Текст книги "Неприкаянный. Тетралогия (СИ)"

Автор книги: Харитон Мамбурин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 51 (всего у книги 64 страниц)

Глава 2
Веселая жизнь

– Николас Крэйн, приемный сын рода Хатсбург. Возраст сто пятьдесят четыре года. Потомственный аристократ при жизни, последний в линии. Титулов не имеет, они, впрочем, не имеют значения. Выглядит на сорок – сорок два года, типичный европеец… – суммировал вслух полученную нами из Центра информацию Алебастр, – Является частью рода с тысяча девятьсот шестьдесят второго. Опытнейший переговорщик по Дальнему Востоку и Средней Азии, незаменимый специалист… для рода. Пребывал в вечной опале из‑за резкого отказа сменить родовое имя на Хатсбургов. Первый серьезный конфликт с Освальдом Хатсбургом случился меньше года назад – еще один резкий отказ Крэйна от вступления в группу, направляющуюся… в Апсародай. Гм.

Мы, собравшись в зале, исполнили минуту неловкого молчания, после чего чернокожий альв продолжил:

– Детали второго конфликта между вампирами не описаны, но аналитики выдают высокую вероятность повторного отказа Николаса приехать сюда, – моргнул альв, добавив уже от себя, – Скорее всего, это уже было связано со свинцовым сундуком, что мы нашли, хотя уверенности нет. Из сопровождающих документов ясно одно – сказав очередное «нет» Хатсбургу, Крэйн пропал с горизонта, перестал выходить на связь, а так как он был по уши в делах клана и Инквизиции много‑много лет, глава клана решил пустить его в расход.

– Технически не за что, но на самом деле – надо, – понимающе кивнул я, не сводя взгляда с не находящей себе места Эрики, – Госпожа Хатсбург, что можете добавить?

– Многое! – выдохнула нервничающая брюнетка, – Но не по делу. Освальд – древний тиранический сукин сын! Сам Крэйн – та еще скрытная мразь, которого терпели и даже уважали за его опыт, но после того, как вместо нормального потомка у него вышла беззубая я – репутация этого козла в роду просто должна была рухнуть на дно! Понимаете? То есть, если он дважды отказал главе рода, а может, даже отказался выполнять приказ…

– То есть можно работать на благо рода сотню лет, – закивал я, – Но достаточно один раз создать женщину…

Меня уже почти ударили ногой в плечо, как Эрику неожиданно отвлек поскуливающий смех. Это умирала в кресле Широсаки, хохоча как умирающий шакаленок. Воспользовавшись паузой, я дернул вампирессу за выставленную ногу так, чтобы она свалилась ко мне на колени, обнял и принялся гладить по плечу, приговаривая, что мы всех убьем. И Крэйна, и Освальда. Кого закажут, того и убьем.

Помогло.

– Чем быстрее, тем лучше, – заключил Марий, пару раз улыбнувшийся при виде гневно сопящей на подругу вампирессы, – Мне не нравится, что этот вампир приперся на остров, куда так не хотел ехать ранее. Еще сильнее мне не нравится, что нам за него Центр обещает полмиллиона. Это слишком большие деньги за одну цель, тем более за первую. Они могли бы нам так подкинуть на бедность, но положение‑то у нас не настолько плохое?

Вывод был разумным и тревожным. Итого: у нас в городе две первостатейные сволочи, опасные донельзя. Раз. Исчез источник постоянных заказов, а значит доходов, на возможности которого по поиску Агнешки мы очень рассчитывали. Два. А что насчет три?

– А три, что я точно уверена – искать Крэйна надо в Верхнем городе, – вздохнула слегка расслабившаяся Эрика, – Причем там, где у Цурье нет друзей и информаторов. Эта сволочь не «опускается» до жизни простых смертных.

– Мы и не можем обратиться к Цурье за помощью по Крэйну. Это наше дело, он вообще не должен быть в курсе. Думаю, на этом наш утренний брифинг можно заканчивать, – подытожил Марий, – У кого какие мысли? Ну, если есть? Конструктивные, пожалуйста.

– Вы сидите тут, а я возьму две бутылки текилы и пойду к Сильвио, – предложил я, подпихивая вампирессу, чтобы та с меня слезла, – Нам срочно нужны солидные зацепки в горо… Эрика, слезай, у меня телефон вибрирует!

