Текст книги "Волшебство на троих (СИ)"
Автор книги: Amberit
сообщить о нарушении
Текущая страница: 35 (всего у книги 62 страниц)
– Какие еще гости! – послышался сверху недовольный мужской голос. – Гони их в шею, Зара, и дай мне спокойно поработать!
Пауза, во время которой, видимо, Зара пыталась что-то объяснить отцу, и вновь громкое рычание:
– Мне плевать, кто там явился! Я никого не хочу видеть!
Я качнула головой, подзывая Лейфера к себе, и торопливо поднялась на второй этаж, с каждым шагом все отчетливее слыша голос Зары.
– Но, отец, они сказали, что это дело жизни и смерти. Просто поговори с ними, чего тебе стоит!
– Смерти! – рявкнул Ивэн. – Конечно, смерти! Смерти этих жбыдыгрызов, вломившихся ко мне в… А это еще что? Стой здесь, Зара!
Из комнаты, находящейся в дальнем конце коридора, по которому мы шли, выскочил мужчина, мгновенно принявший боевую стойку и поднявший руку для заклинания. Терен немедленно заслонил меня собой, раскрывая щит, но никаких других активных действий не предпринял.
– Добрый день, господин Ивэн, – предельно вежливо проговорила я, демонстративно держа руки внизу. Правда, колдовать я и так не могла, не рискуя Лейфером, но ведь колдун не мог об этом знать?
– Возможно, и добрый, – задумчиво согласился мужчина, не выходя из стойки. Мы молча разглядывали друг друга. Ивэн оказался очень похож на дочь – или, скорее, она на него: темные волосы без примеси седины, черные внимательные глаза, высокий лоб и ямочка на подбородке. Мы подверглись не менее пристальному рассматриванию.
Амулет на моей шее потеплел, виски заломило – колдун пытался меня прочитать. Я безмятежно смотрела на него – блок, поставленный Аленом, не удалось взломать и Мораввену. Через мгновение напрягся Терен – очевидно, Ивэн надавил и на него.
– Очень интересно, – заключил колдун, расслабляясь и опуская руки. – И кто из вас, дети, балуется на досуге темной магией?
– Я, – спокойно проинформировала я, не выходя из-за спины Терена. – Точнее, можем мы оба, но в данный момент вы чувствуете мою магию, коллега.
Ивэн и бровью не повел.
– Очень интересно, – повторил он. – Ну что же, дети, вам удалось меня заинтриговать, и, пожалуй, ради этого я нарушу собственные правила. Проходите в мой кабинет. Мальчик, сними свой щит. Он все равно не устоял бы против моего заклинания.
– Вряд ли, – невозмутимо ответил Терен. – Но, если хотите проверить, лучше все-таки выйти на улицу. От рикошета может пострадать ваша дочь.
Ивэн резко обернулся. Зара, с расширенными от тревоги глазами, стояла в дверном проеме.
– Девочка моя, я же просил не выходить из кабинета, – мягко пожурил ее отец. – Не волнуйся. Никто не пострадает, обещаю тебе. Принеси нам чего-нибудь холодненького, хорошо?
– Ты даешь мне слово? – девушка не тронулась с места, пристально взирая на Ивэна.
– Я же сказал – обещаю, – начал сердиться колдун.
Зара хмыкнула, неохотно прошла мимо нас, вновь задержавшись взглядом на Лейфере, и спустилась на первый этаж. Ивэн проводил ее взглядом.
– Проходите, коллеги, – со странной интонацией подчеркнул он последнее слово, жестом приглашая нас войти.
Рабочее место колдуна практически ничем не отличалось от кабинетов других магов, в которых мне доводилось бывать: стол, заваленный бумагами, потрепанное кресло, шкафы с фолиантами, еще один стол – с ретортами и колбами, узкий неудобный диванчик – на случай, если магу захочется вздремнуть. На него присели только я и Лейфер – Терен предпочел встать возле двери, небрежно прислонившись к косяку. Не знаю, оценил ли Ивэн по достоинству как обманчиво расслабленную позу молодого мага, так и его месторасположение: в случае возможных неприятностей парень мог с легкостью закрыть и себя, и меня. Но мне показалось, что теперь в его взгляде читались не только огхыренное чувство собственного превосходства и холодное любопытство, но и толика уважения – крохотная, почти незаметная.
