Текст книги "Одиночка. Компиляция (СИ)"

Автор книги: Александр Долинин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 104 страниц)

– Ты видишь этого мужика? – спрашиваю я у парня, тот не отвечает, но неотрывно смотрит на нож в руках у егеря. – У него к таким как ты, огромный счет. А лезвие ножа, видишь, какое потертое? Ты понимаешь, что это не от того, что он этим ножом консервные банки открывал? Сейчас между ним и тобой только я. Будешь молчать – я отойду в сторону, и что с тобой дальше будет – мне совсем не интересно. Тебя поймали, когда ваша банда после нападения уходила с захваченными пленными, которых вы планировали либо убить для развлечения, либо продать в рабство. Так что мне тебя не жалко. Мне конкретно твои дела по фигу. Не будешь отвечать на мои очень простые вопросы, которые лично твоих преступлений не касаются, тогда я сейчас просто выйду отсюда. И потом тебя за твое героическое молчание ни в какой рай не пустят – гуриям ты не нужен будешь, когда все лишнее отрежут, начиная с ушей. А здешние звери в саванне или крокодилы в речке в этих тонкостях не разбираются, им все равно, кого жрать, мертвого или живого, с ушами или без. Даю тебе десять секунд на размышление…

– К-к-арим…

(Даже десяти секунд не понадобилось, значит, с ним уже «поработали».)

– Тебя зовут Карим?

– Да…

– Ты из отряда Лиса?

(Ага, дернулся, не ожидал такой осведомленности…)

– Да…

– Где сейчас Лис?

Он бросил быстрый, и как ему, наверное, казалось, незаметный взгляд в сторону выхода из палатки.

– Его там, в засаде ваши убили…

(А мне почему-то кажется, что ты врешь, Карим. Чего тебе тогда озираться по сторонам, кого бояться? Почему глазки забегали? Какого цвета борода у второго пленного, рыжая или нет? Надо будет подойти, на второго фонарем посветить… Но сделаю вид, что поверил.)

– Как часто арабы приходили к вам в отряд?

– К нам не приходили, старший только с ними по рации часто на арабском говорил.

– Вот видишь, как ты сам хорошо можешь по-русски разговаривать. Арабский понимаешь?

– Плохо…

– Какой еще язык знаешь?

– Английский, совсем мало…

– Какие имена или клички называл ваш главный, когда по радио говорил?

– Много было… Барс, Джихад, Ламро, Лодочник… Всех не помню.

– Сколько радиостанций было у вас в отряде?

– Две, одна побольше, с длинным проводом, другая маленькая.

Так, помаленьку, перемежая вопросы, относящиеся к интересующим меня делам, с «левыми», продолжаю вытягивать из него информацию, касающуюся вопросов связи между разными отрядами. (Для тех, кто не в курсе: это не «допрос», это называется «разведывательным опросом по специальной теме».) Постепенно я узнал уже почти все, что хотел. Елки-палки, ну где же там Руслан-то, пусть он дальше продолжает эту увлекательную беседу…

Вдруг снаружи палатки послышался непонятный шум, потом звук падения на землю чего-то тяжелого.

Я шагнул к входу, и тут же на меня с разгона налетела разъяренная фурия. В руке у нее был зажат пистолет, который она сразу направила в сторону сидевшего на табурете парня.

– Сдохни, тварь! – крикнула она и нажала на спуск.

Уж сам не знаю как, но я успел ударить по ее руке снизу вверх, хлопнул выстрел и пуля пробила брезентовый верх палатки. Второго выстрела она сделать не успела – мне едва удалось заблокировать спуск, просунув палец в предохранительную скобу, а потом уже подоспевший Шкаф довольно нежно и бережно забрал у девушки пистолет. Куртки на ней уже не было, чтобы богиня мести не вырвалась, мне пришлось крепко прижать ее к себе, и я ее удерживал с большим трудом, причем мне помогал разведчик. Вдвоем мы кое-как смогли «зафиксировать» девушку на месте. В палатку вбежали несколько человек, среди них я заметил сержанта Рябова.

– Сержант, быстро сообрази маскхалат или камуфляж какой-нибудь, девушке переодеться срочно надо!

Он понятливо кивнул и исчез за пологом.

