Текст книги "Одиночка. Компиляция (СИ)"

Автор книги: Александр Долинин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 91 (всего у книги 104 страниц)

Как только стрелка легла на нужную отметку, я дал полный газ, все остальное выставил заранее. Закрылки в ноль, скорость, скорость, скорость!..

Оторваться сумел метров за пятьдесят до зарослей, повезло… Еще немного, и деревья бы точно помешали… Набрав немного высоты, заложил вираж, разворачиваясь в сторону Порто-Франко, и увидел пылящий между холмов джип непонятного цвета – настолько он был грязен от колес и до крыши. Как они искали – нюхом, что ли?.. Хорошо, что ночью не приехали… Увидели они меня, или нет? Скорее всего, да– Вон, притормозили и начали разворачиваться. Обломитесь, гады!.. Теперь вам туда ехать незачем, и львов не побеспокоите…

Поднявшись до двух тысяч футов, я выставил нужный режим и включил автопилот. Теперь можно и передохнуть. Скорость – не самая большая, сильно напрягать получивший еще неизвестно какие повреждения самолет не хотелось. Мозги тоже хотели отдохнуть после такой кучи впечатлений, так что большую часть пути я проделал в непонятном состоянии «подвешенного ума», наслаждаясь пустотой в голове. Но это не мешало выискивать взглядом известные ориентиры и время от времени подправлять курс, чтобы компенсировать снос ветром.

…– Порто-Франко Вышка, здесь «Редлайн», как меня слышите?

– «Редлайн», слышу вас хорошо. Наблюдаю вас, удаление сорок.

– Вышка, я «Редлайн». Иду нормально, расчетное время прибытия… двадцать минут. Утром вам передали информацию? Прием.

– «Редлайн», все приняли и передали. Начальство благодарит. Да, тут к тебе… – говоривший отключился, и я услышал совсем другой голос, такой знакомый…

– «Редлайн», ты где потерялся? Обещал быть к ужину!..

– Вышка, форсмажорные обстоятельства. Да, ты умеешь готовить барбекю из антилопы? Прием.

– Какое fucked барбекю, какая fucked антилопа? Ты там что, к любимой фляжке приложился опять? – Похоже, Джин не на шутку разозлилась, нужно выкручиваться…

– Милая, ты же знаешь, я трезвенник… Дичь умеешь разделывать? Прием.

– Джима попрошу. Вот он, рядом стоит… – Послышались непонятные звуки, затем голос снова стал мужским.

– Я очень рад за вас обоих, но хватит трепаться на служебной частоте. Заход на посадку разрешаю с прямой, давление два-девять-девять-пять [В дюймах ртутного столба, 29,95Нд], ветер 80 на шесть.

– Я «Редлайн», условия принял. При выходе на прямую доложу. Конец связи.

– Конец связи…

Глава 4

– Порто-Франко Вышка, здесь «Редлайн», полосу наблюдаю, прошу посадку.

– «Редлайн», вас наблюдаю, разрешаю посадку с прямой, посадочный девяносто.

– Посадочный девяносто принял…

«Ганшипа» на стоянке не видно, на аэродроме вообще пусто. Ну и ладно, не буду отвлекаться. Стараюсь снижаться как учили, знаю, что сейчас, скорее всего, за мной наблюдает Джим. Ругаться он не будет, но давать повод для дружеских подначек все равно не хочется.

Ну, вот я и дома!.. Касание полосы (вышло почти идеально, Джим наверняка будет доволен), пробежка и руление к своему ангару. Эй, там что – выставка или демонстрация?.. Сбоку от вышки стояли штук пять разных джипов. Ну, красный «Гелендваген» понятно чей, белая «Тойота» Эвелин, потрепанный пикап-внедорожник Джима… И парочка орденских?.. Мда… Только их мне сейчас не хватало… Или они по своим делам приехали?

Как только подрулил к своему ангару, увидел быстро идущих от вышки людей. Кто там шагает? Даже приглядываться не буду… Ох, что сейчас начнется!..

Техник подошел к «Сессне», дождался, пока я выберусь из кабины и спросил:

– Что случилось?

– Да вот, мелкие неприятности… Посмотри с другой стороны, снизу фюзеляжа…

Через полминуты я услышал громкий удивленный свист.

– Это как тебя угораздило?

