Текст книги "Вор из Маравеля (СИ)"

Автор книги: Эхо

сообщить о нарушении

Текущая страница: 34 (всего у книги 46 страниц)

Глава 23. Изнанка столицы

Ночь понемногу вступала в свои права, но Наво всё равно мог издали рассмотреть легендарную для жителей Маравеля столицу на Эстрелла-Маре. Вроде бы сам город звался Эстрелла и сейчас он в преддверии ночи зажигал свои огни. Множество огней, большая часть которых сосредоточена на вершине холма. Так далеко он смотреть не мог, но каждый житель Солмариса с любого из островов мог бы сказать с непоколебимой уверенностью, что там расположился обогретый лучами бога Солнечный собор, где заседают иерархи, благословлённые им для несения идеи Света среди людей. Да, зрение не позволяло увидеть детали, но в душе теплилась надежда, что он ещё выделит какое-то время, чтобы подобраться поближе.

Побывать в столице и не увидеть собор? Не то что зря ехал, а и жизнь-то зря прожил!

Что ещё можно сказать о столице? Ну, пожалуй, умное слово «климат». Намного мягче, чем можно было бы себе представить. Раньше ведь он как думал? Чем южнее на Солмарисе, тем жарче печёт Солнце. Дома, на Маравеле, ночи были сухими, душными, тёмными по какой-то неизвестной ему причине. А здесь уже ночь, но небо такое светлое, как будто ещё только-только вечер начался. Светло, свежо, а вода какая чистая! Вор не поленился и высунулся за борт, глядя вниз. В море вода была тёмно-синяя и какая-то серая. Тут же – голубая, да такого приятного цвета и вида, что хоть прямо сейчас кружкой черпай и пей, невзирая на соль.

Как-то незаметно рядом приземлилась Мари, избавившаяся от большей части своего пиратского образа. Девушка тоже молча уставилась заворожёнными глазами на приближающийся в темноте ночной остров. Она, видимо, тоже никогда его не видела. Впрочем, это ещё менее удивительно, чем у него. Её Белисара, наверное, всю жизнь учила чай пить с незнакомцами, развлекая их разговорами и историями. Куда она могла из Убежища деться? Правильно, никуда. Привязана была девчонка к своему месту обитания, накрепко. Ключевое слово здесь – «была». Рвёт, наверное, старушка на себе волосы и проклинает его, на чём свет стоит.

– Уже проснулись? – прогудел незаметно подобравшийся великан, заставив молодых людей вздрогнуть от испуга и обернуться на него. Однако, увидев его добрую улыбку, они быстро успокоились, переглянулись и даже усмехнулись в ответ. Злиться на Велгантэ практически невозможно. Обижаться на него тоже глупо, ибо здоровяк практически безобидный. Всерьёз злиться или ненавидеть просто опасно для здоровья, а поэтому ещё и страшно. Вот и остаётся, что улыбаться и спускать ему с рук вот такие мелкие шалости. Всё равно ты ему ничего не сделаешь. – Долго же вы спали. Я уже думал, что придётся вас на руках в столицу тащить.

– Ты сам-то в столице был? – спросил Наво, поудобнее устроившись спиной к фальшборту и заметив, что Мари зеркально повторила его манёвр, с интересом уставившись на гиганта. Как на дядю, обещавшему ребёнку интересную сказку на ночь.

– М-м, – ответил мычанием Велгантэ и тоже приземлился, но спиной к близлежащей мачте, опёршись на неё своей широченной спиной. Кажется, она, мачта, даже проскрипела что-то протестующе, но так и осталась стоять. – Было дело однажды, – кивнул он, а глаза его затуманились – он вспоминал тот эпизод своей жизни. – Первые годы моих странствий вместе с Лобаром. Занесло нас сюда за каким-то чёртом, уже и не вспомню зачем. Помню только, что хотели что-то ценное продать, но пришлось удирать от городской стражи. А её там и в спокойные годы, скажу я вам, очень немало. Пираты говорят правду, хватают там нашего брата прямо на улицах и не церемонятся. Стоит только увидеть кому татуировки, как люди бросаются от тебя прочь, а стража уже спешит вязать тебе руки и ставить на колени. Еле отбились, пришлось убегать по канализации.

