Текст книги "Вор из Маравеля (СИ)"

Автор книги: Эхо

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 46 страниц)

– Ага.

– А ты этого сам-то хочешь? – неожиданно спросил гигант. – Ты же не пират, Наво. Тебе незачем рисковать шкурой, чтобы кого-то в чём-то убедить. Или, может быть, есть другая причина?

– Когда ты так говоришь, то я уже ни в чём не могу быть уверен. Просто чувствую, что мне это надо. Я столько раз оказывался беззащитен. Хочу уже научиться не просто кулаками махать, а хоть как-то сражаться. Сражаться по-настоящему!

– Едва ли ты научишься этому, сражаясь с торговцами. Пираты обычно не ведут дуэлей, а сражаются толпой, заваливая корабль жертвы своими бойцами. Вот если бы у тебя был учитель…

– А ты можешь меня научить?! – Наво тут же оказался перед Гигантом, показывая выученные чужие приёмы. – Я уже примерно понимаю, как это делается! Мне просто всё остальное нужно показать, и всё получится! – но здоровяк на это лишь засмеялся, что заставило юношу насторожиться и приготовиться к неприятностям. – Чего? Чего ты ржёшь-то?

– Ты сейчас похож на малька, едва-едва научившегося плавать, но решившего, что он сразу же достоин зваться морским зверем. Не обижайся на меня, друг, но научиться чему-то, «просто посмотрев», невозможно. Вот кто тебе сказал, что ты всё запомнил правильно? Приёмы – это хорошо, но знаешь ли ты, как именно их нужно наносить и как их нужно менять в зависимости от ситуации?

– Менять, в смысле, один на другой? – не понял вор, сжав саблю в двух руках, но так, чтобы не порезаться.

– Нет, – покачал головой великан и встал, подходя ближе. Честно признаться, юноша в этот момент струхнул и уже задумался о том, чтобы бежать, ибо собеседник невольно внушал лютый ужас всем, кто стоял перед ним. Лысая гора мускулов! – Да не бойся ты, не обижу. Я вообще детей не обижаю. Смотри, – он взял свой меч и неожиданно ударил. Достаточно слабо, Наво это чувствовал, ибо у него получилось заблокировать удар. – Молодец. Теперь давай ещё раз.

И Велгантэ ударил снова. Точно так же, как и в прошлый раз. И Наво попытался заблокировать. Ровно таким же способом. Итог? Кончик меча завис у его горла, а сам он только стоял и хлопал глазами, вообще не поняв, что и откуда прилетело.

– Видишь? Тот же удар, но нанесённый немного иначе. Немного изменённый условиями боя. И этому не научиться быстро. Приёмы – это хорошо. Но настоящие бойцы учатся не им, а умению читать рисунок боя и подстраиваться под постоянно изменяющуюся картину. Настоящие же мастера изменяют её сами и ведут противника по ней, как несмышлёного малыша.

– Круто, – искренне выдохнул вор, опасливо глядя на отходящий от его шеи меч. – А долго ты учился?

– Пять лет. И до сих пор не стал мастером. Мне больше по душе гарпун и спина кита или акулы, а сражаться на мечах – это так, для самозащиты. Впрочем, тем же гарпуном я могу и человека убить.

– Глядя на тебя, Велгантэ, я вижу того, кто и плевком убить способен! – Наво улыбнулся и убрал меч за пояс. – Так что ты думаешь, мне стоит попробовать себя в абордаже?

– Попробуй, если ты действительно считаешь, что тебе это нужно. Да и пираты не будут тебя воспринимать как непонятный придаток. Может быть, что даже примут в свою компанию, как новичка. Тебе всё равно с нами ещё долго обретаться. А там… Кто знает?

– И правда. Кто знает?

***

– Все наверх! – раненным морским зверем взревел Рауль, когда их «Сорванец», хромая и ковыляя, таки нагнал толстую и неповоротливую торговую калошу. Наскоро сделанные из досок крюки полетели на борт жертвы, соединяя их бортами.

