Текст книги "Неприкаянный. Тетралогия (СИ)"

Автор книги: Харитон Мамбурин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 39 (всего у книги 64 страниц)

Уткнувшись мне лбом в грудь свежепомытая задала вопрос дрожащим голоском:

– Ты… зачем⁈

В её тоне было понамешано многое, но ничего особо серьезного.

– Терапия, – спокойно ответил я, намыливая себе голову.

– Что⁈

– Терапия от твоей стеснительности. Жизнь у нас неспокойная, ситуации могут быть разные. Ты можешь получить ранение в задницу, я могу получить. Любой может оказаться на больничной койке. За ним придётся ухаживать так, как вы ухаживали за мной, когда удирали из Тайланда. А ведь вы не только повязки меняли, но и поили, кормили, убирали, хм, остальное. Так что, если тебя скрутит какое‑нибудь отравление или еще что‑то, чего оборот не сможет убрать, ты должна быть готова обратиться к своим товарищам. А еще, как ты могла сегодня убедиться – обернуться у кицуне не всегда выйдет. Свидетели.

Постояли, помолчали. Широсаки переваривала информацию и, судя по всему, аргументов против у неё особо не было. Затем она начала говорить, также не отрывая лба от моей груди.

– Эти… Аокидзи. Вы не поняли, не могли понять, а я по запаху сразу поняла. Молодой мужчина, одинокий, с настоявшимся запахом. Этот кицуне пришёл за мной, хотел подавить, заставить признать себя его женщиной, подчиненной. Он был… настроен на это. Это наши инстинкты, наша природа. Если бы у него получилось, даже если бы вы их прогнали, он бы меня потом подловил где‑нибудь и увел. Я бы подчинилась… наверное. Но…

– Он болтал про «старшего», – вспомнил я, – Взбесился из‑за этого.

– Да, у него просто крышу снесло, – чуть повеселее откликнулась мокрая голая девушка, – Такого они точно не ожидали!

– Чего именно?

– … неважно! – на меня подняли моргающие глаза, – Но я поняла, о чем ты говорил. Недавно была ситуация, в которой мне очень нужна была помощь. Ничего серьезного, но тогда… в общем, это было просто ужасно!

Затем меня схватили за руку, принявшись рассматривать пальцы. Ушки у кицуне продолжали быть совершенно багровыми, а затем она, выдавив из себя нечто вроде «нет, не вышло бы…», окончательно погрузилась в себя. Погладив её по голове, я оставил Широсаки в душе, а сам вышел, чтобы ей не мешать. Время окончания работы стиральной машинки было еще впереди.

Из квартиры мы вышли в сырой одежде, но к моменту прихода домой она уже была сухая.

Тайланд.

///

Алебастр сидел в своей комнате, работая за компьютером. После недавнего инцидента у порога, отослав всё запрошенное Гриттом в офис инквизитора Цурье, альв поставил себе задачу выяснить, что за наглые японцы явились к его порогу. Войдя на сайт, принадлежащий Священной Инквизиции, молодой отшельник погрузился в изучение нечеловеческих рас, обитающих на самом восточном острове Евразии.

Список был… своеобразен, состоя всего из двух пунктов. Кицуне и тануки, вид – оборотни. Около двух тысяч первых и полутора тысяч вторых на сто пятьдесят миллионов местного населения. Вампиры – отсутствуют, что неудивительно. По авторитетному мнению большинства кровопийц, жидкость, нужная им для питания, в местных была не особо хороша из‑за диеты островитян. Кроме того, ксенофобия местных отталкивала ночных охотников, имевших преимущественно европеоидные черты, а сами японцы паршиво поддавались на трансформу в вампира, которая их часто уродовала. Впрочем, как и всех азиатов.

Хм.

– Это заповедник, – недовольно пробормотал альв нехитрый диагноз, барабаня себя по подбородку, – Неудивительно, что они так расслабились…

– Хм… – присутствующий в комнате субъект, о котором хозяин благополучно забыл, пошевелился и захрустел попкорном. Звук шёл пониже сидящего в кресле альва, прямо с пола, так что тот, совершенно не отвлекаясь от своих мыслей, протянул руку, чтобы почесать под подбородком, как он думал, Соню, вечно что‑то жующую и любящую околачиваться около него.

