Текст книги "Одиночка. Компиляция (СИ)"

Автор книги: Александр Долинин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 70 (всего у книги 104 страниц)

– Хорошо, Слим, договорились! Все останется только между нами… Надеюсь, твой друг получит повышение, ведь он давно претендовал на место заместителя?

Слим покраснел, аки красна девица.

– Мы с ним надеемся… Лишь бы боссы не передумали… Все, вон начальство идет, пора за работу!..

Ну, вот и все… Интересно, это простое совпадение, или кто-то умело «зачистил хвосты»? И по поводу чего? Мистер Тод все-таки спалился на махинациях с поставками, или переусердствовал с «заряженными» напитками, и это кому-то очень не понравилось?.. Благодарить вроде бы некого, но очень хорошо, что больше не придется беспокоиться по этому вопросу. Как говорится, «О мертвых либо хорошо, либо ничего, кроме правды!..»

«Тот человек мне гадок,

В ком мысли гнусные, язык же льстив и гладок.»

И вот наконец-то прошел этот длинный год… Пока еще не ясно, чего в нем было больше – плохого или хорошего. Но Джинджер очень надеялась, что следующий год будет гораздо лучше. Может, эта темная полоса в жизни уже заканчивается? Пора бы…

В офисе Ордена с утра мысли у большинства служащих были о предстоящей вечеринке, но никак не о работе. К счастью, начальство учло это обстоятельство, и отпустило всех перед обедом. Гулянка начиналась в семнадцать часов, и народ шустро разбежался переодеваться и наводить красоту.

Джинджер решила надеть одно из своих вечерних платьев – синее, с открытой спиной и декольте. А что, ей есть чем гордиться, так что пусть завидуют!

Для мероприятия сняли целый зал в ресторане, Орден решил погулять с размахом. Пришли не только сотрудники местного отделения, но и гости с ближних Баз – да, там, скорее всего, оставалась только дежурная смена. Но это уже мелкие, никого не интересующие подробности службы…

После нескольких тостов начали образовываться компании по интересам, если так можно выразиться. Джинджер если и не чувствовала себя здесь «белой вороной», то ощущение некоторого дискомфорта все равно оставалось. Вроде бы народу много, а поговорить не с кем. Не о тонкостях организации перевозок же болтать, в конце концов! Ну и жадные взгляды некоторых представителей высшего командного звена стали надоедать уже через час. Народ быстро и сноровисто накачивался дармовой выпивкой, голоса становились все громче и громче. Что же, на других посмотрели, себя показали, пора и уходить «по-английски». Лишь бы никто не перехватил у выхода с целью непременно добиться совместного проведения остатка вечера… и ночи… Все, удалось!..

Теперь… Какие магазины еще работают?.. Так, повезло, сначала вот в этот, есть идея, нужны две длинные полосы блестящей ткани… Еще сюда пару футболок с глубокими вырезами, тонкие чулки… После этого – за деликатесами. Во время совместной жизни с Айваном пришлось усвоить некоторые особенности того, как русские люди ходят в гости. (По крайней мере, Джинджер искренне думала, что это именно так и происходит.) К друзьям нужно приходить не с пустыми руками, а если праздник большой, типа Нового года – то можно прихватить всего и побольше, лишним точно не будет. «Эх, пропадай моя фигура!..» – улыбнулась она. Но тут же успокоила себя: «Да что мне будет, с пары раз перекусить!.. Потом два-три… или четыре… визита в спортзал, и все в норме!..» Забросив в машину пакеты с покупками, Джин неторопливо поехала в сторону мотеля. «Интересно, Бриджит сказала Алексу, что я могу к ним приехать?.. И что она скажет по поводу моей идеи… с ленточками и остальным… Вдруг не захочет, что тогда?.. Наверное, сделаю вид, что пошутила… Если получится…»

Так, размышляя о важном, она и подъехала к углу мотеля, где поставила свой «Гелендваген» почти вплотную со стеной, чтобы не ходить под дождем очень далеко. Лишь бы в лужу весьма дорогими туфлями не угодить… Взяла пакеты, захлопнула дверь и пошла к навесу над входом.

Постучала в дверь и, услышав шаги, громко сказала:

– Сюрприз! Спать еще рано, гостей принимаете?

