Текст книги "Венец на двоих (СИ)"
Автор книги: Лариса Куролесова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 37 (всего у книги 50 страниц)
– Капитан, необходимо установить негласное наблюдение за столичными владениями Дома Игрен, – начала королева и постепенно рассказала Дигсу о визите Эллевии, ее оригинальном появлении в столице и предложении.
На лице начальника гвардейцев появилось задумчивое выражение. Он явно взвешивал возможности. С того момента, как стало ясно, что королеве из столицы уже не выбраться, Мортон Дигс стал необыкновенно суров, поскольку практически никто не сомневался, что рано или поздно войска Домов Стелл и Игрен войдут в столицу. Мысль о том, что Ильтеру ан’Койр еще можно вывезти куда‑нибудь на север на безопасное побережье, ему явно пришлась по душе. Но вслед за ней пришло осознание того, кто сделал ее величеству столь щедрое предложение. Тера прямо видела отражавшуюся на лице воина внутреннюю борьбу. Похоже, он, как и сама королева, сомневался в искренности любого из представителей Дома Игрен.
Ильтера не вмешивалась в процесс размышлений капитана, ожидая, что он сам придет примерно к таким же выводам, что и она. Как бы Мортону Дигсу ни хотелось обезопасить вверенную его заботам королеву, он не станет рисковать: предложение Эллевии Игрен может оказаться ловушкой. Правда, странно, что Даллара – известная любительница хитроумных комбинаций – поставила столь ясно видимый капкан. Но она также вправе рассчитывать, что никто не поверит в эту поверхностную ловушку. С другой стороны, возможно, Эллевия все же говорит правду и искренне предлагает Тере путь к спасению. Похоже, так и не придя ни к какому определенному выводу, капитан тяжело вздохнул и заявил, что приказ о негласном наблюдении ему понятен, а также он попросит своих людей следить за молодой леди Игрен и всеми, кто будет приходить к ней в гости.
– Согласен с вашим величеством, что вряд ли женщине под силу в одиночку ускользнуть из расположений войска и каким‑то тайным ходом пробраться в город, – забывшись, Дигс сделал несколько шагов вперед и ужасно смутился, когда понял, что ошметки грязи с его сапог осыпались на ковер. – Но у городских владений Дома Игрен множество входов и выходов, и я подозреваю, что о некоторых из них знают только члены семьи. Если леди Эллевия или кто‑то из ее гостей решит ускользнуть или, напротив, оказаться в доме незамеченным, у них, вероятно, это получится…
– Если ей нечего скрывать, то она и прятаться не станет, – отрезала королева. – В противном случае мы будем, по крайней мере, знать, что среди нас враги. Пусть гвардейцы усилят патрули в окрестностях дома Даллары Игрен. Мы не можем позволить, чтобы по столице свободно разгуливали люди, которые могут в любой момент впустить сюда отряды мятежников. Как ты понимаешь, силой заставить леди Эллевию переехать во дворец, где за ней будет удобнее присматривать, я тоже не могу. Да это было бы бессмысленно: в любом случае, ее загадочный спутник или спутники остались бы на свободе.
– Вы правы, ваше величество, – капитан поклонился. – Гвардейцы вас не подведут!
Лишь когда он ушел, Ильтера вспомнила, что собиралась еще попросить деликатно поискать Эчиелле. Впрочем, она вряд ли смогла бы сформулировать все так, чтобы не удивить капитана Дигса. Он и так был изрядно озадачен таинственной личностью сначала маскировавшегося мага. Некоторое время капитан подозревал в нем засланного шпиона, затем постепенно стал находить его довольно полезным и даже проникся к чародею чем‑то вроде уважения. Но Мортон Дигс все еще недоумевал, откуда взялся Эчиелле и каким образом так быстро оказался рядом с королевой. Разумеется, сплетни среди гвардейцев он пресекал в резкой форме, однако многие полагали, что с ее стороны немного… опрометчиво приближать в отсутствие короля постороннего мужчину, о личности которого его величество, скорее всего, не был осведомлен.
