Текст книги "Волшебство на троих (СИ)"
Автор книги: Amberit
сообщить о нарушении
Текущая страница: 53 (всего у книги 62 страниц)
– Не кипятись, девочка, – мягко проговорил Делвер. – Я же сказал: «хотел бы». У меня нет… или почти нет сомнений в истинности твоего рассказа. Я понимаю, что ты рассказала далеко не все, что могла бы, но не стану требовать дополнительных подробностей.
– Спасибо, – смущенно улыбнулась я. – А почему…
– Почему я не сомневаюсь? Видишь ли, до меня доходили сведения о ситуации в Аррении. А Таллис, после вашего фееричного сражения с Магистром Юбером… Кстати, ты, наверное, не знаешь, что это именно он был моим прежним магом? Хотелось бы мне знать, где он пропадал все это время и почему вернулся? Впрочем, это мы узнаем от госпожи Стеллы… Так вот, Таллис напомнил мне о запросе из Аррении, валяющемся уже два месяца в канцелярии. Думаю, ты понимаешь, о чем речь?
– О поиске невесты Ариэна одд Шаэннара? – предположила я.
– Он самый. Я не буду разбираться, как твой учитель трансформировался в брата князя Белогорья и чья история правдивее. Но хочу, чтобы ты знала: тебе гарантирована защита и безопасность в Этере. Не думаю, чтобы Великий Магистр пошел на открытый конфликт из-за королевского мага Картхейна.
Я прикусила губу. Возможно, Делвер прав. Но он не знает Мораввена. Демон не будет начинать войну. Он просто выкрадет меня. И сомневаюсь, что сам Делвер станет начинать войну с Арренией ради своего мага.
– Ты не согласна со мной?
– Нет, – покачала я головой. – Боюсь, вы недооцениваете Мораввена, и я больше всего не хочу подставлять под удар вас и Картхейн. Мы сильно потревожили магическое поле. Всплески могут дойти и до Аррендара, и тогда в Этеру прибудут незваные гости. Я не утверждаю, что так и произойдет, но и отметать такой вариант нельзя.
– Допустим, что ты знаешь, о чем говоришь, – медленно произнес король. – Но, Эллина, никто не выдаст тебя.
– Ваше величество, если Мораввен что-то заподозрит, он вынет воспоминания из любого человека, не защищенного блоком, и очень болезненным способом. Я не хочу подобной участи для вас.
– Ты или кто-то из твоих братьев сможет поставить такой блок? – деловито поинтересовался Делвер, по-видимому, совершенно не встревоженный перспективой вторжения в его голову.
– Нет. Мы маги не того уровня, чтобы наши блоки не смог пробить Мораввен. Я могла бы подчистить ваши воспоминания, но, во-первых, это будет заметно, а, во-вторых, вы вряд ли захотите пойти на это.
– Не захочу, – согласился король. – И как тогда лучше поступить? У тебя есть предложения?
– Есть, – сообщила я. – Если Мораввен действительно прибудет в Этеру и начнет задавать вопросы, ответьте ему чистую правду. Да, маги были. Да, они колдовали, потому что вы хотели их нанять для искоренения нечисти на севере. И вы не решились рисковать экономикой страны ради уничтожения двух-трех химер, как бы на этом ни настаивал ваш первый министр. Последующие события показали вашу правоту.
– А вы в это время…
– А мы в это время будем далеко от Этеры. Не думаю, что Мораввен начнет обыскивать страну, чтобы проверить свои подозрения. Только не отводите его на поляну или в дом Илланы. Он узнает рисунок моей магии.
Король невразумительно хмыкнул, размышляя над моим предложением.
– И куда вы поедете?
– Пока не знаю, – пожала я плечами. – Подальше от Этеры, где можно будет провести две-три недели до праздника винограда.
– Тогда я знаю, куда. В мою резиденцию в Сумеречных горах. В ней каждый год останавливается Солента по пути в Этеру. Это и достаточно далеко, и безопасно. Кстати, ты можешь вернуться вместе с Солентой.
«Если это потребуется, – промелькнуло у меня в голове. – Правда, вряд ли Амаранта сразу же выдаст мне нужную информацию. В дороге мне будет проще расспросить ее».
