Текст книги "Неприкаянный. Тетралогия (СИ)"

Автор книги: Харитон Мамбурин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 54 (всего у книги 64 страниц)

Глава 6
Сезонное обострение

– То есть, он был обо мне такого мнения, да? – в голосе Эрики, помешивающей соломинкой коктейль, звучало множество сложных ноток.

– Именно такого, – с удовольствием поддакнул я, улыбаясь проходящей мимо официантке. Девушка была одета в костюм кролика, так что улыбаться ей хотелось.

– Марий, как ты мог…? – сакраментальный вопрос вампирессы, одетой в шикарное коктейльное платье, звучал почти трагически.

– Хватит меня клевать, вы двое! – злобно и слегка смущенно фыркнул блондин, провожающий нижние девяносто очень неспешно уходящего «кролика», – нашли место!

– Ты думал обо мне, как о человеке, который способен другому человеку воткнуть перец в задницу! – мрачно, с оттенком торжественности, выдала вампиресса, – Ты думал о Красовском как о безумном садисте! Ладно, это можно. Но ты думал о Юки, как о человеке, ваша светлость!

Гритт запыхтел. Крыть ему было нечем, а удирать было некуда. Мао‑Мао трещала с несколькими молодыми людьми, сидя на удобном диване в пяти метрах от нас, посторонние по вип‑зоне клуба не ходили, так что мы бездельничали на работе, перемывая кости начальству.

А почему? А потому что наш безукоризненно хороший, грамотный и в меру добрый командир…

– Баловался с монашкой, вместо того чтобы почитать выдержки по кицуне! – вредным тоном заявила Эрика, дохлюпывая свой коктейль, – той, которая ему клятву верности принесла!

Юки сдала экзамен, причем с блеском. Мелкая и хитрая лисица даже умудрилась спровоцировать последних тружеников наркобизнеса на то, чтобы они открыли огонь в нашем направлении. Гадкая мелочь хотела перестрелять раззяв до того, как мы начнем палить по ней резиновыми пулями и… почти преуспела. Мне пришлось пару раз выстрелить в чересчур быстро выследившего её парня, но подобный финт ушами на зачет не влиял. Тем не менее, Марий устроил мне головомойку, когда мы уже ехали домой, утверждая, что экзаменов, на которых экзаменуемый оформляет с десяток трупов – не существует. Теперь, на следующий день, я ему мстил за это занудство.

– Лисы‑оборотни – не люди, – добродушно ворчала вампиресса, благосклонно кушая новый коктейль, – Ты её воспринимал как странненькую девочку, такую всю смущенную и инфантильную, а это было защитное поведение лисёнка. Она, господин барон, приняла роль младшей в стае, поэтому и вела себя так. Как маленький лисёнок, во всем зависящий от добытчиков. Петр это понимал инстинктивно, он вредный старый убийца, ну а я знала. А вот ты – нет. Это был не экзамен, а инициация стайного охотника.

– А перец – попытка заставить повзрослеть! – я протянул Эрике «пятюню», которую она самым простецким образом отбила, заставив какого‑то щеголя у барной стойки выпучить глаза, ранее не отрывавшиеся от шикарного декольте вампирессы.

– Раньше не могли сказать…? – только и выдавил из себя командир, определенно чувствующий себя не в своей тарелке.

– Ты и не спрашивал, – пожал плечами я, – Вечно о чем‑то думаешь, чем‑то озабочен. Это у нас троих всё на виду, а вот вы с Алебастром шкеритесь, молчите. Мы к вам не лезем, мало ли что вы там…

«Анимешники проклятые!» – коротко промелькнуло у Эрики на лице и на моем, вроде бы, тоже. Это спровоцировало нашего бесстрашного командира на агрессию. Ну… своеобразную. Он запыхтел, замычал, а затем, надувшись, выдал, что они с альвом…

– Купили плантацию⁈ – хором удивились мы с вампирессой.

К потрошению барона на детали мы приступили уже дома. До этого момента пришлось заниматься нашей подопечной, точнее, её собеседниками, парочка из которых не знала о том, что знаменитые китаянки‑блогеры отнюдь не страдают половой распущенностью и не ездят после клуба к случайным знакомым. Собеседование на эту тему происходило в высшей степени цивилизованно и мирно, как оказалось потому, что лицо Петра Васильевича Красовского очень хорошо знают в Верхнем городе, да и вообще в Апсародае.

