Текст книги "Вор из Маравеля (СИ)"

Автор книги: Эхо

сообщить о нарушении

Текущая страница: 41 (всего у книги 46 страниц)

– Осталось найти жилище неподалёку, чтобы была возможность понаблюдать за происходящим, – сказал он девушке, едва только вернулся к ней. – Но тут, как понимаю, живут сплошь зажиточные люди. Как думаешь, реально найти тут какой-нибудь заброшенный подвал?

– Вряд ли, – послушница виновато улыбнулась и развела руками, как бы говоря, что не она этим городом управляет и ничего поделать с этим не может. – Дорогой мой кабальеро, скажи мне, тебе подойдёт… любой дом?

– Что ты имеешь в виду? – он повернулся к ней и встретился глазами, замечая её широкую, мечтательную улыбку.

***

– Мне кажется, что это плохая идея, – высказался Наво, глядя на весьма ухоженный, но обычный дом, к двери которого подбегала воодушевлённая Элена. Конечно, ведь это её жилище. Тяжко вздохнув, вор повернул голову. Там, шагах в ста отсюда, бесновались люди, пытающиеся пробиться в район аристократов. До сих пор стоят. И ведь не жалко им времени на это? Всё равно ведь ничего не получится, а деньги, которые могли быть заработаны, теперь уже никто из них не получит.

Обидно. Ему ведь воровать будет нечего.

Теперь, наверное, стоит рассказать о том, что вообще происходит.

Первым делом, они вернулись к друзьям Наво. Обнаружилась вся компания, включая Тито и Мари, трапезничающей прямо там, в подворотне. Возмущённый такой несправедливостью вор тут же отобрал часть еды и даже предложил Элене присоединиться к ним. Конечно же, она согласилась. Кто бы сомневался? После сытного обеда, когда все расслабились и были готовы внимать, послушница выложила свой «гениальный» план. Она предложила занять подвал её дома, которым всё равно никто не пользуется. Последний раз им пользовался ещё дедушка по отцу, а вот сам нынешний глава семейства оказался не настолько хозяйственным. Да и мать тоже. Им оказалось просто нечего делать или хранить там. В итоге он остался пустующим.

Тито, выслушав этот план, сразу же пригласил Мари погостить у него. Наво, конечно же, захотел тоже, но Лобар остановил его, сказав, что дело важнее.

И вот теперь он стоит перед домом и ждёт, когда Элена заберёт заветный ключик. Тито и Мари уже давно ушли, а вот пиратов можно было найти, если чуть-чуть осмотреться по сторонам. Взглянув в другую от толпы сторону, можно увидеть достаточно крупную лавку, торгующую одеждой на заказ. Между ней и домом виднелся тупичок, из которого торчала пустая телега. И вот поверх этой телеги можно было разглядеть лысую голову Велгантэ, внимательно наблюдающего за тем, что происходит на улице.

Увидит кто – помрёт от ужаса. А он уже привычный, блин.

– Я нашла! – Элена выскочила из дома и подбежала к вору, сжимая в ладонях массивный ключ. – Вот он – ключик. И я проверила, родителей сейчас нет дома, так что можете заходить в подвал. Вход, если помнишь, на заднем дворе. Там же колодец, так что можете и умыться, и постираться там. Только не попадитесь папе, а то он… Ну…

– Прибьёт? – криво ухмыльнулся вор, не глядя подавая пиратам знак. Можно идти.

– К сожалению, он скор на расправу, – подтвердила девчонка. – Но не переживай, тебя я смогу у него отстоять!

– Охотно верю, – вздохнул Наво. – Ладно, беги в дом, а мы уже там разберёмся. Хорошо?

– Да, мой кабальеро! Не переживай, всё будет хорошо! – она улыбнулась и побежала в дом. Вот же наивная душа. Как-то даже жаль становится, что он в конце просто уедет отсюда и, возможно, никогда больше не вернётся. Как она воспримет это? Что будет чувствовать? Нет, не стоит об этом думать. Она дочь респектабельного человека, стражника и офицера. А он – вор, которому предстоит самая трудная в жизни кража из центра столицы. Если всё выгорит и его не повесят, то потом его ждёт путешествие на далёкий север, за наградой. Лучше не думать об этом.

