Текст книги "Неприкаянный. Тетралогия (СИ)"

Автор книги: Харитон Мамбурин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 52 (всего у книги 64 страниц)

Глава 3
Полный комплект

Пентхаус, обещанный Кси Тинг, превосходил все ожидания, причем не только Эрики, особы, имеющей опыт по задиранию планок, но даже у Мао‑Мао, которая у нас как бы весьма известная «звезда». Двухэтажное чудовище жилой площадью метров в пятьсот квадратных, с четырьмя огромными спальнями и таким же количеством ванных комнат, не считая всего остального. Много, шикарно и более чем пристойно даже для особ королевского уровня. Однако…

…однако была одна маленькая деталь, что превращало нашу, совсем не лишенную изящества, авантюру, в полностью непредсказуемое, чрезвычайно опасное, невероятно рискованное и абсолютно не поддающееся логике событие. Причем настолько, что даже я, весьма любящий рискованные ситуации и поставляемые ими эмоции… захотел вновь оказаться на острове, полной дохлой птицы и сумасшедших оперативников Инквизиции.

– Чё каво? – с довольной, во всю моську, лыбой, спросила «маленькая деталь», хлопая меня по заднице, – Как добрались? Пить будем?

– Момо… – выдохнула шедшая за мной Хатсбург, – Какого хрена⁈

– Привет, сиськи! – тут же сделала ей ручкой стихийное бедствие Старого города, выскочившее на нас прямо в тот момент, когда мы ввалились (точнее, вваливались) в пентхаус, – Я с тобой спать буду! С мужиками нельзя, я Сильвио не изменяю! Хотя жаль, конечно…

С этими словами я был вновь хлопнут по заднице, за что и отомстил, поймав буйную рыжую головушку этой беды, да прижав к боку, на что Момо лишь разулыбалась, обняв меня за талию. Бледное, очень бледное лицо Гритта, которому мелкая беда только что сделала ручкой, прилагалось.

Момо – это хорошо, весело и опасно. Безумная маленькая подрывница, бойкая, живая, обескураживающе честная и прямая, да еще и дружащая с нами всеми. Только вот это хорошо для отдыха, для общения, для совместных посиделок, а не во время тонкой операции в Верхнем городе! И что она тут делает, вполне понятно…

– У меня рожа смазливая, а еще с детишками хорошо поладила, – доложила нам коротышка, после того как мы, покидав сумки, расселись в холле огромного пентхаусного номера, – А эта Мяумяу забавная, еще что‑то бубнила про то, что буду хорошо смотреться в каких‑то там что‑то‑там. Мне так‑то пофиг, дорогой сейчас по уши с бабкой занят, так что поработаю тут у вас нянькой и сторожем! Побухаем, повеселимся с местными задрыгами! Будет весело!

Сторож из Момо был приблизительно такой же, как из нашей Юки тяжелый пехотинец, но ответ на этот вопрос упал со второго этажа, невозмутимо отряхнулся, поднялся на лапы и пошуршал к нашей компании, явно целясь как следует порыться в сумках. Майор Том собственной персоной.

– А вот и настоящая причина твоего здесь появления, – кивнул Гритт на пойманного мной медоеда, которого я тут же принялся чесать, – Блогерша повелась на такую необычную тварь.

– Ой, не грузи! – отмахнулась от него рыжая, – Моя рожа, ваши рожи, жопы и сиськи, Том или еще что – вот ваще без разницы! Главное, следите, чтобы меня где‑нибудь не подпоили и не трахнули, а так все будет пучком!

Верилось в эти слова приблизительно никак, но вида мы мужественно не подавали, особенно Юки, уже обнявшая Момо как и где придется в порыве искренней радости. Кицуне вообще была несколько не в себе с момента, как увидела Мао‑Мао, а сейчас вообще лучилась от счастья и эманировала из себя флуктуациями «как здорово, что все мы здесь собрались!».

Посиделки прервала появившаяся звезда и блогер, в домашнем халате, ненакрашенная и с влажными после душа волосами. Молодая китаянка, вернувшая себе самообладание (и явно наладившая отношения с медоедом), погнала нас в «нумера», приводить себя в порядок и переодеваться в цивильное, а после этого предстать перед ней на разбор полетов. Сделать это точно было нужно, так как прибыли мы в нарядах, что носили обычно в Старом городе.