– Кто-то пальнул из кустов… Замкнуло проводку, так что пришлось срочно садиться, потом разбираться с проводами, ремонтировать… Глянешь, что и как? Наверное, придется там все переделывать. Я скрутил кое-как, замотал, чтобы только долететь сюда.

– Хорошо. Если что, могу поискать готовый комплект, вроде был на складе, – сказал техник, заглядывая в кабину и пытаясь найти видимые повреждения внизу. – Считай, ты в рубашке родился.

– Спорить не буду…

Техник вылез из кабины и пошел в сторону своей каморки с запчастями. Я смотрел ему вслед, когда меня крепко ухватили за руку и бесцеремонно развернули в другую сторону.

– Рассказывай, что случилось! – Весьма недовольная Джинджер встала со мной буквально «нос к носу». Чуть в стороне ухмылялся Джим и улыбалась Эвелин. Да, им-то что, все закончилось хорошо… Вроде бы…

– Всем доброе утро!.. – Я приветливо улыбнулся. – Вылетел по указанию диспетчера. Возле фермы никого не увидел, стал кружить вокруг, думал, что выйдут и покажут, как и что. Вот и показали…

– Давай точнее, что тебе там показали?

– Пальнули из кустов, повредили провода. Улетел оттуда как можно дальше, нашел полянку, сел… До темноты все исправить не успел. Утром доделал и улетел… Вот, теперь стою тут, рассказываю тебе об этом…

– А что ты там говорил о каком-то барбекю из антилопы? Ухитрился еще и поразвлечься с охотой? – Джим прекратил улыбаться и буквально навострил уши.

– Милая, давай сначала разберемся с тушей… Джим, ты как, поможешь справиться с трофеем?

– Да, сейчас подгоню свой пикап. Она большая?

– Вот, смотри… – Я открыл люк багажного отсека. – На нас четверых должно хватить.

– Ого!.. И как это ты успел?..

– Сейчас некогда рассказывать. Лучше скажи, сколько нужно времени на все эти дела?

– Так… Дай подумать… Вечером, перед закатом, нормально? В двадцать часов подъезжайте ко мне, и начнем. У вас на участке жаровни все равно нет.

– Договорились!

Джим пошел за своей машиной, а Джинджер повернулась к Эвелин.

– Скажи ей спасибо, утром начала всех дергать, потребовала, чтобы разрешили ей лететь на твои поиски.

– Спасибо, Эва! – Я подошел к ней, обнял и дружески чмокнул в щечку. Она покраснела, явно рассчитывая на большее, но только еле слышно вздохнула.

– Я подумала… Если не вернулся вовремя, значит, что-то случилось… Там не очень далеко, летел наверняка по прямой… Вот мы тебя и нашли, быстро получилось.

– Сверху никого не видели? – спросил я, вернувшись к самолету и вытаскивая сумки з кабины.

– Нет… И ферму рассмотрели издалека – никого.

– Я же просил, чтобы не подлетали туда!..

– Мы и не подлетали. В бинокль глянули только, и все.

– Ясно… – Хотя на самом деле мне еще ничего не было ясно.

– И все-таки!.. Рассказывай, где взял эту несчастную антилопу?!.. – Джин снова дернула меня за руку. Но тут скрипнули тормоза, и возле нас остановился пикап. Джим вылез и открыл задний борт.

– Давай сюда дичину!.. Эх, давненько я на охоте не был!

Я вытащил замотанную в полиэтилен антилопу и перенес ее в кузов.

– Чем ты ее, из автомата?

– Она увидела, куда я целюсь на посадку, и умерла от смеха. Сплошные кусты и коряги вокруг…

– Ладно, шутник, поеду, такое ответственное дело суеты не любит. Всем пока!

Эвелин, однако, никуда не торопилась. Ходила вокруг «Сессны», внимательно осматривая низ фюзеляжа, потом сунулась в кабину.

– Сильно задели? – Наверное, девчонка что-то заметила, нужно быстро отвлечь, пока Джинджер не заинтересовалась.

– Да так, пришлось разбираться с проводами. Ничего страшного, только долго. Ты лучше скажи – с чего решила подымать тревогу?

Эвелин очень даже заметно покраснела.

– Можно… я лучше потом расскажу, хорошо?