Молодой, красивый, разъезжал с двумя маньяками, вооруженными многозарядными гранатометами, они вместе положили конец Мара Сальватручча, так еще и выжили после этого. Да и улыбка у меня шикарная!

В общем, домой прибыли мирно и весело, без каких‑либо происшествий, за исключением возмущенного бурчания самой Мао‑Мао, которой не понравилось, что столь малозначительные молодые люди попытались проявить к ней свою симпатию. Где перспективы, спрашивается? Местные? Да кому нужны местные! Она китаянка! Ей нужен богатый и влиятельный китаец!

На язвительный вопрос от Хатсбург «молодой и красивый?» китаянка уперла руки в боки, а затем, поморгав удивленными глазами на по‑прежнему шикарно выглядящую Эрику, недоуменно спросила:

– Зачем? Я что, дура? Мне нужен муж, который будет ЗНАЧИТЬ! Пусть он будет маленький и лысый, пусть у него не будет стоять, но он должен быть большим человеком! Если бы меня интересовала такая ерунда, как красота, я бы уже давно на твоих мужиков вешалась! Это я могу быть красивой, знаменитой и верной, а муж должен быть ВЕЛИКИМ! Я слишком старая, чтобы снова выходить замуж за просто перспективного!

Ну вот, не бывает людей, которые разбираются во всем. Эрика не понимает в китайцах, Гритт в кицуне, Юки вообще ни в ком, один я молодец, да и то, потому что вторую жизнь живу!

Мы собрались на совещание в «мужском» номере пентхауса, поставив Алебастра на громкую связь. Первой заставили отчитаться Юки о том, как прошел день. Кицуне, вольготно усевшаяся между ног у Эрики, рассказала, что они с Момо весь день страдали фигней, занимались детьми, делали «кое‑что» своё (сказано это было с таинственным видом), затем, пока дети спали, Момо уехала по делам с медоедом, потом вернулись.

– Как видишь, она в полном порядке! – улыбнувшись Марию, Эрика поворошила кицуне волосы, к чему та отнеслась вполне позитивно.

Гритт, глядя на невинную азиатскую девушку, вчера замочившую более десятка человек, лишь бессильно выдохнул, разведя руками и признавая собственный провал как лисоведа. Долго ему горевать не дали, мы накинулись на лидера всем гуртом, требуя рассказа про купленную плантацию. Заунывные хрипы альва, укоряющего длинный язык Мария, прилагались.

История оказалась так себе, причем началась, как ни странно, с нашей вампирессы (тут сама Хатсбург выпучила глаза). Как оказалось, милой кровожадной девушке с большой душой и грудью довольно легко вытрясти последние деньги из меня и кицуне, чтобы потом их потратить с умом, а вот из альва и барона – затруднительно. Пиетет мешает, да непонимание, как и чем можно облагодетельствовать живущего в изоляции отшельника. Проще говоря, у Мария Гритта были лишние деньги, которые он банально не знал куда девать.

– И поэтому ты купил плантацию? – жаба душила Эрику так сильно, что та решила придушить и сидящую перед ней Юки, от чего та жалобно пискнула и завозилась, – Плантацию⁈

– Мы купили, – поправил её вредный голос нашего чернокожего друга, – Это вообще была моя идея! И связи! И…

– Зато мои деньги, – фыркнул в ответ командир, – Но да, теперь мы с Алебастром совладельцы плантации. Там работают люди, а через пару дней уже ожидаем первые доходы…

Как оказалось, вид парни делали бравый, но, по сути, попросту оказались в нужное время в нужном месте с нужной идеей. Алебастр увидел практически задаром отдающуюся плантацию гевеи с почти засохшими деревьями, она оказалась в интересном месте. Он заинтересовал Мария, они купили землю вместе со зданиями, а затем, наняв корчевщиков и рабочих из ближайшей деревни, очистили всю местность, провели работы (дистанционно!), подвели воду из ближайшей реки и теперь, вуаля, у них есть плантация кхай пама, то есть…

– Ряски⁈ – возмутилась Эрика, снова жмакая кицуне, которая, не выдержав, убежала ко мне, гремя костями по паркету, – Вы вырастили там… ряску?