На проводе был как раз Ла Диспенза, желавший срочно, прямо с утра, увидеть меня в гости. Покачав головой на такое совпадение, я начал собираться, а переодевшись в «уличное», внезапно вынужден был среагировать на изумленный мужской крик, идущий из спальни Мария. Её, правда, давно уже надо было переименовать в «спальню Мария и Нормы», а заодно сбрызгивать святой водой каждое утро…

– А это вам, потому что не молитесь… – единственное, что удалось выдать мне, когда заглянул в приоткрытую дверь.

Наличие двух полуголых обитателей комнаты, стоящих в обнимку, меня не смутило, мы в Таиланде постоянно полуголые, потому что быть всё время под кондиционером вредно, а вокруг жарко и душно. А вот сидящие за окном три огромных черных ворона, явно рассчитывавших увидеть если не перепихон, то хоть стриптиз, это да. Это странное.

– Петр, – прохрипел, не оборачиваясь, Гритт, – Они размножаются!

– Главное, чтобы аниме не смотрели, – ляпнул я, исчезая, прежде чем начнутся суета, паника и беспочвенные обвинения меня непонятно в чем, но страшном. Проблемы бессмертных пернатых, то и дело появляющихся возле меня, сейчас казались ну совсем маловажными.

«Барчетта» исправно доставила меня на окраину раскаленного города, прямо к башне знаменитого торговца оружием, который встречал меня, стоя на собственном балконе и куря сигару.

– Петр, амиго! – поприветствовал меня одноглазый мексиканец, выпуская клуб дыма, – Как твоё настроение?

– Бывало и получше, – пожал плечами я, – Но сойдет. А что?

– Да у меня тут люди, желающие с тобой переговорить, – не стал тянуть кота за яйца Ла Диспенза, – Ты же не станешь стрелять в моих гостей? Si?

– Сильвио, ты мой друг, – подумав, признался я, с нелегким сердцем раскрывая истинно мужские чувства, – Конечно, не стану. Если будет надо, то я застрелю их позже, не у тебя дома.

– Почему это я не могу огорчиться, если узнаю, что ты застрелил моих гостей позже⁈ – аж возмутился торговец оружием.

– Ну ты же не будешь знать, кто их убил, – пояснил я, глядя на него и щурясь от лупящего по глазам солнца, – Да и вообще, я не знаю всех твоих друзей, Сильвио! Мне что теперь, никого не убивать⁈

– И то правда, – принял шутку за серьезный аргумент один из самых выдающихся психопатов города, – Но сейчас точно не надо!

– По рукам, синьор Касадоре. Пока они не хватаются за стволы, я буду мирным как советский атом!

Открывшееся мне внутри башни зрелище в любом случае бы не заставило схватиться за оружие, но было очень любопытным само по себе. В гостиной гостеприимного мексиканца, в одном из кресел, изволила сидеть знаменитая Кси Тинг, пребывающая в крайне сумрачном настроении. Полненькая пожилая китаянка даже не обращала внимания на то, что на спинке соседнего кресла, вдвинутого в угол комнаты, стоит, цепляясь за стену, всемирно известный блогер и инфлюенсер по имени «Мао‑Мао». Знаменитая информаторша курила сигарету, далеко не первую, наполняя помещение вредным табачным дымом и заставляя медоеда, пытающегося достать до пальчиков ног китайского народного достояния, чихать и кашлять.

– Ага, – ухмыльнулся я, разглядывая этот натюрморт и пальцем отталкивая ствол «миротворца», которым Ла Диспенза попытался пощекотать мои ребра, – А Момо, значит, с детьми возится?

– Да, залипла с ними в комнате, – убедившись в моем миролюбии, Сильвио почесал стволом пистолета себе затылок, – Я отобрал у неё всю взрывчатку. Вроде бы. В общем, я тебе сейчас, как типа посредник, накидаю расклады…

– Да уберите от меня эту тварь! – взвизгнула китаянка, но была проигнорирована как нами, так и собственной матерью. Впрочем, Майор Том уже скакал ко мне на обнюхивание, так что разговор‑таки начался сразу.

«Расклады» оказались весьма кислыми для Кси Тинг и её свежеприбывшей в Апсародай семейки. Господин Вынь Джаолун оказался чрезвычайно недоволен шалостями старушки в продвижении её дитятки, особенно тем, что «звезда» теперь светила настолько ярко, что Триадам около неё ловить было нечего. Это был мощный репутационный удар по организации, можно сказать, подстава подстав. Чтобы его избежать, сохранить лицо, китайцам предстояло дальше продолжать прикрывать Мао‑Мао, делая вид, что они с этого что‑то имеют. Иметь им было с Кси Тинг нечего, так как она и так принадлежала им с потрохами.

