Текст книги "Вор из Маравеля (СИ)"

Автор книги: Эхо

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 46 страниц)

Глава 9. В шаге от свободы

– Ну так что? – спросил вор, всмотревшись в замершие глаза перед собой. Толпа уже не подбадривала своего выдвиженца, а молчаливо переглядывалась, успевая при этом бросать взгляды на точно так же замершего в стороне Эстебана. Растерянность на лице последнего красноречиво говорила о том, что внук Гильермо ни разу не видел, как его работники угрожают друг другу ножами, и понятия не имел, как на всё это реагировать. На секунду Наво стало даже стыдно так подставлять своего помощника. Ему точно потом припомнят этот эпизод. – Работаем или ссоримся?

Глубоко посаженные глаза его противника попытались было просверлить в нём дырку, но вор, поймавший волну куража, уже едва ли мог сбиться с настроя. Ибо если отступит сейчас, то потом придётся очень сильно попотеть, чтобы найти другой способ проникнуть в порт. Да и не факт, что туда вообще есть другая дорога. Разве что пытаться перепрыгнуть улицу, чтобы попасть с крыши дома на крышу склада. Но это такая себе идея. Проще сразу идти в лоб и бить в бубен, призывая к себе Дугласа и его псов. Слишком много шума. Но ладно это. Как он через улицу-то перепрыгнет?!

– Лучше не путайся под ногами! – борзый мужик отступил и сплюнул на землю, незаметно при этом потирая шею, где осталась небольшая царапина от лезвия. Отвернувшись и сунув нож обратно под дерюгу, Наво постарался выдохнуть как можно медленней. Колени мелко затряслись, а в глазах заплясало. Это что он такое сейчас учудил? Он серьёзно сейчас стоял перед толпой, угрожая бугаю ножом у шеи?! Может быть, он уже начал сходить с ума?

– Эй, Тито… Или как тебя там? – к нему подошёл Эстебан с нечитаемым взглядом, которым он старался не встречаться с вором.

– Прости за это, я совсем не хотел тебя подставлять, – честно повинился Наво, но не слишком громко. Если толпа услышит, могут снова начать давить, почуяв слабость.

– Что? – удивился приказчик. – А, нет! Нет, забудь об этом! – он замахал руками, а юноша совсем растерялся. – Ты наоборот сделал очень и очень правильную вещь! Не смотри, что они тут как бы толпой и друг за друга. На самом деле, они только рады, если работы станет больше в пересчёте на каждого. Они-то думали, что он сейчас задавит новичка и что им потом заплатят побольше. Хозяин-то всегда одну сумму выделяет на загрузку телеги.

– А я не дался… – задумчиво произнёс вор.

– А ты не дался! – с улыбкой кивнул Эстебан. – Они теперь вообще будут стараться тебя лишний раз не трогать. Уж не знаю, откуда у тебя такой нож, но поверь, каждый из них успел примерить его к своей шее и решить, что им такое украшение не нужно.

– Сомневаюсь я, что мы с ними сработаемся. Да ты погляди, они же на меня смотрят, как на личного врага! – кивок Наво направил взгляд Эстебана на рабочих, что муравьями расползлись по двору. Кто-то открыл двери склада, кто-то побежал к хозяину магазина за накладными, и хрен с ним, что читать никто из них не научен. Однако, всех их объединяло одно – взгляды, которые они бросали в сторону Наво и Эстебана. Полные раздражения, злобы и непонимания, почему этот наглый сопляк сейчас просто стоит и прохлаждается, а потом получит ровно столько же, сколько и все остальные. – Ты же видишь – они меня ненавидят.

– Ну, я бы так не сказал, – Эстебан вновь поднял руку и почесал в затылке. Видимо, это было привычной для него реакцией, когда он не понимал, что ему делать. – А знаешь что? Пойдём-ка со мной, Тито. Мне нужно по накладной проверить количество товара в ящиках, вот ты-то мне с этим и поможешь, а то это весьма долго.