– Именно её, – почти злорадно подтвердил барон, – А из «зеленой икры», то есть ряски, получается превосходный белковый порошок, который у нас с удовольствием будет скупать «Стемия»! Они попросту приезжают и забирают на плантации всё сырье каждые две недели, рабочие засеивают заново, так что нам даже не надо там появляться! Чистые бесконечные деньги во имя спортивного питания!

Без участия корпорации доход с четырех гектаров плантации составлял бы смешные суммы, которых бы едва хватало на оплату труда работников. Прибыль была бы не более пятисот долларов в месяц, как честно заявил Алебастр, но здесь вступали в ход интересы лаборатории той самой «Стемии», нуждавшейся не в чистом белковом порошке, а в исходной сырой ряске. Таким образом, не шевеля и пальцем, альв и блондин теперь зарабатывали около пяти тысяч долларов в месяц.

– Петр, нам нужна плантация. Пять штук! – наконец требовательно среагировала вампиресса, заставив японку, сидящую у меня на коленях, крупно вздрогнуть, – Лучше десять!

– Не стоит, – улыбнулся я, гладя напуганную лисицу, – Во‑первых, рабовладение тебе не идет, это для арийских блондинов и подземных прагматиков. Во‑вторых, вряд ли лаборатории Цурье нуждаются в сотнях тонн ряски. Нам проще будет составить инвестиционный фонд, чтобы при удобном случае, как показал Алебастр, вложиться в какое‑нибудь дело… хотя, знаешь? Не советую.

– Почему? – кисло осведомилась вампиресса.

– Потому что у нас жизнь веселая! – подмигнул ей я, – Но инвестиций она… не предполагает.

Молчание, воцарившееся после этих слов, было слегка мрачноватым, но тут раздался самодовольный голос лидера:

– Договор, заключенный между нами и «Стемией», обуславливает наш статус как их поставщиков. Это дает возможность принять участие в форуме, который состоится в Верхнем Апсародае через шесть дней.

Дела на Басолане ведут очень своеобразные конторы и личности, которым время от времени нужно встречаться и утрясать разные детали и нюансы. Не зря же именно здесь отгрохали солидный кусок современного мегаполиса, отгородив его натуральной стеной. Форум же является площадкой, на которой местные воротилы бизнеса обсуждают свои вопросы, интересы и нововведения.

– Шансы встретить там Николаса Крэйна довольно высоки, – обозначил наш интерес альв‑из‑смартфона, – Кроме того, я уже связался с Мао‑Мао. Завтра вы сопровождаете её в экскурсии по Верхнему городу вместе с детьми и Момо. Оставьте дома Юки. У меня будет для неё персональное задание – нам нужно проверить этот отель. Если Крэйн снимает номер в нём…

– Тогда выпускайте меня! – потребовала госпожа Хатсбург, – Я пройдусь по ночному городу. Крэйн… сам обучал меня первым шагам вампира, поищу его.

– Он знает тебя в лицо, – нахмурился я.

– Красовский… – закатила глаза вампиресса, – Я же женщина. У меня будет другое лицо!

Нормальному вампиру требуется очень немного человеческой крови. Около ста миллилитров раз в неделю. Для этого не нужно ловить своих жертв, держать их в подвале, совершать противоправные поступки. Достаточно ловких рук и некрепкого снотворного с анестетиком. Тем не менее, по уверениям нашей повелительницы ночи, большинство вампиров предпочитали натуральный продукт, отданный либо добровольно, либо в виде ролевой игры. Дурость, по мнению нашей практичной подруги, но имеющая корни в виде моды со времен, когда разврат и падение нравов уже случились, а шприцов и прочих аккуратных инструментов еще не было.

– С другой стороны, – задумчиво пробормотала вампиресса, бегающая с какими‑то тюбиками и бутылочками, – Раньше было куда проще обдолбать кого‑нибудь морфием или иной дурью, так что это было вполне спортивное хобби…

– А может, зубы чешутся! – неожиданно выдала Юки с одухотворенным лицом, – У тебя клыков нет, вот ты и не понимаешь!