В результате бабушку вытурили из её мыльного салона в Среднем городе, переведя её со всеми потрохами в Старый, новую вотчину китаянки, отданную ей Алебастром. Тем не менее, оставили в живых и даже не побили ногами. Почему? А вот тут вопрос приобретает иной окрас, втягивающий в себя продолжающую торчать на спинке кресла Мао‑Мао.

Как мне очень нехотя призналась сама старушка, её грехи перед местным начальством она искупить может так или иначе. За тридцать лет в Апсародае Кси Тинг обзавелась огромным количеством связей, должников, информаторов и наводчиков, которые ей в этом помогут. Вопрос решаемый даже без поддержки Триад, той самой, которой её лишили. Совсем другое дело – человек, через которого она несколько лет разруливала проблемы своей тайной дочери. Человек в Китае, влиятельный, могущественный… и весьма сейчас уязвленный уже открывшейся для него правдой.

Как он может отыграться на Мао‑Мао и внуках Кси Тинг – мы можем только предполагать, но при этом быть уверены в том, что это будет максимально унизительно, чрезвычайно болезненно и очень кроваво под конец.

В дополнение к этому шторму из дерьма, в который попала наша старушка, можно добавить не только Агнешку, которая уже оповестила бабушку о том, что очень недовольна её провалом, но и… срочную необходимость для дочери продолжать поддерживать медийный образ. Блогеры как акулы, не могут останавливаться ни на секунду.

И вот тут на сцену выходим мы, наша небольшая компания.

– Старуха, ты серьезно? – у меня даже улыбаться почти не получалось, – Ты подставила нас, буквально организовав засаду, а теперь хочешь, чтобы мы нянчились с твоей дочкой, известной каждому второму ботану, в одном из самых опасных городов мира?

– Вот поэтому тут сидишь ты, а не твой светлоголовый командир! – задрала нос опальная бабка, – Он бы не понял, что я тебе сейчас скажу, а вот ты, облом здоровенный, откуда‑то знаешь, как нужно говорить и слушать… Дочка! Прекрати страдать херней!

– Да пошла ты лесом, старая ведьма! Уберите эту тварь! Она снова ко мне лезет!!

Через два с лишним часа я покинул башню Ла Диспензы, первый раз в жизни трезвым, да еще и не услышав ни одного выстрела или взрыва. Голова гудела от информации, но предложение подлой старушки оказалось чересчур… нужным и актуальным. Всем, без исключения, даже Сильвио и его Момо. Правда, в этом предстояло убедить Мария и Эрику, и если насчет девушки у меня сомнений почти не было, то с Гриттом это был совершенно другой вопрос.

Марий отличный командир и очень неплохой человек, но ему нет еще даже двадцати. То есть, грубо говоря, его натуральный жизненный опыт попросту смешон. Пока нас мотает в шторме жизни, он уверенно, без лишних движений, держит корабль на плаву, но перспектив не рассматривает и стратегически не мыслит. С одной стороны, совершенно правильно, как глава отдела «несессариум малум», Гритт смотрит на ситуацию просто: отряд есть, подготовка идет, к выполнению заданий готовы, личные потребности удовлетворяются, чего еще надо? Я же этот довольно инфантильный подход невольно подкрепляю своими инициативами, от чего у нас всё идет отлично, но… барон у нас не развивается, а смотрит аниме, трахается и постреливает из автомата, когда надо. И ворон боится.

Сейчас же настало время слегка расшатать идиллию нашего сюзерена.

– Эрика? – сев за руль, я набрал любовницу по телефону, – Ты мне нужна как женщина.

– Не поняла, почему ты трезвый? – недоуменно спросила брюнетка в ответ, – Мне что, раздеваться и идти в твою комнату? Юки прихватить?

– Ты мне не так нужна, – улыбнулся я, едя на малой скорости вдоль улицы, – Скорее я говорил про коварство, подлость и заговоры.

– Слушай, ну это не ко мне! – возмутилась Хатсбург, – У нас таким…

– Ты хочешь пожить на халяву в шикарном пентхаусе Верхнего города, стать знаменитой на полмира, посетить кучу мероприя… – начал я задавать вопрос.

– Что надо делать?!! – прервала мой спич эта хищная особь подвида человека.

Вампиресса у нас прелесть. Да, она часто ведет себя как ленивая жадная сибаритка с ухватками прожженной эксбиционистки и провокаторши, но это лишь маска, вроде моей привычки улыбаться. За фасадом (очень внушительным) скрывается своя в доску девушка, заботящаяся о своих во всем в меру своего понимания и комфорта. Эта забота не всегда приятна или понятна со стороны, но всегда есть. Как и доверие. Эрика не стала меня спрашивать «как» и «почему», даже не заикнулась о другой стороне монеты, то есть минусах в таком нетривиальном предложении, а, выслушав, сразу отправилась устраивать заговор.