Распределение устроили логичное: женская спальня (Момо, Эрика и Юки), мужская спальня (я, Марий, медоед), комната самой Мао‑Мао, в данный момент оперативно превращаемая в подобие студии для домашних съемок, плюс детская. Тесно не было точно, каждый номер был в десять раз больше, чем наши домашние спальни, плюс имел свой собственный санузел и аудиосистему. Учитывая, что здесь предполагалось только спать – всё было более чем прилично, не считая светлой роскошной обстановки.

Через полчаса мы вновь собрались в обеденном зале, наряженные в давно уже купленные Эрикой цивильные вещи, снабженные, разве что, кобурами, да ножнами для «кабаров». Чистые, красивые и бодрые, разве что Марий жирно блестел, вновь обмазавшийся отбеливающим кремом, уже показавшим свою немалую эффективность.

– Выстройтесь! – нервно потребовала Мао‑Мао, хищно блестя глазами, – Мне нужно на вас посмотреть! Момо, не ты! Хотя, ты тоже!

Одетая по‑домашнему рыжая, подтверждая мою идею в том, что все девушки Басолана предпочитают в домашних условиях носить майку и короткие шорты, бандитски ухмыльнулась, заговорщицки подмигивая нам. Было очевидно, что знаменитость понятия не имеет, с кем связалась, и это лучше пока оставить в тайне.

Китаянка тем временем, совершенно не смущаясь, чуть ли не обнюхивала Мария, обходя его со всех сторон и натурально щупая, правда, за приличные места.

– Хорош! Очень хорош! – выдала она, закончив осмотр, – Не знаю, что ты забыл на этом дерьмовом острове! Настоящие мышцы, белая кожа, натуральные синие глаза! Мужик, ты выкидываешь свою жизнь на помойку! Твоё дело. Будешь моим главным телохранителем, куда я – туда и ты!

– На публичных мероприятиях! – тут же отрезал Гритт, – Если я тебе нужен на камеру…

– Да я почти всегда с камерой! – попробовала возмутиться звезда, но тут же съехала, явно что‑то вспомнив, возможно мудрые наставления от матушки, – Ладно, договорились, но…

Следующим на осмотр был я, но провели его куда быстрее.

– Только как сменщик и в местах, где меня точно не будут снимать. Либо групповые съемки, – уверенно диагностировала Мао‑Мао, – Мужик, ты хорош, но не со мной. Ты выглядишь как пляжный спасатель, ушедший в анальное порно с жесткими изнасилованиями! Я не хочу выглядеть потенциальной жертвой!

Эрика взвыла от смеха и упала на ближайший стул, так что следующей на анализ попала Юки. Вот её осматривали долго и хмурясь, задумчиво мыча так, что кицуне начала ёжиться.

– Японка… – протянула наша «нанимательница», – Скандал покруче блондина. Мне могут порвать жопу. Точно порвут, подписота будет отваливаться миллионами. Нет, точно нет. Мелкая, будешь детей охранять вместе… с совсем мелкой! Ты вообще что‑то умеешь, доска⁈

Наша лисонька, ранее пылавшая любовью и вниманием к китаянке, обиделась и пожухла, а вот Марий утвердительно кивнул.

– Это будет наиболее разумно, – начал вбивать он гвозди в крышку фанатского гроба кицуне, – Китайцы японцев, мягко говоря, не любят, так что Юки действительно лучше мелькать на камеру по минимуму.

А еще у нашей Широсаки была проблема, которую мы не знали, как решать. Японка, давшая клятву Инквизиции, отлично усваивала знания, теорию, неплохо продвинулась в физических нагрузках и достаточно метко стреляла из пистолета и винтовки. С этим проблем не было. Мы даже выбили ей недавно двухнедельный курс подготовки на полигоне региональщиков, который Юки вполне неплохо превозмогла. Однако… опыт. У кицуне не было ни моего, отточенного годами, навыка реакции на агрессию, ни идеальной муштры Мария, ни инстинктов Эрики.

