Текст книги ""Зарубежная фантастика 2024-4" Цикл "Люди льда". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)"

Автор книги: Маргит Сандему

сообщить о нарушении

Текущая страница: 196 (всего у книги 275 страниц)

6

«Нет, нет! – думала Тува в отчаянии. – Это слишком, большего я не вынесу! Человеку сто лет, а выглядит так, словно ему двадцать два. Но это просто означает, что он бессмертен! И тут я! Не имеющая никаких шансов даже у обычного смертного парня!»

Именно сейчас Туве стало по-настоящему тяжело!

Но остальные не замечали ее страданий, все восхищенно смотрели на Марко, стоявшего на подиуме. Крыльев у него не было. Он поражал той же неземной красотой, как и другие черные ангелы. А может быть, и превосходил их красотой. Он походил на Ганда, многие черты повторялись.

– Я понимаю, что вы удивлены, – улыбнулся он. – Но я не могу существовать в образе вечно юного Марко, поэтому позволил себе превратиться в его сына и внука. Естественно, у меня никогда не было ни сына, ни тем более внука.

«Почему, естественно?» – подумала Тува. Но она не могла отрицать, что почувствовала облегчение.

Марко продолжал говорить своим мелодичным голосом:

– Вам интересно знать, где я был. Могу понять ваше любопытство. Уже само мое происхождение позволило мне довольно легко перемещаться во времени и пространстве. Я не столь проворен, как мои любимые друзья, духи Людей Льда, ибо многое во мне от обычного человека, и у меня нет крыльев, что мне несколько мешает. Но, в общем-то, я, после внезапного ухода от родителей был в Черных Залах на обучении. – Он улыбнулся.

– Поверьте, я очень нервничал, выполняя свои первые задания! Ты помнишь, Бенедикте, как я стоял на цветущем лугу в Фергеосет? Или ты, Андре, когда я забирал тебя из школы? Я смертельно боялся, что недостаточно силен, чтобы уничтожить паромщика или сломать изображение силы Нертуса-Тюрса, принадлежавшее язычникам. Но, к удивлению, мне это удалось, а потом все пошло хорошо. Возможность оказать моим родственникам, Людям Льда, помощь доставляет мне большую радость, и я на конечной стадии борьбы отдам этому все силы.

– Это может нам потребоваться, – сказала сдержанно Тула. – Но ты действительно не можешь расправиться с Тенгелем Злым лучше нас с Натаниелем?

Он немного подумал. Габриэл наслаждался, любуясь им, не отрывая глаз.

– Он может уничтожить меня, – произнес Марко. – Его зла достаточно, но этого не хочет мой отец. И это только половина правды. Еще не настало время для ее полного раскрытия. Кто-нибудь из вас может оказаться в тяжелом положении и расскажет обо мне Тенгелю Злому. Вообще-то ему уже намекнули о том, кто я. Сообщили немного, но его зловещая сила уже ищет меня и Натаниеля.

Тува наклонила голову полумертвая от стыда. Это же была она, кто…

– Не печалься, Тува, – услышала она мягкий голос Марко. – Ты тогда поступила исключительно правильно. Но сейчас пока еще не можешь понять всей значимости твоего поступка.

Мари несколько строптиво вмешалась в разговор:

– Черные ангелы? А белые? Как с Богом?

– Боюсь, что наш Господь заснул после церковного собора в Никее в 325 году, потому что тогда все взяли на себя церковники, а они знают, конечно, как все лучше устроить, – ответил Марко с улыбкой сожаления на устах.

Все просили его передать привет матери Саге. Она занимала в Черном царстве совершенно особое положение.

– Хеннинг, – мягко произнес Марко, положив руку на плечо своего друга. – Ты раньше когда-нибудь встречал этих двух черных ангелов, что стоят слева от тебя?

Хеннинг внимательно посмотрел на них.

– Встречал, – воскликнул он. – Они приходили в ночь, когда родились ты и Ульвар.

– Правильно. Ах, Ульвар, мой любимый брат! Его спасти не удалось. Слишком много зловещего наследства было вложено в него. Но у нас, зато, есть его сын Линде-Лу. И его дочь Ванья, которую у нас все любят.

