Текст книги "Неприкаянный. Тетралогия (СИ)"

Автор книги: Харитон Мамбурин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 61 (всего у книги 64 страниц)

Сразу же после этого звонка старуха прямо из поезда вновь звякнула Маркхейму и сказала ему нечто такое, что нас встретили на вокзале двое человек в костюмах, изъявшие что Мао‑Мао, что её сонных сыновей, пообещав доставить горе‑дочь в Китай ближайшим рейсом.

– И чтобы я тебя, суку, больше не видела! – злобно гавкнула блогерше вслед любящая мать.

– Сдохни уже! – довольно жалко отозвалась та, ковыляя за агентами к машине.

На этом сцена прощания состоялась, нас отвезли в тот же мельбурнский отель, где старая кошелка, таки выкрутившаяся из своих проблем, нехило нажралась в своем номере. Бухать одной бабке быстро наскучило, так что та решила ворваться к нам в номер.

– А⁈ – захлопала Кси Тинг своими узкими глазами на не особо одетую Юки, как раз выходившую из душа, – ТЫ?!!

– Надо было тебя, всё‑таки, укусить! – злобно пожелала маленькая миленькая японка, закутанная в полотенце, – Ладно уж, живи, старая карга. Тебе теперь хлебать это дерьмо полной ложкой!

Я лишь расхохотался лежа на кровати и пряча ствол назад под подушку. Юки, красивая пушистая  Юки и жаркий австралийский климат – очень плохое сочетание. Лиса за прошедшее время настрадалась по полной.

– Идем в твой номер, старая, если поговорить хочешь! – поднялся я с кровати, мимоходом чмокнув Широсаки в затылок, – Потому что если ты тут закуришь, она тебя сожрёт…

Говорить со мной не хотели, меня желали слушать. Что я могу сказать, на что могу намекнуть, что подсказать. И за это…

– … я понимаю, что ничего не могу тебе предложить, русский, – дёрнула щекой устроившаяся бабка, запуская новое из бесконечных дымовых облаков, – Бесплатное обслуживание у моих девочек – это миф, я не буду платить за удовлетворение чужой шишки из своего кармана. Принципиально. Но я найду способ тебя отблагодарить!

– Конечно, найдешь, – кивнул я, – Не обижайся, бабуль, но с твоим списком долгов умереть простой смертью, хотя бы с пытками – это уже за счастье. И это я не угрожаю, а поясняю, что будет стоять за предательством. Тут не Триада, на тот свет убежать сложнее будет. Не советую. Но, если в общем…?

– В общем, – коротко кивнула лишь слегка побледневшая женщина.

– В общем расклад такой, – посерьезнел я, – Магия, волшебство, другие расы, всякая эта херня, всё это существует. Мы всю эту дрянь держим под строгим контролем. Причина простая, магия стоит крови. Большой крови. Чтобы откатить тебе двадцать лет, пришлось бы угрохать сотню‑другую человек, смекаешь? То‑то и оно. Поэтому мы…

Слушали меня внимательно, а информацию я передавал сжато, предельно цинично и приземленно, именно так, как Кси Тинг понимала лучше всего. Ничего особенного, максимально доходчиво, смирившись с тем, что по возвращению в номер меня погонят в душ, как особо прокуренного и плохо пахнущего. Справедливость – она для всех и каждого, особенно для лис, и так настрадавшихся в своей шубке.

– То есть, я поняла так… – задумчиво пожевала бабуля губами, – Наш городишко идеальное место для мутных дел, вы держите под контролем именно эту штуку, магию. И все?

– И всё. Только не «мы», а «вы», – уточнил я, – Про нас забудь, мы просто мальчики и девочки, делающие пиу‑пиу за деньги. И это, кстати, чистая правда, просто иногда у нас не совсем обычные заказчики и не совсем обычные цели.

– А еще вами иногда интересуются не совсем обычные люди, – задумчиво кивнула мне Кси Тинг, а потом, помолчав, со вздохом добавила, – Кипелова, антиквара, вы знаете, вроде спасли его старую шкуру. Этот дед приходил, чтобы оч‑чень аккуратно о вас разузнать. Полезный старик, если не заноситься, поэтому я ему выдала всё, что знаю. Не то, о чем думала, а что знала. Сам понимаешь. А вот второй…

Вторым оказался человек не из Апсародая, совсем недавно, недели полторы назад. Старая китаянка, почуяв в посетителе «чужого холуя», дала ему от ворот поворот, несмотря на то что визитер знал очень много правильных имен, делал правильные намеки и шелестел деньгами. Азиат, то ли монгол, то ли еще кто из тех народностей, старуха не поняла, но вежливо «слила» посетителя, тут же о нем забыв. Однако, в тот же день, к вечеру, пришёл его босс.