Почесать‑то почесалось, но это была не Соня, а Норма, сидящая на полу. Смуглая девушка, одетая в шорты и короткую майку, невозмутимо приняла ласку, продолжая сосредоточенно хрустеть попкорном и рассматривать монитор, на котором что‑то весело мигало.

– Однако, – озадачился чернокожий, – Ты чего тут?

– Эрика. Прячусь, – поведала ему волк‑оборотень, – Щекочется.

– Аргумент, – согласился с ней Алебастр, – Тогда работаем дальше.

Обе разновидности оборотней были… бесполезны для целей Инквизиции, так что их отнесли к охраняемым типам. Единственный существенный плюс был в разведывательной сети, удерживаемой оборотнями над Японией, так что та была одним из самых безопасных мест в мире. «Естественной» культуры колдовства на островах никогда не было, а пришлых, соблазненных плотным населением страны, быстро вычисляли защищающие своё место обитания лисы и еноты.

Слабые, недисциплинированные, авантюрные, без каких‑либо способностей к точным наукам, гуманитарии тайного мира планеты. Их давным‑давно оставили вариться в собственном соку, что иногда вызывало коллизии вроде той, что случилась сегодня. Альв видел общие черты, имея возможность провести аналогию с собственным народом. Если бы кто‑то сказал молодому подземному жителю, что тот, оказывается, должен следовать правилам какой‑то там Инквизиции, то альв бы очень сильно удивился, услышав подобное впервые в жизни. Но да ладно, у них там, под горами, своя цивилизация, свой образ жизни, свои вызовы и проблемы. То, что Аокидзи, весьма влиятельная семья, не обучили своего отпрыска – было совершенно другим делом. Жители острова в очередной раз обнаглели. Такое уже случалось.

В чатах уже велось обсуждение этого вопроса. Наверное, этот Хиро еще не успел смыть кровь с лица, как уже была наложена резолюция из Центрального Управления сделать это дело максимально публичным.

Лис будут пороть, уверенно кивнул Алебастр, вновь почесывая продолжающую лакомиться попкорном Норму. Те могли нанять людей для похищения, для переговоров, сделать что угодно, не вмешиваясь лично, но, прислав слуг и кицуне, Аокидзи буквально оголили свою задницу перед мировым сообществом, и теперь будут получать по ней.

– Али! Ты нашу волчицу не видел? – раздалось глухое из‑за двери. Там была Эрика.

– Не видел, – честно соврал совершенно не видящий оборотня альв, продолжая читать чаты и почесывать хрустящую попкорном девушку, – Поищи в гараже.

– Не могу, готовить пора! Петр и Юки скоро вернутся!

– Она никуда не убежит! – уверил отшельник вампирессу, возвращаясь к экранам.

Нужно было срочно ответить троллям, принявшимся иронизировать на тему «тех несчастных, у кого в команде кицуне», из‑за которой разгорелся весь сыр‑бор.

Норма же, сидя у кресла на полу, чувствовала себя спокойной и довольной. Здесь было хорошо и вкусно. От телевизора и музыки у неё чесались мозги, Эрика и остальные хотели от неё непонятного, а большой черный зверь донимал, стараясь получить от девушки то, что она обычно получала от других. Последнее было очень несправедливым с точки зрения Нормы, потому что бинтуронг никогда и ничего не давал взамен, а лишь эгоистично пользовался выпрошенными благами. А еще он терпеть не мог, когда с ним не делятся едой, начиная сильно пихаться передними лапами…

Вкусный попкорн. Приятные почесушки. Мозги отдыхают.

Чего еще желать?

Глава 8
Два зайца одной пулей

– Русский, я думала, что ты джентльмен… – сонное бормотание Эрики заставило меня проснуться и открыть глаза.

– Я джентльмен, – пробормотал я, глядя на открывшееся мне зрелище. Оно было скорее смешным, чем эротичным, невзирая на обнаженное женское тело, лежащее рядом.