– Как хочешь, как скажешь… – Я закончил перебирать вещи и застегнул сумки. Да, аварийный запас нужно восстановить, мало ли что. Вдруг еще кого-нибудь из местных старожилов придется угощать консервированной ветчиной. Шучу, конечно…

Я посмотрел на Джинджер – она молча стояла и в задумчивости поглаживала капот «Сессны».

Подошел улыбающийся техник.

– Я посмотрел, монтажный комплект нашелся, должен подойти. Тем более, эти провода и так скоро нужно было менять, совсем жесткие. Сколько лет уже прошло с выпуска?

– Да понятно, изоляция со временем лучше не становится, особенно на здешней жаре… Кстати, аккумулятор тоже вытащи. Возможно, придется новый искать…

– Ну так что, тогда я загоняю птичку в ангар и начинаю работу?

– Конечно, только надо диспетчеру сообщить, что аппарат на ремонте, чтобы не дергал. Торопиться не будем.

– Я сам скажу. И еще…

Договорить ему не удалось. За ангаром снова скрипнули тормоза подкатившей машины, но в этот раз подошел орденец с нашивками сержанта или что-то вроде того.

– Вы пилот этого самолета?

– Да, а что?

– Я прошу вас проехать с нами, нужно снять с вас показания.

– Это надолго?

– Нет. Час, может, два…

– Джин, я съезжу ненадолго? Видишь, меня просят помочь разобраться с этим делом.

– Ладно. Только долго не задерживайся, мне вчера переживаний хватило! – строго ответила она. – Эва, поехали. Видишь, он уже здесь. Жив и здоров. Во всяком случае, пока… – многозначительно добавила она, уже тише, будто про себя. Но орденец расслышал и улыбнулся, однако моментально принял строго официальный вид.

– Сейчас, только в машину сумки отнесу, – сказал я сержанту. – Потом поеду за вами.

– Хорошо, ждем вас. – Он развернулся и пошел за ангар.

Я забросил сумки в машину, сел и завел мотор. Успел заметить, как машины Джинджер и Эвелин скрываются за зданием вышки, направляясь к выезду с аэродрома. Удивительно… Никаких истерик, слез или бурных объятий. Вернулся? Очень хорошо, дома поговорим… Но сейчас меня это устраивало. Надо еще что-нибудь про антилопу сочинить… Или сделать вид, что выпил и начать представление в стиле барона Мюнхаузена? Ладно, вот уже орденский джип подрулил, сигналит. Не терпится ему…

– Добрый день, фрау Ирма! – Я почему-то не удивился, когда увидел в кабинете свою давнюю знакомую.

– Добрый день, Алекс! Давно не виделись!

– Так это просто замечательно! Значит, поводов не было, – ответил я, улыбаясь.

– Вот так всегда. Никто нас не любит, – грустно ответила фрау Ирма. – Вспоминают только тогда, когда жареный петух клюнет…

– Не люблю отвлекать занятых людей. Не дай Бог, попадешься под горячую руку…

– Хорошо, давайте ближе к делу. Расскажите, что случилось во время вашего полета на ферму? – Она придвинула к себе чистый бланк и взяла ручку. Заполнив несколько пунктов, посмотрела на меня, ожидая ответа.

– Так… Мне позвонил дежурный и попросил слетать на ту ферму, забрать больного.

– Вы полетели один, без врача?

– Как я понял, там была просьба только забрать побыстрее, и доставить в больницу. У меня в самолете места под носилки нет, больной займет все заднее сиденье. А куда врача девать? С переднего сиденья он все равно ничего сделать не сможет, а мне только мешать будет. Да я уже несколько раз так летал… Тут как в такси – берешь, привозишь, перегружаешь в «скорую», и адьёс!..

– Понятно. И что дальше?

– Прилетел на место, стал кружить вокруг фермы. Они сказали диспетчеру, что с радиостанцией проблемы, и частоты для связи не сообщили… Я подумал, что кто-нибудь должен выйти наружу, указать, где садиться, или сигнал какой-нибудь дать.

– И что?

– А ничего!.. Только овцы в загоне бегали. Я еще подумал – ни одной машины, ни одного человека во дворе, куда все подевались? Может, к полосе пошли? Так хоть бы шашку с цветным дымом зажгли, об этом даже дети на всех фермах знают, ученые уже…

– И долго вы так летали?

