Текст книги "Одиночка. Компиляция (СИ)"

Автор книги: Александр Долинин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 31 (всего у книги 104 страниц)

Когда я вернулся из душа (шел одетый, если что), свет в гостиной был уже погашен, и Джек ушел ночевать в другую комнату. Только Васька сидел на спинке дивана, сверкая в полутьме своими зелеными глазами.

– Охраняй меня, ладно? – сказал я ему, лег и моментально «вырубился», как будто щелкнули выключателем…

Среди ночи мне вдруг показалось, что кто-то нежно погладил меня по щеке, я приоткрыл глаза – вроде бы никого, наверное, кот хвостом задел, шарится тут в темноте по дивану, спать мешает…

26 число 03 месяца 24 года, Порто-Франко

Утро не было «хмурым». Просто открыл глаза, и несколько минут подряд пытался вспомнить, где это я нахожусь. Чувствовал себя нормально, кстати, и выспался впервые за долгое время, после той ночи, когда… Ладно, умываться – и на кухню, нужно подкрепиться перед длинным трудовым днем.

Джин еще спала, и я старался ходить по дому как можно тише. Тихонько прикрыл кухонную дверь, включил чайник и занялся приготовлением бутербродов, напевая себе под нос одну из старых песен. Через несколько минут чайник отключился, я заварил травяную смесь (кофе не люблю), и стал собирать на стол, заканчивая свой сольный номер:

…Протопи ты мне баньку по-белому -

Чтоб я к белому свету привык.

Угорю я, и мне, угорелому,

Пар горячий развяжет язык. ^[3K12]

– Бани у меня здесь нет, могу предложить только горячую ванну. Вечером, когда с работы придешь… – От неожиданности я чуть не подпрыгнул.

– Джин, ты в школе ниндзя обучалась, что ли? – И тут до меня дошло: пел я на русском, а сейчас говорю на английском…

– Удивился, да? – одетая в длинный, расшитый узорами с «драконами» халат Джинджер подошла к столу. – У меня ведь Айвен был русский… Иногда он напевал эту песню.

Она наморщила лоб, и явно вспоминая забытые слова, выдала:

– Йа… учить… по-русский… – И дальше уже снова перешла на английский. – Не очень долго учила, немного слов понимаю, но сама разговаривать не могу.

– Джинджер, скажи, только честно – тебя не раздражает мое произношение?

– Нет. Я тут всяких слышала, и твое – еще не самое плохое. А почему ты об этом спросил?

– Заранее неизвестно, на что будет отрицательно реагировать собеседник. Вдруг тебе мой «пиджин» быстро надоест…

– Со временем все улучшится, если хочешь – помогу исправить.

– Буду очень благодарен. Завтракать будешь?

– Да. Я еще подумала: давай вместе выедем, к Джиму в больницу заедем, узнать нужно, как он там…

Как и планировали, вместе поехали в больницу, проведать раненого. К нему нас не пустили, сказали «Слишком рано!..», но удалось поговорить с врачом.

– Была большая потеря крови, но благодаря оказанной первой помощи он дожил до того, как попал к нам. С рукой все должно быть нормально, только… – он замолчал.

– Что «только», доктор?

– Есть вероятность того, что задет нерв, возможно, будет ограничение в подвижности и чувствительности руки.

Да, старина Джим, для тебя это скорее всего будет означать конец полетам…

– А подвижность может восстановиться со временем?

– Мы всегда надеемся на лучшее…

– Спасибо, доктор! А когда можно будет его навестить?

– Хокинс уже в обычной палате, можете приходить в установленное для посещений время. – На этом он с нами попрощался и двинулся дальше, обходить дозором свои не такие уж и маленькие «владения», неся исцеление страждущим и надежду отчаявшимся. Или этим обычно священники занимаются?..

В конторе босс смотрел на меня с откровенным уважением – видимо, ему кто-то уже в красках поведал о вчерашнем происшествии. Скорее всего, размеры моего героизма в очередной «городской легенде» были изрядно преувеличены, но расспрашивать лично он пока что не решился. Разве что позволил уехать пораньше – нужно было узнать, что там с нашей подстреленной «птичкой», и какие запчасти требуются для восстановления ее «здоровья».