Через несколько секунд в палатку вошел Руслан, белея повязкой на голове, в руке он держал сброшенную мстительницей по дороге сюда куртку. Я потихоньку отпустил девушку, которая уже перестала вырываться, Руслан сразу набросил камуфляжку ей на плечи. Внезапно она затряслась, и из ее глаз прямо хлынули слезы. Так, сейчас уже есть надежда, что получится вернуть нашу валькирию в нормальное состояние, только отвлекусь на пару секунд…

Позвав к себе капитана, я тихо сказал ему на ухо:

– С пленным я немного «поработал» по своим вопросам. Он на вопросы отвечает, только пытается врать, зараза, надо бы раскручивать его дальше. Я пойду девушку в чувство приводить.

Руслан согласно кивнул и шагнул к столу. Выходя, я оглянулся и увидел, что Шкаф уже снова занял свою позицию в углу, Богатырев стоял у стола, положив руку на телефон, а пленный лежал за столом, куда упал сразу после выстрела. По его штанам расплывалось темное пятно…

Придерживая девушку за плечи, я медленно повел ее в сторону палатки, в которой лежали вещи нашей группы. Из палатки как раз выходил сержант, держа в руках маскхалат.

– Так, милая барышня, давайте переодевайтесь, вот вам пока прикид в «милитари-стайл», платьев от Балансиаги и Сен-Лорана сейчас в наличии нет. – Я несу какую-то совершеннейшую хрень, лишь бы сбить ее мысли в другую сторону. – Сами справитесь? А то с горничными тут напряженно, сами понимаете, одни дворники…

Сержант не сдержал смех и громко фыркнул, отвернувшись в сторону, видимо, вспомнились занятия. Как ни странно, она улыбнулась, хотя и почти незаметно, взяла максхалат у сержанта из рук и скрылась в палатке. Я тихо спросил у него:

– Оружие в палатке на виду лежит?

Он отрицательно помотал головой:

– Все укрыто от песка, сразу и не увидишь.

– Врач где сейчас?

– В палатке, раненым занимается, у того дела не очень хорошие.

– Так, Рябов, очень прошу, пожалуйста – найди где-нибудь заварки, нужно ей чаю нормального, или просто очень хорошего, с каплей коньяка организовать. Кофе сейчас не в тему, бодрости у нее и так достаточно, сам понимаешь…

Сержант понимающе кивнул и быстро пошел к соседней палатке. Да, я знаю, что с настоящим чаем на Новой Земле напряженка, но есть в армии такое слово – «Надо!» Так, кипяток на кухне должен быть, сейчас остальное организуем. Где там у меня лежит заветная фляжка с коньяком на случай простуды…

Девушка, уже в маскировочном халате (молодец сержант, почти по размеру нашел) вышла из палатки, и я сказал:

– Давайте возле кухни посидим, чаю попьем. Куртку-то накиньте, а то уже прохладно становится.

Надев куртку, она застегнула ее, и мы медленно пошли в сторону кухни, где уже вовсю действовал сержант Рябов. (Просто больше некому, все «повара» у нас тут нештатные, только что из засады вернулись, а минометчики из машин трофеи вытаскивать и разбирать помогают.)

– Как вас зовут?

– Наталья…

– А по отчеству?

– Владимировна…

– А я – Александр Александрович, будем знакомы…

* * *

Немного погодя, когда уже была выпита первая кружка чая, я протянул ей расческу (да зачем-то в кармане валяется, хоть при моей лысине и короткой стрижке она вообще без особой надобности):

– Возьмите, и немного потерпите, сейчас еще зеркальце найдем.

– Да мне…

– Подождите-подождите, все по порядку. У вас травмы есть?

– Нет, разве что синяки, наверное…

– Может, пусть наш врач посмотрит?

Она промолчала. Понятно, пока не будем развивать эту тему дальше.

После того, как Наталья умылась и слегка причесалась, она стала выглядеть гораздо лучше, это было заметно даже при плохом освещении.

– За что вы нашего парня возле палатки ударили, да еще так сильно?

