Текст книги "Венец на двоих (СИ)"

Автор книги: Лариса Куролесова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 50 страниц)

Глава 9

– С добрым утром, ваше величество, – женщина, которую Дорнан отлично помнил еще по жизни до отъезда в Тейллер, нервно комкала в руках полотенце, словно не знала, как обращаться с неожиданно высоким гостем. – Завтрак подавать вам в комнату или в столовую леди чародейки?

Кажется, она была главной дворцовой распорядительницей – он не слишком хорошо разбирался в назначениях слуг. Юный принц редко обращал внимание на тех, кто обеспечивал дворец необходимым уютом, но женщина была очень красива, на нее невольно засматривались не только равные по положению, но и гости отца. Правда, во дворце никто не мог сделать неприличного предложения даже прислуге – король бы не потерпел ничего подобного. Интересно, как муж этой красавицы относился к тому, что мужчины не могут равнодушно пройти мимо его супруги? Сора Талит – вот как ее звали! Странно, что она так беспокоится – общаться с королем ей должно быть не в новинку.

– Доброе утро, госпожа Талит, – Дорнан Койр вежливо поклонился старой знакомой. – А где обычно завтракает сама Ильтера?

– В столовой вместе со всеми нами, то есть с прислугой и дежурной стражей, хотя так и не полагается, – Сора слегка зарделась от удовольствия, явно обрадованная тем, что будущий государь ее помнит. – Но я не знаю, будет ли вам там удобно…

– Все, что подходит моему придворному магу, удовлетворит и меня, – улыбнулся он. – Кстати, кто еще живет сейчас в этом доме?

– Сейчас здесь те, кому больше некуда идти или кто не хочет никуда уходить, – госпожа Талит опустила глаза. – После того, как дворец сгорел, мы остались с государем, а теперь… Многие из нас надеются, что мы, возможно, понадобимся новому королю…

– Конечно, понадобитесь, – решительно кивнул Дорнан. – Дворец будет новый, но, надеюсь, что в нем останутся старые друзья. Подавайте завтрак в столовую, госпожа Талит.

Несмотря на возраст, экономка весьма изящно присела перед королем в реверансе и удалилась. Прогуливавшийся по дому своей невесты Койр неторопливо направился к столовой. К счастью, он знал, куда идти, – пригодились прошлые «брачные» визиты. Интересно, почему к нему раньше не выходили слуги – неужели действительно боялись, что после смерти Майрита получат от его сына расчет и приказание больше на глаза не попадаться? Как случилось, что за время отсутствия он стал выглядеть в глазах большинства старых знакомых каким‑то иноземным монстром?..

Каким‑то чудом ему удалось прекрасно выспаться, несмотря на все треволнения прошедшей ночи. Городская стража и гвардейский отряд, прибывшие на место пожара, изрядно опоздали – к моменту их появления дождь уже залил полыхающие остатки дома, не позволив огню перекинуться на другие строения, располагавшиеся довольно близко. Люди, участвовавшие в тушении пожара, ждать вмешательства властей не стали, быстро нырнув по собственным домами. Только ослабевшая от напряжения Тера по – прежнему плакала на груди у будущего мужа, когда из водяной пелены выскочили пятеро патрульных в форме эрнодарских гвардейцев.

– Эй ты! – рявкнул мигом помрачневший сержант Дигс, оказавшийся предводителем стражников. – А ну немедленно отпусти госпожу чародейку!

Изрядно разозленный неудачами сегодняшнего вечера, Дорнан повернулся к нему и уже готов был брякнуть что‑нибудь крайне нелицеприятное, но всхлипнувшая Ильтера успела первой.

– Все в порядке, сержант! – девушка, слегка прихрамывая, отстранилась и кивнула Дигсу. – Лучше помогите людям!

Обиженный служака сердито засопел, но покорно принялся отдавать приказания патрульным, а будущий король бережно повел своего придворного мага к лошади. На этот раз девушка не воспротивилась, когда ее усадили в седло. Всю дорогу до ее дома они провели в молчании – казалось, после вспышки гнева и слез у Ильтеры попросту не осталось сил разговаривать.