– Канали… чего? – переспросила Мари и сразу же пояснила, увидев недоумевающий взгляд здоровяка. – Впервые слышу просто. Что это такое?

– Ах, ну это, – он поднял ладони, покрутив ими в воздухе, будто пытался изобразить что-то, но в итоге нагнал ещё больше туману. – Ох, даже не знаю, как и объяснить. Что-то вроде катакомб, по которым вы с Наво ползали. Только они поуже будут, поменьше и проходят по всему городу. А, ну. Там ещё говно плавает.

– Фу, – девушка скривилась, взглянув на Велгантэ со смесью отвращения и, кажется, сочувствия. – И вам пришлось плыть по рекам говна из-за стражи? Врагу такого не пожелаешь!

– Ха-ха! – он засмеялся. – Нет, девочка. Всё было намного проще. Не такие уж там и реки, а по бокам есть… что-то вроде берегов, по которым ходить можно вдоль этой подземной реки. Оно, как я понял, для того, чтобы оно в городе не застаивалось.

– И куда оно потом? – заинтересовался вор. – Там ведь много жителей. И каждый из них, да не по разу в день… Это же реально целые реки.

– Опять же, могу поделиться лишь собственными домыслами, – Велгантэ поднял руку и со скрипом почесал лысую голову. Как будто кто-то спиной о дерево потёрся. – Думается мне, что всё это потом отвозится к фермам. А может и просто в море выбрасывается, кто ж его разберёт. Я там только мимо пробегал. Вот ещё – крыс там очень много. Одна прямо совсем здоровенная попалась, размером с собаку!

– Вода очень чистая, сомнительно мне, что они своё дерьмо в море выливают, – Наво покачал головой и ещё раз выглянул за борт. – Прямо как драгоценный камень какой. Что до крыс, Велгантэ, – он улыбнулся, взглянув на здоровяка, – то тут ты явно брешешь и сказки нам рассказываешь. Не бывает крыс размером с собаку. Напугать нас хочешь?

– Вот-вот! Это просто страшилка! – горячо поддержала Мари. – И да. Даже не думайте меня тащить в эту вашу канализацию! Я уж лучше пешком по городу пройдусь одна, чем полезу в это ужасное место!

– Не хотите – не верьте, – отмахнулся от них великан, сделав вид, что обиделся. – Но правду я вам говорю, что есть в столичных канализациях что-то такое, от чего волосы встают дыбом!

– Кто бы говорил про волосы-то, – юноша засмеялся, глядя на сверкающую в закатных лучах лысину их друга. Вскоре к его смеху присоединились все, кроме Лобара, что находился слишком далеко и не слышал их разговор целиком. Может и долетало чего.

Помолчали. Лобар позвал Велгантэ, и тот ушёл помогать старику убирать паруса. В порт они должны были зайти в темноте. Правда, вор, глядя на светлое небо, сильно сомневался, что темноты они дождутся. Лишь откуда-то с востока, откуда дул сильный ветер, на столицу надвигались тучи, обещая скорый ливень. Может быть, этого и ждут пираты? Конечно, мало приятно будет в том, чтобы плыть под дождём.

– Ты как, сама-то готова искупаться? – спросил Наво, обернувшись к Мари и встретившись с её возмущённым взглядом.

– Конечно же готова, идиот! – завелась она. – Я же этот план придумала. Ничего страшного в этом нет!

– Да, но… – вор улыбнулся. – Мне Лобар сказал, что ты плавать-то и не умеешь, – его глаза внимательно всматривались в лицо девушки, а потому он и смог уловить, что её уши и щёки стремительно покраснели, как будто от стыда. Хотя почему «как будто». От стыда они и покраснели! – Прости, я не хотел тебя задеть.

– Дебил, – буркнула Мари, отвернувшись. – Всё я умею, просто… ленюсь. Лениться не буду и сразу поплыву, вот увидишь.

– Может быть, мне тебе помочь? – предложил Наво, на что она тут же ответила своим острым взглядом. – Понял, понял. Но буду рядом. Если ты вдруг… кхм… снова захочешь полениться, я тебе помогу.

– Чтоб ты знал, я не слишком часто ленюсь, понятно? Ясно тебе?