– Сама не знаю, помрачение какое-то нашло… Нас долго везли в машине, в кузове на полу, потом стрельба… Ничего не понимаю, пошевелиться не могу, все как во сне… Я даже не поняла, что нас свои отбили у бандитов… Вообще ничего не понимала… В себя пришла, только когда пистолет из руки забрали в палатке…

(Она отвечает с трудом, делая паузы между предложениями. Ничего, сейчас поговорим, потом спать уложим, а утром посмотрим.)

– Бывает и хуже… А перед парнем потом извинитесь, пожалуйста, зачем хорошего человека расстраивать. Вы чай пейте, он настоящий, тут редко когда такой можно попробовать. Чувствуете, как пахнет?

(Молодец сержант, нашел все-таки похожую на земную заварку у кого-то!)

– Я заметила, спасибо… Кстати, Сен-Лоран и Балансиага здесь… посреди саванны… не очень актуальны…

– Да просто выскочило откуда-то из памяти, я модными трендами вообще не интересуюсь. А в ППД вообще большинство в камуфляже ходит. Как говорится, «лишь бы человек хороший был!»

(Прогресс, она улыбнулась! Но все равно, паузы между предложениями иногда большие, как будто она с силами собирается.)

– А вы вообще кто?.. На крутого разведчика-спецназовца вы не очень похожи…

– Да я вообще-то обычный «технарь», помогаю по разным околотехническим вопросам. Тут оказался просто потому, что никого другого пока не нашли. Если вы в армии служите, должны знать, что так бывает иногда.

– Я в армии не очень давно…

– Специальность какая у вас, Наташа?

– Радистом служу в Береговом…

– А Сергея знаете, плотный такой, звание ему недавно присвоили?

– Конечно, он начальником смены на узле ходит… А вы его откуда знаете?..

– Так, ремонтировал ему станцию разок, тогда и познакомились. Морзянкой владеете?

– Конечно, у меня на Старой Земле позывной был… первая категория…

– Нормально! А в радиоэкспедиции какие-нибудь ездили?

– Нет, только связывалась со многими… От них иногда такие красивые карточки приходили… Разве что в нескольких «Полевых днях» участвовала… А вы?..

– Да участвовал в нескольких по случаю торжественных дат. Позывной у меня тоже был. Даже как-то в контесте CQ WW DX, в телеграфе разок «отметился», чисто ради интереса.

– Ну и как?..

– Четвертое место в своей подгруппе.

– Ничего себе…

– Просто для нормальной работы в соревнованиях нужно хорошее оборудование иметь, и дачу за городом. В городе помех слишком много. Ну и контестменом нужно быть по призванию, так сказать.

У нее почему-то опять начинают дрожать руки.

– Меня в этот раз послали на выезд… связь поддерживать, – она вдруг резко меняет тему беседы, голос дрожит. Я не перебиваю, нужно, чтобы она выговорилась, заодно и подробности происшедшего узнаю. – В группе второй радист был не очень опытный, пацан совсем… А надежная связь нужна была постоянно… Мы приехали, развернулись почти на самом берегу Залива… Ну, что-то вроде поста наблюдения… Должны там были простоять несколько дней, за судами возле берега следить… Там берег высокий, далеко видно… Даже какой-то маленький локатор поставили… Чтобы и ночью наблюдать…

– Видели кого-нибудь?

– Ну, в Заливе наши военные катера ходят часто, лодки какие-то… Только лодки на радаре плохо видно, они же не металлические… Но я не интересовалась особо… Мне нужно было постоянно связь с базой держать… Меня на этот выезд послали, потому что место считалось безопасным… Бандиты там раньше не появлялись на берегу никогда… А вот теперь вдруг…

Она замолчала, собираясь с мыслями, я ждал, что будет дальше.

– Я вместе еще с одним парнем к роднику за водой пошла… Для кухни нужно было набрать… Возле родника нас и скрутили, мы дернуться не успели… Потом на стоянке стрельба началась, но сразу все затихло… Никто ведь днем нападения не ждал… Часовой у нас был, конечно, но больше для порядка… Живых кроме нас двоих не осталось… – Она спрятала лицо в ладонях. Когда убрала руки от лица, в глазах блестели слезы. – Тела они в воду сбросили, все оборудование взорвали… Пару машин только оставили, все другие тоже с обрыва в воду скинули… Я так поняла, что они где-то под самым берегом на лодках прошли… Потом вылезли наверх, место знали… Меня с Юрой в кузов грузовика забросили и повезли… Мешок на голову надели, не видно ничего, душно, страшно… Очень часто машины останавливались… Видимо, от самолета как-то прятались… Звук мотора я один раз услышала даже… Главный у них хитрый очень гад, все его «Лис» звали… Он по рации несколько раз с кем-то разговаривал…

– На каком языке он тогда говорил, не помните?