Наво спрыгнул одним из первых, тут же попав под удар дубиной со стороны какого-то бородатого мужика, чей рот был раскрыт в ужасающем крике и… Короче, вор испугался. И как-то так он метнулся навстречу врагу, приняв его на плечи, что в итоге перекинул через себя и уронил мужика головой вниз прямо в щель между чуть-чуть разошедшимися кораблями. Крик мужика закончился всплеском, а Наво поспешил всё же достать меч и хоть с кем-то подраться. Ну, кто на новенького?!

На новенького никого не оказалось. Пока он бодался с тем бородачом, из рук которого выпала старая, видавшая сотворение мира, дубинка, пираты уже закончили. И сейчас торговцы, хмурясь, позволяли связать себе руки.

– Итак! Ваш корабль захвачен! Ваши жизни и ваш товар – в моих руках! И… Наво, ради Бога, опусти уже меч! Они и так в ужасе! – обратился он вдруг к вору, что до сих пор стоял с обнажённым клинком и непонимающе оглядывался. В смысле? Это что? Это всё?! Не больше минуты потребовалось пиратам, чтобы захватить каракку? Неловко улыбнувшись под внимательными взглядами присутствующих, Наво с третьей попытки попал таки мечом за пояс и решил прогуляться до кормы, чувствуя себя если не идиотом, то где-то рядом.

***

Добыча оказалась весьма и весьма… интересной. Торговцы везли на юг железные болванки с западных островов Солмариса. И это был очень хороший груз. Даже удивительно, что для такого груза не нашлось хорошей охраны. Однако, всё выяснилось позже. Оказывается, торговец закупил это железо за собственные деньги и на свой страх и риск, потому как на нормальную охрану денег уже не хватило. И вёз он своё железо, едва ли не ежеминутно молясь Богу о защите. Не помогло.

Второй же частью груза были рулоны парусины, упакованные в мешковину. Ещё не готовые паруса, но материал для них. И вы бы видели лицо Рауля, когда он со слезами на глазах ходил по трюму и трогал всё это добро. Ходил и сам своему счастью не верил. Как ребёнок, который, живя в нищете, давно разучился верить в подарки, и тут вдруг получил его.

– Друзья! – объявил он, собрав всех на носу «Сорванца». – Мы захватили богатую добычу. И я предлагаю грамотно ею воспользоваться! Если мы перегрузим всё сюда, то наш с вами кораблик, скорее, переломится на две части. Если же мы пересядем на Каракку, то половине экипажа придётся висеть гроздями на реях, чего мне бы лично не хотелось. Посему, я предлагаю следующее! Мы пересадим купцов и их людей на «Сорванца», а часть наших людей под управлением Лобара поведёт каракку за нами в Убежище, где мы продадим её и груз в уплату ремонта и припасов! За такое количество железа тамошние скряги будут целовать нам сапоги!

Пираты радостно взревели, восхваляя капитана и его прозорливость.

– Однако! – поднял он руку, и пираты затихли, внимательно прислушиваясь. – Есть ещё один важный вопрос, который я обязан поднять прямо здесь и сейчас, как того требует моя пиратская честь и… Отставить ржать над своим капитаном! – смешки прекратились, а Рауль прекратил грозно топорщить усы. – Наво, встань рядом со мной, чтобы каждый из этих балбесов мог видеть тебя.

Наво, немножко охренев от обрушившегося на него внимания, на деревянных ногах вышел из строя и повернулся к толпе, оглядывающей непонятного пацана со скептическим интересом в глазах. Там так и читался вопрос: «Что это за хрен и зачем он нам нужен?». Как же быстро забывается всё хорошее! А ведь он с ними договаривался ещё!

– Итак, команда! Слушаем меня! Перед вами человек, который сражался с нами бок о бок! Перед нами человек, чьими стараниями родилась не самая ужасно звучащая в нашей жизни байка, о том как вор отлупил грозу пиратов тухлой рыбой, из-за чего охотника и сожрал морской зверь! И пусть кто-то потом скажет, что было не так! Лично потом рыбой отлуплю по роже! И, наконец, этот человек не побоялся пролезть в логово врага, где и поджёг его слащавые шмотки! Честно скажу, я наслаждался, глядя на этот столб дыма с кормы «Сорванца». Кстати, наш корабль вернулся к нам тоже благодаря ему!

Рауль взял паузу, а пираты вновь взглянули на Наво, но теперь уже оценивающе и даже одобрительно. Не столько чужак, сколько уже новобранец с крайне перспективным списком громких достижений.