– Конечно, принимаем! – радостно ответил Алекс, отпер замок и отворил дверь. – Здравствуй, Джин! – Взяв у нее груз, жестом пригласил войти. Тут из спальни выглянула Бриджит, и увидев, кто пришел в гости, радостно взвизгнула и бросилась обниматься, как будто не видела свою подругу сто лет. Наверное, не ожидала?

– Так, смотри, этот пакет на кухню, а этот пусть Бридж возьмет, я сейчас ей все объясню, – сразу же стала распоряжаться Джин.

Когда гостья сняла плащ, то у Алекса заметно отпала челюсть. Большое декольте практически не скрывало роскошный бюст. «А ты что думал?.. У меня не только футболки и свитера дома есть!..» – подумала довольная Джинджер. С усилием закрыв рот, Алекс с большим трудом сохранил нейтральное выражение лица и понес указанный пакет на кухню. Точно, Бридж его не предупредила, сюрприз-сюрприз!..

До наступления Нового года оставался час. Бридж и Алекс сидели и не спеша наслаждались деликатесами, привезенными Джин, а она придирчиво рассматривала плов у себя на тарелке.

– Ты точно сам это готовил? – спросила она.

– Я подтверждаю, – засмеялась Бриджит.

– А какие приправы тут использовались?

– Джин, ты что, рецепт хочешь узнать? – ответил вопросом на вопрос Алекс. – Тогда так и скажи, я продиктую…

– Ну, это само собой… Только хочется знать, к чему нужно готовиться… – все дружно засмеялись.

– Ничего страшного я туда не положил, обычный набор специй для плова. Тем более, что в сырой или холодный сезон пряности помогают сохранить здоровье, медицина это подтверждает.

– А побочных эффектов не будет? – улыбнулась Джинджер

– Ни разу не сталкивался с таким, разве что кто-то себе слишком много перца в тарелку насыплет…

– Понятно. Я вот хочу сказать, что после того случая коньяк вообще не пью, смотреть на него не могу. Даже «вишневку» – совсем мало. Только вот с вами, сейчас…

– Это очень хорошо, значит, теперь ты ведешь здоровый образ жизни! – сказал Алекс.

– Да, – засмеялась Джин, и продолжила: – Меня сегодня пригласили на званый вечер – «для избранных». Приехала я туда, походила по залу… Ни с кем почему-то общаться не захотелось, выпить – тем более. Гостей много, и местные орденцы были, но они какие-то «не такие», понимаете, о чем я говорю?

– Вполне, – ответила Бриджит.

– Многие – парами, причем в самых разных вариантах, а оставшиеся свободными для меня не очень интересны. Почти все стараются как можно быстрее «залить за воротник» на халяву… Я подумала, что хорошо бы вас поздравить, вот и приехала, успела…

– Мы рады тебя видеть, правда, – сказала Бридж. – Нельзя, чтобы в такой праздник человек оставался один.

– У нас говорят: «Как Новый Год встретишь, так его и проведешь!» – добавил Алекс. Вроде бы он хотел сказать немного иначе, но передумал. – Так, осталось несколько минут, я сейчас!

Он встал из-за стола, достал с полки в шкафу ракетницу и зарядил ее. Подозвав дам к двери, дождался «обнуления» цифр на часах, высунул руку подальше и пальнул вверх. С хлопком ракета ушла вверх и рассыпалась в небе пятеркой зеленых звездочек. Вдали, сквозь струи дождя, виднелись искры фейерверков и размытые пятна запущенных сигнальных ракет – народ тоже салютовал вовсю.

– С Новым Годом, мои прекрасные леди! А теперь пойдемте за стол…

Усевшись по местам, все выпили «вишневки», и Алекс объявил:

– А сейчас, подарки от местного Санта-Клауса, он попросил меня их передать… – после этого ушел в спальню.

