Текст книги "Одиночка. Компиляция (СИ)"

Автор книги: Александр Долинин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 98 (всего у книги 104 страниц)

Сегодня нужно попробовать приготовить ужин с той же самой приправой, что и вчера. Появились некоторые догадки, но озвучивать их кому-нибудь не стану. Не хватало еще, чтобы стали считать ненормальным… Конечно, когда-то и в СССВ и в США целые отделы занимались исследованием парапсихологических феноменов в практических целях, но здесь я о подобном еще ни разу не слышал. Но!.. «Суслика видишь? Нет?.. А он есть!..» Тем более, что если история, подслушанная Джинджер, все-таки происходила на самом деле, то и эксперименты с растениями, влияющими на психику, тоже могли проводить. Разве что засекретили их гораздо сильнее. Наркоту ведь отсюда возят на Старую Землю, это наша разведка установила давно и совершенно точно. А потом эти семена случайно попали кому-то на грядку с приправами… Почему об этом еще никто не знает? Как вариант – действие проявляется только у тех, кто имеет особую предрасположенность или способности. Нужно расспросить Джин, может быть, она тоже сумела что-то рассмотреть? И почему не особенно этому удивилась, если раньше никогда не упоминала ничего подобного?

Сообщать начальству, или нет?.. Вот и думай… Ладно, посмотрим (во всех смыслах), как оно получится дальше. Если мне удастся выяснить хотя бы приблизительную связь между «попаданием в организм» этой неизвестной приправы (еще знать бы, что туда кладут…) и проявлением аномальных возможностей зрения, то можно будет сослаться на «источник непроверенных данных». А дальше пусть начальство само решает, надо это им, или нет. Главное, чтобы ко мне и Джинджер ничего не смогли привязать. Совсем не хочется оказаться у паучников в качестве подопытной крысы. «…Давайте, примите вот эту пилюлю. Что сейчас видите?.. Как, совсем ничего?.. Тогда вот вам еще другая… Ну куда же вы так стремительно побежали?!.. А, в туалет, «дно выбило», понимаем… Когда вернетесь, продолжим эксперимент.»

Но мне самому очень интересно – врали или нет те книги, которые я когда-то прочитал. Вдруг получится узнавать то, что люди всегда скрывают? Хотя бы и не улавливать чужие мысли, но видеть эмоции? Ведь пока ехал домой, смог уловить «ауры» даже при дневном свете. Особенно яркой была ситуация с назревающей дракой… Только все это еще ничем реально не подтверждается. Вдруг у меня вся эта «цветомузыка» перед глазами по скрытой медицинской причине? А я тут экспериментировать собрался…

Я уже почти закончил возиться с приготовлением ужина, когда возле дома загудел автомобильный двигатель. Понятно, это вернулась Джинджер.

– Привет! Как вкусно пахнет!.. Опять насыпал своих непонятных травок в нормальную еду? – потянула она носом.

– Привет!.. Ты ведь знаешь, мне совсем не нравятся такие блюда, в которых нет ни вкуса, ни запаха? Ну, как раньше любили писать в фантастических книжках про космонавтов, типа «питательная паста, похожая на серые, ничем не пахнущие комки…»

Джинджер заметно передернулась.

– фу, ну, что ты такое говоришь? Я и сама такое не люблю… Только прошу тебя, не перестарайся.

– Вроде бы еще никто не жаловался.

– Вот и не надо, чтобы мы жаловались!.. Я пока переоденусь, и в бассейн. Ты, как здесь закончишь, присоединяйся.

Подойдя ко мне, она совсем тихо сказала:

– Вроде бы с проверками от нас отстали, но народ в конторе шепчется, что расслабляться нельзя, пока они совсем не уедут. Чего еще от них ждать – никто не в курсе. Домой ни к кому не приходили, но кто их знает?..

– Ясно. Ведем себя как обычно, то есть пьем, едим и веселимся, я правильно понял?

– Ну, почти… Ты тут не задерживайся!.. И у тебя на плите ничего не пригорит?

Пока я обернулся к плите, пока рассмотрел, что все горелки отключены, Джинджер успела исчезнуть – только каблуки простучали по доскам пола в коридоре.