В ангаре, теперь напоминающем больничную палату (у дальней стены стоял тот самый «Бивер», от которого до сих пор пахло гарью), техники потихоньку ремонтировали «Сессну».

– Тебе очень повезло, мужик! – обратился ко мне старший из них. – Ты ведь закрылки не выпускал?

– Нет, решил не трогать, просто садился на повышенной скорости, самолет пустой был, полоса здесь длинная, не страшно…

– Привод был поврежден пулей. Могло получиться так, что с одной стороны закрылок бы отклонился, с другой – нет, понимаешь? Или проводка бы закоротила…

А что тут непонятного… Моментальный «привет» с переворотом, на такой высоте и парашют не поможет… Если бы он еще был…

– Ясно, что еще «веселого» расскажешь?

– В общем, более-менее легко отделался. С баками возни много будет, они тут модифицированные, насчет этого расспроси Хокинса, да заодно от нас привет ему передашь. Сами к нему чуть позже зайдем. Законцовку и фонарь на ней починим, пробоины заделаем, это без проблем. Повезло, что в приборы не попали, замена дорого бы обошлась.

– Общая стоимость работ когда будет известна?

– Когда закончим, тогда и скажу… Нам еще «Бивером» потом заниматься, но они двигатель ждут, а новый быстро вряд ли пришлют, так что пока с «Блюбердом» будем работать…

В больнице меня почти сразу проводили в палату к Джиму, только заставили накинуть белый халат. Палата была двухместная, вторая койка пустовала.

– Привет, курсант! – Хокинс старается выглядеть бодрым, но лицо все-таки бледное. – Сам-то цел? А то я «вырубился», не помню практически ничего, только как ты жгут затянул и укол сделал…

– Я-то цел, вот «птичке» досталось. Сейчас там техники работают, кстати, они тебе привет передают, может, чуть попозже и сами зайдут, тогда и расскажут, что там и как. Баки вот только прострелили, с «мертвым двигателем» садиться пришлось…

– Да мне рассказали уже…

– Кто?

– Незадолго до тебя наша Джинджер заходила. Она все и расписала, в красках…

– Почему-то думаю, что там все было сильно преувеличено… – Мы оба тихо засмеялись.

– Нет, она просто рассказала, что на вышке творилось, когда ты срочное сообщение передал. К тому месту сразу катер охраны вышел, да куда там, уже и след простыл… Машину тоже уверенно не опознаешь – фургон, тут таких чуть ли не десятки, да нам тогда и не до того было, чтобы его в подробностях рассматривать…

– Что, такое тут редко бывает?

– До сих пор самолеты не обстреливали, видимо, мы с тобой что-то увидели такое, после чего свидетелей обычно не оставляют.

– И что, теперь все время нужно ходить и оглядываться?

– А что мы с тобой видели-то? Машину? С того расстояния лица не разглядишь. Ко мне тут из полиции уже приходили, кстати, с тобой тоже будут беседовать, так что говори то же самое – что ничего в подробностях не рассмотрел, далеко было, а потом стрелять начали, тогда отстанут.

– Надеюсь…

Джим немного помолчал.

– Придвинься поближе, хочу тебе кое-что сказать… Когда мы с тобой летали, Джинджер каждый раз на вышке сидела, возле радиостанции. Ну, вроде как раньше делала. Только вот я не помню, чтобы после того, как Айван пропал, она туда постоянно приезжала. Так, иногда, чтобы знакомых повидать. А вот когда мы с тобой летать начали – каждый раз там дежурила. Понимаешь, к чему это я?

– Примерно…

– Не изображай тупого, у тебя это плохо получается, как ни старайся. – Он по-доброму усмехнулся. – Она переживает из-за тебя. Дальше сам делай выводы…

– Странно… Я ведь не супермен, и золото по карманам не лежит… После того, как Айван пропал, сколько уже прошло? Неужели за это время она ни с кем не встречалась?..

– Четыре года… Просто у вас с ней характеры чем-то похожи, как ни странно. Ты сам этого не видишь, а мне со стороны хорошо заметно. А встречалась она с кем, или нет – это ее личное дело.