– Да, вероятно, это будет лучше всего, – уже вслух произнесла я.
– Прекрасно, – удовлетворенно заключил Делвер. – Тогда запоминай, как добраться до "Гнезда беркута". Хотя не надо, я все равно пошлю с вами охрану.
– Не надо! – запротестовала я.
– Не спорь со мной, – твердо приказал король. – Это не подлежит обсуждению.
Но мы все-таки поспорили, и, как и следовало ожидать, ничего не вышло. Делвер не стал меня слушать, вызвав Таллиса и отдав соответствующие распоряжения. Мне нехотя пришлось смириться.
На прощание король тепло обнял меня.
– Возвращайся, девочка. Улаживай свои дела и возвращайся. Мы будем ждать тебя. Как, впрочем, и место мага при дворе.
– Вернусь, – искренне пообещала я, мысленно добавив: "Очень постараюсь это сделать. А если судьба уведет меня в другую сторону, то дам о себе знать, чтобы не мучить напрасными ожиданиями".
Потом было расставание с Делликом, печальное и тягостное для нас обоих. Я еще раз пообещала, теперь уже мальчику, вернуться и обязательно показать ему еще несколько заклинаний. Потом – еще более грустное прощание с Илланой, то и дело срывавшейся в слезы. Утешало то, что ее отношения с Делвером наладились. Она еще не рассказала ему о будущем ребенке и не дала согласие выйти замуж, но я видела, что этого осталось ждать совсем немного.
Потом – поспешные сборы, отбрасывание в сторону воздушных платьев и шляпок и подбор свободных штанов и рубашек.
После полудня мы покинули Этеру, в последний раз вдохнув запах фруктов и моря. Далеко-далеко на севере темнела лента Сумеречных гор. Стучали копыта коней, тихо позвякивало оружие рыцарей, взвивалась клубами пыль, и палило яркое солнце. Я знала, что еще вернусь сюда. Одна, или с Аленом – как получится. Но вернусь.
Глава 32.
Трактир мало чем отличается от всех виденных мною питейных заведений: все те же грубые деревянные столы, та же стойка и пузатый хозяин в потерявшем белизну фартуке, обязательный бочонок с пивом и единственная уникальная черта – изображение королевской виверны на стене. Точнее, образ зверя, которого неведомый художник представлял себе как виверну. От оригинала он отличается цветом, пропорцией, лишней парой лап и капающим из разверстой пасти ядом.
Помещение заполнено от силы на треть. Двое бородатых мужчин в запыленной одежде торговцев, могучий тролль с двуручником за плечами – их охранник, непременная компания выпивох, являющаяся неотъемлемой частью пейзажа, и разношерстная группа людей, занявшая лучший стол у давно немытого окна. Трое молодых ребят, одна девушка – с новенькими, сияющими даже в полутьме значками магов. Мужчина чуть постарше, по-собственнически положивший руку на плечи девушки. Молодящаяся дама неопределенного возраста, с нарумяненными щеками и гримасой напускного веселья на лице. Невероятно бледный, с седыми висками рыцарь Ордена Темных Всадников. И темноволосый синеглазый мужчина, недовольно вращающий в руках вилку с отломанным зубцом.
Ален.
Нааль. Только ей может принадлежать высокомерный презрительный взгляд. Но остальные не замечают этого. Почему? Я не удивляюсь спокойствию Марека, он и раньше не отличался наблюдательностью, но Тей, Лис, Брендт, Кесси – как они не видят различия?
Впрочем, Магистр Флоренна тоже не выказывает желания слиться в экстазе с новоиспеченными магами. С выражением скучающего пренебрежения она явно подсчитывает минуты до того счастливого момента, когда можно будет прекратить выполнение последних обязанностей преподавателя по отношению к адептам и покинуть трактир. Магистр Велен настроен еще менее любезно, чем взрослые маги. Искренне веселятся лишь мои бывшие однокурсники.
– За вас, маги! – высоко поднимает стакан Брендт. – За вашу новую взрослую жизнь.
– Жизнь, к которой мы были предназначены, – ухмыляется Тей, наливая свой стакан доверху, и, по-видимому, производит это действие далеко не в первый раз. – За начало успешной карьеры под руководством Великого Магистра Мораввена!
