Текст книги "Неприкаянный. Тетралогия (СИ)"

Автор книги: Харитон Мамбурин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 44 (всего у книги 64 страниц)

Глава 14
Сила обстоятельств

Что же, во всем есть плюсы и минусы. Признаюсь, мы отлично повеселились, славно покатались, немного постреляли, укрепили взаимоотношения с Ла Диспензой и Момо. Это можно отнести к безусловным плюсам. К частичным, но тоже важным, следует отнести терапевтический момент нашей акции, из‑за которого у Марко Цурье появились новые седые волосы, а также четкое понимание, что дружинники барона Гритта тоже полноправные члены Инквизиции, а значит, могут осуществлять за ним надзор. А он, уже нейтрализованный от проклятия, будет надзирать за ними, потому что без него, барона Гритта, эти дружинники себя плохо ведут. Взрывают, убивают, катаются на танках, уничтожают баланс сил в городе.

Зевнув, я с удовольствием потянулся, а затем, поправив валяющегося на мне бинтуронга, продолжил бездельничать в своем тайном логове, месте, которое пришлось найти, чтобы избежать обстрела укоризненными взглядами от всей команды. Как они на это настропалили Норму – самому непонятно, но факт есть факт, я теперь порицаемый изгой, вредитель и негодяй. Посаженный под домашний арест. Не то чтобы остальные под ним не сидели, но Широсаки раскурочила обе наши машины и даже скутер, так что теперь весь наш отдел невыездной.

Мавры сделали своё дело для города, мавры должны сидеть тихо, пока важные дяди и тети разгребают последствия, то есть – делят кусок пирога, оставшийся от Мара Сальватручча. Ну и занимаются другими делишками, придумывая для общественности оправдание, с какой мол стати по Среднему городу бегали маньяки с гранатометами, стреляя спецбоеприпасами по машинам и людям.

Еще несколько раз от души зевнув, я продолжил наслаждаться безделием. На душе было спокойно и хорошо, как у человека, крепко приложившего строптивую технику, от чего та начала работать правильно. И чего, спрашивается, на меня все дуются? Не оправдал ожидания? Или наоборот? Странные люди. Всё же хорошо кончилось. Да и Мария нам вернули не просто так, а уже «обеззараженного» от проклятия. Бонус!

Хотя могло и нет. Несколько раз мы с Сильвио и Момо очень неприятно встревали на перекрестный огонь, раз десять безбашенную малявку пришлось буквально вытаскивать из‑под пули, хорошо хоть она относится нормально к тому, что её таскают как игрушку. Сильвио чуть не потерял голову, когда из‑за неверного прицела фугасный заряд сдетонировал об угол здания… хотя, что там говорить. Мелочи.

Соня негодующе зафыркала, когда я прикурил сигарету, а затем бросила свой удобный насест, уползя в глубины дома. В одиночестве, впрочем, пробыл совсем недолго, потому что снизу, по лесенке, несмело подняла компактная фигурка нашей кицуне, уставившись на валяющего на месте будущего сада меня, расположившегося на мешках с землей. Лицо японки было вымазано в грязи и масле, как и остальные части тела.

– Привет трудящимся! – вяло помахал я дымящейся сигаретой, – Какими судьбами?

– Меня… Марий ищет, – поморгав на меня определенно невыспавшимися глазами, призналась воровато оглянувшаяся девушка, – Заниматься. А я всю ночь с машинами ковырялась. Не хочу. Можно к тебе?

– Кто ищет, тот всегда найдет, – предупредил я мелкую подругу, а затем, выкинув бычок на свежий воздух, поманил её рукой, – Заваливайся сюда, под бочок. Может и не увидит, если тоже заглянет…

Юки дважды упрашивать не пришлось, было очевидно, что именно этот маневр и был в «хитром» плане кицуне. Шмыгнув на не такое уж большое свободное место, оставшееся после меня на мешках, она полежала минуту, а потом принялась тихо умащиваться, устраиваясь поудобнее. Ухмыльнувшись, я обнял её одной рукой, делая совсем удобно, а затем прикрыл глаза, собираясь вздремнуть.