Моментально окаменевшее лицо вампирессы, начавшее медленно разворачиваться к лисе, та считала совершенно верно, попытавшись с заполошным писком покинуть помещение, но попытка оказалась провалена, кицуне схвачена и… через пару часов мы в изумлении смотрели на новую Широсаки. Черные брови, черные волосы, пусть и торчащие, как и раньше…

Японка японкой!

– Да я и была японкой! – плаксиво выдала кицуне, обиженно помаргивая. Увиденное в зеркале ей определенно не понравилось, как и то, что через некоторое время Мао‑Мао ободряюще шлепнула её по заднице, объявив, что естественной быть намного лучше!

Сама Хатсбург, талантливо покрашенная в натуральный рыжий цвет, из мрачной и готической секс‑бомбы стала секс‑бомбой общего поражения, причем, примерив красное платье, закрывающее удивительно много и даже без разреза до подмышки. Её внешний вид произвел угнетающее воздействие что на Юки, что на нашу подзащитную, тут же разворчавшуюся, что такое обилие плоти – это неприлично, вульгарно и вообще, как мы можем. Я вступил в дискуссию с девушкой, популярно ей объясняя всю прелесть западных женщин перед китаянками и… конечно же, нарвался на сардонический тон в вопросе, откуда мне, лаоваю, знать, каково это – быть с китаянкой.

На этом месте я мягко улыбнулся, а затем принялся объяснять, от чего даже Момо, возмущающаяся, что Эрика «украла» у неё образ, сидела, лишь похрюкивая. Юки же краснела так, как еще никогда в жизни, а вот Мао‑Мао приобрела довольно бледный вид. Действительно, опыт общения с молоденькими китаянками у меня был более чем обширен! Во все детали постороннего, конечно, не посвятишь, но в моей прошлой жизни у большинства имеющих вес китайцев считалось признаком хорошего тона подарить торговому партнеру две‑три девочки брачного возраста. В особых случаях – хорошо обученных девочек.

Как‑то раз мы хорошо сидели втроем. Я, мой друг Кейн, и один наш общий знакомый, молодой глава осколка темного клана Китая. Скромные мужские посиделки, немного алкоголя, немного задушевных бесед, ничего особенного. Нам прислуживало порядка пятидесяти юных прекрасных китаянок. Глава клана потом подарил их Кейну, а тот взял и превратил полсотни бесполезных девок в…

Мне не дали поностальгировать нормально, отправив работать. Увы, до сигнала Портмана я теперь был пятым колесом в команде, а значит, оказался прикреплен к неугомонной Мао‑Мао, пока остальные члены команды будут заниматься делами, ища нашего вампира и «просвечивая» отель. Кроме того, на Петра Красовского возложили еще одну тайную миссию, которая оказалась удивительно… сложной.

Для начала мне пришлось провести натуральное расследование. Момо, маленький рыжий демон, являлась кем угодно, но не записной нянькой для детей. Тем не менее, мелкая рыжая маньячка вела себя несколько дней удивительно примерно, так, как мы и не подозревали, что она может. Человек с психическим сдвигом на вкусе, абсолютно лишенный тормозов, с постоянно меняющимся настроением… и, внезапно, адекватен? Этого не могло быть, потому что не могло быть. Нужна была причина, очень толстая и большая причина… которая сама вылезла наружу.

Замысел Момо был воистину дьявольским, коварным и прозорливым, причем в немалой степени оказался завязан на её собственное терпение. Рыжая зараза действительно старалась создавать минимальное количество проблем, но не просто так, она ждала. Мао‑Мао, с нашей помощью за несколько дней оббежавшая часть увеселительных заведений города, съездившая на пляж, посетившая аквапарк, пообщавшаяся с парочкой местных девиц‑блогеров, в конечном итоге оказалась в ситуации, когда ей нужно «больше контента». Мы, как телохранители, подходили не очень, у нас уже была роль. Майор Том, вычеркнувший китаянку из зоны своих интересов, тоже потерял свежесть.

…но оставалась Момо. Не японка. Не здоровенная западная красавица с грудями размером с голову самой Мао‑Мао. Маленькая, забавная, достаточно красивая… и без сисек. К тому же, наша подруга была экспертом по Апсародаю.

