Текст книги "Тёмный лорд (СИ)"
Автор книги: Korell
сообщить о нарушении
Текущая страница: 43 (всего у книги 44 страниц)
– Бэрка? – удивленно спросила дама. – От этого старого пройдохи? Ах да, я, помнится, покупала у него отменные вещи.
«На себя бы посмотрела, старуха», – ехидно подумал Волдеморт. Впрочем, возраст пожилой дуры его должен был волновать мало. У него есть конкретный вопрос, на который мисс Смит («как Вы не хорохорьтесь, а шансов стать миссис у Вас нет», – усмехнулся про себя Волдеморт) должна дать конкретный ответ. Если, конечно, захочет. Значит, надо ее заставить.
– Бэрк написал мне, странное, чуть игривое письмо, – подняла дама пухлый палец. – Старый греховодник, хотя в молодости был хоть куда. Что же он мне предлагает? – оценивающе посмотрела она на гостя.
– Мистер Бэрк предлагает Вам товар, – рассматривая темно-зеленый ковер, – сказал Волдеморт.
– И что же это? – в голосе Хепзибы мелькнули любопытно-игривые нотки.
– А, пожалуй, отменная вещь… – Волдеморт едва сдерживался, чтобы подавить смех. – Она называется шипучий треножник.
– Боже, какая прелесть! – всплеснула руками Хепзиба. – Воистину, мой мальчик, Вы приносите удачу.
– Ради Вас – всегда, пожалуйста, мадам, – подумал Волдеморт. – «Бэрк, похоже, был прав», – подумал он, уловив запах легких духов. Такой цветочный аромат был бы в самый раз для Лив, однако на пожилой даме он казался верхом пошлости.
– Тогда я поставлю треножник здесь, – указала Хепзиба на угол, где стояло большое плюшевое кресло. – Пусть он пугает моих посетителей, но не сильно, – внимательно посмотрела она на гостя.
– Слово хозяйки – закон, – чинно поклонился Волдеморт.
– Видимо, Вы не так уж потеряны для хороших манер, юноша, – снова рассмеялась Хепзиба. – Вас, кажется, зовут Том?
– Совершенно верно. Том Марволо Риддл.
– Красивое имя. Придется мне заняться Вашим воспитанием, Том, – игриво покрутила дама рукой. – Присаживайтесь. Хокки, – повелительно крикнула она, – стул и какао!
Эльфийка вернулась в комнату через пару минут. Щелкнув пальцами, она легко наколдовала стул и чашечку. Дело, похоже, пошло на лад. Решив подыграть даме, Волдеморт сел на стул и улыбнулся.
– Если мне не изменяет память, Смиты происходят от самой Хельги Хаффлпафф? – скромно спросил Том.
– А Вы умны, симпатичный мальчишка! – снова улыбнулась хозяйка. – Если бы Вы только знали как много осталось фамильных преданий у Смитов. Да, да, мы в самом деле потомки Хельги Хаффлпафф. А, может быть, и Годрика Гриффиндора!
– Даже так? – Волдеморт с интересом посмотрел на книжный шкаф.
– Отчего же нет? – наиграно пожала плечами Хепзиба. – По преданию, дочь Хельги Хаффлпафф сочеталась браком с бароном Арунделом Смитом. Однако, – понизила хозяйка голос, – от кого ей родить дочь, как не от Годрика?
– Может, от Салазара Слизерина? – осторожно спросил Волдеморт.
– Бог мой, от злобного болотного духа? – откинулась в кресле Хепзиба. – Полагаю, у нашей прародительницы был куда более тонкий вкус, чем у сластолюбивой умницы Ровены. Зато у Хельги была романтическая история.
«Если ты похожа на Хельгу, я бы на месте Салазара пальцем не притронулся бы к такой… с позволения сказать, толстухе», – фыркнул про себя Волдеморт. Хепзиба, не зная его мыслей, кокетливо пошевелила пухлыми ногами и посмотрелась в огромное зеркало с оправой в виде плюща.
– Глядя на Ваш дом, я сразу подумал, что он принадлежит древнему роду, – почтительно наклонил голову Волдеморт. Подошедшая Хокки поднесла керамический кувшинчик, в котором, очевидно, было налито какао.
– Дом в самом деле великолепен, – охотно откликнулась Хепзиба. – Если бы только не было проклятых бандиманов, – томно вздохнула она, поставив чашку с изображением движущегося павлиньего хвоста.