– Джентльмен не пытается трахнуть даму, которая спит! – возмущенно, но еще не открывая глаз, припечатала Хатсбург, – Впрочем, продолжай, мне нравится…

– Это не я, – подумав, выдал признание, а затем уточнил, – Это Соня.

– Не ты… Что⁈

Ну да, забравшийся на девушку кошачий медведь, сейчас игриво ворочающий мордой её левую грудь, никак не мог откликаться на имя Петра Васильевича Красовского.

– Продолжай, Соня, продолжай. Ей нравится.

Хорошее утро, веселое, особенно под мелкое пакостливое хихиканье преступницы, и впустившей зверя в мою берлогу. Возможно, мне не стоило шутить на тему того, что вампиресса теперь истинная «дочь ночи», ибо возлегла с черным зверем, потому что возмездие за эти слова было не только неизбежным, но и они сами вызвали удивленный взгляд совершенно чернокожего альва, на который бурным смехом отреагировал пьющий кофе барон… забрызгавший нас всех.

Затем, когда все себя привели в порядок, Марий неожиданно выдал:

– Планы меняются, девочки и мальчики. Раньше я должен был отправиться с Эрикой вместе с ватиканцами, теперь вместо неё беру Юки. Петр, Хатсбург – на вас дальнейшие поиски колдуна. Загляните к Кси Тинг, она хотела видеть нашего русского друга.

– Не то, чтобы я против, – утершаяся вампиресса, удерживающая за шею почти удравшую японку, задумчиво прищурилась, – Но почему…?

– Да всё просто, – тут же сдал замешкавшегося барона альв, – Католики подтянули монахинь, а ты Агнешке не нравишься. Почему‑то.

– Действительно, – покивал я, демонстративно оглядывая фигуристую девушку откровенно оценивающим взглядом, – Почему?

Кому может не нравиться высокая, длинноногая, широкобедрая атлетичная брюнетка с идеально белой кожей и совершенно правильным лицом? Да еще с такой грудью, от которой тащатся даже бинтурон…

Ну вот, опять в меня бросили полотенцем.

– Скажи ей, – посоветовала лидеру вампиресса, подтаскивая к себе японку так, чтобы прошептать ей на ухо на всю комнату, – Что мы все спим с Петром!

Вместо того, чтобы по привычке залиться краской, Широсаки неожиданно возразила:

– Тогда она будет ненавидеть его еще сильнее! И бояться за Мария!

Бросив на Гритта томный взгляд, я умудрился уронить всех присутствующих, кроме Алебастра и Нормы, в гомерический хохот.

Чуть позже, сдав лидера и повесившую нос японку, узнавшую, что они уезжают аж на три дня, хмурым монахиням во главе с Агнешкой, мы с Эрикой погрузились в «барчетту», поехав в гости к мадам Тинг.

Апсародай встретил нас уже привычной жарой и пустынными дневными улицами. Все порядочные люди сейчас праведно спали в своих постелях, чтобы потом всю ночь работать на свой кусок хлеба, а мы были вынуждены купаться в зное. Пусть даже за кусок хлеба с маслом. Некоторое время мы ехали молча, Эрика просто довольно щурилась в окно, жмуря глаза за темными очками, но затем задумчиво проговорила:

– Наша белая подлиза со вчера выглядит удивительно довольной и спокойной, русский. Уж кому как не мне знать, что ты её не трахнул, но признайся – что‑то между вами случилось, пока стирались?

– Да ничего особенного, – хмыкнул я, – Просто помыл её, а она потом при мне превратилась из лисы в человека.

– Оо… – меня игриво пихнули в плечо, – Ты зарабатываешь доверие гигантскими шагами!

– Я не специально.

– Хм, – внезапно моя напарница напряглась, выглядывая в окно куда‑то вверх, – Скажи это своему ворону. Возможно, он тоже не специально. Хотя вот ему я не верю!

– Сложно верить птице, которая при попадании в неё пулей рассыпается на целую кучу исчезающих перьев. Лучше расскажи, что ты сделала Юки, что та до сих пор дергается, вспоминая этот эпизод?