– Кто бы мог подумать, что все так повернется, – присоединяется к тосту Лис. – Год назад я и не слыхивал про Орден Темных Всадников. Тей, это же ты нам про него рассказал? Помнишь, тогда, в трактире, перед началом учебного года?
– Нет, не помню, – резко отвечает Тей, залпом осушая стакан и со стуком возвращая его на стол.
– Ну как же? – огорченно вопрошает Лис, пододвигая коллеге новую бутылку с витиеватой надписью «Медвяной букет» на этикетке. – Тогда же так весело было. Такой замечательный змий получился! Магистр Ален, уж вы-то должны его помнить, раз помогали нам его ловить.
Нааль вздрагивает и непонимающе смотрит на бывшего адепта.
– А потом мы еще учили ваше заклинание, – подсказывает Лис. – Только я не помню, как оно называется… «Серые тенета»? Или нет, «Серебряный невод»… Или… Магистр Ален, ну как оно называется?
– Я не понимаю, о чем вы говорите, – сдержанно отвечает Нааль.
– «Серебряная сеть», – оживленно подсказывает Марек, необычно веселый и захмелевший. – Я помню. Лис, ты тогда еще у какого-то бюста ухо отбил, и мы его долго поворачивали, чтобы скрыть повреждение.
– Точно, – радостно подтверждает Лис. – И я запомнил это заклинание. Хотите, повторим? Вот и подходящий бочонок с пивом стоит. Сейчас мы из него змия выпустим…
– Не надо, – смеется Кесси. – Мне уже хватило общения с тварюшкой. Не самая приятная нечисть, прямо скажем, а у тебя опять не получится ее убрать.
– А нам Магистр Ален снова поможет, – парирует Лис. – Правда ведь, Магистр, вы тряхнете стариной и собьете зверушку? Как тогда, на Солнцеворот?
Нааль напрягается до такой степени, что ломает еще один зубец у вилки.
– Да, разумеется, – сквозь зубы выдавливает она.
Кесси чуть заметно вздрагивает и кидает на нее озадаченный взгляд.
Я задерживаю дыхание. Кесси помнит тот праздник? В моей памяти последний Солнцеворот выжжен навечно. В тот вечер Ален впервые поцеловал меня. В тот вечер я узнала, что означает « karriellie», и молния пронизала наши тела, и мы сливались воедино под светом луны… Но вот помнит ли Кесси подробности Солнцеворота? Концерт, запущенного Лисом фиолетового змия, переполох в столовой, успокаивающий разошедшихся адептов Ален и меткое заклинание Карейна, сбивающее тварюшку в фонтанчик для питья.
– Вот, я же говорил, – бодро заключает Лис. – Магистр Ален никогда не отказывался нам помочь. И на Солнцеворот, и на ярмарке, со Стеной Мертвых. Магистр Велен, а ведь это вы тогда запустили это заклинание? Я бы хотел научиться плести его.
Магистр Велен не может стать бледнее, чем уже есть. И побагроветь не может – кровь уже не струится по его жилам. Но ярость, плещущаяся в глазах лича, дает полное представление об обуревающих его чувствах.
– Адепт… Магистр Олисандр, кто вам сказал такую чушь? – с трудом выплевывает он.
– Как кто? – невинно приподнимает брови Лис. – Магистр Ален. На занятии по некромантии после ярмарки. Разве не так?
Велен испепеляет взглядом Нааль. Я впервые в жизни вижу на лице Алена растерянность. Демонша окончательно ломает вилку, отшвыривает обломки в сторону и мямлит что-то невразумительное.
– Я… Да, говорил… Хотя…
– Да не говорили вы такого, Магистр Ален, – перебивает изрядно захмелевший Тей. – Лис, как всегда, все перепутал. Вы как раз отказались сообщать, кто мог сплести это заклятие. Рейф потом предположил, что заклинание послал кто-то из Ордена, чтобы стимулировать нас на учебу. А Лис додумал сам, что это сделали вы, Директор Велен, потому что больше никого из Ордена не знал.
– Именно так все и было, – собравшись, твердым голосом произносит Нааль. – У меня просто вылетели из головы такие мелкие подробности. Теперь, когда я служу Ордену, работа в Школе представляется такой жалкой и ничтожной, что не могу представить, как мог заниматься ею раньше.