Проще говоря, несмотря на нашу жизнь, Юки еще была необстрелянной. Я как раз хотел этим заняться, выпотрошив Кси Тинг на координаты каких‑нибудь совсем никому не нужных банд на окраинах города, но увы, не срослось.

– А теперь ты… – блогер подошла к уже отсмеявшейся госпоже Хатсбург, – Встань, проблема…

С точки зрения Мао‑Мао, Эрика была проблемой. Большой проблемой. Слишком высокая, слишком фигуристая, слишком статная, слишком…

– На твоем фоне я кажусь ребенком, – мрачно заключила дочь торговки информацией, – Ты мне нужна, но надо с этим что‑то сделать!

На это вампиресса откликнулась, что всё давно продумано её могучим интеллектом, причем не из разряда «можно», а «нужно». То есть, на улице и при работе она будет ходить в глухой куртке и необтягивающих штанах, имея на голове шляпу, а на глазах темные очки, потому что у госпожи Хатсбург аллергия на солнце. Если Мао‑Мао зовут на прием или иную пьянку, то тут уже её телохранительница сверкает и сияет, но мимо камер, зрители банально не совместят в своей голове эти два образа. Мы хором подтвердили, что да – не совместят.

Такой ход нервную китаянку удовлетворил, но дальше ей уже командовать не дали. Жирно поблескивающий, избавляющийся от загара ударными темами барон прогнал нас, поймал блогершу, уже намылившуюся куда‑то, чтобы учинить над её блогерским мозгом операцию по внедрению туда нужных мыслей, пока Мао‑Мао не охренела, окончательно распоясавшись, и не подумала, что попала в Дубай, где её могут максимум трахнуть шейхом за пару миллионов долларов.

Времени, как оказалось, у нас было в обрез. Не у нас, у самой звезды, вынужденной постоянно плясать под софитами, генерируя своим многочисленным подписчикам контент, так что не успел барон внедрить всю необходимую информацию в посерьезневшую Мао‑Мао, как в номер стали вламываться люди, груженые техникой, осветительными приборами и разными детскими свистоперделками, долженствующими занимать китайчат большую часть времени. Мы, начав работать, бдили за грузчиками и установщиками, которые нас ни разу не боялись, а пялились и улыбались. Особенно Эрике и Момо. Последняя держала медоеда, явно желающего проверить цвет потрохов этих самых трудяг, но они явно не понимали опасности небольшой «забавной» зверушки со смешной нашлепкой на одном глазу.

Нет, медоеды на самом деле забавные и не такие уж и опасные для человека, но это если мы говорим про диких и неопытных. Майор Том уже был опытным, как по секрету довольно давно рассказала Момо.

Суета довольно быстро улеглась, наша подзащитная прогнала лишний народ, а затем, натравив нас на собственных детишек, вместе с Юки и Момо принялась устанавливать свою аппаратуру. Рыжая в этом деле что‑то понимала, ну а Широсаки привлекли как техника. Вампиресса, посмотрев на детей, оттопырила губу, а затем дезертировала к остальным женщинам, позиционируя себя как дизайнера. Причем вполне успешно внедрилась в движуху.

– Что думаешь? – поинтересовался я, гипнотизируя одного из карапузов кончиком карандаша.

– Думаю, что беру здесь всё под контроль, – ответил Гритт, с сомнением разглядывая «своего» ребенка, пытающегося кинуть в него плюшевой пандой, – Мне всё равно болтаться рядом с этой Мао‑Мао. Юки пока бесполезна в операции, Эрика нужна тут… А ты, Петр, уж извини, получаешься единственным более‑менее свободным.

– На вас поиск нашего вампира, контакты с Цурье, – утвердительно кивнул я, принимая положение, – А я открою охоту на твою бывшую. Кси Тинг, безусловно, бабка могучая, она город прочешет частой сетью, но доверяться ей нет смысла. У неё реально есть возможность сговориться с полькой за нашими спинами, пусть даже Сильвио и дал слово присмотреть за ней, пока мы смотрим за Момо…

– Момо… – мученически скривился блондин, – Она же нам тут устроит…

– Вдолби первым делом подопечной, чтобы строго контролировала всю острую жратву, – припомнил я странности рыжеволосой, – Мне кажется, эта Мао не слишком умная девица, так и не понявшая, куда попала. Или думающая, что её пронесло.