– И, наконец, он лично меня спас из лап ублюдка, что уже хотел меня выпотрошить. Я ему должен! Дважды. За тот вонючий кинжал, как минимум. Я уверен, Дуглас оценил мой подарок по достоинству! – пираты засмеялись и начали выкрикивать в поддержку Наво разномастные кричалки. Да они его теперь уважают! – И я обещал этому парню, что лично достану ему нож взамен утерянного. А так как я сказал, что должен дважды, то и ножа должно быть два! – с этими словами Рауль вытащил из-за пазухи свёрток, протянув его вору. – Владей, вор!

Наво с круглыми от удивления глазами развернул грубую ткань и уставился на два кинжала в чёрных, как ночь, ножнах с серебряными вставками. Непослушными руками юноша вытянул один из клинков, уставившись на превосходный металл и идеальную заточку.

– Ну, как тебе мой подарок, малой? Хорош, а? Забрал его у того торгаша. Вёз кому-то из богатеньких сынков столицы, но я так подумал, что у меня найдётся более достойный такого подарка знакомый! Ха-ха! Эй. Вор, ты чего застыл? – Рауль подошёл к юноше и взглянул в его пустые глаза, даже рукой перед ними помахал.

– Рауль, засранец, не трогай парня. Ты не видишь, что у него золотая болезнь началась? Вон, видишь, ручонки трясутся? – и верно, руки вора, крепко вцепившегося в ножны и рукояти, мелко-мелко подрагивали. И глядя на побелевшие костяшки, можно было даже не надеяться вырвать оружие из его рук. Только из охладевших, и то не факт. Посмеивающиеся над юношей пираты ушли, оставив его, наконец, переживать своё потрясение в одиночестве. – Проснётся потом, когда осознает, наконец, сколько эти ножички могут стоить. Даже я в конечной стоимости путаюсь и вечно на нулях сбиваюсь. Что уж про него говорить?

Очнулся Наво уже через пять минут после того, как все ушли. Резко вдохнув и вскинув голову, чтобы высказать Раулю всё, что он думает об этих ножах, он… никого не увидел. Пираты занимались своими делами, Рауль стоял у штурвала и навёрстывал упущенное в разговорах с Эстебаном. Недалеко от них плелась тихим ходом перегруженная каракка, где можно было разглядеть у штурвала седые волосы, а уж Велгантэ рядом со стариком не заметить было и вовсе невозможно.

– Это же целое состояние, – вздохнул Наво, опустив взгляд на свои руки, всё ещё сжимающие ножны. Ему даже показалось вдруг, что он случайно продавил в них оттиски своих пальцев, из-за чего малость испугался. Но всё оказалось не так страшно – просто свет так лёг. Какое-то время он потратил на то, чтобы приладить полученные клинки к своему поясу, а затем понял, что так и не помылся. Нет, этим стоит заняться прямо сейчас! Такие грязные одежды недостойны такого оружия! Да и самому ему уже давно пора…

А как вообще на кораблях моются?

– Рауль!

Глава 12. Убежище пиратов

Как оказалось, участь Наво была незавидна. Для мытья пираты обычно использовали океан с его солёной водой и разнообразным зверьём, что было готово полакомиться неосторожной жертвой. Иногда запасали дождевую воду, которой мылись. Вещи тоже купали в солёной воде, после чего выбивали о палубы, чтобы избавиться от грязи. Ну и все поголовно ходили либо коротко стриженными, либо вообще лысыми – вшей не разводили.

Прыгать в океан на полном ходу не придумал бы даже больной на голову идиот. Пресную воду ему никто не даст использовать для мытья, а ждать дождя можно было вечность. Он мог пойти хоть сейчас, хоть через месяц, когда наступит сезон дождей и на Солмарис прольются целые реки воды. Но что ему сейчас-то делать? А ничего. Рауль посоветовал ему просто дождаться, когда они встанут на якорь, чтобы команда могла отдохнуть и выспаться. Вот тогда и купайся себе на здоровье, как сказал капитан, только вот непонятно было, о чём именно он шутил. Наво тогда посмеялся вместе с ним, хотя идея купаться ночью в море казалась ему самоубийственной. Схватит кто-нибудь за ногу, и всё. Был вор и закончился.