Лисица, удовлетворенная достигнутым результатом, явно тоже ушла в спящий режим, потому что явившийся, как ангел из преисподней, нависший над нами Марий Гритт зарычал совсем уж внезапно, так, что если бы у меня рука не была занята, то он точно бы поймал по бубенчикам!

– Вот вы где! А ну вниз бегом! Живо! У нас гости!

Что тут скажешь? Поднимаясь с подавленных мешков с землей, я обнаружил, что моя рука, та самая, которой обнимал зевающую сейчас кицуне, покоилась теперь ни где‑нибудь, а у неё за пазухой!

Вот же… лисица. Хмыкнув, я легонько щелкнул хитрюгу в нос, а затем принялся спускаться. Кем могли быть наши неожиданные «гости», угадывалось на лету, без малейшего труда.

Гостями из Центра, разумеется. Когда мы вошли в наш зал, там как раз обреталась «квадра» инквизиторов‑магов, кружащих хищными акулами вокруг рассматривающей их с подозрением Эрики. Вампиресса в её любимом топике и шортах стояла в центре уже начерченного на полу круга, с натыканными горящими свечами и разложенными амулетами. Зрелище было весьма впечатляющее для той же Юки, тут же застывшей столбиком, но не для меня. Стандартная процедура анализа, хоть и от весьма нестандартных людей. Трое женщин и мужчина, все в черных деловых костюмах, были старше пятидесяти лет, каждый. Команда быстрого реагирования из Центра не могла состоять из сопляков.

– Если попутно изгоните из неё демона ночного дожора, то покажу вам лучшие бордели города! – своеобразно поздоровался Петр Красовский, улыбаясь своей фирменной улыбкой.

– Ха‑ха, – безучастно выдавила из себя одна из пожилых мадам, продолжая заниматься делом, – Помолчите, юноша. Вы раздражаете испытуемую.

Это было правдой. «Испытуемая» посмотрела на меня крайне многообещающим взглядом, чуть паркет не задымился. Даже Широсаки отодвинулась подальше, заодно поймав по дороге Соню, решившую проверить, что это там творят глупые люди. Марий тоже не остался в стороне, прожестикулировав в мою сторону несколько обидных вещей. Пришлось зевать в тишине.

И… долго. Безучастные маги закончили с вампирессой, быстро «расправились» со мной и Нормой, довольно долго возились с нервничающим Алебастром, постоянно прося альва успокоиться, а затем, в конце концов, выдав каждому из проверенных по небольшому металлическому талисману, застряли на кицуне.

– Впервые вижу такие показатели… – качнул головой маг‑мужчина, держащий в руках прибор, напоминающий безумно сложную астролябию, – Широсаки Юки, вы что, частично духовная сущность?

– Н‑нет! – шепнула в ответ ну очень сильно нервничающая лиса.

– А магией когда‑нибудь занимались? – осведомился почти сварливо инквизитор, но тут же себя перебил, – Нет, не занимались. И не займетесь. Если хотите жить, конечно же. Впрочем, есть и хорошая новость, вас невозможно качественно проклясть или надолго заколдовать. Позавидовал бы, но не буду.

– Кицуне… – вздохнула ранее молчавшая женщина, – Вы там, на островах, своими невнятными духовными практиками такую ерунду с аурой вытворяете. Как еще живы, не понимаю…

Пристыженная Широсаки, имеющая отношения к Японии меньше, чем я, потупилась, как будто почувствовав ответственность за всех сородичей разом, а колдуны, выгнав её из круга, озадаченно уставились на бинтуронга. Тот, сидя на полу у моих ног, ответил им тем же.

– Это же зверь…? – неуверенно прозвучал вопрос.

– Зверь, – кивнул я, – Домашний.

– Мы обязаны его проверить. Как его можно… закрепить?

– Серьезно?!. – тут даже барон не выдержал, – Вы будете проверять бинтуронга⁈

– А вы как думали? – поднял бровь мужчина маг, – Это очень крупный экземпляр, он вполне мог бы убить человека, а значит – вписывается в условия заклинания как проводник. Он в вашей зоне ответственности, барон. Проверим, прикрепим негатор, а затем отправимся заниматься действительно серьезными делами. Озаботьтесь… доступностью зверя, коллеги.