– Ой, брось. Маленький женский секрет. Вот такусенький, – мне показали расстояние между двумя пальцами, только не совсем маленькое, а такое, приличное. Размером с автоматный патрон семь шестьдесят два. А затем добавили, что маленькие лисички должны четко осознавать последствия за излишнюю хитрозадость и отмороженность.

Вникать глубже в эту тему я не захотел, почему‑то вспомнив, как Юки щупала мои пальцы, бормоча довольно подозрительные вещи. Нет уж, оставим себя в неведении. Нужно думать о реальном деле.

Средний Город был куда живее Старого, особенно китайский квартал. Жизнь тут, казалось, не утихала в принципе. Деловитые китайцы, мало обращая внимания что на прохожих, что на друг друга, копошились, занятые исключительно своим делом. Везли тележки, перекрикивались с соседями, готовили или поглощали еду у перевозных вагончиков, попивая горячую воду. Последнее вызывало у меня немой вопрос, пристрастие этих людей глотать пустую воду «ради здоровья» – совершенно отсутствовало у этой нации в другом мире. Там они хотя бы лупили чай…

Войдя в предбанник мыльного дома, Хатсбург удивленно хлопнула глазами на «секретаршу» Кси Тинг, эффектную девушку в красном ципао, которая только и помещалась тут со своей стойкой. Та, совершив ту же операцию по отношению к вампирессе, с узнаванием взглянула на ввалившегося в тесное помещение меня.

– Вас уже ждут, господин Красовский, – поклонилась китаянка, – Ваша сопровождающая подождет тут?

– Это моя напарница, мы идём вместе, – удивил я её ответом.

Причем, удивительно сильно удивил, аж тавтологией запахло.

Секрет удивления раскрыла сама Кси Тинг, когда мы к ней ввалились, пройдя по длинному коридору, из многочисленных дверей которого выглядывали десятки работниц, не отводящих взгляды от шагающей Эрики. Старушка, пыхтящая своей неизменной сигаретой, уставилась на вампирессу немигающим взглядом, а затем, спустя долгие пять секунд, покачала головой.

– Ну вот что вы за наемники? – задала она определенно риторический вопрос, – Компашка моделей! Я же вижу, у неё всё натуральное! Девочка, да во всем городе второй такой кобылы не будет!

– Это комплимент? – задумчиво спросила меня Эрика.

– Мощный комплимент, – покивал я, – Это же хозяйка мыльного дома. Она понимает в женской красоте.

– Тогда спасибо, – брюнетка уставилась на китаянку, не меняя выражения лица, – Но я, обычно, на людях не появляюсь.

– Не берут? – пакостно улыбнулась Кси Тинг.

– Я снайпер, – скромно отрезала моя напарница, заставив старушку довольно прищуриться.

– Тогда понятно, – у меня ткнули сигаретой, – Вы используете бандитскую рожу этого прохвоста для переговоров, в крайнем случае вылезает арийский красавчик, а ты всегда в тылу! Хотя у самой тыл, конечно, моё почтение!

– Бабуль, а ты за какую команду вообще играла? – не выдержал я, – Или до сих пор? Или…

– А ну заткнись, извращенец малолетний! – вспылила Кси Тинг, – Я трех мужей похоронила!

– Сколько из них сопротивлялись, пока закапывала?

– На своем опыте узнаешь, сопляк!

– Ну, это значит, что ты решила ответить на мои ухаживания, старуха?

– А… – Кси Тинг побагровела, – Заткнись! А то буду вести дела только с этой девицей! Она тихая и красивая!

В общем, пособачились, пообщались, получили необычный заказ, который удивительно щедро оплачивался. Некоему неизвестному господину требовались спутники за Апсародай, хорошо вооруженные и очень молчаливые. Кси Тинг, прекрасно зная, что нормальные наемники не берутся за задание вслепую, гарантировала, что противостояния с какой‑либо вооруженной группой не планируется, это будет, скорее, помощь в поисках.