– Они Вам докучают? – почти искренне удивился Волдеморт.
Профессор Мэррифот показывала им этих неприятных существ, напоминавших зеленоватые комки слизи с большими моргающими глазами. Неподвижный бандиман напоминал глазастую бледную поганку, но если его потревожить, он трусливо убегал прочь на многочисленных веретенообразных лапках.
– Ох, Том, для человека они безвредны, – подвинула резную сахарницу Хэпзиба. – Но их гнусная слизь подтачивает фундамент!
– Пусть Хокки применит очищающее заклинание, – посоветовал Волдеморт. Острый носик на крышке сахарницы чем-то неуловимо напоминал ему башни в Косом переулке. – Если они сильно расплодились, я могу связаться с Отделом по контролю волшебных существ.
– Ой, Том, не стоит, – смущенно потупила глаза Хепзиба. – Право, Вы очень любезный юноша… Хокки пошла в Лютный переулок, где купила три фунта ядовитого порошка. Вы знаете, Том, как он называется? – отпила дама какао.
– Нет, – Волдеморт постарался ответить как можно мягче.
– «Прощальный ужин», – захохотала Хепзиба. – А на обертке нарисован… – продолжала она, – отбросивший лапки вверх бандиман!
Волдеморт изобразил подобие улыбки и снова посмотрел на зеленый ворс ковра. Только сейчас ему пришло в голову, что пухлая и бесполезная Хепзиба сама напоминает огромного бандимана. Такого, который жиреет от грязи.
– Аптекарь отвесил ей порошок в белой коробке с синими надписями, – продолжала словоохотливая Хепзиба. – На нем еще стоит штамп «Осторожно! Яд!» Хокки уже дважды протравила таких тварей.
– Весьма логично хранить его в подвале, рядом с бандиманами, – вытянул ноги Волдеморт.
– Надо спросить у Хокки, – охотно отозвалась Хепзиба. – Хокки, где сейчас яд?
– Какой яд, мэм? – вбежавшая эльфийка с упоением смотрела на хозяйку.
– Яд для бандиманов, – добавила Хепзиба с таким видом, словно говорила с глупым ребенком. – Ты забываешь все на ходу, Хокки!
– Ой, простите, мэм… Яд на кухне, – сжалась служанка.
– На кухне? Ты соображаешь, что делаешь? – заклинала Хепзиба. – Это опасно, смертельно опасно.
– Мэм… Я… – испуганная Хокки переминалась с ноги на ногу. Волдеморт посмотрел в окно, Небо на улице потемнело, и черные дождевые тучи почти закрыли нависавшие вдалеке дома, вызывая предчувствие скорого ливня.
– Достаточно будет поставить яд в безопасное место, – спокойно ответил Волдеморт.
– Том, Вы правы, – всплеснула руками Хепзиба. – Хокки, поставь яд в шкаф! – Эльфийка кивнула и тотчас растворилась в воздухе.
– Она у Вас послушная, – похвалил эльфийку Волдеморт.
– Хокки хорошо выдрессирована, – охотно продолжала хозяйка. – Я занималась ее воспитанием. Однако, Том, вернемся к Хельге Хаффлпафф*. Какой колледж Вы закончили, кстати? – пристально посмотрела она.
– Слизерин, – чуть виновато наклонил голову Волдеморт.
– Боже мой… Так Вы опасный хитрец, – дама лукаво погрозила пальцем. – Так вот, Хельга, по преданию, была сиротой, и ей повезло, что суровый конунг приютил ее в качестве служанки. Надо сказать, что он не прогадал – Хельга оказалась прекрасной хозяйкой и умела удивительно готовить. Она приносила ему удачу в походах, а однажды закрыла собою господина в бою.
«Трогательная история – быть служанкой и наложницей», – усмехнулся про себя Волдеморт. Ему было трудно понять, в самом ли деле Хепзиба гордится этим идиотским случаем, или просто пытается пустить пыль в глаза.
– Потом она примкнула к Основателям? – осторожно спросил коммивояжер. Какао был явно остывшим, но Волдеморт, взяв себя в руки, отпил противный напиток.
– О, да. Они уже путешествовали по Англии втроем. Хельга Хафффлпафф примкнула к ним последней. Впрочем… Хокки! – крикнула Хепзиба. – Книгу об Основателях, скорее!
– Выходит, сейчас, Вы единственная наследница Хельги Хаффлпафф? – снова сделал комплимент Волдеморт.