Вздохнув и ещё раз посмотрев на работников, Наво согласился и отправился следом за приказчиком. Впрочем, шли они недолго – ровно до дверей склада, откуда двое вытаскивали ящики и выкатывали бочки с товаром. Эстебан принял накладную у подбежавшего работника и выбрал первый попавшийся ящик, присев рядом с ним. Крышка держалась на верёвке, которую он сноровисто развязал в пару движений. Внутри оказалось множество простых флаконов, от вида которых мужчина грустно-грустно вздохнул. Вытянув палец и коснувшись им первого флакона, он начал медленно их пересчитывать.

– Один, два…

– Сорок восемь, – перебил его Наво раньше, чем успел осознать собственную ошибку. Эстебан сбился со счёта и поднял на него глаза с немалым в них удивлением напополам с недоверием.

– Откуда знаешь?

– Ну, – Наво понял, что отпираться бессмысленно. – Тут же шесть рядов флаконов по восемь штук в каждом ряду. Шесть умножаем на восемь и получаем сорок восемь флаконов. Правильно?

– Ну, – протянул Эстебан, заглядывая в бумаги и находя там нужную позицию с товаром. И действительно, флаконов должно быть сорок восемь. – Даже не знаю, что и сказать. Где ты так наловчился считать? Я даже и подумать не мог, что ты умеешь!

– Насчёт этого… Меня в детстве монах учил. Он у нас всего один на остров. Хороший человек, собирает детей и учит их читать, писать. Правда, он верил, что все мы тоже станем монахами, но едва ли десятая часть его учеников действительно того пожелала. Ведь чтобы уехать с Маравеля нужны деньги. А с этим на нашем острове туго.

– А, так ты не местный. Я-то уж было подумал, что у нас всего один монах остался. Встретишь своего учителя – кланяйся ему в ноги, научил он тебя на совесть, – покачал головой внук Гильермо. – Я вот в своё время ленился. Да ты и сам видишь – считаю так, будто бы вообще никогда не учился считать. И вот что я думаю по поводу твоих способностей. Обычно мы медлим только потому, что я не могу быстро всё пересчитать. Но ты – можешь. Так что давай, считай, а я буду проверять по бумагам. Считаю я медленно, но вот читать наловчился. Давай, за работу.

В какой-то момент Наво даже стало нравиться то, чем он занимался. Он подходил к ящику, который вытаскивали рабочие, открывал его и пересчитывал увиденное. И он никак не мог понять, что именно его во всём этом привлекает. Может быть, загадка внутри каждого ящика? Каждый раз открываешь и гадаешь, что же там находится. Эстебану хватало взгляда, чтобы узнать вещь. Чернила гигантских кальмаров, что добываются охотниками на разную морскую живность. Сушёные листья ламинарии, водоросли, растущей на дне моря целыми лесами. Клыки морских зверей.

– А эти используются для производства стрел. Никаких преимуществ перед обычным металлом или кремнём, но аристократам нравится использовать их из-за редкости и сложности добычи. Не каждая команда охотников способна догнать и поймать морского зверя. Есть ведь ещё и шанс угодить ему в пасть.

– Двести штук, – быстренько подсчитал Наво, которого не смутило даже то, что в ящике они лежали россыпью. Не смутило, но покоробило. Минуту он занимался только тем, что выкладывал их стройными рядами.

– Быстро ты, – с уважением качнул головой приказчик, черкнув галочку рядом с последней позицией. – Всё. Это был последний. Надо же, в четыре раза быстрее с тобой управились, чем я бы один корячился. А как бы я эти зубы пересчитывал, вообще не представляю даже.

– Да ладно, мне не сложно, – с ноткой гордости сказал вор, стараясь не задирать нос слишком высоко. Но что же поделать, если он сам стремился подняться к небесам?! Краем глаза он даже заметил задумчивые взгляды работников, что недоверчиво смотрели на уже полностью загруженную телегу. Ведь как выходило? Он сэкономил им столько времени, из-за чего они раньше освободятся и смогут ещё где подработать.

Да и на него они теперь поглядывали совершенно иначе. Вероятно, в их умах он уже был здесь постоянным работником, приколоченным на цепь к стене склада. – «Э, нет, ребята, я здесь проездом!», – ужаснулся Наво, подумав о том, что его могут заставить жить тут вечно.