– Но бронежилеты наденьте, – кивнула нам курящая старушка, – Думаю я, что тот, кого хотят разыскать, не особо будет этому рад. Хотя я бы посмотрела, как на такие сиськи жилет налезет…

– Нет, серьезно, за какую команду⁈

– Глаза разинь, растяпа! Они у неё в три раза больше, чем у самой грудастой моей работницы! Хочешь позову, померяем!

– Я не буду раздеваться!

– Да тебе жалко, что ли⁈ Куртку снять только! Там от майки одно название!

Ну вот, теперь препираемся все втроем, кажется, получая от этого свое удовольствие. Спустя десяток минут, получив напутствие «погуляете с мужиком, а потом всё забудете», мы с Эрикой вышли из мыльного дома. Вампиресса, словесно облапанная пошлой китаянкой за все выпуклости, продолжала наигранно дуться, не особо скрывая довольство.

– Мутный заказ, – посетовал я, выруливая нашу двухместную машинку на дорогу, – Нам его отдали, потому что умеем молчать. Однако, можем вляпаться.

– С каких пор тебя это беспокоит? – Эрика щурилась сквозь темные очки на дорогу.

– Меня беспокоит наш неуловимый волшебник, проклинающий местных, – качнул я головой, – Если Цурье будет вынужден звать спецов из центра, то вопросы посыпятся и к нам.

– Думаешь, Гритту предъявят что‑то серьезное на фоне обосравшегося рыцаря с тридцатилетним стажем? – хмыкнула вампиресса, поправляя майку, – Петр, это несерьезно!

– Серьезно, не серьезно, но он барон, – указал я на вполне значимый факт, – Если в ход пойдет политика, то ему это обязательно припомнят в будущем. Так работают игры у взрослых.

– И именно поэтому мы сейчас едем к какому‑то мутному мужику на сопровождение, а не бегаем по городу, вынюхивая колдуна… – саркастично пробурчала вампиресса.

– Кушать тоже на что‑то надо, у нас тут растратчица…

– Я⁈ Да как у тебя язык повернулся!

Нужно признаться, что жирный куш, доставшийся нам после продажи поднятого со дна океана золота, Эрика «освоила» грамотно. Немалая часть денег ушла на то, чтобы снабдить Алебастра целой кучей дронов, с помощью которых он мог помогать нам куда лучше, чем просто сидя на «телефоне», но и жизненные потребности мы закрыли полностью. Теперь у каждого члена команды был гардероб на большинство случаев жизни, а по бытовым приборам мы, наверное, были на первом месте в Старом городе. Эрика купила даже посудомойку, винный шкаф и робота‑пылесоса. Часть денег ей была беспощадно инвестирована в Широсаки, выжегшую кучу патронов на стрельбище, а еще часть вампиресса припрятала, обозначив, что это на черный день.

В итоге, мы, бывшие совсем недавно богачами с двумя миллионами долларов на команду, оказались теми же нищебродами, что и раньше, но готовыми практически ко всему, полностью или частично.

– Если бы не я, то ты бы пропил или протрахал все свои деньги, а затем рассекал бы по городу на своих двоих, вместо этой машинки! – завершила победную реляцию брюнетка, по‑хозяйски похлопав дверь урчащей «барчетты».

– А, то есть мы занимаемся сексом из экономии? – ухмыльнулся я, за что тут же был в шутку бит и обозван «гадом».

Клиент поджидал нас в указанном месте, стоя возле своей машины и дымя трубкой. Сухой, высокий, совершенно седой, этот дед сильно напоминал МакАлистера довольно щегольским для Старого города прикидом, но при этом его лицо выдавало совершенно другую картину. Там, где глава службы безопасности «Стемии» демонстрировал породу, этот человек, оценивающий выбирающихся из машины нас, выглядел как беспородный пёс, закаленный в тысяче передряг и узнавший себе цену до последней копейки. Немалую цену, если судить по бледным шрамам, исчертившим всю физиономию, увенчанную крупным носом.

– Не ожидал увидеть такую эффектную женщину, – продемонстрировав крепкие желтые зубы, выдал этот тип, – Тем более не ожидал увидеть кого‑то, совершенно мне незнакомого, но уже заслужившего репутацию у Кси Тинг.

