Текст книги "Поглоти Меня (ЛП)"

Автор книги: Эмили Рат

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 39 страниц)

Для верности опускаю небольшую рулонную штору. Затем спешу обратно в магазин к парадной двери, проверяя и ее. Она уже закрыта на замок, штора опущена. На витрине штор нет, но она настолько заставлена растениями, что свет с улицы почти не пробивается. Оборачиваюсь, оглядывая темные очертания комнаты. Ночью тут жутковато: растения отбрасывают странные тени.

Чувствуя, что окончательно сошла с ума, подкрадываюсь к стенду с ведьминскими кинжалами и снимаю один со стены. В руках он кажется чужеродным. На занятиях по методологии исследований для аспирантов основам владения ножом не учили. Но теперь я хотя бы не совсем безоружна.

– Воды, – снова хрипит Джаспер.

– Я дам тебе воды, но сначала нужно проверить, нет ли ранений. Наверное, стоит поехать в больницу. На этом острове вообще есть больница?

– Я не ранен. Просто дай воды.

Фыркнув себе под нос про «типичных мужчин», кладу нож на стол и ныряю за чайную стойку. Хватаю первую попавшуюся кружку, наполняю её водой из-под крана и подаю Джасперу.

– Держи.

Он упирается локтем в хлипкий столик и поднимает на меня взгляд. Без линз Джаспер похож на картину Ренуара. Чёрт, он даже размытым выглядит красавчиком. Он берёт кружку, подносит её к губам и осушает в три больших глотка. Потом протягивает её обратно мне.

– Ещё.

Я возвращаюсь к раковине, снова наполняю кружку и приношу обратно. Он уже сидит чуть прямее, а дыхание стало ровнее.

– Вот.

Джаспер берет стакан более уверенно и снова выпивает до дна.

– Блядь, – выдыхает он, отбрасывая кружку в сторону. Та со стуком катится по полу, скрываясь под широкими листьями растения в горшке.

Я подхожу ближе.

– Дай я тебя осмотрю.

Обхватив его лицо ладонями, я внимательно ищу хоть какие-нибудь следы травмы.

В этом полумраке его глаза выглядят странно. Зрачки так расширены, что от серебристой радужки остался лишь тонкий ободок.

– Ты его видела?

– Нет, самого нападения я не видела. – Кончиками пальцев я осторожно провожу по его шее. – Когда я выбежала на улицу, ты уже лежал на земле. Показалось, он тебя душил.

Он хватает меня за запястье и поднимает на меня покрасневшие глаза.

– Ты его видела?

– Ну да. А теперь не двигайся.

Он пытается отстраниться.

– Я же сказал, я в порядке.

Не давая ему отстраниться, я запускаю пальцы в его тёмные волосы, осторожно ощупывая кожу головы в поисках шишек или крови. Он тихо стонет и откидывает голову назад, прикрывая глаза. Обе его ладони ложатся мне на талию, пальцы широко расходятся по бёдрам.

– Что произошло до того, как я пришла? Я слышала, как ты кричал.

Медленно открыв глаза, он крепко сжимает челюсти и глухо рычит.

– На меня напали. Я всего лишь вышел вынести мусор. Дохлый кусок дерьма.

– Ты его узнал?

Он качает головой и тут же морщится от боли.

Я ослабляю хватку, переместив руки ему на плечи.

– С лестничной площадки я тоже мало что разглядела. Здоровяк во всем черном, капюшон низко натянут на лицо, так?

Его ладони медленно скользят по изгибу моих бёдер, пальцы сминают тонкую ткань моего топа, пока не касаются голой кожи.

– Ты разглядела его лучше, чем я.

Я прикусываю губу, пытаясь сосредоточиться на чём угодно, только не на том, как он ко мне прикасается. Сейчас совсем не время возбуждаться от прикосновения рук собственного босса. Он только что едва не погиб.

Кстати о руках...

– Кажется, он был в перчатках, – выпаливаю, убирая его ладони со своих бедер.

– В перчатках?

– Да. Они были похожи на скелетные кисти. Ну знаешь, такие, какие надевает какой-нибудь байкер-позёр, чтобы выглядеть круче.

Он снова тянется ко мне, но я мягко отвожу его руки.

– Джаспер, мне кажется, нам всё-таки стоит вызвать полицию. Ты так не думаешь?

– Зачем?

Я фыркаю.

