Текст книги "600 школьных сочинений"
Автор книги: Е. Левина
Соавторы: Е.А. Комлякова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 92 (всего у книги 111 страниц)
Творчество великого русского писателя Михаила Афанасьевича Булгакова пришлось на первые послереволюционные годы и эпоху сталинизма. Атмосфера страха и беззакония царила в стране. Подлинная литература становилась формой неприятия такой действительности, способом нравственного преодоления ее. Верным союзником писателя был смех.
Михаил Булгаков обладал блестящим даром сатирика. Об этом убедительно говорят повести «Дьяволиада», «Роковые яйца», «Собачье сердце» и многие страницы романа «Мастер и Маргарита» (1929–1949 гг.). Однако изображение «тины мелочей», месива ничтожных страстей никогда не становилось самоцелью. Булгаков обозревает современную ему действительность как бы с высоты фантастического полета Маргариты над ночным Арбатом.
Писателю важен и интересен тот самый вопрос, который бросает своим тяжелым басом Воланд в зачарованный зал «Варьете»: «Изменились ли эти горожане внутренне?» Сцена и зрительный зал меняются местами. Несколько простеньких фокусов Фагота с неопровержимостью свидетельствуют: природа человека не изменилась за века, минувшие после казни Иешуа. Вывод Воланда беспристрастен. «…Обыкновенные люди… в общем, напоминают прежних… квартирный вопрос только испортил их…»
В романе зло не просто показано. Оно осмеяно, разоблачено, пародийно снижено. Это позволяло психологически преодолеть страх перед теми явлениями действительности, которые сами по себе никаких «веселых» ассоциаций у современников Булгакова не вызывали. Речь идет конечно же, об арестах, доносах и допросах в «компетентных» органах. Собственно говоря, и начинается роман с доноса. Охваченные шпиономанией, Берлиоз и поэт Бездомный пытаются своевременно разоблачить подозрительного интуриста с Патриарших прудов, в котором видят преступника и иностранного агента. Увы! Почтенный редактор и глава МАССОЛИТа так и не доходит до ближайшего телефона-автомата.
Вирус доносительства, по мысли Булгакова, глубоко проник в общество, коснулся даже детских душ. К сожалению, в большинстве случаев доносы вполне сознательны и приводят к неизбежным последствиям.
Михаил Булгаков с большой изобретательностью находит способы сказать в своем романе и о массовых арестах. Таков намек о таинственных исчезновениях жильцов «нехорошей квартиры», и сообщение в эпилоге о многочисленных арестах не только людей, но и черных котов. Но по-прежнему смех остается верным союзником автора. В столкновении со свитой Воланда накатанная система насилия обнаруживает свое полное бессилие, свою абсурдность – заметим, что пытаются арестовать не человека, а кота!
Важную роль играет в романе Булгакова изображение психиатрической клиники профессора Стравинского и способов ведения уголовного дела следователем. Допросы Никанора Ивановича Босого и чумы-Аннушки анекдотичны именно потому, что допрашиваемые говорят чистую правду.
Булгаков, как мы видим, находит в себе силы высмеивать то, что внушало его современникам почти мистический ужас. Вместе с тем писатель не оставляет зло безнаказанным, а прибегает к своеобразному приему фантастического возмездия. Всякий раз, когда реальное преодоление зла не представляется возможным, появляются Воланд и его свита.
Именно на такую функцию нечистой силы в романе указывает и эпиграф из «Фауста» Гете. В самом деле, старанием сатаны похищен и превращен в вампира лжеязычный администратор Варьете Варенуха, застрелен «наушник и шпион» Барон Майгель…
И это еще не все. Разве можно не вспомнить здесь разгрома дома драмлита с Маргаритой? Разве можно забыть последние похождения Коровьева и Бегемота? Огонь, в котором сгорают Торгсин и дом Грибоедова, не обжигает читателя горечью утраты. Напротив, перед нами, пожалуй, самые остроумные и веселые страницы.