К счастью, Сора Талит также правила своим хозяйством твердой рукой, и уж она‑то точно знала, что при всех своих визитах Эчиелле в королевской постели не ночует. Это спасало королеву от косых взглядов, а однажды она краем уха слышала разговор двух служанок, одна из которых жаловалась другой, что за излишне длинный язык ее пригрозили не только уволить, но и выпороть. Тера не сомневалась, что у Соры ни на мгновение не дрогнет рука пройтись ремнем по спине строптивой болтушки. Что бы ни случилось между их величествами, распорядительница дворца не намерена была позволить просочиться наружу даже капле ненужных слухов.
Тем не менее Ильтера избегала лишний раз привлекать внимание к Тайрису, по поводу которого у окружающих имелось больше вопросов, чем ответов. Эчиелле есть Эчиелле – возможно, он даже свое исчезновение запланировал специально, чтобы на какое‑то время избавить племянницу от сплетен. Опасаясь худшего, она тем не менее надеялась, что Тайрис все‑таки сам где‑то затаился, а не попал в руки неприятеля, который некоторое время назад с оскорбительной легкостью превратил их из охотников в добычу. Во всяком случае, то, что ей Эчиелле не оставил никаких подсказок по поводу того, где его искать, можно было истолковать двояко. Возможно, у него не осталось шансов известить племянницу о неприятностях, а может, он не хотел, чтобы его нашли, планируя вскорости вернуться. А раз у Ильтеры и без него хлопот выше головы, то пока она будет придерживаться второго варианта. И, когда Тайрис заявится в столицу, уж она найдет для него несколько «приятных» слов, которые порядочным дамам, а тем более – королевам знать не полагается!
Тера снова со вздохом взялась за бумаги, хотя ей понадобилось некоторое время, чтобы собраться с мыслями. Кто‑то из помощников канцлера докладывал, что на одном из продовольственных складов испортились две бочки с солониной, и просил выделить чародеев, чтобы они сплели защитные заклятья вокруг остальных. Другой излагал свои соображения, как лучше заблокировать северные ворота, которые, откровенно говоря, давно уже нуждались в замене подгнивших створок. Третий требовал заменить патрули ополчения на гвардейские – якобы на первых было слишком много жалоб от жителей столицы. На первом документе Ильтера поставила подпись и тут же послала Маралину Истану магическое послание, в котором попросила послать нескольких магов на продовольственные склады. Весной часть продуктов всегда портилась, однако, если они не хотят начать голодать еще прежде, чем начнется лето, нужно было позаботиться об остальном. Мысли второго из докладчиков королева изучила внимательно, но нашла их несколько несвоевременными: он предлагал полностью заменить привратный комплекс, что, конечно, было невозможно проделать на глазах у осаждающих войск. Третий доклад Тера просто отложила в сторону. Насколько ей известно, ни у кого, кроме мародеров и прочих любителей поживиться за чужой счет, не было повода пожаловаться на ополчение, а многие просительницы, приходившие к ней лично, напротив, благодарили за то, что люди Уорена дополнительно их охраняют. Нужно рекомендовать писарю – доброхоту, чтобы жалобщиков направляли прямо к ней – она может потратить пару минут на то, чтобы растолковать им нынешнюю политику трона!
Она как раз придвинула к себе новую стопку неряшливо исписанных листков, когда ее внимание привлек какой‑то шум в коридоре. Ильтера поднялась, но не успела сделать и пары шагов, как в распахнувшуюся дверь буквально ввалился один из ополченцев с полубезумными глазами. Пытавшиеся удержать его гвардейцы едва ли на не руках висели у этого великана, что, казалось, его ничуть не смущало.
– Ваше величество, штурм! – выдохнул он, одним движением широченных плеч стряхивая караульных, словно натасканный волкодав – месячных щенят. – Войска Дома Стелл пошли на южную стену!
– Так деритесь, во имя Отца – Неба и трех богинь! – рявкнул на него командир караула, немало смущенный тем, что мимо него оказалось так легко пройти (и, наверное, жалеющий о том, что им запрещено применять оружие против ополченцев). – Ее величество запрещено отвлекать!..