– На арабском, что ли… Я не знаю… Но один раз слышала разговор на английском, у собеседника позывной был Swordfish [Рыба-меч]… Еще тогда он своих торопил, чтобы нижний провод в другую сторону растянули, к морю…

(Вот как! Если бы тот корреспондент был у него дома, на «базе», тогда бы противовес в сторону юга разворачивали. А в этот раз – в сторону Залива… С каким-то судном в море он общался, или с кем еще подальше? Что там навскидку по карте в той стороне? Острова Ордена? Интересно-интересно…)

– А о чем они тогда говорили, не расслышали?

– Нет, он только позывной громко назвал, потом тихо стал говорить… Расслышала только «оборудование», «задержите», «поставки», «деньги»… На остановках он своих молодых «обучал»… На Юрке удары отрабатывали… Господи, как сильно они его избивали!.. – Она задрожала и начинала плакать. – Не знаю, как вообще живой остался до сих пор… А молодому этому, который сейчас в палатке сидит… Он показывал, как женщин нужно к покорности приучать… Тогда на мне одежду и порезали всю…

Так, нужно ее быстро переключать на что-то другое. Паузы в ее речи становятся все длиннее, наверное, она скоро «вырубится». А, вот из штабной палатки как раз Шкаф показался, наверное пошел руки мыть. Что, его услуги там больше не требуются, пташка и так вовсю поет? Замечательно! Дождавшись, пока он отмоется, машу ему рукой, зову:

– Подходи к нам, чаю попьем!

– О, настоящий чай? Это мы всегда с удовольствием, кофе я не очень люблю, – рокочет Шкаф.

– Вот, присаживайся с той стороны, – я показываю ему место с другой стороны возле Натальи, так, что она оказывается между нами. – Видите, Наташа, какой у вас теперь защитник есть? – (Хорошо, что шрам на лице у него с другой стороны, и сейчас уже темно.) – Он только на первый взгляд страшный, а на самом деле он очень добрый.

– И еще я готовить хорошо умею, и стихи Есенина люблю, – добавляет он.

– И не курите?.. – спрашивает она.

– Нет, ни разу не пробовал даже.

– Замечательно… – она уже допила чай, поставила кружку. – Что-то мне холодно… – Сначала она сжалась, потом вдруг обхватила руку Шкафа и уткнулась ему куда-то в плечо. Егерь сидел неподвижно, как скала, только иногда прихлебывал из кружки остывающий чай.

Через несколько минут стало понятно, что после чая с коньяком Наташа просто засыпает. Егерь бережно перенес ее в нашу палатку, где мы уложили ее, уже крепко спящую, в мой спальник. Все равно мне этой ночью нормально поспать не удастся, скорее всего.

Я пожал Шкафу руку:

– Спасибо за помощь!

– Да не за что, просто девчонку жалко, досталось ей. Парень вообще весь избитый, врач говорит – завтра срочно вертолетом в госпиталь нужно отправлять, как светло будет.

– Понятно. Если сможешь – приглядывай за ней, когда проснется, хорошо? А то я ходить буду все время туда-сюда, дел много. Капитан Богатырев не против будет.

– Хорошо, присмотрю. – Он повернулся и пошел в сторону своей палатки.

А мне еще нужно с Русланом кое-что обсудить, когда он с пленным беседовать закончит. Воплей из палатки слышно не было, значит, обошлось без чрезмерного насилия. Хотя, этот факт меня почему-то совершенно не волнует. Понадобилось – я бы и полевой телефон одолжил, хотя он у нас вообще-то для связи предназначен, а не для использования в качестве «специнвентаря».