Убрав вымытую посуду в шкаф, я пошел переодеваться. Для плескания в бассейне у меня есть специальные «купальные шорты». Что поделаешь, такая здесь мода, в небольших плавках купаются в основном мужчины с особыми потребностями… Надеюсь, вы меня понимаете, да? Хотя, у себя дома могу купаться вообще без ничего, но это лучше делать в темное время суток. Вдруг наша соседка любит подглядывать через просвет в зеленой изгороди?

Я вышел к бассейну и прыгнул в его самую мелкую часть. До сих пор не сумел полюбить ныряние, моя любовь к окружающему миру не относится к водным глубинам больше полутора метров.

Почти сразу рядом со мной вынырнула Джинджер и потянула меня за руку, увлекая на середину. Пришлось подчиниться и лечь на спину, подставив живот и лицо под обжигающие лучи солнца.

– Ты почему мне вчера не сказал, что у вас там самолет разбился? – строгим голосом спросила Джин, лежа со мной «голова к голове».

– Да я тогда выезжал с аэродрома, почти ничего и не видел… Там и без меня народу хватало.

– Говоришь, что ничего не видел, и тут же заявляешь, что «народу хватало»?

– Милая, ну ведь ты же не следователь… Спасать там все равно было уже некого. А для аварийных ситуаций на аэродроме есть специально обученные люди. Путаться у них под ногами – лучший способ получить по шее. Причем в самом прямом смысле. Тебе в конторе рассказали, да?

– Оказывается, только я вчера уехала, как туда позвонили. Начальство поехало, вроде как разбираться.

– Они что-то ждали, им товар везли на том самолете, что ли?

– Вроде бы нет… Но точно никто ничего не говорит. Кто там был?

– Диспетчер сказал, что не из наших, какой-то транзитный самолет. Двухмоторный…

– И ты подумал, что это могли быть… – Джинджер рывком перевернулась и дернула меня за плечи, поставив на дно бассейна.

– Да. Звук самолета был очень похож. А на большом расстоянии подробностей окраски не видно…

– Теперь понятно, почему ты вчера выглядел таким пришибленным. – Она оттолкнулась и нырнула, показавшись из-под воды в дальнем углу бассейна. Так, у меня снова это самое… Облачко вокруг головы Джин стало желто-красноватым. Сердится, ревнует, волнуется?.. Эх, ну почему нет цветных альбомов-инструкций с подробной расшифровкой?!..

Джинджер снова нырнула, и выскочила из воды рядом со мной, как дельфин. Не говоря ни слова, обвила мою шею руками и поцеловала до боли в губах.

Мне оставалось только обнять ее и прижать к себе.

– Я тебя тоже очень люблю, – прошептал я ей на ухо.

– Я знаю… А ее?

– Ее… не могу отвергнуть. Вот такой я слабохарактерный…

– Но я все-таки надеюсь, что меня ты любишь больше, чем Эвелин! – После этих слов Джин больно укусила меня за ухо.

– Ай!..

– Ничего, потерпишь!.. Так что тебе сказала гадалка насчет нее?..

– «Нельзя отвергать любовь, если за нее заплачено кровью», что-то вроде этого.

– И ты поверил?

– Куда деваться?… Сначала не понял, о чем вообще речь… А буквально через несколько минут Эвелин попытались украсть, а меня и охранника чуть не расстреляли прямо на улице. Спасло только то, что от девчонки никто не ожидал такой быстрой и меткой стрельбы…

– Я помню твои отметины, – Джинджер провела пальцем по еле заметному шраму на моей щеке.

– Их было несколько человек, и кто-то успел выстрелить в ответ. Хорошо, что скорая помощь быстро приехала…

– Потом… Она ведь сделала татуировку для тебя? – При этом жена посмотрела мне в глаза.

– Тогда Эвелин еще собиралась выступать, и хотела скрыть шрамы под рисунком. Вроде бы получилось…

– Многим мужчинам очень нравятся женщины с тату, – хитро улыбнулась Джин.

– Лично мне такие вообще никогда не нравились, считай, что это вроде какого-то предубеждения. Для нее пришлось сделать исключение. Но ей об этом знать совершенно не обязательно.

– Льстец и дамский угодник! – Она плеснула в меня водой и уплыла к противоположной стенке бассейна.

– Можно подумать, ты об этом узнала только сейчас.

– А я и не говорила, что мне это совсем не нравится, – засмеялась Джинджер.