– Он не представился, но это было и не нужно, русский. Такие люди не управляют бандами, даже если эту банду назвать корпорацией, – задумчиво рассказывала мне торговка информацией, – Парочку таких ублюдков я видела в молодости, издалека, когда на острове еще было место для постороннего бизнеса. Крупного бизнеса, если ты понимаешь, о чем я. Самого крупного. Такие лощеные упыри воняют старыми деньгами, ведут себя так, как будто могут позволить себе вообще всё, но типа не хотят, ибо чертовски хорошо воспитаны. Этот… посетитель… не давил. Он вас почти не упоминал. Его интересовало другое. Сейчас я понимаю, что именно…

– И что же? – я уже возился у себя в смартфоне, пытаясь отыскать фото или рисунок Николаса Крэйна.

– Подробности я буду тебе полночи рассказывать, – мрачно ответила мне женщина, – Я и сама только допёрла. Ему нужно было устроить в городе хаос, зажечь все огни. Устроить чертов пожар и чертово прикрытие для какой‑то своей махинации. Он заплатил денег, сколько у меня зарабатывает половина смены девок, напрягая все три своих отверстия, а потом ушёл довольный, намекнув, чтобы я молчала как мертвая. Хорошо так намекнув. Но раз уж теперь я с вами…

– Этот тип? – найдя искомое, я ткнул изображением вампира в китаянку. Её изменившееся лицо не требовало произносить «да» вслух.

– Да что за дерьмо тут творится⁈ – зашипела змеей старуха, роняя на пол пепельницу.

– Мы как раз ищем этого говноеда! – улыбнулся я, набирая Маркхейма и предвкушая, как испорчу ночной отдых куче людей, включая вредную старуху, – Сейчас ты нам и поможешь!

Какая полезная женщина. Всем нужна, всем важна. Это вам не блогер!

///

– Д‑д‑д‑дерьм‑о… – прохрипел угвазданный с ног до головы в крови альв, сворачиваясь клубком от жутких спазмов в желудке, – Д…де…

Его вырвало плотной струей, радостно устремившейся в сторону раскрытого люка, ведущего в глубины дома. Сагдарт Физилис Кра Оргонт лежал на боку, продолжая спазматически содрогаться и натужно блевать, а снизу его уже пытался аккуратно дозваться Марий Гритт. Альву было не до ответов, он был занят, лежа в ночи, в крови и рвоте, под сенью недавно украшенного сада, в свете звезд…

Нет, звезд не было. Их заслонял труп, торчащий прямиком над альвом. Не простой, конечно, а очень даже сложный и необычный. Такой труп получается, если человек, то есть заготовка трупа, пытается влезть в чужой дом, а его встречают зарядом картечи из дробовика, почти в упор. Та, пройдя сквозь мягкие ткани живота, изорвав в клочья желудок и легкие, сохраняет достаточно импульса, чтобы оторвать голову незваному гостю, а заодно устроить стрелку, растениям и цветам – кровавый душ. С фаршем.

Началось всё более чем прозаично. Алебастр никогда не был дураком, что есть, то есть. А еще он был одним из очень и очень немногих альвов, которые смогли пережить сеанс близкого общения с поверхностью. Раса закоренелых агорафобов была категорически не предназначена для существования в среде, привычной людям, но как‑то раз Алебастра так сильно долбануло магическим контактом с темным духом, что его разум, находясь в полном шоке от такого «знакомства», позволил чернокожему отшельнику несколько часов провести на поверхности со своими друзьями.