– Ясно, куда уж яснее.

– А вообще… У меня не так уж и много времени было, чтобы… эм… разучиться лениться, – невпопад произнесла Мари, совсем отвернувшись, чтобы было видно только её затылок. Вот только уши-то красные всё равно видно, но об этом он ей говорить уже не стал. – Мадам всё время нагружала учёбой, тренировками. Туда сходи – не так идёшь. Туда гляди – не так смотришь. Это пей – не так пьёшь. В общем, я была слишком занята, чтобы заниматься такой ерундой.

– А тебе самой-то всё это нравилось?

– Ну ты дурак совсем, да? – она даже обернулась, чтобы посмотреть на него с жалостью, как на душевнобольного. – Какой девушке, в здравом уме, может понравиться пить чай с толпой агрессивных мужиков, с которыми не знаешь, проснёшься ли завтра живой? Но это вынужденная мера. Либо так, либо прозябать на улице, где полно таких же. Разница лишь в том, что последние не ограничены никакими правилами. Пираты, идущие в бордель, хотя бы знают, что за убийство и порчу им влетит от своих же. Девушек не так чтобы и много, а если их количество ещё и уменьшать, то один из важнейших видов их досуга просто исчезнет.

– Умно придумано, – непонятно кого именно похвалил Наво. Интересно только, это сами пираты такое придумали или кто-то донёс до них эту светлую мысль?

– Просто способ для выживания. В первую очередь, для нас, проституток. Мадам говорила, что раньше очень часто случалось так, что разгорячённые пираты просто убивали женщин, чтобы не платить им ничего.

– А как же тогда…

– Естественно, за это свои же наказывали. Ну, я так думаю. Только вот от того, что убийцу наказали, женщинам легче не становилось. Ещё одна из них больше не откроет глаза. А кто будет следующей? Они очень боялись идти на такую работу. Дело было под угрозой того, что проститутки и вовсе исчезли бы из Убежища. Уж лучше улица, чем смерть от жестокого изнасилования. Я не знаю, кто взял всё под контроль, но в какой-то момент в бордели начали приходить только адекватные люди, готовые платить, вести себя прилично и спокойно. Конечно, бывали случаи… всякие, но, как правило, редко.

– Никогда бы не подумал, что с этим может быть столько проблем. У нас-то, воров, всё намного проще. Хотя, с другой стороны, и сложнее.

– А у вас что?

– Улица, только в другом понимании. Не могу и не буду говорить за все острова, поэтому скажу только за Маравель. У нас каждый сам за себя. Даже если ты вступил в банду, то это ещё не значит, что с тобой будут чем-то делиться. Если ты слаб, тебя определят на роль подбирающего объедки. Будешь носить вещи, помогать, делать грязную работу, а получать за это лишь какие-то огрызки, которые старшим не пришлись по вкусу. Поэтому многие шли на дело в одиночку.

– Вас там что, много? – прищурилась Мари. – Ты так говоришь, будто целая толпа воров бегает по острову.

– Ну нет, всё не настолько плохо! – Наво рассмеялся. – У нас бедный островок. Мало… Всего мало. Но каждый парень или даже девчонка хоть раз в жизни, но ходил воровать. Кто-то воровал только еду, чтобы прокормить семью или себя, кто-то за кошельками ходил.

– Но это же глупо. Ты ничего на эти деньги не купишь. Если все знают, что дети воруют, то ворованные деньги…

– Не, всё равно принимают. Какая разница, у кого ты их своровал. Каждый заботится сам о себе, а проблемы остальных его не волнуют. А деньги – это возможность уехать. Старикам, допустим, это уже не интересно. Зрелые просто растворяются в работе, а потом переходят в когорту стариков, которым уже поздно куда-то ехать. Зато молодые, все как один, мечтают улизнуть с острова. Да вот хотя бы в столицу.

– Кому вы тут нужны-то? – Мари хихикнула, прикрыв губы ладошкой. – Я так и представляю как целый нищий остров переселяется в столицу. У вас же, наверное, на лицах написано, что вы воры. Вас бы тут же всех обратно и развернули. Или на виселицу повели бы.