– А, возможно, и Годрика Гриффиндора, – добавила, нахмурившись, дама. – О, нет, Том, у меня есть родственники: двоюродный брат Алоиз Смит. Не скажу, что мы с ним очень дружны, хотя…
Не дослушав ее болтовни, Волдеморт повернулся на шум справа. Подоспевшая копуша Хокки достала, наконец, с полки красный том с золотым тиснением. Сопя, она радостно поднесла его хозяйке.
– Вот полюбуйтесь, – важно сказала она, открыв толстый фолиант.
Волдеморт прищурился. Перед ним в самом деле была «История Основателей», только не такая, какую он читал в Хогвартсе. В этой книге было куда больше движущихся картинок и подробностей об их жизни. Краем глаза Волдеморт успел заметить, что книга был издана в 1701 году.
– Рисунки нарисованы киноварью. Целое состояние, – снова томно сказала Хепзиба. – Вы только посмотрите сюда, мой мальчик, – указала она на портрет совсем молодой миловидной девушки с густыми светло-русыми волосами и совершенно детским взглядом больших синих глаз.
«Хорошая наложница была у Годрика», – подумал Волдеморт, рассматривая ее аппетитное тело.
– Мне еще в детстве говорили, что я невероятно похожа на нее, – сказала Хепзиба, чуть хитровато посмотрев на гостя. Волдеморт ни минуты не сомневался, что она придумала это только что, но вслух произнес:
– Пожалуй, что-то есть в верхней части лица…
– В верхней части лица… Ах ты хитрый, негодный мальчишка! – сказала Хепзиба и вдруг игриво потрепала ему волосы. – Такие глаза… Сколько бедных наших хаффлпаффок утонуло в них, а?
Все произошло настолько быстро, что Волдеморт не успел даже возмутиться. Движение Хепзибы было противным, но он не стал сопротивляться. Все его внимание было приковано к раскрытой странице книге, на которой была изображена знакомая ему гора. Тяжелые морские волны обрушивались на громадные валуны и отступали, теряясь в потемневшей водной глади. Подпись внизу гласила:
Пещера Слизерина
Много тайн оставил после себя четвертый основатель Хогвартса. Согласно легенде, он выстроил свою пещеру в одной из скал восточной Англии. Тщеславие Салазара Слизерина дошло до того, что он велел окрестным змеям именовать себя «Повелителем змей». Внутри пещеры он поместил зеленое облако. Поскольку Слизерин вступил в брак с наследницей Кадма Певерелла, зеленое облако по легенде превращались в девиз рода Певереллов при звуках парселтанга. Найти эту таинственную пещеру, впрочем, никому не удалось, как не удалось обнаружить и загадочную Тайную Комнату.
«Потому что для этого нужен парселтанг, идиоты», – подумал Волдеморт. Хепзиба убрала руку и стала что-то увлеченно рассказывать, но смысл ее слов едва доходил до гостя. Все его внимание было приковано к базальтовым глыбам, где он, приютский мальчишка, в свою время напугал пару мерзавцев. Что, если именно здесь ему стоило положить частичку души, замурованную в медальон предка? Перед глазами поплыли зеленые буквы, и Волдеморт, вытерев лоб длинной рукой, машинально подлил какао хозяйке.
***
Бартоломео Малфой просчитался: в последних числах марта министр Спенсер-Мун перешел в наступление, выкинув в газеты уничтожающие статьи о противниках. Не то чтобы в них содержались невероятные факты, скорее, они непринужденно разбивали в прах все обвинения. Нападения на Хогвартс? Авиация Гриндевальда бомбила даже Лондон. Хогвартс был плохо защищен? Об этом должен был думать не министр, а директор. Да и сам мистер Малфой, как член Попечительского совета, мог бы посодействовать защите школы. Погибали ученики? В Европе счет жертв шел на миллионы. Да и Миртл Уоррен погибла не от нападений магов СС, а по вине ученика-великана Рубеуса Хагрида, которого принял в школу директор Диппет. Поскольку многие члены Совета недолюбливали «старину Армандо», они автоматически становились помощниками и друзьями министра.
Теперь закачалось кресло под Малфоем. Каждый член Визенгамота, затаивший какую-то обиду на «красавчика Бартоломео», стремился свести с ним счеты. Двадцатого марта Визенгамот отказался рассматривать вопрос об импичменте. Поникший Малфой только успевал отбиваться от бесконечных нападок прессы. Все это весьма волновало Карактака Бэрка, имевшего давний бизнес с семейством Малфоев.