– Для начала, вероятно, стоит представиться, – заметил колдун, устроившись в кресле лицом к нам. – Мое имя вы уже знаете, а ваши?
– Терен.
– Элька. И магистр Лейфер, – кивком показала я на своего спутника.
– А почему он не соизволил представиться сам? – саркастически поинтересовался Ивэн.
– Потому что не может, – удовлетворила я его любопытство. – Господин Ивэн…
– Одну минуту, Элька. Прежде чем вы начнете свою, несомненно, увлекательную историю, не сочтите за труд ответить еще на один вопрос: с каких пор в Аррении – а вы из этой благословенной страны, если судить по вашему акценту – начали готовить некромантов?
– С вересклета прошлого года, – сообщила я, маскируя раздражение за вежливостью. Разумеется, Ивэн имеет полное право спрашивать нас о чем желает, и это он нужен нам, а не мы ему. Но меня выводил из себя его тон – язвительный, снисходительный, словно бы колдун разговаривал с неумелыми детьми, изображающими из себя взрослых.
– Исчерпывающе, – хмыкнул хозяин. – Но я спрашивал не об этом. В Аррении уже полсотни лет запрещена некромантия. И с чего вдруг потребовалось вспоминать про эту сторону магии?
– Господин Ивэн, вы действительно хотите, чтобы мы изложили вам политику Арренского Ковена Магов в отношении обучения адептов? Это может занять довольно много времени.
– Да уж, лучше не стоит, – хохотнул колдун. – Тем более что вы вряд ли осведомлены обо всех подковерных интригах, зная лишь то, что лежит на поверхности. Хорошо, примем как данность: ко мне пришли два юных мага, едва сошедших со школьной скамьи и делающих первые шаги по темной стороне магии. Kreahast!
Заклинание, брошенное колдуном, ударилось о выставленный Тереном щит, отрикошетило и с грохотом влетело в стену.
– Мда… – уже совсем другим тоном протянул Ивэн, разглядывая некрасивое бурое пятно, оставшееся после заклятия.
– А я, между прочим, предупреждал, – невозмутимо заметил Терен. – Господин Ивэн, может быть, мы все-таки перейдем к делу?
– Отец! – в кабинет влетела невероятно встревоженная Зара. – Ты же обещал!
– А ничего и не произошло, девочка моя, – нежно улыбнулся колдун, быстро накидывая на стену иллюзию неповрежденности. – Все живы, все здоровы, никто не пострадал, можешь сама убедиться.
Зара недоверчиво обвела взглядом сначала нас, потом помещение.
– Но я же сама слышала шум!
– Это у меня бумаги со стола упали, – быстро пояснил Ивэн. – Все в порядке, Зара. Я всегда держу свое слово. Иди, дорогая, дай нам договорить.
Молодая женщина сердито выдохнула и ушла, осторожно прикрыв за собой дверь. Колдун потер пальцами виски.
– Так на чем мы остановились?
Я сконцентрировалась, собираясь с мыслями. Начиналась самая трудная часть – как рассказать историю Лейфера, при этом максимально скрыв подробности?
– Зара говорила, что это вопрос жизни и смерти? – подсказал Ивэн, внимательно наблюдающий за нами.
– Да. Его жизни и его смерти. – Я еще раз показала на неподвижно сидящего Лейфера. – К сожалению, я не могу рассказать вам, кто и каким образом довел его до такого состояния…
– До какого? – перебил меня хозяин. – Пока я вижу только то, что он практически не двигается.
– Потому что я держу его под контролем.
Ивэн дернулся, но промолчал.
– Мы проезжали мимо дома Лейфера и решили навестить старого друга, однако застали его в невменяемом состоянии, – продолжила я. – Он либо впадает в буйство, либо в полную и безразмерную панику, пару раз чуть не закончившуюся суицидом. Мы не смогли оставить его умирать, но не придумали ничего лучше, чем подчинить и отвезти к специалисту.
– Которые почему-то закончились в Аррении, и ближе, чем в Лиалле, вы их не нашли, – скептически заметил колдун.