На Нааль устремляются взгляды всех присутствующих за столом. И если Флоренна искренне поддерживает коллегу, а Велен одобряет его/ее поведение, то остальные не могут скрыть бескрайнее изумление. Первым со своими эмоциями справляется Тей.
– А я могу вам объяснить, – язвительно произносит он и, рассеянно поднимая стакан, опорожняет его. – Вас держала одна рыжеволосая ведьма, с готовностью прыгнувшая к вам в кровать.
– Тей, прекрати, – обрывает его Кесси.
– Почему? – вклинивается Флоренна. – Мальчик совершенно прав, и все в Школе, от уборщика до директора, знали о непристойном поведении Элиары. Магистр Ален, к вам, конечно, претензий быть не может. Понятно, что мужчине трудно устоять перед беспринципной девицей, в голове которой только одна мысль, да и та касается того, что находится ниже пояса.
Я закусываю губу, сдерживая возмущенное фырканье, хотя меня никто не может услышать. Кто бы говорил? Госпожа Флоренна, которая сама меняла мужчин как змея – кожу, смеет упрекать меня в соблазнении Алена?!
– Элька была невестой Магистра Алена, – запальчиво заявляет Кесси, гневно глядя на Травницу. Брендт успокаивающе похлопывает ее по плечу.
– Невестой, – пьяно смеется Тей. – Кесси, ты хочешь защитить подругу, но не трудись. Здесь, как правильно заметила госпожа Флоренна, все знают и Эльку, и Магистра Алена. Твоей подружке хотелось взрослого мужика, и она заполучила Алена. А потом ей наскучило, она нашла себе другого мужчину и теперь считается его «невестой», – выплевывает последнее слово Тей.
– Вы не совсем правы, – холодно произносит Нааль. – Но в любом случае это касается только меня и Элиары. Простите, вынужден вас покинуть. Меня ждут дела. Всего вам хорошего, господа маги. – Нааль встает и на короткое мгновение склоняет голову. – Поздравляю с защитой дипломов и началом карьеры.
Она уходит из трактира. Кесси провожает ее взглядом. Очень странным взглядом, в котором недоумение смешивается с подозрительностью. Она накидывается на Тея, как только хлопает дверь трактира:
– Ну, и зачем ты завел этот разговор? Договорились же, что ни одного слова об Эльке говорить не будем. Испортил весь вечер!
– На самом деле, Тей, – недовольно замечает Брендт. – Зря. Очень зря. Тебе еще работать с Магистром Аленом.
– Да и гхыр с ним, – выкрикивает вконец охмелевший Тей. – И с ней тоже! Я еще получу ее, после Алена, Мораввена и еще шетт знает кого. Вышколенную, податливую и наученную знать свое место. Элька не хотела меня как адепта, так получит меня как мага!
Тей выливает в стакан остатки из бутылки, осоловело смотрит на уровень мутной жидкости в стакане, едва доходящий до половины, и с обиженным видом выпивает ее до дна.
– Тей! – с суеверным ужасом прижимает Кесси ладони к покрасневшим щекам. – Я даже не знала… Мы и не подозревали…
– Да! – рявкает Тей. – Эта дрянная грацца растоптала мои чувства! Она еще получит свое. И я хочу получить свое! Где моя бутылка? Я хочу еще выпить. Сегодня мой день. И твой тоже, – он показывает трясущимся пальцем на Лиса. – Давай выпьем, друг…
Я разрываюсь от желания хорошенько врезать по физиономии героя-любовника. Одновременно съеживаюсь от отвращения и пытаюсь вспомнить, когда это я растоптала чувства Тея и были ли они вообще когда-нибудь? Даже при полном отсутствии опыта я должна была распознать мужской интерес к себе. А не я, так Кесси, придирчиво следившая за моими успехами на этой почве.
И вообще, даже если я не ответила на эти эфемерные чувства, какое он имеет право предъявлять мне обвинения? Это моя жизнь и мои желания! Если Тей встретится мне в реальности, а не во сне, то действительно получит все, что заслужил. И это будут совсем не страстные поцелуи!
