Текст книги "Седьмой лорд (СИ)"

Автор книги: Priest P大

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 40 страниц)

Это что, небеса? Откуда взялась эта песня?

От нежного взгляда девушки, казалось, тускнели десять тысяч огней. Она поклонилась со сложенными руками и скромно улыбнулась, а Хэлянь И показалось, что нечто безжалостно пронзило его сердце. Он непрерывно смотрел на нее, словно завороженный, про себя говоря: «Ее лицо так мне знакомо. Неужели... она моя старая любовь из прошлой жизни?»

Сердце Чжоу Цзышу в то же время наполнилось дурным предчувствием. Покачав головой, он допил вино из чаши. Похоже, У Си тоже что-то почувствовал и низко опустил голову, скрывая свои мысли. А вот Цзин Ци остолбенел от испуга.

Он мог многое забыть, но лица этой женщины он никогда не забудет: Цинлуань... Су... Цинлуань.

В этот момент ему показалось, что он испытывает всю боль мира: боль быть раздавленным, боль от раздробленных костей и мышц, боль от смертельной жажды, боль от содранной кожи и разорванных сухожилий...

Посреди реки Ванъюэ водяной пар просачивался сквозь мрачный ледяной холод, от которого онемел каждый цунь костей и каждая капля крови. Холодный ветер быстро пронесся мимо. Цзин Ци вздрогнул и пришел в себя.

В конце концов, он много чего повидал в своей жизни. Сердце Цзин Ци переполнили мириады чувств, но все они относились к далекому прошлому и с тем же успехом могли исчезнуть. Прежде чем он это понял, они уже испарились.

К счастью, и Чжоу Цзышу, и Хэлянь И смотрели на госпожу Луну, Су Цинлуань, и не обратили внимания на его состояние. Однако У Си взял его за руку и шепотом спросил:

– Что с тобой? Почему ты только что дрожал? Холодно?

Эти слова привлекли внимание двух молодых господ, увлеченных происходящим на сцене. Хэлянь И понял, что совершенно забыл о манерах, тихо кашлянул и спросил:

– Что случилось? Ты замерз?

– Действительно немного холодно, – улыбнулся Цзин Ци.

Чжоу Цзышу немедленно приказал своим людям отплыть к берегу и взял меховой плащ, набросив его на плечи Цзин Ци:

– Мое упущение, я совершенно забыл, что господа, в отличие от людей цзянху с грубой кожей и крепкими телами, не столь устойчивы к холоду. Ваша Светлость, вы очень замерзли?

Цзин Ци махнул рукой, подразумевая, что это пустяки:

– Я не настолько изнежен. Мне нужно лишь выпить немного вина и держаться подальше от ветра. Уже поздно. Простите, что вынужден вас покинуть. У Си, ты остаешься или...

Для У Си все происходящее было просто в новинку. Несмотря на юный возраст, он не очень любил развлечения, поэтому, естественно, мог вовремя остановиться. Кроме того, он не был близок с двумя оставшимися господами, не говоря уже о том, что за все это время они не обмолвились ни словом, поэтому он ответил:

– Я пойду с тобой.

Хэлянь И на мгновение заколебался, будто хотел что-то сказать. Тогда Цзин Ци повернулся к нему и одарил его довольно жалкой улыбкой:

– Ваше Высочество, не беспокойтесь обо мне. Прекрасная ночь скоротечна, насладитесь ею как следует.

Закончив говорить, он потянул У Си за собой и ушел.

Боль, пожирающая его изнутри, была всего лишь делом прошлого.

Хэлянь И нахмурился, однако вскоре его внимание снова переключилось на госпожу Луну этого года. Некоторые люди не верят в судьбу, но существуют также и те, кому от рождения предначертано ошибиться. Возможно, просто не судьба, а возможно, нехватка удачи. Кто знает?