– Запомню, – кивнул барон, – С чего начнешь?

– Подключу к делу оставшихся обитателей храмовой площади, – ухмыльнулся я, – Им сейчас точно не нужен еще больший шухер, да еще и от столь известного в городе лица.

Марий понимающе кивнул. Недавний конфликт православных попов с Мара Сальватручча полностью обезлюдел храм с золотой луковицей, а теперь еще и монашек всем монастырем забрали на расследование, с которого они вряд ли вернутся. У нас остались только раввин, имам и буддисты. А ведь у них тоже есть начальство, которое сейчас, как минимум, здорово заинтересовано возней у «конкурентов». Если шум продолжится, то головы полетят и у остальных. Кроме того, нельзя забывать, что к внешним неприятелям храмы выступали единым фронтом, когда речь заходила о влиянии «верующих», а теперь этот фронт сильно потерял в человеческих ресурсах.

– Хорошо, но сначала… – в меня был ткнут на расстоянии жирный палец отбеливающегося блондина, – … ты заглянешь в «Стемию». Там заберешь нашу новую тачку, будем раскатывать на ней, по очереди.

– Ты потратил часть нашего кредита? – удивился я.

– Да, потому что мне не нравится, когда в моего заместителя стреляют на улицах! – дернул губой Марий, безжалостно тыча мелкого хихикающего китайца какой‑то длинной пушистой штукой, – Так что выписал машину. «Тойота Камри», бронированная. Хорошо бронированная, учти это, Петр! В гонках на ней не поучаствуешь!

– И не планировал, – улыбнулся я.

– Да? – язвительно спросил блондин, таки заваливая могучего китайчонка на задницу, – Мне вот кажется, что вы с Эрикой водите так, как будто стремитесь на тот свет! В общем, ездим только на этой машине. Для Мао‑Мао есть подобный транспорт, так что будем пользоваться, считай, только мы с тобой.

– Ага, я по делам, а ты к Норме мотаться, – усмехнулся я, от чего бесстрашный лидер и прожженный анимешник покраснел, как девица, и профукал коварное нападение второго карапуза, отомстившего за брата обслюнявливанием колена у барона.

Вскоре разговоры прекратились, потому что Мао‑Мао получила в свои руки все необходимые средства производства и со всей страстью безнадежно опаздывающей трудоголички принялась клепать контент. Огромный пентхаус наполнило бесконечное китайское чириканье и носящиеся туда‑сюда кицуне с мелкой рыжатиной, таскающие камеры, светоотражатели и прочий хлам. Дочь Кси Тинг, ни грамма не смущаясь нас, шастала туда‑сюда в слабоодетых, на грани приличия, нарядах, треща сорокой с таким темпом, что, казалось, вдыхает воздух она исключительно задницей. Рыжая и белая, вовсю отсвечивая энтузиазмом, с задором прислуживали королеве интернета, то и дело маша руками на бедных нас, либо наоборот, теми же руками подзывая медоеда, который вскоре послал всех в пень и спрятался.

Как оказалось, не зря эта самая Мао‑Мао такая худенькая. Девушка буквально каждую минуту чем‑то занималась, успевая трещать на камеру, возиться с детьми, делать повседневные дела, заниматься аэробикой… в общем, при виде этого бесконечного действа госпожа Эрика Хатсбург преисполнилась головокружения и отвращения, забрав детей и слиняв с глаз у всех долой. Мы же в основном следили за Момо, как за существом, способным дать фору в хаосе кому‑угодно, но… почему‑то не дававшей. Рыжая держала всю орду внутренних демонов в узде, вовсю отыгрывая чуть взбалмошную, но просто прикольную девицу, а не психопатку без тормозов с личными кладбищами за спиной.

Как оказалось, этот балаган, длящийся часами и часами, был стандартной рутиной нашей подопечной, причем только внешней его частью. Внутренняя, то есть специалисты, «выглаживающие» ролики, плюс менеджеры (аж две штуки), ведущие переговоры с кем‑то тут в Апсародае, плюс агенты… Какие агенты? Те самые, которые сейчас бегают в Китае с горящими задницами, ища способ срочно переслать Мао‑Мао целую кучу различных товаров, от косметики до каких‑то детских присыпок, потому что это всё нужно рекламировать за немалые деньги! Срочно нужно, немедленно!