Даже когда Дорнан, сняв ее с коня, не опустил на землю, а на руках внес в дом, девушка отреагировала на это довольно вяло: вздрогнула, но так ничего и не сказала. В коридоре их встретила шокированно вздохнувшая Сора Талит, которая, впрочем, предпочла не выяснять, что случилось, а просто показать Койру, как пройти к спальне чародейки. Только оставив Ильтеру на попечение невысокой деятельной служанки (ее лицо тоже показалось королю знакомым), Дорнан отправился прочь. Оставалось только добраться до собственного дворца, каким‑то чудом проникнуть внутрь, договорившись с охраной, и заснуть. Простейшая задача, реализовать которую этой ночью было бы невероятно трудно.

Но прислуга королевской чародейки решила вопрос проще: когда Дорнан Койр вышел из дверей спальни хозяйки, его встретила нервничающая Сора Талит, которая, смущаясь, сказала, что для его величества приготовлена одна из комнат, а о его коне и вещах уже позаботились. Заглушив вопящее чувство приличия, Дорнан позволил себе порадоваться тому, что его проблемы нашли такое простое решение, и воспользовался предложением переночевать в доме своей будущей жены. Традиции, конечно, этого не позволяли, но ему было уже все равно.

Проснувшись утром, король по – прежнему совершенно не желал выяснять, что именно подумала прислуга, увидев на пороге грязных и вымокших до нитки чародейку и будущего правителя. По правде говоря, его это не интересовало. Стоило выйти из комнаты, ставшей его пристанищем на прошлую ночь, как к нему тут же подошла Сора Талит, поинтересовавшаяся, где он будет завтракать. Ильтера, видимо, еще не проснулась, но остальные обитатели дома уже бодрствовали, хотя и старались не попадаться лишний раз на глаза высокородному гостю.

Дорнан чувствовал себя не очень уютно: словно чужак, который каким‑то обманным способом проник в защищенную крепость. Кроме того, ему было неловко от того, что Ильтера Морн дала приют всем тем людям, служившим его отцу, о которых он сам не позаботился. И что после этого они должны думать о наследнике престола, явившемся откуда‑то после долгого отсутствия и благополучно забывшем о тех, кто много лет преданно и верно работал во дворце?! Стоило ли удивляться тому, что они относились к нему с опасливой осторожностью? Поселившись в доме у Даллары, он как‑то упустил из виду тот момент, что после пожара множество людей лишилось крова.

Удивительно, но, оказавшись в доме у Ильтеры, он даже почувствовал что‑то вроде гордости за свою будущую жену. Надо отдать ей должное: чародейка о людях не забыла, и они, похоже, отвечали ей взаимной заботой и любовью. Во всяком случае, ее небольшой домик оказался переполнен разновозрастными жителями (Дорнану оставалось лишь удивляться, что для него освободили отдельную комнату – кажется, здесь жили по три – четыре человека в каждом помещении, кроме спальни хозяйки). Во время традиционных визитов жениха они старались не попадаться на глаза будущему государю, но днем у слуг много работы, а утром ничто не мешает проявлению легкой праздности (разумеется, когда Сора Талит не видит), и некоронованного короля провожала не одна пара любопытных глаз.

Идти до столовой было недалеко, однако к моменту, когда Дорнан Койр оказался в самой большой комнате скромного домика чародейки, где она обычно его и принимала, завтрак уже подали. Он ожидал увидеть всех тех, кто обычно трапезничал с Ильтерой Морн, но на столе красовалось лишь два прибора – очевидно, остальные жители не решились составить компанию правителю Эрнодара, пусть даже он пока и не имеет права надеть корону. Вздохнув, Дорнан занял один из стульев, оставив место во главе свободным для чародейки. Занимать главенствующее положение в этом доме он не собирался. Теперь оставалось только дождаться хозяйки и приступить к завтраку.

– Я просто трусливая дура, – Ильтера Морн на секунду неуверенно замерла на пороге собственной столовой, как будто сомневалась, действительно ли пришла туда, куда собиралась, покачала головой, а потом медленно, все еще немного хромая, прошла к стулу во главе стола.