Того, что у Момо есть её собственный инстаграм‑профиль с немалым количеством подписчиков, наша звезда не знала. Рыжая была слишком гордой, чтобы напрашиваться, но вот создать ситуацию, в которой наивная китаянка сама придет в её сети, сама согласится делить публикации и всё такое…

В общем, мы узнали о нашей взрывной подруге с весьма неожиданной стороны, когда одним прекрасным вечером она завалилась в наш мужской номер (в котором сидели все, кроме подопечной и её детей), принявшись с восторженными похрюкиваниями кататься по кровати, прижимая к груди свой смартфон. Юки, посмотрев в тот же смартфон, принялась повторять движения рыжей, только её звуки были на порядок более завистливые.

Интернет‑карьера рыжей бестии шла вверх невиданными темпами, до десяти тысяч подписчиков в час!

Шума девчонки генерировали много, причем он был настолько искренним, что мы проявили искренний интерес к этой их сетевой жизни, от чего все втроем оказались погребены под миллионом терминов. Подписчики, контент, охват, фильтры, блоки, пейринги, тематика… Юки и Момо трещали так самозабвенно, что не слушать их всерьез было бы преступлением, даже несмотря на то, что рядом со мной, вольготно привалившись плечом, стояла Эрика, у которой было очень интересное декольте.

Однако, слушая, я неожиданно поймал за хвост очень интересную мысль, с которой и вышел из комнаты, направившись к спальне отдыхающей Мао‑Мао. Та с ворчанием мне открыла, оказавшись одета в пушистый халат. Молодая китаянка уставилась на меня без малейшей симпатии во взоре.

– Чего тебе, русский? – недовольно спросила она, обхватывая себя руками.

– Ты можешь помочь нам спровоцировать женщину, охотящуюся как за нами, так и за тобой, – не стал тянуть я, уточнив, – За тобой, твоими детьми, твоей матерью. Она совершит ошибку, и мы её убьем.

– Забудь! – зябко поежилась китаянка, – Я не подвергну риску своё имя и… Это ваша работа!

– Твоё имя не пострадает, – качнул я в ответ головой, – Нужны твои навыки и, возможно, твоё тело. Не более.

– Моё тело?!? – тут же уставилась на меня Мао‑Мао как на отпетого насильника, – Чего⁈ Нет!

Убегать и орать при этом не подумала даже. Умная девушка, понимает, что в случае чего ей деваться некуда отсюда.

– Послушай, что я хочу тебе предложить, – вздохнул я, садясь на корточки, чтобы не нависать над хрупкой девушкой, – Не будет никакого риска и никаких проблем для тебя. Нужны лишь…

Момо коварно, грязно и хитро воспользовалась ситуацией с китайским блогером, а я решил точно так же воспользоваться Момо, ну и остальными женщинами пентхауса заодно. Через несколько минут моих объяснений Мао‑Мао уже была настроена куда благосклоннее, а уж когда я её привел к нам и начал объяснять задумку остальным, то восторги рыжеволосой коротышки, раздающиеся под мучительные стоны барона Гритта, окончательно настроили китаянку на продуктивный лад, а заодно, как ни странно, оказались ей «в тему» даже в профессиональном смысле.

– Этот тип, – она хозяйски похлопала по локтю уже очень даже бледнокожего Мария, – Чересчур смазлив. Меня как раз начали подозревать, что мы с ним типа трахаемся. Ну вроде как дети у меня есть, так что уже можно не мужика, а просто мужика… гады! Так что завтра всё сделаем.

– Завтра мы зажжем! – воодушевленно пообещала всем Момо, сияя от удовольствия.

Идея, пришедшая мне в голову, была топорной и прямой. Мы точно знаем, что Агнешка Новак смотрит инстаграм Момо. Мелкая рыжая уже скорешилась с Мао‑Мао, у них есть несколько совместных постов, так что никого не удивит, особенно католическую сестру‑маньячку, если выйдет еще несколько постов. У нас есть набор шикарных женских фигур, есть человек с прекрасными навыками фотообрабатывающих программ, есть место, время и повод… наделать фотографий, на которых будет мелькать наш замечательный Марий Гритт с самыми разными женщинами в компрометирующих обстоятельствах.