Мы с Марием наблюдали за этим бедламом с широко раскрытыми глазами и немалым восхищением самой китаянкой, которая действительно работала как электровеник, моментально переключаясь с одного дела на другое, даже прерывая запись видео, если поступающий на её смартфон звонок был чем‑то важным. Всё происходящее заинтриговало в достаточной степени, чтобы я полез в смартфон смотреть, что же за чудище мы взяли под охрану.

«Чудище» оказалось довольно коварным. До двадцати двух лет Мао‑Мао была популярным и добротным, но слабо выделяющимся блогером. Пусть и в топ‑100 по КНР среди девушек, но ничего сверхординарного. Хорошие клипы, частая выкладка, общение с подписчиками, умеренные донаты и, как можно убедиться, много работы. Не самое лучшее времяпрепровождение для молодой красивой девушки.

Поэтому, когда случай выдался, Мао‑Мао ответила согласием на брачное предложение от молодого и обеспеченного бизнесмена, фанатевшего от неё всеми жабрами души. Дело быстро шло к свадьбе, фанаты отваливались от блогов толстыми пачками, но девушка решила, что лучше меньше денег и работы, чем как раньше. Вполне можно её понять.

Только вот молодые не в бирюльки играли, в ожидании срока назначенной по феншую свадьбы, а вполне нормально проводили время в постели, в результате чего девушка забеременела. Рожала, правда, одна, потому что за полтора месяца до родов жених выпрыгнул с пятьдесят восьмого этажа небоскреба, закономерно померев об асфальт. Причин для этого не было, но самой Мао‑Мао на них плевать, потому что девушка оказалась в очень паршивом положении. Без доходов, с двойней в животе, с умирающей аудиторией. Бабушки и дедушки со стороны жениха, люди старой закалки, отвернулись от детей, рожденных не в браке. Полная задница.

Вот тут ей улыбнулась удача во всю пасть. Мало того, что эта хрупкая мадам смогла родить двух крепких бутузов, так еще и последствия родов оказались… да никакими. То есть, как была Мао‑Мао тоненькой, но вполне фигуристой, девушкой, так и осталась! Именно это и понесло её на Олимп китайского блогерства неумолимой волной.

– Эта везучая сучка буквально секс‑символ целой кучи семейных мужиков, – определила свое мнение о подзащитной Эрика, – Ну и заодно пример для огромной кучи баб, потому что те готовы собственное дерьмо жрать, чтобы также выглядеть после родов! Зараза. У неё буквально всё продается со свистом!

«Везучая сучка» продолжала шмыгать по квартире, таская за собой притомившуюся японку и вполне бодрую коротышку. Мао‑Мао рубила свой «контент» в поте лица, умудряясь буквально «перезагружаться» перед каждым новым роликом. Причем еще и импровизируя. Увидев Майора Тома, тащащего куда‑то её сумочку, молодая китаянка не только умудрилась отнять её, но, увидев, что медоед за ней теперь гонится, аж сиреной взвыла, требуя от Момо немедленно заснять сцену. А затем, не взирая на достаточно высокую опасность от рассерженного зверя, устроила шоу с погоней, прыжками, падениями и перекатами через диван и Гритта, причем сопровождая всё это вполне дурашливыми воплями веселящейся маленькой девочки.

Талант.

– Чуть не обосралась от страха, – потом поведает она нам, едва успевшим перехватить одноглазого зверюгу перед атакой, – Давайте выпьем. Так‑то легкий день, но вот эта импровизация – это уже слишком!

– Легкий день? – с непониманием переспросит её Юки, озадаченно хлопая ресницами.

– Ну да, – удивится блогер в ответ, – Мы ж никуда не выходили! А вот завтра…

Наш с вновь блестящим от крема Марием стон будет вполне логичной реакцией на подобное заявление.

Глава 4
Стук в спину

– Кокнула дочкиного жениха, старая мегера? – легкомысленно поинтересовался я, присоединяя свою дымную струю к тому облаку, что уже наплодила хозяйка помещения.