– Серьёзно? Потому что какой-то тип в половине идиотского хэллоуинского костюма только что пытался тебя задушить! Ты остался жив только потому, что Пиклз всполошился и заставил меня вовремя открыть дверь. Ты просто лежал там, и… Господи… – Я прижимаю ладонь к груди.

– Что?

– Карта Смерти, – восклицаю я, показывая на прилавок, заставленный колодами Таро. – Карта, которую я тебе вытянула. Я не… То есть Фиби сказала, что я не могу на самом деле предсказать твою смерть, но… Джаспер, это ведь не я с тобой сделала?

– Нет. – Он снова протягивает ко мне обе руки и притягивает ближе, так что я оказываюсь между его широко расставленными ногами. – Таро так не работает.

– Рационально я это понимаю, – торопливо говорю, снова опуская руки ему на плечи. – Но, кажется, у меня начинается шок. Адреналин точно отпускает. И видеть тебя лежащим там было чертовски страшно. Клянусь, я не пыталась тебя убить…

– Знаю, – перебивает он, успокаивающе касаясь меня. – Ты тут ни при чём, Берди. Это был обычный грабитель, ясно? Какой-то малолетний отморозок решил по-легкому срубить денег. Вот только облом – я уже лет двадцать не ношу бумажник на острове.

Закатываю глаза, ни капли не успокоенная. Клянусь, это последний раз, когда я вообще беру в руки колоду таро. Пусть увольняет, если хочет, но для меня это слишком жутко. До конца жизни образ того короля, лежащего на земле без короны, не выйдет у меня из головы. Всегда буду видеть Джаспера Прескотта, распластавшегося на брусчатке.

Через мгновение он хмурится, его рука скользит от моего лица вниз по шее к плечу.

– Берди, ты замерзла... и промокла.

Я невольно вздрагиваю.

– Ну да. На улице дождь. Ты тоже весь промок.

Он опускает взгляд, будто только сейчас замечая, что его одежда насквозь мокрая.

– Я была слишком занята тем, чтобы ты не умер, – добавляю я. – Как-то не догадалась сначала сбегать за дождевиком, прежде чем броситься тебе на помощь.

Его горячий взгляд медленно скользит вниз, задерживаясь на тонких бретельках моего нежно-розового топа. Он из дешёвой ткани под шёлк, с V-образным вырезом, достаточно глубоким, чтобы приоткрывать ложбинку между грудей. Моя коса совсем растрепалась и лежит на одном плече. А дождь успел промочить топ настолько, что сквозь ткань проступают пирсинги в сосках.

Он снова поднимает на меня взгляд, и по его лицу невозможно ничего прочитать.

– Спасибо.

Совсем не то, что ожидала от него услышать.

– Пустяки.

Джаспер поднимается со стула, и атмосфера в комнате мгновенно меняется. Пока он сидел, мне казалось, что у меня есть хоть какая-то власть. Я была выше него. Я могла двигаться свободнее. Теперь он возвышается надо мной, удерживая меня в своей ловушке.

– Берди, посмотри на меня.

Задержав дыхание, я поднимаю глаза. Теперь он больше похож на прежнего Джаспера. Его взгляд ясный и сосредоточенный. Цвет лица тоже стал лучше, а мертвенная бледность уже не кажется такой пугающей. На шее пока нет ни пятен, ни следов удушья. Ему очень повезло.

– Спасибо, – повторяет он. – Ты спасла мне жизнь. Я перед тобой в долгу.

Слабо улыбаюсь.

– Никаких долгов. Знаю, ты бы сделал для меня то же самое.

Его темные брови сходятся к переносице, челюсти крепко сжимаются.

Не знаю, что заставило меня это сказать. Мы всё еще просто двое незнакомцев, перекинувшихся лишь парой фраз за последние несколько дней. Фиби – наша единственная реальная связующая нить. И всё же слова уже сказаны, и я понимаю, что действительно так думаю. Джаспер Прескотт – человек чести. Будь он на моём месте, я знаю, он без колебаний сбежал бы по той лестнице ко мне.

Его прямой взгляд пригвождает меня к месту.

– Берди... – шепчет он мое имя, словно лаская.

Не знаю, кто делает шаг первым. В одно мгновение я смотрю ему в глаза, а в следующее мы уже целуемся так жадно, словно, если перестанем хоть на секунду, оба умрем.