– Неплохо бы выкинуть что-то на людей министра, – проворчал Бэрк за завтраком, отпивая кофе. В последнее время в лавках вновь появились бананы, и сотрудники магазина Бэрка уплетали их за обе щеки. – Том, Вам нужно сходить к Рафсанджани.
– Завтра, сэр, – согласился Волдеморт. – Сегодня я приглашен к Бэркам. Вашим дальним родственникам. Я думал, Вы тоже идете на день рождения юной леди Араминты, – чуть заметно улыбнулся Волдеморт, подвинув сахарницу. Вспоминая, как, стоя на четвереньках, кричала от боли и наслаждения эта «юная леди», он чувствовал приятное тепло внутри.
– Нет, наши связи давно прервались… – вздохнул Бэрк. – Не поверите, но я родился в шестьдесят третьем году.
– В… – опешил сидящий напротив Горбин. Волдеморт тоже с интересом посмотрел на владельца лавки.
– Да, в шестьдесят третьем. Уже тогда представили нашего рода мало общались друг с другом. Кстати, как там Хепзиба?
– Купила доспехи, – ответил Волдеморт. – Вторую вещь за месяц. Однако…
– По вещам Основателей сведений не дает, понимаю. Поднажмите, Том, время не терпит, – поиграл пухлыми пальцами Бэрк.
– Хорошо, сэр, – Волдеморт посмотрел на Руку Славы и подумал, что скорее он состарится, прежде, чем ее уберут с камина.
Минувшие полтора месяца Волдеморт потратил не зря. Хепзиба Смит приобрела и треножник, и доспехи гоблинской работы. Пожилая дама была настолько очарована им, что походила на влюбленную девчонку. Помощник Бэрка приносил ей то конфеты с коньяком, то засахаренные ломтики бананов. Каждый раз Волдеморт продолжал разговор об Основателях, послушно выслушивая байки про Хельгу. Юноша не сомневался, что рано или поздно его терпение окупится сторицей.
По пятницам лавка Бэрка закрывалась раньше обычного. Горбин еще продолжал ворчать, что старые пни из Визенгамота мало что смыслят в политике. Поднявшись к себе, Волдеморт надел деловой костюм, светло-желтую рубашку и неизменную бабочку. Вкупе с сильной бледностью такой наряд придавал ему вид похоронного агента, но Волдеморту было все равно. Быстро выйдя из лавки, он положил в карман коробочку с подарком и растворился в темном вихре воздуха.
Подарок для Минни приходилось выбирать с особой тщательностью. Из-за образовавшегося завала Волдеморт проигнорировал два последних письма подруги. В одном из них она, кажется, жаловалась, что свадьба состоится в июне. После удачной сделки с Хепзибой у Волдеморта наконец-то появились деньги, и он решил заказать ей в салоне особую игрушку. Внешне это была обыкновенная иволга, прыгавшая с ветки на ветки и переливавшая цветами из камней. Зато при произнесении нужного заклинания иволга открывалась, выбрасывая из себя другую фигурку: кобру, поедающую маленькую садовую пеночку. Волдеморт не сомневался, что Минни с присущей ей страстью к жестоким наслаждениям оценит такой подарок.
Дом Бэрков находился на морском берегу. Приземлившись, Волдеморт пошел вдоль линии прибоя. На берегу валялись раковины моллюсков, а штиблеты вязли в сероватом морском песке. Волдеморт поморщился, поправив трепыхавшийся на ветру пиджак. На мгновение он представил, как маленькая Минни, сопя, мастерит на беру какую-то крепость. «Знали ли тогда ее родители, что из этого крошечного белого существа вырастет такая отменная развратница?» – усмехнулся про себя юноша. Впрочем, сейчас море казалось холодным и неприветливым. Поднявшись вверх по лестнице, Волдеморт оказался возле резной ограды, за которой был виден дом с колоннами из белого мрамора.
– Добро пожаловать, Мастер, – молодой зеленоватый эльф низко поклонился ему. – Корки готов забрать одежду.
– Не нужно, – легонько поморщился Волдеморт.
