Текст книги "Сезон продаж магических растений (СИ)"

Автор книги: Валентина Елисеева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 38 страниц)

Глава 2. Дружеские посиделки

Если бы Кассандра Валенса происходила из богатой семьи и ей довелось бы чаще, чем раз в жизни, продавать драгоценности, она бы знала, что ювелирный рынок тщательно контролируется органами охраны правопорядка. То, что её заявление о получении браслета из рук лорда Марала Левитта приняли, не требуя доказательств, вовсе не означало безоговорочного доверия к её словам. Просто проверкой законности обретения людьми драгоценностей, сдаваемых в скупку, занимались не сотрудники ювелирных лавок.

Когда уставший Мар вернулся в кабинет из зала совещаний, секретарь робко напомнил, что стопка повседневных дел, требующих подписи и рассмотрения, уже рискует обрушить стол. Суета с торжественным выходом на пенсию прежнего главы, необходимость быстро перенять бразды правления и срочно приступить к решению повисших в воздухе важнейших внутриполитических вопросов, вынудили Мара вертеться как белка в колесе всю последнюю неделю. До мелких дел, выходящих за пределы высоких сфер королевских интриг, никак не доходили руки.

Чёрт, он даже ночевал на диване в кабинете, падая замертво далеко за полночь и поднимаясь на рассвете!

Под стрекотание секретаря, в нескольких словах описывающих суть подающихся на подпись резолюций и заключений, Мар ставил на документах размашистую подпись. Одно из важнейших правил руководителя высокого ранга – доверять своей команде, поскольку самолично вникнуть во все происшествия, тяжбы и разбирательства, происходящие в огромной империи, невозможно.

– Последний из сделанных королевой артефактов-ключей, переданный ею нэссе Лиере, нашли? – отрывисто спросил Мар в перерыве между папками с бумагами, требующими подписания.

– Нет ещё. Обыскали весь дом нэссы, подвал-лабораторию, перерыли стократ место схрона на поле и заваленное подземелье под люком – пусто.

– Похоже, кто-то нашёл его раньше нас, – раздражённо процедил сквозь зубы Мар, обеспокоенный тем, что в руки неизвестных лиц попал опасный артефакт. Будто презента короля Дарта их заклятым друзьям недостаточно для волнений!

Он продолжил в молчании расписываться на листах, размышляя о шпионских играх соседей.

– Здесь требуется ваше личное подтверждение заявленного факта, – неожиданно объявил молодой секретарь, заметно покраснев и смутившись. При виде изумления начальства он пояснил: – Сыскной отдел затруднился отыскать косвенные доказательства, их руководство просило вас дать утвердительный ответ, чтобы они могли закрыть негласное расследование.

Мар вчитался в короткий протокол, сообщавший, что Кассандра Валенса сдала в ювелирную лавку дорогостоящий браслет, во владение которым вступила не установленным документами образом, сообщив, что это дар лорда Марала Левитта. Задумчиво потерев ладонью подбородок и поставив в углу пометку «Факт дарения подтверждаю», он вернулся к разбору стопки бумаг. На поступок Кэсси не обиделся: подарок на то и подарок, что человек волен распорядиться им по своему усмотрению. Если дар сопровождается рядом условий – это уже сделка по контракту.

Мысли Мара переключились на разные виды политических сделок, но вечером он явился в ту лавку, куда Кэсси отнесла браслет, и попросил продать ему указанное изделие.

– О-обратно продать вам? – заикаясь, уточнил владелец лавки, в закуток которого сразу проводили важного клиента.

– Да, – невозмутимо подтвердил Мар. Ему отчего-то не хотелось, чтобы браслет, украшавший ручку Кэсси, носил кто-то ещё. Однако завтра по столице поползут слухи, что он таким оригинальным образом выплачивает огромные премии своей сотруднице, минуя бухгалтерию конторы. Что ж, сплетни – зло неискоренимое.

На что девушка потратила деньги, его уже известили, так же как обо всех её мотивах немедленной покупки лавки: желании выкупить сад нэссы Лиеры и помочь в трудоустройстве бедным студенткам с возглавляемой ею кафедры. О сегодняшнем подарке младшего принца ему тоже доложили, и, по мнению Мара, племянник был излишне озабочен недостатком ингредиентов для зелий на кафедре растениеводства! Надо бы озадачить его более важными государственными проблемами.