Я все еще кипела от возмущения, спускаясь вниз к завтраку. Одного сна хватило бы для того, чтобы катастрофически испортить настроение, а еще добавилась и ухудшившаяся погода, и необходимость надеть платье вместо удобных брюк и рубашки. Сегодня ожидался приезд короля и королевы Гелессии, и я должна была выглядеть как придворная дама, а не боевой маг.
– Тебя так напрягает встреча с Амарантой? – окликнул меня Лежек. – Или не хочется оставаться дома? Так ты же сама решила.
– Решила, – буркнула я, хмуро оглядывая стол и останавливая выбор на поджаристой, аппетитно пахнущей ватрушке. Творог полезен будущим мамам. – Проведу день в домашних хлопотах, как положено радушной хозяйке перед приемом гостей.
Две недели, прошедшие после отъезда из Этеры, мы скоротали в необременительной общественно-полезной деятельности, вычищая близлежащие селения от наползшей, налетевшей, забредшей и вылупившейся прямо здесь нечисти. Рыцари Таллиса от помощи не отказывались, и через пару дней объединение воинов и магов достигло полного взаимопонимания. От Делвера не приходило никаких известий о незваных гостях, сильно интересующихся всплесками магического поля. Это вызывало робкую, но укреплявшуюся с каждым днем надежду на то, что наши выступления прошли незамеченными. Работа, к которой нас готовили все время обучения в Школе, приносила удовлетворение и радость, и я с большой неохотой приняла решение остаться сегодня в королевской резиденции.
Жнивень почти закончился, праздник винограда в Картхейне начнется через несколько дней, и в "Гнезде Беркута" полным ходом шло приготовление к приезду высокопоставленных гостей. Король, королева и сопровождающие их лица переночуют в замке, чтобы утром отбыть в Этеру. Слуги Делвера носились по резиденции, натирая, сметая, убирая и расстилая постели. Если я хотела, чтобы Амаранта приняла меня за даму из придворного серпентария Картхейна, то мне следовало встречать королевский двор Гелессии, сидя в гостиной с пяльцами в руках, а не гоняться в это время за крысолаком.
Кроме того, меня беспокоила левая рука, так и не восстановившаяся после заклинания Юбера. У меня неожиданно немели то кончики пальцев, а то и вся кисть, и так же внезапно все приходило в норму. Но онемение длилось все дольше и дольше, и становилось понятно, что мне нужна квалифицированная помощь. В ближайшие дни я никак не могла получить ее, поэтому лучше было бы дать руке – и себе, естественно, – небольшой отдых.
– Тогда почему ты в таком настроении? – включился в утреннюю беседу и Терен.
– Сон приснился очередной, – пробурчала я и с неохотой откусила бочок ватрушки.
– Про что? – заинтересовались братья.
– Про пьянку, посвященную новоиспеченным магам: Тею, Лису, Кесси и Мареку.
– И чего ты злишься? – недоуменно нахмурился Лежек. – Что однокурсники уже дипломированные маги, а мы болтаемся по свету? Ни за что не поверю.
– Правильно не веришь, – фыркнула я. – Плевать я хотела на диплом. Если очень потребуется, мы его защитим в любой подходящий момент. Нет, меня взбесил Тей.
– А что с ним?
Я в нескольких фразах, кратких, но красочных и выразительных, удовлетворила любопытство мужчин. Озадаченность, читавшаяся на их лицах, не только никуда не делась, но и усилилась.
– Растоптала его чувства? Это в какой момент, интересно? – недоверчиво уточнил Лежек.
– Не знаю, – проворчала я. – Мне бы кто рассказал…
– На седьмом курсе Тей глаз не сводил с той светленькой Пифии, – вслух задумался Терен. – Потом переключился на ее подружку, еще с Травником Кайлом из-за нее подрался… Дальше была девица в Вийске, которой он морочил голову простеньким колдовством.
– Надо же, – невольно вырвалось у меня. – А мы с Кесси и не знали.
– А откуда вам знать? – рассмеялся Терен. – В этот момент у вас обеих раскручивались собственные романы. Я, собственно, про то, что Тей никогда и намеком не упоминал о каких-то там чувствах к тебе.
– Ты же не хочешь сказать, что я все придумала? – вскинулась я.