– Что, не успело отболеть, а ты уже за старое? – сзади неслышно подошёл Лобар и хлопнул по плечу. – Идём, стоит поискать более скрытный путь на задний двор, а то, чего доброго, увидит кто из прохожих. Мы и так наглеем сверх меры, ходя в опасной близости от стражи. До сих пор не попались только из-за того, что стражники обязаны сдерживать толпу, желающую надрать аристо задницы.

– Да, идём, – кивнул вор, но с места не сдвинулся. Как, собственно, и старик, и подошедший к ним Велгантэ. Дело в том, что дома здесь были построены, как бы сказать, «сплошной стеной». Стена одного дома была стеной другого дома. Как если бы один дом поделили на комнаты, а двери, чтобы ходить из комнаты в комнату, не сделали, только на улицу. Вставал вопрос о том, как туда вообще пробраться.

– За мной, – вдруг сказал Велгантэ и пошёл куда-то. Переглянувшись, остальные поспешили за ним. Оказалось, что здоровяк увидел небольшой арочный проём, который издали можно было бы принять за дверь очередного дома, но нет. Проход был сквозной, а заканчивался он на какой-то кривой улочке, тёмной и не слишком красивой.

– На той улице было как-то непривычно, а теперь нормально. Как домой вернулся, – неожиданно пошутил Наво, заставив пиратов улыбнуться. Улочка действительно была узкой, тёмной, грязной, так ещё и редкие люди сидели или валялись прямо на земле, забившись по углам. – А вот и нищие. Какой же город без нищих?

– Зря смеешься. Так везде, – Лобар разглядывать долго обстановку не стал. Так, осмотрелся и сразу же повернулся в сторону искомого дома. Каменный заборчик заднего двора выделялся среди других домов. Если представить всё это сверху, то жилище Элены было чуть укорочено сзади и образовывало что-то вроде ниши. И от углов соседних домов построен забор, отделяющий нишу от грязной улочки. – Лезь давай. И не забудь нам калитку открыть.

– Чего, опять я? – возмутился Наво, но к забору всё же подошёл и оценил его. Изначально его явно постарались сделать неудобным для подъёма, но время и природа сделали своё дело. Он оброс плотным вьюном, а время слегка порушило кладку. – Ладно, это будет легко, – сказал вор и схватился за вьюн.

Оказавшись с другой стороны, юноша увидел, что задним двором не пользовались, наверное, полвека, не меньше. Всё заросло высокой травой с вкраплениями диких цветов, а люк в подвал выглядел так, будто и сотню лет не открывался.

– Долго тебя ждать? – послышался голос с улочки, и Наво поспешил к калитке. Это оказался простой засов с защёлкой, которую с улицы открыть не получилось бы. Если ты, конечно, не умеешь перекидывать глаза через стену. Открыв защёлку, вор еле-еле сдвинул проржавевший металл и открыл проход. – Ну, наконец-то. А я уж думал, что ты забыл про нас.

– Забудешь про вас, как же, – проворчал юноша. – Закройте только за собой.

***

В подвале…

– Давайте обсудим план, – предложил старик. Первым делом в подвале они нашли свечи, и сейчас он зажигал их, расставляя на каком-то бронзовом блюде посреди подвала. Велгантэ и Наво уже уселись на то, что нашлось под рукой. Получался этакий совет у костра. – Наво, расскажи, что узнал. Заодно напомни, что там говорили Слэйд и Дуглас про артефакт, который нам надо добыть.

– Да, эм… – Наво повозился на неудобной табуретке и замер, собираясь с мыслями. – Начну с того, что слышал тогда. Как я помню, они говорили, что Эверфорд передал артефакт Солмарису. И те, якобы, установили его на площади в городе. Как сказала Элена, площадей в городе всего три, не считая той, что у аристократов. Одну мы с ней посмотрели, но там оказался обычный фонтан. Прямо как на картине. Только в сто раз лучше.

– Чёрт с ними, с художниками. Где артефакт? – надавил старик, не сводя взгляда с вора.

– Я думаю, что он у аристократов, – нахмурился Наво, глядя в пол и вращая в пальцах какую-то щепку, найденную там же, у ног. – Потому что я видел там какое-то свечение у них, на площади той. Мне кажется, что это он.