– Ты ничего не докажешь, – ухмыльнулись мне в ответ, – Да и не будешь. Намек я поняла, дыши ровно, злодей, с Агнешкой у меня теперь война. Я не святая, русский, но та, после моей… ошибки, первым же делом мне дала понять, что со внуками я могу попрощаться. Так дела не делаются даже здесь .

Очевидно и логично, известно мне еще из прошлой жизни. Преступники тоже ценят стабильность и порядочность. Какой‑нибудь оружейный барон может запросто быть причиной кровавого замеса в Африке, но предпочтет жить в спокойном и предсказуемом месте. Ко всем остальным деятелям это относится в не меньшей степени, так что слетевшим с катушек отморозкам не рады нигде.

– Ладно, что у тебя есть? – поинтересовался я, удовлетворенный тем, что мы с бабкой друг друга поняли. Почему она организовала убийство жениха дочери, я вникать не собирался. Может, не хотела, чтобы та стала домохозяйкой, может, были какие‑то другие причины. К примеру, протянуть руку дочке в открытую , когда та шлепнется на самое дно. Типа открыться… в совсем уж наглухо извращенном варианте.

Но он не хуже прочих.

– У меня есть проблемы, жесткая вода в душе, и убийца, отравляющий своим табаком мои апартаменты, – ответствовала мне дымящая как паровоз старушка, – В то время как некие засранцы разъезжают на новых тачках со слишком низкой посадкой. И знаешь, что я тебе скажу? Тебе, в твоей красивой машинке, пригодится еще один человек. Я надумала вас свести. Поработаете вместе, а?

– То есть, тот парень, которому ты поручила выследить польку, обосрался, – заключил я, – И у него на спине теперь мишень.

Меня смерили очень долгим и очень внимательным взглядом.

– Русский, а давай ты оставишь свои выводы при себе, а я не буду задаваться вопросом, почему от тебя шибает повадками сорокалетнего мужика, который полжизни провел с такими людьми, как я, в близких тёрках? – дёрнула щекой пожилая китаянка, – Молчу об воронах, которые вечно появляются там, где ты. А то задолбал! Там убила, тут мишени…

– Молчу‑молчу! – ухмыльнулся я, жестом «застегивая» себе рот, – Итак, кого ты хочешь мне сосватать?

Хитрая бабка не только собиралась впихнуть мне помощника, но еще и делегировала некое дело, которое нужно было выполнить до того, как в моей «камри» окажется занятым одно из сидений. Особых проблем это поручение мне доставить не могло, плюс было почти по дороге, так что через полчаса после разговора с Кси Тинг, я восседал перед другим человеком. Смуглым, лысым, и одетым в жреческие одежды буддистского габчжу.

– Глядя на вас, моё сердце радуется, – сообщил мне этот человек, чему‑то улыбнувшись, а затем объяснил, – Проситель, к тому же знающий меня лично, не стал бы так долго разглядывать собеседника… а значит он прибыл просить не для себя. Я почти смутился.

– Прошу прощения, – я выдал кривую усмешку, – Этикет мы помним. Вы оказали нашему отряду услугу, так что мы в долгу. Речь о просьбе идти не может. А разглядываю я вас, почтенный габчжу, потому что узнал, что вас считают хозяином  Старого города.

– Огромное преувеличение, – помолчав, покачал в ответ Шор Гаваньял лысой головой, – Мои труды по достижению стабильности в этой части города принесли, безусловно, определенную репутацию как мне, так и моему приходу, но не более того. Я точно не являюсь чьим‑либо хозяином и совершенно точно никому не отдаю распоряжений. Однако, к моим советам и рекомендациям прислушиваются… многие. Полагаю, затем вы и здесь, Петр Красовский. Не как сосед, но как посланник.

– Так и есть, – с удовольствием согласился я с выводами собеседника, – Небезызвестная вам старушка обустраивает у нас тут гнездо. А она не одна, с ней целый выводок девиц легкого поведения. Жить спокойно эти девицы смогут лишь в кварталах возле храмовой площади, да и то, только если вы  поможете Кси Тинг в этом начинании.

– Ваш интерес в этом вопросе присутствует? – подумав, вопросило высшее духовное лицо Апсародая.