Марко снова обратился к залу:

– Черные ангелы, которых вы видите здесь, выделены для участия в вашей борьбе. А звери, стоящие на лестницах, – это те черные ангелы, которые при необходимости могут превращаться в волков. Они также будут помогать нам. Думаю, что они для нас станут ценными помощниками.

– Знаем, – сказал Тенгель Добрый. – Лучших союзников нам и не нужно.

Марко подал знак ангелам, что они могут удалиться и занять снова свои места. Подиум опустел. Сам он сошел вниз и сел рядом с Натаниелем.

Теперь все пять мест оказались заполненными. Габриэл снова мог дышать спокойно.

На подиум вернулась Тула и воскликнула:

– Эрьян Грип, ты не расскажешь с места о своей поездке к Карскому морю? Ты ведь там был, чтобы навестить сводную сестру Ширу.

И Эрьян поведал собравшимся о таких вещах, о которых они никогда не слышали. О могильниках в пустынном Таран-гае, о том, как он общался с таран-гайцами. И в этот момент он услышал, как из верхних рядов, где располагались эти существа, раздалось неожиданное радостное восклицание. Эрьян понял, что там он на хорошем счету. Он решил поговорить с ними позднее, когда выберется свободная минутка.

С подиума торжественно прозвучал голос Тулы:

– Высший Совет вызывает Ширу из Hyp!

Когда это маленькое, хрупкое создание вступило на подиум, все встали. А Марко, единственный сын Люцифера, поднялся к ней и поприветствовал ее сердечно и почтительно. Было ясно, что они хорошие друзья, эти двое. Марко в черном длинном плаще, с низкой княжеской короной на голове выглядел роскошно. Он взял лицо Ширы в свои красивые руки и что-то прошептал ей. Габриэлу показалось, что это было благословение, или что-нибудь в этом роде. Затем он передал сцену Шире.

В зале звучал мягкий мелодичный голос.

– Я очень горжусь тем, что по линиям матери и отца отношусь к Людям Льда, а также заданием, порученным мне. Это задание пока остается невыполненным, но я рада сотрудничать с Натаниелем и со всеми, кто принадлежит к несчастному, но горячему роду Людей Льда. Вы знаете, что у нас много помощников.

Все напряженно слушали. Она продолжала, уже осторожнее:

– Но вы не должны забывать Шаму и тех четырех духов в Таран-гае. Тенгель Злой свой первый договор заключил с Шамой. Однажды в молодости Тенгель проявил неосторожность и чуть не потерял жизнь. Тогда-то он и встретил Шаму, как и я в дни моего детства, когда оказалась на волоске от смерти. Тенгель, уже тогда находившийся под влиянием зла, заключил торговое соглашение с Шамой, который показал ему дорогу к гротам за то, что получит от Тенгеля черные цветы для своего сада.

– Но Тенгель ведь переплюнул Шаму, не так ли? – спросила Суль.

– Еще бы! Он уже побывал у источника зла! Большей власти никто не мог заполучить. Сейчас мы не знаем, существует ли Шама. Сейчас никто из таран-гайцев уже не верит в него. Но если он продолжает жить, то он наш потенциальный противник. Во всяком случае – мой, ведь моя родина находится в границах его веры. Шама утверждает, что он может в любом уголке мира принести в жертву Людей Льда, отмеченных проклятием, выдавая желаемое за действительность.

– Но как же со злыми представителями рода, которые отмечены проклятием? – спросила Дида. – Приходят ли они в сады Шамы после смерти?

– Мы не знаем, где находятся злые.

Эскиль вскочил со своего места:

– Нам кое-что известно. Я немного догадываюсь об этом. Думаю о том слуге, который увел меня в Эльдафьорд.

– Ты прав, Эскиль, – промолвила Дида. – Мы знаем, что они существуют, но где, в какой форме или насколько они опасны – это нам неизвестно.

– Ах, – вздохнула Шира, – как бы я хотела, чтобы здесь присутствовали те высокие мужчины, которых я встретила у источника, Техин Хан и Агинахарияр! Они были так прекрасны, и доброта их была неизмерима! Но, к сожалению, они не из Людей Льда.