Кстати, нужно еще записать то, что узнал от Натальи о сеансах связи Лиса с таинственной «Рыбой-меч». Рабочую частоту этих переговоров еще бы неплохо выяснить, но это уже из области мечтаний. Может, и «Большому Брату» пригодится, который из ППД передачи на коротких волнах пеленгует…

14 число 8 месяца 23 года, недалеко от устья Амазонки

Из радиоперехватов:

«– Джомар, Джомар, Джомар – Герату.»

«– Здесь Джомар, слушаю тебя.»

«– Джихад-1 тебя не вызывал?»

«– Нет.»

«– Шум слышал?»

«– Со стороны дороги стрельба была, нужно проверить.»

«– Как светлее будет, посмотрим.»

«– Пусть волки туда сбегают, если на дороге попадутся собаки – порвите их.»

«– Сейчас прикажу.»

«– Джихад-2, Джихад-2 – Герату!»

«– Здесь Джихад-2, что случилось, брат?»

«– У тебя гостинцы приготовлены?»

«– Я же тебе говорил, давно все лежит.»

«– К нам гости пожаловали. Похоже, Лиса собаки покусали. Мои люди пойдут проверят утром. Будь готов на стол накрывать.»

«– У поваров кухонные ножи давно в руках, и помощников хватает угощение донести.»

(Разговор на английском языке)

«– Что у тебя происходит?»

«– Местные своего кореша из гостей не дождались, загулял где-то.»

«– Ясно, тогда пусть груз еще на складе полежит.»

«– У меня уже пайки заканчиваются.»

«– Ешь через раз. Отправка в этот раз слишком важная, потом в ресторане тебя ужином угощу задаром.»

«– Я это запомню, не отвертишься. Меню в «Короне» читать и заказ делать я сам буду. (смех)»

* * *

Когда я зашел в штабную палатку, там был только капитан Богатырев, допрошенного моджахеда уже вывели оттуда за ненадобностью. Теперь оба бандита находились на краю площадки, под контролем часового. Ничего, пусть полежат «до востребования», все равно днем их отправим на север для более углубленного изучения. Руслан внимательно рассматривал карту в районе нашей позиции.

– Ну что, выяснил еще что-нибудь интересное?

– Так, по мелочам… Я вот думаю: мы нашумели недалеко отсюда, соседи могут заинтересоваться, и припрутся туда. А там две машины, на решето похожие, и куча трупов у дороги, причем «ихних». Они этому точно не обрадуются.

– Кстати, как там все прошло-то? Ты сразу на перевязку пошел, я начал этого молодого раскручивать по своей теме, потом разъяренная богиня мести заявилась…

– В общем, примерное место для перехвата я сразу по карте прикинул, километра два проехали, потом машины загнали за бугорок, а дальше бегом. Машин у них было две, один УАЗик и Урал с тентом. По моим прикидкам, пленных вряд ли в «козле» могли везти, поэтому по нему просто вмазали из нескольких стволов одновременно, выскочить успел только один, пальнул из гранатомета, получилось что в мою сторону. Другой уже начал вылезать, из автомата только очередь успел дать, и на этом все с УАЗиком закончилось. По УРАЛу стреляли только по кабине, чтобы кузов не зацепить – мало ли что там могли еще везти, а то попадешь в ящик со взрывчаткой, и аллес! Водителя завалили сразу, рыжий этот выскочил из кабины, дал несколько очередей, потом рядом граната рванула, он упал в сторону, и не шевелится. Ну, мы сразу в кузов заскочили, стрелять для проверки туда не стали, конечно, хотя и рискованно было. А там этот молодой в углу скрючился и наши пленные лежат на полу. Когда увидели, что они с нашим пацаном сделали – чуть голыми руками на части этих «духов» не порвали. Потом чуть остыли, стали трофеи собирать, не оставлять же для бандитов. У машин колесам сильно досталось, поэтому тащить их сюда смысла не было. На УРАЛе вообще с радиатором проблемы, пар шел как из самовара, видимо, доливали воду все время. Мы выгребли все, что было путного, аккумуляторы сняли на всякий случай, они вроде целые. Днем ясно будет, что с машинами делать.

– Как думаешь, спокойно отсюда снимемся?

– Нет, скорее всего «местные» припрутся на разборки. Нашим сообщим – помогут.

– Своих когда на позициях будешь рассаживать?

– Пока там наблюдатели на точках с ПНВ дежурят, как рассветет – остальных в окопы отправлю.