– «Я думаю», «мне кажется», – передразнил Лобар, необычайно раздражённый. Наво его понимал – вся эта ситуация окончательно вышла из-под контроля. С обычной-то площади тяжело было бы забрать артефакт, но там хоть ночью можно было подобраться и попробовать убежать. А что делать с аристократами? Там всё кишит их стражей, которую сначала должен кто-то отвлечь. Желательно всю. А сделать это… как?

– Получается, что мы знаем где он, но не знаем как его достать, – вздохнул Велгантэ, сцепивший пальцы вместе и уставившийся в огонь свечей. – Тяжёлая ситуация, ничего не скажешь.

Люди в подвале замолчали, погрузившись в свои мысли о том, как бы им половчее провернуть преступление. Самой абсурдной для юноши казалась идея лично туда проникнуть ночью и тихонечко умыкнуть артефакт под покровом темноты. План ненадёжный, мягко скажем. Наверняка стража там куда внимательнее, чем жёлтые мундиры.

– Все так кричали про то, что всё кишит жёлтыми мундирами, а на деле… Как-то даже непонятно, где и в чём нас обманули.

– То, что ты их не видишь, не означает, что их нет, – ответил ему старик. – Просто они все больше на въездах в город и в порту. В городе только патрули, которые и так уже стянуты к местам бунтов. Или ты думаешь, что это только здесь такое? Я видел пожары в других частях города. Власти же наверняка думают, что достаточно не впускать в город никого подозрительного, и этого будет довольно, чтобы погасить бешенство толпы. Если это действительно так, то они глупцы.

– Значит все они снаружи. Ну ладно. Тогда почему же они не реагируют на мятеж?

– Да потому что проблема фильтрации прибывающих никуда не девается! Если они уберут стражу от ворот, город быстро наводнят такие, как мы. Стоит только отвернуться, и тут уже будет не протолкнуться от воров, бандитов и прочих наших «друзей» по ремеслу. Отбиваются тем, что у них есть. И так много выделили.

– Так может быть, – протянул Велгантэ, посмотрев в глаза своих товарищей. – Нам тогда просто подождать?

– Что ты имеешь в виду? – уточнил Наво. – Говори полностью, если есть план.

– Да просто всё. Нам нужно просто дождаться, когда толпа снесёт ворота и хлынет громить аристократов. Дождёмся этого и пробежим на их плечах. Все будут заняты богатыми закромами, никто и не заметит, как мы утащим с площади какую-то светящуюся хреновину, которая никому не нужна. А если и нужна кому-то, то мы ему быстро объясним, что нам нужнее.

– Так ты предлагаешь просто ждать? Но это же слишком долго! – возразил Лобар. – Вы хоть понимаете, что это может длиться неделями?! И может вообще ни к чему не привести. Народ любит поорать и побузить, но до дела доходит редко.

– Ну, с этим можно и помочь, – открыто улыбнулся вор. – Разве у нас не найдётся каких-нибудь сюрпризов для грозных стражей правопорядка? Что-нибудь такое, из-за чего им будет уже не до охраны этих жалких ворот.

– Нет, слишком рискованно, – покачал головой старик. – Любой наш след в этой истории может закончиться плачевно. В таком случае, лучше и правда подождать, пока само всё не решится. Ладно, ждём. Посмотрим, что из этого выйдет. А сейчас ложимся спать и… Завтра надо будет хотя бы это место устроить, еды притащить. Нас ждёт долгое ожидание.

Глава 28. Сила молитвы

На следующий день…

Как и в любом другом городе, на главной улице столицы располагались самые важные с точки зрения властей здания. В самом её начале, на вершине холма, располагался собор. Ничто другое просто не имело права занять самый центр. Что может быть важнее бога для жителей Солмариса? Разве что жизнь собственных детей. После собора располагались постройки, напрямую связанные с жизнью острова. Например, городская ратуша, где верховодило гражданское правительство. А прямо напротив неё – столичный университет, выпускающий важнейших для жизни архипелага чиновников и учёных. Чуть дальше по улице – военная академия для офицеров флота и пехоты.

