Текст книги "600 школьных сочинений"
Автор книги: Е. Левина
Соавторы: Е.А. Комлякова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 102 (всего у книги 111 страниц)
Произведения Распутина посвящены человеческой доброте, умению сопереживать, благородству и искреннему желанию помочь людям. Виктор Петрович Распутин многие годы своей жизни провел в деревне, поэтому он хорошо знает проблемы деревни, характеры деревенских жителей. Героями большинства его произведений являются простые крестьяне. Распутин много писал о детях и для детей. Одной из интереснейших и трогательных его повестей является повесть «Уроки французского».
Ее действие разворачивается в голодные послевоенные годы. Главный герой, мальчишка, вынужден уехать из дома, чтобы продолжать учебу. Даже если бы он оставался дома, то нищета и голод были бы для него так же тяжелы. Но вдали от родной деревни, от матери, от дома ему тяжелее вдвойне. Мать не может ему помочь, потому что она далеко и не знает о проблемах сына, а сын, ставший рано взрослым, понимает, что матери и так приходится нелегко и не стоит лишний раз тревожить ее. Чтобы выжить, герою повести пришлось самому зарабатывать деньги. Он начинает играть с одноклассниками на деньги. Поначалу удача сопутствует герою. Но проигравшим не нравится, что какой-то деревенский мальчишка играет лучше них. Его начинают обманывать, бьют и, в конце концов, просто выгоняют из игры. «Минут пять я стоял и, всхлипывая, смотрел на полянку, снова началась игра, затем спустился по другой стороне холма к ложбинке, затянутой вокруг черной крапивой, упал на жесткую сухую траву и, не сдерживаясь больше, горько, навзрыд заплакал». Мальчишке приходится голодать, но тут на помощь ему совершенно неожиданно приходит молодая учительница французского языка.
Наверное, Лидии Михайловне, учительнице французского языка, тоже приходилось нелегко. Она жила совсем одна и тоже была оторвана от родного дома. Она сразу замечает мальчика, сидящего на первой парте и сильно отличающегося от остальных ребят: «Перед ней корчился на парте тощий диковатый мальчишка с разбитым лицом, неопрятный без матери и одинокий…» Молодая учительница очень добра. Это становится ясно при виде того, как искренне она хочет помочь мальчишке. Она начинает приглашать его в гости, чтобы после занятий чем-нибудь угостить. Но мальчик очень горд, поэтому он наотрез отказывается садиться за стол вместе с Лидией Михайловной. Ему мучительно тяжело бывать в ее чистой и уютной квартирке. И уж тем более кажется ему невозможным принять приглашение и поужинать.
Но Лидия Михайловна не оставляет своего намерения помочь мальчику. Сначала она передает ему посылку. Единственная проблема – городская учительница не знает, что в деревне нет ни макарон, ни гематогена.
Мальчик сразу понимает, что посылку отправила не его мама, и он страшно возмущен таким поступком учительницы. Но находчивая и сообразительная Лидия Михайловна находит иной способ помочь мальчишке и начинает играть с ним на деньги. При этом она старается сделать все возможное, чтобы выиграл мальчик. В этом поступке учительницы видна ее удивительная доброта. Лидия Михайловна по-настоящему любит детей, она тонко чувствует чужие беды и искренне сопереживает другим.
Но, к сожалению, такая счастливая пора не продлилась слишком долго. Совершенно случайно директор школы Василий Андреевич заметил, как учительница играет на деньги вместе со своим учеником. Директор не отличался чуткостью и душевностью. Поэтому он даже не попытался разобраться, чем вызваны эти несколько странные игры. И молодой учительнице пришлось уехать, но уроки французского надолго запомнились мальчику. Конечно, главным в них была совсем не французская грамматика, а простая человеческая доброта. В данной повести название «уроки французского» можно было бы заменить на «уроки доб роты». Молодая учительница, как смогла, поддержала мальчишку и одновременно показала ему, насколько добрыми и понимающими могут быть окружающие люди.
Не случайно свою повесть Валентин Григорьевич посвятил учительнице – Анастасии Прокопьевне Копыловой: «Глядя в глаза этой удивительной женщины, не старевшей, доброй и мудрой, не раз вспоминал я и свою учительницу и знал, что детям было хорошо и с той и с другой».