– Тьфу, брехня всё это! – заявил тот самый хмырь, которого Наво чуть не зарезал при знакомстве. – Да любой так сможет! Что сложного в том, чтобы просто посчитать эти… как их… товары! По бумажкам! Любой справится!

– Так чего ж ты не посчитал для Эстебана, Матиас? – чей-то ехидный голос вплёлся в эту браваду предательской иголкой, из-за чего здоровяк возмущённо засопел, выискивая обидчика.

– Да как нехрен делать! – стукнул он себя кулаком в грудь и буквально подлетел к Эстебану, вырывая у него бумаги. Судя по его прищуренным глазам, он пытался прочитать, что там написано, но грамотой, очевидно, не владел. Только и мог, что водить пальцем по строкам и шевелить губами в тщетных попытках прочесть. – Так, значится, тут написано…

– Ну так чё там написано, Матиас? – послышался уже другой голос. Закончив работу раньше срока, повеселевшие работники теперь желали хлеба и зрелищ. Да и сам Наво в душе мерзко так хихикал, пытаясь держать лицо. Естественно, ни о благородстве, ни о недопустимости насмешек над «поверженным» врагом речи не шло. Как это – нельзя насмехаться над врагом? Да сам Бог велел затолкать на дно выгребной ямы! – Прочитай уж нам, а то мы и не догадывались, что ты учёный!

– Да сейчас, не говорите под руку! – отмахнулся от них вспотевший насквозь работяга, понявший, наверное, что сунулся не туда и не в то время.

– Матиас, не будь дураком, отдай бумаги Эстебану, – попросил Наво. Смех смехом, но время действительно поджимало, и вор не собирался тратить его на то, чтобы над кем-то посмеяться. Вот только у его недавнего противника был совсем другой взгляд на вещи, из-за чего в ответ юноша получил не бумаги, а неприязненный взгляд.

– Вот ещё! Да я, может, в разы лучше вас читаю?! – его возмущение могло бы казаться естественным и искренним для человека, с которым он встретился бы впервые в жизни. Только вот Наво был уже абсолютно уверен в том, что читает он просто ужасно. А если точнее, то вообще никак не читает, ибо не научен.

Вокруг них уже начали собираться работники. Кто-то был недоволен промедлением и высказывал в сторону Матиаса, что ему надлежит отдать бумаги и не заниматься ерундой. Другие, менее сознательные, наоборот подзуживали и требовали дать Матиасу таки попробовать что-то прочитать. Ситуация накалялась ещё и тем, что Эстебан пытался забрать свои бумаги обратно, а Матиас, естественно, отпирался.

– Он что, вообще не боится, что его попрут отсюда? – шёпотом спросил Наво у стоящего рядом работника.

– А-а-а, – отмахнулся тот. – Скорее уж нас всех выгонят, чем Матиасу укажут на дверь. Ты на него глянь – он же как бык, и телегу тянет с тем же успехом. Ты только подумай, сколько начальник экономит, нанимая его одного. Потому и дерзит иногда, чувствует, что к нему особое отношение.

– Вот оно что… – кивнул Наво, понимая теперь, в чём дело. Однако, понимать не значит принимать. Особенный он там или нет, но они должны двинуться в порт вот прямо сейчас! Вздохнув и вновь для уверенности ухватившись за рукоять ножа под дерюгой, он сделал шаг в сторону Матиаса, но и слова сказать не успел, как появилось новое действующее лицо.

– Прошу прощения, что отвлекаю, но разве телега не загружена и разве не должны вы быть уже с ней в порту? – пухляш стоял на ступенях, ведущих в магазин, и оглядывал всё это столпотворение на фоне загруженной телеги. Особенно выделялся Матиас, что выглядел как нашкодивший пёс. Его мозолистые руки прятали бумаги за спину, а глаза рыскали по сторонам, пытаясь найти виновника всех своих бед. И, к неудовольствию Наво, остановились они на нём.