– Нет-нет, – поспешно возразил друг. – Я верю и тебе, и твоим снам. Видишь ли, за время практики Тей сильно изменился. Я виделся с ним редко, поскольку Рейф оставил меня на кафедре, но даже эти единичные встречи говорили очень и очень многое. Мне показалось, что он уходит на темную сторону. А в состоянии измененного сознания можно внушить себе все, что угодно, в том числе несуществующие в действительности чувства.
– Возможно… – Я рассеянно дожевала ватрушку и запила ее молоком. – Даже скорее всего. Имздрюк гхыров, испортил мне настроение!
– Встретишь – дай пощечину, – посоветовал Лежек. – Или предоставь эту возможность Алену, как законному возлюбленному. А пока у нас есть проблема посерьезнее.
Я усилием воли выбросила Тея из головы, переключаясь на реальность.
– Какая?
– Ты думала, как заводить разговор с Амарантой?
– Да. – Я откинулась на спинку стула, хмуро глядя на кувшин с молоком. – Постепенно. Не затягивать, но и не прямо при встрече. Лучше всего – во время путешествия в Этеру. Я не хочу с места в карьер сообщать о своей специализации, хотя магическую ауру Амаранта должна почувствовать.
– Хорошо, – облегченно выдохнул Лежек. – Мы хотели тебе это предложить. Давай сначала присмотримся, а уже потом будем раскрывать карты. Может быть, с Амарантой лучше говорить кому-нибудь из нас, не ставя тебя под удар.
– Не исключено… – Я задумчиво вытерла пальцы салфеткой. – Но если она что-то знает, мне тоже хотелось бы это слышать.
– Будем действовать по обстоятельствам, – заключил Лежек, вставая из-за стола. – Вдруг Амаранта окажется милой и доброй волшебницей, готовой в любой момент прийти на помощь?
– Сомневаюсь, – фыркнула я. – Иллана слишком красноречиво кривилась при упоминании ее имени.
– Увидим, – хмыкнул Лежек. – У Илланы могли быть свои причины на это.
К сожалению, права оказалась я. Ничего милого и доброго ни во внешности, ни в характере придворной магички королевы Соленты нельзя было найти даже при самом пристальном изучении. Роскошная белокожая брюнетка с черными, как агат, глазами всем своим видом выказывала предельную усталость и нежелание общаться с людьми ниже ее по положению. Она едва мазнула по мне взглядом, задержала его на Аленаре, оценивая внешний вид моего "отца", и, благосклонно протянув ему руку, позволила отвести себя в предназначенную ей комнату, сухо обронив на прощание требование горячей воды и ужина. Сегодня дама больше не собиралась спускаться вниз. Я переадресовала приказание домоправительнице, которая, в свою очередь, поймала за передник одну из служанок, в изобилии мечущихся по замку и вносящих свою лепту в общую суматоху.
Немалую долю в переполох вносила ее величество королева Солента, немолодая пухленькая седоволосая дама с потрясающим талантом подключать к решению своих проблем максимально возможное количество окружающих.
– Ханна, деточка, проверь, пожалуйста, что отвязали все сумки и лошадям задали корма. Возьми с собой Варга, он поможет принести, если что-то осталось. Тейла, отправляйся на кухню и передай, что я хочу хорошо прожаренное мясо, а вот Антуану требуется только чуть подрумянить его. Правда, Антуан? Антуан? Ваше величество! Кто-нибудь видел его величество? Амаранта, девочка моя, где ты? У нас пропал король!
– Ваше величество, – осмелилась перебить монолог королевы одна из ее дам. – Его величество любуется горами.
– Да? – выдохнула Солента, обмахиваясь платочком. – Странно, что он это делает. У нас точно такие же горы, ничуть не хуже местных. Ингрид, дорогая, будь добра, сходи за ним и спроси, что его величество желает на ужин? Хорошо прожаренное мясо или с кровью? Или, может быть, курицу? А крылышко можно тогда отдать Цаце… О боги, а где Цаца? Кто видел мою малышку? Амаранта, да где же ты? Мы оставили мою девочку у господина Дариэна! Надо немедленно вернуться, Цаца не переживет моего отсутствия.
– Ваше величество, – подавила вздох та же самая дама. – Цаца где-то здесь. Пять минут назад я видела ее.