– Кем запрещено? – под ее ледяным взглядом гвардеец смутился еще больше. – Не припомню, чтобы я отдавала подобное распоряжение! Сержант, немедленно отправьте кого‑нибудь вниз – пусть седлают коней!
Не дожидаясь караула, она зашагала по коридору в свою спальню. За ней тут же пристроились гвардейцы, один из которых, обогнав группу, помчался к лестнице исполнять приказание королевы. Следом топал, тяжело сопя, верзила – ополченец, на которого сержант взирал с холодной суровостью, что, впрочем, не производило на здоровяка ни малейшего впечатления. Поворачивая в очередной коридор, королева мельком подумала, что надо будет отчитать капитана Дигса: распорядившись не беспокоить ее величество, он определенно перешел все рамки своих полномочий!
За горничными Ильтера не послала и едва не пожалела об этом, с трудом справившись с жемчужными пуговицами «домашнего» платья. Быстро облачившись в штаны и стеганую куртку, королева дополнила «боевой» наряд удобными прочными сапогами и выскочила к ожидающим гвардейцам. Может, она и задержалась слегка, переодеваясь, зато к ее появлению в конюшне все уже было готово, и вскоре кавалькада из королевы с почетным эскортом, подкрепленным неловко сидящим на чалом мерине здоровяком – ополченцем, галопом помчалась по опустевшим эрнодарским улицам на юг – туда, где город уже штурмовали. Кажется, у Канара Стелла, наконец, кончилось терпение!
Глава 26
– Лучники, по бегущим – залп! Вторая линия – залп! Третья линия – залп!
Ни первой, ни второй, ни третьей линии лучников Ильтера не видела, да и защитники столицы их не соблюдали, натягивая луки так быстро, как подбирали стрелы. Южная стена отбила очередную атаку, падающие со стены и под стеной люди в одежде цветов Дома Стелл бежали прочь, стараясь как можно быстрее оказаться вне досягаемости выстрелов.
Королева устало прислонилась к зубцу стены, окинув защитников беглым взглядом. За сегодня это был уже четвертый штурм, и, казалось, им не будет конца. У Канара, вероятно, где‑то размещен резерв, раз он так разбрасывается людьми. По расчетам королевы, с начала штурмов Дом Стелл потерял уже более полутора тысяч бойцов убитыми и ранеными. Если бы она решилась стянуть на южную стену больше солдат и гвардейцев, то, возможно, им удалось бы нанести больший ущерб атакующим. Однако, насколько Ильтера знала Канара, для него такое ослабление остальных стен Эрнодара стало бы драгоценным подарком. Может, он и великий военачальник, но хитрости его ярко освещены всеми тремя лунами, и королева не собиралась попадаться в такую простенькую ловушку.
– Прекратите стрелять! – приказ прокатился по рядам, и лучники опустили оружие.
– Поберегите огонь! – пошатывающиеся от усталости маги чуть ли не попадали, где стояли.
Кинув еще один взгляд вдогонку бегущим, Ильтера ан’Койр опустилась на предусмотрительно подставленный ей кем‑то из гвардейцев табурет и осмотрелась. С тех пор, как три дня назад войска Канара Стелла начали штурмовать стены столицы, защитники южной стороны почти не спали. Королева дважды распоряжалась сменить людей, но часть гвардейцев и ополченцев, которые должны были отдыхать, возвращалась на стену. Тера устала прогонять их, тем более что каждый новый приступ оказывался яростнее предыдущего. Складывалось ощущение, что Канар намерен взять защитников столицы быстрым натиском.
Счастье еще, что пока армии Домов Стелл и Игрен не применяли осадные катапульты, стоящие наготове. Пока лорды – мятежники еще сохраняли надежду оставить стены Эрнодара в неприкосновенности – они предполагали, что им придется засесть в них и защищаться или от равианской армии, или от возвратившегося короля, если он все же одержит верх в военном противостоянии. У Канара было достаточно здравого смысла, чтобы, пока оставался хоть малейший шанс одержать победу, не прибегая к помощи катапульт, пытаться атаковать только человеческими силами.
