Текст книги "Матабар XI (СИ)"

Автор книги: Кирилл Клеванский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 38 страниц)

– Я, наверное, им горжусь, но… – Ардан вздохнул и, отложив письмо в сторону, распластался на полу. Тесс, заправив волосы за ухом, улеглась ему щекой на грудь. – Не знаю, дорогая. Может и рад. А может… не знаю…

Она водила пальцем узоры на его животе, а он бессмысленно крутил ее особенно пушистую прядь на своей ладони.

– Удивительно, да?

– Что Эрти поступил? Если честно – да.

Тесс слегка притронулась зубами к его коже и Арди улыбнулся.

– Я про то, что еще недавно и дирижаблей не было никаких, а теперь твой младший брат будет учиться на пилота, – Тесс снова вернула щеку ему на грудь и прижалась чуть крепче. – Подземные трамвайные линии… в Новом Городе, правда, уже и не совсем подземные. Мы теперь можем давать концерты на Аренах, а скоро, говорят, звук сможет появиться и в кино тоже. Удивительно, да?

– Наверное.

Тесс резко повернула к нему голову, уперев подбородок в солнечное сплетение. Ардан любовался игрой света и теней на ее лице и грелся в бликах изумрудных глаз.

– У тебя сегодня какой-то особенный вечер?

– С тобой каждый вечер особенный, – абсолютно искренне заметил Арди.

– Подхалим, – фыркнула чуть зардевшаяся Тесс. – Я про твою неожиданно приобретенную страсть говорить загадками.

Ардан выдохнул и ненадолго прикрыл глаза.

– Просто переживаю, дорогая, что технический прогресс оставит меня без работы. Вдруг пройдет еще какое-то время и печати перестанут быть нужны? Все начнут пользоваться, – Ардан неопределенно помахал руками в воздухе. – каким-нибудь устройством, которое, как Хранилище Печатей. Вернее не «как», а чем-то более сложным. Будет хранить в себе не одну пластину, а сразу десяток или два. И активировать по мере необходимости.

Тесс прищурилась.

– Это твое новое Хранилище будет размером со шкаф.

Не то чтобы Тесс начала разбираться в Лей-механике или Звездной инженерии, просто она так часто просила Арда рассказать ей что-то о своих исследованиях, что невольно начала понимать некоторые вещи. Точно так же и Арди поднаторел в теории музыки. При желании он теперь мог в разговоре даже использовать какие-то музыкальные метафоры.

– Сперва да, – кивнул Ардан. – Первые анализаторы тоже были размером с ящик, а в итоге их носили на запястьях. Но затем и это новое Хранилище тоже уменьшат, дорогая. Еще. И еще. И еще. Пока оно не поместится на ладони ребенка. И тогда… – Арди пожал плечами. – маги перестанут быть нужны.

– Ну, кто-то же должен будет строить Лей-механизмы, дорогой.

– Если найдут способ воплощать печати без магии, то и создавать механизмы – тоже, – Арди поцеловал ее в макушку и снова положил затылок на мягкий плед. – Маги станут частью сказок. И не пройдет и пары веков, как люди будут думать, что нас и вовсе никогда не существовало.

Тесс вытянула руку и совсем не больно щелкнула его по носу.

– Ай! – скорее от неожиданности возмутился Ардан.

– Не будь таким претенциозным, Арди-волшебник, – засмеялась Тесс.

– Но…

– Но! – настойчиво перебила Тесс. – Я знаю далеко не одного музыканта, который, в начале моей карьеры, часами распинался о том, как появление небольших граммофонов в открытой продаже убьет наши концерты. Если у каждого будет пластинка дома, то зачем ходить на выступление, правильно?

– В целом, кстати, весьма логично. Я вот тоже не понимаю, зачем люди тратят свое время на… ай-ай-ай! Я же шучу!

– Я знаю, – легко согласилась Тесс и перестала елозить ногтем по его ребрам. – Так вот. В результате все вышло в точности наоборот. Билеты на концерты стали покупать и те, кто раньше сомневался, тратиться на них или нет. Потому что услышали нас на пластинках. И то же самое с кино, дорогой. Те, кто сходил и посмотрел на молчащего актера на экране, да еще и черно-белого, и всего в черточках и вспышках, затем направились в театры, чтобы увидеть воочию. Так что ты можешь быть и не прав.