А дураком он не был. Видя, как развиваются обстоятельства в его совсем уж непростой жизни, альв понял, что будет совершенно нелишним научиться себя защищать и, заодно, в глубокой тайне от своих же товарищей, по чуть‑чуть тренировал свою толерантность к свежему воздуху, поднимаясь в организованный Эрикой и Юки сад. Мало‑помалу, ночью, никому не мешая, он воевал с лестницей и своей психикой, отключая сигнализацию на время коротких, но очень интенсивных по эмоциям тренировок. Иногда к нему присоединялся бинтуронг, делая упражнение еще сложнее, когда Алебастру уже хотелось вниз, а лезущий за ним массивный зверь по‑прежнему желал попасть наверх…

Совсем наверх Соне было нельзя, потому что именно там команда держала дробовик, к которому медведица испытывала совершенно нерациональные для дикого зверя чувства. Во всяком случае, абсолютно любая зверюга, хоть один раз добившись от гром‑палки ужасного выстрела, обходила бы такую опасную штуку за километр, но вот бинтуронгу о логике явно никто никогда не рассказывал, поэтому Соня давно уже считала дробовик своей собственностью, постоянно порываясь его забрать.

Сегодня, в общем‑то, было то же самое, разве что животное сдалось, когда Алебастру оставалось всего три перекладины лестницы, а вот сам альв – нет. Вид забинтованных товарищей, еле‑еле хромающих по дому и вяло ругающихся на суетящуюся вокруг них Норму, уверил чернокожего прагматика в том, что упражнения нужно выполнять… интенсивнее.

Вот он и выполнил, забравшись на самый верх, поймав панический приступ и упав рядом с проклятым дробовиком, видя кусочек звездного неба, пытающийся выдавить Алебастру мозг из ушей!

Небо внезапно заслонили, паникующий альв, схватив оружие, выстрелил в то, что заслонило, ночную тишину разорвал гром, а всё вокруг, включая цветы, лестницу и самого стрелка, усыпало мелко нарубленным человеческим фаршем.

Прозаика, что там говорить.

– Жив… я жив!! – умудрился выдавить из себя отшельник, судорожно дёргаясь и роняя в люк дробовик. Судя по раздавшейся в ответ испуганной ругани увернувшегося барона, помощь уже была близка.

– Вы как хотите, но я это убирать не буду! – донесся снизу нервный голос вампирессы.

Почему‑то этот тон сподвиг альва попытаться еще сильнее опорожнить желудок и… у него даже что‑то получилось.

Поднимающийся Марий Гритт оказался этому категорически не рад!

Глава 16
Вся королевская рать

Дом, родной дом. Казалось, покинули его совсем недавно, а сколько радости по возвращению. Вся команда в сборе, всей команде есть что сказать, причем не всегда цензурными словами. Да еще и сюрпризы! Норма, жалующаяся на Мария (!). Гритт, нервно дергающий веком на какого‑то пришибленного Алебастра. Соня, сидящая на диване в обнимку с дробовиком. Эрика, с ходу показывающая свою ягодицу Юки и интересующаяся, остался ли шрам от пули. Сама кицуне, жаждущая рассказать всем и каждому, как тяжко ей пришлось полдня изображать из себя немытую безымянную собаку!

– Главное, что все живы! – заключил я, открывая ледяную банку пива и падая рядом с бинтуронгом, – Всё остальное – мелочи. Рассказывайте, что мы пропустили?

Как оказалось, пропустили героическую защиту альвом родного дома, случайную насквозь, только вот история получилась полной превозмоганий, переживаний и глубоких душевных травм. В основном геройствовал почему‑то Марий, которого едва не сбило с лестницы дробовиком, а затем обблевало нашим подземником, что‑то забывшим на верхотуре. Отдельным минусом стала долгая работа барона и вампирессы по уборке беспорядка, оставшегося после подвига Алебастра, плюс вопросы о том, кто к нам лез. И как.

Это оказалась женщина, в хорошей физической форме, возможно, что около тридцати лет. Точнее возраст определить было сложно, так как кровожадный чернокожий оставил от лазутчицы только задницу, ноги и кусок позвоночника. Плюс еще одна рука оторвалась, а подобрали её только на утро, под пристальными и слегка осуждающими взглядами посетителей буддистского храма, затеявших какую‑то церемонию… В общем, не суть совершенно, вот только с Юки немного выдохнем и полезем дочищать всё это дело, потому что госпожа Хатсбург не потерпит костей и прочей дряни в земле для своих цветков!

– Каким образом убитая отключила внешние датчики, мы еще разбираемся… – признался барон, пытающийся выдернуть дробовик из лап заинтересовавшейся моим пивом медведицы, – Но наш убийца уверен, что никакого отключения не было, никто ничего не трогал. Она либо спрыгнула сверху, спланировав на чем‑то, либо… появилась волшебством?

– Значит, спланировала, – пожал плечами я, поддаваясь просьбам трудящихся, – Какие еще варианты, на самом‑то деле?