– Это тебе, – он передал жене небольшую коробочку, – а это тебе, – Джин достался большой сверток, тоже упакованный и перевязанный ленточкой. Дамы переглянулись, и вскрыли подарки. Бриджит принялась рассматривать небольшую резную шкатулку из камня, для хранения колец-сережек. Джинджер открыла подарок и увидела репродукцию картины Бориса Вальехо. На ней была изображена рыжеволосая девушка, которая сидела, опираясь на меч, вдали виднелись башни какого-то средневекового замка. Для печати был использован рифленый картон, имитирующий структуру настоящего холста, благодаря чему в застекленной рамке репродукция выглядела очень даже солидно. Потом несколько минут благодарные дамы целовали заместителя Санта-Клауса и называли самым-самым…

– Прости, милый, мы даже не знаем, что тебе подарить…

На что Алекс честно ответил:

– Женщина – лучший подарок! – чем вызвал дружный смех.

– Кстати, ты помнишь, что сказал тем утром? – вдруг спросила Джин у него.

– Ну, в общем…

– А помнишь, что было написано в той страшной бумаге?

– Да…

– Мы тогда были под воздействием препарата, а ты нас загипнотизировал, внушил, что обеих любишь, и теперь это навсегда, – сказала она «загробным» голосом, глядя на Алекса остановившимся взглядом. Он посмотрел в другую сторону – Бриджит смотрела на него точно с таким же выражением глаз. Уткнувшись взглядом в стол, он обхватил голову руками и покраснел до кончиков ушей, но тут же услышал громкий смех жены:

– Джин, смотри – он, и правда, поверил!..

Разговоры за столом продлились еще часа три, затем Джинджер неожиданно сказала:

– Можно, я сегодня у вас останусь? Джек дом посторожит, а утром его домработница покормит…

– Конечно, оставайся! – ответила Бриджит. – Милый, уберешь со стола? – с обворожительной улыбкой обратилась она к Алексу.

– Уберу, конечно… – и они отправились в спальню, а мужчине пришлось исполнять роль Золушки из одноименной сказки.

В спальне Джинджер достала из пакета свернутые куски ткани и быстро описала Бриджит свою идею. Через полминуты размышлений Бридж согласилась, и они обе стали переодеваться. Ну и как теперь завернуться в эти длинные полосы, чтобы получилось красиво?.. Пока искали лучший вариант, время от времени тихо смеялись от щекотки. Наконец, все получилось примерно так, как хотели. Джин высунулась в дверь и позвала:

– Алекс, подойди сюда, пожалуйста! Только свет на кухне выключи…

В гостиной свет уже был погашен. Войдя в спальню, освещенную парой свечей по углам, Алекс увидел обеих подруг сидящими на кровати в позе «примерных учениц», с руками на коленях. Только вот одеты они были в что-то вроде футболок очень больших размеров, из-под которых виднелись краешки чулок. Талии были перевязаны широкими ленточками с красивыми бантами.

– Вот твои подарки…

– Даже не знаю, с какого из них начать… Вы обе такие красивые… – опустившись перед ними на колени, Алекс осторожно взялся за ленточки сразу на обоих «подарках» и тихонько потянул за них, развязывая бантики…

Дальше все происходило шумно и весело. Хорошо, что практически все постояльцы недавно съехали, и в мотеле почти никого не осталось. Джинджер наконец сумела избавиться от леденящей тоски и рвущего сердце одиночества, накопившихся за несколько лет. Друзья помогали ей в этом, как сумели, пусть даже такой способ излечения и противоречил многим нормам… сами знаете чего.

Утро началось с шума дождя, который так и не прекратился, разве что чуть поутих. Джинджер открыла глаза и посмотрела вокруг – ясно, спальня все та же… И на кровати все те же… Время уже близится к обеду («Вот это мы разоспались!..»), можно и чуть-чуть пошалить…

Зажав прядь своих волос между пальцами, Джинджер принялась щекотать нос Алекса, который начал очень смешно морщиться во сне и наконец проснулся. Джин тихонько смеялась, глядя на него. Она лежала рядом, не позаботившись укрыться, подперев голову рукой, и озорно улыбалась. (Потому что чувствовала себя как нечто большое, теплое и пушистое. Например, как довольная тигрица, временно спрятавшая когти и клыки.)

– Доброе утро, – сказал Алекс.

– Очень доброе.

Бриджит рядом не было, из приоткрытой двери ванной доносился плеск воды и голос – она что-то напевала. Алекс кончиками пальцев тихонько погладил Джин по щеке, от чего она зажмурилась, как кошка, разве что не замурлыкала.