Арди улыбнулся и кивнул.

– Надеюсь, – прошептал он, кутаясь в ее запах. В запах весенних цветов, распускающихся у ручья.

Какое-то время они молча лежали и слушали, как дождь неустанно барабанил по стеклу. Живя где-то за пределами столицы Империи, можно было начать сомневаться в реальности рассказов про бесконечные наводнения, менявшие ландшафт города. А оказавшись здесь, под струями ливней, ниточками обычных серых дождей, мелкой сыпи мороси, хлестких и острых хлыстов косых потоков, люди… просто не обращали на это внимания. Так же, как, может, когда-нибудь в будущем, никто не обратит внимания на то, что такое – Хранилище Печатей.

– Тесс.

– Что?

– Помнишь, ты говорила, что хочешь попутешествовать по Империи?

– Да, Арди, помню. Мы с тобой договаривались, что ты закончишь расследование, я закончу с… делами в Метрополии и ты составишь мне с ребятами компанию в туре по стране, а потом мы осядем в Алькаде.

– Да-да, – закивал Ардан. – Я помню. Просто… не хочешь сделать небольшой крюк?

– Небольшой крюк?

Арди снова кивнул и опять поцеловал ее в макушку.

– Не хочешь… не хочешь посмотреть, что находится за Ласточкиным океаном?

Тесс так резко поднялась на выпрямленной правой руке, что ее волосы хлестнули по лицу Арда.

– Ты предлагаешь отправиться на восточный континент?

– Ненадолго. После вашего тура и перед тем, как начнем чинить дом в Алькаде, – Ардан, поддавшись мимолетному желанию, провел ладонью по ее лицу. – Может на год или полтора. Посмотрим, что там такое, и обратно. Если, конечно, ты…

– Я согласна, – еще до того, как договорил Ардан, ответила Тесс. – Вечные Ангелы, Арди-волшебник, конечно, я согласна! Ты смеешься? Кто в здравом уме откажется увидеть другую половину мира! Будет о чем в старости… вспомнить.

Она явно хотела сказать что-то другое, но вовремя осеклась.

Они лежали на полу. За окном шел дождь. Сияла огнями вечерняя Метрополия. А Ардан все вглядывался и вглядывался в ночное небо, пытаясь рассмотреть по ту сторону туч хотя бы одну-единственную, самую маленькую звездочку. Но, неизменно, на него взирали лишь задумчивые громады клубящегося мрака, извечно хранящие молчание в недрах своих невесомых сердец. Пройдет еще полгода, прежде чем они, на пару недель, разразятся своими громогласными одами ярости молодой весны, спешащей разбудить все еще дремлющий под снежными ласками статной зимы, залитый мертвым светом город.

Ардан далеко не в первый раз размышлял о будущем. Если быть откровенным, то, после приезда в столицу, он уже на протяжении двух с половиной лет возвращался к этой мысли. И когда впервые увидел небоскребы, затем в «Брюсе»; когда увидел Лей-лампы и музыкальное оборудование, потом в порту, под рев труб пароходов; затем, когда шофер Черного Дома в лице Кинжала, привез его на взлетную площадку дирижабля; а после в поездах, то и дело увозивших его во все новые уголки Империи; и в салоне нового автомобиля, в седле мотоцикла и… все чаще и чаще Ардан мысленно возвращался к этому вопросу.

Что ждало их там, в будущем, столь же туманном, как и утро осенней Метрополии.

«Так что вот вам мой вопрос, юный Говорящий, что важнее для человека – умение считать звезды или стремление их достичь?»

Арди гладил волосы тихонько посапывающей Тесс. Она дремала на его груди, обхватив его талию своим бедром. Он смотрел на изгибы ее тела, пропадая где-то в янтарных отсветах. Он все еще не знал, как ответить на вопрос Сидхе Пылающего Рассвета, который тот задал ему в вечер, когда погибли Аверский, Лея Моример, а Ардан вернул законному владельцу Пламя Сидхе.