На всякий случай Ильтера по привычке, приобретенной во время рейдов на границу, предупредила магов, что, возможно, им придется поддерживать щит против камней из катапульт, но сейчас все были уже так измотаны, что, пожалуй, вряд ли справились бы даже с этой несложной задачей. Она сомневалась также и в том, что ей удастся создать достаточно сильную защиту – во всяком случае, для этого ей требовался более долгий отдых, чем пара часов беспокойного сна на холодной стене, завернувшись в собственный плащ. Большинство магов были в точно таком же состоянии, измотаны атаками и напряженным ожиданием, да и, говоря откровенно, мало кто из оставшихся в столице чародеев мог хотя бы сравниться с королевой в силе – за исключением Маралина и Эчиелле. Остальные считались намного слабее, не говоря уже о том, что никогда не имели даже намека на боевой опыт. Истан, правда, тоже впервые участвовал в войне, однако много лет активной магической практики помогали ему быстро приобретать нужные навыки.
– Ваше величество… – миловидная девушка в слегка запачканном переднике неловко сделала реверанс, и Ильтера с усталым удивлением обнаружила у себя в руках миску горячей каши и ложку.
Во время осады на сопротивление работали не только солдаты, ополченцы и гвардейцы, но и мирное население. Поскольку армейские повара вместе с остальными воинами стояли на стенах, горожанкам пришлось временно стать кухарками. Каждый раз, когда наступало затишье, на стены поднимались женщины, которым мужчины помогали затащить огромные чаны с едой. Неожиданно обнаружив у себя волчий аппетит, Тера приступила к еде, глядя, как остальные защитники тоже набрасываются на горячую кашу. Сновавшие тут и там женщины и девушки всех возрастов – некоторые совсем еще девчушки или, наоборот, почтенные пожилые матроны! – раздавали щедро сдобренное мясом варево в мисках и ложки. Среди них было немало жриц в красных и желтых облачениях – помимо купчих, торговок и прочих жительниц столицы, Храмы Элерры и Кверион тоже присутствовали на стенах. Жрицы не могли ни драться, ни исцелять, однако трудились при приготовлении и раздаче пищи и, когда их просили, помогали возносить молитвы.
– Сержант! – негромко позвала Ильтера.
Один из гвардейцев из ее караула тут же поднял голову, отставляя миску. Тера с удивлением узнала того самого смущавшегося молодого парня, который несколько дней назад – целую вечность назад! – пытался не допустить до нее ополченца, доложившего о первом штурме.
– Пошли кого‑нибудь из людей проверить, чтобы женщины тоже ели, – она махнула ложкой в сторону поварих, снующих между солдатами.
Во время таких осад женщины чаще всего уступают свои порции еды воинам, забывая о том, что они тоже вносят свою лепту в защиту стен. Если через пару дней они начнут падать от истощения, гарнизон лишится горячей пищи. Сержант понимающе кивнул и подозвал к себе парня из караула.
Кроме поварих, между солдатами и ополченцами сновали лекари, которым и вовсе было не до отдыха. Увидев серое от усталости лицо Микара Рохнея, Ильтера подумала, что и его неплохо бы отправить отдыхать. Во время атак большинство лекарей занимали места в строю лучников, отступая лишь тогда, когда штурмующие уже лезли на стены. Они понимали свою бесполезность в ближнем бою, однако могли вовремя отвлечь врага или даже убить его длинным ножом, входящим в стандартное вооружение боевого целителя. В силу особенностей профессии лекари хорошо знали, куда нужно воткнуть оружие, чтобы атакующий уже не поднялся.
Помимо обычных солдатских курток, которые носили подчиненные Микара, тут и там мелькали зеленые одеяния манниарийцев. Жрицы третьей луны исцеляли травами, и их помощь порой была неоценима. Королева и сама порой выпивала чашку бодрящего отвара, щедро сдобренного медом. За собственным сундучком со снадобьями ей было некого послать, да и бесполезно: Ильтере бы пришлось выбирать, присоединиться к травницам или продолжать поддерживать защитников магическим огнем, и второе сейчас казалось ей более полезным.