Нет, нужно срочно менять тему разговора, мне только Джима в роли свахи не хватало…

– Джим, а почему техники сказали, что у тебя баки на «Сессне» доработанные?

Хокинс усмехнулся, заметив мою неуклюжую попытку «соскочить» с предыдущей темы, но ответил:

– Перед отправкой сюда я решил кое-что модернизировать, по военному образцу, так сказать. Баки чуть доделали таким образом, чтобы исключить взрыв, если их пробьют. Меня ведь еще тогда предупреждали, что здесь стреляют время от времени… Ладно, ты иди, а то мне после их лекарств спать постоянно хочется. И помни, что я тебе сказал.

– Спасибо, Джим!

– Это тебе спасибо, что вытащил меня оттуда. Если бы не наши с тобой занятия, я бы на маршрут один полетел…

Значит, мне не показалось, я не совсем параноик, и на стоянке действительно была машина Джинджер. Интересно, что она сама за все время о том, что во время наших тренировочных полетов сидела на вышке, не сказала ни разу. Фактически, я ее на аэродроме вообще не видел тогда…

Ладно, пока даже думать не буду на эту тему. А то нафантазировать себе можно все, что угодно, и последующее столкновение с реальностью может оказаться очень болезненным. Хотя, если уж она пригласила меня «погостить» в своем доме… Не буду торопить события. «Вдруг она маньячка какая-нибудь?..» (Это мой внутренний голос так шутить пытается…)

Тут у меня в кармане засигналил сотовый телефон. Ну-ка, кто там у нас?.. О, вот и она, уважаемая фрау Ирма, не к ночи будь помянута… Никак, пообщаться захотела?

– Здравствуйте, фрау инспектор!

– Здравствуйте, Алекс! Я вижу, у вас прямо талант находить неприятности себе на… голову.

– Честное слово, это не специально, оно само так получается…

– Ценю ваше тонкое чувство юмора, но не могли бы вы подъехать ко мне в управление?

(Так скоро ее кабинет мне будет прямо как дом родной… Не дай Бог…)

– Когда?

– Чем скорее, тем лучше.

(…Забыла добавить «Для вас»?..)

– Ясно, уже еду…

Похоже, скоро все сменные дежурные на входе в Управление будут знать меня в лицо и пускать уже как «своего». Приветствие, звонок «наверх», разрешение проследовать на второй этаж, такая знакомая дверь, век бы ее не видеть…

– Еще раз здравствуйте, фрай Ирма!

– Проходите, присаживайтесь…

(Надо же, знает она наши «тонкости», хи-хи…)

– Что вы можете рассказать о вчерашнем происшествии?

– С какого момента нужно начинать рассказывать?

– С самого начала, когда вы утром приехали на аэродром.

– Это будет долгая история…

Инспекторша усмехнулась:

– Ничего, для вас у меня всегда найдется свободное время… Рассказывайте как можно подробнее. И еще: вы не не против, если я сделаю запись нашей беседы?

(Она еще шутит, полицайка немецкая… Екарный бабай, запись, это хуже… Придется говорить медленно и вдумчиво… Кое о чем я пока что упоминать совсем не хочу…)

– Делайте, как считаете нужным…

– Итак, утром вы приехали на аэродром, что было дальше?

И мне пришлось вспоминать весь день чуть ли не поминутно. Зачем ей это понадобилось, а? Разумеется, они наверняка уже опросили кучу народа, но главными действущими лицами в этом представлении были мы с Хокинсом. Ну, обстреляли наш самолет хрен знает где на берегу, да и что с того? Неужели случайно зацепили чей-то не убранный вовремя «хвост»? Похоже… Или пожар двигателя на «Бивере» случился не только по причине его почтенного возраста? Тогда получается, что в дело вовлечен кто-то из персонала аэродрома – технарей, летчиков… А это может быть весьма хреново, мне только очередного «выстрела в спину» не хватает. Получается, мы с Джимом просто «оказались не в том месте и не в то время». Классика жанра…

– Какие-нибудь особые приметы грузовика и катера вам удалось заметить? – снова она об этом, ведь спрашивала уже минут десять назад, только формулировка была другая.

