день, что меня, признаться, весьма нервирует. Мы весьма… замкнутая организация, о чем вы, возможно, слышали. И с нашей стороны такого очевидного прокола не допускалось со времен, когда вы еще не бродили в детстве по своим бескрайним лесам. Так что… кто вас сдал?

– Не знаю. Никто.

– Вы кому-нибудь раскрывали подробности данной поездки?

– Нет, я все время с самого утра провел с господами Статским и Ловсли.

Мутанты синхронно кивнули.

– Вы знали, что Плащи будут пытаться помешать нашему предприятию?

– Нет.

Очередная причина, по которой Арда не поставили заранее в известность, что по нему будут вести огонь свои же.

– Вы сообщали кому-либо адрес? Кому угодно и как угодно. Словом, жестом, песней, слогом, намеком, рисунком или иным другим образом, который только можете себе вообразить?

Надо же… Протовский либо что-то слышал о том, как заставить Фае сказать правду, либо пришел к подобным формулировкам самостоятельно. Учитывая то, что «офицер» Нарихман действительно полагался на Око Правды, скорее, второе.

– Нет.

Протовский перевел взгляд на артефакт, подождал немного и, с неприкрытым разочарованием, убрал тот обратно в сумку.

– Значит, проблема не в вас, господин Алвааилил. А жаль… это сильно бы упростило мою жизнь, – покачал он головой, после чего поднялся, опираясь на трость, и повернулся к стене: – Джейкоб. Проверить всех, кто знал адрес. Всех до единого. Каждого отправь на допрос к Джеку. И я подчеркиваю – всех, Джейкоб.

Статский перестал улыбаться. Кто бы или что бы ни скрывалось под словом «Джек», оно заставило замолчать эту парочку.

– Всех, включая…

– Всех!

Мутанты переглянулись, и Ардан впервые за весь день увидел на их лицах что-то очень похожее если и не на страх, то на осторожность.

Протовский уже направился к двери, как его окликнул Ардан.

– Господин Протовский.

Тот остановился в дверях, кажется, не очень веря, что кто-то действительно осмелился его задержать.

– Господин Алвааилил?

Ардан чуть приподнялся на подушках.

– Мне нужны гарантии.

Протовский и мутанты переглянулись.

– Гарантии… чего именно, господин Алвааилил?

– Я не идиот, господин Протовский, и прекрасно понимаю, что вам нет никакого резона оставлять меня в живых после того, как вы заявите мне, что это я должен добыть и принести вам чертеж, – Ардан, одновременно и ради театральщины, и чисто инстинктивно, взялся за посох, что, из-за стационарного щита, не возымело ни на кого ровно никакого эффекта. – Так что мне нужны гарантии того, что вы не отправите меня на тропы Спящих Духов. Или, если мне удастся сбежать, что я не проведу несколько веков в бегах по обе стороны Мелкоморья.

Протовский несколько мгновений разглядывал Арда, после чего потратил еще столько же времени на молчаливые размышления.

– Я приму решение, господин Алвааилил, после того, как увижу плоды нашего с вами сотрудничества, потому что пока оно слишком дорого обходится нашей организации. Тем более вы увидели, включая данное здание и вид из окна, слишком многое. Слишком… – Протовский сделал еще шаг к двери, но снова остановился. – В любом случае, жизнь буквально бесценна, господин Алвааилил, так что если мы и не станем прибегать к кардинальным мерам, то вам придется до конца своих дней оплачивать данную ссуду. Но не беспокойтесь, мы достойно компенсируем вам все возможные будущие хлопоты. Мы ведь не звери. А пока – отдыхайте. Как вы правильно поняли, скоро вам придется потрудиться.

И он, вместе с мутантами, удалился. Арду не требовались навыки Говорящего, чтобы понять, что дверь тоже находится под действием чар стационарного щита.

Ардан произнес: «Ahgrat».

Мысленно разумеется.

День все не спешил кончаться.