Подавив неуместную злость, Мар вернулся к мыслям о Кэсси. Стоя перед спальней умирающего короля, он обещал многое ей рассказать, но вряд ли к данному моменту осталось хоть что-то неизвестное ей о наставнице: девушка умела наблюдать и делать выводы. Но обещание есть обещание. Сунув во внутренний карман сюртука коробочку с браслетом, Мар направился в торговый район столицы, пониже надвинув шляпу и завернувшись в тёмно-серый неприметный плащ.

Местоположение в тихом благополучном районе и внешний вид двухэтажного домика удостоились его одобрения. Над входом сверкала полировкой свежая вывеска, на витринах в окнах уже были расставлены горшки, кадки и подвесные клети с магическими и лекарственными растениями всевозможных видов. Карликовые деревья, лианы, мхи, цветущие кусты колыхали листьями, поворачивались на свет уходящего солнца, с любопытством ползали ветками по подоконникам и углам, осваиваясь на новом месте. У стоящего перед стеклом мага сложилось устойчивое убеждение, что несколько колышущихся на длинных стеблях бутонов пристально его разглядывают, и доказанность отсутствия у растений органов зрения ничуть не уменьшала эффекта.

«При лавке есть сад и аптекарский огород! Широкий ассортимент имеющегося в наличии, малые сроки доставки под заказ, низкие цены!» – гласило объявление на двери. И широкой лентой шла надпись над входом, сообщающая, что открытие лавки состоится в воскресенье, первого числа следующего месяца.

…

Шуршащее рычание молодого кладбищенского стража и беспокойство ещё не убранных в клеть огнецветов, дружно закатившихся под диван, доложили Кэсси, что кто-то стоит у порога.

– Маленький, пока не ядовитый, а рычишь как большой, – похвалила она стража, удивительно быстро признавшего лавку своим постоянным местом обитания. За прошедшие дни страж изучил и запомнил запах всех трёх поливающих его и подкармливающих девушек, и ни на хозяйку лавки, ни на её помощниц колючки не топорщил.

В дверь постучали сильно и уверенно – чисто мужской стук, женская ручка стучит более дробно и легко. Нервно сглотнув, Кэсси пожалела, что вечером осталась в новом доме одна, отправив отдыхать всех верных помощников, – недавнее похищение ещё откликалось ночными кошмарами и нелюбовью к поздним встречам. Однако верные выводы из происшествия она сделала: при ней имелась сигнальная световая петарда и магический вестник, зачарованный вылетать в корпус дежурных гвардейцев при произнесении кодового слова. Лорд Кэшвелл всерьёз предлагал выдать ей боевой артефакт из арсенала СИБа, рассчитанный на использование людьми. Увы, к артефакту (как и к холодному оружию, и к охранным амулетам) прилагалась необходимость пройти курс самообороны, а у Кэсси не было возможности три месяца кряду по полдня корпеть на полигоне.

Да и к чему, если у неё тут полным-полно опасного оружия, с которым она давно научилась обращаться?

– Входите, открыто, – крикнула она, сняв со стены кашпо и встав за длинными кадками с кусачими горявками, которые не успели перенести в кладовую. А горявки, между прочим, военно-стратегический вид растений, рекомендованный к использованию при превосходящей силе противника!

Высокий силуэт в тёмном плаще шагнул через порог, и тусклый свет масляной лампы дополнился ярким свечением взмывших под потолок огоньков. Кладбищенский страж зарычал злее прежнего, но гораздо тише: магический свет наравне с солнечным делал его вялым и лишал «голоса».

Маг! Кэсси предпочла бы человека, желательно – несведущего в магической ботанике, а то этот тип предусмотрительно увернулся от веток стража и весьма благоразумно не стал приближаться к её «грядкам». Что ж, к «дальнему бою» она тоже готова!

– А мне-то передали, что ты очень хочешь со мной поговорить, – насмешливо произнёс знакомый голос, и Кэсси от огромного облегчения едва не выронила из рук кашпо. – Хм-ммм, собиралась кинуть в меня адренацею? Второй класс токсикологической опасности, страшные муки жертвы при попадании ядовитой смолы на кожу – советую придумать менее оригинальный вариант встречи клиентов. Кстати, ты от всех посетителей намерена загораживаться кордоном из кусачих горявок? Стратегия благоразумная, но вряд ли способствующая удержанию покупателей. И на кой тебе столько горявок? Заказ от ревнивых жён, намеренных наказать загулявших мужей?