– Знаешь, о чем я сейчас думаю?

– Даже не догадываюсь, – ответил он.

– Когда Бридж мне рассказывала про тебя, то поскромничала, – тут Джинджер засмеялась. – А я думала, что она преувеличивает…

– Как ты сейчас себя чувствуешь?

– Замечательно! Будто из зимы в лето попала, и целый день на ласковом солнце отогревалась… Мне хорошо рядом с вами. И не мучайся, Бридж ревновать не будет.

– Точно?

– Обещаю! – засмеялась она. – Мы с ней во всем помогаем друг другу. Только смотри, не обманывай нас. А то не простим!..

В спальню вошла Бриджит, замотанная в полотенце, и спросила:

– Ну что, соня, проснулся?

– Джинджер разбудила…

– Милый, как насчет завтрака?

– Для вас – все, что угодно. Кстати, дорогая, Джин интересовалась – есть ли у нас еще одно вакантное место жены?

Удивленное лицо Бридж нужно было видеть… Джинджер не выдержала, и уткнулась лицом в подушку, ее плечи затряслись от смеха. Наконец, она отсмеялась, и сказала:

– Ладно, я пойду в ванную, а вы пока обсудите вопрос с завтраком, – после чего встала с кровати, абсолютно не стесняясь, и «модельной» походкой прошествовала, иначе и не скажешь, в сторону двери. Спиной почувствовала ревнивый взгляд подруги и восхищенный – Алекса. «Ну стерва я, стерва, что тут поделаешь!..»

К столу дамы вышли все-таки одетыми – накинули те самые футболки. Ну, хоть что-то… Завтрак был «послепраздничным» – салатики (и тот самый «Оливье») из холодильника, и разогретый в пароварке плов. (Никто не решился сказать: «такое на завтрак не едят!..») Подруги заметно проголодались, поэтому разговоры начались только после того, как почти все было съедено.

– А вы слышали когда-нибудь староземельный анекдот про «первое октября»? – спросил Алекс.

– Нет, а про что он?

– Про нескольких женщин, пришедших на прием к врачу.

– И в чем суть?

– Они все собирались рожать примерно первого октября.

– Это почему? – заинтересованно спросила Джинджер.

– Одна из них ответила врачу, когда он задал такой же вопрос: «Мы все Новый Год в одной компании встречали…»

Они обе засмеялись практически одновременно, потом вдруг стали серьезными, и Бриджит сказала:

– Двадцатое число шестого месяца – тоже неплохая дата, правда?..

– Или вообще любое число любого месяца… – задумчиво дополнила Джин.

– Я вас обеих правильно понимаю?

– Совершенно правильно…

– Но тогда вам придется перестать пить даже вишневку – строго сказал Алекс.

Дамы переглянулись и Джинджер сказала:

– Мы согласны, с завтрашнего дня и перестанем!

– Вы что, решили выбрать меня вождем маленького племени?

– Да, но смотри – если не справишься, наступит матриархат!..

Потом всей компанией пошли отдыхать дальше. Нет, ничем предосудительным не занимались, только лежали на кровати и смотрели по местным каналам старые комедии.

А в середине дня Джинджер засобиралась домой. Алекса попросили отвернуться и, уткнувшись в подушку, он довольно долго слушал шуршание одежды и щелканье застежек. Но потом, в знак высшей степени доверия, ему даже разрешили застегнуть сзади молнию на платье.

Гостью проводили до двери, и на прощание она долго обнимала Бриджит, Алекса же поцеловала, причем совсем не формально и далеко не «по-дружески». Даже сама не поняла, зачем это сделала. Вот очень-очень захотелось, и все!..

Всю дорогу к дому Джинджер улыбалась. Она чувствовала себя очень хорошо. Не потому, что в очередной раз нарушила кучу прежних моральных запретов. («Уж лучше грешным быть, чем грешным слыть…») И не потому, что все-таки решилась воспользоваться предложением подруги… Наконец-то ей больше не хотелось грустить и плакать. Жизнь продолжалась, а хорошо это или плохо – кто может знать наперед? По крайней мере, теперь есть к кому съездить в гости… Хотя бы всего лишь затем, чтобы вместе посмотреть старые фильмы.