Немного фотошопа, и Юки превратится в три‑четыре тайки. Чуть‑чуть виртуального волшебства – и Эрика станет не одной красавицей, а пятью. Легкий нажим фантазии, и мы «размножаем» Мао‑Мао, пририсовывая копиям разные черты лица, и создавая фотографию, из которой будет понятно, что у блондина сегодня будет групповушка с азиатскими сестричками. Натуральная Момо, мелькающая на фотках, наши рожи, и даже немного самой Мао‑Мао с детьми…

– У Агнешки снесет крышу, – уверенно и мрачно доложил наш эксперт по этой женщине, рассматривая первые цифровые «снимки», сделанные китаянкой и её помощниками, – Клянусь вам. Сорвет наглухо. Нам нужно быть к этому готовыми. Понимаете, к чему я это говорю?

– Уточни? – хмыкнула недовольная Эрика, которой на одной из фоток не только изменили лицо, но и «сдули» грудь.

– Мы на пятьдесят втором этаже, – болезненно поморщился блондин, – Нам могут понадобиться парашюты!

Глава 7
Экс Машина

Женское коварство не знает границ, подумал я, разглядывая последний пост Момо на её страничке. Лайков там было много, почти сто тысяч. Вовсе не из‑за развеселого Гритта, поднимающего одной рукой вверх задорно визжащую тайку в купальнике (это была Юки после обработки мастером фотошопа), и даже не из‑за Мао‑Мао, которая, еле заметная на периферии, якобы гналась за весело удирающим от неё сыном, а именно из‑за нашей рыжей крохи, которая делала это селфи, одетая в… предельно укороченную хламиду католической монашки.

После такого кадра нам надо было уже не бешеную Агнешку ждать, а самого Ла Диспензу, причем на танке… ну, если бы Момо не предупредила бы последнего заранее. Вообще, удивительной верности девчушка. Правда, вчера приволокла себе вибратор, которым хвасталась, удерживая как двуручный меч. Дети, правда, захотели себе такие же игрушки, подняли рёв, вынудили Эрику сбегать еще за парочкой таких же суровых штук. Через час, когда пацанам наскучили тяжелые палки, вампиресса их забрала назад, передав одну Юки.

От вида японки, с растерянным видом сжимающей здоровенный фаллоимитатор, хохотали все, кроме детей.

После этого позитивного эпизода все сосредоточились на максимум. Алебастр переключился на охрану здания от воздушных угроз, Юки следила по планшетам за холлом, лифтом и коридорами, Марий и Эрика охраняли нашу вновь отправившуюся по делам подопечную, а я и Момо остались в резерве, возясь с детьми и закармливая медоеда, которого определенно начало доставать нахождение в закрытом помещении.

– С ним нужно что‑то делать… – вздохнула коротышка, кивая на одноглазого зверя, свирепо сгрызающего тапочек, – Да и мне бы развеяться малость, а то крышечка уже того… Даже новый резиновый друг не помог! Точнее, помог, но… не помог. Сечешь?

– Ну а в чем проблема? – не понял я, – Тебя отвезти, как наши вернутся?

– Монашка меня выцепит, Красовский, – неожиданно серьезно заявила мне рыжая, – И выпотрошит. Мы друг друга неплохо знаем, так‑то. Эта курва раньше круто отжигала, не схватила нашего блондина за пипиську! Мне от вас нельзя, пока мы её дохлой не увидим… а Майор Том страдает. Ему бы подраться с кем…

– Ладно, попробуем решить этот вопрос, – кивнул я, доставая смартфон.

– В смысле⁈ – на меня выпучились два больших зеленых глаза, но я уже говорил абоненту, ответившему на звонок.

– Старуха, привет! У меня тут Момо возится с твоими внуками. Знаешь Момо? Давно возится, всё хорошо. Всё пока  хорошо. Момо нужно погулять. Придумай что‑нибудь для нас.

Ну вот и всё. Выключив китайский мат, я улыбнулся подруге. Та в ответ хлопнула ресницами.