Таким образом, сатира Булгакова – это способ преодоления страха перед кровавой действительностью. К сожалению, творчество писателя в нашей стране начало возвращаться к читателю лишь в конце 1960-х гг… Тогда же был издан роман «Мастер и Маргарита», сыгравший свою роль в духовном становлении нескольких поколений читателей.
Психологический рисунок в рассказе М. А. Булгакова «Похождения Чичикова»Булгаков-писатель и Булгаков-человек до сих пор во многом – загадка. Неясны его политические взгляды, отношение к религии, эстетическая программа. Его жизнь состояла как бы из трех частей, каждая из которых чем-то примечательна. До 1919 года он врач, только изредка пробующий себя в литературе. В 20-е годы Булгаков уже профессиональный писатель и драматург, зарабатывающий на жизнь литературным трудом и осененный громкой, но скандальной славой «Дней Турбиных». Наконец, в 30-е годы Михаил Афанасьевич – театральный служащий, поскольку существовать на публикации прозы и постановки пьес уже не может – не дают (в это время он пишет свой нетленный и главный шедевр – «Мастера и Маргариту»). Надо сказать, что Булгаков – феноменальное явление советских времен. Он с детства ненавидел писать на «социальный заказ», в то время как в стране конъюнктурщина и страх губили таланты и выдающиеся умы. Сам Михаил Афанасьевич был твердо уверен, что никогда не станет «илотом, панегиристом и запуганным услужающим». В своем письме правительству в 1930 г. он признавался: «Попыток же сочинить коммунистическую пьесу я даже не производил, зная заведомо, что такая пьеса у меня не выйдет».
Рассказ Михаила Булгакова «Похождения Чичикова», как и все его произведения, написан мастерски. Особенно интересно, на мой взгляд, выполнен в нем психологический рисунок главных героев. В чем заключается суть рассказа? На первый взгляд, все довольно просто. Автор с помощью нехитрого литературного приема, перенеся героев гоголевских «Мертвых душ» в современную ему действительность, в Советскую Россию, высмеивает недостатки таких вот «проходимцев». Я здесь имею в виду Чичикова и всю остальную братию, ведь таких людей на Руси всегда хватало.
С необычайным мастерством Булгаков описывает ту ловкость, с которой все эти Чичиковы обделывают свои делишки. Самое невероятное, что все это они делают при советской власти (так как речь здесь идет вообще о частном предпринимательстве). Но данный рассказ, как я понимаю, относится ко времени НЭПа, то есть к тому кратковременному периоду, когда «отпустили» гайки и что-то подобное еще было возможно.
Особенно удается Булгакову описание всех бюрократических препонов, которые приходилось преодолевать человеку, чтобы открыть свое дело: наличие технической сметы, огромного количества ведомостей с надлежащими печатями и подписями. Честный человек годами собирал бы все эти проклятые подписи и бумажки, а Чичиков раз – и готово. Знай наших!
Очень интересно Булгаков строит ход повествования в рассказе. Он идет как бы по нарастающей. Энергия Чичикова в осуществлении своих планов просто поражает: он хочет все больше и больше, он развивает и развивает свою бурную деятельность, не останавливаясь на достигнутом, все более и более обогащаясь: «И в самом скором времени очутились у него около пятисот апельсинов капиталу. Но он не унялся, а подал куда следует заявление, что желает снять в аренду некое предприятие, и расписал необыкновенными красками, какие от этого государству будут выгоды».
Непонятно, то ли Булгаков ужасается Чичиковым, то ли даже восхищается им. Ведь все его ловкие действия описаны с каким-то особым смаком. Писатель высвечивает все пороки существующей бюрократической системы: «А дальше пошло легче и легче. Прежде всего оглянулся Чичиков и видит: куда ни плюнь, свой сидит». Вот оно! Среди чиновников одни Чичиковы!
Вся эта «свора» героев «Мертвых душ» внезапно налетела на «Советскую Русь» из преисподней и понеслась по ней. Читая рассказ, создается такое ощущение, что ты куда-то несешься вслед за его героями, куда – неизвестно. Это некая фантасмагория.