Мои размышления над трилогией Анатолия Рыбакова «Дети Арбата», «Тридцать пятый и другие годы», «Страх»«Дети Арбата» Анатолия Рыбакова были той первой ласточкой перестройки и гласности, что прилетела в сердца и умы читателей в конце 80-х годов. В чем феномен этой книги? Разве мы не знали раньше обо всех страшных фактах 30-х годов? Но это было чем-то далеким, неосязаемым, в полном объеме известном лишь специалистам. А в «Детях Арбата» автор впервые в открытую назвал вещи своими именами. Впервые мы узнали, как готовилось покушение на Кирова – в подробностях почти документальных, разве что мысли Сталина были «додуманы» автором, все остальное соответствует историческим фактам.
Впрочем, в трех книгах Рыбаков дает нам немало и собственных версий событий, действительно происходивших в то страшное время. Так, мы прекрасно помнили из учебников истории, что Серго Орджоникидзе покончил жизнь самоубийством. А согласно авторской версии Рыбакова, это не самоубийство, а убийство.
Если из всех частей трилогии выбирать название для всего цикла, я бы назвал его «Страхом». Рыбаков мастерски описывает, как в те годы страх охватывал практически всех. Все население страны минус один человек боялось ареста, боялось пыток – самых изощренных, а вот один человек – Сталин – боялся всего остального населения, которое могло его свергнуть.
Пуще всех Сталин в том далеком 37-м году боялся не Бухарина с Рыковым – за ними не было реальной политической силы. Сталин боялся Тухачевского – за ним была армия. Описание заговора Сталина против Тухачевского занимает в третьей книге значительное место. Как все остальные, был сломлен и Тухачевский.
И этот вопрос меня мучает все время: почему они ломались – Тухачевский, Блюхер, Уборевич. Разве не пытали наших партизан еще в гражданскую, а затем в Великую Отечественную войну? Но ведь абсолютное большинство выдерживало, умирало, но не сдавалось! Вспомним хотя бы некоторых из них: Сергея Лазо, Зою Космодемьянскую, Мусу Джалиля… Выходит, рядовые советские граждане были сильнее духом своих вождей и военачальников?
Наряду с реально существовавшими людьми – Сталиным, Тухачевским, Ежовым, автор прослеживает судьбы и трех главных действующих лиц трилогии – Саши Панкратова, Вари и Нины.
Саша освободился из ссылки, имеет минус в паспорте. Ему тяжело устроиться на работу даже в Калинине – нынешней Твери. Цепь случайностей помогает ему: неожиданное знакомство в столовой с официанткой Людой, ее приятели в автохозяйстве, секретарь местного обкома партии Михайлов, – каждый понемногу устраивает его судьбу.
Одноклассница Нина, ставшая школьной учительницей, не идет на компромисс с собственной совестью, как большинство коммунистов той поры, а без оглядки бросается в защиту директора школы в конфликте с типичной сталинисткой – старшей пионервожатой. Справедливость не торжествует: директора исключают из партии и арестовывают по дороге домой. Та же участь наверняка ждет и Нину: ее дело передано партследователю. Только решительное вмешательство младшей сестры Вари спасает Нину от неминуемого ареста.
Сложны взаимоотношения Саши и Вари. Они любят друг друга, но Варя совершает необдуманный поступок: выходит замуж за случайного знакомого, на поверку оказавшегося вором и шулером. Конечно, в конце концов она разводится с ним, но можно представить состояние Саши, когда он узнает о ее замужестве!
Роман заканчивается на перепутье: идет 37-й год, усиливаются тоталитарный режим, репрессии. Калинин становится режимным городом, Саша вынужден покинуть его. По «Детям Арбата» мы знаем о дальнейших планах автора продолжить повествование. Сюжетная линия уже намечена: начнется война, Саша попадет офицером на фронт. Рыбаков выбрал для своих романов жанр хроники: год за годом он раскрывает всю страшную сущность жизни страны.
Последняя книга трилогии весьма символично названа «Страхом». Страх – исконно советское чувство, которым держали в повиновении народ все годы советской власти. И думаю, от каждого из нас сегодня зависит сделать так, чтобы страну, будущие поколения не поглотили новые волны страха, корежащего души людей, ломающего их судьбы и лишающего счастья.