В этот момент на улице возле дома зашумел двигатель машины, заставив нас прислушаться.

– Думаю, она услышала, о ком мы говорим, и решила приехать. – Посмотрим, обычно мой музыкальный слух не ошибается.

– «Вспомни черта, и он сразу появится»?

– Ну, пока еще разве что «чертенок», – ответил я на слова Джин.

И точно – из открытой двери послышались быстрые шаги, и к бассейну буквально выскочила Эвелин с небольшой сумкой на плече.

– Привет! Можно, я к вам присоединюсь?..

Джинджер молча махнула ей рукой, и девушка тут же принялась снимать светлую рубашку и темные брюки. Кроссовки она скинула сразу же. Неужели только прилетела, и сразу поехала к нам?

Оставшись в тонком светлом белье (ой, ну какой купальник, здесь же все свои?..), Эвелин прошла вдоль бассейна и спрыгнула в воду рядом с Джин. Они обнялись, потом… расцеловались, и совсем не «в щечку». И что это такое… было?

Поприветствовав таким образом хозяйку дома, Эва подплыла ко мне, обняла, как-то очень быстро чмокнула в губы, прижалась, и… разревелась в полный голос.

– Ты чего расплакалась, дорогая? – Мне пришлось обхватить ее за плечи, и обнять поплотнее. В ответ на приподнятую бровь Джин я мотнул головой – мол, давай, помогай разобраться, в чем дело! Быстро подплыв, она присоединилась ко мне, начав гладить Эвелин по мокрым волосам, и что-то зашептала ей в ухо. Девушка дрожала, будто от холода, но теплая вода вскоре помогла ей успокоиться.

– Простите… Когда мы подлетали к полосе, и я увидела это черное… выгоревшее… пятно, меня будто током ударило, хорошо, что самолет вел Джим. Надеюсь, он ничего не заметил. – Вот кое-что и проясняется!

– И чего волноваться? Может, там просто трава загорелась?

– Шутишь, да? – Она отстранилась. – Какая еще трава, там голый песок, нет ничего!.. Джим тоже заметил, после приземления спросил диспетчера, в чем дело. Сказали, что самолет упал… И я подумала, что это мог быть твой…

– Все, понял, осознал, прошу простить…

Только сейчас я заметил, что тонкое белье на Эвелин промокло и стало чуть ли не прозрачным. С целью отвлечения внимания от своей реакции на это зрелище мне пришлось опустить руки гораздо ниже талии обеих дам. Они переглянулись и неожиданно по очереди поцеловали меня.

– Ох… Извините, но мы вроде бы сейчас не на съемках фильма для очень взрослых… – Шорты шортами, в воде вроде бы и не заметно… Но реакция никуда не делась.

– Да и ладно, мне не жалко, – прошептала Эвелин, снова прижавшись.

Джинджер прижалась ко мне с другой стороны и тихо-тихо сказала в ухо:

– Осторожно, не вертись!.. Посмотри на три часа от себя, примерно на высоте пятидесяти футов… Только не дергайся!..

Я плеснул себе в лицо воды и помотал головой, будто отряхиваясь. Действительно, над соседним участком висел некий объект, издававший едва слышное жужжание, почти заглушаемое шелестом листьев на ветру.

– Соседки в это время дома не бывает, я знаю точно, – продолжила шептать она. – Наверное, это неугомонные контролеры… из конторы… Вот же сволочи какие!..

– Да пусть завидуют! – усмехнулся я. – Чтоб у них всех ширинки на штанах порвались!..

– Смотри свои не порви, мститель, я все вижу… Так что насчет «съемочной площадки» ты, скорее всего, угадал… Иди в дом, а мы пока здесь с Эвелин поболтаем о своем, о девичьем…

– Только не слишком шалите, договорились?

Они дружно плеснули в меня водой, но я кое-как увернулся и чуть ли не на крыльях вылетел из бассейна, стараясь не поворачиваться к купальщицам боком. Позади слышался тихий смех…

Наскоро вытершись полотенцем, я оделся в футболку и шорты. Нужно чайник поставить, что ли. Заварю себе чай, успокоюсь… Ну надо же, лезут со своими проверками чуть ли не в кровать!.. И ведь отмажутся, если что… заявят – «В особенных случаях неприкосновенность частной жизни не является препятствием для расследования…», или что там они обычно говорят? Хотелось осторожно выглянуть и посмотреть, что там происходит в бассейне, но я сумел придавить любопытство. Для этого пришлось сделать большой бутерброд и неторопливо его прожевать. Вот, совсем другое дело!.. На сытый желудок и козни темных личностей переносить гораздо легче.