Пока Корки проворно очищал его ботинки, посетитель с интересом стал осматривать сад, который больше напоминал роскошный приморский парк. Вглубь убегали длинные треугольные клумбы с цветущими петуниями и розами. Ажурные решетки забора были увиты кустами шиповника. Вымощенные дорожки казались невероятно чистыми: эльфы, похоже, помыли их то ли мылом, то ли вовсе стиральным порошком.
По парку ходили группы ведьм и волшебников в парадных мантиях. Некоторые спешили к центру, где стояло нечто похожее на фонтан: громадная мраморная чаша, изрядно заросшая травой и вьющимися цветами, ниспадавшими до земли. Некоторое время Волдеморт наблюдал за парой молодых женщин под желтыми зонтиками от солнца – на праздник, похоже, пригласили всю родню. Высокий пухловатый мужчина с седыми волосами весело болтал с ними. Волдеморт подумывал уже отправиться к ним, как вдруг почувствовал хлопок по плечу.
– Том, как здорово, что ты пришел! – раздался голос Рэндальфа Лестрейнджа. – А то я скоро чокнусь.
– Наслаждаешься огневиски? – спросил Волдеморт. Рэй, как обычно, разоделся в угольного цвета смокинг с идеально белой рубашкой.
– Какое там, – поморщился Лестрейндж. – Одно шампанское дают. Но не от него, – Рэндальф загадочно махнул рукой в сторону фонтана.
Волдеморт посмотрел в том направлении. Чуть поодаль от идущей толпы стояла высокая сухопарая девушка в длинном белом платье и соломенной шляпке с белой ленточкой. Рэй, казалось, едва не облизнулся при виде фигуры. Волдеморт сразу признал в ней Вальбургу Блэк. Рядом с ней крутилась пухленькая Кассиопея Блэк в темно-зеленом платье.
– Нашу дурочку тоже сюда пригласили, – прошептал Рэндальф. Словно в подтверждение сказанного им ранее к приятелям подошел эльф и почтительно протянул поднос с высокими и тонкими бокалами шампанского.
– Где же твоя благоверная? – съязвил Волдеморт, все еще смотря, как Кассиопея забавно машет руками.
– В слизеринской гостиной, – небрежно махнул Рэндальф. – Ты лучше на Вэл взгляни… И представь ее без платья, – шепнул Лестрейндж.
– Сладенького захотелось? – усмехнулся Волдеморт. Мимо них прошла средних лет женщина, которая вела за руки двух девочек лет десяти. Обе были в скромных, но опрятных темно-зеленых платьицах с серебряными блестками.
– Даже Бэддоки приперлись, беднота, – скривился Рэндальф. – Бэрк всех зовет, свадьбу Минни репетируют. Кстати, насчет Вэл ты прав, – отпил он крошечный глоток шампанского, – сладость!
– Смотри не получи по шее от миссис Лестрейндж, – сказал Волдеморт. Только сейчас он с опаской заметил, что отпил уже добрую треть бокала, а просить второй было вроде бы показателем дурного тона.
– Какой мужчина не попробует сладкого? – притворно вздохнул Рэндальф. – Зато твоя благоверная установила в школе такие правила, что мама не горюй! – игриво посмотрел он на приятеля.
– Кстати, Лив в белом платье и белых туфельках украсила бы вечер, – как ни в чем не бывало ответил Волдеморт.
– Да… И красавица, и умница, и все знает… И платье шикарное… Непонятно, что же ты теряешь время? – поддел приятеля Рэндальф.
Волдеморт задумчиво посмотрел на соседние дорожки. Неприятная мысль заскреблась под сердцем. Лив не пригласили в это общество из-за недостаточно знатной фамилии. Его самого пригласили, но только по просьбе Минни или по старой памяти, что он был префектом Слизерина. Лестрейндж работал в секретариате Визенгамота, готовя к заседаниям бумаги; Эйвери отец пристроил в министерство. Они пока болтали с ним – скромным подмастерье в лавке Бэрка, но это было лишь до поры до времени… Скоро он станет для них существом второго сорта – неудачником, промышляющим чем-то вроде темной магии.
– Сюда, – показал Рэндальф на едва заметный барьер. Подошедший к ним Ореон Блэк весело поприветствовал приятелей, и они втроем перешли черту.
Мгновение спустя они оказались внутри гигантского холла, оформленного на манер старинного дворца. В полутьме поблескивали зеркала, и огни свечей отражались в натертом до блеска паркете. Вокруг росли тропические деревья, на ветках которых порхали птицы и бабочки. Кое-где шумели водопады и маленькие ручейки. Едва кто-то из гостей останавливался, как к нему подбегал эльф, предлагая на подносе напитки или трубку с табаком. В центре оранжереи также высился большой фонтан в виде девятнадцати свечей.