– Что-то по главарю удалось от молодого узнать? А то я тут немного «покомандовал», своим внеплановым допросом ничего не испортил?

– Я так и думал, что ты, скорее всего, захочешь ему по своей теме вопросы позадавать, и дал своим указание подыграть, если нужно будет. Сержант сказал, что ты в общем нормально действовал, для первого раза. Пацан уже возле дороги на экспресс-беседе «плыть» начал, а тут еще эта подруга с пистолетом ворвалась его убивать… Ну, ты сам потом заметил последствия. – Он ухмыляется. – Так что после запел, как соловей, фиг заткнешь.

– Спасибо, что предусмотрел, а то я чего-то увлекся, рванулся задержанного опрашивать, понимаешь… Просто раньше неоднократно приходилось обязанности дознавателя выполнять, вот рефлексы и сработали. Кстати, девчонку Наташа зовут. Мы ее чаем напоили, я туда еще коньяку добавил, она даже не заметила, или внимания не обратила. Сейчас ее спать уложили в моей палатке, все равно нам теперь до утра бдеть придется. И еще: нужно, чтобы утром с ней врач поговорил, аккуратно так, на предмет психического состояния. Мало ли что, голова вообще предмет темный, особенно у женщин. Кстати, с минометчиком я пообщался, если что замечу – могу ему целеуказания давать, или только твои наводчики будут работать?

– Если цель будет не в секторе наблюдения у моих – тогда давай, по нашему каналу, чтобы я слышал. Посмотрим, как справишься. Главное, ты пристрелку начни, потом своего корректировщика пришлю.

Мы оба улыбаемся. А что, если потребуется, можно и теорию практикой проверить. (Руслан уже знает, что раньше я довольно часто занимался с разведчиками – я им рассказывал об особенностях радиосвязи в различных условиях, они мне тоже много чего объясняли и показывали. Да и нужно было прочитать и запомнить всего несколько страниц из учебника для артиллерийских сержантов.)

– Кстати, твои егеря все «дома», снаружи на местности никого из наших нет?

– Нет, если кого заметишь вблизи – точно чужой. Других армейских разведывательных групп рядом нет. Твои наблюдатели далеко сидят?

– По карте одна группа сидит километрах в семи, до другой – шесть. Без команды не сдвинутся никуда, если только к ним почти вплотную не подойдут.

* * *

Из радиоперехватов:

«– Герат, Герат, Герат – Джихаду-2.»

«– Здесь Герат.»

«– Я на месте, с угощением.»

«– Когда начнете?»

«– Как рассветет, чтобы довольные лица гостей видно было.»

«– Помощников для банкета хватит?»

«– Да, только что еще подошли. Друг сейчас меню смотреть пошел, жду что скажет.»

Кажется, я задремал, сидя на стуле в углу штабной палатки. Проснулся от того, что меня тряс за плечо сержант Рябов:

– Срочное радио от «Зайца-1»! Пеленг на «Джихада-2» поменялся, теперь он в нашу сторону идет!

– На «Гнезде» пеленг в это время снимали?

– Так точно.

– Давай сюда записи, на карте отметить нужно, где теперь этот «Джихад» засел, за каким кустом…

Опаньки… Наши «псевдопеленги» скрещиваются в районе овражка, протянувшегося впереди параллельно реке, примерно километрах в двух от нас. Чуть ближе есть еще «складки местности», пусть и не такие глубокие. Кто-то к нам явно в гости собрался, заглянуть на огонек, так сказать.

– Еще кто-нибудь вблизи от нас в эфир выходил?

– Нет, новых никого, и пеленг пока только на него одного изменился.

– Найди капитана Богатырева, сейчас вместе с ним работать начнем.

– Есть!

Сержант быстро выскочил из палатки, я крутанул ручку телефона. Услышав ответ, приказал:

– Так, всем внимание, приготовиться к отражению атаки противника. Для «Зайца-1» и «Зайца-2» – команда «Рубин». Прослушивание не прекращать, возможно появление еще кого-то, сразу берите пеленг и докладывайте сюда. Может быть, они вообще рядом вылезут, так что не зевайте.

– Принято!

– Все, выполняйте! – и я положил трубку на телефон.