– А что, так можно было⁈

– Шансы, что наша святая сестра клюнет, если выберемся отсюда, куда выше, – слабо улыбнулся я, – Так что готовься, это будет весело…

Оказалось еще веселее, чем мы думали. Бабуля Кси Тинг не стала мяться, а вместо этого действительно решила организовать нам здоровый выезд на природу, причем на яхте. Но, для начала, она…

– Не поняла⁈ – теперь пучила глаза Мао‑Мао, вернувшаяся в пентхаус. Китаянка выглядела довольно забавно на фоне стоящих за её спиной и сильно удивленных Мария с Эрикой.

– У тебя отдых! На двое суток! – отрезала Момо, выходя вперед и представляя гостей нашего номера, – Это Мао‑Мао и её дети! А ты теперь нет никто и нет нигде! Сиди спи, смотри фильмы, можешь мою дрочилку взять!

Действительно, сейчас возле нас стояла другая молодая китаянка с другими, хоть и почти не отличимыми на мой взгляд, детьми. Кси Тинг решила снабдить нас на опасную прогулку двойниками, очень даже похожими на оригиналы! Отличная бабка!

– А защищать меня кто будет?!!

– Защищать тебя будут, – шагнула вперед дублерша, – Двенадцать человек. Но ты их не увидишь. Ты вообще сейчас выйдешь из отеля, поругаешься на этого черноволосого, а потом уедешь. Отдыхай!

Так, в принципе, всё и произошло, плюс отдельная шумиха по успокаиванию медоеда, который впал в раж, учуяв свежий воздух. Пока девушки его успокаивали, а «Мао‑Мао» орала на меня, пихая кулачком в живот, прошло достаточно времени, чтобы любые наблюдатели, следящие за отелем, точно убедились, что вся теплая компания вновь куда‑то срывается. А уж распознать похожую китаянку, когда она в шляпе и солнцезащитных очках… да тут и мать родная не справится!

– Как тебя зовут? – задал сидящий за рулем Марий вполне разумный вопрос, когда мы плотно напихались в нашу бронированную «камри».

– Мао‑Мао меня зовут! – отрезала дублерша, сидя с детьми на коленях, – Если сдохну я или дети, вам оторвут голову! Водитель! В третий порт!

– Она мне нравится! – оскалилась Момо, сидящая на коленях у Эрики и удерживающая Майора Тома.

Мне же досталась Юки, достаточно компактная и ловкая, чтобы, если что, спрятаться у меня между ног. Так и поехали, достаточно веселым кагалом, если не считать сердитой дублерши и её флегматичных племянников, которые были спокойнее даже детей самой Мао‑Мао. У той, кстати, никакого особого выбора не было, кроме как спать, бухать и пользоваться оставленными Момо вещами – в пентхаусе, по приказу Кси Тинг, отключили интернет на время нашего отсутствия!

Через пару часов солидного напряжения в ожидании спонтанной атаки, мы уже выходили в море на очень даже приличной прогулочной яхте, вышедшей из Апсародая на достаточно высокой скорости, чтобы поддерживать в полете парашют‑планер, под которым у нас болталась восторженно вопящая Момо в купальнике. Обычный аттракцион нашу девочку бы не удовлетворил, но тут она кувыркалась в воздухе, пытаясь заставить планер грянуться о воду, а я, манипулируя тросами, компенсировал рывки её тельца, что и служило причиной радостных воплей дорвавшейся до адреналина маньячки.

– Она как ребенок… – ко мне подошла Хатсбург, придерживающая обеими руками шляпу, – Но это, почему‑то, и нравится.

На плече у девушки висел автомат с уже прикрученным четырехкратным прицелом, а грудь была спрятана под бронежилет, выглядывающий из‑под легкой куртки.

– Искренность всегда подкупает, – улыбнулся я, ослабляя один из тросов так, чтобы завывающая сиреной рыжая всё‑таки не бултыхнулась в океан, – Как и эмоции. Вот ты свои, например, сейчас скрываешь.

– Так заметно? – неторопливо удивилась Эрика, оглянувшись на палубу яхты позади неё.

– По тебе особенно, – согласился я, – С тех пор, как мы заехали в пентхаус, ты себя ведешь неестественно тихо.

– Тихо? – слегка фальшиво удивилась вампиресса, – Я?

– Да, Эрика, – вновь выправив парашют после коварного рывка Момо, я добился от той новой серии счастливых воплей, – Ты обычно поступаешь с пространством так, как твоё тело поступает с платьями. Ты его заполняешь. А в гостях у Мао‑Мао ты себя вела прямо как Юки.

