Текст книги "Деснинские просторы (СИ)"

Автор книги: Константин Сычев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 88 (всего у книги 117 страниц)

В это время неожиданно приехал на собственной автомашине тот самый «хороший парень», о котором говорила Любовь Григорьевна. Его старенькие «Жигули» остановились у заводских ворот. Тут же позвонила Любовь Григорьевна и распорядилась пропустить автомобиль с названными ею номерами на охраняемую территорию.

Охрана выполнила приказ своей начальницы, и вскоре в их служебной комнате объявился невысокий коренастый сорокалетний мужчина. – Василий Андреевич! – представился он.

– Очень рад вас видеть! – весело сказал Боровиков, пожимая ему руку. Он не мог себе представить, что доверчиво и гостеприимно принимает будущего врага! – Пойдемте, я покажу вам завод!

И они отправились осматривать охраняемую территорию. Володя подробно рассказал будущему старшему охраннику о работе, о всевозможных проблемах и путях их разрешения. Удовлетворившись полученной информацией, Василий Андреевич вскоре уехал назад.

Тем временем обострились отношения Боровикова со своими напарниками. Они стали вести себя нагло и независимо: все чаще нарушали режим труда и отдыха, иногда, пользуясь тем, что Володя спал и не видел, как они дежурят, покидали свои посты и ложились спать. Они также перестали совершать обходы и лишь выпускали на ночь из вольеры собак, которые весело носились по заводской территории.

В один из воскресных дней неожиданно исчез Семенов. Он ушел под утро, когда Володя и Богун спали, самовольно покинув пост. Боровиков был очень обеспокоен, когда проснулся и обнаружил, что на пульте никого нет.

– Что случилось? – спросил он Богуна. – Куда подевался Виктор?

– Ничего страшного! – весело ответил тот. – Витя уехал на выходной домой! Там у него какие-то семейные неприятности, и вот он отправился их улаживать!

– А почему же он мне ничего не сказал?! – возмутился Боровиков. – Что мне говорить, если начальство об этом узнает? А вдруг сюда приедет Григорьевна?

– Будем надеяться, что ничего не случится! – усмехнулся Богун. – Чего вам волноваться?      В магазин я сам пойду и как надо отдежурю! А здесь на пульте вы сами справитесь!

Пришлось Володе проглотить и эту «свинью». Слава Богу, что на следующее утро объявился Семенов, и дело не получило развития. На вопросы Боровикова он ответил без смущения, что ездил разбираться с сыном, который что-то натворил. А на его упреки по поводу нарушения трудовой дисциплины вообще ничего не ответил.

– Что же делать? – думал расстроенный Володя. – Так дальше продолжаться не может! К Григорьевне я жаловаться не пойду! Доносительство – дело позорное! Надо искать из этого положения выход и избавляться от таких напарников!

Он в очередной раз попытался побеседовать поодиночке с Богуном и Семеновым. Но те вовсе не собирались менять своего поведения. Хотя в беседах с Володей иногда рассказывали весьма любопытные вещи.

Так, однажды в разговоре с Богуном Володя спросил его, куда подевались их прежние сменщики.

– Да Григорьевна перевела их на другой объект! – ответил тот со своей обычной веселостью.

– Так они же – пьяницы? – удивился Боровиков. – Разве можно держать в охране пьяниц?

– А кто у нас не пьяницы? – возразил Богун. – Вот мы, например. Здесь мы, на объекте, еще держимся. А вот по прибытии домой иногда выпиваем! Григорьевна прекрасно знает, что пьют, практически, все и с этим считается! Впрочем, она охотно набирает даже алкашей! Но их она держит недолго…До поры до времени!

– Зачем же ей алкоголики? – засмеялся теперь уже Володя. – Что с них толку? Лишь позорят фирму!