Создается ощущение какого-то всемогущества Чичикова и ему подобных, их абсолютной безнаказанности и неуязвимости. Но в конце концов появляется сам автор, который знает, как обращаться с подобными типами и выводит их всех на чистую воду. А в награду за это просит себе вернуть «сочинения Гоголя в переплете, каковые недавно проданы им на толчке».
Мир и человек сквозь призму романа М. А. Булгакова «Мастер и Маргарита»Роман «Мастер и Маргарита» можно назвать сатирической летописью жизни Москвы 1920 – 1930-х гг..
Параллельно с этой картиной М. А. Булгаков вводит в роман библейские сюжеты. Очень интересна композиция произведения. Сочетание современности и древних несет какой-то особый смысл. Безусловно, писатель желал показать нам определенную связь между ними.
Прежде всего в написанном прослеживается тема выбора и личной ответственности. Сквозь призму романа мы видим человека современного и человека древних времен, мир настоящий и мир дней минувших.
Видим и понимаем: меняется строй, меняется окружающая человека обстановка, но извечными остаются ценности, необходимые, чтобы осталась живой душа. Те, кто сумел сохранить в себе ценности, спасающие душу, стали счастливыми. Кто проявил слабость и малодушие, получили за это сполна.
Перед каждым героем стоит проблема выбора. Хотя Булгаков ввел в сюжет команду Воланда, она лишь приводит в действие тот приговор, который люди сами себе выносят. Воланд – исполнитель, зато судья – каждый сам себе. Каждый выбирает, быть ли ему свободным или жить в рабстве.
Приходится выбирать даже безобидному Иешуа Га-Ноцри. автор показывает, что Иешуа – человек, сотворивший невероятные вещи, настолько же беззащитен и слаб, как и все остальные. Выбирать, как и всем, ему трудно и страшно. Но все же, несмотря на избиения, издевательства, он выбирает внутреннюю свободу.
Могущественный и властный Понтий Пилат, прокуратор Иудеи, тоже стоит перед выбором. Он может либо идти своей дорогой, либо так и остаться рабом кесаря, своей карьеры и положения. Его обычный выбор «казнить – не казнить» теперь звучит намного серьезней.
Он понимает, что сейчас ему приходится решать судьбу не преступника, а святого человека, мессии. Ему не хватило духа, разрушить свою неволю он не смог.
Булгаков раскрывает нам души людей и сущность их бытия и с помощью московских глав. Воланд и его свита (Азазелло, Коровьев, Бегемот, Гелла) являются как бы карающим мечом правосудия, обличающим москвичей. Воланд прибывает в страну, считающуюся победительницей зла.
Здесь должны царить счастье, гармония во всем, то есть лучшие человеческие качества. Но по прибытии фантастический герой понимает, что никаких сдвигов в лучшую сторону не происходит в этом государстве, все это фарс. Люди какими были, такими и остались.
На представлении в Варьете происходит их испытание на жадность, и зрители кидаются на деньги и вещи. Нечеловеческое зрелище! Но ведь никто не заставлял их так поступать! Это личный выбор каждого, кто присутствовал на представлении.
Выбор человека практически всегда мучителен, так как в нем происходит борьба между добром и злом.
Правильный выбор в московском повествовании делают лишь Мастер и Маргарита. До конца они остаются нравственно чистыми. В конце романа к просветлению приходит Иван Бездомный.
Мы можем вечно спорить о человеческих ценностях, о предназначении человека в этом мире. От нашего мнения вряд ли что-то изменится. Всегда найдется «Воланд», стоящий на страже справедливости и морали, и это, пожалуй, главная мысль, определенная Булгаковым в его произведении.
В романе Воланд символизирует совесть каждого, и как бы мы ни пытались ее заглушить, спрятаться от нее, она непременно будет напоминать о случившемся. Если не покаяться, наказания не избежать.
И это наказание, как мы убедились на примере героев романа «Мастера и Маргариты», каждый получает сам от самого себя.
Я – часть той силы, что вечно хочет зла и вечно совершает благо»Но в этом мире случайностей нет,
И не мне сожалеть о судьбе…
В.Гребенщиков
Несколько слов эпиграфа бывают, как правило, призваны намекнуть читателю на что-то особенно важное для автора.