– Господин начальник! – держа бумаги за спиной, заголосил Матиас. – Так мы же со всем пониманием! Но вот, понимаете, молодой, Вами поставленный, вцепился и требует себе бумаги! Уж я отобрал, чтобы не повредил чего. Вот, значится, – он буквально впихнул бумаги остолбеневшему Эстебану и, как ни в чём не бывало, откланялся и направился к телеге, оставив Наво молча открывать и закрывать рот, как рыба, вытащенная из воды. Со стороны работников послышались смешки, но обсуждать никто не остался, все пошли к телеге.

– Какого..? – самообладания Наво хватило ровно на то, чтобы ухватить Эстебана за локоть. Хозяин магазина к тому времени уже покинул их, а вот приказчик на свою беду не успел вернуться к обязанностям.

– Не обращай внимание, Тито. Матиас постоянно устраивает что-то этакое. Все уже привыкли к этим выходкам. Для них это как бесплатное развлечение.

– Какое ещё нахрен развлечение? – зашипел Наво не хуже змеи, поймав виноватый взгляд Эстебана. И вот тут вор окончательно понял, что внук Гильермо совершенно не контролирует своих работников, чем они беззастенчиво пользуются. Устраивают сценки, развлекаются и требуют к себе особого отношения.

– Слушай, я понимаю твой гнев, но давай не будем горячиться? – Эстебан умоляюще поднял ладони. – Вон, все уже у телеги. Вставай позади и толкай, а Матиас будет тянуть спереди. Так что не встретитесь до самого порта, ага?

– Ага, – буркнул оскорблённый до глубины души вор и в последний раз смерил Матиаса раздражённым взглядом. Нищий. Грязный. Косматый. У такого даже украсть нечего, чтобы отомстить! И этим он бесит ещё больше. Сплюнув на землю и отметив про себя насмешливо-злорадный взгляд бугая, юноша в расстроенных чувствах пошёл к телеге.

Приблизившись сзади к грубо сколоченной конструкции на колёсах, Наво просто упёрся руками в неё. Готовясь толкать её до самого порта, он заметил какие-то разводы на… А как вообще называется зад у телеги? Задний борт? Просто – зад? Или корма? Демоны с ним, пусть будет задним бортом. Так вот, на этом борту с внешней стороны Наво обнаружил бурые разводы. Прямо здоровенное такое пятно, потёки от которого пропадали где-то в районе днища.

– Что, малой, заметил? – сбоку подошёл долговязый работник, так же, как и он, определённый толкать телегу сзади. – Это Изаро тут мордой своей отметился. Помнишь же, Матиас за него заступался, чтобы тебя выгнали? Так это же наш бугай и постарался. Вёл телегу, да не заметил камень. Она налетела и подскочила, а дурень наш, Изаро, не удержался, да как шмякнулся ей в зад – весь нос себе расквасил.

– А Матиас, стало быть, виноватым себя чувствует? – хмыкнул Наво, не особо веря в такую чушь. Но история выглядела интересно. – Спасибо, что рассказал. Поучительно. Буду внимательнее.

– Одно дело делаем. А про Матиаса, – работник развёл руками, – тебе никто точно не скажет, что у него там на уме. Хотя все вокруг предпочитают верить, что он всегда говорит то, что думает.

– Навались! – прогремел голос Эстебана, и вор приложил все свои силы, чтобы сдвинуть телегу. Рядом запыхтел долговязый, спереди послышались ругательства и сдавленные возгласы. Через двадцать шагов, когда телегу таки выпихнули на дорогу, юноша понял, что он никогда в жизни не согласился бы на такое. Даже если бы на кону стояла его жизнь. Вес телеги, снаряжённой товаром, оказался не просто тяжёлым. Тут для описания больше подойдёт фраза: «я чуть не родил!». Судя по тому, как самозабвенно ругались другие работники, им тоже было тяжело. Да что там, он слышал как спереди рычит Матиас, проклиная всё и вся. – Давай, мужики, щас легче пойдёт! Разом!

– А как же вы её с горки-то спускаете? – выдавил из себя Наво, чувствуя, что руки затряслись, а пот начал пропитывать его одежду.

– Да так и спускаем, – в том же тоне ответил ему долговязый собрат по несчастью. – Просто за канаты по бокам берёмся и держим, потихоньку позволяя катиться вперёд. Но я тебе так скажу – руки потом отваливаются!