Алексиевич С
«У войны – не женское лицо» (по одноименному роману С. Алексиевич»)«У войны не женское лицо. Но ничто на этой войне не запомнилось больше, резче, страшнее и прекраснее, чем лица наших матерей».
А. Адамович
Пятьдесят семь лет назад нашу страну озарил свет победы, победы в Великой Отечественной войне. Нелегкой ценой досталась она. Долгие годы советский народ шел тропами войны, шел, чтобы спасти свою Родину и все человечество от фашистского гнета.
Каждому русскому человеку дорога эта победа, и, наверное, поэтому тема Великой Отечественной войны не только не утрачивает своей актуальности, но и с каждым годом находит все новые и новые воплощения в русской литературе.
В своих книгах писатели-фронтовики доверяют нам все лично пережитое на огневых рубежах, во фронтовых окопах, в партизанских отрядах, в фашистских застенках – все это отражено в их повестях и романах. «Прокляты и убиты», «Обертон» В. Астафьева, «Знак беды» В. Быкова, «Блокада» М. Кураева и многие другие – возвращение в «крошево» войны, в кошмарные и бесчеловечные страницы нашей истории.
Но существует еще одна тема, заслуживающая особого внимания, – тема нелегкой доли женщины на войне. Этой теме посвящены такие повести, как «А зори здесь тихие…» Б. Васильева, «Полюби меня, солдатик» В. Быкова. Но особое и неизгладимое впечатление производит роман белорусской писательницы-публицистки С. Алексиевич «У войны – не женское лицо».
В отличие от других писателей, С. Алексиевич героями своей книги сделала не выдуманных персонажей, а реальных женщин. Понятность, доступность романа и его необыкновенная внешняя ясность, кажущаяся незатейливость его формы относятся к достоинствам этой замечательной книги. Ее роман лишен сюжета, он построен в форме беседы, в форме воспоминаний. Долгие четыре года писательница шла «обожжеными километрами чужой боли и памяти», записывала сотни рассказов медсестер, летчиц, партизанок, десантниц, которые со слезами на глазах вспоминали ужасные годы.
Одна из глав романа под названием «Не хочу вспоминать…» повествует о тех чувствах, которые живут в сердцах этих женщин по сей день, которые и хотелось бы забыть, но нет возможности. Страх наравне с истинным чувством патриотизма жил в сердцах девушек. Так описывает одна из женщин свой первый выстрел: «Мы залегли, и я наблюдаю. И вот я вижу: один немец приподнялся. Я щелкнула, и он упал. И вот, знаете, меня всю затрясло, меня колотило всю. Я заплакала. Когда по мишеням стреляла – ничего, а тут: как это я убила человека?..».
Потрясают и воспоминания женщин о голоде, когда они были вынуждены убивать своих лошадей, чтобы не умереть. В главе «Это была не я» одна из героинь, медсестра, вспоминает о своей первой встрече с фашистами: «Я перевязала раненых, рядом лежал фашист, я думала, он мертвый… а он раненый, он хотел меня убить. Я как почувствовала, как кто-то меня подтолкнул, и к нему повернулась. Успела выбить ногой автомат. Я его не убила, но и не перевязала, ушла. У него было ранение в живот…».
Война – это, прежде всего, смерть. Читая воспоминания женщин о смерти наших бойцов, чьих-то мужей, сыновей, отцов или братьев, делается страшно: «К смерти нельзя привыкнуть. К гибели… Трое суток мы были с ранеными. Они здоровые, крепкие мужчины. Они не хотели умирать. Они все время просили пить, а пить им нельзя, ранение в живот. Умирали они на наших глазах, один за другим, и мы ничем не могли им помочь…».
Все, что мы знаем о женщине, умещается в понятии милосердие. Есть и другие слова – сестра, жена, подруга и самое высокое – мать. Но милосердие в их содержании присутствует как суть, как назначение, как конечный смысл. Женщина дает жизнь, женщина оберегает жизнь, понятия «женщина» и «жизнь» – синонимы.
Роман С. Алексиевич – еще одна страница истории, подаренная читателям после долгих лет вынужденного молчания. Это еще одна страшная правда о войне. В заключение хочется привести фразу еще одной героини книги «У войны – не женское лицо»: «Женщина на войне… Это что-то такое, о чем еще нет человеческих слов…».