– Нет, в нас стреляли, инструктора ранили сразу же, мне пришлось выводить самолет из зоны обстрела, было не до разглядывания объектов на земле. Я ведь об этом уже рассказывал…

Она мило улыбается, напоминая сытого крокодила:

– Бывает так, что подробности могут вспомниться в самый неожиданный момент…

– Грузовик большой, трехосный, раскрашен в пустынный камуфляж или что-то подобное. Тут половина населения по саванне на таких катается… Катер вообще был маскировочной сетью затянут, видно только было, что довольно большой, но меньше рыбацкого траулера. Когда понял, что там пулемет в мою сторону разворачивают – дал полный газ так, что самолет чуть не развалился. Почему-то вдруг очень сильно жить захотелось… – разговор мне уже порядком надоел, задолбался по несколько раз отвечать на одни и те же вопросы. – Хотите еще что-нибудь услышать, инспектор?

– На обратном пути не заметили ничего необычного?

– У меня было много проблем, фрау Ирма, и главной заботой было хоть как-нибудь дотянуть до аэродрома, на землю не смотрел, только на приборы…

– Спасибо, вопросов пока больше нет. – Слово «пока» она старательно выделила интонацией. Ну ладно, что-то я тут задержался, пора мне и… куда? Домой? А где теперь мой дом?..

По дороге я раздумывал, почему не сказал о замеченных в расщелине каких-то блестящих предметах. Нет, я точно не понял, что именно увидел. А если точно не видел – то и рассказывать незачем, наверное. Но подумать о странном блеске все-таки нужно будет. Только вот далековато туда добираться, и сверху не спустишься. Хотя, альпинист какой-нибудь, может быть, и выполнит эту задачу, но где его тут взять? Снизу, от воды, подняться будет куда реальнее. Мысленно снова и снова прокручивая в памяти увиденное, вдруг понял, что же такое я там заметил: это были какие-то фрагменты, очень похожие на…

Не особенно торопясь, я подъехал к дому Джинджер. Все-таки как-то неловко себя чувствую. В дверях веранды меня встретил бдительный пес.

– Привет, Джек! Хозяйка дома? – спросил я у него по-русски, но мне показалось, что он вполне понял, о чем его спрашивают, и утвердительно гавкнул, хотя и не очень громко. – Тогда веди, что тут стоять-то…

Одетая в серый тренировочный костюм Джинджер была на кухне, и что-то разогревала, с задумчивым видом помешивая в кастрюле длинной ложкой.

– Я думала, ты раньше появишься, – сказала она вместо приветствия.

– Мне на аэродром нужно было заехать, узнать, как там дела с ремонтом самолета идут. Потом в больнице у Джима был. А еще меня к инспектору вызывали, расспрашивали о вчерашнем происшествии… Насыщенный день получился сегодня. Хочу спросить: ты ведь была на вышке, когда мы оттуда возвращались, и все слышала?

– Да! – Что-то она резковато ответила…

– Извини, пожалуйста, если тогда заставил тебя поволноваться, просто так уж получилось… Могу я чем-нибудь улучшить твое настроение?

Она немного «оттаяла», и сказала, чуть помедлив:

– Я подумаю… А сейчас иди мой руки, деятель, ужинать будем…

27 число 03 месяца 24 года, Порто-Франко

Проснувшись, я уже не озирался по сторонам. Теперь я точно помнил, где нахожусь. Только вот основания для моего здесь пребывания были пока что не совсем «основательными», что ли. Ну, пригласила хозяйка пожить, вроде как на время ремонта в мотеле. Так и передумать может в любой момент… Или все-таки не передумает? Нет, плохо я ее знаю, если сомневаюсь… Мы оба старательно не приближаемся друг к другу ближе полуметра, как будто соблюдая молчаливый договор, хотя взаимное притяжение ощущается чуть ли не физически. Права была тогда Рыжик – «как магнитом тянет…» И что теперь мне с этим делать? Ладно, жизнь дорогу подскажет…

Сегодня Джинджер еще не проснулась, поэтому я позавтракал и отбыл на работу в одиночестве, разве что пес проводил до дверей. Да и ладно, пока буду размышлять, что бы предложить Джин этакого «развлекательного» на выходные. Или хотя бы в ближайшие свободные день-два, когда мы оба будем не заняты. Крутится в уме одна идея, нужно ее до конца оформить, а потом уже и озвучивать. Ничего, день длинный, что-нибудь да и придумается.