А на самом деле ей понравилось давно забытое ощущение восхищенного взгляда. Ведь она чувствовала подобное очень редко. Гораздо чаще нервы грубо дергало чужое вожделение, смешанное с похотью. Став фотомоделью, она быстро научилась определять, кто и как на нее смотрит. Кто с завистью, кто с ненавистью… Любовь не чувствовалась почти никогда. Так, чаще всего ощущалось желание поиметь красотку на несколько дней (вернее, ночей), или месяцев… И неизвестно, в результате чего появилась такая способность – от всяких прапрабабушек, или молодая женщина все-таки сумела получить некоторый жизненный опыт? Да и Бриджит, хоть и слегка ревновала, в душе гордилась, что у нее есть такая подруга. И ценила ее не за внешность, а за способность оставаться собой в самых тяжелых обстоятельствах, насколько это вообще возможно. (Хотя к красоте все-таки заметно ревновала, да… Но что тут поделаешь? Не толстеть же специально!) Случалось, Джинджер даже обзывали «шлюхой», что уж скрывать… Но слышала она это чаще всего от тех лиц женского пола, которым приходилось боком протискиваться в двери из-за стремления непрерывно отправлять в рот что-нибудь вкусненькое, а спортзал они видели только по телевизору. Да уж… «Уродство сатаны – ничто пред злобной женщины уродством…»^[5K9] И ни с кем, никогда Джин не спала из-за денег, или еще каких-нибудь обещанных ей преференций, вроде одной из главных ролей в новом фильме или очень выгодного рекламного контракта. Хотя и лично знала представителей обоих полов, добившихся успеха именно с помощью ловких прыжков из постели в постель…

Дома Джинджер быстро переоделась и решила позаниматься… Простая гимнастика – это скучновато, поэтому… Надо бы вспомнить кое-что важное. Для начала – разминка с мечом, а после… Где там в кладовке лежат деревянные щиты?..

После разминки Джин уложила меч на держатель, и принялась таскать деревянные панели из кладовки на веранду. Айван не очень любил, когда его жена тренировалась метать ножи, поэтому ей приходилось тренироваться в его отсутствие. Но сейчас никто не мог ей помешать, а бурлящая в теле энергия требовала выхода. Джинджер взяла из пачки несколько листов бумаги, быстро нарисовала на них отметки и закрепила один из листов в середине щита. Принесла сверток с метательными ножами, который достала из шкафа, и положила на табурет. Ну что, приступим?..

Сначала ножи в основном втыкались по краям листа, но через какое-то время руки и тело вспомнили прежние навыки, и попадания переместились в середину. Ого, на улице уже темнеет, пора ужинать! Да и Джек заглядывает в дверь, намекает… Ладно, на сегодня хватит, можно продолжить и завтра.

(С того дня Джинджер стала тренироваться в те дни, когда не посещала спортзал. Удивлялась сама себе, но занималась хотя бы по часу. Вроде бы и не нужно, но занятия стали привычными, к тому же помогали сбрасывать скопившееся за день напряжение.)

После того, как закончились новогодние выходные, Джинджер решила посетить аэродром. Как говорится, «Мы в ответе за тех, кого приручили». Вот и решила поговорить с инструктором…

– Добрый день, мистер Хокинс!

– Добрый день, Джин! Каким это штормовым ветром тебя занесло в наши края? Погода еще долго будет нелетной, на вышке сейчас делать нечего…

– Хотела узнать у вас – как дела с обучением Алекса?

– Да все нормально. Что-то по мелочам он знал раньше, остальное изучает… Время еще есть, дожди не скоро закончатся.

– А как он… вообще? Ну, как человек?

– Он… да хороший он человек, если ты об этом. Разве что с английским языком у него не очень гладко, но со временем все обязательно исправится. А почему ты об этом спрашиваешь? – Джим с лукавой улыбкой посмотрел на Джинджер.

– Ну… Я ведь его к вам направила… Значит, мне нужно знать, как у вас с ним дела… Вдруг ошиблась в человеке.