Соня была хоть и очень умной девочкой, но, мягко говоря, не горела желанием сидеть на одном месте по чужой указке. Просьбы и обещания черная пушистая гадина проигнорировала, меня, излучающего по отношению к ней ласку и любовь тоже, а попытку подкупа Эрики так вообще обернула себе на пользу, украв угощение и припустив с ним куда подальше, да еще и уминая на ходу!

Нам же всем вместе было довольно обидно и позорно бегать за кошачьим медведем, как людям, знающим, что хитрая мохнатая зараза прекрасно понимает, что от неё требуется. Но… вредничает. Почему? Такого же никогда не бывало! Стесняется чужих?

Все оказалось куда прозаичнее. «Контору спалила» Норма, метнувшаяся со словами «я сейчас!»… в комнату Алебастра. Прямо в святая святых. И вытащившая оттуда спустя минуту… нечто. Это нечто было похоже на подушку, которую кто‑то сшил в виде рулона ковра, нарисовав на ней во имя абсурда и глумления полуголую анимешную девочку! Тем не менее, стоило только Норме аккуратно уложить эту неведомую вещь поперек заклинательного круга, как прибежавший со всех лап медведь тут же улегся в центре, урча, фырча, ворча и обнимая всеми лапами эту «подушку»! Даже хвостом обвил.

Создалась немая картина, полная удивленных лиц, причем лица пришлых инквизиторов просто выражали умеренную долю эмоций, а вот всех остальных… особенно Алебастра… Да, это было совсем  другое дело. Альв выглядел так, как будто ему вырвали сердце.

– Ну… – откашлявшись, развел руками я, – Медведь‑анимешник – горе в семье, вы же понимаете…

– Не понимаем, – нервно дёрнув веком, заявила одна из женщин, – И не стремимся. Гюнтер, приступаем.

Максимально неловкая ситуация, учитывая, что Алебастру всю его жизнь не требовалось держать лицо… особенно сейчас, когда на него по‑прокурорски вызверилась Хатсбург. В полной тишине маги закончили свою проверку, записали результаты, затем приклеили на прозрачный скотч амулет к шерсти ни на что не реагирующей Сони и… потребовали от нас всех пройти собеседование. Уже на другую тему. «Потрошили» они нашу команду на каждую подробность дела с саркофагом Дракулы, объяснив, что в Центре чрезвычайно серьезно относятся к версии беглого вампира.

– Влад Третий Бессараб пропал в застенках Ватикана в возрасте сорока пяти лет, – объяснила одна из женщин, – Думаю, мне нет смысла говорить о том, какая это молодость для вампира. Учитывая его крайне незаурядный интеллект, а также весьма насыщенную… диету, мы просто не знаем, как в итоге развился или мутировал господарь. Как и то, куда он делся после своего побега и что там делал. Мы вынуждены предполагать худшее.

– В данный момент наши люди помещают кардинала Пьетро Резо и его подчиненных под арест, – добавила её соседка, – Мы вывезем их из Апсародая, направим сюда и в Ватикан свои команды исследователей. Это даст необходимый оперативный простор для того, чтобы разобраться с местным проклятием. Однако, от вас требуется полное содействие. Мы должны знать всё, что знаете вы, о жизни и характере так называемого Армэна Ди Вайна, человека, получившего доступ к сведениям, о которых и в Ватикане знало менее десятка лиц.

– Арест кардинала…? – тут даже Эрика не выдержала, – Вы не мелочитесь.

– Это дело даже близко не стоит рядом с источником питания, который вы откопали и со скандалом в Японии, но лишь потому, что оно сильнее засекречено! – отрезал маг Гюнтер, – Таковым и останется. А теперь, будьте добры, расскажите нам всё про Армэна Ди Вайна. Вплоть до того, какую газированную воду он пил, если он её пил. Мы включаем диктофоны. Начнем.