– У нас, есть ты, Шира, – произнес Тенгель Добрый. – Этого достаточно.

Арв Грип пережил великое мгновение, когда был представлен своему сыну Кристеру, или Хавгриму, которого так звали многие годы. Много носовых платков замелькало в зале в этот момент. Гунилла также приветствовала своего брата.

– А сейчас, – сказала Тула, – сейчас мы хотим попросить подняться сюда, на подиум, всех потомков Кристера Грипа. Нашей недавно обнаруженной и более всего неизвестной нам родственной ветви. Это касается Доротеи Хавгрим, ее дочерей Эммы и Петры и их потомков. Всех тех, которых разыскал наш выдающийся исследователь рода, Андре!

На подиум поднялась большая группа, и всех их собравшиеся в зале, стоя, приветствовали аплодисментами. Арв Грип убедился в том, что Кристер действительно его сын. Доказательством этому служило родимое пятно на правой скуле.

Кристер заговорил первым:

– Меня назвали Хавгримом. Человек, которого я считал отцом, обращался со мной хорошо. Он был богат, когда нашел меня на дороге, но богатство с годами растаяло, поскольку он фанатически искал потомков Врета Иоара Йонссона. Все, о чем он думал, была месть. А планы мести могут стоить многих денег. И он завещал мне отомстить. Наконец, я напал на след Дидерика Сверда, злобного в своей сущности человека. И, одновременно, я встретил свою Кайсу. Мы жили счастливо, пока на нее не пало проклятие зловещей судьбы – она родила ребенка от монстра. От этого она скончалась, а я вплоть до сегодняшней ночи не мог себе объяснить этого. Оказывается, я из рода Людей Льда. За свою жизнь я повидал разное, такое, как трагический конец Варгабю и смерть Дидерика Сверда и пастора Натана. Я рад сегодняшней встрече с вами, с моими настоящими родственниками, на этом необыкновенном собрании. Мой отец, моя сестра, знайте, меня это взволновало до слез!

Доротея Хавгрим была блондинкой, мягким и теплым человеком, как и ее мать Кайса. Доротея рассказала, что она вышла замуж за норвежца, Эрика Нурдладе, хорошего человека. В наследство от отца она получила удивительный кусочек корня, который он хранил с детских лет. Она заказала изготовить медальон, в который положила этот кусочек и локон волос своей дочери Петры. Медальон она подарила дочке в день ее крещения в 1829 году.

Петра-старшая, довольно обычная, но приятная женщина, рассказала о том, как она вышла замуж за Свена Бромса, шорника из Тронхейма. У них родилась дочь Герда, внимательная и умная блондинка.

С Гердой захотел поговорить Андре.

– Ты много писала, Герда? – спросил он.

– Да. Это было моим любимым занятием.

– Сейчас ты наверняка стала бы писательницей, – одобрительно произнес он. – Но в твое время стать ею было не так легко.

– Благодарю тебя за прекрасные слова! Мое замужество было не из лучших. Писать открыто мне не разрешали.

– Но благодаря тебе нам удалось отыскать исчезнувшего сына Арва, а потом, к нашей большой радости, найти Эллен, Кнута и Мали. Знаешь, среди Людей Льда много таких, кто любит писать, и ты одна из них. Но скажи, в твоих записках о девушках из Варгабю много выдумки?

Она задумалась. В глазах ее блеснула искорка. Герда была сильной личностью в роду Кристера Грипа. Улыбнувшись, она промолвила:

– Я ничего не выдумала. Я хорошо знала Варгабю и жизнь там. Но реплики и описание среды я в основном должна была сочинять. Нужно же истории хоть небольшое, но содержание.

– Учитывая все условия, написано необыкновенно здорово, – засмеявшись, сказал Андре.

Тут их поджидал настоящий сюрприз. Петра-младшая стояла рядом с шестнадцатилетним юношей, очень похожим на нее.

– Это же мои дети! – воскликнула Герда. – Мои любимые дети! Подумать только, что им довелось пережить…

Они забыли брата Петры, Петера, умершего так рано от «удушья», мистической болезни с таинственным названием. Но сейчас они с удовольствием поприветствовали его и внесли его имя во все протоколы. Он же светился от радости и благодарности за то, что незнакомая ему родня приняла его так тепло.