– Если ты его выбрала, то не ошиблась. Во всех смыслах, понимай, как хочешь. – Старый пилот внимательно смотрел на Джин и улыбался. – И думай, что будешь делать, если он выберет тебя.

– Почему это вы решили, что я его выбрала?

– Все элементарно, дорогой Ватсон: раньше ты направляла ко мне учеников, но никогда потом не приезжала и не спрашивала. Только звонила по телефону. А если захотелось поговорить лично, значит… Твой интерес к нему гораздо больше обычного.

Джинджер покраснела, смутившись. Надо же было так неосторожно раскрыться…

– Не смущайся, я все понимаю. Только помни, что он женат.

– Это я помню… Его жена нас и познакомила…

– Вот как?.. Ну, это твои с ними дела, не буду встревать. Куда уж мне, старому пню, понять вас, такую прогрессивную молодежь, – засмеялся Хокинс. – Все будет хорошо, только постарайся не спешить с действиями. Тут как в пилотировании – нужно ясно понимать, что произойдет, если повернешь ту или другую ручку. Но для жизни печатного руководства нет, каждый пишет свой вариант сам… И дополнительных шансов переписать все начисто обычно не дается.

Через несколько дней Джинджер решила позвонить Алексу. Он, как обычно, был где-то на работе. К счастью, в этот раз он не балансировал на стремянке, а сидел в машине, поэтому удалось поговорить спокойно.

– Здравствуй, Алекс!

– Приветствую, несравненная Джинджер!

– Как дела?

– На работе нормально, и Джим меня обучает потихоньку. Пока не ругается…

– Как там Бридж?

– А ты сама ей разве не можешь позвонить?

– Я хочу от тебя услышать…

– Джин, можно тебя попросить… – голос Алекса стал чуть тише.

– Смотря о чем! – Джинджер засмеялась.

– Конечно, просьба совершенно глупая, ты уж прости… Ты не могла бы успокоить Бриджит?

– Как, в чем дело?!. – Джин явно удивилась.

– Понимаешь… Она думает, что я могу бросить ее и уйти к тебе…

– Хорошо, я заеду. Только ничему не удивляйся, ладно? – голос у Джинджер был совершенно серьезен.

– Надеюсь, ты ничего экстремального не планируешь?

Она тихо засмеялась:

– Нет, только будь спокоен, хорошо?

– Договорились!..

На этом разговор закончился.

Вернувшись домой, Алекс увидел такую картину: на столе в кухне стояла практически пустая бутылка, на дне которой наблюдались остатки «вишневки», какие-то салатики, на плите в кастрюльке – его доля спагетти. Заглянул в спальню – подруги лежали, обнявшись, на кровати, хорошо еще, что одетые, и спали как дети. Что оставалось делать – поужинал и ушел в свою «радиорубку» – слушать далекие голоса в эфире…

Примерно через час Бриджит решила выяснить, куда запропал муж, и нашарила на тумбочке свой телефон.

– Милый, ты где? – голос-то сонный…

– Поужинал, теперь вот радио слушаю, ты ведь занята, – он не удержался от того, чтобы не «подколоть» жену.

– Все, заканчивай свои наблюдения… Там уже нечего слушать, иди домой!

– Хорошо, иду…

Через пять минут Алекс вошел в комнату, и что же увидел? Картина почти не изменилась – разве что обе дамы успели раздеться и залезть под одеяло. И чего звали? Спали бы себе дальше… Бриджит помахала рукой:

– Вот, ложись с этой стороны, приставать не будем… Наверное… – они обе тихонько засмеялись.

Немного повозившись, Алекс пристроился на краю матраца. Сегодня Бридж решила, что ее место в середине, и теперь нежилась между двумя «обогревателями». Чтобы не свалиться с кровати, через некоторое время он решился осторожно положить руку куда-нибудь «на другую сторону». Рука вдруг попала на что-то округлое и мягкое, хотел было переместить ее на другое место, но его пальцы внезапно прижали и не отпустили горячие ладони. Так все и уснули…

Глава восьмая

Прошло еще несколько самых обычных дней. Вечером Джинджер только-только успела войти в дом, как в сумочке засигналил телефон. Так, это Бриджит…

– Привет, подруга!

– Привет, Джин!.. Можно мы к тебе завтра приедем?