***

К чести Эстебана, шедшего впереди телеги, путь он выбирал относительно ровный, да ещё и старался убрать с пути все препятствия в виде людей или чьих-то вещей. Для выдохшегося вора потраченное время казалось вечностью, но на самом деле прошло не так уж и много времени, а они уже могли разглядеть пост с матросами у входа в порт. Трое. На въезде было всего трое, а не десяток как раньше. Вспомнив ещё про пиратов, Наво постарался оглядеться по сторонам. Интересно, где они могут прятаться? Они, вроде, сказали, что будут неподалёку, но где именно?

– Эй, головой не крути! А то и своим носом разукрасишь телегу!

– Да смотрю я, смотрю, – бурчание вора потонуло в облегченных вздохах. Они дошли до порта, осталось совсем немного. Телега остановилась у самого въезда, и от него к Эстебану подошёл ухмыляющийся матрос, бережно разворачивающий бумагу.

– «Только попробуй мне сейчас сказать, что даже этой телеге нельзя в порт! Я поступлюсь своими принципами, и оставлю здесь три трупа! И мне даже усталость с голодом не помешают», – мысленно поклялся юноша, сжимая доски телеги и глядя на эту сцену из-под слипшихся от пота и грязи волос.

– Указом господина губернатора въезд в порт ограничен на время проведения облавы на пиратское отребье! – на слова о пиратах Эстебан поморщился, но ничего не сказал.

– У нас есть разрешение, – в руках Эстебана появилась своя бумага, из-за чего улыбка западника слегка померкла, но тут же расцвела вновь.

– Мне не положено пропускать кого бы то ни было. Капитан Дуглас дал чёткий приказ – никого не впускать и не выпускать. И если я пропущу вас с этой бумагой, то потеряю намного больше, чем получу. Понимаете? – матрос подмигнул, а его друзья у въезда заулыбались, переглядываясь.

– Этого хватит, чтобы вы не чувствовали себя обиженными? – в руках Эстебана появился мешочек с чем-то звонким, а до Наво таки дошло, о чём говорил ему Гильермо. Наплевать всем на разрешение, наплевать на указы. Всё решают деньги, а пухляш-торговец достаточно богат, чтобы оплатить проезд, поэтому старик и его внук могли беспрепятственно катать свои телеги туда-сюда. Просто – деньги.

– Сомнительно, но… – стражник поиграл на публику, корча задумчивые рожи и покачивая мешочек в руке. Было видно, что он прилагает немалые усилия для того, чтобы не сжать пальцы на добыче, которая уже у него в руках. – Пусть так. Проезжайте, только побыстрее. Сегодня я милостив и готов уступать в мелочах.

Вор сплюнул под колесо, скрывшись за телегой. Не заметить фальшиво-великодушные ужимки Дугласа в словах и действиях его последователей было решительно невозможно.

– Это они ещё сдерживаются, – хмыкнул долговязый, заметив эмоции на лице своего соседа по «рабочему месту». – Но ты поосторожнее, не показывай им… вот этого. А то нам тут всем худо будет, если они взбеленятся.

Неопределённо кивнув, Наво снова упёрся в телегу, прокатывая её мимо матросов. Он как раз опустил голову пониже, чтобы никто не увидел его лица. Однако, один из несущих караул вдруг пригляделся к нему, подозрительно сощурился и сделал шаг ближе. Юноша напрягся и покрутил головой, осматриваясь по сторонам. Ему даже показалось, что в тени домов, оставшихся за спиной, он увидел моряка в глухой одежде, что внимательно следил за происходящим. Люди Рауля? Значит, следят всё же?

– А ну-ка подождите! Мы ещё не досмотрели работников. Капитан Дуглас как раз ищет одного вора молодых лет. Возраст подходит, да и выглядит он как вор. Эй, шваль, подними голову! – стражник сделал ещё шаг к нему, держа ладонь на рукояти своего палаша. Но вор не собирался сдаваться так просто, а потому позволил караульному приблизиться ещё чуть-чуть и сделал то, чему его научили местные улицы не так давно.