Допрос, а иначе это не назвать, занял почти десять часов, после чего мы, избавившись от визитеров и организовав Соне ошейник для амулета‑медальона, расположились в зале, употребляя мороженное в не рекомендованных никем количествах. Надо было разгрузиться после напряжения мозгов, да и как‑то найти сил, чтобы смириться с реальностью. Не каждый день узнаешь, что жил бок о бок не только с явным, но и с тайным анимеш…

– Да хватит уже! – взорвался альв, – Мне теперь новую дакимакуру искать! Эта… осквернена! Я знал, что зверюга зачем‑то хочет мою любимую подушку, я трижды едва успевал её спрятать! И что? Норма отдала её!! Просто отдала!

– Ты, наверное, не объяснял ей ценность этой подушки для себя, да? – примирительно улыбнулся я, видя, как сжалась наша тоненькая смуглянка.

– Да она и видеть её не должна была! Всё! Моя комната снова запретная территория! Для всех! – альв, сердито похватав штук шесть мороженного, ретировался к себе, хлопнув дверью. Продолжавшая валяться в обнимку с «опороченной» подушкой Соня окончательно затравила ему нервы.

Пришлось вызывать кавалерию, дабы купировать эмоциональный ущерб нашего незаменимого хакера. Вызванные силы в лице Мария Гритта отбрыкивались, ныли, убеждали нас, что они не такие, но деваться им, по сути, было некуда, так что блондин отправился приставать к бинтуронгу на предмет изучения специфик утраченной альвом подушки для покупки новой. Вампиресса, осуществив этот акт убеждения, выглядела довольной и спокойной. С проклятием теперь возились профессионалы, перед которыми мы были чисты как задница свежеискупанного младенца, кардинал перестал быть нашей головной болью, а общий курс дальнейших действий заключался в том, чтобы сидеть дома и не отсвечивать, пока город не забудет про моё «выступление».

– Осталось только понять, как заработать денег в такой ситуации… – озадачилась брюнетка, разглядывая присутствующих так, как будто бы прикидывала, кого из нас продать, – Вы же этим в последнее время не заморачивались? Мы на мели, народ!

Это было не настолько острой проблемой, как могло показаться, но даже закупка антистрессового мороженного сурово шлепнула по бюджету. Кроме того, как выяснилось, некая кицуне уже заказала нехилую груду запчастей для наших простреленных тачек, что оказалось очень немалой суммой наличности. Залезать в кубышку Хатсбург отчаянно не хотела, но вид закрытой двери в комнату Алебастра ставил крест на возможных поисках заказов, которые, кстати говоря, мы и не могли исполнить. Домашний арест во всей красе, причем и из уст Цурье и по желанию больших дядь города.

Пришлось поумерить свои аппетиты, погрузившись в те дела, которые мы могли поделать дома. Итогом почти недели интенсивного отшельничества стал натуральный вертикальный сад, пока без растений, но полностью к ним готовый, запускная ферма для дронов, замаскированная на крыше, дуреющая со скуки вампиресса, не дающая мне покоя по ночам, осмелевшая с той же скуки кицуне, домогающаяся днем, долгие дипломатически беседы с альвом у всего коллектива (что было труднее всего, так как чернокожий, привычный к аскезе, очень даже неплохо чувствовал себя взаперти), а также озверевшая Агнешка Новак, уже пару раз пытавшаяся взять нашу цитадель штурмом. Марий, между делом, совсем не горел желанием вылезать перед очи своей возлюбленной, хотя и пытался делать вид, что ему, типа, хочется, но нельзя.

Так мы и сидели, пока к дому не подъехал шикарный спортивный автомобиль серебристого цвета, из которого, с места водителя, вышел сам Грегор МакАлистер, прибывший к нам в гости совершенно один. Приняли его в зале мы с Эрикой, пока остальные приводили себя в порядок.

– А у вас очень… атмосферно, – покивал севший в кресло джентльмен, отпивая кофе из поданной вампирессой чашки, – Все эти ветви, полутьма, общее пространство. Очень антуражно.

– Чем нищие наемники могут помочь вам? – зубасто улыбнулся я, тоже отдав должное кофе, – Наемники, сидящие под замком?