– Нет, – качнул головой я, – Это личное дело бабки, её хобби можно сказать. Образ жизни. Однако, почтенный габчжу, достоинства старушки вы знаете куда лучше меня, а у нас у всех сейчас одна общая неприятность. Агнешка Новак. Не так ли?

Габчжу Шор Гаваньял мягко улыбнулся в ответ.

Увы, этот город населяют только коварные, прижимистые и довольно кровожадные люди, так что совсем отбояриться от торга у меня не вышло. Храм я покидал с бумажкой в кармане, на которой было схематически отображено приблизительное местоположение трех мобильных лабораторий по производству синтетических наркотиков. Нам с Юки предстояло ими заняться на совершенно бесплатной основе, гася долг перед Гаваньялом за себя, за бабку и за недавний беспредел в городе, что мы с Момо устроили на броневике.

Мелочи, но здорово лупящие по чувству собственного величия. Я провалился как дипломат!

Забежав домой, я поделился новостями с Нормой и Алебастром, пообещав девушке‑оборотню, что Марий заглянет к ней при первой возможности, а затем, погладив недовольно ворчащую Соню, нагрузился камерами, дронами и даже жучками, в изобилии выданными мне альвом. Это все предстояло установить в пентхаусе нашей подзащитной. Загрузив электронику в багажник, я выдвинулся на поиски неудачливого охотника на полячек.

Майкл Портман, бывший полицейский, был исключительно приятным с моей точки зрения человеком. Слушая краткую сводку о нем, выданную Кси Тинг, я аж ощутил нетерпеливый зуд познакомиться с таким выдающимся, иначе не скажешь, джентльменом. Причем, это я говорю без попыток шутить!

Отличник боевой и строевой подготовки, парень пошёл после армии в полицию Лос‑Анджелеса, быстро доказав начальству свои таланты, среди которых была и великолепная обучаемость. Спустя три года беспорочной службы, Портмана внедрили в одну из самых «веселых» и хорошо организованных банд города под глубоким прикрытием. Майкл великолепно справлялся в течение четырех с половиной лет, можно сказать, служил в банде беспорочно так же, как в армии и полиции, но, конечно, без успехов самой банды. Затем, как это странно не звучало бы, банду накрыли, кучу людей арестовали, Портмана, к тому времени уже женатого на чудесной девушке и даже имеющего новорожденного ребенка, вернули на службу… с которой тот уволился через месяц. Затем Майкл бросает жену и ребенка, а после – переезжает в Апсародай, не делая секрета из своей мотивации.

Ему попросту стало скучно.

Здесь Майкл уже более десятка лет, состоит в одной из портовых банд Среднего города, ходящих под итальянцами, работает «консультантом» по многим вопросам, но в серьезные дела не лезет, потому что каждая собака в городе из тех собак, которым надо, знает о его прошлом, предполагая, что Портман агент Интерпола или еще какой дряни. Тем не менее, этот «гений», которому перевалило уже за тридцать пять, живёт себе в ус не дуя, даже подрабатывает при случае детективом и информатором, исключительно по мелочи. Одинок, общителен, любит нестандартные задачи, но при этом осторожен и аккуратен.

Ах да, а еще этот интересный парень преданный поклонник шлюх! Настоящий маньяк, можно сказать… но в хорошем смысле. Снимает на ночь девочку, каждый раз разную, устраивает ей отличный вечер, переходящий в не менее отличную ночь, каждый раз, неведомо как, добивается, чтобы его партнерша кончила хотя бы раз (а обычно – уматывает до беспамятства), а на утро они расстаются навсегда!

Вроде бы ничего странного, но… Портман спускает на такое времяпрепровождение все свои деньги!

Я его уже уважаю, решил я, начиная обыскивать Средний город. Бывший коп скинул китаянке аж три места, в которых мог бы отсиживаться, так что пришлось проверять.

На первой квартире в весьма пошарпанном доме меня ожидали аж две растяжки на закрытой двери, причем, присобаченные с разных сторон. Это я определил, решив проникнуть в квартиру через крышу, что получилось даже легче задуманного – на чердаке, где я искал выход на черепицу, обнаружился тайный лаз в это логово Портмана, причем, тоже с растяжкой. Сняв её и воспользовавшись ходом, я имел возможность убедиться как в наличии ловушек внутри дома, так и отсутствием хозяина. Или вторгавшихся.