– Не беспокойтесь! – посерьезнел Богун. – Григорьевна – не дура! Она умеет делать деньги! Вот смотрите, взяла она на работу алкаша. Тот сначала как-то старается, пытается не выпивать…Бывает, что кое-кто даже месяц, а то и больше, выдерживает! Ну, а потом срывается и напьется на работе…Тут же Григорьевне на него товарищи и «настучат»! «Стукачество» у нас хорошо поставлено! Григорьевна немедленно приезжает на объект вместе с кем-нибудь из оперативников, составляет акт и увольняет выпивоху…При этом тот лишается зарплаты. И деньги достаются Григорьевне! Вот таков бизнес!

– Не может быть! – возмутился Боровиков. – Я всегда считал, что Любовь Григорьевна – честный и порядочный человек!

– А что, разве я сомневаюсь в ее честности?! – смутился Богун. – В частной охране все так делают! Это, можно сказать, обычная практика. Разве ты не знаешь, как у нас выдают зарплату? Через два месяца! А для чего? Как раз для этого самого! Вот напьешься и все потеряешь! Я, слава Богу, поработал не в одной охранной организации и хорошо знаю их порядки! У Григорьевны хоть зарплату выдают лишь с небольшой задержкой. А есть ЧОПы, где охранники по шесть месяцев дожидаются жалованья!

– А как же тогда законность? – возразил Володя. – Ведь люди могут пойти в суд?

– Какая у нас законность! – буркнул Алексей. – Закон, как говорят, дышло, как повернешь, так и вышло! Куда мы пойдем жаловаться? Тут только скажи хоть слово против начальства – и сразу же выгонят в шею! Есть ЧОПы, где принимают на работу охранников, требуя у них два заявления: одно – о приеме, а другое – об увольнении по собственному желанию. Вот проштрафишься, и тебя сразу же выгонят по твоей собственной просьбе! Также и у Григорьевны. Разве вы не подписывали чистые листы, когда приходили устраиваться в «Задор»?

– Подписывал, – пробормотал Володя и задумался.

10.

Прошло еще несколько дней. Работа охранников шла в привычном русле и, казалось, что так будет всегда. Но без происшествий не обошлось.

Однажды после обеда Володя вернулся на свое рабочее место и обнаружил на тумбочке у телевизора какой-то сверток. – Что это? – спросил он Богуна, сидевшего за пультом. – Опять навалили какой-то хлам? У нас и без того беспорядок!

– Да это мои вещи! – ответил тот. – Я попросил в одном цехе сделать мне стальные стержни. Они нужны мне дома для одной цели…

– Ну, ты и даешь! – возмутился Володя. – Разве ты не знаешь, что охране запрещено вступать в личные контакты со здешними рабочими? И, тем более, что-нибудь у них брать? Ты представляешь, что нам припишут, если об этом узнают?

– Глупости все это! – рассмеялся Богун. – Я же не ворую!

– Но, тем не менее, пользуешься своим служебным положением! – повысил голос Володя. – Если тебе все равно, то мне нет! Я не хочу нести за тебя ответственность! Давай-ка, убирай этот сверток с глаз! И больше так не делай!

– Ладно, уберу! – буркнул недовольно Богун и покраснел от злости. Однако не сдвинулся со своего места.

– Пойду-ка я переберу свои вещи! – сказал раздраженный Володя, встал с дивана и вошел в спальное помещение. Он достал свой чемодан и стал извлекать из него теплую одежду. Вдруг до него донесся громкий голос вернувшегося с обхода заводской территории начальника пропускного пункта. Боровиков прислушался.

– Что это за сверток? – спросил Игорь Михайлович.

– Это мои вещи! – ответил голос Богуна.

Вдруг что-то зазвенело, и наступила тишина. – Видимо, достал стержни и уронил их на пол! – подумал Боровиков. – Ну, вот вам и неприятности!

Он засунул чемодан под кровать и вышел в рабочую комнату. Перед его глазами предстал сидевший на корточках начальник проходной, который собирал упавшие на пол стальные предметы.

– Вы что, выносите с завода металлоизделия? – повысил голос Игорь Михайлович, вставая и держа в руках злополучные стержни. – Мы тут вылавливаем воров и расхитителей, а собственные охранники, оказывается, не лучше их!?

– Игорь Михайлович, – мягко заговорил Боровиков, – зачем поднимать шум? Алексей купил, по всей видимости, эти предметы в цехе. Так что, никакого преступления тут нет!