В это время из комнаты Юки выехал робот‑пылесос, деловито пожужжавший куда‑то в сторону коридора. Проводив его долгим взглядом, Грегор иронично приподнял бровь.

– Сомневаюсь, чтобы у девяноста процентов наемников Апсародая по их личному дому каталось вот это! – поведал он, улыбаясь мне в ответ, – Думаю, они даже не догадываются о существовании подобных штук. Как и не имеют своего жилья.

Договорить он не смог, как и Хатсбург, явно намеревавшаяся тоже что‑то выдать. Приоткрылась другая дверь, ведущая уже в мою комнату. Выбравшаяся оттуда Соня, тащащая в зубах дробовик «моссберг» за ремень, целеустремленно поковыляла за уехавшим пылесосом.

– Иисусе! – внезапно выдавил наш гость, едва не расплескав свой кофе. Глаза старика, обрамленные сетью морщин, расширились в откровенном удивлении.

– Не обращайте внимания, у неё сегодня плохое настроение! – нашелся я, – В гостей она обычно не стреляет.

На шутку МакАлистер не отреагировал, продолжая провожать кошачьего медведя взглядом, пока тот не скрылся вместе с дробовиком и своим хвостом. Появившуюся Юки, зачем‑то напялившую на себя любимую майку с надписью «ТРАХАТЬ ЧЕЛОВЕЧЕСТВО», инквизитор тоже проигнорировал. Как будто бы очнувшись, он передернул плечами и хрипло проговорил, уставившись перед собой:

– Это, наверное, самый крупный бинтуронг в мире…

– Мы его кормим хорошо, но кто‑то постоянно ест по ночам, – покивал я, – Не удивлюсь, если Соня умеет открывать холодильник.

На меня зашипел вампир. Звук привёл МакАлистера назад в реальность, от чего пожилой джентльмен собрался.

– Это одна из тех причин, почему я решил нанести личный визит, – попытался улыбнуться он, тут же переведя внимание на вошедшую в зал улыбающуюся Норму, за которой шёл Марий Гритт, – Их несколько, коллеги. И нам нужно все обсудить.

– Нашему животному нужны права на ношение оружия? – едко фыркнула Эрика.

– Какого оружия? – не понял Марий, садясь рядом с ней на диван.

– Довольно большого, – хмыкнул МакАлистер, оглянувшись на дверной проем, в котором исчез медведь, – Но мне, точнее нашему филиалу, абсолютно нет дела до самого большого в мире бинтуронга, которым бы могла заинтересоваться одна крайне… нечистоплотная корпорация. Мне, господа нищие наемники, куда интереснее сам факт появления именно этого зверя именно тут.

– Вы очень уверены, мистер МакАлистер, – тут же заметил барон, – Если вы не знали, то совсем недавно в парке около дома была целая ку…

– Поверьте мне, господин барон, я неплохо разбираюсь в людях, – кисло усмехнулся наш гость, – Жизненный опыт, если позволите. Но вот в бинтуронгах я, Грегор МакАлистер, понимаю даже больше. Это моё маленькое славное хобби, обожаю этих вальяжных существ. Но не будем отвлекаться. Как я и сказал, факт наличия зверя нас не касается. Эта тема не будет нигде поднята. Мне нужно было увидеть её .

Тонкий сухой палец кольнул воздух в направлении Нормы.

– Какая болтливая квадра заглянула к нам в гости, – хмыкнул я, подбираясь, – И какие вопросы, мистер МакАлистер, у вас есть к служанке нашего барона?

Остальные тоже напряглись. Норма начала считаться частью команды даже раньше, чем Соня. Безобидная, улыбчивая, невинная (ну, душой), смуглая девушка оставляла ощущение радостного солнечного ребенка, о котором хочется заботиться. У всех без исключения, даже у Мария.

– Загляни к вам мой обычный  подчиненный, он бы не нашёл, о чем доложить, – аккуратно поставив пустую чашку, развёл руками визитер, – Но господа специалисты, осуществившие проверку вашей команды, принадлежат к куда более просвещенным людям нашей организации, мистер Красовский. Они видели таких оборотней раньше . Не исключено, что и у себя дома. Судя по выражению лица его светлости, вы уже догадались, о чем идёт речь.