– Мне следует как‑то прореагировать на эту реплику? – осторожно поинтересовался Дорнан. – Насколько я помню, магу довольно опасно противоречить в его собственном доме, но с сутью сказанного я все же не согласен.

– Нет, это была просто констатация факта, не требующая ни подтверждения, ни опровержения, – с грустью заметила чародейка. – С добрым утром, ваше величество!

– Тебе не кажется, что после вчерашнего пожара это обращение несколько… неуместно? – он наполнил два кубка вином и передал один Ильтере. – По – моему, возвращаться к этикету нет никакого смысла.

Леди придворный маг слегка покраснела, видимо, припомнив события прошлого вечера, и кивнула, согласившись, что после пощечины и истерики как‑то непоследовательно официально обращаться к будущему мужу полным титулом.

– Вы… ты с официальным визитом или заночевал здесь? – с отсутствующим видом поинтересовалась она.

– Прошу прощения, что забыл о приличиях, – хмыкнув, извинился Дорнан.

– Да нет, это ерунда, – Тера махнула рукой. – Моей репутации уже ничто не повредит, а свою ты основательно подмочил вчера вечером на приеме у Даллары.

– Наверное, ты права, – согласился он. – А могу я узнать, с чем связано утверждение о том, что ты… – Койр на секунду замялся.

– О том, что я трусливая дура? – Ильтера поморщилась. – С тем, что теперь мы лишились еще одной ниточки, которая могла бы привести нас к убийце Майрита. И в этом виновата я.

– Вопрос достаточно спорный и требующий обсуждения, – Дорнан покачал головой. – Можно обвинить в этом и кого‑нибудь другого.

– Вчера мне следовало не посылать за стражей, а остаться самой на месте гибели осведомителя и подробнее исследовать и дом, и тело, – чародейка без аппетита повозила вилкой в своей тарелке. – Надо было предусмотреть возможность того, что убийца постарается замести следы.

– По – моему, глупо жалеть о том, что, когда дом загорелся, нас в нем не было, – король пожал плечами.

– Ты это чуть не исправил, – огрызнулась Ильтера. – Извини. Войти в горящий дом было тоже не самым мудрым решением.

– Войти туда я не успел, – признался Дорнан. – Впрочем, не стану спорить – оригинальностью и мудростью решение действительно не блистало. И все‑таки не понимаю, почему ты склонна обвинять себя в случившемся.

– Я испугалась, – девушка упрямо наклонила голову. – Тот маг, он… Мне показалось, что он гораздо сильнее меня. А с вещами, которые делают такие мощные чародеи, лучше разбираться при дневном свете, а не ночью. Если бы меня это не напугало, я могла спокойно остаться и…

– И с большой вероятностью погибнуть, – перебил ее Койр. – Тоже по – своему прекрасный план. Я бы одним махом лишился и будущей жены, и нынешней придворной чародейки.

– В этом городе полно людей, которые бы только обрадовались, если бы это случилось, – отодвинув истерзанное кушанье на тарелке, Тера потянулась за кубком.

– Мне было бы трудно разделить их радость, – скептически заметил Дорнан. – Во – первых, перспектива близкого вдовства и еще одних похорон меня совершенно не привлекает. А во – вторых, в обстоятельствах смерти отца без твоей поддержки мне точно не разобраться.

– Ну, строго говоря, ты не был бы вдовцом, – поправила его чародейка. – Да и вообще, мог со спокойной совестью взять себе более достойную невесту. Хотя, конечно, во втором ты прав – я больше других заинтересована в том, чтобы найти убийцу Майрита.