– А у вас есть документы об этой покупке? – усмехнулся начальник контрольно-пропускного пункта.

– В самом деле, – пробормотал Богун, – я купил их в частной конторе «Алхим». Я заплатил «наличкой» и никаких документов мне не выдавали!

      На территории завода, действительно, располагалась эта фирма, имевшая собственные порядки, но соблюдавшая только требования заводского пропускного режима.

– Значит, ты сотрудничаешь с работниками «Алхим»! – возмутился Игорь Михайлович и покраснел. – Для чего же нам тогда такие охранники? Вы входите в сговор с «алхимиками», пропускаете через проходную их людей, безусловно, без досмотра. А они выносят заводские материальные ценности! Вот это охрана! Да вы знаете, что с вами будет, если я позвоню Любови Григорьевне?! Ведь у вас нет, по сути, никаких прав!

С превеликим трудом Володя уговорил Игоря Михайловича «замять» это дело, и тот согласился, делая вид, что совершил огромное благодеяние. С той поры он стал ежедневно и нудно поучать охрану, как им следует себя вести, постоянно критиковал их работу и откровенно насмехался над несчастными охранниками. Им же приходилось все это терпеть, чтобы избежать больших неприятностей.

В довершении всего, совершенно распустился Семенов. Он стал периодически уходить со своего поста в магазине в неизвестном направлении. Вероятно, посещал своих родственников в городе. А их у него, как узнал Боровиков, было немало. На замечания Володи он реагировал молчанием, но исправляться не собирался.

Так продолжалось все дни последнего январского дежурства их смены. А утром перед сдачей поста новой смене Семенов самовольно покинул пульт и ушел в город. Он должен был дежурить до восьми часов. Где-то около пяти утра Володя проснулся от шарканья чьих-то шагов и увидел, как к кровати Богуна подошел Семенов и что-то ему тихо сказал. Тот так же тихо ответил. Затем Семенов пошел к пульту управления и сел за стол. Володя не придал случившемуся никакого значения и уже стал снова засыпать, как вдруг хлопнула входная дверь на улицу, которую охранники всегда закрывали на ночь. Боровиков подскочил, быстро оделся и вышел в рабочее помещение. Там никого не было.

Он выбежал в коридор, потянул ручку двери, выходившей на городскую улицу, и легко ее открыл. Значит, Семенов ушел.

Пришлось ему сидеть за столом и ждать начала рабочего дня. Вскоре проснулся Богун и вышел из спальни. – Что случилось, Алексей? – спросил раздраженный Володя. – Почему на посту нет Семенова? Неужели ушел? Небось, и собаки бегают по территории? А вскоре придут рабочие! Что он тебе говорил перед уходом?

– Он сказал, что срочно пошел на первый рейсовый автобус до Ругаева. У него там что-то с сыном приключилось! – пробормотал Богун.

– А почему он не сказал мне об этом?! – возмутился Боровиков. – Или он меня не считает больше старшим?!

Богун молча пожал плечами.

– Что же делать? – лихорадочно думал Володя. – Семенов уже совсем «перегнул палку»! Не исключается, что происшествие дойдет до начальницы!

В это время хлопнула входная дверь, и к окошку подошли сменные охранники, возглавляемые Василием Андреевичем. Богун передал им в оконце электронный ключ.

– Привет! – сказал Василий Андреевич Боровикову и протянул ему потную ладонь. Тот пожал сменщику руку.

– А что это вы вдвоем? – спросил вдруг с усмешкой новый старший смены.

– Да вот Семенов побежал за билетами и ждет нас там, на автовокзале! – быстро сказал Богун и подобострастно улыбнулся. – Скорее принимайте смену! А то мы к автобусу опоздаем!

На другой день, когда Боровиков отдыхал дома после трудной пятисуточной работы, зазвонил его мобильный телефон. Володя глянул на монитор и обомлел – Григорьевна! – в последнее время ее звонки стали его сильно раздражать.

– Владимир Александрович, – строго произнесла она, – вам нужно срочно прийти ко мне в офис!