У Си молча следовал за Цзин Ци. После их знакомства Цзин Ци всегда был довольно разговорчив. Неожиданно избалованный наследник, редко покидающий поместье и ни к чему не стремящийся, оказался обладателем невероятно обширных знаний. У Си обычно играл роль слушателя: наткнувшись на что-то интересное, он делал в голове пометку, но никогда не расспрашивал.

Увидев, что Цзин Ци молча идет по дороге, он понял, что тот устал.

Преимущество общения с У Си заключалось в том, что не приходилось думать о собственных манерах – У Си в любом случае сделал бы что-нибудь еще более неуважительное. Не сдерживаемые змеями социальных условностей и запретами, они выглядели удивительно естественно: шутили и смеялись, когда хотели, или сидели молча, когда была необходимость.

У Си знал, что многого не понимает, поэтому никогда не совал нос в чужие дела.

Внезапно У Си схватил Цзин Ци за руку и резко дернул назад. Пошатнувшись, Цзин Ци опомнился и увидел блеснувшую голубым цветом стрелу, которая вонзилась туда, где он стоял секунду назад.

Глава 17. «Убийцы в ночи»

Взгляд Цзин Ци немедленно прояснился.

Забыв об осторожности, он только сейчас понял, что они свернули в переулок. В канун Нового года столица бурлила от шума и суеты, мириады людей покинули свои жилища, но места, подобные этому переулку, были как тени под фонарем – уединенные и пустые.

– Молодой господин, идите вперед! – крикнул А Синьлай.

Он яростно вытащил из-за спины странного вида меч, прежде постоянно скрытый под одеждой. Цзин Ци с первого взгляда понял, что нападающие пришли за У Си, и, судя по его реакции, такое случалось не впервые.

– В чем дело? – шепотом спросил он.

Поджав губы, У Си схватил Цзин Ци за руку и притянул к себе. Лицо юноши, который минуту назад с любопытством разглядывал все вокруг, стало абсолютно безжалостным. Он не ответил на вопрос Цзин Ци, только сказал:

– Не бойся. Это не имеет к тебе отношения. Возвращайся. Там много людей, они не станут преследовать тебя.

Не успел он договорить, как несколько человек выскочили из тени. Их лица скрывали маски, а оружие, обмотанное разноцветными нитками вокруг рукояти, напоминало оружие А Синьлая. На спинах они несли маленькие арбалеты с отравленными стрелами вроде той, которую выпустили мгновение назад, а их одежды украшали пять ядовитых существ, что оскалили зубы и выпустили когти.

Цзин Ци слегка прищурился: это люди Южного Синьцзяна? У южных варваров кишка была не тонка: они даже осмелились совершить покушение на жизнь под ногами сына неба.

Однажды У Си сказал, что А Синьлай хоть и выглядит неуклюжим, но, тем не менее, является самым искусным воином Южного Синьцзяна. И действительно: всего за пару движений он сумел остановить и схватить нескольких убийц. У Си с силой оттолкнул Цзин Ци назад:

– Беги, быстро! Возвращайся в толпу!

Обычно этот молодой человек крайне редко открывал рот, поэтому поддразнивать его было весело. Однако не стоило недооценивать его силу: от одного этого толчка Цзин Ци пошатнулся и едва не врезался в стену.

Маленький соболь, дремавший за пазухой Цзин Ци, высунул мордочку и тревожно запищал.

Цзин Ци осторожно накрыл его ладонью, шепотом протянул «тс-с» и мягко сказал:

– Все хорошо. Не бойся.

Убийцы окружили А Синьлая, как вдруг один из них выскочил с другой стороны – А Синьлай краем глаза заметил его, но было слишком поздно. «Гость», проигнорировав Цзин Ци, бросился прямо на У Си.

У Си прищурился, а затем присел так быстро, словно растворился в воздухе, и прижался к земле, чтобы избежать атаки. Вложив слишком много сил в удар, убийца замедлился. Не теряя ни секунды, У Си из слепой зоны протянул к нему руку и ногтями, которые словно отражали свет, вцепился убийце в горло.