– Несколько минут, чуть ли не по крышам ходил – никого. Потом развернулся и отлетел чуть в сторону, начал искать полосу. Она оказалась ближе к холму, маленькая и узкая, как… Плохая, короче говоря. Кусты со всех сторон очень близко растут, с торцов деревья высокие остались… Кто ее делал, тот явно не перетрудился.

– Почему вы не приземлились, чтобы оказать помощь?

(Это она сейчас к чему? Мне что, «дело шьют»?.. Типа «оставление человека в опасности»?!..)

– А кому там я должен был помогать? Хоть бы кто нос высунул, рукой помахал…

– Мало ли, может, без сознания лежал… – прищурилась фрау Ирма.

– Из разговора с диспетчером я понял, что вызывал не сам больной, так что «помахать рукой» было кому. Куда они делись – я не знаю. Приземлиться, потом идти искать? Мало ли кто там из зверья вокруг мог бродить. Сожрут и не подавятся, сами знаете. Причем вместе с самолетом…

– Что случилось потом?

– Я… Короче говоря, стал летать очень низко вдоль этих самых кустов. Из них никто не вышел. На развороте заметил, как веткой закрывают спрятанную машину. Какую именно и кто, в деталях не разглядел. Решил пройти вдоль полосы еще раз, увидел блеск стекол, и тут меня обстреляли. Из чего – не понял, некогда было раздумывать. Услышал стук по фюзеляжу, удары… Дал полный газ и удрал, что еще оставалось? Пока набирал высоту, почувствовал запах дыма от горящей изоляции. Пришлось срочно искать площадку и садиться. Отлетел как можно дальше от фермы за холмы… Приземлился… Стал разбираться с проводами, до темноты не успел. Утром подключил радио, услышал вызов. Связался с поисковиками, рассказал, в чем дело. Когда закончил ремонт, полетел сюда. Вот и все…

– А почему вы решили, что информацию об этом нужно сообщить Ордену?

– Считайте, интуиция. «Ганшипы» просто так не летают. До вчерашнего дня я вообще не знал, что они здесь есть. И про банды в здешних краях давно ничего не слышали. Ну, бывают перестрелки, но чтобы по-крупному… Вот и подумал, может, пытались найти именно этих? Вряд ли в меня стреляли взбесившиеся фермеры, перебравшие своего самогона. Они бы пальнули еще тогда, когда я у них над крышами летал.

– Вы правы, это были не фермеры. Наша группа прибыла на место вертолетом, вскоре после сообщения от поисковиков. К тому времени живых там не осталось. Машины стояли в сарае. Сами понимаете, разглашать эту информацию нельзя. И думайте, что будете рассказывать об этом полете другим.

– А что тут думать? Полетел, обстреляли. Сел, починился, прилетел назад. Все!

– Наверное, так и сделайте. Прочитайте и распишитесь вот здесь… и здесь. Спасибо, более вас не задерживаю.

– До свидания, фрау Ирма! Надеюсь, наша следующая встреча будет не скорой, и по какому-нибудь более приятному поводу…

– Я тоже очень на это надеюсь, Алекс…

Выйдя из «казенного дома», я пошел к стоянке, где рядом с полицейскими и орденскими машинами стоял мой «Буцефал». Похоже, мне снова удалось мимоходом с размаху вляпаться в какую-то мутную хрень. Кто бы мог подумать…

Дома я загнал машину под навес и затащил сумки на веранду. Нужно поднять их наверх, чтобы наш любопытный Незнайка не залез. А то у меня там много всяких интересных железяк. Вот подрастет, тогда и будем на стрельбище ходить вместе, сейчас еще рано ему показывать, как загадочно блестят вороненые стволы.

Кстати, «Гелендвагена» под навесом не оказалось. Где она катается? Сейчас узнаю…

На кухне – тоже тишина. Никого нет, что ли? Точно… Разве что Джек подошел ко мне, процокав когтями по доскам пола, и ткнулся носом в руку.

– Ну, здравствуй! Как вы тут без меня, не баловались?

Пес мотнул головой и отошел. Его сменил кот, мимоходом потершийся о мою ногу, и тут же запрыгнувший на табуретку возле стола.

– Нет, ребята, пулемет я вам не дам… В том смысле, что сначала вымоюсь, переоденусь, а уже потом съем чего-нибудь. Вот тогда и подходите.

Кот еле слышно вздохнул.

– Ничего, подождешь полчаса, и так толстый.