– Конечно, можно! А что, завтра какой-то праздник?

– Нет, я хотела бы тебя немного расспросить, по-дружески. Вдруг ты что-нибудь подскажешь…

– Ясно… Алекс в курсе?

– Он еще не все знает. Сначала я хочу поговорить с тобой, вдруг что посоветуешь.

– Конечно, приезжайте, но желательно вечером – я до шестнадцати часов на работе, хотела бы немного подготовиться к вашему визиту.

– Да, приедем, когда скажешь. Если нужно в другое время – позвони, все переиграем, хорошо?

– До завтра!

– До завтра!..

Когда Джинджер вошла на кухню, пес сидел возле стола.

– К нам завтра приедут Бриджит… и Алекс. Ты не против?

Пес промолчал, выразительно косясь на миску. Мол, сначала накорми, потом расспрашивай!

– Тебе Алекс нравится?

– Гав!

– Вот и мне тоже.

– Гав-гав!

– И не говори… Сама не знаю, что такое происходит… Вот твоя еда, приступай!

В заранее обговоренное время гости подъехали к дому Джин. Одетая в бледно-зеленый тренировочный костюм хозяйка и весело скалящийся Джек встречали их в дверях веранды. Сегодня пес даже ткнулся носом в руку Алекса, уже признал своим?

– Джин, мне сейчас уже можно его погладить? Он сам вроде не против.

– Попробуй, только осторожно.

Алекс попробовал – все нормально, пес улыбается во все зубы, вывалив язык набок.

Бриджит и Джин символически расцеловались, Алекс удостоился дружеского рукопожатия и взгляда, пусть и за это спасибо скажет.

На веранде все остановились возле уголка для метания ножей. Раньше деревянные щиты были сдвинуты в «сложенное» положение к стене, а лишние – убраны в кладовку. Сейчас все они были установлены на свои места, закрывая стекла от случайных рикошетов, и на полу лежали резиновые коврики. Посередине центрального щита висели две прямоугольные мишени из картона, размерами с лист бумаги стандартного формата, с обозначениями «очков» за попадания. Подойдя к стене, Алекс стал рассматривать торчавшие из нарисованного на досках круга ножи.

– Джин, а как давно ты занимаешься?

– Точно уже и не помню, – насмешливо прищурилась она. – Но практически всегда могу попасть, куда требуется. Не хочешь попробовать?

– Попытаться могу, но с нулевым результатом, я ножами в основном на кухне работаю, – отшутился Алекс.

– Давай, это не сложно!

Она протянула ему три «металки», черное покрытие которых было испещрено множеством царапин от частого использования, и сказала:

– Ничего сложного, берешь вот так… Замахиваешься, и в нужный момент отпускаешь…

Как и ожидалось, из трех брошенных ножей два со звоном отскочили от досок и упали на пол, третий воткнулся в щит примерно в метре от мишеней, но потом тоже свалился на пол.

– Ничего, потренируешься, и все получится! – утешила его Бриджит. Они с Джин переглянулись, а потом она сказала:

– Милый, а давай ты сейчас что-нибудь приготовишь, у тебя это очень хорошо получается, а мы тут с Джинджер посоревнуемся, ну и поболтаем заодно кое о чем.

– Хорошо, ну и что можно использовать из имеющихся продуктов? И за какое время нужно закончить?

– Бери все, что понадобится, и не торопись, делай, как считаешь нужным, – ответила Джин с очаровательной улыбкой.

– А обещали, что матриархата не будет… – пробурчал Алекс себе под нос, однако они услышали, рассмеялись, и по очереди поцеловали его в щеку. – Долой эксплуататоров! – довольно громко проворчал он уже на выходе, чем вызывал еще один взрыв смеха.

Подруги остались на веранде, взяли по три ножа и начали «пристреливаться». Бриджит явно не первый раз держала подобные «металки» в руках, но тренировалась очень давно. Брошенные ножи звякали друг о друга и падали на пол.

– Алекс точно ушел? – оглянулась Джинджер. – О чем ты хотела спросить? Говори, а то он может сейчас вернуться…

– Нет, если он занялся готовкой, то отвлекаться не любит, – усмехнулась Бриджит, но тут же стала серьезной. – Ко мне тут недавно заявился один… «деятель»… – Ее лицо перекосила кривая усмешка. – Настоятельно порекомендовал по дешевке продать мотель «нужному человеку» и свалить в закат быстрее собственного визга, если хочу жить.