Но вот все увидели на подиуме Петру, «женщину на берегу». Как молодо и как беззащитно она выглядела! Внезапно она воскликнула:

– Я очень хотела бы встретиться с той, которая пыталась помочь мне на берегу. Немного раньше сегодня я видела ее в прекрасном платье. Ее зовут Ванья.

Ванья немедленно спустилась из рядов черных ангелов и обняла Петру. Они тихо беседовали, вспоминая трагическую встречу на берегу Тронхеймского фьорда. Петра не хотела выпускать руку Ваньи из своей.

К ним подошла крикливая Мали. Она не скрывала, что эта встреча потрясла ее.

– Многие годы я была несправедлива к тебе, моя маленькая Петра. Мне казалось, что меня предали, продали, я думала, что никому не нужна, никем не любима.

– Но это же неправда, – шепотом произнесла Петра.

– Сейчас я это знаю. Андре рассказал мне, как меня оторвали от тебя и поместили в приют для сирот. Поняла я и то, сколь одиноко ты чувствовала себя. Я жаждала, чтобы кто-нибудь был рядом с тобой. Мужчинам, утверждающим, что ты им нужна, легко поверить.

– Я оказалась послушной и глупой жертвой, – согласно кивнула Петра.

О второй дочери Хавгрима, Эмме, сидящие в зале знали еще меньше. Ее существование стало полной неожиданностью для Андре. Она вышла замуж за Эрлинга Скогсруда и родила сына Кнута, того самого, который в 1870 году уехал из Треннелага на юг. Он был работящим ремесленником с дублеными кулаками. Со временем Кнут осел в Ниттедельском округе. Там он женился, но ему, как он сам рассказал, очень не повезло с сыном, Эрлингом.

Ветле вынужден был встать и разъяснить ситуацию. Эрлинг Скогсруд ни в чем не виноват, виной всему зловещее наследство. Его прозвали «панциреносцем». Кнут печально кивнул головой, он мог себе это представить.

Ветле не хотел сообщать о том, что Эрлинг Скогсруд все еще жив.

– Мне кажется, ты должен забыть о сыне и думать о том, что у тебя есть фантастический внук, которого также зовут Кнутом, и правнучка Эллен, стыдиться которой было бы грешно.

Кнут-старший улыбнулся и отвесил благодарный поклон. Все они сошли с подиума вниз.

Тула, обратившись к залу, сказала:

– Когда мы закончим, вы можете немного размяться. Осмотрите мой дом, погуляйте по освещенным залам, побеседуйте друг с другом. Молодежь, я предупреждаю вас, не ходите по темным коридорам. Это может оказаться опасным.

– Да, Тула, – сказал Тенгель Добрый, – настала твоя очередь рассказывать! Твоя история нам весьма любопытна!

– Любопытна? – переспросила Тула наивным голосом, но в глазах появился блеск. – Ну что же могу сказать, что избранные стоят намного выше меченых проклятием. Я же отношусь ко второй группе. Это если говорить скромно. Ну, а теперь начну бахвалиться! Мои способности? Каковы они? Пожалуйста! Могу видеть сквозь стены, чувствительна к посторонним влияниям, ощущаю душевное настроение других. Однако на такое способны многие из вас. Знаете, я не очень оригинальна!

Тула несколько повысила голос, и это импонировало слушателям.

– Люди Льда! Прежде чем мы продолжим, я от имени Высшего Совета имею честь сообщить: перед вами стоят труднейшие задачи, гораздо труднее, чем вы можете предположить. До сих пор мы решали лишь свои внутренние проблемы, ни один посторонний не ведал о постоянной, страшной угрозе всему миру, которую являет собой Тенгель Злой. Мир и не должен об этом знать, и в этом, пожалуй, заключается самая большая наша проблема. Когда начнется сражение, мы втроем должны выйти в мир, потому что, если Тенгель Злой получит такую возможность, он станет наносить удары повсюду. Однако нам следует вести борьбу скрытно ото всех остальных людей.

После долгой паузы выступил Натаниель:

– Правильно. Чтобы ни случилось, мы должны избегать паники. Но как, я даже не представляю.