Наво согнулся в приступе кашля, отчаянно симулируя отхаркивание и сипы. Как на его слух, вышло очень даже убедительно. Да и благодарные слушатели оценили – вон как все шарахнулись прочь от телеги. Караульный так и вовсе отпрыгнул, замахав руками.

– Чёрт, сгиньте отсюда! Чтоб ноги вашей здесь не было, чумные крысы! – он выхватил из кармана какой-то платок и прижал его к лицу, на что вор чуть не заржал в голос, едва избежав риска разрушить свою легенду. Единственным недостатком ситуации оказалось то, что все предпочли перейти вперёд, настороженно поглядывая на идущего позади всех парня, ставшего вдруг смертельно опасным. Ни у кого из них не было денег на врачей и лекарства.

– Навались! – как-то нервно повторился Эстебан, идущий теперь сбоку от телеги и время от времени кидающий взгляды на Наво. Его напряжение можно было понять. Он взял работника, который может оказаться серьёзной проблемой. Сам бы Наво, если бы ему на Маравеле предложили взять в банду больного, рассмеялся бы шутнику в лицо и ещё пинка под зад добавил. Поэтому весь последующий путь он пытался показать себя живчиком, что малость успокоило народ. Полностью убрать настороженность это, конечно, не могло, но хотя бы матом крыть его стали в три раза реже. Тоже хорошо.

– Всё, приехали, разгружаемся! – Эстебан махнул рукой и началась разгрузка. Вор тоже включился в работу, но мысли его были далеки от всего процесса. Он больше думал о том, как бы слинять отсюда по-тихому и как отвлечь патрульных, оставшихся в сотне шагов за спиной, на въезде. Нужно что-то такое, что могло бы привлечь их всех… Ну не поджигать же снова? Он так из вора переучится в поджигателя, а это совсем не прибыльно!

– Эй, Карл! – раздался голос, принадлежащий явно не работнику, а потому и привлёкший его внимание. – Смотри-ка, они и правда здесь! А я не поверил парням на въезде, когда они говорили, что в порт проехали чумные крысы.

– И то правда, Марк, – включился в разговор второй голос. Патруль матросов из двух наглых рож остановился на другой стороне портовой улицы и устроился рядом с бочками, обсуждая работяг и даже не стесняясь того, что их хорошо слышат. Кажется, на это они и рассчитывали. – Ты только взгляни на них. Мне душно просто смотреть на них, а они ещё ходят по городу и распространяют болезни! Кстати, я слышал, что крысы тоже это делают. Может быть, они произошли от крыс, а не от людей? Надо их отсюда выгнать или просто утопить! Они опасны для таких цивилизованных людей как мы!

– Ха! Не торопись! – сцена набирала обороты, и уже большая часть работяг исподлобья смотрела на двух западников, сжимая кулаки и оглядываясь на Эстебана, вновь попавшего в неожиданную для себя ситуацию. – Это же самые обычные жители города, так? А мы – охотники на пиратов! Значит, жители города должны быть нам благодарны, что мы топим пиратов, мешающих честной торговле! Я слышал, что эти… кхех… жители заплатили немалую сумму ребятам на посту, чтобы проехать. Может быть, «жители» будут столь благодарны, что и нам заплатят? Негоже гордым охотникам ловить пиратов на пустой желудок.

Наво ликовал. Если бы не ситуация, он полез бы обниматься к этим господам, выражая им свою полнейшую поддержку и заверяя в подлинной любви к их словоблудию, к их наглости и неубиваемой вере в собственное превосходство. Эти идиоты же просто идеальный для него шанс привлечь всех и вся! Потому что сейчас будут бить морды! Вор сдвинулся за спины злобно сопящих нищих и незаметно подобрал из под колеса телеги камешек, взвесив его в руке. Неплохо, должен попасть таким в цель.

– Эй, босяки, оглохли? – патрульные весело заржали, глядя на нищих, но их смех был грубо прерван ловко брошенным камешком, угодившим прямо в глаз одному из них. Вор чуть не заплясал, не веря своей удаче. Матрос, получивший камнем в глаз, заорал что-то матерное и, выхватив палаш, замахал им перед собой, будто отгоняя. Он просто никого и ничего перед собой не видел, закрывая лицо рукой. Работники уже начали оборачиваться, чтобы найти в своих рядах того, кто посягнул на здоровье этих людей, однако Наво не собирался давать им шанса отсидеться в стороне. Опустив голос, он заорал, напрягая горло:

– Бей западных!