Он с оскорбленным видом отвернулся – мол, я не толстый, а просто весьма упитанный!.. Джек улегся на свой коврик и сделал вид, что данная тема его вообще не интересует, и он готов ждать столько, сколько потребуется. Не то, что некоторые вечно голодные коты…

Я успел затащить свои сумки наверх, принять душ, закинуть вещи в стиральную машинку, вскипятить чайник и нарезать себе бутербродов. Только начал жевать второй, как загудел «Гелендваген» Джинджер. Нужно пойти, встретить, явно ездила за покупками.

– Папа! – громко протопотав, сын вбежал в дом и подпрыгнул, так что я подхватил его на руки.

– Мы с мамой ездили… купили много… еды… – Сложные слова выговаривать ему еще трудновато, и он старается обойтись короткими.

– Устал?

– Неа! – он помотал головой. – А где ты был?

– Далеко, не успел вчера вернуться до темноты.

– Мама сильно ругалась вечером.

– И что говорила?

– Она думала, что я не слышу… «Опять нашел при-клю-че-ни-я на свою зопу!..» И потом еще много непонятных слов, которые я не запомнил…

– Ладно, только маме не говори, что все слышал, и не повторяй этих слов, а то она очень рассердится. Пойдем, поможем ей…

Мы вышли к навесу, где Джинджер заканчивала выгружать из машины пакеты с покупками. Что-то она разошлась всерьез, будто затаривалась на месяц вперед. Что там такое объемное?

– Алекс, бери все это и неси на кухню, там я сама разберусь.

– Да тут за один раз и не утащить!..

– Тогда сходи два или три раза. – Похоже, она все еще была не в настроении.

– Сейчас все сделаем. – Я дал сыну в руки самый мелкий и безопасно выглядевший пакет, который Уильям с важным видом тут же утащил в дом. Подхватив пару других, весьма впечатляющих размеров пакетищ я пошел на кухню, где и оставил их возле плиты.

– Джек, охраняй! А то кот сейчас влезет.

Кот посмотрел на меня высокомерным взглядом оскорбленной невинности – мол, не очень-то и хотелось, и отвернулся. Джек только чуть приоткрыл один глаз и стукнул хвостом по полу – мол, указание понял.

Джин все еще стояла возле машины.

– Забирай еще вот эти два, остальное я унесу. – Голос вроде бы нормальный, неужели она больше не сердится?

– Как скажешь, милая… А то давай, еще один возьму.

– Бери… Мой герой! – надо же, какая ирония мне послышалась в этих двух словах!.. Ну, насколько я ее знаю, скоро сама все расскажет.

И я не ошибся.

– Садись, доедай свои бутерброды. Заодно налей сок для Уильяма, он наверняка пить хочет.

– Да, мама, хочу!

– Тогда садитесь возле стола и не мешайте. – Джинджер принялась распихивать купленные продукты по местам в шкафчиках и на полках холодильника. – Ты бы только знал, сколько я передумала всего разного за эту ночь!.. – Бутылка в ее руке ударилась о полку заметно сильнее, чем требовалось.

– Сама знаешь, из саванны позвонить не получится, а радио оттуда не доставало.

– Знаю… Но что я должна была подумать?!.. Еще эта девчонка принеслась утром, да как начала трещать: «Ой, Алекс еще не вернулся? Ой, надо срочно лететь, его искать!..» Как будто я и сама не знаю… Оставила Уильяма с няней, поехали к Джиму. Он сразу согласился, потом все вместе поехали на аэродром. Эвелин и Джим улетели, а я осталась ждать на вышке. Ты представить не можешь, как я волновалась!

Мне оставалось только виновато промолчать. Ведь все знают простую житейскую истину «В браке две стороны. Одна из них всегда права, а другая – муж!»…

– И еще антилопа эта откуда-то взялась!.. Я тут с ума схожу, а ты развлекаешься!

– Милая, тут все непросто… Кому рассказать, сразу закричат, что вру больше, чем настоящий охотник.

– Смеешься?

– Нисколько. Если бы лично не приволок эту антилопу, точно и сам бы не поверил.

– А ты попробуй!

– Хм… Не хочу рассказывать одну и ту же длинную историю же несколько раз подряд. Давай подождем до вечера? Там всем сразу и поведаю.

– Ладно… Шахерезада ты наша… Но я все еще сержусь на тебя!