16.Джаспер

16.Джаспер



Жизнь. Дыхание. Теплое, бьющееся сердце. Горячая кожа, вспыхивающая под моими пальцами. Вкус амброзии, взрывающийся на языке. Ее поцелуи – сладчайший нектар. Я притягиваю ее ближе, обхватив рукой за плечи, и опускаюсь на стул.

Берди ловит каждое прикосновение, опускаясь вместе со мной. Она садится мне на бедра, шорты задираются, обнажая длинные, подтянутые ноги. Опускаю ладонь ей на поясницу и надавливаю, прижимая к своим бедрам. Она жадно хватает ртом воздух, зарываясь пальцами в моих волосах.

– О боже... это безумие...

Безумие – это то, что я до сих пор жив. Чертов рейф только что высасывал душу из моего тела. Его парализующие руки удерживали меня на земле, пока каждый украденный им глоток жизни проносился перед глазами калейдоскопом драгоценных воспоминаний. Друзья, любовницы, бег по темному лесу. Грейси. Фиби. Каждый безрассудный прыжок с вершины скал на Синдер-Пойнт в море внизу. Ощущение первого шепота магии земли, пульсирующего в груди. Он украл всё это.

А потом вернул...

Не знаю, что произошло. Берди сказала «прекрати», и он остановился. Разве такое вообще возможно?

– Нам не стоит, – шепчет Берди, хотя ее ладони скользят по моей спине. Она проводит языком по краю моего уха, слегка прикусывая его. Когда она пытается отстраниться, я предупреждаю её глухим рычанием и крепче сжимаю в кулаке её влажные волосы. Отведя её голову в сторону, припадаю губами к её шее и втягиваю кожу над бьющейся жилкой. На острове Берр дождь всегда несёт в себе лёгкий привкус моря. Я чувствую его на её коже. Соль. Морскую воду. Волны, залитые лунным светом. В её волосах смешался тонкий цветочный аромат шампуня.

Она шумно втягивает воздух. Грудная клетка прижимается к моей ещё теснее.

Жизнь. Она пульсирует в каждой её жилке, мощная, яркая, как гребаный закат. Дыхание. С каждым поцелуем я забираю его с её губ, возвращая себе то, что у меня отняли. Сила. Магия бурлит где-то глубоко внутри. Боги, меня разрывает от неё. Кажется, я мог бы вырвать скалы из этого острова и швырнуть их в небо, чтобы даже богиня услышала гром.

Берди стонет, царапая ногтями мои плечи, ее язык ищет путь внутрь. Открываюсь ей, позволяя брать. Но лишь на мгновение. А затем просовываю руку между нами, забирая то, что нужно мне. Нащупываю маленькую штангу пирсинга в ее соске. Она тихонько всхлипывает, когда я зажимаю украшение между пальцами. А стоит мне слегка провернуть его, её всхлип срывается в новый судорожный стон.

Она подается бедрами мне навстречу.

– Джаспер, пожалуйста...

Как же мне нравится слышать, как она произносит моё имя. Сжав в кулаке её волосы, я резко оттягиваю её голову назад. Она выгибается в моей хватке, тяжело дыша. Не сводя глаз с её затуманенного взгляда, я просовываю два пальца под тонкую бретельку топа. Один резкий рывок, и она не выдерживает. Шёлковая ткань соскальзывает вниз, обнажая её грудь и розовый сосок с пирсингом.

С глухим стоном я припадаю к нему губами и втягиваю в рот. Бёрди вскрикивает. Запустив пальцы в мои волосы, она удерживает меня там, где хочет. Я не перестаю ласкать её, играя с пирсингом языком и зубами. Мой член дёргается, когда она ещё сильнее трётся киской о мой пах. Мы оба отчаянно хотим большего.

– Скажи мне остановиться, – умоляю в ее пылающую кожу.

Ее бедра крепче сжимаются вокруг меня.

– Не останавливайся.

Запускаю свободную руку под шелковистый топ, пальцы ползут вниз.

– Скажи...

– Только, блядь, посмей остановиться.

Оторвавшись от ее груди, проникаю языком в ее рот. Если она хочет этого хотя бы вполовину так же сильно, как я, то, уверен, уже истекает соками. Хочу попробовать ее на вкус. Положить на прилавок и проглотить целиком. Не остановлюсь, пока она не закричит, пока не смогу наконец избавиться от этого чувства опустошения. Я хочу до краев наполниться магией, жизнью… и вкусом киски Берди.