– Петр…?

– Что?

– Ты поишь пивом бинтуронга?

– У меня его еще много, а эту банку стерва облизала.

– Я не буду спрашивать, уверен ли ты, что пиво можно бинтуронгам. Спрошу другое – ты уверен, что стоит поить пивом вооруженного дробовиком бинтуронга?

– Он разряжен, Марий.

– Я почти уверен, что она знает, где лежат патроны.

– Ну… в меня она точно не будет стрелять. Я, всё‑таки, пою её пивом.

– На конкурсе нелепых оправданий тебе бы дали первое место, – вздохнул блондин, – Ладно, что у нас есть?

– Мы сидим тихо, никого не трогаем, ждём, пока большие взрослые дяди разгребают всю эту тему! – объявил я, вставая с дивана и снова направляясь к холодильнику, – Кси Тинг оказалась полезнее, чем мы думали, у неё нашлись завязки на Крэйна, они контачили. Теперь люди Маркхейма их раскручивают, а мы им не мешаем. Наша работа закончена, можем отдыхать!

Этим и занялись, но по расширенной нашим лидером схеме. Пока остальные готовили нечто вроде праздничного ужина с пониженным содержанием алкоголя, мы с Юки вовсю напрягались как на башне, так и вокруг неё, дочищая остатки неудачливой лазутчицы, которой буквально устроили фейерверк. Трудиться пришлось так долго и потно, что вечерком, уже садясь за стол, я торжественно присудил Алебастру премию за самое кровавое убийство из возможных. Если бы у нашего хакера не было угольно‑черной кожи, то, думаю, он бы позеленел.

Потрясение, испытанное нашим замкнутым и чурающимся людей другом было настолько велико, что сидящим за столом альв закидывался вискариком чаще, чем все остальные, от чего даже не отреагировал, когда проходящая мимо Эрика слегка задела его тылом по плечу. Вампиресса удивилась, подняла брови, а затем снова задела – на обратном пути. Отшельник, зацепившийся языками с Нормой и пытающийся ей объяснить нечто невнятное, но глубоко его волнующее, снова не отреагировал. Это было не просто странно, а из рук вон как тревожно.

Посовещавшись одними взглядами, мы молча пришли к решению, что надо дать подземнику нажраться – тот определенно был не в себе.

Хотя, так можно было сказать обо всех. Норма продолжала слегка дуться на Мария, Эрика домогалась до Юки, придумывая ей собачье имя (чтобы в следующий раз не попасть впросак), я, мысленно каясь, раз за разом отказывал Соне в дополнительном пиве (но провалился в этом благом начинании), а наш лидер не отлипал от телефона, явно находясь на связи с кем‑то еще. Интересоваться этим моментом никто не планировал, мы отдыхали и выдыхали… пока не раздался звонок в дверь.

– Идем, откроем, – поднялся Гритт, кивая мне.

Меня подобное насторожило и, как оказалось, не зря. На пороге мы обнаружили Грегора МакАлистера, почему‑то выглядящего вполне здоровым, и незнакомую полную женщину в черной форме, оба удерживали по четыре туго набитых сумки. Марий, отошёл, пропуская визитёров внутри, а те молча вошли, тут же скинув поклажу на пол и принимаясь с любопытством оглядываться. Через пару секунд их внимание привлек почти трезвый (и недовольный этим) бинтуронг, выглянувший в прихожую, но тут уже не выдержал я.

– У нас постояльцы? – попробовал уточнить я у блондина, – Или мы должны обвенчать этих двоих в виду отсутствия других христиан? Имейте в виду, мы не настоящие христиане!

– Нет, – хриплым, знакомым, но совершенно не своим голосом отозвался Грегор, вынуждая меня тут же навести на него ствол, – Я здесь не за этим. Уберите оружие, Красовский, я Грэг Маркхейм, мы… под иллюзией. Смотрите.

Протянув руку, он забрал что‑то с плеча женщины, которая взяла и превратилась в…

– Ну нет… – выдохнул я, – Ну вы же несерьезно…?

– Принимайте ответственность, господа, – ухмыльнулся инквизитор, проделывая с собой те же манипуляции, превращаясь при этом в некоторое отдаленное подобие того же МакАлистера, только более молодое, кряжистое и полнокровное, – Временно. Очень временно!