Однако, слишком долго задерживаться в бассейне дамы не стали. Минут через десять я услышал, как Джинджер и Эвелин входят в дом, негромко разговаривая на ходу. Еще через пять минут Джин, одетая в футболку и шорты, появилась в дверях кухни, вытирая полотенцем волосы.

– Ну как тут, все уже готово?

– Должно стоять в духовке и париться. Как раз ко времени, когда привезешь Уильяма, все дойдет.

– Поняла… Ну, и что ты думаешь по поводу этих «наблюдателей»?

– А что тут думать? Решили проверить, не расходятся ли твои слова с тем, что на самом деле. Надеюсь, хоть к нам в спальню они лезть не будут?

– Я тоже надеюсь… Ладно, сейчас приведу себя в порядок, и поеду. У тебя будет час, так что не теряй времени зря! Сделай так, чтобы Эвелин успокоилась. – Она подмигнула мне и вышла.

«Да уж,» как когда-то сказал Киса Воробьянинов… Думаю, Джин имела в виду совсем не ласковое поглаживание по голове…

Не успел я ничего придумать, как вошла Эвелин в коротком махровом халате. На жене я его никогда раньше не видел, так что это наводило на некоторые интересные мысли.

– Сколько у нас времени? – Я уже слышал этот вопрос раньше. Только сейчас ответ будет другой…

– Примерно час.

– Тогда идем! – Она взяла меня за руку и потянула за собой. – У меня к тебе срочное дело.

Войдя в ванную комнату, Эвелин скинула халат и отбросила его за дверь в коридор.

– Чтобы не намок, – пояснила она, стягивая с меня футболку. – Ну, чего ты ждешь? Время идет…

…Оказалось, что у нее ко мне было целых два дела. И произошло все очень быстро… И очень громко.

– Сегодня ты была очень… шумной, – тихо сказал я ей на ухо. Эвелин продолжала обнимать меня, не торопясь отпускать.

– Думаешь, я притворялась? – усмехнулась она.

– Не хочу так думать… Но помню о наблюдателях. Джин сказала тебе?..

– Сказала. Даже если они сейчас подслушивают… Пусть завидуют!

– Неужели эти несколько лет ты изображала скромницу? – Нет, ну правда…

– Сегодня я вдруг поняла, что любая наша встреча может оказаться последней. Так что… Ты тоже можешь не сдерживаться.

– Мне притворяться незачем.

– Ну да, ты ведь у нас самый честный и прямой… – усмехнулась Эва, отодвигаясь.

– Ага, как деревянный шлагбаум.

– Не обижайся. Спасибо тебе… – Она чмокнула меня в щеку. – Теперь дай мне переодеться… И одевайся сам. Время, время… Его никогда не бывает достаточно.

К возвращению Джинджер и Уильяма мы вдвоем с Эвелин успели накрыть стол к ужину. Так как все очень хотели есть, то мытье рук и переодевание у них не затянулось больше нескольких минут.

Надо, какие все сегодня голодные!.. Еда с тарелок исчезла так быстро, что чайник еле-еле успел закипеть. Джин привезла целый пакет выпечки и разных вкусностей. (Интересно, почему?.. Она ведь так заботится о своей фигуре!..) За столом почти не разговаривали – ограничивались просьбами передать что-то. Даже почему-то вспомнился лозунг из детства – «Когда я ем, я глух и нем!» Смешно, но доля правды в этом могла быть…

Закончив с ужином, мы переместились в гостиную. Как обычно, Уильям сел перед телевизором в компании пса и кота. Не знаю, смотрели они тоже на экран, или нет, но громкие звуки им не мешали.

Мы втроем разместились на диване в дальнем углу. Конечно, можно было уйти на веранду, но в конце дня там стало жарко и душно. А возле бассейна не было гарантии, что нас не подслушают. Кто знает, на что способны те, кто запускает квадрокоптеры над чужими участками?..