– Чёрт, тревога! Руби их всех! – второй, услышав этот клич, долго разбираться не стал и выстрелил в воздух. Толпа нищих, испуганная стрельбой, качнулась вперёд, уловив угрозу своим жизням. Да и что уж там, злы они были за подобное пренебрежение к себе, а оттого и желали отомстить. Похватали инструмент и камни с дороги, да пошли стенка на горстку. Наво был горд собой. Тем более, что к месту схватки уже бежали матросы от въезда. Пираты наверняка это заметили. Ну, это просто невозможно не заметить! Если они пропустили такой шанс, Наво в них разочаруется ещё сильнее.

Пока драка, в которой уже кто-то пустил кровь, набирала обороты, он шмыгнул в приоткрытую дверь склада, куда они собирались выгружать товар. Внутри его встретили горы однотипных ящиков, на которых было начерчено лишь «ПУЭРТО-ДОРАДО». Не став интересоваться их содержимым, вор поискал путь на другую сторону. И он нашёлся на высоте двух человеческих ростов. Какое-то окошко или форточка, закрытая на щеколду.

Наво даже гадать не стал, для чего она нужна здесь, но обрадовался ей как родному человеку. Только вот подняться туда будет для него проблематично – даже зацепиться не за что. Постояв и потупив пару секунд, он начал сдвигать ящики, чтобы организовать себе что-то вроде небольшой лестницы. Не больше трёх ящиков в высоту – этого будет достаточно, чтобы ухватиться, подтянуться, открыть дверцу, запертую изнутри, и выпрыгнуть на другую сторону.

Этим он и занялся, мгновенно прокляв пухляша, когда его спина немного хрустнула при попытке поднять хоть один ящик. Да что он туда положил?! Гадая об этом, он всё же умудрился допереть все три ящика. Допёр и сел рядышком, взяв минутку, чтобы отдышаться. С улицы шёл всё нарастающий крик. К глухим ударам добавился звон встречающихся клинков, а иногда и выстрелы в небо. Но музыкой для его ушей стал отчаянный крик: «Пираты в порту! На помощь!». Вот теперь точно пора поторопиться. Побоище если не услышат, то точно увидят по вспышкам. И тогда Дуглас примчится, карая всех, кто не успел убежать.

***

Некоторое время назад…

Капитан Дуглас.

Отряд матросов под его командованием стремительным строевым шагом рассекал улицы. Горожане, видя приближение отряда, предпочитали убираться с дороги сами, ведомые то ли стадным чувством, то ли просто жаждой самосохранения. Капитан ничуть не стеснялся отпихивать с дороги всех, кто мешал ему пройти. И почему так медленно? Была бы его воля, он бы мчал по улицам бегом, срезая всё, что можно, но Арчер в прошлый раз очень доходчиво объяснил ему, что он должен показывать аборигенам пример цивилизованного человека. Дуглас даже представить себе не мог, какой, к чертям, пример он должен показать этим дикарям. В его понимании единственным, что он мог продемонстрировать, была особо жестокая казнь пиратов на городской площади. Толпа радовалась, рукоплескала, но хватало и тех, кого вывернуло на землю. В основном, женщины, подростки, дети, но были и мужчины из особо впечатлительных.

– Разойдись! – рявкнул капитан на собравшихся вокруг прилавка женщин, чьи юбки загородили большую часть улицы, из-за чего всем желающим пройти приходилось жаться к стеночке и постоянно извиняться, если умудрялись наступить на чью-то одежду. От его же крика дамы испуганно вскрикнули подались в стороны, освобождая дорогу. То-то же! Правда, в другое время и в другом месте он непременно остановился бы и объяснил причитающим дурам, что их дела не могут стоять выше и быть важнее его дел. На их счастье, он был слишком занят, чтобы позволить себе хотя бы секунду промедления.