Эпиграф романа «Мастер и Маргарита», по сути дела, является краткой формулировкой основной идеи дальнейшего повествования, заключенной в констатации бессилия человека перед высшим законом судьбы и неизбежностью справедливого воздаяния всем живущим относительно их мыслей, эмоций и поступков. Образы, возникающие в сюжетно-философской картине романа, вписываются в нее столь органично, что не возникает сомнений в их достоверности.
Во всех аспектах существования, представленных в романе, идея фатализма и всеобщей «подсудности», заявленная в эпиграфе, постоянно доказывается фактически, меняя свой художественный и сюжетный облик в зависимости от задействованных образов.
Так, Бездомный, отказавшийся принять логику зависимости событий человеческой жизни от фактора судьбы, изложенную Воландом в самом начале романа, вскоре сам стал ее жертвой.
Другое доказательство подчиненности поворотам судьбы возникает из многочисленных предсказаний будущего людей как следствия их прошлого и настоящего и игнорирование их большинством. Ярким примером тут служит предсказание смерти Берлиоза в деталях, психушки для Бездомного или разговор об «истине» и «добрых людях» между Иешуа и Понтием Пилатом. В то же время на самого разного рода надувательства люди крайне охотно «покупались». «Сеанс черной магии с полным ее разоблачением» в варьете, дурачества Коровьева и Бегемота в «Грибоедове», отправка в Ялту Степы Лиходеева и многое, многое другое, устроенное свитой Волан да для увеселения их господина, вызывало среди людей больше интереса и удивления, чем проявление вселенских закономерностей.
В отношении «высоких чувств» тоже существует система объективной оценки. Система эта, при всей своей справедливости, не щадит, однако, человеческих мелочных слабостей. «Без драм, без драм!» – говорит раздраженный Азазелло Маргарите в Александровском саду, меньше всего задумываясь о ее переживаниях. Истинное искусство также было оценено по достоинству. Тут выясняется, что люди не в состоянии даже придумать достойную награду, что она неизбежна, как и наказание, и имеет те же источники. «Исполнитель» в лице Азазелло в результате вынужден предлагать эту награду так, чтобы не было вообще никакой возможности отказаться.
Носителем и воплощением идеи бесстрастного судьи в романе выступает Воланд. Он имеет право наказывать и награждать, определять соразмерность причины и следствия, учитывая индивидуальность героев или ее отсутствие. Такие, как Маргарита, эти испытания выдерживают; такие, как Римский, Варенуха, Аннушка, Тимофей Квасцов и многие другие, – нет…
Манера поведения Воланда происходит отнюдь не от «доброты душевной». Он сам подвластен закону, вершителем которого является, только в значительно меньшей степени, чем все другие персонажи. «Все будет правильно, на этом построен мир», – говорит он, намекая на то, что и судьба сатаны должна в итоге вписываться в это построение.
Исполнение желания Маргариты о прощении Фриды – неожиданное исключение, случайность непредусмотренная и малозначительная – свидетельствует о том, что даже дьявол не способен предвидеть все.
Преимущество Воланда – в его признании верховенства закона жизни над всеми и соответствующей оценке своих возможностей. Отсюда и некоторая афористичность речи и непререкаемо-утвердительные интонации. Его реплики звучат как аксиомы: «Никогда и ничего не просите! Никогда и ничего, и в особенности у тех, кто сильнее вас, сами предложат и сами все дадут», «…зачем же гнаться по следам того, что уже окончено?»
В итоге становится очевидно, что философская сущность эпиграфа, рассмотренная со многих различных позиций в действии романа, получила фактическое подтверждение в эпилоге. Факты, явившиеся результатом «исполнения приговора» (покой Мастера и Маргариты, освобождение Пилата, переоценка ценностей Бездомным, переполох среди московских обывателей), лучше всего доказывают верность мысли, заключенной в строках эпиграфа.