Нет.

Не знал.

Так же, как и не знал, сильно ли он ждал это самое будущее. И сильно ли хотел его увидеть.

Но, может, пока на его груди весело морщило свой носик теплое пламя, обличенное в прекрасную Тесс, то его и не сильно волновали подобные ответы.

А может он просто не хотел думать о работе и словах Александра Урского.

А может и все сразу.

В любом случае, за окном шел дождь.

Глава 188

– Ард, вы знаете, я все понимаю, но вот никак не могла предвидеть, что именно вы станете тем, кто притащит в наш и без того не самый тихий и уютный город, вот это вот… нечто, – госпожа Спри, припарковавшись около поребрика едва ли не вытягивая свой модный автомобиль из контролируемого заноса, чем успела заставить изрядно понервничать нескольких пешеходов, уже стягивала с ладоней перчатки для вождения.

На самых дорогих моделях автомобильной промышленности уже давно ставили рулевые колеса, оплетенные крепкой кожей, что позволяло не стирать руки в мозоли о лакированные деревянные панели и не страдать из-за их холода. Но вот привычка носить водительские перчатки, особенно среди женщин, пока никуда не ушла.

– О, судя по тому, с каким прискорбием вы на меня смотрите, я далеко не первая, кто вам на это указал, – она слегка засмеялась, прикрывая рот ладонью. На безымянном пальце блестели одновременно помолвочное и обручальное кольца. – И что за страсть ездить с тряпкой в… том месте, о котором мы с вами не должны разговаривать.

Ардан, продолжая корчить не самую лучшую из своих гримас, снял с седла скрученную трубочкой тряпку, отжал, встряхнул и убрал в один из кожаных кофров, которые приторочил вдоль заднего колеса. А еще продлил выхлоп, чтобы не дышать дымом «Буревестника» каждый раз, когда не мог проскочить между рядами и был вынужден стоять в заторе.

– И я рад вас видеть, госпож…

– Ард.

– Агата, – тут же исправился юноша. Они действительно еще в прошлом году договаривались обращаться друг к другу по именам.

Госпожа Спри протянула ему руку и Арди аккуратно ее пожал.

– Прошу прощения, что отнял у вас сразу два дня, Агата, просто… служба.

– Ничего страшного, – поспешила успокоить его Агата, хотя Арди чувствовал, что она была не до конца с ним искренна. – И, тем более, вчера я имела возможность прогуляться по лавкам в полном одиночестве, что позитивно сказывается на моем эмоциональном здоровье и нивелировании желания посмотреть, как некоторые заклинания, вызывающие сонливость, будут работать над моими младшими.

Ардан слегка приподнял брови и Агата вновь рассмеялась.

– Ох, Ард, я уже и забыла, что вы, порой, совсем не понимаете юмор.

– Прошу прощения, – стушевался Арди. Ему даже не пришлось останавливать свой посох с кристаллом в навершии, чтобы не срезать себе часть скальпа.

Он уже почти поборол данную пагубную привычку и теперь ему было достаточно лишь совладать с мимолетным мышечным спазмом, пытавшимся согнуть его локоть. Это было сделать не в пример легче.

– Пойдемте, Ард, – все еще улыбаясь, Агата направилась к клубу-ресторану. Вывеска с мигающими лампочками складывалась в буквы «Закрытый клуб Меч и Посох». В здании, зажатом несколькими высотками Нового Города. Крылатая улица, дом 83. Ардан бывал здесь, в последнее время, намного реже, чем когда только начинал участвовать в лиге Магического Бокса.

– Остальные, особенно Луций, часто спрашивают, куда вы запропастились, Ард, – на ходу болтала Агата. – но все понимают, что у вас и своих дел полно, кроме как терять время в нашей шумной компании.

– Поверьте, Агата, я бы предпочел вашу компанию… – вздохнул Ардан.