– Что-нибудь случилось?! – спросил испуганный Володя.

– Приходите сюда! Будем разбираться

…С ватными ногами вошел Володя в кабинет начальницы. Она сидела одна и, казалось, пристально вглядывалась в монитор компьютера. На Боровикова она даже не взглянула, а лишь сухо ответила на приветствие.

Володя, не ожидая приглашения, сел на ближайший от него стул и вперил взгляд в начальницу. Наконец, та оторвалась от экрана и презрительно на него посмотрела.

– Вы тут что, Владимир Александрович, решили вместо меня руководить предприятием?! – сказала она и побагровела от гнева.

– Что вы, Любовь Григорьевна, да у меня и в мыслях такого не было! – пробормотал оцепеневший от неожиданности Боровиков. От прежней сухой учтивости начальницы не осталось и следа. Перед ним сидела обозленная на весь мир мегера.

– Тогда почему вы отпускаете раньше времени с работы Семенова?! Или не знаете, что по таким вопросам нужно обращаться прямо ко мне?

– Я не отпускал Семенова! – возразил, приходя в себя, Володя.

– А вот он сообщил оперативному дежурному, что вы отпустили! А также вы отпустили его, как он говорил ранее, и в воскресенье, утаив это от меня! Я сперва не стала принимать мер, думала, что это случайность! А вы вторично также поступили! Что это за безобразие?!

– Ну, коли Семенов так доложил, – сказал, разгневавшись, Боровиков, – тогда я все вам расскажу! Семенов ушел с поста самовольно и ничего мне не сказал! Он вообще в последние дни ведет себя нагло, непочтительно…Моя вина в том, что я не доложил вам об этом! Но я не хотел вам досаждать мелкими проблемами! Думал своими силами навести порядок! А он обманул и меня и вас!

– Видите, Владимир Александрович, – сказала уже другим тоном начальница, – что бывает, когда не прислушиваются к словам руководителя! А я говорила вам, что нужно докладывать мне по малейшему поводу! Ясно?

– Ясно, Любовь Григорьевна.

– Ну, коли вы осознаете свою ошибку, я не буду вас наказывать, – начальница сдвинула свои светлые брови, – ограничусь лишь предупреждением. А вот Семенова я сегодня же уволю! И по статье…за нарушение трудовой дисциплины! Также я приму меры к Богуну. Он, как я поняла, действовал заодно с Семеновым! Да еще похищал на заводе металл!

– Да ничего он не похищал! – возразил Володя.

– Не надо мне оправдывать негодяя! – возмутилась Любовь Григорьевна. – Мне подробно рассказал о его проступке Игорь Михайлович! Он мне позвонил еще вчера!

– Вот обманщик! – подумал про себя Боровиков. – А мне же обещал не выдавать его!

– Таким образом, – продолжала начальница, – я убираю с вашего поста и Семенова и Богуна! Второго я переведу на другой пост, в Ругаев! А вам дам других напарников. Вот посидите здесь немного, они через пару минут придут, и вы поговорите.

– Вот так наказала Богуна! – подумал про себя Володя. – Уж лучше бы меня перевела поближе к дому!

11.

Через три дня он выехал в Завидово с обновленной сменой. Его новые напарники были неплохими ребятами, вот только имели некоторые физические дефекты. Первый – Сергей – рослый, худощавый и белокурый, в возрасте тридцати двух лет, сильно хромал на правую ногу. Он получил тяжелую травму в дорожно-транспортном происшествии, будучи сотрудником милиции, и был уволен с работы. Второй – Павел – молодой парень, лет двадцати, высокий, темноволосый и коренастый, сильно заикался. Однако они были совсем другими людьми, не такими как прежние Володины напарники, относились к нему с уважением, выполняли все его требования и прислушивались к его советам.