Тему о перемене невесты Дорнану обсуждать не хотелось, поэтому он просто вежливо промолчал. Мысль о том, что Ильтера могла погибнуть, остро царапнула сердце, скользнув по краю рассудка. За те недели, что прошли со времени их знакомства и тайной помолвки, которая была объявлена лишь вчера вечером, он успел свыкнуться с идеей женитьбы именно на вспыльчивой, непредсказуемой и порой даже жесткой чародейке. Пожалуй, Койр теперь лучше понимал отца, приблизившего к себе девицу Морн, хотя до сих пор недоумевал, почему Майрит решил устроить ее судьбу после своей смерти таким способом. В конце концов, никто не запрещал королю жениться во второй раз – так отчего же он не сделал Ильтеру королевой лет десять назад? Зачем понадобилось столь скандальным образом «передавать» ее наследнику и требовать заключения брака, который явно немногим придется по вкусу?

Хуже всего было то, что сама Ильтера относилась к Дорнану лишь как к вынужденному союзнику, а скорее даже врагу. Правда, вчерашний вечер давал некоторую надежду – сначала они, кажется, поладили во время званого вечера у Даллары (во всяком случае, до того момента, пока он не брякнул глупость и девушка не обиделась), затем смерть осведомителя сплотила их еще больше. Наконец, во время пожара, услышав, как Ильтера выкрикивает его имя, Дорнан поразился, сколько в нем было страха, боли и какой‑то почти детской обиды, как будто он притащил ее силой и бросил в чистом поле, оставив в одиночку бороться со своими кошмарами. Пощечина, конечно, ему понравилась не очень, но то, что девушка за него беспокоилась, приятно грела сердце.

– Что ты предлагаешь – долго и мучительно заниматься самобичеванием или продолжить разбираться в более насущных вопросах? – Дорнан слегка приподнял брови.

– Для начала надо выяснить, через кого и каким образом произошла утечка информации, – вздохнула Ильтера. – Откуда‑то ведь этот маг узнал, что мы вот – вот встретимся с Гейланом Торраном, который передаст нам какие‑то важные сведения!

– Мы сами узнали об этом незадолго до произошедшего, – заметил Койр. – Ты что, подозреваешь Коттара?

– Скорее уж я заподозрю саму себя, – фыркнула девушка. – Трудно найти человека, преданного Майриту больше, чем Коттар Лонк. Чтобы он сдал собственного человека и обрезал ниточку к убийце короля, его, наверное, нужно было бы разрезать на куски – да и то не уверена, что он бы это сделал.

– Согласен, – кивнул Дорнан. – Значит, ты думаешь, что источник утечки – кто‑то из нас?

– Не имею понятия, – чародейка пожала плечами. – Я не собираюсь ни в чем обвинять тебя, да и сама никого не посвящала в наши изыскания. Тем не менее кто‑то узнал, что мы проявляем излишнее любопытство, а Торран может быть опасен для убийцы. Остается предположить, что он сам был настолько неосторожен, что его вычислили и решили убрать.

– Допустим, – согласился ее собеседник. – Вполне возможно, что несчастному перерезали горло именно потому, что он кому‑то показался слишком любопытным. Но для чего было еще и сжигать дом? По – моему, это уже совершенно излишне.

– Да, действительно, – Ильтера задумчиво покачала в руке кубок с вином. – Остается предположить, что убийца, возможно, что‑то забыл в домике или за чем‑то вернулся. Теоретически покойника могли еще долго не найти. Но убийца обнаружил наши следы – а мы и не старались побывать там скрытно – и решил, что безопаснее всего разом избавиться и от трупа, и от опасного места.

– А заодно и от десятка домов поблизости, – заметил Дорнан. – Если бы ты не оказалась рядом и не вызвала дождь, там бы немало людей погибло.

– Может быть, кто‑то из них увидел его и тоже представлял опасность? – неуверенно предположила девушка и тут же решительно отодвинула прочь столовые приборы. – В любом случае, сидя здесь и рассуждая, мы ничего не узнаем. Надо отправляться на место пожара – вдруг там еще сохранились какие‑то следы вчерашнего преступления!

– Ну, наконец‑то я могу порадоваться, что мне удалось заночевать здесь, а не во дворце, – Дорнан успел как раз вовремя, чтобы вежливо помочь Ильтере подняться. – Что‑то мне подсказывает, что, приняв такое решение, ты бы за мной не послала. Если бы тебе понадобилась помощь, чести стать сопровождающим скорее удостоился бы тот же Коттар или сержант Дигс!