– Грегор скончался три с половиной часа назад, – подал голос и наш барон, обращаясь ко мне, – Но его решили оставить в «строю».

– Так, я уже всех наслушалась! Хватит! – каркнула весьма потрепанная и явно давно не спавшая Кси Тинг, а затем, пройдя чуть вперед, решительно потребовала у озадаченного бинтуронга, сидящего на полу, – Ты! Показывай мне, где здесь курят!

Вот так, совсем негаданно, под покровом ночи, без каких‑либо провокаций, наша крепко спаянная и сплоченная команда обогатилась… китайской бабкой. Временно. Пока я стоял, переваривая эту очень внезапную и малоприятную новость, с зала в прихожую почти выпал нехило пьяный альв, уставившийся на шумную гостью мутным взглядом.

– Знакомый голос! – объявил он.

– Таких негров я еще не видела… – задумчиво пробормотала Кси Тинг, оценивающе глядя на остальных членов команды, появляющихся рядом с подземным жителем, – Но голос‑то знакомый. Неужто ты… Алебастр⁈

– Ага.

– Кто ж тебя, дружок, так назвал? – спросив это почти участливым тоном, старая китаянка расхохоталась почти истерическим голосом, – За что ж тебя так?!!

Увы, захватывающий разговор не был продолжен, потому что до нашей вампирессы дошла неоднозначность происходящего, от чего она стала недовольна. Шум аудио‑контакта недовольной владычицы ночи с уставшей и отчаянно желающей курить китаянкой моментально сделал всю атмосферу дома неприятной, от чего мы и ретировались в одну из комнат, чтобы выслушать, что нам хочет сказать кризис‑менеджер Апсародая, оставив при этом за бортом Юки, альва и Норму… то есть всех. Ну, в качестве поддержки… кому‑нибудь из крикуний!

…ладно, мы с блондином просто были самые трезвые, а Юки орала едва ли не громче Хатсбург. Она определенно была «рада» видеть старую знакомую.

Вживую Грэг Маркхейм оказался таким же неоднозначным, как и по телефону. Вполне приличного вида брюнет, с залысинами, с умным жестким лицом хронически не высыпающегося человека, цепко держащего себя в руках триста шестьдесят пять дней в году, он сходу, рухнув в кресло, заявил.

– У меня скомпрометировано до пятнадцати процентов личного состава. Вы являетесь единственной «чистой» группой оперативников, которую я могу использовать с минимальным риском провала задания.

– Можете? – с намеком поднял бровь барон, – Вы уверены…?

– Могу, – кивнул ему Маркхейм, – Ваш заказ изменен, Крэйна нужно обязательно взять живым. Освальд Хатсбург и весь его род уже взят под стражу, просто ради того, чтобы не дать вампирам помешать нам осуществить захват их бывшего подопечного. Чтобы вам слушалось внимательнее, сообщу, что Марко Цурье добавит лично вам бонус в размере полутора миллионов долларов за захват Крэйна. Это, кстати, между ним и вами, Центр не имеет никакого отношения к этому обещанию старшего рыцаря. Теперь вы готовы слушать? Если да, то можно попросить кофе? Разговор будет долгим и обстоятельным…

Священная Инквизиция столкнулась с тайной силой, получив несколько чувствительных ударов. Наиболее чувствительным стало предательство некоторых членов организации, причем, на самых разных уровнях. В основном оно выразилось в том, что эти самые «предатели» считали себя обязанным отправлять информацию, как они думали, другим отделам Инквизиции, оперативно и в глубокой тайне. Далеко не всегда получая за это что‑либо. Проще говоря, кто‑то весьма давно и невероятно тонко «влез» в существующие практики межведомственного перекрестного контроля, буквально встроив в одну из самых могущественных организаций мира свою сеть информаторов. Затем он разыграл эту свою карту, получив сверхъёмкий аккумулятор, уничтожив тестового робота, забрав половину архива Апсародая и, на сдачу, полностью очистив от влияния инквизиторов Японию. Ах да, еще какие‑то неприятности с альвами. Со всеми альвами.

Крэйн, из неудобного одному роду кровопийцы, внезапно стал чрезвычайно ценным свидетелем, потому что, повторяя слова Эрики Хатсбург, «никто не держит опытнейшего стапятидесятилетнего вампира мальчиком на побегушках». Кровосос, наглый и умный настолько, чтобы в одно лицо пробраться в закрытую лечебницу, должен был много знать. Критически много и критически важного.