– Каждый из нас мнил себя самым удачливым, – не обидевшись, пожал плечами вор. – Думали, что именно им повезёт. В том числе и я. Правда, это касается только воров. Друг мой, Тито, тот ещё твердолоб, но работать умеет. Не знаю даже, что с ним сейчас. Может быть, уже в столицу уехал.

– Вы хорошо дружили? – она подсела ближе, почти вплотную.

– С самого детства. Его матушка меня ещё подкармливала и выхаживала, когда совсем плохо было. У меня о них сохранились только самые тёплые воспоминания. С Тито, например, часто ходили на рыбалку.

– Ты ещё и рыбачить умеешь?

– Ну, такое. Рыбак из меня, как из тебя пират. Правда, в последнее время рыбалка стала совсем плохой из-за Моря Чудовищ. Рыба пошла гнилая, жёсткая. Ещё и вонючая.

– Кажется, я слышала что-то такое, – девушка задумчиво побарабанила пальцами по палубе междувытянутых ног. – Рыбаки или пираты, не помню уже, говорили, что к северо-востоку от Убежища нормальную рыбу уже не выловить. Кстати, не знаешь, почему так случилось?

– Есть у меня теория, но я не уверен, что это действительно так, – Наво скривился, тоже вытянув ноги и глубоко вздохнув.

– Ну давай, рассказывай уже, – Мари толкнула его плечом, улыбнувшись. – Заинтересовал.

– В общем, слышала же про жуков, да? – уточнил он, получив подтверждающий кивок. – Так вот, теория состоит в том, что рыбёшка эта, которая противная, она как бы… Как бы сказать… Жуки после себя оставляют море-океан не то мёртвым, не то жутко грязным. И рыба, которая должна была родиться нормальной, в итоге заболела…

– Хочешь сказать, что это просто больная рыба, которая родилась в отравленной воде? Нет, звучит-то логично, только… А доказательства есть? Вдруг это просто вид какой-то… такой.

– Странно тогда получается, что никакой другой рыбы нет. Одно бы дело, если бы просто пришёл новый вид, но вся другая рыба просто ушла, а так не бывает… По крайней мере, я так думаю, что не бывает. Сколько времени до того рыба никуда не уходила, а тут собралась и смоталась сама по себе! Нет, не верю.

Темы для разговора закончились как-то сами собой, а потому молодые люди просто замолчали, вглядываясь в приближающиеся огни ночной столицы. Посмотреть там действительно было на что. Подсвеченные фонарями дворцы аристократов, виднеющийся на холме собор, высокие стены морских укреплений с торчащими оттуда жерлами пушек. Ну не музыкальные же трубы они там разместили, правда ведь? Но самое удивительное зрелище было в порту.

Сколько прибывало судов в тот же Маравель? Ну, дай господь, чтоб один раз в месяц зашёл по большой клятве. Всё же иногда торговцы заходили в порт, чтобы купить по дешёвке древесину или ещё какую мелочь. В порту Эстреллы виднелись сотни парусов одних только мелких лодочек. Наво честно попытался рассмотреть всё повнимательнее, но даже его мании всё пересчитывать не хватило на такое количество кораблей. Отдельными великанами выделялись военные суда, стоящие на рейде. Толстобокие красавцы с крепкими бортами и тремя палубами, отведёнными под пушки. Линейные.

– Ну что, сопляки, наговорились, насмотрелись? – неслышно к ним подошёл Лобар, заставив парочку вздрогнуть. Вор и сам не заметил, как переплёл с Мари пальцы, засмотревшись на порт и суда в нём. Девушка тоже это не сразу поняла, а сейчас резко выдернула руку, отвернувшись. Ухмыльнувшись, старый пират подмигнул молодому другу. – Собирайтесь, скоро придётся поплавать.

– Слушай, а это вообще безопасно? – вдруг занервничал Наво, оглянувшись на порт, на Мари, а затем и на Велгантэ, что сбрасывал с борта верёвочную лестницу, за которую они все и уцепятся гроздью. – Не то чтобы я как-то подвергал сомнению твой опыт, Лобар, но сейчас мне кажется, что стоит ещё поразмыслить над тем, что самоубийство, вообще-то, осуждается церковью!