Так с февраля началась уже другая служба Боровикова. С этими ребятами, несмотря на их первоначальное незнание обстановки, стало работать намного легче! Они охотно усваивали все требования местных инструкций, быстро исправляли мелкие текущие ошибки и вскоре стали хорошими напарниками. Сергей же, имея опыт оперативной работы, очень часто был полезен в ситуациях, когда требовалась работа с людьми, задержанными на проходной за различные нарушения. Они также вели себя достойно по отношению к начальнику контрольно-пропускного пункта. Тот любил всех поучать и критиковать, однако новые охранники, по совету Володи, воспринимали все это спокойно и не огрызались.

Как-то Володя спросил Игоря Михайловича, зачем он позвонил Любови Григорьевне насчет Богуна. – Ведь вы же обещали не делать этого?! – возмутился он.

– А я и не звонил! – рассмеялся начальник проходной. – Я просто в разговоре с Васей, твоим сменщиком, вкратце рассказал об этом. Он потом сам позвонил Григорьевне…Я слышал, как он разговаривал из спальни.…Ну, а потом подумал, что нет худа без добра! Видишь, какая у тебя теперь смена? Ведь легче работать с новыми ребятами, чем с теми злыднями?

Володя покачал головой, но промолчал: ссориться с Игорем Михайловичем не было смысла!

Завод в это время полностью перестраивался. Несмотря на лютые холода, рабочие непрерывно слонялись по территории, ломали металлические и бетонные конструкции старых зданий, вывозили мусор за город, а затем вновь и вновь загружали машины. А когда на смену зиме пришла теплая и благоухающая молодой зеленью весна, на завод прибыли так называемые «гастробайтеры», люди без российского гражданства (таджики, западные украинцы, молдаване и другие) завод «закипел», как пчелиный улей.

Охранникам теперь приходилось глядеть во все глаза, чтобы не допустить беспорядков на заводе, потому как прибывшие рабочие жили на территории завода в местном общежитии, часто выходили за продуктами в город, пьянствовали, пытались между собой драться. Было ясно, что их присутствие ни к чему хорошему не приведет.

Боровиков часто звонил Любови Григорьевне и сообщал ей о сложной ситуации, просил увеличить численность охраны, но каждый раз она отвечала, что «нужно еще немного подождать, и дело изменится к лучшему».

Как-то в конце мая она вызвала к себе Володю и сообщила, что наступила пора сдавать экзамены на разряд. – Вот вам билеты, – сказала она, – я высчитаю за них у вас по сто рублей. А вот за сдачу экзаменов вы заплатите по две тысячи!

– А куда сдавать? – воскликнул Иван. – Неужели в тот учебный центр, который выдал нам свидетельства об обучении?

– Нет, – пробормотала начальница, – тот учебный центр закрыли! Вы будете сдавать экзамены в охранном предприятии при местной милиции. Называется оно – ООО «Викинг»! Не волнуйтесь! Мы перечислим им ваши деньги, и они не будут требовательными! Так что, готовьтесь!

– Да, – подумал Володя, – опять нужно платить! И что же тогда получать, если приходится на каждом шагу вынимать деньги! Понятно, что такая работа, тяжелая и неблагодарная, себя никак не оправдывает!

Когда же он рассказал о своем разговоре с начальницей напарникам, те были сильно раздражены.

– Возмутительно! – сказал Сергей. – Обирают нас как мародеры убитых! А сама Григорьевна, как я узнал от здешней девушки-бухгалтера, получает за нас по договору двести тысяч рублей в месяц! Из них, сто по документам, а других сто – в конверте! А мы здесь вкалываем как проклятые! Рабы, настоящие рабы!

– М-мы т-т-тут уб-биваемся, – пробормотал Павел. – А о-о-на…

– Тихо, ребята! – остановил их Володя. – Не шумите и успокойтесь! Григорьевна обещала вскоре улучшить нашу жизнь!

Жизнь, тем не менее, не улучшалась, а с наступлением лета и ужасающей, небывалой жары только ухудшалась. Тревожило и отношение к ним другой смены.

К сожалению, новый старший охранник, вопреки надеждам, стал открыто вредить своим сменщикам. Он постоянно жаловался Любови Григорьевне на плохую работу Володиной смены, откровенно обманывая ее и рассчитывая таким образом выглядеть в ее глазах лучше. Как узнавал Боровиков, та смена, практически, не справлялась с работой: Василий и его напарники любили выпить, грубо и жестоко обращались с «гастробайтерами», унижали местных рабочих и всех тех, кто не мог дать им сдачи.