– Это взаимно, – кивнул я, останавливаясь около старика, – Мы вас тоже не знаем.

– Вы не похожи на ребят, имеющих дело с антиквариатом, – спокойно отреагировал на мои слова он, – Меня зовут Андрей. Как вас зовут – мне нет дела. Мы идём на вылазку, затем расходимся, забываем, что друг друга видели. Если когда‑нибудь вы окажетесь в моей лавке, то будем знакомиться по новой. Вас это устраивает?

Нас это устраивало. Вернувшись в машину, мы неторопливо поехали за Андреем, указывающим путь. Ехать пришлось около полутора часов, в том числе и километра полтора по проселочной дороге вдоль джунглей. В одном месте, не имеющим совершенно никаких отличий, не похожий на русского русский остановился, вышел, а затем уведомил нас, что с этого момента мы идём пешком. Затем старик вооружился неплохой полуавтоматической винтовкой, сунул за пояс пистолет, одобрительно глянул на нас, вытащивших из «барчетты» автоматы… да и пошёл прямо в джунгли.

Переглянувшись, мы с Эрикой последовали за ним.

Продираться через заросли не пришлось, буквально в нескольких метрах от дороги начиналась узкая тропа, по которой и устремился вперед наш клиент, шагая спокойно и открыто. Это шло вразрез с предоставляемой услугой по охранению тела, но этот Андрей, не сбавляя шага, уведомил меня, что пока опасаться нечего.

– Нам еще нужно немало пройти, – бросил он, расслабленно держа ружье на плече, – Можете пока закурить, если хотите.

Происходящее меня слегка настораживало. Человек, идущий впереди нас по тропе с расслабленным видом, немало заплатил за охрану, но, при этом, не говорил, куда идём и что там будем делать. Только в общих чертах, про розыск. При этом Андрей не выказывал ни малейшей опаски, вышагивая в дикой местности, производил впечатление человека, находящегося на прогулке. Эрику, постоянно оглядывающуюся и принюхивающуюся к воздуху, это тоже напрягало, судя по всему, но с собственными глазами и ушами мы спорить не могли – всё было чисто.

Через полчаса неспешного хода, старик вывел нас к чужому лагерю. Четыре линялых штопанных палатки на небольшой поляне, очищенной от кустов и травы, десяток испуганных тайцев обоего пола, оцепеневших при виде троицы вооруженных людей, младенческий крик и сброшенные на землю корзины с какой‑то травой. Ни у кого никакого оружия не наблюдалось. Андрей, всё также неторопливо, подошёл к одному из напряженных мужчин, встреченных нами посреди джунглей, а затем заговорил с ним на тайском.

Мы, перехватив поудобнее оружие, просто ждали и наблюдали.

Опрашиваемый лесной таец явно не хотел отвечать Андрею, но несколько кивков седой головы на нас, очень красноречивых, быстро вызвали страх в глазах мужика. Он начал куда‑то указывать, понурив голову, сопровождая свой жест глухими отрывистыми фразами. Покивав, старик похлопал его по плечу, а затем позвал нас дальше, бросив на прощание пару фраз погромче так, чтобы услышали все обитатели поляны. Сказанное им явно не понравилось бедолагам, но куда меньше, чем наш скорый уход.

– Теперь вы ведете наш отряд, – едва мы вышли с поляны по другой тропке, сказал наш наниматель, – Мы ищем одну женщину, у неё может оказаться пушка. Сама она мне нужна живой и здоровой. Здесь неподалеку есть хижина у ручья. Будьте любезны, молодые люди.

– Вы уверены, что она одна? – осведомилась Эрика, оглядывая лес, – Тут удивительно много людей для дикой природы.

– Не уверен, – легко согласился старик, улыбнувшись, – Но мне нужна только она. В остальных стреляйте, сколько душе угодно.

– Как мы её опознаем? – осведомился я.

– Она чернокожая и в совершенно неспортивной форме, юноша. Думаю, в этом лесу таких больше нет.