Девушка, прикурив тонкую сигарету, облокотилась локтями рядом с мной. Курила Эрика редко, очень, так что я, резко дёрнув за шнур, вызвал вопли возмущения рыжей, сломав той всю подготовку к новому рывку, приготовился услышать что‑то необыкновенное.

Вампиресса меня не разочаровала.

– Крэйн вышел со мной на связь, Петр. Мы встретились и поговорили, – выдала она, докурив сигарету до одной трети. Не дождавшись реакции, Эрика уточнила, – Он выскочил передо мной в баре как чертова кукла из ящика.

Усмехнувшись, я закурил сам, продолжая болтать Момо в воздухе, но теперь действовал куда активнее, поменявшись с коротышкой местами. Раньше она сама себя пыталась подвергнуть риску, а теперь эту роль взял на себя я, предлагая мелкой безбашенной оторве спасаться самой от полёта в воду.

– Что? Ничего не скажешь? – терпение у Эрики кончилось быстро.

– Я жду, когда ты договоришь, – улыбнулся я, – Или ты думаешь, что заказ  от Инквизиции мне важнее, чем ты?

– Я думаю, что ты старый вредный козёл, Петр Красовский! – меня пихнули в плечо, – Мог бы хотя бы удивиться!

Крэйн, который не хотел в Апсародай настолько, что даже пошёл против главы рода. Он здесь. На него выписан ордер на ликвидацию, выписан отделу «необходимого зла». Почему? Потому что предъявить этому вампиру Инквизиции нечего. Значит, вопрос в чем? Правильно, в его лояльности. Кровосос жил чуть ли не автономно на востоке, помогая Хатсбургам с бизнесом, но где жил, чем дышал, с кем пил кровь девственниц – неизвестно.

Мне, в общем‑то, расклад понятен. У старины Николаса образовался другой патрон, некто неизвестный, но имеющий нечто, что заставило старого опытного вампира плюнуть Освальду Хатсбургу на бороду. Кто‑то, о ком наши либо не знают, либо знают, но не хотят, чтобы знали мы. Этому «кому‑то» не интересна Эрика Хатсбург, но, скорее всего, очень интересны детали о поднятом нами свинцовом саркофаге, в котором должен был мариноваться легендарный упырь. Поэтому Крэйн вышел на обращенную им женщину с… интересным, наверное, предложением? А что интересного может предложить старый вампир такой красавице как наша Эрика? Только одну вещь, которой той может не хватать.

Зубы. И, учитывая, что наша дорогая красавица не прибежала к нам сразу с новостями о встрече с Крэйном, нормальный вампирский прикус для неё сладок и желанен… но не настолько, чтобы кидать всю команду через своё крутое бедро. Намного лучше прийти к доброму старому Пете, да поделиться с ним опасной информацией! Авось получится себе и то, и то устроить!

– Ты… дико… вредный… старый… козёл, – выдавила из себя вновь ставшая натуральной брюнетка, хватаясь за один из тросов, – Гад!

– Аккуратнее тяни, она сейчас будет дёргаться! Давай вместе! Ать… Два! Ать… Два!

– Да знаю я! Шляпа…! Шляпу ловите! Шляпа улетела! Том! Томми! Не ешь её! Отдай мне шляпу‑уууу!!

Когда мы, так и не дождавшись поспешного нападения до самого вечера, слегка расслабились поодаль от матросов и от накушавшейся рома Момо, то принялись держать совет. Слегка подготовленный моими речами Марий, уже понявший, что Крэйн прихватил за попу нашу Эрику в такой позе, что та никак бы не смогла его ухлопать, вдумчиво расспрашивал девушку об этом событии, а я развлекался тем, что кормил Юки виноградом. Лисица, по‑прежнему пребывающая с брюнетистым окрасом, периодически морщилась – лакомство было не совсем зрелым.

Эрике не оставили каких‑либо контактов для связи, Крэйн был уверен, что сам отыщет её где угодно, давал время на раздумья. Более того, он ничем ей не угрожал, ничего особого не говорил, просто предложил обмен: зубы на всю историю с ящиком Дракулы.