Не находя в деятельности Володи ничего криминального, Василий стал придумывать, что якобы его сменщики не проводят обходов территории ночью и спокойно, наплевательски относясь к делу, отдыхают.       Особенно часто он жаловался на то, что Володя с напарниками якобы нарушают работу компьютера, и после их отъезда будто бы компьютер выключается…В ответ Любовь Григорьевна постоянно звонила к Володе на объект и требовала, чтобы он никому не разрешал портить компьютер.

Володя безуспешно объяснял ей, что ничего такого не делается, что компьютер отключается у их сменщиков по их собственной вине. Но она его не слушала.

На самом же деле, злополучный Василий Андреевич использовал компьютер для просмотра развлекательных фильмов, но прибор был устаревшим, не выдерживал нагрузок и отключался.

По жалобам Василия Любовь Григорьевна стала выезжать с оперативниками на объект и нудно, скрупулезно изучать работу компьютера, просматривать все документы, а поскольку в это время охране приходилось впускать и выпускать автомашины и людей, регистрируя их в книгах, работа была совершенно невыносима. К тому же досаждали прилетавшие с соседних мусорных свалок многочисленные мухи, от которых приходилось буквально отбиваться!

Наконец, завершалась очередная смена, и наши герои, полумертвые от усталости, едва добирались до рейсового автобуса.

Но и дома им было не до отдыха! Приходилось готовиться к экзаменам и штудировать билеты. В довершение ко всему, Любовь Григорьевна вычла из их последней зарплаты две тысячи рублей, которые следовало заплатить за сдачу экзаменов.

12.

Наконец, наступило время, когда они явились в пункт приема экзаменов – на территорию ООО «Викинг». Так называемый «учебный корпус» располагался в большом двухэтажном здании на самой окраине Ругаева. По всей видимости, это было какое-то складское здание, «приватизированное» местными предпринимателями. Когда Володя со своими напарниками вошли туда, они сразу же поняли, что предприятие это рентабельное: все его коридоры были заполнены многочисленными «частными охранниками» со всего города! Они болтались взад-вперед, громко разговаривали, порой, споря между собой и ругаясь. Наши герои, получившие назначение на девять часов утра, лишь с превеликим трудом добились возможности пройти в экзаменационный класс только к часу дня. Они легко и успешно сдали компьютерные экзамены, однако, им предложили сдавать еще и «практику»! Это было непредусмотрено предварительной договоренностью.

Володя спешно позвонил начальнице. – Любовь Григорьевна, – сказал он с раздражением, – мы вот тут уже почти весь день! Жарища ужасающая! А нас заставляют еще сдавать какую-то «практику»? Мы же совсем не готовились! Что нам делать?

– Не волнуйтесь! – последовал ответ. – Я уже с комиссией обо всем договорилась! Спокойно сдавайте! Я вам, если надо, помогу!

Боровиков и его напарники прекрасно понимали, какую «помощь» им окажет начальница и ни на что не рассчитывали.

…Лишь к пяти вечера им удалось, наконец, сдать «практические» экзамены. Володя, изнемогший от ужасающей жары, давки и переживаний, едва помнил, как он размахивал резиновой дубинкой, демонстрируя свои «знания» перед милицейской комиссией. Вернувшись домой, он принял холодный душ и едва живой «завалился» в постель. Только наутро он понял, что все экзаменационные муки закончились.

В последний день пребывания дома наш герой был вызван в кабинет начальницы.

– Ну, как успехи? – весело спросила он. – Я, конечно, знаю, что вы сдали экзамены…Но вот каковы ваши впечатления?

– Нормальные впечатления! – буркнул Володя. – Главное, что теперь пять лет не придется все это повторять!

– Да, это так! – кивнула головой Любовь Григорьевна. – Однако вам нужно будет срочно собрать все документы для вашего отделения милиции…Вернее, для разрешительного отдела…Опять нужно пройти медицинскую комиссию, собрать все справки…На этот раз услуги милиции платные! Придется заплатить тысячу шестьсот рублей…К тому же за медкомиссию…

– Восемьсот пятьдесят! – пробормотал Боровиков в отчаянии.