Однако, он уже решил рискнуть. Ходить в грязи ему уже и самому надоело, так ещё и пираты косятся, как на больного. Так что ночи юноша ждал с нетерпением, сидя в сторонке и изучая теперь уже свои клинки, с превеликими удовольствием ловя ими свет и любуясь острейшей заточкой. На пробу он подобрал валяющуюся на палубе доску и зажал её в коленях, попытавшись снять стружку. Клинок легко это сделал, даже не затупившись. Ему даже стало интересно, сколько и кому заплатил неведомый аристократ за ковку этих кинжалов. Рауль сказал, что торговцы шли откуда-то с запада, но островов в той стороне вор не знал.

И вот наступила ночь. Уже на закате, когда Солнце начало опускаться за горизонт, пираты начали сворачиваться. Каракка подошла ближе и тоже встала рядом с их «Сорванцом».

Предупредив друзей, что пошёл отмываться, Наво, раздевшись, нырнул в воду. Вынырнув совсем рядом с бортом и отплевавшись, подозрительно осмотрелся, нет ли на горизонте плавников. Впрочем, даже их отсутствие ещё ничего не значило, ведь под ним целое море. Ему ничего не оставалось, кроме как продолжить себя оттирать и наблюдать за тем, как расползается вокруг него пятно грязной воды. Это ж сколько на нём было грязи? Больше всего её было на волосах. Он прямо чувствовал, как отходит под пальцами корка и как уходит с головы дурное ощущение чего-то тяжёлого на ней.

Послышался всплеск. Наво даже не замер и не стал оглядываться. К чёрту, к чёрту! По канатной лестнице, сброшенной вниз для удобства, он буквально взлетел, подозрительно вглядываясь в море у борта. И если глаза его не обманули, там, где он отмывался, как раз прошла под водой тень. Достаточно крупная, хоть и без плавника. Это не морской зверь, а что-то другое? Тут же представив, что эта зверюга могла им перекусить, он решил сказать об этом помощнику капитана, но тот лишь сонливо отмахнулся от него.

– Отвали, малец. Ночью в море плавают только отмороженные психи, так как в это время просыпается всякая хищная тварь… Всё, отвали, дай поспать. И срам прикрой, нечего тут с голой жопой по кораблю бегать…

Вещи удалось постирать с меньшим риском, чем самого себя. Урок он, конечно, запомнил надолго. И впредь будет дожидаться хотя бы утра, когда морское зверьё наестся и будет хотя бы не таким активным, как ночью. Или оно к утру ещё более активно? В общем, никакого мытья до того, как они достигнут Убежища! Уж там-то наверняка есть место, где можно помыться. Ведь корабли туда как-то заходят, значит есть и прибрежная зона с водой. Вот уже и…

Сделанная из канатов «корзина» дёрнулась в его руках, да так сильно, что он едва её не выпустил из рук. Перепугавшись, что останется без одежды, Наво заработал руками, вытягивая свою одежду. Дерюгу он, к слову, просто выбросил, так как воняла она просто нещадно, пропитавшись тем едким дымом. А вот и корзина показалась. Только она почему-то какая-то тяжёлая больно. Вытащив её повыше, вор понял, в чём дело. В одежду зубами вцепилась крупная рыбина, которую от куртки удалось отодрать лишь после убийства рыбы, но даже после смерти та не разжала своих челюстей. Пришлось разрезать пасть надвое.

Ну и зубки были у этой рыбы! Можно было даже не сомневаться в том, что она хищная. Разве что не такая умная, как морской зверь. Интересно, с чего бы ей кусать одежду? Вроде и не пахнет, а… Точно. Там же была кровь от попадания иглой в плечо. Про ту маленькую ранку он уже и думать забыл – она быстро покрылась корочкой. Так значит, рыбка клюёт на кровь? Оценив размеры рыбы и подумав над тем, что это будет явно вкуснее сушёной её родственницы, пусть и сделанной с душой, Наво воспылал. Но сперва всё же выбил грязь из одежды и тут же её надел, радуясь ощущению хоть какой-то чистоты.