Убедившись, что мультяшные звуки надежно заглушают наш тихий разговор. Эвелин принялась рассказывать о своем затянувшемся вылете:

– Сначала мы снова забрали эту непонятную группу и отвезли в Нойехаффен. Там к ним присоединился еще один… Вроде бы выглядел более вежливым, но в глаза ему смотреть все равно не хотелось. Вот он и принялся командовать – отвезите туда-то, потом сюда… карта у него оказалась очень подробная, много площадок, которые на наших картах вообще не обозначены. Когда и кто их сделал, почему до сих пор их не размыло дождями? Я спросила Джима, а он посоветовал мне молчать и не задавать лишних вопросов.

– «Меньше знаешь – крепче спишь», – хмыкнул я.

– Примерно так он и сказал, – кивнула Эвелин. – Ему эти пассажиры тоже почти сразу разонравились, но отказаться невозможно. Разве что удалось сделать отдельной оплату за каждый рейс, а сначала они хотели заплатить только после окончания контракта.

– Я думал, что в шпионские игры тут играть давно перестали…

– Оказывается, нет… Из их разговоров нельзя было понять, что именно они хотят найти, и где. Много летали в предгорьях, садились на грунтовые полосы. Я уже и удивляться перестала, откуда их столько? Хорошие полосы, прочные, а рядом – никаких следов от машин. Но кто-то ими регулярно пользовался…

– Почему ты так решила? – спросила молчавшая Джинджер.

– Так… отлучилась в кустики… – Эвелин усмехнулась. – А там увидела пустую бутылку из-под виски, она даже пылью не сильно покрылась, значит, лежит недавно.

– Ты прямо сыщик-следопыт!

– Да, иногда смотрю детективы по телевизору, – кивнула она. – Наконец, они вроде закончили свои поиски, даже что-то взяли с собой в мешках. Погрузились в самолет… А у нас один двигатель заглох!.. Джим сначала думал, что быстро получится отремонтировать, но… На аэродроме Нойехаффена эту мелкую деталь сразу найти не смогли. Уж как наши пассажиры ругались!.. Хорошо, что подвернулся другой такой же самолет. Его пилот переговорил с ними, и согласился отвезти в Порто– Франко. Пока перетаскивали багаж, все смеялся над нами, говорил, что двигатели давно пора менять. Вот у него новые, недавно поставил, расход меньше, а скорость больше. Все уговаривал Джима посоревноваться – вылететь одновременно, и посмотреть, кто прилетит в Порто-Франко первым. Сказал, что обгонит минимум на полчаса.

– А что Джим? – полюбопытствовал я.

– Ответил, что он уже не молодой, чтобы меряться… – Эвелин смутилась и покраснела. – В том смысле, чтобы соревноваться. И у китайских двигателей ресурс гораздо меньше, хотя они вроде бы и мощнее. Спешить некуда, привезут деталь, и долетит.

– И что потом?

– Они улетели… Запчасть привезли только к вечеру, потом мы решили, что лететь уже поздно… Утром появилась пара желающих лететь сюда, так что на бензин мы все-таки заработали. Потом… Мы прилетели сюда, и я увидела…

– Да, по ночам здесь лучше сидеть дома, – изрек я с умным видом.

– Согласна… Можно у вас переночевать? Не хочу быть сегодня одна, – заметно смущаясь, попросила Эвелин.

– Оставайся, – дотронулась до ее руки Джинджер. – Как уложим Уильяма спать, постелю тебе здесь на диване. Устраивает?

– Конечно!

– Тогда давайте посмотрим, чем там наш сын так увлечен? Может, и нам понравится? – Джинджер обняла Эвелин за плечи и подвинула дальше, в сторону телевизора. Так как я в самом начале разговора пересел на пуфик у дивана, чтобы лучше слышать, то получилось, что они обе переместились очень далеко.

– Ну, вы тут смотрите мультфильмы, а у меня наверху еще дела есть. – С этими словами я их покинул. Нужно посидеть в тишине, чтобы обдумать то, что услышал. Да к тому же подходит время вечернего сеанса связи, чуть про него не забыл!..