Внезапно убийца остановился. В ту же секунду облако черного дыма окутало его тело, нависнув над открытой кожей рук и лба. Его глаза вывалились из орбит, из глотки вырвались какие-то звуки, руки и ноги содрогнулись, после чего он тотчас же упал на землю.

В воздухе повисло зловоние. У Си перешагнул через труп и поднял голову, взглянув в сторону остальных убийц.

В мгновение ока труп превратился в смердячую кашицу.

На лице Цзин Ци выступило выражение абсолютного отвращения. Он бессознательно погладил соболя по голове и про себя произнес: «Я думал, что после стольких лет это маленькое ядовитое существо изменилось к лучшему, кто же знал, что его характер стал еще хуже. Он наносит удары безжалостно, но все еще не вызывает во мне ненависть и тошноту».

Его действия и правда позволили контролировать убийц: когда У Си окинул их взглядом, часть наемников одновременно отступила на полшага назад.

Цзин Ци покачал головой и тяжело вздохнул: возможно, в глубине души он испытывал жалость к этим несчастным душам. Поняв, что Цзин Ци не ушел, У Си почувствовал раздражение, обернулся и очень пристально уставился на него.

Однако Цзин Ци держался так, будто рядом никого нет, нагло подошел к трупу и присел рядом.

– Господа действительно обладают натурой друзей из южных земель, – заключил он, внимательно осмотрев останки. – Изловив возможность, вы тут же пытаетесь совершить убийство, не в силах подождать даже мгновение. Если бы даочжан Ли узнал, то, возможно, сгорел бы от злости.

Главарь нападающих уставился на Цзин Ци широко раскрытыми глазами, ошеломленный и встревоженный. Однако затем он увидел, как этот нежный, хрупкий на вид молодой человек, не обращая внимания на остальных, небрежно снял верхнюю одежду, обмотал ее несколько раз вокруг руки и поднял арбалет Южного Синьцзяна, что лежал неподалеку от трупа.

– Отличная вещь, – со вздохом сказал он, прищелкнув языком.

Едва звук его голоса затих, как Цзин Ци молниеносно разобрал арбалет, прицелился так, словно еще ни разу не наводил оружие на кого-либо, и выпустил острую стрелу. Наемник, что стоял прямо напротив него, явно не ожидал, что этот утонченный, воспитанный молодой человек убьет кого-то, не сказав ни слова. Не успел он среагировать, как стрела пронзила его насквозь. В следующее мгновение тело убийцы рухнуло в угол и больше не шевелилось.

– Ай-яй! – покачал головой Цзин Ци. – Я уделял недостаточно внимания практике! Мое мастерство стрельбы из лука верхом следует вернуть древнему учителю. Такое близкое расстояние, а я не смог хорошо выстрелить! – он прищурился, ухмыльнувшись, и сказал другому наемнику: – Изначально я целился в тебя.

Все это время У Си смотрел на него, потеряв дар речи.

Цзин Ци поднялся на ноги и похлопал У Си по плечу. С таким видом, словно они были товарищами по несчастью, он вздохнул, покачав головой, и продолжил:

– Я думал, что подобные внутренние распри свойственны только Дацину. У вас тоже практикуется подобное? Кто эти братцы?

– Клан Черных Шаманов... – ответил У Си. – Они не имеют к тебе никакого отношения. Держись подальше!

– Не имеют ко мне отношения? – Цзин Ци приподнял длинные брови и лениво сказал: – Дацин находится под властью Сына Неба, однако они осмелились открыто совершить покушение... Хм, я считаюсь чиновником императорского двора и стал свидетелем убийства в канун Нового года... Юный шаман сказал, что это не имеет ко мне никакого отношения?

Холодная усмешка скользнула по его губам. Одной рукой Цзин Ци сквозь слои верхней одежды держал арбалет, а другую завел за спину. Обычно живое и непринужденное выражение лица исказили острые, яростные черты.