– Ну почему же? – слегка изобразила я удивление. – Опытных магов в Аррении хватает. Взять хотя бы того, кто довел Лейфера до распада личности. Проблема в том, что мы не знали, кто именно это сделал, и предпочли найти специалиста, совершенно точно не имеющего отношения к случившемуся с моим другом.
– И выбрали для этого соседнюю страну, – утвердительно произнес Ивэн.
– Именно. Тем более что мы изначально собирались в Лиалл, так что просто прихватили Лейфера с собой.
– Прихватили… – повторил за мной колдун. – Хорошо, допустим. А про меня вы узнали…
– От хозяйки постоялого двора. Она перечислила нам всех магов Лиалла, и мы выбрали из них того, кто явно связан с темной магией. Потому что, господин Ивэн, ничем другим ваши деяния никак нельзя объяснить, – усмехнулась я. – Пояснить, какие именно?
– Не стоит, – пренебрежительно отмахнулся колдун. – Я и так знаю, какие легенды ходят обо мне в городе. А теперь расскажи мне правду, девочка.
– Простите? – не веря собственным ушам, переспросила я.
– Правду. Я отдаю должное вашей фантазии, дети. С такой сказкой ко мне еще никто не приходил. На кой гхыр вам это потребовалось? Поспорили с приятелями? Разыграть меня? Проситься в ученики?
– Вы хотите сказать, что я все придумала? – Мой голос опасно зазвенел, и в руках себя удавалось держать только невероятными усилиями. Да какого шетта этот… дядька может обвинять меня во лжи?
– Ну не все, девочка, не все, – ухмыльнулся Ивэн. – Вы, что очевидно, родом из Аррении, и имеете зачатки знаний, как и положено адептам Школ Магов. Вполне вероятно, вам по какой-то причине дали понятие о темной магии, причем явно неполное, насколько я могу судить по вашим заклинаниям. Но неужели ты хочешь убедить меня в том, что юное дитя может удержать под контролем человека с распадом личности, да еще и в течение нескольких дней? Это не под силу и более опытным магам, поверь мне. Я считаю себя не самым последним колдуном в Ласинии, но не рискнул бы пересекать страну с зомби на незримом поводке. Так для чего вам это потребовалось, дети?
Ивэн, лучась гордостью и осознанием собственной правоты, весело смотрел на нас. Я молчала, потеряв дар речи от возмущения идиотизмом ситуации, в которой мы оказались. До этого момента мне не приходилось доказывать, что я сделала то, что сделала, обычно поступки говорили сами за себя. Вообще-то Ивэну очень повезло, что сейчас я неспособна к сильным заклятиям, иначе мы могли бы проверить, устоит ли он против ледяной звезды… Она очень хорошо продемонстрировала бы наши познания в темной магии.
Но как, интересно, доказать, что Лейфер на самом деле находится под моим контролем, если колдун убежден в том, что он просто талантливо играет свою роль? Отпустить его и пронаблюдать, что будет? Но Ивэн попросту решит, что игры продолжаются…
Колдун, не сводя с нас торжествующего взгляда, очевидно, решил забить последний гвоздь.
– И вот еще что, дети. Я прекрасно представляю, как мыслят безумцы, и думаю, вы уловили мои попытки прочитать вас при встрече. На вас троих стоит одинаковый блок, а человек с распадом личности не может его поддерживать. Очень интересно, кстати, кто его вам поставил, хотелось бы познакомиться с этим магом. А вам рекомендую перестать притворяться и окутывать себя потоками темной магии. Это небезопасно для неопытных юных магов, не говоря уже о том, что вы бездумно тратите силу. Я уже дал обещание, что не трону вас, и сдержу его. Вы мне симпатичны, дети.
Я перестала прислушиваться к словам хозяина еще после его слов о чтении мыслей. Блок? На Лейфере? Но я сама пробовала залезть к нему в голову, и помню, какой хаос там творился. Неужели за три дня что-то изменилось? Не могли же мы закрыть Магистра, сами того не ведая?
– Терен? Попробуй, только осторожно.
Друг понял меня с полуслова, сосредоточился – и через несколько секунд кивнул.
– Блок. Элька, похоже, это ты его держишь.
– А такое может быть? – ошарашенно поинтересовалась я.
– А гхыр его знает… Я не специалист по контролю.