Вооружившись канатом и тряпкой, он смазал последнюю своей кровью, проколов палец. Крови было немного, но он надеялся, что свежая кровь привлечёт рыбу побыстрее. Перекинув канат за борт, юноша замер в томительном ожидании. Поскрипывало дерево, едва слышно шелестели свёрнутые паруса, но большую часть восприятия забивал шум моря. Все эти звуки не могли отвлечь вора от рыбалки.

– Жаль, что сейчас со мной нет Тито, – из-за накатившей грусти он чуть было не пропустил рывок каната, который смог остановить, уперев ногу в борт. Сильная попалась! Рыбина давила всем своим весом, вырывая канат из рук, но вор держался за него так, будто это была последняя дорогая ему вещь в этом мире. Постепенно напор стал ослабевать – рыба выдыхалась, и тогда он подтягивал канат, заставляя свою жертву приближаться к поверхности воды. Дьявол, он ведь даже посмотреть не может, что там за чертовщина такая!

Когда Наво уже почти сдался из-за горящих огнём рук, за бортом послышались частые всплески воды. Рыба показалась из воды! Поймав второе дыхание, вор навалился всем телом, вытаскивая тяжёлую тушу из воды. Помогая себе, он не придумал ничего лучше, как завязать канат на торчащий в специальном отверстии штырь. Плевать, как он зовётся! Сейчас не до того, чтобы вспоминать эту ерунду! Уже выбиваясь из сил, он всё же справился и смог зафиксировать ситуацию в одном положении, разгрузив руки.

– Чтоб я ещё раз… – отдышавшись, прохрипел вымотанный юноша, согнувшись и уперев руки в колени. Проглотив вязкую слюну, он всё же выпрямился и утёр рукавом взмокший лоб. А ведь он только помылся! Перевалившись за борт, он ожидал увидеть много чего, но… не это. Уцепившись каким-то подобием клюва за канат, на нём висела здоровенная рыбина, безучастно таращась на мир глупыми глазами. Даже на вид она казалась не сильно меньше морского зверя, но как же он её вытащил?! Понаблюдав за этим чудом минуты две, он нашёл ответ на свой вопрос. Рыба оказалась не просто тупой, а ещё и чрезвычайно ленивой. Плавниками она еле шевелила, даже не подозревая о том, что вообще происходит.

– Так, надо звать помощь. Один я это не вытащу на борт, – трезво оценив собственные силы, Наво пошёл искать Велгантэ. Человека, любящего охотиться на всякую морскую нечисть. Кому, как не ему, знать, что это за чудо и почему оно… такое? Гигант обнаружился на палубе каракки. Спал он крепко, а храпел так, что паруса ходуном ходили. – Велгантэ, проснись.

Велгантэ даже не поморщился и продолжил храпеть.

– Велгантэ, рыба срывается с каната! – перешёл на громкий шёпот Наво и еле успел увернуться, когда мимо него пронеслось что-то огромное и стремительное. Повернув голову в сторону, он обнаружил спокойно себе идущего к переходу между кораблями великана, деловито поправляющего свою экипировку.

– Наво, в ночное время стоит быть осторожным. А для рыбалки использовать специальное снаряжение! – в глазах здоровяка не было ни намёка на сон, как бы сильно ни приглядывался вор к его лицу. – Ты идёшь?

– Ага… Уже бегу! – переводя взгляд с лежанки на широкую спину своего товарища, юноша пытался понять, в чём его обманули. А главное, зачем? Плюнув за эту затею, он поспешил за Велгантэ к борту, где всё ещё упрямо висела рыбина размером с самого пирата. Сейчас он как раз перегнулся и внимательно осматривал пойманную рыбу. – Ты знаешь, что это за… рыба такая?

– Знаю. Это корова.

– Не смешно, – попытался улыбнуться Наво, глядя то на друга, то на свой улов, мысленно сравнивая последний с картинкой в книге, которую им показывал монах, учивший грамоте и счёту. И вот совсем она не была похожа на ту парнокопытную зверушку с двумя рогами.