На стену поднялись и чародеи – те из них, кто на сегодня остался без места на укреплениях или был сменен накануне. Каждый вечер Ильтера, не отходя от южной стены, составляла списки тех, кому надлежало оставаться внизу, поднимаясь по лестницам лишь после штурмов. Чародеи наверху поддерживали защитников огненными шарами и стрелами, разбрасывающими атакующих в стороны. Они были расставлены по всему периметру на примерно равном расстоянии друг от друга, и во время атак быстро оказывались там, где люди Дома Стелл намечали прорыв, не оставляя без внимания и собственные участки обороны. А те, кто не дежурил, после боя предлагал свои услуги целителям, хотя многие из них смыслили в лечение еще меньше, чем в военном деле.
К сожалению, кроме лекарей, жриц и магов, были сформированы и «похоронные» бригады. Как ни странно, именно они наиболее сплотили солдат регулярной армии и гвардейцев с ополченцами. Сначала Ильтера планировала назначать «похоронников» только из людей Бейрана Уорена, но потом поняла, что солдаты хотят сами участвовать в погребении своих товарищей. Одно дело – фыркать друг на друга, встречаясь патрулями на улицах города (гвардейцы и ополченцы недолюбливали друг друга по вполне естественным причинам: первые считали вторых разбойниками и отщепенцами, а вторые первых – высокомерными выскочками, многие из которых к тому же в свое время участвовали в «зачистке» неблагополучных районов), а совсем другое – драться плечом к плечу и потом вместе хоронить погибших. Смешанные бригады осторожно спускали со стены покойников.
Глядя, как солдаты и ополченцы переносят по лестницам тела, завернутые в окровавленные плащи, Ильтера чувствовала почти физическую горечь. В первые дни штурмов им удавалось отбить атаки, прежде чем воины мятежников оказывались на стенах, и среди защитников Эрнодара были лишь раненые, которых исцеляли лекари или жрицы Манниари. Тела воинов мятежной армии, оставшихся под стеной, сжигали магическим огнем – иначе столица скоро начала бы задыхаться от вони гниющих трупов. Но сегодня люди Дома Стелл уже дважды поднимались на стену, и защитники были вынуждены вступить с ними в ближний бой. Тера, разумеется, ни разу не взялась за свой меч: едва становилось понятно, что враги вот – вот прорвутся, кольцо гвардейского караула смыкалось вокруг нее так плотно, что она даже с трудом видела происходящее. Сейчас среди тел, лежащих на стене, были и двое из ее личной охраны, и королеве вдруг остро захотелось расплакаться…
– Ваше величество, какие будут распоряжения по поводу мертвецов Дома Стелл? – Бейран Уорен остановился напротив Ильтеры, и ее утомленный караул даже не пошевелился, хотя обычно при приближении командира ополченцев гвардейцы выразительно клали ладони на рукояти мечей.
Верзила по – прежнему чувствовал себя неловко в обществе королевы, но сегодня, казалось, слишком устал, чтобы смущаться. Судя по его угловатому лицу, он тоже мало отдыхал, а когда не стоял где‑нибудь на стене, обязательно работал с похоронной бригадой, помогал женщинам с тяжелыми чанами или бегал к кострам за горячей водой для отваров травниц.
– Сбросить за стену и сжечь, – без колебаний произнесла Ильтера. – Никаких могил для мятежников!
Уорен молча кивнул, в его глазах на секунду мелькнуло одобрение. Время взаимных реверансов кончилось, и королева не собиралась ни в чем отступать перед противником. По его сигналу похоронные бригады принялись переваливать через зубцы стены тела в одежде цветов Дома Стелл. Вскоре на стене остались только пятна крови и усталые защитники Эрнодара, а покойники, разделенные на «своих» и «чужих», отправились в последний путь, каждый своей дорогой. Тера прислушалась к удаляющемуся пению жриц – они молились о том, чтобы выполнившие долг солдаты быстрее и легче поднялись к Отцу – Небу и трем богиням.