Тула оставалась серьезной.

– Думаю, что для всех тех, кто никогда не видел Тенгеля Злого, я могу довольно точно описать его.

Все пожелали выслушать ее.

– Тот, кто хотя бы раз видел это омерзительное, противное существо, никогда не забудет этой картины. Она навсегда останется в его памяти, как бы ни старался он избавиться от нее.

Он ни человек, ни животное, а просто… нечто маленького роста, надеюсь, вы понимаете, что я имею в виду. Самым отвратительным является аура зла, окружающая его в виде серой вонючей пыли. Уши у него плоские, прижаты к такой же плоской голове. В противных узких глазах мерзкого желтого цвета отражается его неописуемая злоба. И тут еще его нос, о котором вы все наслышаны. Длинный и широкий, похожий на клюв, сужающийся над шипящей пастью хищной птицы, пастью, где движется толстый серый язык. Руки тролля, или скорее когти, выглядывают из-под грязного от пыли плаща, больше ничего не видно.

В зале воцарилась напряженная тишина.

Ее нарушил Тенгель Добрый:

– А сейчас, Тула, ты должна рассказать нам, кто такие твои четверо покровителей? Почему они защищают тебя? И почему они были в Гростенсхольме?

– Сразу столько вопросов. Мальчики, выходите и покажитесь!

Четыре демона выступили вперед, и многие из живущих ныне Людей Льда прижались плотнее к спинкам своих кресел. Демоны сильно отличались друг от друга, но некоторые общие черты у них все же были. Необыкновенно острые уши, глаза, похожие на волчьи, когти вместо пальцев на руках и ногах, крылья из тонкой кожи, заросшие шерстью бедра и белые острые зубы. Поскольку Тула заставила их одеться прилично, их самых важных атрибутов не было видно, чем часть собравшихся была довольна, другая же – разочарована.

– Позвольте мне представить их, – сказала Тула и показала сначала на демона с косматыми темно-зелеными волосами, свисавшими с мускулистых плеч вниз. – Это Астарот. В подземелье, который народ называет адом, он герцог. Но вообще-то он падший ангел, подобно Люциферу. Хотя и не был архангелом.

Собрание почтительно молчало. Силье в удивлении подняла брови.

– Следующий, – произнесла Тула, показав на демона с огромными закрученными воловьими рогами, – Ребо. Когда-то он был стражем врат рая вместо святого Петра и пропустил падшую женщину, которая не имела права находиться на небесах. В наши дни мы понятие греха рассматриваем несколько иначе, но в те времена грех наказывали строго. Поэтому Ребо был изгнан на землю.

Силье слушала ее с таким вниманием, что даже подалась вперед в кресле.

– Третий мой друг – Лупус, – сказала Тула, указав на демона с длинными, спускающимися за спину ушами. Он может напускать на людей болезни и совершенно не понимает шуток. Впрочем, они все не позволяют шутить над собой. Четвертый же, Аполлион, один из самых сильных среди демонов. Некогда он выступил против бога Аполлона и был за это осужден. Прекрасные оленьи рога, в действительности, пародия на лиру Аполлона, но, мне кажется, они ему к лицу.

В зале раздались аплодисменты, и в благодарность за них демоны встали во весь рост.

Силье была взволнована. Когда все уселись на свои места, она осталась стоять.

– Тула, – промолвила она, почти затаив дыхание. – Эти имена… Я узнаю их!

– Правильно, – улыбнулась Тула. – Поэтому они охраняют меня, поэтому они были в Гростенсхольме.

– Почему? – спросил Тенгель Добрый.

– Неужели ты не помнишь, Тенгель? Или ты не слышал, что тогда сказала Ханна?

Силье воскликнула прежде, чем он успел ответить.

– Заклинание Ханны надо мной, когда я умирала в кровати роженицы! Тогда она быстро произнесла имена демонов… Среди них были и имена этих четырех, Тула!

– Правильно! Ханна хотела, чтобы ребенок появился на свет, и чтобы его защищали. Этим ребенком была Лив. А кто был первым из Людей Льда в Гростенсхольме?