– Значит, Вики сумела продать свои прелести? – усмехнулся Рэндальф. Волдеморт задумчиво посмотрел на светло-желтый местами сероватый гравий центральной дорожки: его приятели, похоже, продолжали свой разговор.
– Еще бы. Сын министра! – фыркнул Ореон. – Имея такого папу, можно позволить себе иметь Вики Спрингфилд, – усмехнулся он своему оксюморону.
– Зато твоя Цедрелла стала полной идиоткой, – добавил Лестрейндж. – Ты читал ее заметку в «Пророке»?
– Там, где она ругает Слизерин? – пожал плечами Ореон. – Ну дура, что еще можно сказать!
Лорд взглянул на волны. Маленькое лесное озеро заволновалось сильнее. Его гладь казалось застывшей, хотя на самом деле под водой шла какая-то невидимая для посторонних глаз работа. Возможно, там били подземные ключи или жило какое-то темное существо. Но так или иначе, это озеро не было тихим.
– Знаешь, Рэй, мне это трудно понять, – сказал Волдеморт. – Как можно ругать Слизерин если ты – слизеринец? Откуда только у некоторых берется желание ругать свое, искать в нем, как маньяки, проблемы?
– Типа хотят прослыть прогрессивными, – презрительно усмехнулся Рэндальф, хотя в его карих глазах мелькнул недобрый огонек.
– Вместо того, чтобы быть всем вместе, – вздохнул Волдеморт. – Мы должны не в себе копаться, а быть едиными в своей ненависти.
– А отступников… Будем судить показательным судом? – с восторгом спросил Ореон, поправив бархатный жакет.
Он не договорил. Толпа зааплодировала. Все, как по команде, обернулись в сторону фонтана. Возле него шла Араминта в роскошном розовом платье с золотыми блестками. Рядом с ней шла похожая на нее, но чуть более строгая белокурая женщина в белом платье. Она была чем-то неуловимо похожа на Меланию Блэк, но в облике дамы было нечто более легкое и нежное.
– Тетя Бельвина, – прошептал Ореон. Помявшись с ноги на ногу, он отошел куда-то в сторону.
– Сейчас будем вручать подарки? – осторожно спросил Волдеморт приятеля.
– Какое там… – отмахнулся Рэй. – Сейчас мистер Мелифлуа будет поздравлять нареченную. Потом родня… Мы значимся дай бог пятидесятыми в списке.
Едва дамы приблизились к фонтану, как сверху посыпалось конфетти. Аплодисменты усилились. Толпа запела «Happy birthday to you». Радостная Араминта, упиваясь своим счастьем, взмахнула палочкой. Тотчас все девятнадцать свечей вспыхнули нежно розовым светом. Следом за ним вверх ударили струи воды, которые, переливалась, превращались вверху в призрачную Араминту.
Волдеморт еще раз посмотрел на толпу, словно видел их всех в первый раз. Перед глазами поплыла картина слизеринской гостиной. Седьмой курс, накануне вторжения Гриндевальда. Он сидит перед приятелями, и Рэй с усмешкой просит показать им непрощаемые. Они ждут, они мечтают, чтобы он споткнулся. Но он улыбается, доставая палочку и предлагая Нотту стать его ассистентом. Они ждут его провала. Не дождутся. Он бросит труп грызуна к туфелькам испуганной Минии – пусть невзначай приучается к покорности. Это было всего год назад, а кажется, что уже прошла вечность.
Дальше, дальше. Шестой курс. Он читает «Пророк» в гостиной. Одноклассники вбегают, умоляя спасти Ореона, решившего изготовить жаркое из Пруэтта. Он поворачивается. Перед глазами встает перепуганное личико Мари Аркон, ныне уже покойной. Он поднимается и идет в кабинет Диппета. Сами они никогда не вытащат Ореона.
Дальше, дальше. Четвертый курс, он преподает первый урок. Или начало пятого – какая разница? Он обучает их выпускать патронусы. Минни, сияющая розовым платьем, никак не может это сделать. Друэлла… Кстати, где она… Тоже. Только у Лив плывет маленький окунь, и она едва не прыгает от счастья. Они готовы для него на все. Потому что только он может обучить их всему.