Мысли в моей голове, только что лихорадочно мечущиеся из стороны в сторону, внезапно успокоились и выстроились стройными рядами. Если Терен прав… то все вставало на свои места. Я, держа Лейфера под контролем, управляя его поступками и не давая мыслить самостоятельно, действительно могла закрывать его и от внешнего воздействия, не осознавая, что делаю. И тогда… Тогда, полагаю, стоит дать возможность Ивэну самому определить степень распада личности моего спутника.
– Дети, только не пытайтесь меня уверить, что… – язвительно начал Ивэн.
– И не собираемся, – холодно отрезала я. – Наоборот, мы хотим последовать вашему совету и перестать окутывать себя потоками магии.
– Элька! – предупреждающе произнес Терен.
– Что? – невинно похлопала я ресницами. – Как просил господин Ивэн, так я и делаю.
– Элька, прекрати! – рявкнул мой друг, но поздно – я сняла контроль с Лейфера и расслабилась, откинувшись на спинку диванчика, предварительно набросив на дверь заклинание, не пропускающее наружу звуки. Заре не стоит тревожиться из-за шума.
Существовала вероятность, что Магистр-психолог забьется в угол и закроет руками голову, сжавшись от страха в комочек. Но на этот раз кости выпали по-другому. Лейфер взревел и прыжком бросился на Ивэна. Кресло, не выдержав такого напора, рухнуло, и два сцепившихся тела покатились по полу.
Я с мстительной улыбкой наблюдала, как колдун изо всех сил старается оторвать от своего горла пальцы безумца. Меня по-прежнему заполняли злость и раздражение – но уже не связанные с темной магией. Силовые потоки стихли, как только я разорвала связь с Лейфером. Зато обида и холодная ярость бушевали внутри меня: на просьбу о помощи Ивэн ответил обвинением во лжи и недоверием к моим знаниям и способностям. Колдун должен получить урок – нельзя ориентироваться только на внешность противника. Она может оказаться обманчивой.
– Элька, очнись!
Терен, в отличие от меня, не наслаждался видом драки и не остался равнодушно смотреть на происходящее. Он рванулся к борющимся на полу телам и попытался оторвать Лейфера от корчащегося Ивэна. Но и совместными усилиями мужчинам не удавалось оттолкнуть берсерка, в которого превратился тихий Магистр-психолог, или хотя бы разжать пальцы, вцепившиеся в горло колдуна.
– Элька, вспомни об Алене!
Ален? Но я про него никогда не забывала. Именно из-за этого гхырова некроманта я сейчас сижу за тысячу верст от родного Вийска и смотрю, как багровеет лицо Ивэна, как его дыхание становится все более и более тяжелым и хриплым, как замедляются его движения…
Меня словно сорвало с дивана ураганным порывом. Слова заклинания контроля уже срывались с губ, восстанавливая связь между мной и Лейфером. Гхыр все побери, это зашло уже слишком далеко! Я хотела только проучить хозяина, а не убивать его!
Темные потоки привычно заполняли меня, крепла и ширилась тонкая незримая ниточка, соединяющая мое сознание с разрушенным мозгом Магистра, и на последних словах заклятия я резко приказала ему встать. Возможно, чересчур резко, так как Лейфер буквально отлетел к стене, сбросив с себя Терена и чуть не свалив с ног меня.
– Сядь, – уже более спокойно скомандовала я. – Вот так. Сиди и не двигайся. Терен, с вами все нормально?
– Со мной да. – Терен бросил взгляд на колдуна. – С ним, кажется, тоже… Вам помочь подняться, господин Ивэн?
– Не стоит, я сам, – прохрипел тот, растирая горло. – Только в себя приду…
– Хорошо. – Терен встал сам и подошел ко мне. – А вот с тобой что творится, Элька?
– Ничего.
– Темная энергия с ней творится. – Ивэн грузно поднялся с пола, и, поставив на место кресло, с трудом опустился в него. – Приношу искренние извинения, коллеги. Был неправ.
На этот раз в его словах не было ни издевки, ни пренебрежения, ни снисходительности – только признание нас равными себе. Я кивнула, показывая, что извинения приняты.
– Тебе лучше сесть, девочка. Точнее, госпожа Элька, – Ивэн подчеркнул обращение ко мне.