– Ваше величество, вам нужно отдохнуть, – она и не заметила, как рядом с ней оказался Мортон Дигс.
– Капитан, ты считаешь, что я смогу заснуть при таком шуме? – насмешливо поднятые брови дались ей с изрядным трудом.
Командир дворцовой гвардии удивленно сморгнул, как будто не сразу понял, о чем говорит королева. Он, очевидно, собирался препроводить ее во дворец и передать на руки заботливой Соре Талит, а сам потом вернулся бы к бойцам (ну разумеется, ему‑то, как и остальным мужчинам, отдыхать не надо!). Но Ильтера не собиралась покидать военных позиций. Она уже убедилась в том, что в присутствии королевы солдаты и ополченцы сражаются лучше. Разумеется, они и без нее стали бы драться за Эрнодар, словно львы, однако ее присутствие давало им дополнительный стимул. Тера не собиралась прятаться за спинами своих людей, как это делал Канар!
– Вряд ли Дом Стелл еще раз атакует сегодня, – капитан Дигс решил зайти с другой стороны. – Вы вполне можете поспать пару часов. Если не жалеете себя, подумайте о своих людях. Им будет неприятно увидеть, если вы упадете от усталости!
– Надеюсь, что не упаду, – Ильтера поднялась с табурета, стараясь не показать, сколь многих усилий ей это стоило. – Капитан, смени гвардейцев в моем карауле и прикажи привести лошадей. Я объеду город, а потом, так и быть, немного посплю, если к тому времени Дом Стелл не предпримет новой атаки. Если же это случится, ты немедленно пошлешь за мной. Это приказ!
Мортон Дигс медленно кивнул, хотя явно не обрадовался такому решению. Но, по крайней мере, он должен удовлетвориться тем, что хотя бы ненадолго удалит ее величество с наиболее опасного участка стены. Ильтера направилась к лестнице, а капитан за ее спиной принялся распоряжаться об эскорте.
Королева спускалась медленно, надеясь, что со стороны не выглядит так, словно вот – вот рухнет с лестницы. Гвардейцы, назначенные в почетный караул, быстро окружили ее, а один из них на удивление быстро помчался вниз по ступеням, чтобы распорядиться о лошадях. Механически переставляя ноги, Тера на мгновение задумалась, сможет ли она усидеть в седле. Но особого выбора она себе не оставила. Кроме того, у нее не было ни малейшего желания нарушать установленные традиции – королева по – прежнему каждый день объезжала столицу. Ее приветствовали со стен, узнавая даже в простой одежде. Несмотря на то, что вокруг было полно мужчин, гораздо лучше Ильтеры ан’Койр разбиравшихся в правилах ведения войны и осады, она все еще возглавляла оборону города. Пока люди видят ее, они могут, по крайней мере, надеяться.
Гнедая Нарна с удивлением покосилась на хозяйку, когда та несколько неловко влезла в седло с помощью подставленной скамеечки и гвардейца, придержавшего стремя. Кобылка привыкла к тому, что ее наездница более уверенно управляется с поводьями, но, фыркнув, отвернулась, убедившись, что всадница ей знакома. Ильтера вежливо подождала, пока ее эскорт поднимется в седла (попутно пытаясь сообразить, удастся ли ей все‑таки достаточно уверенно усидеть на лошади), прежде чем они направились вдоль стены по круговым улицам.
Королеву узнавали уже не только из‑за почетного караула гвардейцев или привычной кобылы, но и в лицо. Она старалась улыбаться в ответ приседающим в реверансах женщинам, кивать мужчинам, которые размахивали руками, приветствуя Ильтеру ан’Койр. Понятливая Нарна неторопливо рысила по улочкам, не пытаясь вырваться за кольцо эскорта. Убедившись, что вылететь из седла ей не грозит, Тера надеялась, что она выглядит достаточно бодрой, чтобы не добиться обратного результата вместо ободрения защитников столицы.