На полпути к ним присоединилось несколько убийц в чёрных плащах, подчиняющихся Джейн. Видимо, были далеко от пожара и тоже решили проверить свою нанимательницу, ибо по плану она должна была оставаться и присматривать за их денежным мешком. Кстати, а чем вообще Слэйд занимался в это время и почему не предотвратил пожар сразу? А ещё один хороший вопрос – где была его охрана, которую он зачем-то набрал из местных стражников?!

Столб дыма над конторой не унимался и даже, как будто бы, становился шире и гуще. Контору вообще никто не тушит?!

– Прибавим шагу! – приказал он своим матросам и ускорился сам. Позади послышались команды офицеров, а затем и участившиеся шаги. К конторе они приблизились едва ли не бегом, но сразу дойти до её стен не смогли, так как её окружало довольно таки плотное кольцо зевак. Церемониться и стесняться в такой ситуации Дуглас не собирался, а потому вдоволь поработал локтями, раздвигая людей и пробивая себе и остальным дорогу. Двадцать человек во главе со своим капитаном, наконец, смогли пробиться.

– Кто мне ответит, что тут происходит? Может быть, ты, Слэйд?! Или ты, Джейн? – тут же, не сдержавшись, на эмоциях спросил капитан у своих подельников, отмахнувшись от местного стражника, попытавшегося было остановить капитана. Оставив его своим матросам, чтобы те самостоятельно втолковали местному, кто на этой территории главный, Дуглас подошёл к стоящей на дороге парочке и в красноречивом жесте развёл руки, вглядываясь в лица и спрашивая одними глазами о причинах происходящего.

Парочка не ответила. Арчер и Джейн переглянулись. Женщина подставила ладонь и слегка поиграла пальцами в воздухе. В ответ на эту пантомиму Слэйд горестно вздохнул и вынул из-за пояса кошелёк. Даже не заглядывая внутрь, он просто бросил его шпионке, как будто там одна медь. Хотя любой знакомый с ним человек мог бы с уверенностью сказать, что меди в его кошельке отродясь не водилось – одно лишь золото или в редких случаях серебро для мелких покупок.

– Может быть, вы прекратите, наконец, дурачиться и объясните мне, что здесь происходит?! Я, конечно, с Джейн совсем недавно познакомился, но что-то не припомню, чтобы она уличной артисткой подрабатывала. Так с какого перепугу вы тут представления устраиваете, а?

– Дуглас, умоляю, прекращай голосить, – Арчер выставил руку. – Мы всего лишь поспорили на твою импульсивность, предположив, что она на грани недальновидности.

– Друг, я что-то в растерянности, – капитан доверительно положил ладонь на плечо Слэйда, приблизившись. – Представляешь, мне вдруг послышалось…

– Дуглас, теперь уже ты перебираешь. Тебе не послышалось, я действительно сказал, что ты импульсивен. А Джейн ставила на то, что твоя импульсивность развилась в недальновидность. Ответь мне, зачем ты взял с собой двадцать матросов?

– Я вообще-то думал, что тебя тут убивают! – поднял бровь Дуглас, пока ещё не слишком понимая, к чему клонит ростовщик и спонсор его охоты. – И, как я погляжу, вполне успешно! Вы вообще тушить это собираетесь?

– Если бы это было так просто. Этот твой вор разбил светильник и поджог им мою одежду, которую я обработал составом для хранения. Я не алхимик и не скажу тебе точно, что там конкретно произошло, но масло из светильника… В общем, воняет там сейчас так, будто открылись врата в Ад. Причем на другой стороне оказался общественный туалет для демонов. Туда теперь не подобраться – глаза начинают слезиться уже рядом со входом.

– И ты ещё спрашиваешь, зачем я взял с собой матросов. Мои парни привычны к дурным запахам, поэтому мы быстро тут всё потушим и спасём твоё золото. А потом я… Почему ты на меня так смотришь? – Дуглас заметил скептический взгляд ростовщика и прервался, глядя на него с подозрением.

– Я разве давал повод считать меня идиотом? – вкрадчиво спросил Арчер. – Я не храню деньги на верхних этажах или в сейфах под кроватью. Деньги в надёжном месте, под конторой. Когда здание прогорит, я просто расчищу обломки и достану их.