Дальше, дальше… Третий курс. Зима, урок накануне бала. Мальсибер смеется над ним, и Том отвечает ему. Араминта и Рэндальф смеются над Нортоном, тоже, кстати, уже покойным. Они смеются над его шутками.
И, напоследок, перед ним мелькнуло давнее воспоминание. Круглая гостиная была пуста. Только мутная вода в окнах изредка отбрасывала блики на тёмно-зелёный с серебристыми прожилками ковёр. Было, видимо, раннее утро: камин горел тусклым ночным светом. Маленький чёрный котёнок, принадлежавший, видимо, кому-то из учеников, ловил тусклые блики. Тощий тёмноволосый мальчик одиноко подошёл к креслу и погладил котёнка. Тот благодарно замурлыкал и последовал за мальчиком до кресла.
Никогда и нигде Том Риддл не был равным им: в лучшем случае они признавали его, бедного мальчишку из приюта. Он не был равным им, даже заставив Крэбба поцеловать край своей мантии и вынудив «Вальпургиевых Рыцарей» клясться его фамильной меткой. Он мог обладать любыми знаниями, но никогда не мог сравниться ни с Лестрейнджем, ни с полноватым увальнем Мелифлуа, ни с дурой Минни. Его судьба – прозябать продавцом в магазине. Том Риддл должен был исчезнуть, чтобы на смену ему явился Лорд Волдеморт.
– Я благодарна Вам, мистер Риддл, – раздался рядом нежный чуть игривый голос.
– Мисс Адамс? – насмешливо осмотрел ее Волдеморт. Натали нарядилась в легкое платье горчичного цвета, набросив на плечи темно-синюю накидку.
– До августа. После чего – миссис Блэк, – охотно ответила девушка. Ее волосы были уложены с легкой небрежностью, а от ее тела исходил запах дорогих духов. – В чем-то Вы – устроитель нашего с Альфардом счастья.
– Где же Ваш будущий благоверный? – ехидно поднял брови Волдеморт.
– О, я оставила его до конца вечера, – улыбнулась Натали. – Пусть немного поревнует. Вы со мной согласны, мистер Риддл?
– Ну откуда же мне знать? – пожал плечами Волдеморт.
– Типичный робкий мужчина, – плотоядно улыбнулась райвенкловка. – Не может сказать ни «да», ни «нет». – Невдалеке раздался визг. Волдеморт обернулся и с удивлением заметил, что фонтан, похоже, облил гостей.
– Как интересно… – хмыкнул Волдеморт. – Однако я никогда не понимал ревнивцев. Если женщина захочет изменить – она все равно изменит, чтобы ты ни делал; не захочет – тоже не изменит, как бы ее ни соблазняли. Так какой смысл убиваться из-за неизбежного?
Визг становился громче. Краем глаза юноша заметил, как Рэндальф пробрался сквозь толпу. Видимо, водой облило Вальбургу Блэк, которую он, как настоящий герой, сейчас спасет. У Волдеморта мелькнула мысль, не сам ли Рэй спровоцировал все происходящее безобразие.
– Мне кажется, в отличие от мужчин, которые все-таки или хотят, или не хотят, девушки могут притворяться, – улыбнулась глазами Натали. – Кокетничать как играть, из интереса, – пристально посмотрела она на фонтан.
– Могут, почему нет? – устало ответил Волдеморт. – Играть из интереса… Развлечения на уровне третьего курса.
– Не сказала бы. Неважно, какого уровня развлечения, – плотоядно улыбнулась Адамс. – Важно, что девушки это могут делать, и такое надо уметь распознавать, чтобы не пополнить число пажей. – Волдеморт хотел что-то ответить, но не успел. Райвенкловка, поймав взгляд Аластора Нотта, медленно пошла в его сторону кокетливо невинной походкой.
«Она определенно плохо кончит, – подумал Волдеморт, глядя на визг толпы. – Блэки или вспорют ей живот, или скормят рыбам». – Вспышка фейерверка озарила поляну синим светом, осветив тонкую фигурку Араминты. Волдеморт рассеянно посмотрел на нее. «Показать бы им, как эта идиотка стоит на четвереньках в постели», – подумал он. Впрочем, если исчезнуть, то это лучше сделать здесь и сейчас. Будущий Лорд Волдеморт появится как бы из ниоткуда…
– Натали, – позвал он тонкую фигурку.