– А я и не смеюсь. Не знаю, как её зовут учёные люди из столицы, но в простонародье её зовут просто коровой. Сам посуди, рыба донельзя глупая. Если ты сейчас спустишься, можешь смело тыкать ей в глаз пальцем, а она продолжит висеть, ничего не делая. Разве что через полчаса-час она начнёт задыхаться. Очень уж живучая она и постоянно голодная. Как правило, жрёт водоросли, но и от падали не откажется. Клюв у неё, как ты видишь, на всё годный. Только эта старая. Видишь, поистёрся он у неё? Была бы молодой, перекусила бы канат.

– А она съедобная вообще? – слова о старости как-то не слишком его обрадовали. А ну как окажется чёрствой, не вкусной и вообще поганой на вкус?

– Вполне. Её в море много. На стол аристократу её, конечно, не подашь, но простой люд, кому хватает сил вытащить её из воды, точно не откажется от такого, – великан взялся двумя руками за верёвку, между делом похвалив Наво за сообразительность, а затем напрягся. Поначалу юноше показалось, что хрустнула спина у его друга. Он даже переживать начал, но Велгантэ продолжал напрягать спину и руки, постепенно затаскивая рыбу. Канат, как оказалось, издал такой странный звук. – Подсоби-ка.

Чем он мог подсобить этому монстру в человеческом обличье? Разве что за уши подержать. Улыбнувшись такой мысли, он всё же подошёл. Рыба оказалась уже почти полностью вытащенной из воды. Да она реально никак не меньше морского зверя!

– На самом деле, подтащить её к кораблю не так уж и сложно, – разбил его мысли о собственном могуществе великан, передав ему верёвку. Сам он ухватился под жабрами, начав её вытаскивать. – Как видишь, она вообще не умеет сопротивляться. Мозгов у неё для этого слишком мало. Было бы побольше, она стала бы той ещё проблемой. И да, не подставляйся под клюв. Даже стёршийся он способен откусить тебе руку или ногу.

Наво тут же отдёрнул конечности подальше от рыбьей морды и вообще отступил к боку, помогая вытащить на палубу.

– Чего не спится, бесы проклятые?! – послышался возмущённый голос заспанного Рауля, вышедшего из капитанской каюты и протирающего заспанные глаза. Видимо, они умудрились разбудить капитана. – Единственный день, когда решили положиться на удачу и не выставлять караул, а они даже поспать не дают и… Это ещё что за подарки судьбы? – тут он, наконец, разглядел огромную рыбину, лежащую на боку и тупым глазом взирающую на ночное небо. – Это откуда?

– Малой поймал, – лапища Велгантэ хлопнула Наво по спине раньше, чем тот успел квакнуть что-то про гиганта. – У него тут ещё и мелкая, но зубастая рыбина валяется.

– Ты чё, корову изловил? – Рауль подошёл ближе и поглядел на мясистые бока, покрытые чешуёй. – Молодец! Она хоть и ленивая, но в одиночку её не каждый подтащить к борту способен! За такой подгон вам обоим по лучшему куску! Но… уже завтра. А сейчас, если не трудно, подвесьте её.

– Я лучше сразу займусь ею, – возразил великан, доставая откуда-то огромный нож и протирая его тряпицей. – Наво, составишь компанию?

– Да, конечно, что делать? – вор приблизился, проводив зевающего капитана взглядом до его каюты, после чего подошёл ближе и присмотрелся к вяло шевелящейся рыбе.

– Подержи, – Велгантэ протянул ему нож, который он сразу же взял. Ещё один у него там что ли? Но нет. Гигант просто встал поудобнее, а затем со всей силы приложил рыбину кулаком по спине рядом с головой. Если бы это был человек, эта часть звалась бы шеей. И хрустнула бы она примерно с таким же звуком, отозвавшимся в юноше целой волной мурашек. Ох и не хотел бы он попасть под такой удар. – Всё, давай нож.

***

Утро встретило героев не слишком-то выспавшимися, но довольными. У старой «коровы» чешуя оказалась очень прочной, но едва ли это смутило великана, имеющего самый разнообразный опыт в разделке тварей. Действительно, зачем ему сражаться мечом, если человек может просто ударить тебя по спине ладонью, чем и убьёт? Не пират, а какой-то китобой, скорее.