– Нет, их заберут в пограничные войска, в королевском питомнике не нашлось необходимого количества саженцев.

Лорд Левитт присел на мягкий стул у конторки и скинул на пол шляпу, под которую тут же нырнул клубок перекати-поля, выгнанный огнецветами из-под дивана. Поздний гость вытянул ноги, откинулся на спинку стула и растёр ладонями бледное от утомления лицо. Как всегда, он выглядел грозным хищником, у которого лучше не стоять на пути, но сейчас это был очень усталый хищник, как завядшие дьявольские силки.

– Про Лиеру всё знаешь? – отрывисто спросил он, и Кэсси очнулась, возвращаясь в реальность.

– Она оставила мне письмо. Его копию наставница собиралась отправить в службу имперской безопасности.

– Да, послание добралось до адресата. Страшно и жалко, когда умный, многое знающий человек использует эрудицию и талант для совершения преступлений. Какими бы ни были причины.

– То, что о причинах покушения на короля мне знать не следует, я поняла, почитав газеты. Оказывается, покушения вовсе не было!

– Всё верно, покушения не было, – невозмутимо подтвердил Левитт. – Однако тебе дозволено знать, что к твоему похищению не причастны ни король, ни кронпринц, ни младший принц, не подозревай их в коварных умыслах. Подпись кронпринца на приказе карателей была получена обманным манером.

– Радует, что не мой студент и не его родственники пытались от меня избавиться. – Тут Кэсси вспомнила последствия обсуждаемых событий и спохватилась: – Поздравляю с повышением в должности!

Услышав о назначении его главой службы имперской безопасности, она невольно подумала, что разрыв их общественных положений стал ещё больше. Впрочем, когда речь идёт о разнице между равниной и самым высоким пиком горной гряды, один дополнительный уступ на склоне скалы не слишком меняет общую картину.

Левитт откровенно поморщился на поздравление и, кажется, стал ещё более измученным. Оглядевшись, он спросил:

– Где же твой Кока?

Глава службы имперской безопасности помнит, как зовут её лиану? Кока загордился бы безмерно, будь он чуточку разумнее и в состоянии уразуметь, какая ему оказана честь.

– Хотел забрать его лепёшки? Выглядишь не лучшим образом. Магическое истощение? – Кэсси насторожилась в ожидании ответа. Она реально беспокоится за его жизнь? За жизнь сильнейшего боевика, возглавляющего всех вооружённых магов империи? Да, чёрт побери!

– Истощение исключительно физическое. В твоей лавке есть съедобные товары? Плачу золотом за вкусно приготовленную дерену могильную – кажется, она ещё не набралась яда.

– Но-но, высокий лорд, полуразумные домашние растения не принято употреблять в пищу: это чьи-то будущие любимые питомцы! – насмешливо укорила Кэсси. – Страж и вовсе стоит тут в рекламных целях, а продаются те его собратья, что в саду, иначе мне самой придётся шарахаться от экспонатов лавки, пока каждый новый будет ко мне привыкать.

– А я-то думал, царице флоры все хищные гады покоряются по умолчанию и молниеносно, – зацокал языком невыносимый брюнет.

– Кто бы говорил! Тебе, повелителю королей, венценосные покоряются сразу? Или требуют усилий по дрессировке умения слушаться?

Левитт помрачнел, и она пожалела, что задела больную мозоль. Переполнившее её сочувствие больше подошло бы нищему у храма, чем руководителю самой могущественной организации империи и богатому кузену короля, но чувства – трудно контролируемая опция организма. Да и не получалось у неё воспринимать зеленоглазого мага как опасного и чрезвычайно влиятельного лорда! Может, оттого, что ей доводилось видеть его в минуты слабости и сомнений? Или оттого, что в его взглядах она никогда не видела ничего, кроме тепла, смеха и доверия?

– Учитывая, что лавка куплена на подаренный тобой браслет (о чём тебе, несомненно, доложили), совесть требует таки выдать тебе что-нибудь съедобное, – проворчала Кэсси.