– Мама, не сердись на папу! Пожалуйста!.. – Уильям допил свой сок и умоляюще смотрел на Джинджер.

– Ладно, милый, если ты так просишь!.. – Она подошла и легонько взъерошила его макушку. – Иди в свою комнату. Наверное, ты еще не сложил игрушки в ящик, как я тебе говорила?

– Ой!.. Я быстро… – и сын убежал, едва не забыв поставить кружку на стол.

– И почему я за тебя так переживаю? – с демонстративно-показным недоумением сказала Джин.

– Наверное, потому, что очень любишь, милая. – Я встал, прижал ее к себе и поцеловал. Как ни странно, она ответила, очень даже чувственно… Но нам тут же пришлось отстраниться – в коридоре послышались детские шаги.

– Мама, я все быстро убрал, как ты сказала! Я – молодец, да?

– Конечно, молодец!.. А теперь идите с папой, посидите недолго у бассейна. Мне тут надо кое-что сделать…

Глава 5

– Может, тебе позывной лучше сменить? «Редлайн» звучит как-то… угрожающе, что ли. Вдруг неприятности на себя навлекаешь? [Тонкая красная линия (англ. Thin Red Line) – историческое событие, оборона 93-го пехотного полка сатерлендских хайландеров в битве при Балаклаве 25 октября 1854 года. Этот эпизод в дальнейшем стал явлением английской культуры. Со временем это выражение перешло в устойчивый оборот «тонкая красная линия», обозначающий оборону из последних сил.] – Джим, как большинство летчиков, был слегка суеверен.

– Нет, думаю, как раз наоборот. Ведь в тот раз все остались живы. Об этом мало кто помнит, но сражения тогда не произошло. Они весь день стояли на месте, на том дело и закончилось. Я пользуюсь этим позывным несколько лет уже, все нормально, до сих пор ничего не случилось, всегда летал спокойно.

– Да ты у нас прямо знаток истории! – Хокинс усмехнулся. – Тогда и правда, лучше оставить.

– А как тебе самому летать с позывным «Танцовщица»? Диспетчера не смеются?

– Это позывной Эвелин, когда она управляет самолетом. У меня другой. – Он открыл очередную бутылку пива и от души хлебнул.

– И какой сейчас, подскажи? Кстати, ты его сколько раз менял?

– Да тут кто как хочет, так и называется. Когда-то был «Бродяга», потом стало «Синяя птица», когда самолет перекрасил… Ну, это ты и сам помнишь… Теперь «Дедуля».

Я не выдержал и рассмеялся.

– Сам придумал?

Джим перевернул куски мяса, исходящие паром на решетке жаровни, и ответил:

– Нет, Эвелин как-то пошутила, мол, ты прямо как дедушка-патриарх местной авиации… А я и решил – почему бы и нет?.. – Он улыбнулся.

– Вдвоем летать веселее?

– Да. И она меня подстраховывает, если что. Скажу по секрету, сейчас она чаще меня рулит, я только помогаю. Спасибо тебе!

– За что? – И правда, я-то здесь при чем?

– За ученицу. Не знаю, на сколько у меня еще здоровья хватит, если одному лететь далеко, тяжеловато уже становится… А так – и я при деле, и у девчонки нормальное занятие есть… Ее уже почти во всех аэропортах знают.

Мы оба посмотрели в сторону дома, где Джинджер и Эвелин в миниатюрных купальниках загорали, полулежа в креслах-шезлонгах. (Они решили дожидаться окончания готовки именно так. Жена Джима несколько дней назад уехала в гости к родне, поэтому дамы чувствовали себя весьма привольно. А мы с Джимом были совсем не против…) Солнце уже давно склонилось к закату, поэтому риска обгореть не было. Кстати, над чем они там тихо смеются?..

– «…Князья сидят и сговариваются против меня…», – негромко процитировал я вдруг возникшую в памяти фразу.

– «…а раб Твой размышляет об уставах Твоих.» [Псалтирь 118:23],– продолжил Джим. – Что это тебя на религию потянуло?

– Да на них посмотрел, и вдруг вспомнилось.

– Неужели читал? Вот никогда бы о тебе такого не подумал!..