Чародейка только хмыкнула. Она бы не послала за женихом, даже если бы подожгли ее собственный дом или если бы сотня – другая магов взяла в осаду всю улицу! Наверное, после свадьбы ей придется пересматривать свои привычки!

– Я распоряжусь насчет лошадей, – сменила тему Тера. – Как ты думаешь, твой конь уже достаточно отдохнул, чтобы выдержать поездку? Или оседлать для тебя другого?

– Альни привык и не к таким испытаниям, – заметил Дорнан. – Кстати, лошади отца тоже у тебя, как и слуги? Должно быть, конюшня переполнена?

– Нет, благородных животных мне не доверили, – язвительно ответила Ильтера. – Когда зашел вопрос о том, куда переправить уцелевших после пожара лошадей, Канар Стелл грудью встал на их защиту от моего чародейского произвола, так что спроси лучше у него, куда делись скакуны Майрита.

– Дядя всегда заботился о конях лучше, чем о людях, – признал Дорнан. – Кстати, тебе придется как‑то слегка пересмотреть свое отношение к нему. Ведь, в конце концов, в скором времени вам предстоит стать родственниками.

– О, наконец‑то я понимаю, зачем выхожу за тебя замуж! – Тера мечтательно улыбнулась. – Чтобы называть Канара «дорогой дядюшка» и любоваться, как его от этого перекашивает! Как ты думаешь, он позволит иногда обращаться к нему по имени?

Дорнан, не выдержав, расхохотался, воочию представив себе эту картину. Да уж, это скорее не Ильтере, а Канару, «дорогому дядюшке», придется сделать над собой усилие, чтобы примириться с новоявленной родственницей. Впрочем, раз ничего нельзя изменить, то ему лучше, наконец, забыть о старых семейных распрях. В конце концов, это не Тера Морн, а ее отец когда‑то поднял бунт против короля, в результате которого погибла Динора. Девочка, будь она хоть сто раз дочерью преступника, не должна нести ответственность за его поступки.

Вообще в той истории для Дорнана до сих пор не все было понятно. Считалось, что Морн собирался убить короля, но почему он тогда оказался ближе к покоям Диноры ан’Койр? Дорнан не застал сам момент бунта, поскольку в это время находился в одной из дальних крепостей, служа оруженосцем у одного из пограничных лордов. Он помнил мать спокойной и бесстрастной, немного прохладной женщиной, особенно не баловавшей вниманием и любовью ни мужа, ни сына. Странно, почему Морн решил убить ее – Динора мало что решала при дворе Майрита ан’Койра. Может быть, Орвин действительно сошел с ума, как потом говорил отец. В официальную версию о том, что королева пыталась остановить чародея и заплатила за это собственной жизнью, Дорнану верилось с трудом.

Майрит ан’Койр, милостью небес король Эрнодара, вообще был очень недоволен не только гибелью жены, но и тем, что Канар собственноручно прикончил ее убийцу. Дорнан помнил, как отец ходил по кабинету, вполголоса ворча, что нужно было сначала разобраться в мотивах поступка Орвина – ведь, если его рассудок помутился, его следовало не казнить, а попытаться исцелить. Но предпринимать что‑либо было уже поздно – единственным, что Майрит мог сделать для своего неудачливого убийцы после смерти, стали официальные похороны, ради которых он проигнорировал недовольных братьев покойной жены. Ну и, конечно, король не стал преследовать его бежавшую из столицы мать и выслал двоих младших братьев, не причинив им вреда. А через восемь лет государь Эрнодара оказал Орвину Морну еще одну посмертную услугу, взяв ко двору его единственную дочь и наследницу…

Небольшая конюшня, где оказалось всего три лошади, включая белоснежного Альни, блистала чистотой и поражала порядком. Объяснялось это просто: конюхи Майрита ан’Койра, временно отстраненные от питомцев, обратили все свое мастерство и благодарность на скромный сарайчик, где Ильтера Морн держала двух собственных лошадей. Присоединившийся к ним красавчик – жеребец сегодня ночью явно поразил воображение всех пятерых конюхов вместе со старшим – похоже, даже в распоряжении погибшего эрнодарского государя таких прекрасных коней не встречалось.