– Счастлив, что мне попалась совестливая спасительница, но ты, увы, опять владеешь не пекарней, – показательно сокрушённо отметил Левитт и неподдельно оживился: – Или второй этаж уже обустроен и там есть кухня с Кокой и лепёшками?

– Нет, Кока пока не переехал. Я все прошедшие дни потратила на оснащение лавки, а наверху Энни провела тотальную магическую уборку, поэтому там и крошки хлеба на полу не отыщется, – развела руками Кэсси. – Однако рядом живёт приветливая старушка, которая в счёт налаживания добрососедских отношений принесла яиц от собственных курочек. Я в ответ подарила огнецвет, и для тебя такой обмен очень выгоден: огнецвет съесть нельзя, а яйца – можно!

Голодными глазами посмотрев на поставленную на стол корзинку с яйцами, Левитт вызвался сварить их в воде, которую подогреет до кипения. Но памятуя о том, что физическое состояние мага тесно связано с полнотой резерва его сил, Кэсси взялась приготовить яйца без его помощи. Не хотелось, чтобы в её новой лавке гвардейцы обнаружили до предела истощённого главу своей конторы! Измученным магам лучше не раскидываться магией – доказано студенческими полевыми практиками.

– У тебя есть кипятильник? – уточнил Левитт, безрезультатно попытавшись разглядеть отсутствующий в лавке камин. Небольшой столичный дом отапливался по-современному – магическими обогревателями.

– Нет, но на втором этаже есть утюг, уже перенесённый из общежития с частью одежды. – Глава имперской безопасности посмотрел на неё с бесконечным изумлением и даже потряс темноволосой головой, пытаясь уразуметь смысл её слов – ну в точности, как недогадливый студент. Он никогда яичницу на утюге не готовил? Ха, что взять с лорда, не живавшего в общежитии с одной кухней на двести человек! С приятным чувством превосходства Кэсси поучительно заметила: – Яйца можно жарить не только на сковороде. Запомни на будущее: для дела жарки яиц рекомендую покупать утюги без функции отпаривания и с антипригарным покрытием.

– Почему? – искренне заинтересовался кузен короля, вероятно отродясь утюг в руках не державший.

– При отсутствии опции отпаривания нагреваемая поверхность утюга не содержит отверстий, что немаловажно при жарке, а при наличии покрытия завтрак легко соскальзывает в тарелку.

Его тихий смешок привычно пустил по телу Кэсси мелкую дрожь мурашек. Под заинтригованным взглядом высокопоставленного мага яйца скворчали на утюге и ровными глазастыми кругами укладывались в тарелку. Карликовое хлебное дерево, прежде росшее в саду Лиеры, а теперь перекочевавшее под крылышко Кэсси, как раз начало плодоносить, добавив разнообразия в меню.

Лианы умиротворяюще шелестели листьями, кладбищенский страж забавно фырчал, как сердитый ёжик, а осмелевшие огнецветы раскатывали по полу. Левитт погасил свои магические огни, и лавка погрузилась в таинственный полумрак, озаряемый лишь мерцающим светом лампы и цветов. Морщинки усталости разглаживались на лице главы службы имперской безопасности, в его движения вернулись порывистость и уверенная чёткость.

«Надо в самом деле холодильник на кухне заполнить», – прикидывала грядущие закупки Кэсси, облокотясь на стол и подперев ладонью подбородок.

– Успел подзабыть, как ловко ты в магазине бытовых приборов товар покупателям сбывала. Боюсь представить, как будут разлетаться по столице тысячи магических растений. Магпотребнадзор выдал тебе разрешение на разведение особо редких и опасных видов и лицензию на торговлю ими?

– Лорд Кэшвелл страдальчески скривился, словно его одолел внезапный приступ мигрени при виде моих прошений, тяжко повздыхал, но подписи поставил. И, кажется, число патрульных на моей улице резко возросло. Надеюсь, они не станут устраивать моим клиентам досмотр всего купленного – это плохо повлияет на торговлю.

– Реестр продаж ядовитых и агрессивных хищных видов должен вести каждый хозяин лавки магических растений…

– …и ежевечерне отправлять вестником отчёт в отдел лорда Кэшвелла. Я знаю правила, не один год в конторе проработала. Преступлений, совершённых с участием магических растений, больше не фиксировалось?