Ближе к утру, когда они, притащив с камбуза тару, начали складывать туда куски рыбы, Наво уже вовсю зевал и едва не валился с ног. В приказном порядке Велгантэ прогнал его спать, что вор и сделал с превеликими удовольствием, провалявшись на освободившейся на нижней палубе лежанке до самого обеда. Где и получил свой законный кусок рыбы. Господи, это было просто божественно. После сушёной рыбы жаренная со скупой щепоткой соли казалась благословением. Аристократы полные придурки, если не едят такую рыбу. Или всё дело в том, что готовил рыбу сам Велгантэ, на время заняв камбуз?

В любом случае, это было слишком вкусно, чтобы быть правдой.

***

Прибытие к Убежищу оказалось совершенно не таким, каким его ожидал Наво, привыкший к крикам наблюдателей. Не было криков, не было никаких предпосылок к тому, что они вообще куда-то сейчас придут. Они просто проплывали мимо покрытого непролазными джунглями острова, завернули вокруг него и… Утонули в тумане. Он появился так внезапно и так густо, что вор перестал видеть в чёткости лица команды, а происходящее за бортом и вовсе недоступно его глазам.

– Зажечь факелы! Приготовиться! На каракку – «делай как я»! – раздавал приказы Рауль. По его реакции Наво понял, что всё происходит, вроде как, по плану. Так что, наверное, можно успокоиться? Но он на всякий случай всё же обвязал себя тросом, прикрепив его к штырям у бортов. Бывалые пираты лишь усмехались, глядя на его приготовления, но ничего не говорили.

Жуткое всё же зрелище, подумал он. Туман, ничего не видно. Ещё и корабль сзади светит тусклыми огоньками факелов, что кажется преследованием со стороны каких-нибудь духов. И тут вдруг из тумана выскочила кривая и острая, как пика, скала. Их капитан не сплоховал и довернул штурвал, так что каменная смерть прошла мимо них. Через минуту появилась ещё одна. И ещё, и ещё. Чем дальше они шли, тем больше становилось скал.

Апофеозом происходящего оказалась целая группа каменных копий, на которые насадился военный корабль. Об этом говорили и прочный корпус, и пушки, и даже почти истлевшие флаги принадлежности к военному флоту Солмариса. Крупный линейный корабль прочно сел днищем на скалы, и было это, судя по всему очень давно. Но почему его не сняли? Такой корабль мог бы сослужить пиратам добрую службу. Об этом он решил спросить у Эстебана, чтобы не отвлекать Рауля.

– Нет, ты что? – удивился младший брат капитана. – Это же символ! Ну какой пират откажется лишний раз напугать новичков или тех, кто решит сюда сунуться? Если хочешь зайти в Убежище на большом корабле, нужно быть пиратом и обладать очень специфическим опытом управления такими кораблями. Многие жёлтые мундиры пытались пройти здесь, но это, я тебе скажу, просто бесполезно в итоге.

– Почему? – спросил вор, провожая взглядом очередного разбитого о скалы неудачника. Этот, кажется, уже был пиратский.

– Неужели ты думаешь, что пираты свою берлогу оставили беззащитной? Там есть и береговые пушки, и крепость даже какая-никакая.

– А если выход будут караулить? Блокаду устроят? Разве тут не один вход-проход?

– На самом деле, нет. Хоть об этом и не принято распространяться, тебе я расскажу. На самом деле, их несколько. Мундиры, я уверен, догадываются, что не всё так просто. Помню, был один случай. Об этом нам ещё дед рассказывал. Когда он был молодым, а это, как ты понимаешь, очень давно, случилась блокада. Выставили оцепление у входа, пушками внутрь, все дела. Пираты же… Люди с очень интересной фантазией. Они напихали полные шлюпки пороха и пустили их по течению. Оно тут, кстати, весьма заковыристое, поэтому так медленно и ползём.

– И что те шлюпки? – не на шутку заинтересовался вор.

– Добровольцы под прикрытием тумана провели те шлюпки до самой границы тумана и подожгли замедлители. Это, если ты не знаешь, такие шнуры, которые долго прогорают. Для бомб используются. И вот, подожгли, да отправили в сторону. Тот линейный корабль, который ты видел, как раз один из тех. Решив, что пираты рядом, мундиры сунулись в проход, но не справились с управлением повреждённым кораблём. То ли руль ему оторвало, то ли течь была. Не знаю.