Убийцы переглянулись и забормотали что-то, чего Цзин Ци не мог разобрать. Однако У Си немедленно напрягся и заслонил Цзин Ци собой.

Как раз в этот момент Цзин Ци достал из-за пазухи только что купленный на рынке маленький фейерверк, прикрепил его к наконечнику стрелы и запустил в небо. Фейерверк взорвался небольшим количеством искр и дыма, но все еще выглядел довольно красиво.

Люди Южного Синьцзяна его действий не поняли, поэтому немедля бросились на обоих противников. У Си вытащил из рукава крюк длиной с предплечье, по форме напоминающий хвост скорпиона и, разумеется, смертельно ядовитый. Убийцы явно испытывали довольно сильный страх перед этим оружием, но все-таки начали сражение.

– Я понятия не имею, кто такие черные шаманы, – сказал Цзин Ци неторопливо и четко, чтобы все могли ясно расслышать его голос. – Однако, господа, должно быть, знают, что предводитель отругает вас даже в случае успешного завершения задания. Если я не ошибаюсь... Ваш господин не мог отдать такой приказ. Так кто же тогда вообразил себя настолько умным?

Один из убийц ожидаемо отвлекся на эти слова, и крюк У Си угодил ему в шею. Не сказав ни слова, У Си дернул оружие на себя: половина головы наемника оторвалась от шеи, а кровь брызнула во все стороны на несколько чжанов [1]. Цзин Ци тотчас отступил назад, но передняя часть его одежд все равно оказалась забрызгана. Он недовольно щелкнул языком, а маленький соболь, который прятался у него на груди, яростно задрожал, подпрыгнул и за два-три прыжка взобрался на плечо Цзин Ци.

– Не можете понять, как я узнал? – продолжил Цзин Ци. – Сколько человек знали, что сегодня я буду с молодым шаманом? Должно быть, Его Высочество наследный принц после встречи со мной послал людей в княжескую резиденцию, чтобы известить всех, что хозяина нет дома. Вы наперед знали, что здесь можно устроить засаду, разве это не доказывает, что в моем поместье все это время был крот, работающий на второго принца Хэлянь Ци?

Цзин Ци давно знал, что Хэлянь Ци и даос Ли устроили в его поместье шпиона, но не хотел неосторожным поступком спугнуть врага раньше времени [2]. Однако он и подумать не мог, что эти идиоты-убийцы когда-нибудь обнаружат секретный ход. Прекрасная возможность пойти на попятную [3], а их выставить козлами отпущения.

Он давно привык к наблюдению и участию в опасных делах. Сложно сосчитать, сколько раз он стоял на грани между жизнью и смертью. Его навыки боевых искусств не были превосходными, но несколько убийц из Южного Синьцзяна не заслуживали его внимания.

– Очень жаль, что после стольких лет стараний Хэлянь Ци все же удалось засадить крота в мою резиденцию, – продолжил он с холодной усмешкой. – Мне нужно лишь спросить, кто покинул поместье этой ночью, и тогда все станет ясно. Скажите, как второй принц и старый даос Ли [4] собираются решать эту проблему? Не боитесь потерять благосклонность своего хозяина и не получить желаемую кость?

Его слова были полной выдумкой. Этим вечером княжескую резиденцию покинуло множество людей. Цзин Ци просто понимал ситуацию и давно знал, что в его доме имелся шпион.

Он еще не закончил, но один из убийц, часто и тяжело дыша от ярости, попытался проскользнуть мимо У Си. Цзин Ци только этого и ждал – он признавал, что его боевые искусства никуда не годятся, и заранее зарядил маленький арбалет отравленной стрелой, которой оставалось только пронзить наемника, едва тот подойдет поближе.

Однако Цзин Ци никак не ожидал, что У Си остановит убийцу на полпути. Этот ребенок будто бы был уверен, что Цзин Ци не сможет сражаться, потому решил пожертвовать жизнью, но защитить его. Когда крюк пронзил грудь убийцы насквозь, все внутренние органы вывалились наружу.