Я же, почти закончив разговор, с ругательством выронил смартфон себе под ноги. Тормознув, чем чуть не раздавив собственный телефон, я нагнулся за ним… пропуская прямо над головой пулю из «калашникова». Она оказалась не одна, а с подругами, но те прошли совсем мимо. Это я всё пойму уже после того, как продавив газ вслепую, кое‑как проеду на скорости пару кварталов, едва не зацепив пару машин, а затем только остановлюсь и выгляну из тачки. Преследователей не будет.

Плеснувший в кровь адреналин мешал думать, поэтому, погасив импульс вернуться и проверить, кто это в Старом городе поджидает меня с такими калибрами, я поехал дальше, зорко посматривая по сторонам и отстраненно анализируя собственные чувства. А они были весьма… нетривиальны для господина Красовского.

В меня стреляли, а я удрал. Грамотно, маневрируя, не высовываясь. Это было совершенно нормально для человека, для обученного агента Инквизиции, но не для меня. Почти полтора десятка лет в прошлой жизни я провел с набором магических амулетов высочайшего класса, останавливающих выпущенные в меня пули. Это, при моем сложном характере, позволило выработать определенное пренебрежение как к пулям, так и к собственной жизни, что не раз и не десять заставляло меня рисковать собой даже по совершенно смешным поводам. Однако в этой реальности магия была другой, куда более слабой, никакой защиты у меня не было.

И это… заставляло быть осторожным? Испытывать страх?

…хотеть… жить?

А ведь действительно, со слабой усмешкой признался я себе в очевидном, вспоминая все последние «острые» события, в этой жизни куча всего интересного! Задачи, риски, проблемы. Друзья. Марий. Эрика. Юки. Алебастр. Даже Норма. Они все стали важны для меня… как и моя собственная жизнь.

Хех, не стать бы с такими мыслями трусом.

Сама засада нанесла ноль ущерба что мне, что машине. Окна по причине жары были открыты, стрелок был явно не опытен, выдал очередь, задравшую дуло автомата, так что только первая пуля ушла куда надо, а остальные уже гораздо выше. Но господа, это ни разу не забавно! Врагов у нас в Старом городе нет, во всяком случае, настолько явных, чтобы долбить из «семь шестьдесят два» по машине.

Связавшись с китайской старушкой, я описал ей произошедшее, получив в ответ уверения, что человека с русским «веслом» наверняка запомнили и найдут, раз он принялся палить днем на улице. Мол, невелика утеря, а ты, мил человек Петр Васильевич, поспешай домой и собирай вашу эту шайку‑лейку, потому что времени у нас в обрез и даже меньше.

Это было правдой, так что я действительно поспешил назад, в наше гнездо, успев как раз к моменту, когда успокоенные друг другом блондин и волчица выползали из своего гнезда порока, а остальные члены команды уже загадочно поблескивали глазами из разных щелей и теней, выражая на своих несомненно приятных лицах «ЗАГОВОР» крупными буквами. Господин барон, конечно же, в упор не видел этого, начав с ходу меня обличать в подозрительных сношениях с черными птицами.

– Красовский, три штуки этих твоих гадостей – ну точно не к добру! – разглагольствовал сексуально удовлетворенный парень, вольготно раскинувшийся на диване вместе со своей пассией, чем заставивший Эрику мстительно притулиться в кресле с Широсаки на коленях, – Я понятия не имею, что это, ты не имеешь, никто не имеет! Нам нужно вызвать специалиста из Центра!

На этом месте Гритт скорчил одухотворенную рожу, осмотрев присутствующих. Видимо, что‑то в его инстинктах невразумительно вякнуло, поэтому парень, слегка сдувшись от сверлящих его взглядов, решил оперативно переобуться, спросив меня, что я узнал и почему трезвый.

– Меня чуть не пристрелили на обратном пути, – решил зайти я со свежего, еще горячего, козыря, – Из калаша. Вороны подождут, Барон. Мы по уши в других проблемах. Но я, кажется, привез решение.

«Решение» было от Кси Тинг, слегка модернизированное мной, а представляло из себя удивительный по изяществу маневр:

– Первое! Мы вчетвером становимся телохранителями знаменитой блогерши Мао‑Мао. Причем не просто так, а играя роль эдаких давно известных ей закадычных друзей, которые стырили её с круиза, а затем увезли в Апсародай, показывать этот прекрасный город.