Агата бросила на него почти материнский, полный не то что жалости, а искреннего сочувствия и сопереживания, взгляд. Как и всегда, с тугим пучком седых волос, стыдливо прячущих под серебром последние каштановые пряди, с короткой шеей и заплывшей талией, что обуславливалось не потаканием желудку, а наличием пятерых отпрысков.

Удивительно, как Агата, умудрившись родить и вырастить пятерых детей, нашла время на зажигание Синей звезды и оттачивание военной магии. Можно было, конечно, списать часть заслуг на наличие нянь и прислуги, следы которых Арди замечал в мелких деталях и едва заметных нотках чужих запахов, когда единожды заезжал к ней в квартиру, но у многих состоятельных семей магов и обычных людей имелись подобного рода помощники.

Что до мужа Агаты, Арди не помнил где конкретно тот работал, но, кажется, что-то связанное с юридическим правом или с… продажами. Нет, он категорически не помнил.

Саму же Агату с ее легкой асимметрией лица, нельзя было назвать красивой. Что не имело вообще никакого отношения к ее безусловному таланту, причем не только магическому, но и просто способности устраивать свою жизнь.

Ей только в этом году исполнилось двадцать девять лет, а она являлась Синим военным магом далеко не самой проходной (пусть и больше спортивной, чем реально боевой) квалификации, родила и растила пятерых детей, умудрялась следить за домом и… заниматься всем тем, чем она занималась. Глядя на таких людей, Арду всегда становилось сложнее сетовать на то, что у него, порой, не хватает времени на исследования или чтобы прогуляться лишний раз с Тесс по набережным.

– Знаете, чем мне всегда отрадна ваша компания, Ард? – чуть плутовато прищурилась Агата. – Вы смотрите на меня так, будто перед вами Архимагистр собственной персоной.

Ардан картинно поклонился.

Волшебница рассмеялась едва ли не в голос, и они вместе, выстукивая посохами ритм собственных шагов, прошли через крутящиеся двери.

Внутри их встретили скучающие работники кафе, которые сперва обрадовались визитерам, но как только стало понятно, что Агата и Арди приехали не трапезы ради, тут же поникли. А маги, промчавшись мимо бара, столиков и диванчиков, тут же исчезли за неприметной дверью.

Через узкий коридор, вдоль выставленных у стен «подносов на колесиках», как их называл Милар, вдыхая ароматы с кухни, они с госпожой Спри уже вскоре оказались около бронированной двери. Не настолько внушительных габаритов, как в поместье Аверского (и, тем более, в Конюшнях), но достаточно, чтобы выглядеть массивной даже на фоне неприкрытого, бетонного пола. Как уже давно понял Ард, вниманием к внешнему убранству ограничились на фойе и обеденном зале.

Агата, подойдя к двери, потянула за немного проржавевший рычаг, утопленный в соседней стене. Дверь открылась лишь спустя несколько секунд томительного ожидания, наполненного скрипом несмазанных механизмов, буквально хрипящих мольбы о помощи в сдавленных тихих, жестяных криках.

Ее давно уже требовалось отремонтировать, но все взносы уходили на комплектующие для площадки. Которую, как теперь на собственном опыте знал Ардан, поддерживать в рабочем состоянии, особенно когда ей часто пользуются, совсем не дешево.

За дверью, толщиной в несколько пальцев, обнаружилась небольшая аппаратная, совмещенная с гардеробной.

– Давайте теперь вы займетесь настройками, Ард, – госпожа Спри указала кивком на панель управления. – А я пока переоденусь.

– Разумеется, Агата.

Скинув пальто на стоявшую поблизости вешалку, Ардан подошел к пульту управления площадкой. Пару мгновений он потратил на то, чтобы мысленно возвести хулу не только инженерам-проектировщикам, но и тем господам из Гильдии Магов, кто раз за разом выдавал разрешение на продолжение эксплуатации данного устройства. Но подобный разговор с Агатой они вели еще в прошлый раз, когда перед их общим матчем Арди попросил Агату попробовать воплотить одну из печатей «Ледяных Кукол».