– Только потому, что кому-то нужно работать на островах, – отмахнулся старик. – Не дрейфь, малой. Я не первый день за штурвалом и прекрасно знаю, когда рисковать можно, а когда лучше не стоит. План не лучше и не хуже других. Просто придётся слегка взмокнуть. А за Мари присмотришь сам, – дополнил он, увидев раскрывшийся рот юноши. Тот только и мог, что хватать ртом воздух и переживать.

– Я тебе не говорил, кстати, что в команде есть такая профессия – переживать за всех? – вдруг хитро улыбнулся он.

– А? Какая ещё профессия? Ты чё, гонишь?

– Да как можно! – почти искренне возмутился неверием старик, приложив руку к сердцу. – Точно тебе говорю, что ты должен переживать за нас всех, вместе взятых.

– И чем это поможет?

– Не знаю, но рожа у тебя смешная становится, когда ты волнуешься почём зря.

***

Корабль целеустремлённо приближался к порту, нацелившись на свободное место у причала. Можно было бы подумать, что капитан этого судна надеялся проскочить таможню и воткнуться промеж других гостей столицы, пока его не заметили. В эту логику удобно устраивался факт потушенных огней, из-за чего на палубе ничего толком не разглядеть было.

Он шёл с заблокированным штурвалом, а люди повисли на верёвочной лестнице, притороченной к его боку. Первой шла Мари, прижимающаяся к боку судна и старающаяся не визжать всякий раз, когда её омывало водой или болтало по борту. Со спины её прикрывал Наво, прижимая своим телом к борту. Изначально он сам хотел выступить в роли этакого волнолома, чтобы принимать своей грудью те брызги, что предназначались девушке, но пираты смогли убедить, что лучше быть позади, чтобы успеть её поймать, если она вдруг сорвётся с верёвок. За Наво на лестнице повисли Лобар и Велгантэ. Здоровяк умудрялся держаться за лестницу одной рукой, а второй за борт, не позволяя им вилять по ходу.

Торговец, судно то есть, шёл пусть и медленно, но повисшим на нём людям казалось, что он прёт как самая настоящая быстроходная яхта, спроектированная лучшими корабелами во всём известном мире. Брызги воды в лицо, её же сопротивление. Она сама держала их тела на плаву, не позволяя им утонуть, но долго так продолжаться не могло. В какой-то момент Наво ощутил хлопок по своему плечу – то был условленный сигнал от Лобара, что пора отцепляться. Всё верно – они уже зашли в порт. Юноша даже мог смутно расслышать чьи-то крики. Неужели их сейчас засекут?!

Не дожидаясь иных знаков и указаний, вор мягко отцепил судорожно сжавшуюся Мари от верёвочной лестницы и рванулся в сторону от борта, увлекая девушку за собой. Пираты уже вовсю гребли в сторону лодочной пристани, почти полностью погружённой во тьму. Большое здание, нависающее над всем портом, закрывало её от света Луны. Подтягивая свою спутницу за собой, Наво поспешил следом за ними.

***

Немногим ранее…

Таможенная служба – это такая служба, где тебе платят деньги сначала за то, чтобы ты кого-то заметил, а потом доплачивают за то, чтобы закрыл глаза в определённый момент. Иными словами, это служба моргания. Моргни в нужный момент, упусти что-то из виду, и ты получишь причитающиеся деньги. Торговцы везут свои товары, часть из которых нужно обязательно заметить, отметить в отчётах, докладах и реляциях, а другую часть груза пропустить мимо себя так, будто никакого груза и нет вовсе. Чего тащат грузчики? Хрен их знает, маются непойми чем, воздух тягают в пустых ящиках. Какой спрос с деревенщин, ну?

– Эй, новичок, – молодой мужчина окликнул совсем ещё юного искателя приключений на задницу, что уставился в море с невероятно сосредоточенным взглядом. – Ты с таким лицом долго не прослужишь.

– Почему же, господин офицер? – удивился новичок, обернувшись и округлив свои глаза. Совсем же ещё ребёнок! Тьфу, и куда подался? В солдаты? Нечего ему здесь делать! – Разве мы не должны следить, чтобы в ночное время никто не заходил в порт во избежание провоза незаконных товаров?