Время прошло незаметно, программа действий была практически такая же, как и вчера, за исключением посещения полицейского управления – сегодня инспекторша меня не побеспокоила. Видимо, сверяла показания с полученными из других источников. А чего там сверять-то? Разве что насчет пожара двигателя у «Бивера» что-то интересное выяснилось…

Посетив Джима, я возвращался домой к Джинджер с уже полностью оформившейся идеей. Для ее реализации мне понадобится некоторая помощь самой Джин, но скорее всего, она заинтересуется.

– Добрый вечер, несравненная Джинджер! – поприветствовал я ее. В этот раз она сидела в гостиной, смотрела местные новости, для разнообразия вместо спортивного костюма она надела длинный халат, полностью скрывший ее стройные ноги. – Как дела?

– У меня все нормально, а у тебя что сегодня нового?

– В конторе все работает хорошо, босс уважает, самолет ремонтируют, Джим сегодня чувствует себя лучше, чем вчера… И еще, я хотел бы тебе кое-что предложить на ближайше выходные, если у тебя нет других планов. Но мне потребуется твоя помощь…

Красавица заинтересованно посмотрела на меня:

– И что ты мне предложишь? Морскую прогулку?..

(Ну, блин, точно у нее в родне ведьмы были…)

– Джин, ты мысли читаешь, или по моему лицу догадалась?

– Считай это удачной догадкой. Где планируешь брать катер?

– Как раз по этому поводу я хотел попросить твоей помощи, ты здесь всех и все знаешь, наверное…

– Я могу одолжить катер у своего хорошего знакомого, несколько раз мы кампанией катались на пикники..

– Отлично! А катер большой? До нужного места идти несколько часов вдоль берега.

– Большой, баки у него тоже не маленькие. И что мы там найдем?

– Как минимум – хорошее настроение. А как максимум – что-то интересное.

– И что же конкретно?

– Пока сам не знаю… Но на всякий случай спрошу: ты стрелять умеешь? Придется взять с собой оружие, на всякий случай. Сейчас вдоль берега катера береговой охраны ходят, но все-таки…

– Стрелять умею, оружие есть.

– А я его у тебя раньше не видел, только мечи и кинжалы…

– Пойдем, сейчас все сам рассмотришь.

Мы пошли в комнату, где были развешаны мечи. Джинджер подошла к шкафу, стоявшему чуть в стороне, что-то нажала сбоку и легко сдвинула его в сторону, открыв спрятанную до сих пор нишу в стене.

Что могу сказать: довольно скромно, учитывая ее возможности, но со вкусом. Австрийский «Штайр» с оптическим прицелом, Хеклер-Коховский МР-5, и пара пистолетов, каких именно – не разобрал, тоже что-то или австрийское, или швейцарское.

– Что из этого возьмешь?

– «Штайр» и вот этот «Зиг-226».

Как ни странно, пистолет не казался очень уж большим в ее руке, и держала она эту довольно тяжелую железку вполне уверенно.

– Тогда я возьму свой «Калашников» и «Глок». «Укусить» в ответ хватит, если что.

– Если я договорюсь насчет катера в ближайшие выходные, будет нормально? – спросила Джин.

– Да, не хочу откладывать, вдруг кто-то нас опередит…

– Ты меня заинтриговал, правда! А теперь пойдем на кухню, будем ужинать и думать, что еще взять с собой…

– Если честно, здесь развлечений не очень много. И сколько раз мне предлагали «морские прогулки» – ни один компьютер не подсчитает. Но ты оказался единственным, кто предложил не рыбалку и не пикник, а «приключение», – призналась Джин.

Прямо вот так и хочется спросить, часто ли она каталась на такие «прогулки», но лучше промолчу. («Леди на такие вопросы не отвечают, потому что джентльмены их не задают!..» – права была Мэри Поппинс…)

Тем временем Джинджер продолжает:

– …Насчет катера завтра же и договорюсь, а то владелец мог и сам что-то запланировать. Хотя, он сейчас редко в море выходит, все делами занимается, даже в выходные, после сезона дождей наверстывает. Так, с заправкой тоже решим… Ясно, завтра ты спокойно занимаешься своими делами, а я все подготовлю.