– Нет, уже девятьсот пятьдесят! – буркнула раздраженная начальница.

13.

С грустью и тоской уезжал наш герой на объект. Он чувствовал себя обманутым и обобранным до нитки! Однако он не знал, что эта поездка станет для него последней…

Первый день дежурства никаких серьезных проблем не обещал. Как всегда охранники добросовестно несли службу на проходной завода и в магазине, проводили ночные обходы территории завода в сопровождении служебных собак. Обходили даже с ними все этажи административного здания, но собаки не проявляли беспокойства.

Утром, на вторые сутки, рабочие-иностранцы вышли за территорию завода и неожиданно подняли крик. – Охрана! Охрана! На втором этаже выбито окно!

Боровиков выбежал за ворота и увидел, что, в самом деле, во втором, крайнем окне административного корпуса выбито стекло!

Охрана по договору не несла ответственность за внешние факторы и обязывалась не допускать лишь проникновения на объект. Фасад здания был обставлен строительными лесами, которые располагались у окон. По ним в здание мог проникнуть любой человек. Но, поскольку этими делами занимался подрядчик, ответственность за охрану своей собственной стройки ложилась на него. Безусловно, он должен был нанять ночного сторожа, чтобы не допустить никаких безобразий. Зная это, Володя не особенно волновался и спокойно позвонил на домашний телефон Игоря Михайловича. Тот же, однако, сильно встревожился и вскоре уже прибыл на объект.

– Ребята! – буквально закричал он, когда увидел выбитое окно. – Да там же дорогостоящие ноутбуки! Господи, а если их украли!

Все заметались. Срочно послали за генеральным директором и кладовщицей.

Стаканов явился, пылая гневом. – Вот какая у нас охрана! – зло сказал он, указывая пальцем на Володю. – Пьянствуют, гуляют…А теперь, вот и кража! Я говорил, что надо от них избавляться и брать своих!

– Мы не виноваты! По договору мы за это не отвечаем! – сказал Володя.

– Не отвечаете за охрану!!! – взвыл Стаканов. – У, сволочи, подонки!

– Вы не отдавали нам под охрану строительные леса! – возмутился Боровиков. – И про кладовую с дорогой техникой тоже ничего не говорили! Мы всю ночь проходили с собаками, и те не учуяли чужого запаха! Если совершено хищение, то это сделали свои! И почему вы не вызвали милицию? Получается, что кража инспирирована!

– Ладно, разберемся! – буркнул Стаканов, услышав убедительные слова Володи. – Сейчас позвоню хозяину!

– Ох, я забыл сообщить начальнице! – хлопнул себя по лбу Володя. – Надо срочно звонить, и он набрал номер.

– Любовь Григорьевна, – сказал он, – у нас тут происшествие!

И он вкратце рассказал о случившемся. Как ни странно, начальница отреагировала довольно спокойно. – Что поделаешь, – сказала она, – у нас часто бывают хищения! Народ наш – одни воры и жулики! Разве за ним углядишь? Будем ждать подсчета убытков. А там – разберемся.

Через полчаса начальница позвонила Володе. Теперь она говорила уже другим тоном! – Владимир Александрович! – чеканила она стальные звуки. – Оказывается, вы плохо работали! Спали во время дежурства, не проводили обходов!

– Это не так! – возмутился Боровиков. – Мы честно исполняли свои обязанности!

– А я имею другую информацию! – вскричала начальница.

– Вы сами говорили, – спокойно возразил Володя, – что слово к делу не пришьешь! В таком случае, представьте мне акты о нарушении нами дисциплины. У нас были ночные проверки, в частности, Игорем Михайловичем. Но мы всегда были на рабочем месте!