В палатку вошел капитан Богатырев и сразу спросил у меня:

– Что там?

– Как ты и говорил, похоже, к нам «гости» подтягиваются. На один из передатчиков пеленг поменялся, теперь он в нескольких километрах от нас, раньше гораздо дальше к реке сидел. Думаю, не просто так он решил прогуляться, друга своего пропавшего искать начал. Что делать будем?

– Ждать, что еще остается. Сейчас с минометчиком будем прикидывать, где «духи» могут скапливаться, и достанет ли он туда. Мои наблюдатели передвижений рядом с нами не засекли, темно еще. В ПНВ особо далеко ночью не разглядишь ничего. Но по саванне ночью пешком никто не ходит – сожрут, и как звать не спросят. А начнут отбиваться от зверья и стрелять – себя обнаружат. Вот на рассвете могут и пожаловать к нам…

* * *

Радиограмма

«Внесрочное донесение

Начальнику разведки…

КП – наблюдательный пункт «Подкова» (44–35)

В. часов … минут зафиксирована работа радиосети в составе четырех корреспондентов (Джомар, Герат, Джихад-2, Джихад-3). Язык радиообмена – чеченский. В разговоре Джихад-2 доложил Герату, что «находится на месте и у него все готово, начнут на рассвете».

По данным пеленгования корреспонденты «Герат» и «Джихад-2» находятся в непосредственной близости от наблюдательного пункта «Подкова».

Предположительно несколько ДРГ из состава бандформирований под командованием полевого командира «Герат» готовятся к нападению на пост радиоразведки, который развернут на НП «Подкова».

Радиосеть находится под постоянным наблюдением, данные пеленгования непрерывно уточняются.

Начальник группы радиоразведки ст. л-т…»

15 число 8 месяца 23 года, недалеко от устья Амазонки

– Товарищ старший лейтенант, из «Гнезда» докладывают: в эфир вышел новый передатчик, пеленг ложится влево, сейчас около 170 градусов.

– «Зайцы» успели пеленг снять? С кем он работал?

– Нет, мы им только что частоту скинули, в следующий выход засекут. Работал он с «Джихадом-2».

– Ясно, подождем.

* * *

Я сидел в окопе, находившемся слева от наблюдателей в «Гнезде», и рассматривал ближайшие окрестности в свой бинокль. Как и во все предыдущие дни, глазу в этом пейзаже почти не за что зацепиться – деревьев впереди не было, даже самых мелкорослых, трава пожухла и завяла, не в силах сопротивляться летнему зною. Только дальше, в сторону реки через несколько километров постепенно начиналась «зеленка», даже в разгар лета вполне оправдывающая свое название благодаря наличию там большого количества воды – болота, да и речные протоки рядом. Разве что несколько приметных кустиков по краям разнокалиберных рытвин и овражков торчали этакими экспонатами краеведческого музея. Кусты не выглядели слишком уж чахлыми – видимо, они своими корнями вполне могли достать до водоносного слоя. Все они были нанесены на мою схему, с обозначением азимутов на каждый из них и значениями дальности в метрах, зря, что ли я у Руслана брал бинокль с лазерным дальномером. (Дальномерная сетка у меня на бинокле есть, но я не знаю точной высоты кустов-ориентиров, поэтому рассчитать дистанцию по «формуле тысячной» было бы затруднительно.) Вчера подходил минометчик, перерисовал схему, мы с ним пронумеровали все отметки, обговорили тонкости корректировки – короче говоря, наладили взаимодействие. Капитан Богатырев этому не препятствовал, только сам проверил, как нанесены ориентиры на схему, и выдал свое заключение: «Вполне приемлемо!».