– Джин, ведь это я предложил морскую прогулку, а подготовкой занимаешься ты…

– Все нормально, просто хочу заняться какими-нибудь приятными делами, для меня это тоже развлечение. Как раз завтра мне дня должно хватить, чтобы все подготовить, а послезавтра с утра и выйдем на морскую прогулку.

– Совсем забыл спросить: ты катером управлять умеешь? У меня с этим меньше, чем никак…

– Этому я еще на Старой Земле научилась, вдоль берега ходить – ничего особенно сложного нет, главное, на камни не напороться. Здесь спасательных служб практически не существует, пока до места аварии кто-то доберется – спасать будет уже некого, в море слишком много хищников.

– Оптимистично, скажем прямо…

– Просто постарайся не упасть за борт, и все будет нормально!

– А знакомый, у которого собираешься катер одолжить, он что за человек, вообще?

– Занимается поставками товаров из-за «ленточки», в общем, я стараюсь поддерживать с ним хорошие отношения, несколько раз это знакомство уже пригодилось.

– Он служит в Ордене?

– Да, но как ни странно – человек нормальный. И женатый, так что можешь не ревновать. – Тут Джинджер лукаво прищурилась.

– Мне как-то не…

– Можешь не оправдываться, я все вижу!.. – она уже откровенно улыбалась. И что такого веселого разглядела?..

Поболтав еще немного, мы закончили наш веселый ужин и пошли в гостиную. Там попытались смотреть какой-то фильм, но я начал позорно вырубаться и «клевать носом» (эти дни все какие-то суматошные получаются), Джин это заметила и решила, что мне пора ложиться, завтра рабочий день. Сама она все-таки решила досмотреть фильм, включив телевизор в спальне, но мне это помешать не смогло – очень уж хотелось спать.

Посреди ночи я проснулся. Оказалось, что возле дивана кто-то стоит. Хотя, кто тут может стоять? Это Джинджер, наверное, я ее своим храпом разбудил.

– Джин, я что, так громко храпел, что тебя разбудил?

В темноте раздался смешок:

– Нет, пришла тебя проведать. Подвинься! – и она скользнула под одеяло. – А теперь спи дальше, – пресекла она мои попытки развить ситуацию в интересном направлении. – Просто спи!..

И я почему-то сразу «просто заснул», практически мгновенно. Вот ведь…

28 число 03 месяца 24 года, Порто-Франко

Как ни странно, отдохнул просто отлично. Утром я пробудился еще до сигнала будильника в часах, рядом слышалось тихое и спокойное дыхание прильнувшей ко мне Джин. Пожалуй, только сейчас я смог почувствовать себя «дома», наверное, в первый раз за все время своего пребывания на Новой Земле. Как будто именно здесь мое место, в этом непростом мире. Только вот не слишком ли это самоуверенно? Не хотелось бы внезапно разочароваться…

Негромко запищал сигнал в часах, Джинджер сонно зашевелилась рядом. Я погладил ее по щеке, она приоткрыла один глаз и тихим голосом спросила:

– Как тебе спалось?

– Замечательно! Впервые за все время почувствовал себя как дома… – Тут я осекся и замолчал.

Джин тихонько зевнула, прикрыв рот рукой, и сказала:

– Вот и будь как дома… Все, тебе на работу пора собираться, иди завтракай!

Нужно ли говорить, что почти весь день настроение у меня было отличным? В конторе удалось буквально «с полпинка» отремонтировать блок, давно валявшийся на полке, затем мы с напарником быстро ликвидировали пару неисправностей в распределительных коробках. Больше ничего срочного не было, и я поехал на аэродром.

Техники обрадовали меня тем, что смогли аккуратно заделать почти все пробоины и проверили баки. Разве что новый фонарь взамен разбитого еще не прислали, но обещали до конца следующей недели все закончить. Только вот озадачили, сказав, что «Сессну» придется красить заново, иначе самолет будет выглядеть как ребенок после ветрянки. Поблагодарив их, я отправился навестить Хокинса в больнице.