Прощение и вечный приют (по библейским главам романа М. А. Булгакова «Мастер и Маргарита»)Воссоздание евангельских событий – одна из важнейших традиций мировой и русской литературы. Обращается к событиям распятия и воскрешения Иисуса Христа Дж. Мильтон в поэме «Возвращенный рай», О. де Бальзак в повести «Иисус Христос во Фландрии», в русской литературе – Н. С. Лесков («Христос в гостях у мужиков»), И. С. Тургенев (стихотворение в прозе «Христос»), Л. Андреев («Иуда Искариот»), А. Белый (поэма «Христос воскрес»). В чем же своеобразие трактовки евангельских событий в романе М. А. Булгакова «Мастер и Маргарита»?
Прежде всего, М. Булгаков обращается к этим событиям в такие времена, когда вера в Бога не просто ставится под сомнение, но массовое безверие становится законом жизни государства. Возвращая все эти события и говоря о них как о несомненной реальности, писатель идет наперекор своему времени и прекрасно знает, чем это чревато. Но библейские главы романа жизненно необходимы как напоминание о первой, изначальной ошибке – неузнавании Истины и Добра, следствием которой становится фантасмагория московской жизни 1930-х гг.
Библейские главы можно отнести к жанру романа-притчи. Так же как в притче, объективно и бесстрастно излагаются события. Совершенно отсутствуют прямые обращения автора к читателю, также как и выражение авторской оценки поведения героев. Правда, отсутствует мораль, но она, по-видимому, и не нужна, потому что моральные акценты в этих главах расставлены очень четко.
В романе Мастера три главных героя: Иешуа, Понтий Пилат, Иуда. Иешуа, безусловно, не евангельский Иисус, нет никаких проявлений его божественности, даже от сцены воскресения М. Булгаков отказывается. Иешуа – это воплощение, прежде всего, нравственности. Он – философ, странник, проповедник добра и любви к людям, милосердия. Его цель была в том, чтобы сделать мир чище и добрее. Жизненная философия Иешуа такова: «…Злых людей нет на свете, есть люди несчастливые». И он действительно относится ко всем людям так, как будто они на самом деле являются воплощением добра, – даже к центуриону Крысобою, который его избивает. Иешуа является носителем нравственной истины, недоступной людям.
Иуда у романе тоже нетождественен евангельскому Иуде. Из Евангелия мы знаем, что Иуда своим лобзанием в Гефсиманском саду предает Спасителя. Предательство – это величайшая вина перед человеком, неизмерима вина того, кто предал Иисуса. У М. Булгакова Иуда в отличие от евангельской традиции – не ученик и не последователь Иешуа. Отсутствует и сцена «предательского лобзания». По сути, Иуда был орудием в руках первосвященника и воистину «не ведал, что творил». Он оказался между Каифой и Пилатом, игрушкой в руках людей, наделенных властью и ненавидящих друг друга. М. Булгаков снимает с Иуды вину, возлагая ее на Понтия Пилата.
Понтий Пилат – центральная фигура в ершалаимском пласте. Мастер говорит, что пишет роман о Пилате. Пилат сразу же почувствовал человеческую незаурядность Иешуа, однако традиции и нравы императорского Рима в конечном счете побеждают, и он, в соответствии с евангельским каноном, посылает Иешуа на крест. Но М. Булгаков отказывается от канонического понимания этой ситуации, у него Пилат лицо трагическое, разрывающееся между личностными устремлениями и политической необходимостью, между человечностью и властью. М. Булгаков ясно показывает ощущение трагической безысходности, ужаса от содеянного, наполняющих душу Пилата («За сегодняшний день уже второй раз на него пала тоска…»). С этого момента подлинной жизнью Пилата становится сон: прокуратор идет по лунной дорожке с Иешуа, беседуя, и казнь – чистое недоразумение, и бесконечен их диалог. Но в реальности казнь не отменена, и так же неотменимы муки Пилата.
Мука Пилата кончается только после заверения Иешуа о том, что казни не было. Иешуа дарует прощение Пилату и покой мастеру, написавшему роман о Пилате. Таков исход трагедии, но наступает он не во времени, а в вечности.
Роман «Мастер и Маргарита» – сложное произведение. И хотя о романе уже много написано и сказано, но каждому его читателю суждено по-своему открывать и понимать художественные и философские ценности, таящиеся в его глубинах.