Подхватив ее за задницу обеими руками, встаю. Она удивленно ахает, издает тихий смешок и обвивает руки вокруг моей шеи. Я несу ее к прилавку. Опустив на край, скольжу руками по бокам вверх, чтобы снова обхватить грудь. Как раз помещается в ладони. Чертовски идеально. Одна обнажена, влажная от моих ласк. Другая всё еще скрыта под тончайшим слоем розового шелка.

Она откидывается назад, упираясь руками в столешницу, подставляясь еще больше. С отчаянным стоном склоняюсь и начинаю сосать второй сосок прямо через тонкую ткань. Опираясь на одну руку, она хватает единственную оставшуюся бретельку и дергает, отрывая. Лоскут шелка спадает к талии, оставляя ее торс полностью обнаженным для меня. Я отклоняюсь назад, сжимая ее бедра обеими руками, и смотрю, как она тяжело дышит. С каждым вдохом её красиво расписанная грудь плавно вздымается. Под грудью раскинула крылья яркая татуировка Исиды. Я провожу кончиками пальцев по изгибу крыла, ведя их вдоль нижнего ребра.

Протянув руку, Берди касается моей щеки.

– Джаспер...

Отвожу взгляд от груди и смотрю в ее бледно-зеленые глаза.

По её лицу одна за другой проносятся тысячи эмоций: страх, желание, страсть. Но в конце концов остаётся та, что пугает меня сильнее всего. Та, с которой она будто видит меня насквозь. Она может не верить в Таро, но её интуиция острее бритвы.

– Ты чуть не умер сегодня.

– Да.

Приподнимает меня за подбородок.

– Больше так не делай.

Ее беспокойство прорубается сквозь наспех возведенную защиту, ударяя прямо в грудь. Какого черта я творю? Здесь был рейф. Рейф только что напал на меня!

Нет, рейфы не нападают просто так. Рейфов посылают. Нанимают, как бессмертных, блядь, убийц. У рейфа приказ на мою голову, а я стою здесь и лапаю свою новую продавщицу? Нужно созвать ковен. Нужно поднять весь чёртов ад на уши. Остров Берр под ударом.

Только всё это… не имеет никакого смысла.

Последние четыреста лет остров защищало мощное охранное заклинание, скрепленное кровью Священной Пятерки. Ни одно магическое существо не может ступить на остров без приглашения от члена ковена. Люди невосприимчивы к магии, пока не таят злых умыслов против острова или его жителей. Поистине хитроумная магия. И оно означает, что преступности на острове практически не существует. О нас даже пишут в учебниках.

Нет, люди безвредны. Барьер предназначен для защиты от магического вторжения. Большинство магических существ надежно сдерживаются: ведьмы, вампиры, оборотни, фейри. У некоторых сущностей – духов и тому подобных – есть силы пройти защиту. Но ни одно призрачное видение не способно управлять рейфом или подчинять его своей воле.

Но рейф совершенно точно только что был здесь.

Нет, рейф был послан. Это дело рук ведьмы, так? Какое еще существо могло бы эффективно управлять рейфом? Демон, может быть? Понадобилось всего четыре сотни лет, но кто-то наконец нашел способ обойти наши чары.

И этот момент слишком уж подозрительно совпал. Это связано с Хоумвудом, с моей сегодняшней ссорой с Хоу. Я пригрозил ему, он приполз к тому, кто дергает за ниточки, и они прислали буквальную Смерть, чтобы поставить меня на место. Если смогли прислать один раз, пришлют снова.

Черт, дело дрянь. Они все знают то, чего не знаю я? Что, черт возьми, зарыто в этих гребаных лесах?

Берди убирает руку от моего лица, в ее взгляде всё еще читается тревога.

– Джаспер?

Я тяжело вздыхаю, позволяя себе посмотреть на неё. Такая милая, такая невинная. Будь я кем-то другим, я бы заключил её в объятия и утешил. Сделал бы её своей и никогда не отпустил. Моё маленькое сокровище. Может, всё ограничилось бы летним романом. А может, стало бы чем-то большим. Мы этого уже никогда не узнаем. Потому что я Джаспер Прескотт. Мне не дано выбирать свою судьбу.