И многое, многое другое. Эстрелла – большой город, а Эстрелла-Мар – достаточно большой остров, чтобы места хватило всем. Это значило, что если кому-то не по нраву жить в пределах стен, то он может легко, если есть деньги и влияние, выбить себе местечко где-то на природе. Как, например, сделал это Иерарх Хосе, получивший от Церкви право занять на время визита отдалённое поместье с живописными видами на море и рассвет. Правда, новоиспечённый хозяин так ни разу его и не увидел, ибо просыпаться столь рано было, мягко говоря, не в его вкусе.

К слову, о вкусах. Иерарх Хосе, ранее прославившийся службой в рядах доблестной стражи города, ныне приобщился к кухне. В самом прямом смысле этого слова. Оказывается, можно получать удовольствие не только от того, что раскрыл очередных преступников, пытающихся пошатнуть общественный порядок на острове, но ещё и от пищи.

Как сказал кто-то из великих, оставивших свои мысли на страницах доставшейся ему поваренной книги, «процесс приготовления не менее священен, чем процесс употребления». Готовить пищу для Иерарха оказалось столь же увлекательно, как и поглощать её. Отложив в сторону меч, бывший жёлтый мундир нашёл для себя удобным кухонный нож. Нашлось место и для весьма значительных сбережений, половину которых съело оборудование самой современной кухни, способной выдержать даже самые немыслимые эксперименты с едой.

Но наступили… тяжёлые времена, иначе и не скажешь. Во-первых, та самая кухня, о которой говорилось ранее, осталась на родном острове, где он построил себе достаточно уютное гнездо. Здесь и сейчас у него была лишь не самая лучшая замена, являющаяся удручающим зрелищем. Однако, он не унывал и воспринимал это как своего рода вызов. Сможет ли он не уронить планку качества, используя столь низкосортную утварь?

Вторая же проблема была в том, что…

– Господин, желаете заслушать отчёт о делах? – на кухне вдруг появился служка из старшего поколения. То есть ему уже где-то двадцать лет стукнуло или даже больше. Совсем скоро уйдёт в монахи, а затем и в большой мир, чтобы нести слово божье в самые отдалённые уголки. Как небезызвестный Луис, по собственной воле отправившийся наставлять пиратов. И, видимо, так хорошо справился со своей задачей, что они надрали задницу выскочке Велардо…

– Господин? – повторил свой вопрос служка, не услышав отклика от грузного Иерарха. Когда Наво воровал его одеяния, он невольно сравнил габариты Хосе и Велгантэ. И был, в общем-то, прав. Вот только если пират лишнего жира практически не имел, то Хосе выглядел как уставший от вечной битвы воин, обзаведшийся солидным пивным брюхом, окладистой бородой и добрыми глазами мясника, решающего как именно разделать лежащую перед ним тушу. Свиную, кстати. Вот утром только доставили. – Я Вам мешаю?

– А? – отвлёкся, наконец, Хосе от своих дум и обернулся на служку. – Ох, прости, дружок. Совсем в своих мыслях потерялся. Да ты проходи, проходи, не стой на пороге. Вон, можешь чаю себе налить с пирожками. Вчера испёк. С ягодами. Это нынче модно, да и ягод теперь на рынке как-то слишком много вдруг стало.

– Благодарю Вас, господин, – служка отказываться не стал и послушно прошёл на кухню, сноровисто разливая чая по двум чашкам и выставляя тарелки. Когда Иерарх говорит «налей себе чаю», стоит подумать и о том, что он тоже захочет чай. По крайней мере, с Хосе это работает всегда. Никогда не отказывается. – У меня появились новости для Вас, многие из них печальны.

– А хорошие есть? – уточнил Иерарх, схвативший было булочку, но недонёсший её до рта. Посмотрев на несчастную сдобу, он вздохнул и всё же сел напротив служки. – Давай хоть с них начнём.

– Как Вам будет угодно, – молодой человек кивнул и неторопливо промочил горло чаем. – Как Вам наверняка известно, приготовления к празднеству продвигаются с изрядным отставанием от привычного всем графика. Но блюститель уверяет, что к назначенной дате всё будет готово.