– Ну так они и не заходят, – подвигал бровями офицер, ощущая приятную тяжесть надутого кошеля в кармане своего мундира. Поздним вечером, когда он специально услал мальчишку на рынок за снедью, в порт как по заказу «не вошли» целых три торговца, клявшиеся, что просто опоздали из-за очередей. Да, последнее – известное проклятье перегруженных портов Эстрелла-Мара. На острове уже критически не хватает портов, чтобы обслуживать все прибывающие корабли. Впрочем, говорят, что скоро будут застраивать соседние острова, чтобы хоть немного их разгрузить. – А будешь так усердно смотреть, то рано или поздно отложишь мне тут кучу с перенапрягу.

– Зачем обижаете? – нахмурился пацан, сведя брови к переносице. – Ничего я… Шутите, да?

– Садись, парень. Буду тебя жизни учить, – хмыкнул мужчина и похлопал по табурету, стоящему рядом с его собственным. – Видимо, матушка тебя ничему не научила, а про отца вообще молчу.

– Мои родители – достойные люди! – с апломбом заявило это чудо, но на табурет всё же село и уставилось на офицера преданным взглядом ученика.

– Ты вот зачем в армию пошёл, в охрану порта?

– Чтобы обеспечивать безопасность граждан Солмариса! – незамедлительно ответил новичок. – Это же естественно!

– Угу. Естественно, – кивнул офицер. – А если завтра платить перестанут, долго ты тут обеспечивать сможешь?

– Ну…

– Вот тебе и ну. Мы оба знаем, что сюда идут работать за деньги, а не за совесть. Поэтому, если ты здесь за деньгу, то тебе её нужно зарабатывать, чтобы твои… э… достойные родители жили в старости хорошо. Ты ведь хочешь, чтобы они хорошо жили? Ты же их любишь?

– Конечно! Но… Нам же и так платят? Как можно получать деньги, не прилагая усердия?

– Усердие, малыш, должно прилагаться не твоими глазами, а мозгами. Вот, к примеру, столько я сегодня заработал, усердно работая своей головой, – мужик-таможенник хмыкнул и вытащил на стол туго набитый кошель, звякнувший монетами. Новичок аж рот раскрыл, потянувшись было рукой, но остановив её на полпути. – Видишь?

– Н-но как?! – выдохнул он, глубоко поражённый увиденным.

– Очень просто, новичок. Минимум тупого усердия, максимум мозгов! Можем даже потренироваться с тобой. Вон, видишь. Ещё один прёт! – мужик мотнул подбородком и юноша повернул туда голову, силясь рассмотреть в наступившей тьме приближающийся корабль. Действительно, виднелось. Пожалуй, только из-за белых парусов и виднелось.

– Он же совсем не снижает скорости! – нахмурился пацан, неуверенно обернувшись на поднимающегося из-за стола наставника. – Это нарушение всех писаных правил и…

– Ну торопится человек, кто же его осудит, если кошеля хватит на всех обиженных? – снова хмыкнул таможенник. – Пойдём. Сейчас на шлюпке спустимся, они паруса и уберут, чтобы с нами в приватной обстановке пообщаться.

Быстро спустившись к воде, таможенники заняли места в шлюпках. Грести пришлось младшему, старший же разместился у руля, направляя их шлюпку параллельно ходу судна, чтобы не угодить ему в нос. Торговые калоши, в принципе, не самые большие корабли, встречающиеся на островах, но даже они могут представлять для шлюпок опасность. Тем более, на полном ходу.

– У них что, деньги на масло для фонарей закончились? – недовольно пробурчал старший таможенник. – Стрясу я с них ещё штраф за то, мне придётся шариться по их лоханке в полной темноте, вот увидишь! Легко не отделаются!

– Так всё же… Что мы делаем?! – юноша работал вёслами, тяжело при этом дыша и изредка оглядываясь на приближающийся корабль, палуба которого едва-едва просматривалась. Кажется, там даже людей не было, но так ведь быть не могло? Да и торчит что-то такое за штурвалом, но не разобрать, что именно. – Может, стоило просто подать сигнал на сторожевой бриг?

– И упустить деньги?! – возмутился мужчина. – Ни в жизнь! Греби, греби давай, пока я тебе по шее не надавал за попытку сократить мои доходы. Мы уже почти добрались. Сейчас он… Эй!