– Поберегись! – раздался крик Рауля и кораблик встряхнуло. Обо что это они приложились? Ещё один корабль, севший на пики. И они протёрлись бортами друг об друга. – Ещё один неудачник тут повесился! Скоро вообще будет не пройти! Придётся разбирать на доски – то-то в трущобах обрадуются!

– Трущобы? – переспросил Наво, но предназначалось это Эстебану.

– Там живут все те, кто либо потерял корабль, либо ждёт, когда его возьмут в команду. Иногда они на плотах ходят по проходу и поднимаются на севшие днищем корабли. Отковыряют себе чего-нибудь, вот и дом построили. Паруса они, как правило, продают, а вот доски используют для строительства своих халуп. Это видеть надо. Там такое разнообразие. Даже больше, чем на Пуэрто-Дорадо.

– И такое же агрессивное, наверное? – вспомнилась толпа нищих, что чуть не загрызла их в том городе.

– Нет, на самом деле. Там многие мечтают попасть на корабль, в чём помогает и добрая молва, и громкое имя. Хорошо рубишься на мечах или ловкий, как чёрт, – добро пожаловать на корабль. Все соревнуются со всеми.

– Но тогда?.. – юноша обвёл рукой команду Рауля, которая казалась совсем не тем образцом, который ему тут расписал мужчина.

– Ну так не все же хороши. А лучшие идут к лучшим капитанам. Лобар на хорошем счету, а у Рауля пока нет такой репутации, как у старика. Вот к нему и идут только такие, кому плевать на чём в море выходить. Ладно, хорош болтать. Лучше смотри вперёд. Такое точно стоит увидеть.

– «Такое» что? – но Эстебан уже ушёл, оставив юношу в одиночестве. Неопределённо хмыкнув, он последовал совету, перебравшись на нос корабля. Туман – везде туман. Хоть глаза коли, ибо бесполезны и не видят ничего. Постепенно количество скал всё увеличивалось, хотя проход не становился от этого уже. Просто они становились гуще и уже даже начинали нависать над «Сорванцом», словно рёбра огромной твари. И цвет некоторых скал действительно напоминал цвет кости. Но не могли же существовать такие огромные существа?

И тут туман исчез, а Наво не сдержал вздох изумления. Убежищем, как его называли пираты, оказалась даже не бухта, а пещера в острове. Скальный козырёк, поросший буйной растительностью, нависал над водой, а острые наросты, названия которым юноша не знал, очень походили на зубы. Вообще, вся эта пещера походила на пасть какой-то хтонической твари, умершей тысячелетия назад. Правда, вся она кривая какая-то. Так что это, скорее всего, просто камни, которые выглядят так, будто сейчас упадут тебе на голову.

Пещера была нереально огромной. «Сорванец» легко шёл под каменными сводами, избегая естественных колонн и разнообразного мусора, оставшегося от тех, кто не вписался в сложный поворот. Иногда рядом с такими кучами он замечал плотики с людьми, разбирающими мусор на части и стройматериалы. Чем дальше, тем больше становилось плотиков. Кто-то вообще строил дома прямо у колонн, собирая мусор рядом с ними.

В очередной поворот «Сорванец» вписался с изрядным креном на правый борт. Когда они выровнялись, Наво таки увидел, что же такое убежище. Возьмите пещеру и наполните её водой так, чтобы там могли идти корабли. А теперь представьте, что у самой дальней стены пещеры возвышается что-то вроде острова или полуострова, застроенного платформами. От платформ шли причалы, к которым были пришвартованы корабли. На некотором расстоянии от «полуострова» из воды вырастали каменные башни с установленными в бойницах орудиями, направленными как во вне, так и внутрь.

– Штурмовать это место будет только безумец, – самодовольно усмехнулся Эстебан, будто сам прикладывал руку к строительству. – Оно существовало ещё задолго до нашего рождения и просуществует, я уверен, ещё не раз по столько же. Сильная флотилия не сможет развернуться здесь и выиграть за счёт плотности залпа или дальности. Если только живучестью. Но башни расположены близко друг к другу, так что нападающих ждёт обстрел со всех сторон. А это, как ты понимаешь, очень больно даже для линейных кораблей. Особенно, если стреляют сверху вниз, не стесняясь использовать книппели.