– Просто Элька. – качнула я головой и села рядом с Лейфером – ноги на самом деле подкашивались.
– Элька, – повторил колдун. – Если хочешь, я попозже объясню, что с тобой происходит, но сначала мне все-таки хочется узнать, почему вы пришли ко мне? Чем я могу помочь?
Я тяжело вздохнула и сжала ладонями голову.
– Господин Ивэн, отчасти вы были правы. Мы действительно только что сошли со школьной скамьи. И на самом деле обладаем лишь зачатками знаний. Возможно, нам стоило вначале поговорить о политике Арренского Ковена… Видите ли, нас готовили к войне, а не к мирной жизни. Мы научились убивать – убивать, не моргнув глазом. Нам только чуть-чуть дали понятие об управлении другими существами – ровно настолько, чтобы мы могли упокоить поднятого мертвеца.
– Ничего себе – немного, – хмыкнул Ивэн, с опаской глядя на неподвижно сидящего Лейфера.
– На самом деле немного. То, что вы видите – это скорее результат самостоятельных экспериментов, проведенных от отчаяния, без контроля опытного мага.
– В таком случае это впечатляет еще больше…
– Не очень. Меня больше угнетает, – призналась я. – Ивэн, мы тыркаемся, как слепые котята, не зная, к чему приведет следующий шаг. Мы не умеем лечить, только убивать. Я попыталась залезть в голову к Лейферу – и в итоге только ухудшила его состояние. Я не представляю, что с ним сделали, как и каким образом вернуть его в нормальное состояние. У нас дела за пределами Ласинии, через день, максимум два мы должны покинуть Лиалл. Я не могу взять с собой Лейфера, не могу оставлять его одного в таком состоянии, и не могу убить, хотя это кажется самым простым вариантом.
– Понимаю, – усмехнулся Ивэн. – И ты хочешь, чтобы я попытался вылечить его.
– Или поместить в стазис до моего возвращения в конце вересклета.
– А там проблема вновь встанет со всей остротой, – хмыкнул хозяин.
– Тогда я буду уже не одна. Со мной будет человек, который сможет решить ее.
Колдун пристально смотрел на меня. Я не отводила взгляда, абсолютно уверенная в своих словах. В конце вересклета мы вернемся сюда вместе с Аленом, а вдвоем нам будет проще справиться со всем.
– Хорошо… – наконец, медленно протянул Ивэн. – Надеюсь, удастся обойтись без стазиса, своими силами.
Я облегченно выдохнула, чувствуя, как падает и разбивается огромный камень, пристроившийся на моей душе.
– Но для начала хорошо бы понять, что с ним сделали. Элька, на счет «три» отпускай своего друга.
– Ивэн…
– Не волнуйся. Я не собираюсь второй раз подвергать опасности свою жизнь. Лейфер просто уснет крепким сном. Ну, готова? Раз, два… три!
Я, все еще колеблясь, бросила взгляд на Терена и слегка успокоилась, увидев, что он приготовил парализатор.
– Давай, Элька! – поторопил меня колдун. И я сняла контроль.
Лейфер вскочил с дивана – чтобы в следующую секунду вновь рухнуть на него, безмятежно и спокойно.
– Он просто спит, – повторил Ивэн. – А мне, кажется, предстоит веселенькая ночь…
Впервые за… сколько там дней? – я почувствовала, что отрицательные эмоции уходят вдаль и растворяются в спокойствии и безмятежности. Легкая усталость не мешала, а, наоборот, придавала некоторую законченность моему настроению. Только вот амулет на груди потеплел...
– Ивэн?
– Прошу прощения, Элька, – без капли стыда извинился колдун. – Я просто немного помог снять напряжение. Идите, коллеги. Жду вас завтра после полудня. Тогдя я смогу сказать что-то более определенное.
– Я хочу помочь.
– Ни в коем случае! – резко заявил Ивэн. – Элька, я не скрываю от тебя секреты, можешь не сверлить меня гневным взглядом. Завтра ты узнаешь все, что хочешь, но сейчас тебе необходимо сделать перерыв от темной магии, а здесь она будет бурлить мощным потоком. Я не шутил, когда говорил о том, что общение с ней небезопасно. Ваш учитель обязан был вбить это вам в голову!