У Агаты так, по итогу, и не получилось, а сам Ард лишний раз убедился в жизнеспособности теории Николаса-Незнак… хотя какой он теперь «Незнакомец»…

В первую очередь Ард взялся за рычаг напряжения. Максимальная нагрузка местной площадки выдерживала двенадцать Желтых лучей, что объясняло, почему в клубе почти никогда нельзя было встретить магов из старших дивизионов – Желтой и, тем более, Розовой звезд. При столкновении двух магов общая нагрузка на стационарные щиты и механизмы площадки могла, порой, и вовсе превышать совокупное напряжение двух столкнувшихся заклинаний. И не только потому, что за короткий промежуток времени таких заклинаний могло быть и три, и четыре, и хоть десять.

Просто в момент соприкосновения двух Лей, они не просто сокращали друг друга под знаменателем, как на бумаге. Иначе бы не существовало такого явления, как Резонанс. Тем более, что их «столкновение», что имело под собой совершенно иное понимание, нежели могли подумать простые обыватели, вызывало стабилизационное возмущение Поля Паарлакса. Это когда поле, изначально находившееся в покое, начинало переходить в активную фазу, что так же создавало некоторое повышенное напряжение и вот эта вся каша, по итогу, била о барьер площадки.

Так что стандартное правило всех подобных сооружений заключалось в некоторой формуле, в которую требовалось подставить лучи всех Звезд сражавшихся магов и только после этого активировать лучи. Именно поэтому маги до сих пор, начиная дуэль, называли количество своих лучей. Раньше этого требовали всякие там ритуальные нормы, понимание о том, что такое «поединок чести» и так далее, но сейчас всем руководил закон. И если маг называл неправильное число лучей, то это могло привести к весьма серьезным последствиям.

Ардан же в данный момент над этим размышлял в силу наличия у себя десятого луча и что, из-за него, по данной формуле ему пришлось загрузить площадку не на четыре луча Желтой звезды, а на все семь. Можно было и на шесть, но он решил перестраховаться.

Затем он опустил тумблер, подключив временное хранилище – одну из доработок Гильдии Магов изначального творения лорда Аверского. Тот, разумеется, не видел необходимости как-то хранить потраченную Лей дольше, чем требовалось, чтобы вернуть ее после Сломанной Печати обратно магу. И, тем более, всего, что касалось временных рамок Резонанса. Уже впоследствии ученые Гильдии создали нечто вроде… бочки. Эта деталь даже так и называлась. Бочка. С большой буквы.

На деле же весьма сложное устройство с вибрационными катушками Лей-проволоки с высоким содержанием Эрталайн. Они создавали, как теперь уже понятно, собственное поле, замедлявшее ассимиляцию потраченной магами Лей в планетарное поле Паарлакса. Затем Ардан повернул регулятор временного коллапса энергии, выставив тот на максимум. Это ведь не настоящий поединок, а спарринг, так что им не требовалось устанавливать приближенные к реальным рамки для Резонанса.

Дальше последовала типичная проверка и перещелкивание тумблеров, отвечавших за безопасность, активирование подстраховочных модулей стационарных щитов, которые должны были спасти мага в случае, если к нему слишком опасно приблизится вредоносное заклинание. Опять же, из-за спарринга, Ардан выставил значения считывания подобных щитов на полный максимум.

Когда все было закончено, Арди взял прикрепленный за цепочку планшет с листами ревизии и… некоторое время с удивлением на них смотрел. После каждой настройки и использования панели управления испытательной площадки требовалось внести в лист все операции, а так же активированные параметры и их значения. Для того, чтобы в случае поломки, отладчик имел возможность восстановить последовательность событий.

Последняя запись в отчетном листе в клубе датировалась… десятого числа месяца Звезд. То есть немногим больше шести месяцев назад!

– Ард, если бы вы сейчас себя видели, то даже, наверное, позволили бы себе улыбнуться, – Агата, переодевшаяся в дуэльную форму, закрепила тугой пучок еще несколькими шпильками.

– Но… но…

– Мы сами чиним эту старушку, – она постучала посохом по кожуху панели управления.

– Даже если сами, то с подробными записями было бы все равно в разы проще, – Арди постучал карандашом по планшету.