Традиционный объезд королевы проходил с юга на восток, потом по северной стене к западу, где круг замыкался. Войска Домов Стелл и Игрен прочно держались на выбранных позициях, направив острие атак с юга и запада. По всем правилам военной фортификации они окружили город, но на севере и западе «окружение» представляло собой тонкие цепочки, призванные скорее информировать глав Домов о попытке какого‑либо прорыва, нежели остановить защитников города, если им вздумается массово бежать в этих направлениях. Если бы внутри эрнодарских стен располагался достаточный гарнизон, то Канар попытался бы, вероятно, создать видимость, что собирается атаковать чуть ли не отовсюду одновременно, однако в сложившихся обстоятельствах он, похоже, счел это лишним. А может, решил, что не стоит проверять, как дерутся загнанные в угол, отчаявшиеся люди, оставив им небольшую лазейку для отступления в случае окончательного разгрома.
По еще одной сложившейся традиции гвардейский эскорт негласно провожал десяток ополченцев. Ильтера не имела ни малейшего представления, как Бейрану Уорену удалось договориться с Мортоном Дигсом, но две части ее караула друг против друга не возражали. Кажется, наличие ополченцев в «почетной гвардии» пытались скрыть только от королевы: всякий раз, когда она оборачивалась, бравые парни с улицы Мечников смущенно отводили глаза и старательно делали вид, что они едут за ней совершенно случайно, им просто по пути. Неизвестно, от кого они собирались охранять Ильтеру в стенах столицы, но она скорее была рада тому, что две части ее импровизированной армии перестали шипеть одна на другую, словно пара рассерженных кошек. Кроме того, когда сегодня две атаки прорвались на стену, ополченцы образовали дополнительное кольцо заслона перед ее гвардейцами. Сегодня из официального эскорта королевы погибли лишь двое, ополченцам досталось больше.
Она все еще удивлялась, что люди готовы пойти на смерть за нее. Пока жил Майрит, пожертвовать собой ради короля было честью и чем‑то настолько же естественным, как и дыхание. Но Тера никогда не думала, что однажды станет для кого бы то ни было настолько же значимой, как покойный король. Несмотря на то, что их товарищи погибли, держа «кольцо» вокруг ее величества, ни ополченцы, ни гвардия ни словом, ни жестом не выразили ей своего недовольства. Хотя наверняка многие из них думали (по крайней мере, капитан Дигс – точно!), что всем было бы спокойней, если бы Ильтера ан’Койр сидела во дворце и принимала доклады от командующих.
От размышлений ее неожиданно отвлек тяжелый, глухой звук удара, и чародейке показалось, что стена вздрогнула, а мостовая «взбрыкнула». Несколько лошадей, занервничав, встали на дыбы, прежде чем всадники успели тверже перехватить поводья. Нарна просто встала, как вкопанная, тревожно поводя ушами. От этой резкой остановки Ильтера едва не перелетела через голову лошади, в последний момент успев удержаться. За первым ударом почти сразу же последовал еще один. Обостренное магическое чутье без труда подсказало своей обладательнице, откуда пришел сигнал об опасности.
– К западной стене! – резко развернув кобылу, Ильтера пустила ее галопом, перегнав на мгновение растерявшихся гвардейцев.
Ополченцы догнали ее быстрее, хотя держались чуть позади, позволив официальному эскорту снова окружить королеву в кольцо. Петляя по извилистым переулкам, направляясь напрямик, Тера торопила и без того мчащуюся с головокружительной скоростью Нарну. Люди, жавшиеся по сторонам мостовых, тревожно крутили головами, пропускали несущийся мимо королевский эскорт или же, напротив, застыв, смотрели куда‑то на запад, не обращая внимания на то, что происходит вокруг. Лица сопровождающих королеву людей приобрели «каменные» выражения, гвардейцы держались так, словно вот – вот готовы были выхватить оружие, а кое‑кто из ополченцев уже снял с поясов утыканные гвоздями дубины.