– Он утверждал, что нет разницы между темной и светлой энергией, – дерзко ответила я.
– Для кратковременного воздействия – да. Но не тогда, когда ты неделю без передышки купаешься в темных потоках. Я до сих пор не могу понять, как тебе это удалось – практически без подготовки, без помощи со стороны продержаться и не превратиться в злобное, аморальное и безнравственное существо.
Я опустила голову, со стыдом вспомнив, как совсем недавно сидела на этом же самом месте и с мстительной радостью наблюдала за дракой. Если бы Терен не вспомнил про Алена… неизвестно, чем бы все закончилось. И тут я отчетливо поняла – на этот раз Ивэн ошибся. У меня была поддержка, максимально возможная в данной ситуации. Меня удерживал в равновесии Ален. Ален и наши дети.
– Терен, проведите ночь максимально далеко от моего дома, – тем временем говорил колдун. – Лучше всего ей не спать – во сне Элька может неосознанно тянуть магию к себе. Дождитесь хотя бы рассвета. Сможешь занять ее на несколько часов?
– Да, – пожал плечами Терен. – Сегодня Купавина Ночь, люди все равно не будут спать.
– Купавина Ночь? – задумался Ивэн. – Да, это выход. Зара!
– Она не услышит вас, – виновато спохватилась я, снимая заклинание с двери. – Мне показалось, что ее присутствие здесь окажется лишним.
– Предусмотрительно, – усмехнулся колдун и вновь позвал дочь.
Зара явилась не одна, а в сопровождении невысокой пухленькой девушки примерно одного со мной возраста, с веснушками на курносом носике и двумя тонкими косичками.
– Дядя Ивэн! – взвизгнула она вместо приветствия. – Дядя Ивэн, Зара не хочет идти гадать! Я зову-зову, уговариваю-уговариваю, а она не хочет!
– Лия, мне сколько раз говорить, что я не верю в это? – утомленно откликнулась Зара. – Каждый год повторяется одно и то же.
– А я верю! – упрямо заявила ее подружка. – И у меня каждый год сбывается! Венок прибивает к берегу, и я не выхожу замуж! А потом через костер прыгаю, и все печали как рукой снимает!
– Лия, у тебя и печалей нет, зачем тебе их снимать? – улыбнулась Зара.
– Потому и нет, что я прыгаю! И тебе тоже надо прыгнуть, и все сразу станет хорошо!
– У меня и так все хорошо, – проворчала хозяйка.
– Зара! – окликнул ее отец. – Девочка моя, сегодня тебе стоит пойти. Покажите праздник нашим гостям – Эльке и Терену.
– А третий? – встревоженно уточнила она.
– Лейфер плохо себя чувствует. Мне надо с ним поработать.
Отец и дочь некоторое время молча смотрели друг на друга. У меня создалось впечатление, что они мысленно общаются. И, похоже, так оно и было, потому что молодая женщина кивнула и повернулась к подруге.
– Идем, Лия. И наверное, нам стоит поторопиться, поскольку уже темнеет, а надо еще венки сплести.
– Ура! – возликовала Лия. – Только… Эльке еще переодеться надо! Зара, у тебя найдется что-нибудь подходящее? А то я сейчас сбегаю к нам домой и принесу!
– Подождите! – возмутилась я. – А меня кто-нибудь спросит? Терен, нас с тобой ждут, между прочим. Нельзя же уходить, не предупредив.
– Тебе не кажется, что об этом надо было подумать раньше? – ехидно прищурился парень. Не переживай. Пока ты переодеваешься – я успею их предупредить.
– Да что я буду там делать? – взвилась я.
– Как что? Гадать, конечно, – немедленно отозвалась Лия. – На суженого.
– У меня уже есть суженый!
– Тогда на замужество. В этом году ты выйдешь замуж или в следующем? Разве неинтересно узнать?
– Неинтересно! – рявкнула я, сама испугавшись своей реакции на безобидную, в сущности, фразу.
– Элька, ты боишься? – пораженно поинтересовался Терен. – Давно тебя пугает собственное будущее?
– Я не боюсь! – сердито ответствовала я, в глубине души понимая, что он прав. Мне страшно. Я панически опасаюсь увидеть, как пущенный мною по воде венок прибьется к берегу или, что еще хуже – утонет.