– Ох уж эти студенты Большого, – подмигнула Агата и, не теряя времени, направилась в сторону непосредственно площадки.

Она перешагнула через жужжащий бортик, внутри которого были спрятаны кабели и необходимые в данном узле Хранилища, после чего покачала посохом.

– Вы идете, Ард? Не могу похвастаться тем, что у меня много времени.

Ардан с тоской посмотрел на планшет с незаполненным листом и отложил тот в сторону. Не ему указывать, что и как здесь делать, завсегдатаям клуба. Тем более, что полученную в наследство от Аверского площадку в Конюшнях он содержал по всем надлежащим правилам.

Он перешагнул через бортик и встал напротив Агаты.

– Надеюсь, в этот раз вы, Ард, не собираетесь просить у меня воплотить какое-то очередное мозгодробительное изобретение Черного дома, потому как, клянусь Вечными Ангелами, я пошлю вас в задницу, – Агата обладала удивительной способностью говорить не только на одном дыхании, но и в одной и той же интонации вне зависимости от того, что конкретно она произносила. – И сильно расстроюсь из-за того, что мне пришлось сюда ехать вместо второго дня пробежки по лавкам.

– Нет-нет, Агата, – замахал рукой Ардан. – у меня к вам совершенно другая просьба.

Агата, опершись на посох, выжидательно качнула бедром и уперла свободную руку в изгиб того, что до ее материнства являлось талией.

– Постарайтесь меня покалечить.

Агата несколько раз хлопнула ресницами.

– Покалечить, – повторил Ард. – Пожалуйста, используйте все свои лучшие комбинации и скоростные печати.

– Ард…

– Я выкрутил все страховочные модули на максимум и…

– Ард! – оборвала его Агата. – Кто, как не вы, поборник техник безопасности и правил эксплуатации, должны понимать, что техника может дать сбой в самый неподходящий момент.

– Разумеется, – кивнул Ардан. – Но если бы мне требовались тепличные условия, я бы и дальше обходился куклами.

На какой-то краткий миг Ардан понял, о чем говорила Агата, когда предлагала ему взглянуть на свое собственное лицо и немного посмеяться. Брови Синего мага едва не коснулись ее седеющих, но все еще густых волос, а сама она слегка подалась вперед и чуть наморщилась, чем напоминала недовольную кошку.

– У вас есть куклы «Тони»… хотя чему я удивляюсь. Конечно, у второй канцелярии есть куклы… – тут же спохватилась женщина. – Но то, что вы заряжали их на использование атакующих заклинаний и еще и использовали против себя… вы в своем уме, Ард? Вечные Ангелы, это же безумие!

– Да, есть определенные риски…

– Определенные риски есть, когда вы прыгаете с небоскреба в надежде, что асфальт резко станет резиновым! – видимо Агата задалась самоцелью не дать ему закончить ни одной фразы. – А использование тренировочных манекенов, созданных для отработки на них военной магии, а не наоборот, в том виде, на который решились вы, это чистой воды самоубийство! Достаточно одного сбоя в контроллере, и вместо заданных вами параметров в вашу сторону полетит вся мощь питающего площадку генератора!

– Да, это так, – прокашлялся Ардан и скороговоркой протараторил. – Поэтому я добавил фильтрационный модуль в промежутке соединения кукол и управляющей группы Хранилищ.

И если прежде Агата была удивлена и немного шокирована, то теперь она выглядела неподдельно рассерженной. Ард даже немного отшатнулся назад. Одно дело – рассерженная мать пятерых детей. Другое – рассерженный военный маг Синей звезды с тремя триадами в «тяжелом весе» (Агата, все же, носила на плечах погоны с шестью, снова шестью и, под конец, семью лучами). Но вот все это вкупе, помноженное на опыт госпожи Спри, превратило на мгновение ее лик в что-то среднее между хищной рысью и разъяренной Стригой.