– Так найдите мою собачку! – не успокаивалась королева. – Она может сломать лапку или съесть что-нибудь не то. Вы же знаете, какой у нее слабый животик! Ингрид, ну что же ты стоишь?
В мою ногу ткнулось что-то мокрое и холодное. Я не вскрикнула, не дернулась и не запустила парализатором. Просто отошла в сторону и посмотрела вниз. Очевидно, это и была та самая Цаца – крохотная собачка с короткой светлой шерсткой, тонкими лапками и печальными черными глазами. Щупленькое тельце сотрясалось от крупной дрожи. Повинуясь острому приступу жалости, я присела, взяла собачку на руки и прижала трепещущую кроху к груди. Цаца, благодарно тявкнув, полезла облизывать мне шею горячим влажным языком.
– Полегче, малышка, – рассмеялась я, тщетно пытаясь увернуться от нее, и подошла к королеве поближе.
– Ваше величество, это ваша пропажа?
– О моя девочка! – вскрикнула Солента, непонятно к кому обращаясь: то ли ко мне, то ли к собачке. – Ты нашла ее! Прости, дорогая, не помню, как тебя зовут.
– Эллина, ваше величество.
– Эллина, конечно же! Благодарю тебя за то, что нашла мое сокровище. Давай, я заберу ее.
Королева протянула руки к собачке, но внезапно передумала.
– Хотя нет, дорогая, подержи ее пока у себя. Проследи, чтобы Цаца поела. Она любит мелко порезанное мясо и теплую водичку. Теплую, а не горячую, и никакого молока! Тогда у нее заболит животик, а он такой нежный… Ингрид, ты нашла Антуана или нет? Где он? На улице ветрено, и вот-вот польет дождь, он же простудится! Кто-нибудь, скажите его величеству, пусть немедленно заходит в замок! Ингрид, ты уверена, что он еще снаружи?
Солента занялась проблемой поиска его величества, оставив Цацу на мое попечение.
– Хочешь есть? – тихо осведомилась я у собачки и получила в ответ одобрительный взгляд черных выразительных глаз. – Тогда пойдем посмотрим, что повариха может тебе предложить.
Я понесла собачку на кухню, так и не спустив ее с рук. Подсознание подсказывало, что в ближайшие дни хлопоты по кормлению и выгуливанию крохи лягут на мои плечи. Я не возражала против этого. Собачка приблизит меня к королеве, а значит, и к Амаранте. Только почему это создание из всей хорошо знакомой ей толпы выбрало меня в качестве поддержки и опоры?
Природа подарила мне дополнительное время для поиска ответа на этот вопрос. Утром выяснилось, что серые тучи, обнимающие вчера вершины Сумеречных гор, приобрели темно-свинцовый оттенок. Из них беспрерывно летели крупные, холодные капли. В мрачном небе посверкивали молнии, гром оглушительным эхом раскатывался по ущельям, а поднявшийся накануне ветер теперь сбивал с ног любого, высунувшего нос наружу. О продолжении поездки в Этеру не стоило и думать. Сегодня, возможно, и завтра никто не тронется в путь, и королевскому двору Гелессии вместе с нами предстояло провести это время в "Гнезде беркута".
Особых проблем это принести не могло: продовольствия хватило бы на месяц, воды тоже. Опасность погибнуть под лавиной не угрожала ввиду грамотного расположения резиденции и качественной постройки массивного сооружения. Единственное, что грозило запертым в замке людям, – это скука и необходимость развлекать себя самим. Госпожа Амаранта предпочла заниматься этим в компании мужчин, избрав в нее Терена и Лежека. Соизволив после обеда спуститься в общую гостиную, дама обратила самое пристальное внимание на незнакомых ей молодых людей. Аленар был забыт, на меня Амаранта смотрела как на предмет мебели, зато ребятам достались и опущенные ресницы, и мило покрасневшие щеки, и нежный смех, и призывно вздымающаяся в вырезе грудь. Я с затаенным интересом наблюдала, как на моих глазах разворачивался беззастенчивый, бесстыднейший флирт.
Братья, слегка растерявшиеся от такого напора, быстро пришли в себя и с готовностью подыгрывали даме. Меня, в общем, устраивало такое положение вещей. Лежек найдет способ расспросить магичку, а потом передаст информацию мне. Если будет что передавать, конечно. Сейчас меня волновала только осведомленность Амаранты в области переселения сущностей.