Вполне ухоженный, почищенный и накормленный Альни встретил хозяина радостным ржанием, невысокая гнедая кобылка и степенный пожилой мерин в черно – белых пятнах проводили Дорнана Койра любопытными взглядами. Пятеро отдыхавших конюхов, завидев будущего короля Эрнодара, повскакивали с мест и принялись робко и вразнобой желать его величеству доброго утра. Когда он сам потянулся за своим седлом, один из слуг выхватил его из‑под носа у правителя с почти суеверным ужасом, заявив, что государь может не сомневаться: он седлает коней уже больше тридцати лет, достойно служил его отцу, когда его величество еще и не уехал к рыцарям на обучение, и сделает все именно так, как положено.

– Миледи, на какой лошади вы поедете? – поинтересовался у хозяйки дома другой конюх, обиженно косясь в сторону своего более удачливого друга, которому повезло заниматься белым красавцем.

– Седлайте Нарну, – кратко распорядилась Ильтера. – А Конна не забудьте хорошенько промять и выгулять.

– Все будет сделано, ваше… то есть миледи, – один из конюхов широко улыбнулся. – Как прикажете!

– Не знаю, как по всей столице, а сюда слухи, кажется, уже дошли, – прокомментировала Тера, пока белого красавца Альни и гнедую кобылку выводили из стойл. – Даже удивительно, как нас не стали поздравлять прямо за завтраком!

– Кажется, я так сильно их напугал, что они решили не составлять тебе компанию сегодня за столом, – Дорнан вежливо подсадил девушку в седло, и она благодарно кивнула, пока конюхи взирали на эту благостную картину чуть ли не со слезами умиления.

– Дело тут не в испуге, – дождавшись, пока ее спутник сам окажется на коне, Ильтера направила свою лошадку прочь от дома. – Они никогда не сядут за один стол с королем. Эти люди намного более щепетильны, чем те, кому они служат. Разделить трапезу с хозяином – вопиющее нарушение приличий!

– Даже большее, чем то, что я остался на ночь в твоем доме? – легкомысленно поинтересовался ан’Койр.

– Намного, – подтвердила Тера. – Если время, проведенное в гостях у невесты, можно с некоторой натяжкой счесть безобидной шалостью, то незаслуженная близость к господину – серьезный проступок для любого из слуг. Они с благодарностью примут от тебя любую похвалу или награду, но никогда не переступят внутреннюю убежденность в том, что ты – существо высшего порядка.

– Но почему‑то они спокойно завтракали в твоем обществе и не шарахались от тебя в коридорах, – заметил Дорнан.

– Так я им не хозяйка, – пожала плечами Тера. – Это же королевские слуги, а не челядь какой‑то чародейки!

– Но если уже известно о том, что мы собираемся пожениться, то скоро ты тоже станешь их госпожой, – возразил он. – Тогда и тебя начнут считать «существом высшего порядка»?

– Увы, это необходимая плата за ни с чем не сравнимое удовольствие заполучить Канара и Роэрана Стеллов в родственники и называть их дядюшками, – съязвила чародейка. – На самом деле, слуги уже сегодня ведут себя как‑то по – другому. Раньше я была просто девицей, которая предоставила им временный кров, пока не приедет настоящий господин, а теперь неожиданно стала той, кто будет вправе решать, кому можно вернуться в королевский дворец, а кого выкинут без права служить следующему государю. Довольно неприятное ощущение, надо сказать. Вообще от этого грядущего брака пока одни неприятности.

– Ты сама на него согласилась, – холодно заметил Дорнан. – Можешь отказать в любой момент – меня это не оскорбит.

– Если бы могла, отказалась бы сразу, – парировала девушка. – Хотя ты совершенно прав: я сама виновата в том, что вынуждена была дать согласие.