– Звучит хорошо, – Иерарх кивнул с довольной улыбкой. – Правда, боюсь я за вашего брата, за служек то есть. Ох и загоняет их старик с этой спешкой. И куда только торопимся? Из-за жуков? Не верю я, что всё с ними так уж плохо. Просто приспособиться к ним надо, а мы уже из штанов выпрыгиваем, чтобы успеть помолиться. Не дело это всё.

– Понимаю Вас, но с жуками как раз связана следующая проблема…

– Ну что там? – поторопил его Хосе, нахмурив кустистые брови и положив на стол ладони, которыми можно рвы копать. Сносу им не будет.

– Заказанные Вами ингредиенты, увы, доставлены быть не могут.

– Так, давай попроще. С человеком всё же разговариваешь. Что там с моими ингредиентами? Там же всё честь по чести уплочено. Кому надо и сколько надо!

– Прошу прощения, от волнения язык заплетается. Дело в том, что нанятые нами перевозчики отказались идти за ингредиентами. Как Вы знаете, некоторые из них уникальные и выращиваются лишь на определённых островах…

– О да! – закивал с важным видом Хосе. – Знал бы ты, скольких трудов мне стоило собрать полный справочник по всем травам, фруктам и овощам, произрастающим на наших благословенных островах. Но теперь я точно знаю, где и что растёт. Вот попробовал бы ты мой особый грибной суп – сразу бы сказал, что я не зря старался!.. Ну ничего. Закажем снова, и тогда…

– Грибов не будет. Боюсь, больше никогда.

– … Не понял?!

– Дело в том, что остров, на котором они росли, подчистую сожрали жуки. Там остались только голые скалы. Они съели даже почву, трухлявые деревья, где и росли эти грибы. Они съели всё!

– Проклятье! – вздохнул Хосе. – Что, совсем ничего не осталось? Даже самого маленького грибочка?

– Возможно, где-то ещё остались запасы грибов на складах. Или кто-то решил вырастить их у себя. Если поискать, то мы, возможно, обнаружим нового поставщика, – высказался служка, решив поднять своему господину настроение. А то вид у него такой, будто сейчас возьмёт бутыль с крепким вином и пойдёт оплакивать грибы.

– Это ты правильно думаешь, – Иерарх задумчиво поскрёб широким ногтем столешницу и кивнул. – Надо будет кинуть клич. Наверное, где-нибудь да найдутся. Ну ладно. Ты же не только про грибы сказать пришёл, хотя и это очень важно. Что там ещё?

– Вашу одежду… украли, – сказал молодой человек и сам же скривился от того, как это прозвучало. Не хуже эмоции промелькнули и на лице досточтимого господина. Тот как-то странно покосился на свою широкую рубаху, затем мельком взглянул на такие же широченные портки… Нет, ну правда. Кто будет надевать чистое и опрятное, чтобы готовить на кухне? Здесь умазаться – проще простого! Будет потом ходить как свин.

– Что-то ты меня совсем запутал, малой. А ну-как говори нормально. Чего там с моей одеждой сделали? – потребовал Иерарх.

– Украли, господин, – служка тяжело вздохнул и откусил от пирожка, прожевав и только затем заговорив вновь. – Если помните, Вы оставили свою парадную одежду для праздника в соборе, чтобы тамошние служки её привели в абсолютный порядок…

– Ах, ну да, точно! – отреагировал Иерарх. – Помню. Я её из сундука-то уж сколько лет не доставал! Там всё пылью заросло в три слоя, вот я и отдал её постирать. А что, они её где-то пролюбить умудрились? Как так-то?

– Тут как раз всё интереснее. Дело в том, что служки-то в этом как раз и не виноваты, если так поглядеть. Я поспрошал среди всех, кого худо-бедно знал, но никто про это воровство даже не слышал, а ведь слухи непременно пошли бы.

– Любят у нас служки подвигами хвастаться. Хоть бы что полезное делали, а так, – Иерарх разочарованно взмахнул рукой. – Ну и куда одежда-то подевалась, если не к служкам утекла?

– На самом деле, я не уверен в том, что мои мысли насчёт этого верны…

– Ближе к делу.

– Вас видели в этой одежде выходящим из собора. И направлялись вы… в трущобы, – выпалил служка и преданными глазами уставился на замершего с пирожком во рту Иерарха. Тот тоже замер и вытаращился на служку. Откусив, Хосе отстранил от себя лакомство и внимательно его осмотрел со всех сторон. Вроде бы нигде ничего не заплесневело?