Второе место было в порту, в виде лежбища банды, к которой принадлежал Майкл. Вполне приличное офисное здание с работающими людьми, одетыми более чем достойно для портовых служащих. Здесь мне дали от ворот поворот, но не грубо, а попросту сообщив мне, что желаемый мной Портман находится как раз на третьем адресе. Вздохнув о своем невезении, я малодушно порадовался прибытку в три оборонительные гранаты, снятые с растяжек, а затем отправился, куда сказали.

Бар «Хмурый койот» был типичным логовом для мрачных опасных мужиков, которым необходимо забиться в дыру поглубже, чтобы переварить там свои мысли и неудачи. Расположенный в двухэтажном здании, он занимал цокольный этаж над ломбардом, ютясь, как злобный старый барсук, за несколькими пятиэтажками. Интерьер оказался таким же мрачным, прокуренным и темным, как и представлялось уже снаружи.

А еще недружелюбным, так как на вошедшего меня уставилось четыре пистолета и один обрез.

– Спокойно! – улыбнулся я, разводя руки в стороны, – Я пришёл с миром.

– Ты пришёл с двумя гранатами! – прохрипел мужик лет пятидесяти, идеально соответствующий виду бармена для такого бара. Правда, затем он резко побледнел, немного опуская свою укороченную двустволку, – Ты же…

– За гранаты извиняюсь, просто к случаю пришлись, – кивнул я, – Мне нужен Портман, но могу уйти и без него, если этот джентльмен откажется.

– Майки… – справился с собой бармен, роняя ствол и оборачиваясь к остальным держателям оружия, выглядящим уже не так уверенно, – Какого хрена за тобой приходит это⁈ Ты сказал, что ждёшь человека! Человека, Майки, мать твою! Не Храмового Психа, а человека, сука ты страшная!

Храмовый Псих? Моё новое прозвище? Ну, а что? Подходит. Видимо, уже распространилось, если посмотреть, как себя ведут люди в баре. А они, то есть бармен, бывший коп, да троица им помогавших, выглядели не ахти. Прямо как будто тут не одинокий Красовский стоит с почти безвредным видом, а расстрельный отряд в бронежилетах.

– Да я сам не знал! – Майкл Портман, поднимаясь на не слишком‑то уверенно держащие его ноги, был определенно не рад меня видеть, – Богом клянусь, Шепард!

– Давайте мы сократим сцену? – решил сэкономить я время, – Увезу от вас старину Майки, вы выпьете, расслабитесь, забудете все как страшный сон. Потом как‑нибудь зайду, пропустим несколько стаканчиков, посмеемся над этим событием…

– Так, вы двое, валите отсюда! – ткнул по очереди бармен в меня и Портмана пальцем, а затем еще раз уставил его в меня, – Слышь, мужик, мы с ребятами тебе ничего не сделали! Не надо сюда возвращаться!

– Подожди, не спеши…

– Ты… ты зачем идешь сюда⁈ Вот твой Майкл, валите!

– Мужик, я не очень доверяю Майки, у него руки трясутся. А вот с тобой мы сейчас обезвредим эти гранаты! А то понимаешь, у меня обе руки заняты!

– Псих ненормальный! Я не хочу! Ааа…

– Да нормальный я псих, успокойся. И вы, господа, не тряситесь. Майкл, собирайся, нам пора. Аккуратнее держи, аккуратнее. Сейчас я скобу на место поставлю…

Севший в машину Майкл, с ходу определивший её броню, облегченно выдохнул, расслабляясь, а я, обернувшись к нему, принялся разглядывать человека. Впечатление он производил противоречивое, ни разу не похожий на бывшего гения полицейского, на городского бандита или даже на детектива. Невысокий, сухощавый, он больше был похож на молодящегося сорокалетнего клерка, если не обращать внимание на чрезмерно острый взгляд бегающих глаз или на сильные цепкие пальцы пианиста, испещренные мелкими шрамами. Шмотки чистые, даже выглаженные, свежая рубашка (редкость для Тайланда), запах хорошего дезодоранта. Однако, при всем при этом, образ малозапоминающийся, проскальзывающий, несмотря на правильные черты лица.