– А еще мы проверили тех, кто устраивал вам засады, – слегка посвежевший Маркхейм пил уже третью чашку кофе, – Тайцы, малазийцы, индусы, китайцы, японцы. Настоящий восточный интернационал, даже корейца нашли, хотя мой заместитель уверен, что это киргиз. Я бы не удивился, узнав, что кто‑то тут себе муштрует азиатов, создавая армию, но все они приехали с континента, понимаете? Приехав, они не пошли к вашему другу Ла Диспензе за стволами, у них тут уже был склад, заваленный новейшим типовым барахлом, причем не один. Понимаете, что это значит?

– Кажется, Басолан тоже хотят вывести из‑под юрисдикции Инквизиции, – подумав, выдал Марий убедительную теорию, – Скорее всего, в масштабе куда большем, чем мы можем предположить. Поправка, хотели . Так ведь?

– Я исполнитель с конкретной задачей, – развел руками наш гость, – Общая картина пока полна неясностей, но, думаю, вам очевидно, что либо мы закрываем вопрос с вампиром, либо жизни вам тут не будет? Уйдем мы, уйдете и вы, а, учитывая кому был заказан Крэйн, – вы уйдете прямо в загон для козлов отпущения. Их сейчас в организации острейший дефицит.

Связываться с человеком, который чуть было не подставил Норму и Алебастра под пули… желания не было ни у меня, ни у Гритта. Однако, жизнь упрямо твердила другое, нам нужно работать в одной упряжке ради собственного выживания. Грэг не мог свободно управлять своими оперативниками, не зная, сколько еще тайных информаторов у него может быть под боком, а мы, как условно «чистые», могли выступить своеобразным стилетом, острие которого дотянется до одноногого вампира, затаившегося где‑то в городе. С первого удара.

– Я обеспечу вам прикрытие, маскировку, – объяснял нам Маркхейм, – Поддержку, всё, что смогу провернуть без информирования своих бойцов о деталях любой акции. Благодаря Кси Тинг мы уже нашли несколько зацепок, сейчас раскручиваем маршруты Крэйна, который был весьма активен в городе как минимум пару недель.

– Если он был активен, то почему не попал на камеры? – задал барон правильный вопрос.

– Потому что у вас в Среднем городе камер нет, – недоуменно пожал плечами инквизитор, – Массово нет. Ни камер, ни дронов, ни какой‑либо системы надзора.

Оп‑па, Эрика ошиблась. Очень сильно ошиблась, исходя из верных предпосылок, но не зная о том, кем Крэйн был на самом деле. Что же, вполне простительная ошибка, благо, что мы не так уж много времени потеряли, разыскивая этого клыкастого гада в Верхнем городе.

– Мы договорились, – кивнул, поразмыслив, барон, тут же жестко ставя условие, – Но вы не используете нас как расходник, никого. Это абсолютное условие. Один намек на подставу, и отдел сливается от сотрудничества с вами, точка. Мы отступим даже на середине операции.

– Это… здорово свяжет мне руки, ваша светлость, – нервно дёрнул щекой человек, умеющий решать проблемы любыми средствами, – Но у меня, как и у вас, просто нет выбора. Мы договорились.

Провожали гостя тоже вдвоем. Пронаблюдав, как он накидывает на себя иллюзию, пообещав выйти на связь чуть позже, а затем закрыв за ним дверь, мы с другом переглянулись. Радости не было совершенно. Рядовое дело внезапно стало частью какого‑то лютого и хитро запутанного дерьма, от которого шло эхо по всей планете. Достаточное, чтобы у нас чуть ли не половина коллектива считалась уже черт знает кем. Кицуне вне закона, альвы на паузе…

Дела…

– Не пудри мне мозги, сисястая стерва! – голос Кси Тинг разносился очень хорошо по нашему некогда почти тихому дому, – Эта тварь сидит в обнимку с ружьем, от неё несет пивом, а вы говорите, что это просто зверь?!!

Мы снова переглянулись.

Бабка.

Дела…

Следующие несколько дней выдались одними из самых напряженных в нашей многотрудной жизни. Вообще, я слегка преувеличиваю насчет «многотрудной», но работа на дядю Грэга оказалась очень насыщенной и хлопотной. Единственным крупным плюсом были амулеты персональной иллюзии, под которыми мы превращались в совершенно неинтересных никому людей, но бегать при этом приходилось прямо как курьерам!