– Ты что, дурковать вздумал? – наконец, разродился Иерарх словами, запив пирожок чаем. – Как бы я оттуда вышел, если я ещё вечером того дня выехал в это поместье?!

– В том и проблема. Стражники божатся, что видели Вас на выходе и что Вас сопровождали двое в плащах. И это в солнечную-то погоду!

– Ну… дожди бывают, сезон всё же…

– Вот и они так же сказали стражникам, – закивал служка. – А потом Вы свернули куда-то и… пропали. Позже служки обнаружили, что одежда исчезла, и доложили наверх.

– Так это… То есть ты не знаешь, кому она понадобилась и зачем?

– Могу лишь предполагать, что это происки врагов, решивших сорвать важный праздник. Но будьте уверены, мы найдём виновных и вернём одежду точно в срок! Иначе ведь и представить тяжело, что может случиться, если праздник сорвётся…

– А чего ему срываться? – с набитым ртом поинтересовался Иерарх, выглядящий так, будто ничего и не случилось особо.

– Но как же? – изумился молодой человек. – Как же без торжественного облачения?!

– Так я просто запасное возьму, – пожал могучими плечами бывший страж.

– Запас-сное? – проскрипел служка, разом растеряв все эмоции. Осталось лишь что-то вроде пепелища внутри. Сухое и безжизненное. Медленно сев, он уставился на господина. – Могу ли я поинтересоваться, откуда…

– Это у меня ещё с детства привычка такая, – доверительно произнёс битый жизнью мужик, пошедший по пути служения господу. – У меня ж плечи вон какие. Я как напрягусь, так у меня сразу шов на спине и расползается. Мамка моя сразу на вырост много одежды на меня шила, ибо рос я как не в себя, ха-ха! Вот я и привык к тому, чтобы иметь запас некоторый.

– И она…

– Да вон, в сундуке том же валяется, где и прошлая лежала. Можешь взять и лично заняться, если есть такое желание. А нет, так скажи служкам – пусть они руки займут, раз у них есть свободное время на пересуды.

– Но как же преступники? Мы должны их найти, чтобы примерно наказать за такое неуважение к Вам!

– Полно тебе. Лучше делом займись. И так уже к празднику опаздываем, – отмахнулся Иерарх и поднялся из-за стола. Вернулся он к нему уже с противнем, где покоился непривычного вида пирог, в котором как будто бы замешали всё, что было под рукой. – На вот, угостись лучше моим новым пирогом. Это мой, так сказать, новый рецепт. Слепил из того, что было. Ешь, ешь, не бойся. Никакой отравы.

– Ежели настаиваете, – вздохнул служка и отрезал себе кусочек, пробуя. – Вкусно! Но что это? Такой необычный вкус. Что-то знакомое, но никак не могу вспомнить…

– Тыква.

***

Шесть дней спустя…

День всеобщей молитвы…

Для того, чтобы понять бедность Маравеля, достаточно просто узнать, где он находится. Самый центр восточных окраин, где торговля слишком хилая, а почва просто не способна породить что-то путное. Там жизнь не стоит и медяшки, как таковая, а вот возможность жить где-то ещё измеряется целым состоянием по меркам бедняков. Впрочем, люди как-то живут целыми поколениями на этом проклятом острове. Рождаются, живут, умирают. И совсем их не заботит то, как будут жить следующие поколения.

И совсем другое дело – столица. Здесь достаточно появиться лишь один раз за всю жизнь. Нет, не так. Здесь просто необходимо появиться каждому, чтобы осознать ту пропасть, что разделяет хорошую жизнь от бедной. Любой остров будет казаться чрезвычайно неухоженным, если сравнивать его с Эстрелла-Маром. Оно и не удивительно, ведь это сердце Солмариса. Сюда стекаются все товары, все лучшие люди, когда-либо рождавшиеся на этом архипелаге. Более того, сюда стекаются те, кому не нашлось места на других архипелагах. Люди с запада здесь частые гости, что можно наблюдать воочию.