Платонов А. П
От «внешнего» человека к «сокровенному» (по повести А. П. Платонова «Сокровенный человек»)Каждая новая эпоха дает своих новых героев, «новых людей». После революции 1917 года с особой остротой выдвинулся вопрос о «новом человеке» и его взаимоотношениях с миром. Он стал центральным в творчестве А. Платонова, чутко уловившего суть произошедших в России перемен и невольно передавшего всю трагичность их последствий.
Произведения, созданные А. Платоновым в конце 20-х – начале 30-х годов, не имеют однозначного жанрового определения. Художественный мир этих произведений населен и очень необычными героями, среди которых выделяются любимые Платоновым скитальцы, странники в поисках смысла жизни.
После появления в печати его сатирических рассказов, раскрывающих силу, подоплеку и перспективу бюрократии в нашем обществе, писателя подвергают резкой несправедливой критике и даже обвиняют в «идейных» грехах. Долгие годы писатель находился на краю бедности, печатая лишь литературную критику.
Для Платонова характерно сложное, трагически напряженное восприятие человека и природы, человека и других людей. Революция в понимании писателя – процесс глубоко народный, творческий, который вносит разум и красоту во взаимоотношения человека с «прекрасным и яростным миром».
Платонов видит мир глазами трудящегося человека, мучительно и напряженно осмысляющего свою жизнь, свое место в ней. Он стыдлив перед пафосным словом. Герои Платонова – мастеровые, кустари, машинисты, сироты по своему душевному состоянию. Образы его прозы – чудаковатые, наивные мудрецы, стремящиеся к гармонии и красоте.
Главный герой повести «Сокровенный человек» (для названия взят библейский эпитет) – Фома Пухов, человек, живущий с надеждой, сочувствующий другим людям. Он терпеливый, наивный, «сокровенный» человек. Машинист Пухов, забыв смысл своего бытия, становится странствующим героем, и только сочувствуя и понимая людей, он находит истину. Герою Платонова пришлось отправляться в путь в поисках смысла, чтобы можно было «найти исход себе», объяснить свою жизнь и жизнь всего окружающего. Отсюда такую значимость в художественном Платонова приобретает мотив дороги, путешествия, освоения времени и пространства (роман «Чевенгур» даже имеет подзаголовок «Путешествие с открытым сердцем»). Представляется вполне оправданным утверждение о том, что и сам Андрей Платонов является таким же странствующим «философом», мучающимся теми же проблемами. Как писал автор «Реки Потудань», «бессмысленность жизни, так же как голод и нужда, слишком измучили человеческое сердце, и надо было понять, что же есть существование людей, это – серьезно или нарочно?» Однако ход самой жизни, жизни реальной, свидетелем которой был писатель, так и той, что стала содержанием его творений, показывал безуспешность «путешествия с открытым сердцем», предпринимаемого «мыслящим пролетариатом».
Все герои Платонова – преобразователи мира. Гуманизм этих людей и социальная направленность их устремлений заключается в поставленной цели подчинить силы природы человеку. Не случайно счастье Фомы это ощущение нужности и уместности всего в жизни, органическая связь и сотрудничество всех существ. Именно взаимосвязь и сотрудничество, а не борьба и уничтожение.
Основной принцип творчества А. П. Платонова: «В прекрасном и яростном мире» «оставаться человеком». Наверное, именно поэтому писатель так легко отыскивает во «внешнем» человеке, человеке простом, необразованном, иногда грубоватом и невежественном, «сокровенные» струны человеческой души, черты яркой, самобытной натуры. Не только «пустое» и «серое» пространство присуще художественному миру Платонова. В рассказе «Приключения Баклажанова» в лирическом отступлении читаем следующие строки: «Может быть, завтра очнется сердце человека и земля растает в глубокой глубине любви». Андрей Платонов, несмотря на грустное и порой пессимистическое настроение большинства своих творений, не переставал верить в победу человеческого в «новом человеке» и, не находя уже исхода себе и другим в Боге, продолжал «путешествовать с открытым сердцем», оставаясь самому себе неизвестным и мучаясь болью бессмысленности разрушенного храма жизни.