– Лив, – тихо произнес Тенгель. Взволнованная Лив встала со своего места.

– Вы полагаете, что меня защищали… эти четверо?

– Все время, пока ты жила в Липовой аллее, ты была в безопасности. Но они не пошли за тобой, когда ты вышла замуж в первый раз. Они знали, что ты вернешься. Ты вышла замуж за Дага Мейдена и остальную часть своей жизни провела в Гростенсхольме.

– А потом? – спросила ошеломленная и заметно потрясенная Лив. Она была сильной, собранной женщиной, но сила ее действовала лишь в земной жизни. Все сверхъестественное, присущее Людям Льда, ей было недоступно. – Что потом, после моего времени?

– Им было хорошо там, – улыбнулась Тула. – Они находились там, когда жили Таральд, Маттиас и Ирмелин. После нее пришел Альв, а затем Ингрид. Ингрид и Ульвхедин не раз встречались с ними, не так ли?

Оба подтвердили этот факт, но они полагали, что эти четверо представляли серых людей.

– Это было прекрасное время, когда вы жили там, так говорили демоны, – заявила Тула. – Им нравится быть у Людей Льда. Помните, быть добровольными покровителями этих людей! Не слугами, этого они не могли себе представить. В этом случае вы совершили бы грубейшую ошибку. И вдруг какое-то время Гростенсхольм оказался пуст. Мои друзья стали томиться от скуки, они ждали прихода следующего потомка Людей Льда.

– И мы пришли, – выдохнул Хейке. – Винга и я. Мы должны были изгнать Снивеля и, снова вызвав серых людей, получили возможность увидеть четырех демонов, которые никогда не были серыми людьми. Затем пришла Тула. Что тогда произошло?

– Четыре моих друга знали, что Гростенсхольм потерян. Они не захотели больше оставаться там. Когда я впервые пришла туда, они меня искали и сами явились ко мне…

Тула не сказала, в какой связи она была с демонами, но кое-кто в зале догадывался.

– Они любят меня и вместе нам хорошо. Откровенно говоря, я нахожусь в их власти, но ничего не имею против этого. Я только хочу жить своей жизнью. Когда нас покинул мой любимый муж, Томас, мне нечего было больше делать на этом свете. Нам с Хейке не удалось уничтожить духовную силу Тенгеля Злого в долине Людей Льда.

– Да. И твои четверо друзей, Тула, – прервал ее Хейке, – пришли туда. Я думал, что они навеки привязаны к Гростенсхольму. Их появление в долине буквально поставило меня в тупик.

– Но они спасли нас от злой силы, не правда ли?

– Абсолютная истина!

– Все это свидетельствует о том, сколь сильны они в действительности. При желании они могут перемещаться во времени и пространстве. И вместе они обладают силой, способной одолеть мощь мышления Тенгеля Злого. Поодиночке они, возможно, не смогли бы справиться с этим. Впрочем, этого нам знать не дано. В борьбе против живого Тенгеля Злого у них, возможно, возникнут проблемы, потому что сейчас он представляет собой первозданную силу зла. Но тогда они общими усилиями смогли заставить его снова уйти в подземелье и освободить нас.

– Это случилось только потому, что ты была там, иного я себе и не представляю, – заметил Хейке.

– Пожалуй, – улыбнулась Тула.

Хейке некоторое время сидел молча, вспоминая тот ужасный момент на скале в долине Людей Льда. Как Тенгель Злой сбил его с ног и нанес ему смертельную рану. Как это маленькое отвратительное существо набросилось на Тулу. И тут раздался шум, хлопанье огромных крыльев вокруг Тенгеля. Его бессильное бешенство. Крики. Свирепые и разъяренные Тенгеля. Предостерегающие, агрессивные, исходящие от четырех демонов. Замирающие возгласы разочарования, когда он исчез…

Тула сказала:

– Я по собственному желанию отправилась в Гростенсхольм. Там меня встретили мои четыре друга и, не говоря ни слова, препроводили меня сюда. Здесь их постоянная резиденция. Мне здесь фантастически хорошо. Даже лучше, чем играть на арфе в небесах! Из-за моей дьявольской судьбы мне нигде не будет лучше, чем здесь. И мои четыре друга, сами по себе не очень-то разговорчивые, сообщают всем вам, что вы можете рассчитывать на их поддержку в нашей борьбе. На все сто десять процентов!