Внезапно один из кустиков привлек мое внимание. Что-то в нем изменилось, сразу и не поймешь. Лишние ветки на нем появились, что ли, а может, листьев прибавилось? Хорошо, что наш окопчик маскировали разведчики, а они в этом деле толк знают. На линзах бинокля у меня «сеточка» закреплена, чтобы они не бликовали. Хотя сейчас это не очень страшно – солнце светит слева, оно еще только-только начинает подниматься над горизонтом. А вот и разгадка – что-то едва уловимо шевельнулось в самом низу куста, но ветки при этом остались неподвижными, ветра-то нет. Понятно, там засел некто, не желающий афишировать своего присутствия. С какой целью он там сидит? Один или нет? Снайпер или корректировщик? Вопросов-то сколько сразу появилось, как ответы искать на них…

Я почти не шевелюсь, хотя под маскировочным покрытием меня не будет видно и с сорока метров, не то что с четырехсот (как раз столько до того куста намерял, когда карточку огня рисовал). С другой стороны куста появилось второе темное пятнышко. Если бы не знал, что там раньше его не было – даже не заметил бы, куст и куст. Очень осторожно проверяю, как видно этот куст в оптический прицел винтовки – нормально, вижу я этих «гостей». Они почти не высовываются, ветки неподвижны. Под другими кустиками таких «подарочков» нет, вот и хорошо. Эх, квадрокоптер бы сюда, поднять его повыше – и сразу видно будет, если там в ямах кто-то прячется. Но пока явно себя обнаруживать нельзя, стрельба еще не началась. Для меня четыреста метров – уже достаточно большое расстояние, я ведь не специально обученный снайпер. Поэтому сейчас лихорадочно пытаюсь вспомнить все, что когда-то узнал и чему научился во время тренировок на стрельбище. Опытные люди говорят, что неудовлетворительную оценку за пробелы в знаниях по огневой подготовке тебе поставит противник – пулей. Мне хотя бы на «удовлетворительно» вытянуть…

Решаюсь вызвать Богатырева, нужно согласовать действия:

«– Бегун, ответь Гнезду!»

«– На связи.»

«– Наблюдаю двух чужих примерно в четырехстах метрах на юго-восток, ориентир два. Может, пугнуть?»

«– Не нужно себя обнаруживать. Мои со своих позиций их на этой точке плохо просматривают. Что в эфире?»

«– Пока тихо.»

«– Если начнется стрельба – тогда работай.»

Практически тут же на меня выходят наблюдатели из «Гнезда»:

«– Есть новый пеленг, идет на сто семьдесят градусов, пеленг от «Зайца-1» идет на триста градусов, сигнал сильный.»

«– Принял.»

Сержант Рябов, находящийся в штабной палатке возле стола, тут же сам вызывает меня:

«– Это рядом с нами, на юго-восток, на удалении меньше километра.»

Вот и выяснилось, что за таинственные посетители лежат под кустиком.

«– Гнездо, где другой корреспондент?»

«– Это Джихад-2, пеленг на него сто девяносто градусов, с первой точки дают двести восемьдесят.»

«– Точку покажи Бегуну.»

Сержант без уточнения понимает, что я обращаюсь к нему, не зря его потихоньку тренирую на старшего команды и аналитика:

«– Понял, уже сделано.»

Тут же на меня выходит Богатырев:

«– Все сам вижу, команду дал, готовимся и ждем.»

«– Братва уже в курсе?»

«– Связи нет, помеха сплошняком на КВ стоит, мы никого не слышим.»

А вот это очень хреново…

И практически тут же слышатся какие-то неясные звуки вдалеке, а затем раздается нарастающий свист. «Вот и гости с угощением…» – успеваю подумать я, как в самом низу впереди у подошвы холма поднимаются фонтаны земли, поднятые разрывами мин.

Так вот вы какие, наши гости дорогие… Эх, и чего я не пристрелялся заранее! (Вообще-то, нам поставили задачу как можно тише здесь сидеть, вот и не дергался, хотя с глушителем можно было и попробовать.) Проверяю еще раз, выдвинута ли бленда на объективе прицела… Так, сейчас утро, воздух плотный, ветра нет, дальность четыреста… Выстрел! Пуля ударяет в землю в нескольких метрах перед кустом (эх, поторопился, бл. ь!), быстро корректирую точку прицеливания, еще выстрел! Ага, одним меньше, сразу же стреляю по второму, но тот успевает занырнуть в ямку. «Он выстрелил раз, и выстрелил два, и свистнула пуля в кусты…», как написал Киплинг.

[Р. Киплинг, «Баллада о Востоке и Западе»]

Врешь, вражина, не получится у тебя в ямке отсидеться…

«– Труба, на связь!»

«– Жду данные.»

«– Азимут сто семьдесят, ориентир два, дальность четыреста, корректировщик, уничтожить.»