– Нет, попалось как-то в одной книжке, фэнтези. Магия, колдуны… И в начале глав – подобные цитаты. [Имеется в виду цикл «Дерини» Кэтрин Курц]

– Надо же, – усмехнулся Хокинс. – «Неисповедимы пути Господни…»

Некоторое время мы молчали. Время от времени Джим переворачивал куски мяса на жаровне, обрызгивая их из бутылки, чтобы не пересыхали.

– Красивые у тебя женщины, – сказал он.

– В каком смысле?

– Джин и Эвелин.

– Ну, с Джин все понятно, а Эва при чем?

– А ты вот ничего не замечаешь, да? Как она на тебя смотрит. Как беспокоится о тебе…

– Честное слово, вижу, но…

– Стараешься соблюдать приличия? Понимаю и не упрекаю. Сам когда-то был хорош… Эх… – Хокинс крякнул и влил в себя еще с полбутылки пива. Наверное, воспоминания оказались слишком уж жаркими. – Меня можешь не ревновать, я для нее только «старший пилот и учитель».

– Если честно, сам не знаю, что с ней делать. Не прогонять же… И портить девчонке жизнь не хочу.

– «Все, что ни делается – к лучшему», – выдал Джек общеизвестную мудрость. – Ладно, хватит о женщинах. Рассказывай, где антилопу взял? Дырок от пуль в ее шкуре я не увидел…

– Я хотел потом рассказать, сразу для всех.

– Тогда можешь начать репетировать свое выступление, мясо уже готово, сейчас буду по тарелкам раскладывать…

Через десять минут мы сидели вокруг стола и вовсю наслаждались «дичиной».

– Ну, наконец-то ты готов рассказать, откуда у тебя вдруг появилась эта антилопа? Если до сих пор утверждаешь, что охотиться тебе было некогда, самолет ремонтировал? – Джинджер задала интересующий всех троих вопрос и отпила сок из высокого бокала. Пиво они с Эвелин не употребляли, так что оно все досталось нам с Джимом.

– Да, могу сказать, что он не обманывает – следов от пуль я там не нашел, – добавил Хокинс.

– Бегаешь ты явно медленнее, чем любая, даже хромая антилопа, – решила подколоть меня Эвелин.

– Тогда вам придется запастись терпением. Эта история началась несколько лет назад…

– Ты бы еще со времен всемирного потопа начал. Или его в этом мире не было? – хихикнула Джин. – Скажи, что эта антилопа сама к тебе прибежала и в самолет запрыгнула…

– Мне ее подарили, можно сказать.

– За что?

– Я ее… – Я чуть подзавис, раздумывая, как бы поточнее перевести на английский язык выражение «махнул не глядя». Так ведь не поймут, иностранцы-с!.. – Обменял.

– Так подарили или обменял? На что?

– На пару банок консервированной ветчины из аварийного запаса.

– И кто там был такой голодный? Или им свежее мясо надоело, деликатесов захотелось?

– Думаю, их можно назвать супружеской парой, наверное…

– Да кого «их»?! – не выдержала Эвелин.

– Кого, кого… Львов. Вожака и его подругу. Вообще-то, там рядом еще таких же пять или шесть по кустам лазило, я точно не считал. – У женщин после этих слов глаза стали размером… Короче, большими и круглыми.

Тут у Джинджер негромко вырвалась фраза, которую с некоторым допущением можно было перевести на литературный язык примерно, как «фантазируешь, как барон Мюнхаузен!», или «Врешь, как сивый мерин!..» Ну или даже так: «Говоришь, как известный политический деятель начала XX века»…

Однако, Джим сохранил невозмутимый вид, будто всю жизнь прожил в индейском племени или на Востоке.

– Джин, подожди! – Он поставил бутылку на стол и поднял правую руку, будто клялся в суде. – Теперь я понимаю, что мне не показалось… На шее этой антилопы я заметил следы зубов. Совершенно точно могу сказать – ни у одной собаки, даже очень большой, здесь таких не видел. Значит, Алекс никого не обманывает…

– Фотоаппарата у меня с собой не было, так что извините, всех доказательств – только вот это мясо у вас на тарелках. – Я развел руками.

– Ты нас всех заинтриговал, черт красноречивый!.. – Странно, Джин вроде бы не пила ничего кроме сока. – Тогда рассказывай, что там начинал. «Вначале было слово…», и так далее. – Она снова хихикнула. А может, там у них и не простой сок в бокалах?..