– Элька, ты все время говорила, что вас с Аленом свела судьба, – серьезно проговорил Терен.
– Да.
– Тогда пойди и получи от нее подтверждение этому. Если она взяла ваши жизни в свои руки – то уже не выпустит их, и тебе будет легче, когда ты узнаешь об этом.
Я обреченно признала свое поражение. Может быть… может быть, это и не так плохо – узнать, что судьба все еще присматривает за нами, и что Ален вернется ко мне. К нам.
– Мы придем завтра после полудня, Ивэн.
– Лучше ближе к закату. Отдохни как следует, девочка.
– После полудня, – непреклонно заявила я. – Так что там следует надеть, Лия?
Обрядовый наряд представлял из себя длинную вышитую рубаху. Больше ничего. Передники, пояса, белье, браслеты, ожерелья и амулеты – все то, что стесняло тело – следовало оставить дома, а волосы расплести. И если против распущенных волос я ничего не имела против, то амулет Алена категорически отказалась снимать. Лия пыталась воздействовать и уговорами, и угрозами, но сломить меня ей не удалось. Этот амулет мне надел на шею мой суженый, и я поклялась никогда не снимать его, пусть даже на ночь. Купава поймет и простит. А если не поймет – то и гхыр с ней. Мои обеты мне дороже.
Зато в качестве ответной любезности мне пришлось подчиниться и отправиться на берег Аккеры в компании только девушек, не дождавшись мужчин. Лия объяснила, что юноши все равно приходят позже, после гадания, а нам следует торопиться – солнце уже почти скатилось в море.
Мы втроем бежали по липовой роще, босыми ногами приминая невысокую траву и вдыхая медвяной тяжелый аромат. Лучи заходящего солнца падали на шелестящую листву и развесистые стволы, длинные вечерние тени стелились перед нами, и стихал птичий хор, готовясь уступить свое место цикадам и козодоям. Лие каким-то образом удалось заразить своим энтузиазмом и меня, и, когда я взглянула в собственное отражение в спокойных темно-синих водах Аккеры, то в первую секунду не узнала себя.
– …От небес-то солнце слизло,
Темна ночерь се придила,
Ой, ладо, ладо лель,
Темна ночерь се придила…
Усталая беременная ведьма осталась в Лиалле. В Купавину Ночь на берег реки пришла юная девушка, наивная и восторженная – та, которой я была год назад. В ее глазах сияла вера в будущее – обязательно светлое! А каким еще может оно быть? Дом, в который приятно возвращаться, красивые здоровые дети, друзья, приключения и мелкие неприятности – потому что без них все равно не обойтись. И рядом обязательно тот, кого привела к тебе судьба. Тот, на чье плечо всегда можно опереться. Тот, от чьих прикосновений в тебе вспыхивает пламя и сверкают молнии…
– …С неба солнышко скатилось,
Ночка темная спустилась,
Ой ладо, ладо-лель,
Ночка темная спустилась…
Эта часть Ночи принадлежала только девушкам. Они спрашивали Купаву о самом сокровенном, самом заветном – и она давала им ответ. Иногда желанный, от которого заходится в безумном танце сердце и замирает дух, а иногда и разочаровывающий – но бывает и так. Значит, судьба еще не связала две ниточки в неразрывный узел, и надо подождать еще – но обязательно дождаться своего счастья…
– …На зеленый на лужок,
На высокий бережок,
Ой ладо, ладо-лель,
На высокий бережок…
Зара тоже изменилась. В ее глазах засветилась робкая, но отчетливо видимая надежда – на перемены в жизни, на собственную удачу и благополучие. Энтузиазм Лии не то чтобы притих – но стал не настолько явным, прячась за напускной серьезностью.
– …Под ним реченька течет,
Песни камешкам поет,
Ой ладо, ладо-лель,
Песни камешкам поет…
Аккера медленно и неторопливо несла свои воды в Этельское море. Мудрая стихия, текучая, не поддающаяся давлению, уже давно вступила в сговор с судьбой, и каждый год видела одно и то же – красивых юных девушек с распущенными волосами, приходящих на ее берега. И каждый год она приносила кому-то радость, а кому-то – огорчение. Но на следующий год девушки вновь приходили на покрытый зеленой травой берег, стремясь узнать свою участь.