А Берди человек. Ей не позволено знать мои тайны. Люди не могут стать частью ковена. Даже ведьмаки из других ковенов не могут войти в него. Им запрещено ступать на наш остров без приглашения. Стоит ли удивляться, что нас осталось всего десять?

Это мать с нами сделала. Она позволила нашему ковену захиреть, превратила нас в слабаков. Мы слишком боимся чужаков. Слишком помешаны на чистоте крови и происхождении. Если ты не из Первой Пятёрки, тебе нет места в ковене. Она даже поставила крест на бедняжке Фиби. В ковене нет места магическим пустышкам.

А теперь здесь появилась Бёрди, и это я подверг её опасности. Она не знает, что на меня напало. Она своими глазами видела рейфа и всё равно не верит. Думает, это был какой-то грабитель в толстовке, решивший поживиться чужим бумажником. А эти байкерские перчатки со скелетными костями? Я бы почти рассмеялся. Именно так её человеческий разум объяснил увиденное. Из-за этого обманывать её будет почти до смешного легко. Но пока я ей лгу, между нами ничего не может быть.

С глухим стоном я провожу ладонью по волосам и отступаю на шаг.

– Мы не можем.

Она так и остаётся сидеть на краю прилавка. Разорванный топ сполз ей на бёдра, оставляя грудь открытой.

– Ладно. – Голос мягкий, ни намека на смущение или разочарование.

Блядь, почему она так легко меня читает? Клянусь, такое чувство, будто она меня знает, хотя мы только встретились.

– Тебе нужно уйти.

– Хорошо. – Она соскальзывает с края прилавка и грациозно поднимает испорченный лоскут шелка, прикрывая грудь и придерживая его рукой. – Но тебе правда стоит позвонить в полицию. Поговори с ними утром, если нужно время, чтобы осмыслить случившееся, но другие магазины заслуживают знать, что здесь рыскает какой-то урод. Не могу же я быть единственной, кто живет над магазинами, Джаспер. На кону жизни невинных людей.

Закусываю губу изнутри, понимая, что не могу объяснить, в чем она ошибается. Когда рейф вернется, он придет только за мной. Берди не должно быть здесь, когда это случится. Зайдя за прилавок, вывожу кассу из спящего режима и открываю денежный ящик, вытаскивая все сотенные и пятидесятидолларовые купюры.

– Останься здесь на ночь. Наверху будешь в безопасности. —Подальше от меня, – хочется добавить. – Утром сядешь на первый паром...

– Подожди. – Берди стоит напротив, широко распахнув глаза от обиды и замешательства. – Джаспер, я никуда не уеду.

– Ты обещала слушаться моих приказов, – бросаю вызов я.

– Ага, в рабочее время. Но сейчас нерабочие часы. Посмотри, я в гребаной пижаме. – Она машет рукой на свой порванный топ и спальные шорты. На ней даже обуви нет.

Складываю деньги на прилавке и подвигаю к ней.

– Я пришлю еще. Заплачу за всё лето, но ты уезжаешь.

– Нет! Это безумие...

– Берди, я не смогу тебя защитить!

Она всё еще держит лоскут шелка, прижимая татуированную руку к груди, которую я только что обхватывал губами. В ее глазах горит негодование.

– А я не прошу меня защищать.

Стону, но она идет в наступление.

– Эй, мне не привыкать к такой опасности, ясно? Подростком я почти два года жила в машине. Мы просто установим камеры в переулке. И прожектор. Честно говоря, глупо, что у вас его до сих пор нет. Всё будет хорошо, просто... пожалуйста, не прогоняй меня. Мне нужна эта работа...

– Есть другие работы! За пределами острова...

– Но нет других стажировок! – перекрикивает она. – Джаспер, если я не отработаю часы, то не получу диплом вовремя. К тому же, это ты валялся в переулке. Или уже забыл? Я спасла тебя! Очевидно, что я могу сама о себе позаботиться!

Ее слова выбивают почву из-под ног. Берди права, она действительно меня спасла. Человек спас ведьмака от рейфа. Она велела остановиться, и тот остановился. Кажется, ему самому было больно это делать. Из-за глубокого капюшона лица я не разглядел, но почувствовал его панику. Он был сбит с толку, даже напуган. И всё же остановился. Аномалия. Чудо. Магическая головоломка.

Упираясь ладонями в прилавок, я подаюсь вперед.

– Как ты это сделала?

– Что?

– Как ты заставила его остановиться?