Тенгель Добрый встал.

– Мы сердечно благодарны вам.

Из потомков Тулы никого вызывать на подиум не стали, ни шалопая-сына Кристера, ни его дочь Малин, ни ее сына, доктора Кристоффера Вольдена. Но Марко спустился вниз, чтобы пожать руку своей приемной матери Малин. Ветле попросили подняться, чтобы все посмотрели на него. Мари, Йонатан и Карине также встали со своих мест, затем пятеро детишек Мари (она была очень горда этим), трое озорников Йонатана: Финн, Уле и Гро. И тут наступила очередь Габриэла.

Он поднялся, как и все другие, но Тула жестом пригласила его наверх.

Она положила руку ему на плечи:

– Перед вами сейчас стоит еще один участник той пятерки, представляющей передний фронт нашей борьбы. Мы заверили его мать Карине в том, что с ним ничего не случится. Габриэл будет собирать всю информацию и рассказывать обо всем, что произойдет во время этой жестокой борьбы, если никто другой не выживет. Ульвхедин отвечает за то, чтобы ни один волосок не упал с его головы.

В зале было очень тихо. Габриэл догадывался о том, что думают присутствующие: «Он же слишком молод! Еще дитя!»

Но Тула заговорила снова:

– Мы выбрали ребенка именно потому, что не знаем, сколько продлится борьба. Свидетель должен пережить ее. Габриэл, ты и те четверо, которые сидят в первом ряду, будете вновь вызваны позднее на великую церемонию посвящения.

Он спустился вниз, а Тула продолжала:

– Благодаря путешествию Тувы и Натаниеля назад во времени мы узнали историю родителей Тенгеля Злого. Его отец был японским мастером-колдуном, а мать шаманкой из какого-то неизвестного сибирского племени. Мы знаем, как они путем очень сложных колдовских ритуалов пытались создать ребенка. И им это блестяще удалось. Их сын Тенгель, будучи еще ребенком, убил своего отца. Видимо в связи с этим дьявольским деянием, клан был изгнан на запад. Но они овладели искусством колдовства задолго до этого события.

Из зала прозвучало подтверждение этому.

– Когда Тенгелю исполнилось четырнадцать лет, они добрались до берегов Карского моря и некоторое время жили в Таран-гае. Там у него родился первый ребенок, не имевший ничего общего со всем этим, поскольку появился на свет еще до того, как Тенгель Злой нашел источник зла. Впоследствии у него появился еще один сын, ставший прародителем исчезнувшей ветви рода Таран-гайцев.

Сегодня большинство из них находится здесь вместе с нами, что является для нас огромной радостью. Позднее мы послушаем их рассказы.

Она почтительно приветствовала таран-гайцев. Эти существа небольшого роста, пришедшие с востока, тут же ответили ей, встав с мест и отвесив низкий поклон.

– Мы очень хотим послушать их истории, – добавил Марко.

Тогда все они повернулись к нему и поклонились еще глубже.

Поняв, что церемония представления участников может превратиться в бесконечный обмен любезностями, Тула завершила ее:

– Друзья, мы уже давно здесь сидим. Думаю, нам пора передохнуть. Если желаете, можете погулять по освещенным залам, добро пожаловать. Когда перерыв закончится, вас пригласят снова занять свои места. Здесь вы в полной безопасности. Тенгелю Злому это место неизвестно, поэтому мы и выбрали его для нашей встречи.

– Разумно, – заметил Хеннинг. – Ни за что на свете мы не забудем этой ночи. Но демоны в лошадиных образах? Кто они?

Тула объяснила:

– Едва ли вам следует называть демонами этих столь милых существ. И не думайте, что они слуги. Они живут здесь в горе вместе со многими другими созданиями. И мы можем удостовериться в том, что они – прекрасные хозяева, с удовольствием делающие все для того, чтобы ваше пребывание здесь было приятным.

Гости благодарно улыбнулись мягким, синим созданиям, скромно опустившим глаза.

– Особо дружески они относятся к Людям Льда. Знаете почему?