– В полицию обращалась?

– Нет, – ответила Бриджит, с силой бросая очередной нож – Никаких доказательств нет, свидетелей разговора не было, и вообще – он наверняка уважаемый человек, дверь в кабинет мэра ногой открывает…

Джинджер сначала не поняла, что это значит, но потом догадалась.

– Ты хочешь сказать, что его «крышуют»?

– Не напрямую, но могут сделать вид, что не замечают его мелких шалостей.

– И что ты планируешь делать? Это может быть опасно…

– Думаю, нанять управляющего, а самой уехать на время. Если отсутствовать достаточно долго, может либо умереть падишах, либо ишак сдохнет… Извини, ты, наверное, не знаешь этой восточной истории…

– Если честно, нет… – Джинджер и Бриджит прервались и пошли к мишеням, собирать ножи. Когда вернулись на место, продолжили разговор.

– Тогда… «Если сидеть на берегу реки достаточно долго, то можно увидеть, как мимо проплывет труп твоего врага».

– Вот это знаю, слышала. Что-то китайское… Думаешь, за время твоего отсутствия этого вымогателя могут грохнуть?

– Грех так говорить, но я была бы не против. Наверняка он многим успел насолить… Может, кому-то и совсем не повезло. Море рядом… И бетонные галоши всегда в моде… – высказалась Бридж между бросками.

Джин даже передернуло.

– Ты говоришь жуткие вещи!..

– Можно подумать, ты не в курсе, что так иногда бывает. И купаться в холодной воде с тазиком цемента на ногах мне не хочется…

– Тогда… Как будешь страховаться?

– Сейчас начнется сезон, а у каждого постояльца в номере обычно лежит автомат. Представляешь, что будет, если по машине бандитов пальнут из десятка-другого стволов разом?..

– Решето будет, – уверенно ответила Джинджер, представив эту милую сердцу картину. – Но они ведь не дураки, могут напасть раньше, пока в мотеле почти нет жильцов.

– А что мне делать?.. Только ждать и надеяться… Вроде договорились, управляющий приедет с первым конвоем…

– Почему не хочешь взять кого-нибудь из местных?

– У него есть хорошие рекомендации от проверенных людей, а местным я не доверяю, была пара случаев в городе… Да и они могут быть связаны с этими… деятелями. – Бриджит метнула нож особенно сильно, и тот глубоко вонзился в размочаленный попаданиями щит.

– Рискуешь, подруга! – Джинджер тоже метнула нож, воткнувшийся точно в центр мишени. – Как он хоть выглядел, этот твой… «неизвестный доброжелатель»? – Следующий нож вошел в доску рядом с первым.

– Как, как… С виду приличный человек… «Восточной внешности», смуглый… Усы, бородка козлиная… Дорогой костюм, туфли из кожи местного крокодила… Небольшой кожаный портфель с каким-то вензелем…

– Очки были?

– Нет, точно… И он не щурился… Но взгляд… Неприятный очень… – ответила Бриджит, продолжая кидать ножи.

– Ладно… Попробую выяснить, кто это здесь такой жадный из тины вылез.

– Ты только особенно не дергай никого… Вдруг у него в местном Ордене покровители есть? «Любопытство погубило кошку», знаешь ведь?

– «…Но сохранило жизнь коту», – усмехнулась Джинджер. – Подожди, кажется, Алекс сюда идет! Кидаем бодрее, улыбаемся!..

Заглянувший на веранду Алекс увидел, что там вовсю шли соревнования по метанию ножей. Он остановился в дверях, не рискуя подойти поближе, и сбоку наблюдал за происходящим. Бумажные мишени порядком растрепались от попаданий, но еще не развалились окончательно. Раскрасневшиеся дамы продолжали сосредоточенно метать острые железки, так что он счел за лучшее промолчать – вдруг дернутся не в ту сторону, или рука дрогнет…

Они почти одновременно обернулись с улыбками на лицах.

– Как там дела на кухне? – спрашивает Джинджер.