Рынок – вот мерило богатства торговли. Наво прожил на Маравеле большую часть своей жизни, и он помнил, каким был там овощной рынок. Он, конечно, назывался овощным, но торговали там не только тем, что выросло на далёких грядках более плодородных островов. Торговали снастями, лодками самодельными, крючками из рыбьей кости, самой рыбой тоже. Ничего особенного, ничего дорогого. В столице же всё иначе.

– Охренеть, – выдохнул Наво, оказавшись на рынке. Конечно же, он был не один. Ему удалось уломать на эту прогулку Тито, чтобы тот показал ему город. И, конечно же, он не мог не заинтересоваться рассказами друга о рынке.

– Едва увидев местный рынок, ты сразу поймёшь, что на Маравеле занимались одной лишь ерундой, а не настоящей торговлей! – сказал он тогда, насмешливо играя бровями. Такую физиономию скорчил, будто сам его создал и всех торговцев лично пригласил. – Только здесь торгуют тем, о чём ты даже не слышал и слышать не мог!

И теперь, попав сюда, он воочию видел, что ему не соврали. Наво с ошалелым видом ходил меж рядов и присматривался к диковинкам с таким видом, будто он всё никак не может проснуться. Чего только стоят… Да вот хотя бы странные ящерки, как будто бы закованные в броню из плотной кости.

– А что это?! – тут же вспыхнул интересом мальчишка внутри него, и Наво не отказал, подойдя поближе и уточнив у торговца.

– А-а-а, дорогой друг! Ты пришёл по адресу! – соловьём залился торговец, радушно улыбаясь. – Вижу-вижу, в глазах твоих горит жажда познания всего нового! Только не суй пальцы, а не то откусит. Ха-ха, – он засмеялся и бережно снял ящерку с подставки, где она сидела и совершенно незаинтересованно взирала на мир своими тёмными глазками. – Это вулканический ящер!

– Вулканический ящер? – переспросил Наво. – Впервые слышу!

– Ещё бы! – расплылся мужчина в широкой ухмылке. – Этих маленьких разбойников очень тяжело изловить и ещё тяжелее просто обнаружить. Они живут там, куда даже самый отчаянный исследователь костей не заносил. Ну вулканические острова. Самый юго-запад Солмариса! Там, где невозможно дышать из-за запаха серы, они строят свои гнёзда и откладывают яйца.

– И как же их ловят? – рядом встал Тито, тоже заинтересованно рассматривающий странное создание.

– Как я и сказал, друзья мои, перед вами маленькие разбойники. Очень уж они любят воровать еду. Охотники, знающие их пристрастия, ставят ловушки. В них-то они и попадаются. Только не умоляйте меня рассказать! А то ещё поплывёте туда и разрушите мой скромный заработок! – он снова засмеялся, демонстрируя вставленные в челюсть золотые зубы. Про скромность своего заработка он явно пошутил.

– Ладно, пойдём, – Тито потянул его от прилавка. – Я с тобой ещё поговорить кое-о-чём хотел.

– Ой, да ладно тебе! – возмутился Наво. – Как будто это не может подождать? Нет, ты серьёзно? Сегодня же праздник! Как будто в любой другой день у тебя не будет шанса об этом поговорить?

– Возможно, что и не будет, – друг ответил ему серьёзным взглядом и вздохнул. – Поверь, мне правда не хочется поднимать эту тему, но… я должен. Просто должен, понимаешь?

– Это правда настолько важно? – усомнился вор. – Если да, то давай хотя бы сядем где-то. Не на пустой же желудок обсуждать «важные» вещи, правильно?

– Тебе бы только пожрать. Но ты прав, я бы и сам не отказался. Пойдём тогда дальше, там таверна одна есть. Кормят вкусно, тебе понравится.

– Вот это дело! – удовлетворившись таким обещанием, Наво прекратил сопротивляться и безропотно последовал за своим другом. Правда, при этом он не забывал крутить головой и рассматривать всё, что попадалось ему на глаза по пути. – Слушай, а чем ты вообще всё это время занимался? – вдруг спросил он, но глаза его были прикованы к россыпи метательных ножей, разложенных на прилавке у какого-то кузнеца. И ведь один к одному, не придерёшься!