Нет.

– Потому, что они духи зверей и их покровители. А Люди Льда всегда относились с большим пониманием к животным.

Это была правда. Габриэл сейчас уже смотрел на человеколошадей иными глазами. Теперь он понял, почему они выглядели такими. Понял и то, почему он с первой минуты испытал теплое чувство общности с ними.

Боже, как они ему нравятся!

– Не желаете ли немного прогуляться? – воскликнула Тула с величественным достоинством хозяйки.

Постепенно присутствующие стали покидать зал. Сначала опустели нижние ряды. Габриэл, надеявшийся увидеть тех, кто скрывался на верхних рядах, был лишен этой возможности, так как Тула увела с собой всех членов рода Людей Льда норвежского происхождения в огромный зал, служивший, видимо, местом проведения торжественных церемоний.

Никогда раньше не видел он такого блестящего светового великолепия! С потолка, покрашенного синей и золотой эмалью, свисали, заполненные светом, прелестные лампы с декоративными коронами из алебастра, переливаясь пастельно-голубыми оттенками. А мебель в зале… Белые диваны, которыми Габриэл у себя дома не смог бы пользоваться, не доводя маму Карине до сумасшествия, потому что не думал ни о чем, залезая на диван в сапогах, или закусывая бутербродом с вареньем на самой прекрасной софе. Все в зале было столь необыкновенно элегантным, что у него почти заболел живот. Такое иногда случается, когда человек видит перед собой совершенную красоту.

Стены были покрашены голубой краской, несколько темнее той, которой был покрыт потолок, а вдоль них была со вкусом расставлена мебель белого и желтого цвета. Габриэл слышал восхищенные вздохи присутствующих в группе женщин.

Тула показывала и рассказывала.

Они обошли другие залы и, наконец, вернулись к залу заседания, не увидев никого из мистических существ с дальних, скрытых рядов.

Габриэл воспользовался случаем и заглянул в «аудиторию», как можно было бы назвать сейчас помещение, где они заседали. Огни там горели вовсю, однако зал оказался совершенно пустым. Внутри не было ни души!

И Габриэл вынужден был унять свое любопытство.

Когда он поспешил догнать остальных, то услышал, как Мари сказала, обращаясь к Эллен:

– Твою покровительницу зовут Виллему?

– Да, но ведь это все равно. Важно, что они обещали помочь нам, если мы их попросим.

– А у меня – Ингрид, – задумчиво произнесла Мари. – Как ты думаешь, нельзя ли мне попросить у нее денег? Нам сейчас живется трудно.

Габриэл не стал слушать дальше. «Говорить о деньгах в такой обстановке, – подумал он, – слишком мелочно. Но что возьмешь с Мари. Она всегда была такой непохожей на остальных Людей Льда. Добрая, пугливая, как многие представители рода, но интересы ее казались столь ограниченными».

Тула вела их дальше, а они смотрели и дивились всему.

Библиотека выглядела так, словно в ней была собрана литература всего мира. Музыкальная комната, комната для игр… Все было прекрасно! Не удивительно, что Туле жилось здесь хорошо!

Ее спальня оказалась настоящей мечтой! Габриэла охватило почти непреодолимое желание броситься на огромнейшую кровать, покрытую изысканным шелковым одеялом. Он увидел, что во взгляде некоторых женщин появилась некая лукавость, но Габриэл был еще слишком молод, чтобы понять, что означает такой взгляд. Однако ему показалось, что кровать безмерно широка!

Случилось это в одном из освещенных коридоров. Естественно, они видели темные проходы, уходившие вглубь к таинственным дверям, которые вели неведомо куда, а посему безумно интересные. Но Габриэл прекрасно помнил сказанное Тулой: туда входить нельзя!

Кое-кто пренебрег этим предупреждением. Йонатан вдруг спохватился:

– Где мои окаянные сорванцы?

Все осмотрелись. Точно! Финн, Уле и Гро исчезли.

– Разве у них нет покровителей? – с укором в голосе произнесла Мари.

– Только не здесь внутри, – ответил Ветле довольно угрюмо. – Здесь они были бы в безопасности, если бы следовали всем правилам.