Вот только в этот момент появилась возможность напасть на У Си со спины. Другой наемник немедленно воспользовался случаем и ранил его клинком. Их движения были настолько быстры, что даже Цзин Ци не смог понять, что произошло. У Си силой рванул вперед, но убийца последовал за ним. Цзин Ци тотчас приготовил арбалет и выстрелил, хитро рассчитав направление. Сосредоточенный на У Си, убийца не смог предотвратить внезапное нападение – он попытался увернуться, но потерпел неудачу, и стрела попала ему в плечо.

Стрела действительно была отравлена: не успел убийца сделать и полшага, как упал замертво.

Это противостояние получилось довольно опасным. Цзин Ци чуть слышно выдохнул с облегчением и как ни в чем не бывало продолжил говорить:

– Почему у этого молодого человека настолько вспыльчивый нрав... Так вот, ваш господин признал второго господина Хэлянь своим приемным отцом, но когда все пошло наперекосяк, они попытались перерезать друг другу глотки. С такими слугами как вы, представляю, каким невероятно мудрым должен быть ваш хозяин. На вашем месте я бы покончил с собой: зачем возвращаться домой и причинять неприятности?

Как раз в этот момент в переулке эхом раздался людской топот. Убийцы немало испугались, в то время как Цзин Ци с улыбкой покачал головой:

– Кажется, они пришли. Господа прибыли издалека и наверняка не знают некоторых вещей. В столице очень много жилых домов, потому во избежание пожаров во время празднования Нового года и других праздников фейерверки разрешается запускать только на главных улицах или на берегу реки. Письменный запрет на запуск фейерверков в переулках был издан уже очень давно. Стражи Цзиньу [5] наконец пришли арестовать меня за нарушение закона.

Вслед за этим он тотчас громко рассмеялся:

– Кто еще осмелится проявить вспыльчивость в присутствии князя Наньнина?!

Чем ближе была стража, тем громче раздавались их шаги – казалось, от убийц их отделял один переулок. Главарь наемников сделал ложный выпад и сложил пальцы для свиста. Когда его свист пронзил воздух, все наемники прекратили борьбу и запрыгнули на стену, чтобы скрыться.

– Ай-яй! – поспешно крикнул Цзин Ци. – Никаких самоубийств? Что ж, счастливого пути, можете нас не провожать.

Маленький соболь сидел на его плече и вилял хвостом в абсолютном согласии.

Только теперь У Си смог выдохнуть с облегчением. Не успел он открыть рот, как Цзин Ци вдруг схватил его и потянул за собой, махнув А Синьлаю рукой.

– Быстрее уходим, – прошептал он.

– Почему мы должны уйти?.. – непонимающе спросил А Синьлай. – Разве это не стражи Цзиньу?..

– Я придумал это, чтобы обмануть их. Давай сначала вернемся. Остальное может подождать, – Цзин Ци еще сильнее понизил голос.

А Синьлай, бегом следуя за ним, повернул голову и снова спросил:

– Тогда чей этот топот?

– Запрет на использование фейерверков в переулках – негласное правило людей, живущих по соседству, – ответил Цзин Ци. – Семьи всегда опасались, что их дети могут устроить пожар. Я сделал это, чтобы привлечь внимание нескольких соседних домов. Сейчас местные жильцы бегут сюда, желая отчитать невежественных детей, запустивших фейерверк. Думаю, я сильно разозлил их. Поэтому давайте бежать быстрее, иначе придется платить компенсацию...

Голос Цзин Ци внезапно оборвался, когда У Си пошатнулся и всем весом рухнул на него.

Цзин Ци отступил на полшага, чтобы поддержать его, и почувствовал, что вся спина У Си была мокрой от пота. Сердце его сжалось от страха.

– Ты ранен?