Предводительствовала нами Кси Тинг. Сначала, по указанию старушки, мы выпотрошили на сведения несколько мутных типов, которые недавно кинули саму бабку, перестав быть её личными информаторами. Этих господ пришлось паковать, вывозить за город, допрашивать и утилизировать. С последним проблем не было, нам как‑то раз показал замечательное место некий Армэн Ди Вайн… но покататься туда пришлось изрядно, да и попачкаться нам с Эрикой. Я пачкал руки, а вампиресса уши, считывая эмоции допрашиваемых засранцев, которых приходилось очень настойчиво убеждать. Не сколько из‑за того, что они были крепкими орешками, а потому, что каждый из них был уверен, что не переживет этой встречи.

Затем мы всей командой участвовали в натуральном пиратском рейде, захватывая захваченный какими‑то удальцами корабль, перевозивший целое стадо коров. Эти животные, благодаря которым мясные рынки Апсародая на какое‑то время стали доступны для всех слоев населения, были предназначены для зарядки наших браслетов, так что пришлось отвлечься от основного дела, разбираясь с пиратами. Погоню Юки за одним наиболее юрким засранцем стоило бы внести в аналы истории, потому что забег случился по полному коровьего дерьма трюму, набитому паникующими буренками, но всё кончилось хорошо… если не верить жалобам нашей лисички.

Следующая операция уже была серьезнее, мы выехали на натуральное сафари, причем, разделившись на две группы, каждая из которых взяла с собой по оборотню, чтобы вынюхивать разные интересные вещи. В основном нас интересовали деревни, источающие обильный запах оружейной смазки. Таких мы за три дня обнаружили едва ли не десяток, причем все из них были прибрежными. Маркхейм по нашей указке наводил других людей, в «юрисдикции» которых и лежали эти деревни. Восстанавливать отношения между «Стемией» и городом было нужно.

На следующий день Эрику, которой досталась очень привлекательная иллюзия, очень даже ловко похитили. Сделали это люди Брана Баккары, решившие порадовать возвращающегося после операции босса. В принципе, у них бы всё получилось, пока мы пытались отследить телефон Хатсбург с помощью Алебастра, но какой‑то придурок решил «серьезно поговорить» с похищенной дамочкой, развязав злую как кобра вампирессу прямо посреди офиса портовых бандитов. Эрика избила всех, а затем, связав, избила еще раз, причем не менее качественно, чем было организовано её похищение. Волей случая, Баккара прилетел на двенадцать часов раньше обещанного, застал всю свою команду избитой, связанной и обоссавшейся, после чего позвонил мне и устроил скандал. Пришлось признавать косяк и лишаться четырех тысяч долларов из полагавшихся нам четырнадцати за работу… а еще удерживать вампира, рвущегося вернуться на место преступления и оторвать Баккаре последнее яйцо.

Затем, наконец, от дяди Грэга пришла наводка серьезнее, они с Кси Тинг обнаружили место, в котором засело пара десятков вояк из «восточного интернационала», ранее устроившего нам засаду. Мы отправились их брать всем активным составом, под прикрытием двух групп оперативников инквизиторов, с дронами, с разведкой, с острым нюхом кицуне.

Последнее и подвело. Не сама Юки, отнюдь, лиса действовала крайне аккуратно и вдумчиво, мы подошли к нужным домам в деревне без шума и пыли, качественно окружили их, здесь всё было без ошибок. Чего никто не ожидал – так это того, что приблизившаяся к окну девушка в обличие гигантской лисы вызовет из глубин хижины разъяренный волчий вой, шедший далеко не из одной глотки.

Качественная военная операция моментально превратится в хаос. Половина нашего прикрытия будет садить по обезумевшим волчарам, выскакивающим из домов, а вторая, включая и нашу команду, спасать Юки, на которую те и будут кидаться, позабыв про разум и отдавшись инстинктам. Живых пленников не достанется ни одного, каждого волка мы буквально начиним свинцом, справившись без убитых с нашей стороны лишь потому, что у меня и у Эрики в пистолетах будут заряжены разрывные, а Широсаки…

…ну, Широсаки большую часть боя проведет у меня на шее, мертвой хваткой обняв лапами за шею и воя как десяток кошек… а я обзаведусь целой кучей глубоких царапин от волчьих когтей, да несколькими глубокими укусами. Ну, если не считать шрамов от лисьих когтей, которые останутся на плечах!!