– Что ты имеешь в виду? – он резко осадил возмущенно фыркнувшего коня, преградив путь гнедой Нарне и ее всаднице. – Неужели я так тебя напугал, что вынудил дать согласие на брак? Довел до полуобморочного состояния во время бдения рядом с усопшим, и ты сама не знаешь, как вышло, что ты сказала «да», а теперь теряешься, как отказаться от этой милости?

– Меня не так‑то легко напугать, – Ильтера сердито сверкнула глазами. – Так что можешь зря не стараться! Просто примерно последние десять лет Майрит очень хотел, чтобы однажды я вышла замуж именно за тебя. Он взял с меня слово, что, если когда‑нибудь ты мне сделаешь предложение, я не отвечу отказом.

– Что?! – Дорнан ошарашенно уставился на нее. – Отец взял с тебя слово ответить согласием?

– Вот именно, – девушка решительно двинула лошадку вперед, заставив своего спутника посторониться и продолжить путь. – Мне и в страшном сне не могло присниться, что когда‑нибудь ты действительно попросишь меня стать твоей женой. Такого исхода, согласись, ничто не предвещало! По каким‑то загадочным причинам у меня складывалось впечатление, что ты меня недолюбливаешь достаточно для того, чтобы чувствовать себя в безопасности! Кстати, давно хотела спросить: что тебя подвигло брякнуть эту глупость прямо во время бдения в усыпальнице?

– Старый лис! – сквозь зубы выругался Дорнан. – Когда‑то он говорил мне, что настоящий король – это тот, кто даже из гроба может по – прежнему править своей страной! В этом смысле Майрит ан’Койр, кажется, даже превзошел своих многочисленных предшественников!

– Мне приходило в голову, что это его идея, но удивляло, что ты так легко на это пошел, – Тера пустила кобылку легкой рысью, и Альни тут же последовал за гнедой подругой. – Или он и с тебя взял слово?

– Предсмертное желание, – рыцарь скривился, как от зубной боли. – Ты на моем месте смогла бы отказать умирающему?

– О чем ты говоришь?! – чародейка безнадежно махнула рукой. – Свое обещание я дала, когда Майрит был еще жив и здоров. Даже тогда отказать ему было уже немыслимо.

– Наверное, он считал, что ведет хорошую игру, но на самом деле сделал только хуже для всех, – посетовал Дорнан. – Вместо этого смехотворного брака можно было бы заключить действительно выгодный союз, который помог бы в укреплении королевской власти.

– Позволю себе напомнить вашему величеству, – тон чародейки сделался даже не холодным, а прямо‑таки замораживающим, – что существует множество способов избавиться от неприятной супруги, особенно если она к тому же еще и боевой маг. Кроме того, у вас есть прекрасная возможность даже не вступать в брак. Пока я еще на королевской службе, вы можете распорядиться, чтобы, например, я возглавила рейд к границе с Равианой. Лорды утверждают, что там неспокойно. В подобных случаях человеческие потери весьма часты.

– Ни о каком рейде к границе даже речи быть не может! – рявкнул Дорнан. – Если тебе так нравится представлять меня чудовищем, оставь, пожалуйста, свои старания для собственного воображения! Не собираюсь делать вид, что отец навязал мне прекрасный вариант женитьбы, но и тебе я зла не желаю!

– В таком случае есть и более простые способы избавиться от ненужной жены, – Ильтера даже не повернулась в его сторону, упрямо глядя на дорогу перед собой. – Как известно, если в течение какого‑то времени супруга не дарит королю наследника, он имеет право заменить ее той женщиной, которая оказалась более плодовита. А разочаровавшую королеву можно сослать в любую глушь по выбору вашего величества. Все это, кстати, будет в точности соответствовать традициям, и никто никогда вас за это не осудит. Подберите подходящую девицу – хотя, кажется, она уже найдена, не правда ли? – уложите в свою постель – и все будут счастливы!