– Мы догадались, – негромко отозвался альв, без всякой симпатии рассматривающий МакАлистера, – И что дальше?

– Сразу к делу? – улыбнулся понимающе старик, – Что же, давайте уменьшим возникшее напряжение. Ни я, ни мой сюзерен не претендуем на возвращение этой девушки. Судя по осмысленности её взгляда, она уже… испорчена, так сказать. Наоборот, меня, рыцаря Цурье, и нашего сюзерена , чрезвычайно радует тот факт, что она попала именно к вам. Думаю, я могу сэкономить время на объяснения?

– А я бы хотела их услышать! – тут же бросила Эрика, сверля начальника службы безопасности недовольным взглядом.

– С радостью расскажу все подробности, мисс Хатсбург, – улыбнулся тот, – Но только тет‑а‑тет, на свидании. Не стоит хмуриться, мы прекрасно сидим, а мне пора переходить к настоящему делу…

В коридоре оглушительно грохнул выстрел, заставивший нас всех повскакивать с мест. Аккуратно выглянув в коридор, мы увидели… ну, в принципе то, чего можно было опасаться. Соня застрелила робота‑пылесоса. Из дробовика. Черные перья, кружащиеся вокруг разодранного дробью корпуса маленького трудяги, завершали зрелище, как и отметины от дроби в стене. Сама медведица, с совершенно недовольным видом, уже ковыляла назад, так что, протиснувшись между наших ног, ушла, раздраженно фыркая. Видимо, от запаха пороха.

– Видите…? – в возникшей тишине мой голос прозвучал как‑то чересчур звучно, – Я же говорил, что у неё плохое настроение.

– Как  она это сделала? – пораженно прохрипел Марий, держась за косяк.

– Если Алебастр снова попробует спрятаться с куриными крылышками, то сможем узнать! У него камеры в комнате, они запишут! – неожиданно выдала ранее молчавшая Юки, заставив альва очень нервно дернуться.

– Да уж, – вытер внезапно вспотевший лоб наш гость, – У вас тут веселее, чем я думал! Даже чересчур. Мне лучше перейти к вопросам своего визита до того, как ваш… зверь доберется до гранат!

– А что вы вообще хотели, мистер МакАлистер? – не чинясь, спросила вампиресса, не отлипая взглядом от покойного пылесоса.

– Передать вам приглашение на прием. Барон Штутгард, ознакомившись со вновь открывшимися обстоятельствами наших местных дел, восстанавливает Марко в звании старшего рыцаря… – пробормотал старик, нетвердой походкой возвращающийся на свое место, – В честь этого будет дан приём, на который приглашен барон Гритт и его дружина.

– Мы будем, – тут же ответил Марий, – Сочтем за честь. Только… я заметил, что вы вовсе не этот момент имели в виду, мистер МакАлистер. И вовсе не за этим приехали. Будете любезны…?

– Конечно, буду, – вздохнув, пожилой джентльмен снова сел, начав перечислять, загибая пальцы, – Духи, гроб Дракулы, смерти шестерых Хатсбургов, бинтуронг, энергетическая батарея, сервилия‑оборотень, проклятие барона, две бойни в городе, в одной из которых так отличился мистер Красовский, личное знакомство с половиной игроков города и, наконец, Ла Диспенза, у которого вы, господа, ночуете, выказывая полное доверие этому типу. У меня уже пальцы кончились! Даже трети этого списка хватило бы, чтобы насторожиться. Он целиком, по крайней мере то, что знаю я и старший рыцарь Цурье, вызывает… напряжение. Куда большее, чем огромный медведь с ружьем, могу вас уверить. Поэтому я пришёл договориться от имени моего господина. Наш интерес крайне прост и должен быть вам целиком и полностью понятен, господа из «несессариум малум». Он звучит так: мы хотим знать .

– Что знать? – уточнил Гритт.

– Знать, когда вы влипнете в очередное дерьмо и чем оно будет пахнуть! – отрезал ему в ответ МакАлистер, – Не постфактум, а сразу! Конфиденциальность… гарантируем!