Кондратьев В
Анализ повести В. Кондратьева «Сашка»Повесть Вячеслава Кондратьева «Сашка» рассказывает о молодом русском пареньке, который волею судьбы оказался на фронте. Война изменила жизнь целых поколений, отняла мирный быт, возможность жить, работать.
Однако человеческие представления о чести, совести, добре и зле невозможно искоренить в человеке. Сашка удивительно добр, ему свойственно милосердие и сострадание к ближнему. Сашке удается взять в плен молодого немца. Если бы им суждено было встретиться в бою, не было бы никаких сомнений, как поступить. А теперь пленник совершенно беспомощен.
Комбат приказывает Сашке расстрелять пленного. Этот приказ вызывает у парня сильнейшее сопротивление. Мысль о том, что он должен расстрелять беззащитного человека, кажется Сашке чудовищной. Капитан догадывается о состоянии Сашки, поэтому приказывает другому бойцу проверить исполнение приказа.
В сознании каждого человека заложена уверенность, что жизнь человеческая священна. Сашка не может убить беззащитного пленного немца. Он не случайно находит в пленном немце сходство со своим хорошим знакомым. В довершение ко всему он не может забыть листовку, которую показывал немцу. В листовке была обещана жизнь, и Сашка не может понять, как же можно нарушить это обещание.
Ценность человеческой жизни – важный фактор. И пусть Сашка слишком прост, чтобы обратиться к теориям великих философов и гуманистов, в душе он четко осознает свою правоту. И именно это заставляет его медлить с выполнением приказа.
Даже в условиях войны Сашка не ожесточился, общечеловеческие ценности для него не потеряли свой смысл. Не случайно уже после того, как комбат отменил приказ, Сашка понял: «…коли живой останется, то из всего, им на передке пережитого, будет для него случай этот самым памятным, самым незабывным…».
Пришлось Сашке из-за ранения отправиться в тыл. Волнует предстоящая встреча с девушкой Зиной, которая была медсестрой. И пусть сознает Сашка, что ничего серьезного у него с Зиной не было, но все-таки мысль о ней согревала его душу, вселяла надежду.
Неожиданно на Сашку обрушивается чужое недоверие, которое шокирует его. Ранен он был в левую руку, и присутствующий на осмотре лейтенант счел, что сделано это целенаправленно самим бойцом, чтобы покинуть поле боя и отправиться в тыл. Сашка не сразу понял, о чем идет речь. «Но потом, поймав на себе подозрительный, пристальный взгляд, догадался: этот аккуратненький, … не хлебнувший и тысячной доли того, что довелось Сашке и его товарищам, подозревает его, Сашку, что он… сам себя… Да в самые лихие дни, когда казалось, проще и легче – пулю в лоб, чтоб не мучиться, не приходила Сашке такая мысль».
Встреча с Зиной оказалась не столь волнующей, как ожидалось. Не сразу, но узнает Сашка об ее измене.
И становится ему горько и тоскливо. Поначалу возникло у него желание «завтра же утром на передок податься, пусть добивают». Но потом понял Сашка, что у него есть мама и сестра, и не может он так безрассудно распоряжаться своей жизнью.
Сашка открыт и искренен, он весь как на ладони, он не скрывает ничего. Это тип простого русского человека, который, в общем-то, и выиграл войну. Сколько таких Сашек, молодых, искренних, добрых и чистых душой, погибло в Великую Отечественную войну!
Повесть заканчивается размышлениями Сашки, которые возникают у него при взгляде на спокойную, почти мирную Москву. И Сашка понимает: «…чем разительней отличалась эта спокойная, почти мирная Москва от того, что было там, тем яснее и ощутимее становилась для него связь между тем, что делал он там, и тем, что увидел здесь, тем значительней виделось ему его дело там…».
Каждое произведение о войне стремится донести до последующих поколений всю трагедию, с которой вынуждены были столкнуться советские люди в период с сорок первого по сорок пятый. Чем больше времени отделяет нас от того страшного периода, тем меньше остается живых людей, помнящих ту кровавую мясорубку. И именно поэтому произведения о войне необходимо читать и перечитывать, чтобы иметь достоверное понятие о сложной судьбе России.