Джим выглядел весьма озабоченным, даже на мое приветствие ответил не сразу.

– Что-то случилось? – спросил я у него.

– Доктор сказал, что у меня задет нерв, и рука может долго восстанавливаться. Думаю, что это он еще оптимистично выразился. Даже не знаю, что теперь с самолетом делать, если рука будет плохо работать, летать не смогу. Наверное, придется продавать «Сессну»…

Ну вот, а день так хорошо начинался…

– Джим, техники там потихоньку работают, сказали, что заново красить нужно будет, чтобы пятна в местах пробоин замазать.

– С этим можно и повременить, новый владелец пусть сам решит, в какой цвет окрашивать «птичку». А ты что загрустил?

– Да вот, расставаться с «Блюбердом» почему-то не хочется. Она ведь нас оттуда вытащила…

– Ну так сам покупай, твоя будет! – Хокинс усмехнулся, но заметил выражение моего лица и добавил: – Подожди отчаиваться, у меня еще с рукой до конца не все ясно. В любом случае, торопиться с объявлением насчет продажи пока не буду. Если честно, мне бы хотелось, чтобы ты на ней летал, у тебя это хорошо получается.

– А уж как мне самому этого хочется…

Из больницы я вышел «в растрепанных чувствах». Самолет купить – для меня все равно что… не знаю даже, с чем сравнивать. Вот ведь, всю мою душу трепетную растревожил… Ладно, пора ехать, там кот уже без меня соскучился. Наверное…

К дому ехал, раздумывая на тему: «Где же взять большую кучу денег?..» Нет, на оплату ремонта средств, имевшихся в наличии, вполне хватало. А вот остальное где брать? Так ничего толком и не придумав, поставил машину под навес и пошел в дом, мимоходом глянув на небо, затянутое облаками. Лишь бы завтра погода была нормальная, а то накроется морская прогулка. Должны быть море, солнце и радость! А если не будет видно солнца – то и радость уже не та…

Повесил куртку возле входа, прислушался – все тихо. В гостиной никого не было, на кухне – возле стола лежали бок о бок Джек с Васькой и дремали. Судя по отсутствию реакции на мое появление (Джек слегка приоткрыл один глаз и тут же его снова закрыл) – они явно недавно поужинали и были весьма довольны жизнью. Ага, из «оружейной» доносится какой-то шум.

Тихо подойдя к двери, осторожно заглянул внутрь. Все ясно, это Джинджер упражняется, снова меч вертит с бешеной скоростью. Я не стал ее окликать пусть сначала закончит свою «Ката с «Клеймором», просто стоял, прислонившись к косяку двери, и любовался. А зрелище было и правда впечатляющее!

Тогда, в первый раз, Джин все-таки чуть замедляла свои движения, не желая подвергать меня опасности. Сейчас она резвилась вовсю, даже на расстоянии я ощущал ветерок, поднятый ее взмахами и перехлестами. Обуви на ней не было, на полу расстелен какой-то толстый коврик. Одежду Джин выбрала не стесняющую движений – облегающие шорты и короткий топ, все темно-красного цвета. Глаз она не открывала, и я даже заинтересовался: чувствует она сейчас мое присутствие, или полностью отключилась от окружающей действительности? Неужели каждый день так занимается, просто я сегодня приехал чуть раньше, вот и застал ее во время тренировки? Почему-то вспомнился старый фильм с Адриано Челентано в главной роли… Но эта мысль быстро куда-то исчезла, как только Джин замерла, видимо, завершив упражнения, и медленно повернулась в мою сторону, уже с открытыми глазами. Меч она держала перед собой вертикально вниз, уперев его в пол.

– Ну, как дела? – спросила она меня, по голосу было слышно, что даже не особо запыхалась.