По дороге эскорт перегнал несколько отрядов, спешащих к западной стене. Удары становились все чаще, мостовая ощутимо вздрагивала при каждом из них. Не успели они преодолеть и половины пути, как такие же звуки донеслись и с юга. Жалея о том, что не может раздвоиться, Ильтера надеялась, что присутствия на южной стене капитана Дигса и сурового полковника Тари, окажется достаточно, чтобы удержать город от падения. Ей не нужно было подниматься наверх, чтобы подтвердить свою страшную догадку. Канару надоело терять людей: Дома Стелл и Игрен бросили в бой осадную технику. А королева так надеялась еще на несколько дней отсрочки! Да что там дней – сейчас каждый час и каждая минута затишья казались ей подарком судьбы!..
Она буквально слетела с лошади, едва Нарна подскакала к южной стене, и снова на несколько шагов опередила гвардейцев, поднимаясь по лестнице. Наверху командиры, похоже, уже скомандовали лучникам стрелять по мере выбора целей, маги едва ли не перегибались через стену, кидая в атакующих огненные шары, а большинство гвардейцев обнажили мечи, готовясь к рукопашной. Лекари, выпустив еще по одной стреле, отступили назад и взялись за поясные ножи – еще один признак того, что атакующие уже близко. С западной стороны штурмов еще не было, но здесь тоже все знали, что нужно делать. Стену сотряс очередной удар, и Ильтера с некоторым трудом удержалась на ногах, не покатившись вниз по лестнице. Гвардейцы и ополченцы снова окружили ее кольцом.
– Вперед! – сквозь зубы бросила королева, едва сдержавшись, чтобы не начать расталкивать эскорт локтями.
Она оказалась на стене почти одновременно с первыми атакующими, посыпавшимися с осадных лестниц. Швырнув в них огненным шаром, Ильтера потянулась за мечом к поясу, но половина гвардейцев охраны оттеснила ее в сторону, прежде чем она успела даже понять, что сейчас носит лишь длинный нож. Перед ними тут же выросла стена ополченцев, размахивающих своим оружием.
Королеву обступили так плотно, что она даже рук поднять не могла. Впрочем, она бы не решилась прибегать к чародейству в такой плотной людской толпе. В подобных условиях на границе маги брались за оружие и сражались рядом с воинами, но понятно, что Ильтеру ан’Койр никто не допустит до драки, разве что все защитники рядом падут. Она могла только бессильно скрипеть зубами: в лязге мечей и криках умирающих ее эскорт снова крайне своевременно ослеп и оглох – она могла сколько угодно приказывать им пропустить ее или драться, но ее как будто не слышали.
– Сбросьте мерзавцев со стены! – заорал командир отряда, сражающегося на стене. – За ее величество!
Возможно, это было не самой удачной попыткой приободрить бойцов, но Тере снова осталось лишь удивляться тому, как защитники тут же усилили натиск. Воины Дома Игрен, поднявшиеся на стену, быстро растеряли все свои преимущества и откатились назад, к зубцам стены. Ильтера не успела сосчитать и ста ударов сердца, их буквально спихнули вниз, на головы тех, кто еще только карабкался по лестницам.
– Пропустите! – слегка ослабившие бдительность охранники позволили ее величеству выбраться из кольца. – Сержант, когда твои люди стоят настолько близко, я не могу даже создать огненный шар, чтобы не задеть никого из своих!
Мрачный гвардеец, командующий ее караулом, наградил ее величество невозмутимым взглядом и ничего не ответил, но шрам на его щеке немного побледнел. Она, конечно, была для него королевой, но он подчинялся командам капитана Дигса, а тот приказал в первую очередь защищать Ильтеру. Чародейка тяжело вздохнула. Она могла потребовать, чего угодно, и даже накричать на любого из своих защитников, однако это вряд ли изменило бы ситуацию. Ее величеству позволено было прогуливаться по стенам лишь в сопровождении гвардейцев – и никак иначе. В критической же ситуации они сами принимали решения.