Прежде чем Дорнан успел отреагировать, девушка послала кобылку в галоп, предоставив ему догонять гнедую, оказавшуюся неожиданно резвой. Вполголоса помянув темную луну, король отпустил поводья, и красавец Альни помчался следом, словно только и ожидал этой возможности. Правда, на узких улочках передвижение затрудняли горожане, так что догнать Ильтеру им удалось, только когда она уже добралась до пожарища, не дожидаясь помощи, соскочила с коня и решительно направилась к черному остову, оставшемуся от дома, где они вчера должны были встретиться с Гейланом Торраном. Поставив коня рядом с невозмутимой Нарной, очевидно, привыкшей к перепадам настроения хозяйки, раздосадованный Дорнан направился следом за чародейкой.

– Интересно, существует ли в мире такая подлость, на которую я, по – твоему, не способен? – тоном, не сулившим ничего хорошего, поинтересовался он, догнав девушку, неуверенно остановившуюся перед крыльцом.

– Я недостаточно хорошо знаю ваше величество, чтобы определенно ответить на этот вопрос, – хладнокровно заявила Ильтера, на которую его гнев не произвел ни малейшего впечатления. – Задайте этот вопрос Далларе – она, вероятно, окажется более осведомленной.

– Мы опять перешли на официальное обращение, леди маг? – сколько Дорнан ни старался, по – настоящему разозлиться на придворную чародейку он не мог. – Для того, чтобы называть меня по имени, нужно, чтобы мне на голову чуть не рухнул горящий дом?

– Чего ты хочешь? – девушка резко остановилась и крутнулась на месте, повернувшись к нему. – Чтобы я вместе с тобой оплакала твою несчастливую участь и навязанный тебе невыгодный брак?

– Пока я ничего не оплакиваю, – Койр пожал плечами.

– Ну так начинай! – отрезала Ильтера. – Потому что хуже жены, чем я, придумать невозможно!

Подобрав свою длинную дорожную юбку, она уверенно вскарабкалась на пепелище и побрела куда‑то в дальний его конец, снова оставив собеседника тщетно подыскивать подходящий ответ. Так ничего и не придумав, Дорнан направился за ней.

Странно: еще несколько недель назад он полагал, что ему все равно, что думает о нем придворная чародейка. Пусть запугивает себя его скромной персоной, если ей так нравится – Дорнан Койр ничего не имеет против. Однако сейчас, когда ею были высказаны предложения, однозначно расцениваемые им самим как несусветная мерзость, это неожиданно чувствительно его задело. Неужели он и правда выглядит монстром, только и думающим, как бы прикончить будущую жену или затащить в постель какую‑нибудь девицу исключительно ради того, чтобы избавиться от законной супруги? Хотелось верить, что это не так.

Конечно, понятно, что Тера обиделась, когда он сказал, что отец мог бы и получше продумать вопрос его брака. Но ведь она неоднократно давала понять, что полностью разделяет подобную точку зрения! Дорнан еще понял бы, если бы на пренебрежение со стороны будущего мужа смертельной обидой отреагировала какая‑нибудь романтическая натура, к тому же влюбленная по уши. Ильтера Морн мало походила на подобную девицу, а о каких‑либо теплых чувствах к нему, очевидно, говорить и вовсе не следовало. Тем более удивительно, что она так повела себя в ответ на высказанную ей чистую правду, учитывая, что чародейка и сама так думала!

– Теперь я почти уверена, – ее спокойный голос оторвал Дорнана от непростых размышлений, – что здесь действовал тот же самый маг, который сделал кольцо для Майрита.

– Значит, идею случайной гибели можно окончательно отмести? – он мог только порадоваться, что от взаимных обид они перешли к более или менее деловому разговору. – И кто‑то из нас является источником утечки информации?

– Скорее всего это так, – Ильтера, присевшая рядом с какой‑то полуобгоревшей конструкцией, поднялась и брезгливо вытерла руки о собственный подол. – Только во всем, что здесь произошло, есть что‑то странное. Такое ощущение, что сам маг здесь не был, а только обеспечивал прикрытие убийце. Но зачем разрабатывать сложную комбинацию, чтобы прикончить какого‑то осведомителя, пусть даже и работающего на главу королевской охраны? Сдается мне, можно было обойтись и просто кинжалом, без привлечения магии.