Включил свою радиостанцию, и почти сразу же услышал, как меня вызывают. После взаимных приветствий мне сообщили, что конвой благополучно добрался до фермы, и завтра начнется разгрузка и обустройство прибывших. Мой канал остается как резервный, на всякий случай, так что связываться каждый день нет необходимости. Приехавший с конвоем специалист уже развернул свои ящики и передал что надо кому надо. Мне осталось только завтра утром заехать к Игорю и сообщить ему хорошие новости.

А потом… Я долго крутил ручку настройки, слушая бурлящую в вечернем, а потом и в ночном эфире жизнь. Кто сам когда-нибудь слышал подобное, тот меня поймет.

Когда за мной пришла Джинджер, было уже совсем поздно. Мы тихо прошли по коридору, и из темного зала я услышал мерное дыхание спящей Эвелин. Перенервничала, но мы ее вроде как успокоили… Надеюсь, утром она будет в норме.

Укладываясь в кровать, мы с Джинджер молчали. Погасив свет, она легла рядом и обняла меня. Повернув голову, я ощутил привычный запах ее волос, и… Почти мгновенно уснул.

Глава 14

Утро… Вроде бы совсем такое же, как и предыдущее… Но…

Я чуть-чуть пошевелился, не открывая глаз, и понял, что меня придавили сразу с двух сторон. Ну, слева все понятно – приоткрыл глаза и увидел рыжие пряди. А вот посмотрел направо – темные волосы… Ой!.. И к тому же, обладательница этих темных, не очень длинных волос явно не воспользовалась для сна хотя бы футболкой. Осторожно проверив рукой ниже пояса, я убедился, что трусы с меня никто не стянул, и то ладно!.. Только вот почему я так крепко спал, что не почувствовал, когда Эвелин проникла, так сказать, в «святую святых» – нашу спальню? И ведь Джинджер все время повторяла, что никаких «лямур де труа» она не допустит!.. Что-то поменялось?.. Ох, а если войдет Уильям? Он ведь уже вполне большой, как ему такое объяснить? И ведь… не было ничего– Просто спал, и всё!.. Только вот не хочется никому ничего доказывать и в чем-то убеждать.

Тут же я почувствовал, как зашевелилась Джинджер. И что дальше?..

– Привет! – прошептал я ей.

– Доброе утро!.. Я ей разрешила… Но без глупостей, понятно?!.. – Вот как ей удается шептать с такой грозной интонацией, а?..

– Ясно… Надеюсь, Уильям к нам еще не заглядывал.

– Нет, он так рано не просыпается. Сегодня выходной, ты помнишь? Но, конечно, надо ее разбудить… А тебе тоже придется встать и приготовить нам завтрак.

– Тебе бы только командовать!.. – проворчал я.

– Ну, это же я любя, – усмехнулась Джинджер и тут же придавила меня к постели, потянувшись к неприкрытому плечу Эвелин. (Сами понимаете, чем и как придавила…)

– Милая, пора вставать! Мы же не хотим, чтобы нас всех тут увидел Уильям?

Эвелин с трудом приоткрыла глаза, улыбнулась в ответ, но тут же вспомнила, где и в каком виде она лежит, тихо ойкнула и покраснела, цветом щек напомнив мне пионерский галстук.

– Простите… – Гостья тут же вскинулась, на мгновение сверкнув всем, что у нее имелось, накинула на себя простыню (оказывается, она принесла ее с собой, и укрывалась ею же), и бесшумно убежала в зал, где оставалась ее одежда.

– Ну что, ты доволен жизнью, мой падишах? – Джинджер решила посмеяться. Ну, или проверить мою реакцию…

– Как бы проще сказать… Я не упал только потому, что уже лежал. Когда она успела сюда проникнуть?

– Почти сразу после того, как ты уснул. Сказала, что никак не может успокоиться, и попросила разрешения пристроиться с краешку…

– И ты вот так спокойно разрешила?!..

– Я почувствовала, что Эва не обманывает. К тому же… Помнишь, о чем мы не так давно говорили? Если вдруг и в самом деле есть какая-то непонятная связь, то ее лучше поддерживать…

– Думаешь, это нам может пригодиться?

– Думаю, не думаю, какая разница? Сам мне рассказывал про «Синдром Кассандры». Так что или просто поверь, или не обращай внимания. Все, вставай! – Джинджер вернулась на свое место, освободив меня. – И ты обещал Уильяму свозить нас в тир, помнишь?