– Вы либо клинический идиот, Ард, либо где-то на своей службе кто-то очень сильно ударил вас по голове, – чуть уняв свой праведный гнев, пораженчески покачала головой Агата. – И лицемер в придачу. Вы еще в прошлый раз возмущались нашим отношением к обращению с оборудованием, сейчас вот с листом отчетности возились и при этом, вопреки всем правилам, не обладая даже хотя бы дипломом выпускника, полезли вносить конструкционные изменения в самое передовое изобретение человечества?

Ардан секунду хранил тишину.

– Если все представлять именно в таком свете, то звучит действительно лицемерно.

– А в каком, о Вечные Ангелы, еще свете это можно представлять, Ард⁈ – снова не сдержалась Агата.

Арди на секунду почувствовал себя как в далеком детстве, когда притащил домой пойманную им лисицу, за что Шайи потом целый час выговорила ему за то, что он сошел с ума. Просто дедушка рассказывал ему накануне сказки про пастуха и его верного пса, и маленькому Арди показалось, что из лисички тоже выйдет верный пес.

– Я все несколько раз тестировал, подключил к магистралям, отвечающим за куклы, еще несколько страховочных модулей и…

– О Свет, закройте рот и приготовьтесь, – нахмурилась Агата, занося посох над полом площадки. – Потому что, Светлоликий мне свидетель, вы просто невыносимы.

Почему-то Ард на секунду вспомнил Таисию Шприц, но, уже через мгновение, все его внимание было сосредоточено на печатях Агаты Спри. И, видят Спящие Духи, она не просто так считалась лучшим дуэлянтом в начальном дивизионе столичного турнира.

Несколькими неделями позднее.

– Надеюсь, в случае, если с вами что-то произойдет, господин… – натягивая на руки перчатки и поправляя поясные цепи гримуара, на Арда сверху вниз посмотрел мужчина с пышными, седыми усами и старательно покрашенной в каштановый цвет шевелюрой.

Странно, почему он так старательно прятал седину волос и, при этом, вообще не обращал внимания на растительность на щеках и ниже носа. Все это создавало какой-то совершенно нелепый антураж. А если принять во внимание, что маг был невысокого роста, совершенно субтильный (причем настолько, что, кажется, его посох был шире его собственного предплечья), но с таким грубым голосом, что тот больше подошел бы парням Аркара.

– … Абар, кажется, да? Ад Абар, – с легкой ухмылкой спросил маг.

– Совершенно верно, – кивнул Ардан и, надев на лицо маску, натянутую на каркас, не позволявший определить даже очертания лица, поднялся со скамьи. Взгляд, еще недавно направленный на него сверху вниз, тут же оказался где-то на уровне чуть выше пупка Арда.

Скамьи в раздевалке магов Арены были на удивление невысокими.

– Надеюсь, ваши… работодатели не станут предъявлять мне претензий, – закончил свою мысль Синий маг.

– Можете быть спокойны, господин Шорский. Все с вами будет в полном порядке, – заверил Ардан.

Шорский что-то процедил и, накинув на плечи плащ, направился к дверям, ведущим в длинный бетонный коридор, уходящий под небольшим углом наверх – к, непосредственно, полям Арены.

Олмар Шорский, Синий маг из северных губерний, прибывший в столицу не так давно для участия в местном турнире. Собственно, не только он один. Все из-за звуковой и иллюзорных систем на Арене господина Бролида, которые позволяли огромному числу зрителей в полной мере ощутить на себе весь масштаб происходящего. Так что дуэлянты со всех уголков Империи съезжались в столицу за, разумеется, гонорарами.

Что же до лучей будущего противника, то, поскольку Ард все так же находился в «тяжелом весе», и сам Шорский располагал семью, восьмью и снова семью лучами.

Ардан посмотрел в спину низкорослого мага и чуть покачал головой. Дух здорового соперничества и даже некоего товарищества, видимо, ограничивался лишь клубом Магического Бокса непосредственно самой метрополии, потому как иногородние маги таким похвастаться не могли. Наверное, у этого имелась какая-то своя, очень логичная и правильная причина, но в данный момент Арду было на нее несколько плевать.

Он проверил, плотно ли зафиксирована маска, после чего дернул за цепочки гримуара и, переложив посох в правую руку, зашагал в сторону бетонного рукава.