– Нет, но хотелось бы знать, возможно ли натренировать на совершение определённых действий не только скалолаза. – Взгляд Левитта стал острым и сосредоточенным.

– Полагаешь, кто-то проводит такие эксперименты?!

– Полагаю, то, что пришло в голову одному и было им реализовано, может оказаться по силам и кому-то другому. Ты бы слышала показания похищавших тебя тайных карателей! Глупцам внушили, что ты великие чудеса способна с помощью растений творить – опытные дознаватели во время допросов выскакивали в коридор, чтобы вволю отсмеяться, не срывая следственный процесс. Папку с особо примечательными выдержками изречений карателей мне передали со словами: «Сборник сказок от профанов в ботанике».

Однако веселья в голосе главы имперской безопасности она не расслышала. Да, ей тоже отчаянно хотелось верить, что недалёких парней просто обманули, и никаких могущественных сил в людях с её даром не скрывается. Левитт угрюмо проворчал, вторя её мыслям:

– Растения – они везде, и хотелось бы представлять глобальность потенциальных угроз.

– Я не встану на сторону криминала, – глухо заверила Кэсси, но хорошо бы изучить пределы хотя бы собственных возможностей. Артефакт-то когти страсти ей отдали, и жало покинуло сердце короля! Фантазия терялась в обилии вариантов, как можно использовать полуразумные виды, особенно – токсичные и подвижные, не привязанные намертво корнями к одному-единственному месту.

– В твоём благородстве и добросердечии я не усомнюсь никогда, – с мягкой улыбкой повторил зеленоглазый брюнет прежнее обещание.

– К слову о моём добросердечии и неблаговидных поступках, – прищурилась Кэсси, приказывая сердцу вернуться в прежний спокойный ритм, сорвавшийся в галоп от закружившей голову улыбки. Она не забыла, как он воспользовался её мягким характером в собственных шпионско-разведывательных целях, её недовольство так легко не растопить! – Что с кровью принца? Пригодилась?

– Прости, что подбил тебя на такое воровство, – торжественно произнёс Левитт, приложив руку к груди, но показалось ей – не слишком глубоко его раскаяние. К тому же за покаянием последовала многозначительная пауза, намекающая, что продолжения истории не будет, и ей не поведают, зачем понадобилась кровь Стэна.

– То есть впредь подобных просьб не ждать? – сухо уточнила Кэсси.

– Эм-ммм, – замялся невыносимый брюнет и постарался улыбнуться максимально ослепительно, чтобы сбить её с толка и не дать заметить отсутствие подтверждающего ответа.

Хитрющий гад, однако. Вот возьмёт она и не отдаст ему карту подземных ходов, ведущих во дворец, и артефакт, отпирающий проход в них! И вообще, пора последовать совету наставницы и меньше доверять всяким обаятельным прохвостам, тем более что историю обретения артефакта придётся рассказать как есть. Ведь попробуй она солгать, что отыскала ключ-артефакт на поле, он уловит неправду в её словах.

«Да, но для меня переданный наставницей набор совершенно бесполезен, а главному безопаснику империи он точно понравится», – вздохнула Кэсси.

– Выяснил тайну подземелья, в которое ведёт люк на поле когтей страсти? – деланно небрежно спросила она, готовясь преподнести огромный сюрприз.

– Да, за люком целая сеть подземных ходов, но это информация, запрещённая к разглашению, которая не должна выйти за круг доверенных сотрудников СИБа. Отпирающие артефакты у заговорщиков изъяты, входы внутри королевского дворца намертво заблокированы, а вопрос с судьбой внешних входов пока не решён, – объявил Левитт.

Лицо Кэсси разочарованно вытянулось. Пустышка у неё, а не сюрприз! Ключами он сам обзавестись успел и все входы-выходы ему известны. Да уж, шпионские игры – не её стезя, уж кому-кому, а не садоводу тягаться в хитрости и пронырливости с главой службы имперской безопасности.

Левитт не заметил, как резко приуныла его собеседница. Он доел плоды хлебного дерева, проглотил последний кусочек яичницы и удовлетворённо сказал:

– Никакие шпионы во дворец не проберутся. Те входы, что ведут в подземный лабиринт с полей, охраняются гвардейцами.