– Да помню, помню… Может, и Эвелин позовем за компанию?

Джин заложила руки за голову и дразняще повела плечами. (Простыня укрывала ее снизу до талии.)

– Ну, если она согласится, то почему бы и нет? Только давай не затягивать, поедем сразу после завтрака, там народу будет немного, и еще не очень жарко.

– Ясно… Тогда поцелуй меня… Просто так…

Она не стала отказываться, притянула меня к себе и поцеловала. Когда я вставал с постели, то оглянулся и увидел вокруг фигуры Джин неяркую дымку зеленоватого цвета. Нет, не отпускает меня «дурман– трава»… Но вот что интересно – видения-то не постоянные! И влияет ли это непонятное вещество (или как там его назвать) на других? Например, Эвелин еще ни разу ни о чем подобном не упоминала…

Но уже через несколько минут мне пришлось заняться более житейскими делами – например, опередить женщин в посещении ванной комнаты, иначе рисковал остаться неумытым на час, а то и больше. Потом, согласно распорядку дня, пришлось по-быстрому готовить завтрак. Сегодня на одного человека больше, надеюсь, что продуктов у нас для этого хватит. Шучу, конечно, Эвелин никогда не ела больше меня, даже когда выступала и тренировалась по полдня.

Омлет сегодня получился удачным, так что за столом разговоров почти не было. Поехать в тир Эвелин согласилась сразу, как только услышала. Но чуть позже сказала, что ей надо сначала заехать домой, переодеться, а уже потом она присоединится к нам в тире. Уильям вообще сидел в молчаливом предвкушении, с явно читающимся выражением «Ну вот, наконец-то!» на лице.

Так что уложились мы примерно в полчаса. Джинджер увела сына переодеваться, Эвелин поехала к себе домой, а я прибирался на кухне, заодно прикидывал, что бы еще из своей легкой стрелковки можно взять с собой на пострелушки.

Внезапно засигналил мой телефон, лежащий на холодильнике. (Привычка – держать сотовый в шаговой доступности от себя, чтобы не бегать по дому, услышав вызов. Мало ли что, вдруг богатый клиент захотел срочно вылетать!..)

Оказалось, что это захотел переговорить со мной сам Хокинс.

– Привет!

– Привет! Наверное, думаешь, чего это я решил тебя побеспокоить в такую рань? Не разбудил? – В динамике послышался добродушный смех.

– Нет, встал давно, уже позавтракать успел. Только думал, что ты позвонишь ближе к вечеру.

– Сначала так и хотел… Есть дело, можешь приехать?

– Мы сейчас едем в тир, могу заскочить после обеда, устроит?

– Сегодня до вечера – в любое время, буду ждать.

– А что, опять вылет планируешь? Далеко?

– Ну, не то, чтобы планирую… Возможно, опять позовут.

– Так вы разве не закончили с той… веселой компанией?

– Нет. Приедешь, поговорим. Все, отбой!..

В динамике пискнул сигнал окончания связи. Интересно, интересно… Мне показалось, или у Джима голос звучал как-то напряженно? Вот не было печали!.. Ладно, заеду к нему ближе к вечеру, тогда и поболтаем.

– Мы уже собрались, иди, будем ждать тебя на веранде! – на кухню вошли Джинджер и Уильям.

Пришлось в темпе переодеваться (ну, кто в армии служил, для того это не проблема…), подняться в свою комнатушку на чердаке и взять приготовленную заранее сумку.

В тир мы поехали на «Геленде». Джинджер сказала, что мало ездит, и еще раз прокатиться за рулем не помешает. Ну и для солидности, вроде как. Мой «Рэнглер» выглядит простовато, да и не такой яркий. Понятно, что жена – не блондинка, но покрасоваться ей тоже хочется, пусть и не очень часто. Наверное, модельное прошлое дает о себе знать. А я ее и не упрекаю…

Хорошо, что тир располагается не так уж и далеко от города, иначе Уильям вполне мог протереть задом дырку на сиденье. Еще бы – наконец сбывается то, о чем так часто говорили… Ну, не большевики, конечно, а его друзья. Вот еще что: он в курсе, что осенью пойдет в младший класс здешней школы, или еще нет? Конечно, там еще будет начальное тестирование, куда определят, но, думаю, среди тугодумов он не окажется. Для своего возраста, учитывая то, что здешний год длиннее земного, Уильям очень даже неплохо соображает. Надеюсь, что от меня и Джинджер ему досталось все самое лучшее. (Ага, как в старом анекдоте про блондинку и Эйнштейна… Только вот те, кто над этим анекдотом смеются, не знают, что той самой блондинкой была Мерилин Монро. MIQ у нее был примерно 165, а у Эйнштейна – 160… Хотя, это всего лишь цифры, и «все врут календари!..» Но в любой шутке есть доля шутки.)