Она пожимает плечами, явно не понимая.

– Не знаю. Эффект неожиданности, наверное. Я хлопнула дверью, и это, должно быть, напугало его.

Она понятия не имеет, насколько ошибается. Никогда не слышал, чтобы рейф не смог забрать душу. Конечно, существа это редкие, поэтому и историй мало. Но все они заканчиваются одинаково... кроме сегодняшней ночи. Прокручиваю всё в голове, пытаясь продраться сквозь собственные страх и панику. Кажется, я тоже умолял его остановиться.

Я не могу остановиться.

Меня пробирает дрожь, когда в памяти эхом отдается его хриплый голос. Он не собирался останавливаться ради меня, но остановился ради Берди.

– Что именно ты сделала? Что ты ему сказала?

Она снова пожимает плечами.

– Просто сказала остановиться.

– И он остановился?

– Ну да, очевидно же. Как только понял, что есть зрители, быстро потерял интерес к тому, чтобы тебя душить. Джаспер, к чему всё это?

– Он тебе что-нибудь сказал? Подходил к тебе?

– Нет, ничего. Ну... только посмотрел на меня.

– В каком смысле?

– В смысле, онпосмотрел на меня, – повторяет она. – Его лицо было скрыто капюшоном толстовки, но я почувствовала тот момент, когда наши взгляды встретились, и он, ну знаешь... увидел меня.

– Что ты почувствовала, когда вы встретились взглядами?

Она на мгновение задумывается.

– Холод... но, наверное, это просто из-за дождя. И на миг мне показалось... – Она замолкает, опуская глаза.

– Что?

– Ничего, – бормочет Берди. – Ты подумаешь, что я сумасшедшая.

Я наклоняюсь над прилавком. Стоит огромных усилий не схватить её за плечи и не наложить заклинание, заставляющее говорить правду. Пока она отвечает мне по собственной воле, я не стану прибегать к магии.

– Расскажи мне, Берди.

Вздохнув, она снова поднимает взгляд. Светло-зеленые глаза медленно скользят, изучая каждую морщинку и веснушку на моем лице.

– Я почувствовала то же самое, что чувствую, когда ты смотришь на меня.

– И что же это?

– Будто не могу дышать... будто застыла, прикованная к земле. Будто если сделаю одно неверное движение, твоя выдержка рухнет... и ты меня поглотишь.

Снова окидываю ее взглядом: она стоит по другую сторону прилавка в разорванном топе, с растрепавшейся косой. Желание в её глазах может соперничать лишь с тревогой. По крайней мере, она понимает, насколько хрупка человеческая жизнь. Ей знаком страх. И всё же она не бежит от него. Она идёт ему навстречу. Она знает, что мне нельзя доверять, но всё равно не может заставить себя уйти, снова и снова тянется ко мне. Сегодня ночью она знала, что рейф может её убить, и всё равно бросилась вниз по лестнице. Нежный ягнёнок среди волков.

– Кто ты? – Вопрос срывается с губ прежде, чем успеваю подумать. Я снова наклоняюсь над прилавком, удерживая ее взгляд, мысленно принуждая ответить.

Теперь она нервничает, дыхание стало поверхностным. Хорошо. Ей и стоит нервничать. Ей следует бояться до чертиков. Она стоит перед могущественным ведьмаком. Я могу убить ее взмахом руки. И всё же сегодня ночью одним-единственным словом она сделала то, чего не смог бы сделать я. Прервала смертельную жатву рейфа.

– Я Берди Роудс.

Ответ, который ничего не дает. Кто, черт возьми, такая Берди Роудс? Более того – что она такое? Человек? Или нечто большее? В этот момент я знаю наверняка лишь одно: она способна остановить рейфа. И поскольку за мной сейчас охотится один из них, она никуда не поедет. Если я хочу разгадать тайну Хоумвуда, мне нужно остаться в живых. А рейф обязательно вернется. И когда это случится, Берди должна быть рядом.

Во второй раз за последние несколько дней я принимаю решение, которое, скорее всего, убьет нас обоих. Сгребаю наличные с прилавка, сую обратно в кассу и захлопываю ящик.

– Иди наверх и собирай вещи.

На ее глазах наворачиваются слезы.

– Джаспер, пожалуйста, не выгоняй меня.

– Я и не выгоняю.

– Тогда... зачем мне собирать вещи?

– Потому что ты едешь ко мне домой.