– Дела почти нормально, нужно подумать будет кое о чем…

Она пристально посмотрела на меня, потом, видимо, что-то для себя решила и протянула руку, жестом приглашая войти. Хорошо, что я по старой привычке хожу по дому без обуви…

Подойдя к ней, я встал напротив. Джин заглянула мне в глаза, вдруг неожиданно взяла мою руку и приложила к навершию рукояти. Мы обхватили этот «шарик», наши руки переплелись. Ай! Что-то как будто кольнуло в ладонь. Красавица тоже почувствовала нечто похожее, потому что ослабила свои руки и посмотрела на кожу ладони, где виднелся бледный отпечаток граней вделанного в навершие топаза. Ну да, обработка-то грубоватая, а она сжала руки весьма чувствительно. Я посмотрел на свою ладонь – да, вижу такой же след, ну и что из этого? Джинджер посмотрела на свою руку, на мою, заглянула мне в глаза, и через несколько очень длинных секунд осторожно шагнула в сторону и аккуратно положила меч в стороне. Затем, видимо, решив для себя что-то очень важное, прижалась ко мне и замерла. Я гладил ее по волосам, плечам, наши объятия становились все теснее и теснее. Она чуть отстранилась, но я снова прижал ее к себе и поцеловал. Почти сразу наша одежда полетела в разные стороны…

А дальше… Мы держались друг за друга так, как наверное, вцепляется в оказавшийся рядом спасательный круг моряк, оказавшийся за бортом в разгар сильнейшего шторма. Казалось, никакая сила не сможет заставить нас разорвать объятия, мы оба знали, что сейчас нельзя отпускать руки, ни за что, ни по какой причине, даже если небо начнет падать на землю…

В конце концов Джин оказалась сверху, замерла на мгновение, что-то тихо прошептала и обессиленно уткнулась мне в плечо. Почти сразу она стала приподниматься, но я удержал ее, обняв и шепча:

– Прошу, не уходи сейчас, пожалуйста, пожалуйста…

Она не стала протестовать, а потихоньку опустилась на меня и замерла, расслабляясь. Наше дыхание постепенно стало приходить в норму, сердца возвращались к обычному ритму. Вдруг Джин издала удивленный возглас, я посмотрел в ту же сторону, что и она – солнечный луч пробился сквозь облака, попал через окно на лежащий меч и камень в навершии рукояти засиял, разбрасывая по сторонам желтые искры. Буквально через несколько секунд облака снова закрыли солнце, и луч погас. Джин ласково, но настойчиво уперлась ладонями мне в грудь и приподнялась, смущенно улыбаясь. Надо же! Прошедшая в буквальном смысле «огонь, воду и медные трубы» Джинджер смутилась!..

Подобрав с пола свою одежду, она вышла в коридор, и почти сразу послышался шум воды в ванной комнате. Быстро одевшись, я осторожно вернул меч на его постоянное место, затем скатал коврик и положил его в углу. Все, снова здесь тишина и благополучие. Разве вот только сейчас форточку открыть нужно, а то что-то жарковато…

Вышедшая из ванной Джин, уже одетая в длинный халат, сказала:

– Теперь давай иди ты, на кухне все обсудим.

Ладно, если предлагают, протестовать не буду. Тем более, что обсудить было что…

– Сразу расскажу насчет поездки, – начала разговор Джинджер. – Насчет катера я договорилась, главное – вернуть его не позже вечера послезавтрашнего дня. Если до того времени не вернемся – начнут искать.

– А примерный маршрут они не просили указать?

– Примерно вдоль берега на север, этого им достаточно.

– Еще я тогда забыл сказать: могут понадобиться веревки и что-нибудь из альпинистского снаряжения. Склон тогда не смог подробно рассмотреть, некогда было, сама понимаешь. Там не вертикальная стенка, осыпь камней, но достаточно крутая, подниматься будет тяжело.

– Сейчас посмотрю, есть по паре длинных веревок и страховочных обвязок с карабинами. Давно лежат, еще «из прошлой жизни», но чтобы подняться по не особенно крутому склону – вполне подойдут. Кстати, как у тебя с горной подготовкой? – Она с усмешкой посмотрела на меня.

– Если честно, именно с «горной» – никак. Больше двадцати лет назад довелось в пещеры спускаться несколько раз, друзья уговорили, там было что-то подобное. Пришлось кое-где карабкаться по стенкам и спускаться-подниматься по веревкам. Но так давно это было… Так что считай, что влезть наверх смогу, если без экстрима и склон не очень крутой.