Однако вечером возникла новая причина для беспокойства: очевидное безразличие Амаранты ко мне сменилось плохо скрываемым любопытством. Причиной этому послужила Цаца и амулет Алена.
К ужину мне пришлось надеть вечернее платье с вырезом, лишь на пядь превышающим допустимую величину обнажения груди для молодой девушки. Цепочка, на которой висел камень, была достаточно длинной, чтобы скрыть амулет за облаком кремовых кружев, но, к сожалению, не такой, чтобы не дать ему выскользнуть, когда я наклонилась поднять жалобно скулящую собачку. Кроха тут же заинтересовалась висящим перед ее мордой предметом и цапнула его. Мне пришлось осторожно извлечь камень из пасти под аккомпанемент недовольного порыкивания, стараясь уберечь пальцы от острых зубов. В конце концов операция завершилась успешно, и я уже собиралась вернуть камень под прикрытие кружевных рюшей, но меня остановила просьба Амаранты:
– Какой интересный камень! Эллина, вы не будете возражать, если я посмотрю на него поближе?
Я не могла воспротивиться и раскрыла ладонь, показывая лежащий на ней амулет.
– Очень любопытно.., – протянула Амаранта, подходя ко мне ближе и легко касаясь тонкими пальцами отшлифованной поверхности.
Ее прикосновения вызывали неприятные ощущения. Нечто похожее на искристую щекотку Алена, только с противоположным знаком. Мне очень хотелось сжать руку и убрать камень от посторонних глаз, но приходилось стоять и ждать, пока Амаранта удовлетворит свое любопытство.
– Я никогда не видела такой. Эллина, откуда он у вас?
– Достался по наследству от мамы, безвременно ушедшей из этого мира, – с нужной толикой грусти ответила я.
– Как печально, – соответствующим тоном проговорила магичка, продолжая поглаживать камень. – Такие камни должны дарить мужчины в знак своей безмерной страсти, чтобы подаренный амулет хранил их возлюбленную от злых чар.
Я невольно вздрогнула. Амаранта заметила это.
– Что с вами, Эллина?
– Ничего, – ответила я, справившись с нахлынувшими на меня чувствами. – Мама действительно получила этот кулон в подарок от моего отца. Только, к сожалению, он не смог защитить ее.
– Простите, – без капли сожаления произнесла Амаранта, приподняв камень двумя пальцами и хищно вглядываясь в него. – Но Магистры, как бы мне хотелось знать, что это за камень и откуда он взялся! Эллина, вы можете удовлетворить мое любопытство?
Я не могла больше терпеть неприятные ощущения, забрала амулет у магички и опустила его в вырез платья. Мне все больше и больше не нравился интерес, проявляемый дамой к амулету. Конечно, ничего настораживающего в вопросах Амаранты не было, обычное женское любопытство, но мне чудился за ним какой-то скрытый подтекст. Надо будет попросить Аленара поглубже заглянуть в ее сознание. Пока он сообщил только то, что голова магички забита неприязнью к королеве, презрением ко всем окружающим и любовью к красивой одежде и мужчинам. Ни то, ни другое, ни третье не представляло особого интереса, а глубже вампир лезть не стал, чтобы не вызывать подозрений. Маг высокого уровня, которым считалась Амаранта, почувствует, если кто-то начнет копаться у него в сознании, что вызовет неминуемые вопросы и необходимость давать на них ответы. Но в данном случае, возможно, стоит рискнуть.
– К сожалению, госпожа Амаранта, я ничего не знаю о камне.
– Амаранта, если тебя так интересует безделушка Эллины, расспроси ее отца и оставь в покое бедную девочку, – вмешалась королева. – Посмотри, как она побледнела, вот-вот упадет в обморок. Ей немедленно нужно выпить воды с капелькой укрепляющего средства. Ханна, проводи девочку к дивану. Ингрид, быстро сходи в мою комнату, там на туалетном столике стоит бутылочка с крышкой в форме цветка. Принеси ее, пожалуйста. Тейла, а ты налей воды в кубок, только проверь, чтобы она была свежей, а посуда – чистой, я не очень доверяю местной поварихе.