Арена ликовала.

Ардан вышел из бетонного рукава в свет софитов и на мгновение оглох. Не только ушами, но и тем внутренним чутьем, которое так бережно взращивали охотники Алькады. Сердца сливались в сплошной, накатывающий волнами прибой, а трибуны, еще год назад пустовавшие на его квалификационных матчах, теперь устремлялись вверх хаотично шевелящимися, что-то неразборчиво кричащими, и машущими флагами различных губерний ярусами.

Сколько их собралось, Арди даже не брался прикидывать точно.

Несколько тысяч, если не больше. Господин Бролид сдержал слово. Звуковая и иллюзорная системы действительно превратили Магический Бокс в зрелище, ради которого люди теперь ехали через весь город под осенним дождем.

А над Ромбом, в перекрестье лучей прожекторов, застыла безумных размеров иллюзия.

Громадная, в три человеческих роста, полупрозрачная фигура Олмара Шорского медленно поворачивалась над площадкой, поблескивая нарисованными светом усами. Толпа встречала каждый ее такой оборот очередным громогласным одобрительным гулом. Рядом, чуть скромнее размером, парила вторая фигура. Человек в глухой маске немного растерянно оглядывался по сторонам. На собственное четырехметровое отражение Ард старался попросту не смотреть.

Внизу же, у подножия Ромба, за длинным столом расположились судьи, а по соседству, за стойкой с двумя Лей-микрофонами, восседали те, кого прежняя Арена не знала и вовсе. Комментаторы.

– … и-и-и вот он появляется из южного рукава, дамы и господа! – первый, раскатистый и бархатный голос, принадлежал господину Симону Вельту, человеку в белоснежном костюме и с сияющей от помады прической. – Загадка нашего сезона! Человек, чьего лица никто не видел, а вот его финт прошлого сезона с метанием посоха в нашу доблестную госпожу Агату Спри еще долго не забудут! В тяжелом весе, с личным счетом три победы при двух поражениях… Ад! Аба-а-ар!

Трибуны взорвались. Ардан, следуя настойчивым инструкциям Луция Рафта, поднял посох над головой, и рев вдруг стал вдвое гуще.

– Скажу честно, Симон, я не любитель всех этих масок и загадок! – второй голос звучал ниже и суше. Ронал Кирс, отставной боксер второй триады, отдал Ромбу, если верить ребятам из клуба, двадцать лет и… оба своих колена. – Но тактика у парня любопытная.

– Оставим загадки для матча! Рядом с ним… гость из северных губерний, гроза провинциальных сеток, человек, о чьих стеклянных садах ходят легенды от Веглинска до столицы! Олма-а-ар! Шо-о-орский!

Шорский двигался к Ромбу нарочито неторопливо, то и дело раскланиваясь на все четыре стороны. Крашеная каштановая шевелюра даже как-то выгодно оттеняла в софитах его седые усы. Трибуны ревели и ему, причем заметно резвее.

Старший судья дождался обоих магов на помосте и протянул лакированную шкатулку, где на бархате мерцали ограненные кристаллы Эрталайн. Кроваво-красные, изумрудно-зеленые и похожие на осколки вечернего неба, ярко-синие.

– Олмар Шорский! – голос северянина разнесся над Ареной через все Лей-ретрансляторы разом. – Семь Красных лучей! Восемь Зеленых! Семь Синих! Выбираю Красный, Зеленый, Синий по одному!

Он снял с бархата по кристаллу каждого цвета и один за другим зарядил в кольца.

– Классика тяжелого веса, дамы и господа, – прокомментировал Вельт. – По накопителю на каждую Звезду, полный спектр, все двери открыты!

– Ад Абар! – Ардан назвал псевдоним. Собственный голос, искаженный маской и размноженный рупорами, показался ему будто чуть чужим. – Семь Красных лучей! Девять Зеленых! Девять Синих! Выбираю два Зеленых, один Красный!

Над Ареной повисла короткая, недоуменная пауза, а затем стойка комментаторов ожила с удвоенной силой.