– В смысле? – не понял Тито. – Работал, заработал, переехал. Мать вот перевёз вместе с собой. Но она из дому почти не выходит. Говорит, что ей невместно по столице ходить. Ты же знаешь, она много трудилась. Руки у неё огрубели, да и шрамы…

– Без этого беднякам никуда, – покивал Наво. – Сочувствую твоему горю.

– Да какое это горе? – тихо усмехнулся друг детства. – Это так, временная неурядица. Вот увидишь, я ещё выведу её на свет божий. Как минимум, покажу ей собор, познакомлю со своими друзьями. Ну и всё остальное, по мелочи. А сам-то что? Я до сих пор не услышал твою историю. Долго ты будешь скрывать от меня правду о своих похождениях? Что произошло на тюремном острове?

– Да как бы тебе сказать? – вздохнул Наво и с сожалением отошёл от прилавка кузнеца. Заложив руки в карманы, он поджал губы и сделал глубокий вдох. Тито не торопил его, но внимательно следил за метаморфозами, происходящими на лице вора. То он весел, то слово из него теперь не вытянешь. – Понимаешь, я… Не всё могу рассказать. Не совсем моя тайна.

– Но что-то же ты можешь рассказать? Если ты не хочешь обсуждать это на людях, то давай отойдём куда-нибудь. Хотя что такого может быть в помиловании, что ты вдруг вот так…

– Тито, меня не помиловали, – Наво покачал головой и посмотрел ошеломлённому таким заявлением другу прямо в глаза, подойдя намного ближе. – Меня на той проклятой скале чуть не столкнули в самую гущу голодных жуков. Сам Велардо грозил нам казнью. Говорил, что мы не доедем до Эстрелла-Мара, чтобы попасть на суд. Нас просто не собирались судить, так что и помилования тоже не могло быть.

– Подожди, ты говоришь какой-то бред! – запротестовал Тито, нервно озираясь, будто опасался, что кто-то их может услышать. Но они отошли в достаточно уединённый уголок улицы, чтобы их не могли слышать. – Как командор Велардо мог угрожать вам казнью до суда? Такого просто быть не может!

– Хуже того, этот ублюдок ещё и охотников по наши головы отправил! Пойми, Тито, я всё это время не развлекался, а выживал, чёрт подери!

– Да я же не говорю, что ты… – начал было Тито, но встретился со скептическим взглядом вора. – Ладно, допустим. Была мысль, что ты где-то шарился вместо того, чтобы появиться здесь. Каюсь, было. Думал так. Но и ты меня пойми… Тебя увозят в цепях, а появляешься ты с толпой каких-то уголовников, среди которых затесалась вполне нормальная девушка и… Я не об этом хотел поговорить. Скажи, зачем ты сюда приехал?

– Дело у нас тут, – удивился Наво от такой резкой переменой темы. – А что?

– Дело, – повторил Тито. – То есть ты скоро уедешь, так?

– Ну, допустим, что да. Так что случилось-то?

– Дело в Мари. Я не хочу, чтобы ты с этими твоими пиратами таскал её за собой. Это слишком опасно. Также не хочу, чтобы она уезжала. Поэтому лучше бы тебе…

– Друг, ты сейчас в шаге от того, чтобы я набил тебе морду, – нахмурился Наво. – Ты, мне кажется, совсем уже ослеп в этой своей столице и не видишь в океане черты, за которую заплывать не стоит.

– И что я такого сказал? – в ответ нахмурился и он. – Если она пострадает, то…

– То это будет исключительно её вина! – гаркнул вор, заставив друга поперхнуться своими словами. – Ты думаешь, что я тащил её за собой? Ты жестоко ошибаешься, придурок. Никто её никуда не тащил. Если бы не её упрямство и жажда приключений, то спокойно бы сидела себе в Убежище, под крылышком у опекунши. А так мне пришлось неделю прятать её от пиратов на корабле, чтобы с ней ничего не сделали. Мне приходилось, а не тебе! – его палец болезненно ткнул служку в грудь. – Это я спасал её тогда, когда ты сидел здесь в тепле и уюте, а нас пытались в это время зарезать, чтобы принести в жертву! Я спасал, не ты! И теперь ты выговариваешь мне, что я не должен что-то там делать?