– …Я сплету себе венок,
Подберу к цветку цветок,
Ой ладо, ладо-лель,
Подберу к цветку цветок…
Мы трудолюбиво свиваем себе венки – обязательно из двенадцати трав, обязательно пышный и красивый. Вплетаем в них свои тайные мечты, ожидания и желания. Шепчем цветам просьбы и сглатываем горькие комки, страшась, что они не исполнятся, но при этом все равно надеемся на лучшее.
– …Ты неси его, вода,
Как велит моя судьба,
Ой ладо, ладо-лель,
Как велит моя судьба…
А потом, вдоволь налюбовавшись своим отражением в цветочном убранстве, осторожно зажигаем свечку, укрепляем в венке и опускаем его на воду. Уже практически стемнело, и, чтобы различить наши огоньки, я добавляю в них немножко магии, и теперь они рассыпают вокруг голубые искры.
– …За крутой за поворот,
Где мой суженый живет,
Ой ладо, ладо-лель,
Где мой суженый живет…
– Элька! – Зара нервно хватает меня за руку. – Ты видишь?
– Вижу, – севшим от волнения голосом подтверждаю я.
– Но… Элька! Он же плывет!
Река ласково подхватила наши венки, чуть плеснув на босые ноги. Какое-то время нам казалось, что сейчас она так же нежно вынесет их на берег, но огоньки с голубыми искрами медленно отодвигались от нас, и вскоре засияли почти на самой середине водной глади, отражаясь в темной, почти черной поверхности.
– Элька! Он плывет! Ты понимаешь, что это значит?
Зара подпрыгивает на месте, как девочка, прижав к груди кулачки. Я понимаю ее. От восторженных писков меня удерживает только ошалелое осознание того, что судьба все-таки на моей стороне. А это означает, что мои дети не останутся без отца… а я – без того единственного человека, кто не дает мне уйти во тьму.
– Вы выйдете замуж! – ликующе провозглашает Лия. – А мой венок опять прибило к берегу. Значит, в этом году не судьба! – чуть огорченно рассказывает она, но тут же вновь возвращает себе хорошее настроение: – А теперь к кострам! Скорей!
В Лиалле костры раскладывают не такими высокими, как на берегу Игрицы – чтобы через них можно было перепрыгнуть. Но меня все равно не оставляет ощущение вторичности происходящего: в безлунное небо с алмазными точками звезд уходят полупрозрачные столбы дыма, ярко пылает огонь, водят хороводы босые девушки и горящими глазами следят за ними юноши. Нас тут же втягивают в обрядовый танец, и, закручивая спирали вокруг обжигающего пламени, я с большим трудом осознаю, что нахожусь не в прохладном травне на опушке Чернолесья, а в жарком колосне на краю липовой рощи…
– Элька, прыгай!
Кто-то – скорее всего, Лия – подталкивает меня в спину, и я бегу. Бегу со всех ног, видя перед собой только яркий столб Огня на фоне непрозрачной темноты.
– Я ждал тебя…
– Я пришла. Но сегодня не моя ночь…
– Ошибаешься, Элька. Твоя ночь будет всегда, как только ты захочешь этого…
Я вылетаю из пламени и подсознательно жду, что сейчас попаду в руки Алена, и он обнимет меня, уводя на берег реки – неважно, какой – Игрицы или Аккеры. Но встречаю лишь пустоту. Горькое разочарование волной поднимается во мне, смешиваясь с пылающим Огнем. Противоположные эмоции сливаются вместе, образуя невообразимую смесь тоскливо-страстного желания, которое может утолить только один человек, и именно его сейчас нет рядом со мной…
Я не могу стоять на месте – но не могу и идти домой, точнее, в то место, которое сейчас заменяет мне дом – корчму «У Марицы». Я не хочу видеть Терена, Лежека, Аленара – особенно последнего, поскольку он полностью воспримет мои эмоции – и ничего хорошего это не принесет.
И я бегу. Бегу без оглядки, закрыв глаза, отдаваясь только чувствам, интуиции и судьбе – или Купаве. И кто-то из них ведет меня, обводит вокруг толстых корявых лип, помогает не споткнуться о торчащие из земли корни и запутаться в прядях травы…