Тут он осёкся, и Кэсси договорила про себя: «К входу в питомнике стражу приставлять не стали, чтобы не привлекать к нему внимания множества работников, иначе так секретная информация быстро перестанет быть секретной».

– Что ж, раз преступники-растениеводы в империи закончились, а покушение на короля раскрыто, то чем занимается служба имперской безопасности? – непринуждённо перевела она разговор, скрывая своё огорчение. С чего вообще ей вздумалось устраивать сюрпризы высокому лорду? Он и без её помощи великолепно справляется со своей работой.

– Челночной дипломатией, – кисло ответили ей. Досадливая гримаса на лице Левитта выразила его отношение к неизвестному Кэсси типу деятельности.

– Челночная – это как? – полюбопытствовала она.

– Хм-ммм… – Закончивший ужин лорд перебрался на диван и приглашающе похлопал по бархатной обивке, приглашая сесть рядом. – Допустим, тебе очень надо продать коллекционеру редчайших видов магических растений заурядные паучьи силки, – как ты поступишь, гений торговли?

– Нетривиальная задачка, – воодушевилась Кэсси. Прищурилась, задумавшись. – Для начала я бы попробовала самый простой путь:

«– Уважаемый лорд, купите эту прелестную лиану!

– Паучьи силки? Фу, – сказали бы мне.

– А если я предложу вам паучьи силки из оранжереи самого короля?

– О, это меняет положение вещей! – воскликнул бы лорд, поскольку аристократы ужасно трепетно относятся ко всему, что связано с дворцом и его обитателями. У меня одна студентка долго таскала на платье ничем не примечательный засохший цветок лишь по той причине, что сорвала его во дворце во время приёма. Мне, простолюдинке, чужда такая трепетность, но с дворянами она работает на ура.

Затем я пошла бы к распорядителю королевского питомника и сказала:

– Фиц, не думаете ли вы, что пора посадить в королевской оранжерее новые лианы?

– Вот ещё глупость, – сказали бы мне.

– Да, но за куст паучьих силков из дворца готовы заплатить кругленькую сумму, с меня комиссионные.

– О, это меняет положение вещей! – воскликнул бы Фиц». Так бы я справилась с поставленной задачей.

Смех Левитта прозвенел в уютной тишине. Глава службы имперской безопасности (надо почаще проговаривать про себя его новую должность и высокий статус!) кивнул и одобрил:

– Хороший пример. Челночная дипломатия – почти то же самое.

– А как паучьи силки продал бы политик?

– Я бы пришёл к коллекционеру редкостей с паучьими силками и сказал:

«– Один мой знакомый хочет продать вам это растение. Цена – десять тысяч золотых.

– Фу, – сказали бы мне, – и это безумно дорого за обычные силки. Они одной монеты не стоят.

– Я понял вашу позицию. Не угостите чаем? – сказал бы я.

Меня бы провели в богато украшенную столовую за накрытый стол. В разгар милой салонной беседы сквозь трубу камина в комнату влетел бы целый рой мух, а за ним – вестник от гвардейцев. Вестник прокричал бы взволнованным голосом, что предпринята попытка диверсии – в город выпущены заморские мухи, ужасно кусачие и страшно ядовитые! А главное – легко проходящие сквозь магические защиты!

Я бы посмотрел на облизывающиеся в предвкушении охоты голодные паучьи силки, связанные верёвками. Лорд-коллекционер испуганно посмотрел бы в том же направлении – как знаток флоры он прекрасно знал, что оголодавшая лиана способна одной минутой очистить помещение от насекомых.

– Это чужое имущество, – напомнил бы я дрогнувшим голосом, – однако оно продаётся прямо сейчас. Предлагаю скинуться напополам!»

– Пять тысяч за собрата Коки?! Если тебя снимут с должности – приходи работать в мою лавку! – рассмеялась Кэсси.

Когда он поднялся и попрощался, она постаралась не заметить, как он замешкался на пороге. Как невольно склонился к ней, словно собираясь поцеловать на прощанье. Как сделал вид, что хотел лишь вытащить из её волос зелёные листики – те постоянно застревали в её причёске.

– Спокойной ночи, лорд Левитт, – твёрдо сказала Кэсси и закрыла за ним дверь.

Дьявольские силки не сажают вместе с полевыми колокольчиками – слишком разные у них среды обитания.