– Ладно, Владимир Александрович, – сказала более спокойным тоном Любовь Григорьевна, – давайте поговорим как деловые люди…Вот я позвонила господину Стаканову, и он определил, что похищено несколько ноутбуков на сумму около ста тысяч рублей. Я предлагаю свои условия. Вы все отказываетесь от месячной зарплаты…Это около тридцати тысяч рублей…А я оплачиваю остальную часть…Согласны?

Боровиков представил себе измученные лица своих напарников после очередной смены, лютый холод зимы, лишения жаркого лета и нищенский уровень их жизни, подумал и решительно возразил: – Нет, Любовь Григорьевна, я с вами не согласен! Если бы мы были виноваты, я бы не спорил…А здесь, явно не наш просчет! К тому же местное начальство не соблюдало договор. Условий для нормальной жизни и работы не было! Никаких прав мы не имели! Я не собираюсь уступать нашим мучителям!

– Тогда я вас уволю! – буркнула Любовь Григорьевна. – И уволю по статье! Вы нигде не найдете работу!

– В этом случае, мы посмотрим! – решительно бросил Володя. – И нечего меня пугать! Надо увольнять – увольняйте!

На другой день сумма убытка неожиданно удвоилась. Любовь Григорьевна вновь позвонила Боровикову. – Теперь убыток составляет двести тысяч рублей! – сказала она. Подрядчик берет на себя половину! А мы – другую! Предлагаю прежние условия!

– Завтра будет триста тысяч! – возмутился Володя. – А послезавтра – полмиллиона! Это – беззаконие и у вас ничего не выйдет! Мы не будем ничего платить! Отдайте нам наши деньги, заработанные за последний месяц, и мы подадим заявления об увольнении по собственному желанию. Это все!

Разговор на этом закончился, и наши герои, сдав смену, уехали домой. Но уже на следующий день Любовь Григорьевна вызвала Боровикова в свой офис. Там же его ожидали напарники Сергей и Павел.

– Ну, вот, Владимир Александрович, – сказала начальница, – я тут переговорила с вашими напарниками. Они согласны возместить ущерб! Если и вы пойдете по верной дороге, то также согласитесь с ними! Понимаете, я же уволю вас без содержания! Вот у меня ваше заявление на бесплатный отпуск…Вы добровольно отказываетесь от выходного пособия…

– Я ничего не писал! – возмутился Володя.

– Зато вы все подписывали! – усмехнулась начальница.

– Я никогда не соглашусь на ваши условия! – сказал, сдвинув брови, Боровиков. – Я понял, что для вас самое главное – это деньги! В таком случае, подавитесь ими! Я уйду от вас! Напрасно вы думаете, что подлость и предательство свойственны всем! Во мне вы явно ошиблись! Верните мне мои документы! Я презираю вас!

Он встал и демонстративно покинул кабинет бессовестной начальницы. Выйдя на улицу, он решил подождать своих товарищей.

Вскоре те вышли. – Ну, что, ребята, – сказал им Володя, – будете выполнять требования Григорьевны?

– Будем! – сказал с улыбкой Сергей. – Мы выплатим те деньги, которые насчитала Григорьевна. А ты зря погорячился! Зачем так опрометчиво отказываться от работы? Как-нибудь переживем!

– Нет, ребята! – горько усмехнулся Боровиков. – Я уже никогда не пойду на примирение с этой сволочью! Конечно, печально, что власти поддерживают этих преступников. Но еще печальнее, что таковых поддерживаете вы, рабский народ! А теперь, прощайте, но запомните: сегодня вы предали меня, а завтра предадите ваших детей и внуков! Эра российского рабства продолжается! Прощайте, надеюсь, мы больше никогда с вами не встретимся!

Он повернулся спиной к своим бывшим товарищам и вздохнул полной грудью. Так навсегда закончилась его работа частного охранника.

21 декабря 2011 г.

Л Е Ш И Й

Много загадочных историй, приключившихся в глухих брянских лесах, рассказывают здешние жители. Но, как правило, их сообщения больше напоминают сказки, чем жизненную правду. Однако тайны лесных глубин сердца России, в самом деле, ждут разгадок, и у брянцев есть все возможности узнать много нового о древней истории затерявшихся в глубине лесов курганов и остатков некогда цветущих поселений.