С. Д. Довлатов
Сочинение по произведению С. Д. Довлатов. «Зона»Сергей Довлатов – писатель нашего времени. Он стал известен только в восьмидесятых годах. У нас же в стране его книги появились только в начале девяностых. Вся жизнь писателя была движением, энергией. Родившись в эвакуации 3 сентября 1941 года в Уфе, он умер в эмиграции 24 августа 1990 года в Нью-Йорке. С 1978 года – двенадцать лет – Довлатов жил в США, где окончательно выразил себя как прозаик. Лауреат премии американского Пен-клуба, он печатался в престижнейшем американском журнале “Нью-йоркер”, где до него из русских прозаиков публиковали лишь Набокова. Почему же все-таки российский талант на Родине всегда в оппозиции? Не потому ли, что его цель – идеал?
По завету нашей классической литературы место художника – среди униженных и оскорбленных. Он там, где нет правосудия, где угасают мечты, царит беззаконие и разбиваются сердца. Но из темного болота жизни художник извлекает неизвестный до него смысл, образы. Они “темны иль ничтожны” – с точки зрения господствующей морали. А поэтому и сам художник всегда ужасающе темен для окружающих.
В первую очередь писателя интересовало разнообразие самых простых людей и ситуаций. Соответственно в этом отношении его представление о гении: “бессмертный вариант простого человека”. Вслед За Чеховым он мог бы сказать: “Черт бы побрал всех великих мира сего со всей их великой философией! ”
Произведение «Зона», опубликованное в 1983 г., сначала в Америке, у нас – гораздо позже, имеет второе название – “Записки надзирателя”. Это своего рода дневник, хаотические записки, комплект неорганизованных материалов, описывающих в точности жизнь уголовной колонии. Рассказ ведется от первого лица – человека, работавшего в этой колонии надзирателем. Он рассказывает о дикости, ужасе мира, в который он попал. Мира, в котором дрались заточенными рашпилями, ели собак, покрывали лица татуировками, насиловали коз. Мира, в котором убивали за пачку чая. Он пишет о людях, живущих в этом мире. О людях с кошмарным прошлым, отталкивающим настоящим и трагическим будущим.
Но, несмотря на весь ужас и кошмар этого мира, жизнь продолжалась. И в этой жизни даже сохранились обычные жизненные пропорции. Соотношение радости и горя, добра и зла оставалось неизменным. В этой жизни, пишет он, были и труд, и достоинство, и любовь, и разврат, и патриотизм, и нищета. Были и карьеристы, и люмпены, и соглашатели, и бунтари. Но система ценностей была полностью нарушена. То, что еще вчера казалось важным, отошло на задний план. Обыденное становилось драгоценным, драгоценное – нереальным. В этом диком мире ценились еда, тепло, возможность избежать работы.
В рассказе есть эпизод, где автор рассказывает о человеке, мечтавшем стать на особом режиме хлеборезом. “…Это был хмурый, подозрительный, одинокий человек. Он напоминал партийного босса, измученного тяжелыми комплексами”. Для того чтобы занять такое место, в зоне надо было лгать, льстить, выслуживаться, идти на шантаж, подкуп, вымогательство. Любыми путями добиваться своего.
Сравнивая в предисловии к «Зоне» себя с Солженицыным, Довлатов говорит, что книги их совершенно разные. Солженицын был заключенным и описывал политические лагеря. Довлатов же писал о надзирателе в уголовном лагере.
Если говорить о художественном своеобразии произведения, то стоит заметить, что в этих хаотических записках прослеживается общий художественный сюжет, в какой-то мере соблюдено единство времени и места; действует один лирический герой (конечно, если можно назвать надзирателя “лирическим”).
Можно сказать, что довлатовское повествование разделено не на главы, а на абзацы, на микроновеллы, как в чеховском театре, границей между ними является пауза. Любая из них может оказаться роковой.
Отчетливо демократическая ориентация довлатовской прозы сомнений не вызывает. И иного принципа отношений между людьми, чем принцип равенства, он не признавал. Но понимал: равными должны быть люди разные, а не одинаковые. В этом он видел нравственное обоснование демократии, и это убеждение диктовало ему и выбор героев, и выбор сюжетов.