– Хорошо… Только очень вас прошу – никому не рассказывайте о том, что сейчас услышите. Пожалуйста!.. Иначе у них будут проблемы.

– У кого? У львов, что ли? Я никогда не считала тебя повернутым защитником дикой природы. – Эвелин все еще недоверчиво смотрела на меня.

– Слушайте, и не говорите, что не слышали… – Ну все, как говорится, и тут «Остапа понесло!..», во мне проснулся древний сказитель, или кот– Баюн, или они оба сразу. – Эта история началась несколько лет назад, еще до моего знакомства с вами всеми. Я только-только попал в этот мир и пытался найти в нем свое место…

Пришлось рассказать историю моего знакомства сначала с одним местным львом, потом и с его подружкой. Свои выходы в саванну объяснил весьма расплывчато – вроде как экспериментировал с радиостанцией, заодно изучал местную природу. В этот момент услышал, как Джим бурчит себе под нос что-то типа «Я и раньше догадывался, что ты – псих безбашенный, но не знал, что настолько!..»

…– И вот с тех времен я их больше не видел. Они ушли подальше от города, наверное, вокруг стало слишком много охотников.

– Я их вполне понимаю, – тихо сказал Джим.

– Получается, они тебя узнали через несколько лет? – удивилась Джинджер.

– А что тут такого? Читал про похожие случаи… Разве что сам удивляюсь – я ведь вроде с ними не обнимался, не гладил, вообще вплотную не подходил. Может, он тогда запомнил, как у меня в машине радио шипело и морзянка пищала? Я как раз в самолете рацию подключил, она заработала, зашумела… Вот и заинтересовался… Сразу стрелять бы я не стал, нападать первыми они не собирались.

– А откуда ты знаешь? – прищурилась Эвелин. – Вдруг они твою бдительность усыпляли? Только бы отвернулся – хвать! – Тут она воткнула вилку в кусок мяса, поднесла ко рту и смачно грызанула. – Сожрали бы без горчицы и кетчупа, – добавила она, прожевав.

– Нет. Успел бы почувствовать агрессию, – как можно более уверенно ответил я.

– Милый, ведь ты у меня – эмпат! [Эмпатия – это способность почувствовать и понять эмоции других людей. Эмпат – человек с развитой способностью к эмпатии, который может и устанавливать с другими людьми эмпатическую связь, «настроиться на волну» другого человека и принять информацию о его состоянии, даже если не разговаривал с ним. Например, виды эмпатии в психологии представляют так: аффективная/эмоциональная (на уровне эмоций), соматическая (на уровне тела), когнитивная (на уровне мыслей). Ну и еще кое-что, так сказать, для дополнения:

Эмпатия свойственна не только людям, но и животным. Как правило, женщины более эмпатичны, чем мужчины. Эмпатия и ощущение счастья связаны. Эмпаты не показывают близким свою ранимость. А еще бывают «темные эмпаты» – те, кто использует эмпатию для манипуляций другими людьми.] – прищурилась Джинджер.

– Ну вот, сразу нехорошими словами обзываешься… Догадалась… И как давно? – Зачем было это говорить при всех, а? Конечно, Джим и Эвелин вроде как наши очень близкие друзья, но я бы предпочел оставить ее выводы в тайне.

– У меня тоже есть свои секреты, – прищурилась жена. – Потом расскажу, если сам не додумаешься.

Хокинс решил прекратить нашу тихую семейную разборку, переведя разговор на другую тему:

– Я слышал, что охотники в этих львов не стреляют.

– Да, мне они тоже об этом говорили, еще в то время. Пришлось изрядно порасспрашивать здешних старожилов. Хотел знать, что может мне грозить при встрече с этими местными кошками и другими зверями.

– А вот я слышала, что они могут быть не совсем «местными», – задумчиво сказала Джинджер.

– В каком смысле? На Старой Земле таких точно не водилось. Тогда откуда их сюда притащили?.. – Мне стало интересно.

– Изначально они и были местными. Но два или три десятка лет назад далеко в горах организовали тайную биолабораторию, где пытались вывести из них что-то вроде «суперсолдат». Ну, как в полиции собачьи отряды К-9, только совсем на другом уровне.

– И тут очередная «теория заговора»… – Я усмехнулся. – Тогда еще и технологий-то особых для этого не было. Наверное, кто-то фантастикой слишком увлекался. Книгу «Львы Эльдорадо» очень любил, например…