Как ни странно, желающих пострелять в тире оказалось не так уж и много. Или мы «ранние пташки», которым не спится в выходной день?

Позевывающий, часто прикрывающий рот ладонью хозяин тира подтвердил мою догадку:

– В первый выходной всегда так. Вот завтра так просто сюда не попадете… Какие патроны нужны?

– 9 миллиметров «Люгер», и вот для этого.380 АСР. – Я показал на ладони «Вальтер ППК». Первых сотню… Нет, лучше две, а других коробку. На первый раз хватит. Если вдруг закончатся, мы еще подойдем.

– Хорошо… – Сунув в кассу деньги, хозяин запер ее и махнул рукой в сторону дальнего угла:

– Идите вон туда, там мишени недавно обновил, звенят хорошо. Думаю, вашему парню понравится. – Надо же, сразу просек, что мы привели сына на первые стрельбы. – Только вы уж его проинструктируйте получше, все на вашей совести.

– Обязательно! – Джинджер с Уильямом надели стрелковые очки, и мы двинулись в указанном направлении.

Надо же, ни одно место для стрельбы из пистолетов еще не было занято. Только далеко, в сотне метров, два человека неторопливо палили вдаль из чего-то длинноствольного. Может, из «Ремингтонов», может, просто одиночными из автоматов (пристреливали?..). Я не настолько хорошо различаю звуки выстрелов незнакомого лично мне оружия. Вот если бы из «калаша» пальнули, или из СВД…

– Вот тут, с краю, и остановимся. Как заряжать, знаешь? – спросил я Уильяма. Он кивнул в ответ:

– Знаю, мама уже дома показывала.

– Тогда становись вот сюда, к барьеру, и начинай!

Рядом лежали специальные подставки, со ступеньками разной высоты. Мне пришлось притащить более-менее подходящую, чтобы сыну хватило роста и было удобно. (Наверное, поэтому владелец и порекомендовал нам именно эти места.) Я поставил на доски открытую коробку с патронами и положил «Вальтер» рядом. Уильям довольно решительно шагнул на подставку, взял пистолет и не очень ловко вытащил магазин. Потом, чуть промедлив, начал с трудом запихивать патроны. Пружина в магазине явно была против, но он не отступал.

– Все, больше туда не влезет, можешь не пытаться, – усмехнулся я, заметив, что Уильям взял еще один патрон. – Сколько туда помещается, знаешь?

– Знаю… Забыл только… – Сын покраснел.

– Теперь вставляй магазин на место… Да, до щелчка… Снимай с предохранителя и передергивай затвор. Направляй оружие только в сторону мишени, понятно?

– Понятно…

– Вторую руку прижимай вот так… – Наверное, опытный инструктор показал бы лучше, но уж как могу… Может, потом кто-то и будет меня ругать за «неправильную постановку хвата», но сегодня пойдет и так. – Направляй на самую близкую мишень и потихоньку дави на спуск.

– Бах!.. – хлопнул выстрел, и мы увидели, как примерно на «пяти часах» большого железного круга полетели брызги. Хорошо, что мишень стоит примерно в метрах десяти, или даже меньше.

– Так… Пальцем нужно нажимать не вниз-вправо, как ты сейчас, а на себя. Еще раз!

– Бах!..

В этот раз пуля ударила ниже середины мишени. Ну, хоть не в сторону, и то хорошо.

– Видишь, сейчас попал не в середину, а чуть ниже? Почему, сам догадаешься?

Уильям молча качнул головой.

– Давишь вниз, а не «к себе». Давай, еще раз!

– Бах!..

Ну вот, это уже лучше – попадание почти в самый центр, ну, если придираться, то чуть ниже.

– Видишь, как все просто?.. Остальные, с тем же усилием.