Таможенники в полном изумлении уставились на бешено пронёсшийся мимо них корабль, который даже не удосужился убрать паруса. Ещё бы чуть-чуть в сторону, и он бы обломал им весло, а то и вовсе опрокинул бы ударом, но бог миловал.

– Куда, паскуды?! – взбеленился таможенник, но его услышал только новобранец. Тем временем, нарушитель со всей дури впечатался носом в деревянную пристань, нанеся ей неясные пока повреждения. Во всяком случае, хруст, треск и глухой звук удара раздались на весь порт, переполошив всех, кто в нём находился. Даже прозябающие на сторожевике лентяи заворочались, зажигая огни и перекрикиваясь. Проспали они этот корабль! Как есть проспали! Теперь влетит всем, вне зависимости от достижений.

– И что теперь? – напомнил о себе молодой солдат, схлопотав яростный взгляд наставника.

– Теперь будешь учиться подлизываться к высокому начальству, желающему найти крайнего во всей этой истории, – малость успокоившись, ответил старший. – Греби теперь к пристани. Пока командование не прислало сюда никого, я желаю лично набить морду тому идиоту, из-за которого мне сегодня придётся краснеть.

Шлюпка медленно, неловко развернулась и поплелась обратно. И никто не заметил головы людей, торчащие из воды в стороне от места происшествия.

***

– Не отпускай, – натужно прохрипела ему в ухо Мари, вцепившаяся в плечи и прижавшаяся к его спине. Плыть за пиратами с такой ношей казалось ему непосильным трудом, но он каким-то чудом справлялся. Может быть, из-за того, что и сама девушка активно гребла ногами, помогая ему? К слову, Лобар и Велгантэ уже забрались на утопающий в тени причал и ждали только их, постоянно оглядываясь и ожидая неприятностей из любых углов и кустов. Хотя последних что-то и не наблюдалось. Даже непривычно как-то. Местный порт был практически целиком выложен из камня. Только причалы и пристани были из дерева, но это логично даже. Если вдруг что, то их и починить можно быстро, чтобы восстановить разрушенное…

Даже мысль о том, что здесь что-то могут разрушить, кажется очень странной. Но чем чёрт не шутит?

Первым делом, подплыв к пиратам, Наво позволил им забрать со своей спины немного околевшую Мари. Вода хоть и была тёплой после жаркого денька, но всё же недостаточно. После уже и сам он забрался, снимая обувку и выливая из неё воду.

– Чего расселся, пошли уже, иначе нарвёмся на стражу! – шикнул на него Лобар. – После такого представления здесь скоро будет не протолкнуться от жёлтых. Давай, бери свою красавицу и пошли отсюда подальше!

– Куда идём-то? – взяв Мари за руку, спросил вор, оглядываясь по сторонам. Со стороны основного порта для торговых судов действительно слышались чьи-то крики, среди которых особенно выделялись «командные». Этих он ещё в Убежище наслушался от того же Армандо. Так сказать, опыт есть. Если у кого-то такой голос, то этот «кто-то» точно далеко ушёл по лестнице власти.

– Попробуем раствориться в городе, – ответил ему Лобар, напряжённо вглядываясь в темноту и не оборачиваясь. – А ещё лучше сразу спуститься в канализацию, чтобы там найти какую-нибудь нишу. Я точно знаю, что они есть. Там и спрячемся на время.

– Но я не хочу! Там же к-крысы! – тихо запротестовала девушка, но ойкнула, получив ладонью по лбу от старика.

– А ну помалкивай! Ты хоть и красивая, но бестолочь ещё. Сама с нами сорвалась на поиски приключений, так теперь не выдумывай себе оправданий. Будешь вместе со всеми ползать там, куда ни один нормальный человек не сунется.

– Лобар, она же девушка, – попытался его укорить Велгантэ, но стих под его пристальным взглядом, виновато оглянувшись на молодых. Ещё и взглянул так, дескать: «Сделал всё, что мог».

– Надеюсь, там хотя бы чисто будет, а не по пояс в говне, – брезгливо поёжилась Мари, но послушно пошла следом за Наво.