Райвенкловка повернулась. Некоторое время она с досадой смотрела на человека, помешавшего ее флирту. Волдеморт, однако, не обратил внимание на ее досаду. Подойдя к Натали, он протянул ей коробочку, чуть наклонив ее:
– Передайте, пожалуйста, это имениннице, миссис Блэк, – спокойно сказал он. Затем, развернувшись, медленно пошел к выходу из оранжереи.
***
Весеннее тепло уже стояло в послеполуденном воздухе. Деревья, едва оперившиеся первыми листьями, казались почти невесомыми в бездонной апрельской синеве. Волдеморт не спеша подошел к знакомому деревянному дому. Хотя визит коммивояжера в субботу выглядел странно, Хепзиба вряд ли удивилась его письму. «Еще, пожалуй, решит, что пришел ради ее дряблого тела», – усмехнулся про себя Волдеморт. Впрочем, это ерунда. Главное было успеть забрать вещи Основателей до того, как хватится Карактак Бэрк. Он, конечно, человек со связями, но едва ли будет искать своего помощника в Иране. Подумав с минуту, Волдеморт стукнул знакомым дверным молотком**.
– Скорее, скорее, Хокки, это он! – раздался хрипловатый голос Хепзибы. Волдеморт усмехнулся: все же приятно, что эта старая грымза ожидала его.
Хокки открыла дверь и низко поклонилась. Волдеморт небрежно кивнул, хотя в глубине души удивился одетой на эльфийку чистой холстине, задрапированной на манер тоги. С легкостью пройдя через битком набитую гостиную, молодой человек подошел к сидящей в плюшевом кресле склонился Хепзибе. Затем, небрежно улыбнувшись, коснулся губами пухлой руки.
– Я принес вам цветы, – тихо сказал Волдеморт, извлекая невесть откуда букет роз. На самом деле, он давно научился проделывать подобные фокусы без помощи палочки.
– Гадкий мальчик, к чему это! – визгливо воскликнула Хэпзиба, хотя Волдеморт заметил стоявшую на ближайшем к ней столике пустую вазу. – Балуете вы старуху, Том… Садитесь, садитесь… Но где же Хокки? Ага…
«Ждала», – усмехнулся Волдеморт.
Дама разглядывала себя в маленьком, усыпанном самоцветами зеркальце. Щеки алели от большого количества румян, наложенных явно с избытком и уже бессильных скрыть возраст Хепзибы. Мясистые ноги были втиснуты в узкие атласные домашние туфли. Весь ее облик напомнил Волдеморту ожидавшую его в охотничьем домике Минни. «Только нет, голубушка, старовата», – усмехнулся он.
В гостиную, между тем, торопливо вернулась Хокки. В ее руках красовался поднос с маленькими пирожными, который опустила близ локтя своей хозяйки.
– Угощайтесь, Том, – сказала Хэпзиба. – Я знаю, что вам нравятся мои пирожные. Ну, как вы? Побледнели. Вас в вашем магазине заставляют слишком много работать, я это сто раз говорила…
Волдеморт натянуто усмехнулся. Хэпзиба ответила ему жеманной улыбкой. «Минни в старости», – ехидно подумал гость, глядя на очередной зеркальный шкаф.
– Итак, под каким же предлогом вы навестили меня сегодня? – хлопая ресницами, осведомилась хозяйка.
– Мистер Бэрк хотел бы сделать вам выгодное предложение касательно кинжалов гоблинской работы, – ответил Волан-де-Морт. – Он полагает, что пятьсот галеонов будут более чем справедливой…
– Нет-нет, не так быстро, иначе я подумаю, что вы приходите сюда только ради моих безделушек! – Хэпзиба надула накрашенные алой помадой губки.
– Мне приказывают являться сюда ради них, – тихо произнес Волдеморт. – Я всего лишь бедный служащий, мадам, и вынужден делать то, что мне велят. Мистер Бэрк просил узнать…
– Ах-ах, мистер Бэрк, подумаешь! – взмахнув ладошкой, сказала Хэпзиба. – Я могу показать вам такое, чего мистер Бэрк и не видел ни разу! Вы умеете хранить тайны, Том? Пообещайте не говорить мистеру Бэрку о том, что у меня есть. Он мне покоя не даст, если узнает, что я показала вам эти вещицы, а я их не продам ни мистеру Бэрку, ни кому другому! Но вы, Том, вы способны увидеть в этих вещах их историю, а не одни галеоны, которые за них можно выручить…