У Си стиснул зубы и отказался издавать лишние звуки. Руками он крепко схватился за одежду Цзин Ци, часто и тяжело дыша. Чтобы прийти в себя, ему потребовалось немало времени. Облокотившись на плечо Цзин Ци, он с трудом выпрямился и сказал:

– Я в порядке. Мне не больно. У меня есть противоядие. Не нужно помогать мне, я могу идти сам.

Этот ребенок упрямее осла! Цзин Ци был не в настроении спорить с ним, поэтому повернулся к А Синьлаю и попросил:

– Понеси его на спине.

А Синьлай послушался. Без лишних разговоров он почти насильно взвалил У Си на спину, и они втроем, запятнанные кровью, вернулись в резиденцию юного шамана.

В тот же вечер У Си начало лихорадить. В плане использования ядов он взял на себя смелость называться вторым, но во всем Дацине не было никого, кто осмелился бы назвать себя первым. Воины Южного Синьцзяна сказали, что все в порядке и это нормальная реакция на противоядие – жар продержится одну ночь, а потом все снова придет в норму.

Маленький соболь сидел возле хозяйской кровати, переводя взгляд с одного человека на другого. Затем он своей крошечной головкой коснулся У Си. Увидев, что хозяин не реагирует, соболь издал несколько писков и с видом, достойным сочувствия, поднялся на задние лапки.

В резиденции юного шамана были одни лишь мужчины и ни одной служанки. Цзин Ци тяжело вздохнул, поняв, что доля присматривать за ребенком выпала ему, и решил остаться. Он послал А Синьлая в свое поместье, чтобы предупредить Пин Аня и передать, что с этого момента и до его возвращения всем, независимо от статуса и положения, запрещается входить и выходить по собственному желанию.

Закончив с делами, Цзин Ци сел на край кровати и поймал маленького соболя в объятья. Затем он приказал принести таз с холодной водой, смочил в ней полотенце и положил на лоб У Си, чтобы хоть немного снизить температуру.

Снаружи А Синьлай на языке Южного Синьцзяна рассказывал о событиях этого вечера, но Цзин Ци не понял ни слова. Он догадывался, о чем шла речь, но выяснять подробности ему не хотелось. Через некоторое время его мысли начали путаться, потому он прислонился к краю кровати и решил подремать.

Когда забрезжил рассвет, У Си вдруг открыл глаза. Едва он зашевелился, Цзин Ци тоже проснулся и протянул руку, чтобы пощупать его лоб. Заметив, что его до сих пор немного лихорадит, он понял, что У Си еще не восстановился до конца, и спросил:

– Тебе больно? Хочешь воды? Нужно какое-нибудь лекарство?

Но У Си продолжал лежать в оцепенении, словно еще не очнулся от кошмара.

Цзин Ци легонько похлопал его по плечу:

– У Си?

У Си бездумно уставился на него и хриплым голосом сказал:

– Я только что видел тебя...

Цзин Ци ошеломленно замер, как вдруг услышал следующие слова У Си:

– Я видел тебя во сне... с белыми волосами, ты сидел возле большого камня. Я говорил с тобой, но ты не обращал на меня внимания.

***

Примечания:

[1] Чжан ~ 3,33 м

[2] Спугнуть врага – в оригинале 打草惊蛇 (dǎcǎo jīngshé) – дословно «косил траву, спугнул змею» (в образном значении: неосторожным поступком навлекать на себя внимание, вспугнуть раньше времени).

[3] Пойти на попятную – в оригинале 顺坡下驴 (shùnpōxiàlǘ) – дословно «слезать с осла при спуске со склона» (в значении: использовать момент для выхода из положения, сойти со сцены в удобный момент).

[4] В оригинале используется выражение 牛鼻子老道 (niúbízilǎodao) – «коровий нос» – насмешливое прозвище даосских монахов.

[5] Стражи Цзиньу – в оригинале 金吾 (jīnwú) – мифическая птица, отводящая несчастье и указывающая путь выхода.