– Всё, молчком! – прошипел Лобар и повёл их прочь из порта, окружённого высокой стеной, за которой виднелись крыши некоторых многоэтажных домов. Их путь слился в сплошную череду метаний от угла к углу. Большую часть времени они с Мари видели только спины пиратов, замирающих в тенях и подающих им знаки делать точно так же. На соседних улицах слышался дробный топот солдатских сапог, звучали крики и распоряжения офицеров.

Внося ещё большую сумятицу, начал накрапывать ночной дождь, начавшийся с противной мороси. Но чем дальше они шли, тем больше всё это походило на начинающийся ливень, резко ухудшивший видимость. Вода с небес стояла стеной, не позволяя ничего разглядеть дальше двадцати-тридцати шагов. Вкупе с темнотой…

Они стали невидимками. Теми самыми крысами, что незаметны обывателю ровно до того момента, как он найдёт их в своём амбаре, в мешке с зерном.

– Сюда! – перекрикивая дождь, Лобар повёл их к стене в которой виднелся полукруглый вырез, закрытый железными прутьями. Его назначение для Наво было сплошной загадкой, ведь оттуда ничего не лилось, а если бы и лилось, то что? Вода? Дерьмо горожан? Зачем вообще эта штука нужна? – Это заброшенный проход в канализацию! Его заделали изнутри, но кладка там тонкая! Пробьёмся!

К прутьям они практически подбежали, уже не особо таясь. Один лишь только раз замерли, прижавшись к стенам домов, когда сверху, со стены, раздался чей-то крик. Поднять голову Наво не мог – дождь заливал ему лицо. Но что мог увидеть в таком ливне неизвестный? Разве что смутные тени, как считал юноша. Больше криков не последовало, а Лобар дал сигнал двигаться дальше.

– А мы как через прутья-то проберёмся, гении? – отфыркиваясь от дождевой воды, спросила дрожащая Мари, оглядываясь на улицу. Вырез хоть и был прикрыт прутьями, но он образовывал ещё и козырёк, под который они все уместились, прячась от дождя. – Они не выглядят так, словно сейчас развалятся!

– Разберёмся, – буркнул Велгантэ и схватился своими лапищами за первый прут. Напрягшись, да так, что мускулы на руках пошли волной, он стиснул зубы и согнул его в сторону. Точно такое же действо он сотворил и с другими прутьями, делая из них подобие окошка. В очередной раз увидев такую грубую силищу, Наво пообещал себе никогда не ссориться с этим человеком. – Пролезайте.

– Не перестаю удивляться, – ввернул юноша неловкий комплимент другу, пропустив вперёд себя Мари. Внутри прохода было сухо, но не слишком комфортно. Лаз был относительно низким, из-за чего приходилось идти слегка пригнувшись. И это ему, а Велгантэ вообще на корточки пришлось сесть, чтобы не стесать себе лысину об потолок. Кстати, когда здоровяк протиснулся внутрь, он вернул прутьям относительно исходное положение. Кривое, правда, но кто ж его в этом обвинит… – Дальше куда? Просто спрашиваю, вдруг там развилка или чего…

– Нет там никакой развилки, – ответил Лобар, идущий следом. – Строго прямо, пока не упрёшься в кладку. Она бутафорская, если тебе о чём-то говорит это слово.

– Ненастоящая то есть? – блеснул познаниями юноша.

– Да, так и есть. Строители решили, что раз этот проход никому не интересен, то на растворе можно сэкономить. Вот и положили там просто кирпичи, которые можно разобрать за пять минут силами двух человек. Нас тут трое, не считая Мари, поэтому справимся ещё быстрее. Ну, об их экономии ты мог понять ещё по прутьям. Сам видел, как легко они гнутся. Металл взяли самый паршивый, какой только нашли. А деньги получили, скорее всего, как за лучшую сталь для офицерских клинков.

– Может быть, отдохнём немного? Я устала! – взмолилась Мари и команда уставших, грязных и, в целом, мокрых мужиков переглянулась. Они молчаливо спорили, высказать ли даме всё, что они о ней изволят думать, или же столь же безмолвно согласиться с ней и присесть ненадолго, чтобы перевести дух. – Нас же никто не будет тут искать!