– Второе! Мы сопровождаем знаменитость на всех выездах, вылазках и экскурсиях, храним её мелкое тело, улыбаемся на камеру и даже излучаем нечто вроде дружбы по отношению к китаянке, причем взаимно. Причем от Мария требуется излучать чуть выше средней температуры по палате, чтобы дать зрителям намек неких «чувств». Это, разумеется, будет безответным, потому что расово правоверная Мао‑Мао не может полюбить какого‑то там лаовая, но вот его экзотическая внешность…

На этом месте Гритт срочно опух, вцепился в Норму как в спасательный круг и начал бубнить, что он не такой и так глубоко продаваться не намерен. Да и вообще, что это за маразм! Старая китайская шлюха нас чуть не грохнула, а мы теперь на неё работаем⁈ За сколько денег⁈ Что⁈ Бесплатно?!! За кормежку и жизнь в пентхаусе?!! Ни за что!

– Третье, – гадко улыбнулся я, – Еще и Алебастр помогает старушке устроиться поудобнее, так как она переезжает сюда не одна, а со своим мыльным домиком. Ей нужно максимально удобное и приближенное к Среднему городу место.

– Пока это выглядит как полное дерьмо… – внезапно повесил нос барон, а затем, обведя нас, обступивших его как пираньи дохлую курицу, попавшую в реку, горько спросил, – Но ты ведь сейчас меня переубедишь…?

– Как пойдет, – соврал я ему прямо в глаза, – Просто объясню, что мы получаем.

А получаем мы многое в стратегическом и тактическом плане. Прячемся от Агнешки в Верхнем городе, где у неё нет подвязок. Не того калибра монашка была, чтобы там с кем‑то брататься, да и протащить оружие на эту целиком огороженную местность очень тяжело. А вот у нас пушки будут, пусть и пистолеты. Кроме того, мы в компании Мао‑Мао получаем шикарную возможность как наткнуться на Николаса Крэйна, так и поискать его в Верхнем городе. Плюс реклама, плюс знакомства, плюс Цурье и его люди под боком, плюс провокация самой психованной монашки, если та увидит Мария, отирающегося возле знаменитой китаянки, плюс…

Тактических «плюсов» было много. Не всех из нас они волновали. В глазах молча слушающей Юки ума и мыслей не было, была лишь одна эта Мао‑Мао, причем я даже не понял ранее, чем так лисицу эта ворчливая мини‑мамаша завела. Эрика же уже в мечтах натягивала на себя очередное минималистичное платье, чтобы потрясти сиськами высший бомонд города. Алебастр мечтал о еще парочке недель без нас, а Марий со скрипом принимал реальность.

– И последнее, – добавил я, – Если мы поможем Кси Тинг сохранить лицо и дочь с внуками, старуха будет нам должна по гроб жизни. У неё сейчас очень тяжелые времена, прикрытия Триад нет, а дочь и внуков эта старая курва почему‑то любит по‑настоящему.

– Если любит, то почему не платит нам? – оторвавшись от своих мечтаний, алчно фыркнула вампиресса, – В жизни не поверю, что она ничего не скопила!

– Она не будет платить… но она будет охотиться за Агнешкой, – выдал я последний аргумент, – Та уже пригрозила бабке расправой. В таких раскладах, как понимаете, расчеты деньгами неуместны. Кроме того, смотрите на это…

Я поднял с пола пластиковый пакет, принесенный из дома Ла Диспензы, добыв из него флэшку, перекинутую Алебастру.

– Это грязь на нашу святую сестру от Кси Тинг, – пояснил я, – слей её в Ватикан. Может, пришлют каких‑нибудь отбойщиков нам в помощь. А остальное – Марию.

– Что⁈ – удивился тот, ловя довольно увесистый пакет, а затем извлекая из него чуть ли не литровый тюбик крема, испещренный иероглифами, – Что это?!!

– Это отбеливающий крем для тебя! – наконец позволил я себе улыбнуться широко, издевательски, во всю пасть, – Китайцы очень уважают белую кожу, господин Гритт. Это лучший в мире крем для её отбеливания. Наносить на всего барона два раза в сутки. Пожалуйста, примени, пока мы будем собираться!

– Да я…!! – возмутился, сильно так, Гритт, но сам себя прервал, осмотрев наши лица, морды и рожи, уставившиеся на него, – Мне… надо взрослеть. Срочно. Ты же всё просчитал, да, Петр? Ты меня…

– Думаешь, у меня был другой выход? – развел я руками, – Нет. А раз у меня его нет, зачем оставлять другим?

…

…

– Сволочь…

Последнее, почему‑то, было сказано всеми.