В этот момент в мою голову попытались заползти какие‑то смутные сомнения и воспоминания, но для них было совершенно неподходящее время. Опыта у нас с вампирессой по джунглям было немного, нужно было максимально сосредоточиться, не забывая отслеживать малейшее движение идущего за нами человека, вполне неплохо вооруженного, но чересчур уж мутного.

К хижине мы вышли без приключений. Оно нас ждало прямо на входе, под тихий шум бегущего ручья, у которого располагалось это шаткое строение. Оно стояло, уперев руки в бока, с видом насквозь фальшивой уверенности и страхом в глазах. Последний сменился горькой обреченностью, когда Мама Сола распознала в выходящих из джунглей людей меня.

– Какая ирония судьбы, – я покачал головой, глядя на одетую в грязный комбинезон негритянку, которой в свое время предсказал, что она сбежит от своих неблагодарных и трудных клиентов, – Кто бы мог подумать.

– О, вы знакомы, – равнодушно отметил Андрей, выходя из‑за наших спин, – Позаботьтесь об округе, молодые люди. Мне с Мамой Солой необходимо срочно поговорить.

– Я же тебе уже всё сказала, Андрей… – пробормотала фальшивая колдунья, хватаясь одной рукой за косяк, – Я не могу тебе помочь…

– Этот ответ меня не устраивает! – холодно отрезал старик, шагая к ней и роняя свою винтовку на землю, – Тебе придётся придумать другой. Срочно.

Ситуация внезапно стала неудобной для моего чувства меры. Кивнув Эрике, чтобы подстраховала от округи, я подал голос, когда наш клиент уже протянул руку к дрожащему плечу фальшивой колдуньи:

– Она вам не поможет, Андрей.

Старик развернулся быстрее разъяренной змеи, выхватывая пистолет и направляя его на меня. Эрика почти успела среагировать, но я лишь покачал головой.

– Вы что, заодно? – несмотря на ярость, неожиданно исказившую его лицо, голос Андрея прозвучал почти ровно.

– Нет. Но именно я предупредил Маму Солу, что за ней рано или поздно придут те, кому она не сможет помочь, – пояснил я, тут же спрашивая, – Тьма, которая путает воспоминания?

– Что ты об этом знаешь? – оценив диспозицию, старик распрямился, убирая пистолет. Он не мог контролировать одновременно меня, стоящую у него за спиной отчаявшуюся женщину и отошедшую в сторону Эрику, пребывающую настороже.

Удивительно быстро сделанный вывод… для антиквара.

– Если я скажу, то нам придётся вас обоих убить , – улыбнулся я, закидывая кисти рук на автомат, – Это очень не понравится Кси Тинг, Андрей. Но зато я могу отвезти вас туда, где вам помогут. Защитят. Или же вы можете запытать психотерапевта Старого города в этой глуши, буквальным образом ни за что.

Очень простая сделка. Выход для человека, страдающего от проклятия, которое каждую ночь делает новую брешь в его воспоминаниях. Мысли не появлялись на лице русского, совершенно не похожего на русского, но я их видел и так. Мама Сола не могла нас купить, у неё не было таких денег. Не было возможности всё это провернуть через старую китаянку. Совпадение. Случай. Счастливый ли?

– Чего будет стоить ваша помощь?

Закономерный вопрос, но по сути – лишь просьба о паузе для человека, которого буквально заставляют менять все его планы.

– Не денег и не связей, – я аккуратно выбирал слова, – Вы живой, вменяемый, адекватно соображаете. Моим коллегам нужен подобный… свидетель. Срочно. И они, как минимум, смогут прекратить воздействие.

– Молчание, – расслабился Андрей, выпрямляясь, – Этим заплатить придётся точно.

– Молчание очень ликвидный товар, – согласился я, – И если вы, Андрей, согласны – то оно начинается прямо сейчас. Мне бы очень не хотелось убивать Маму Солу, но вы нам нужнее, чем она.

– Вы очень странные… наемники.

Образовалась пауза, которую заполнил ворон, рухнувший на крышу небольшого домика и каркнувший с неё так, что трясущаяся негритянка, чья жизнь висела на волоске, коротко завопив, села там, где стояла, продолжая цепляться за косяк.