Текст книги "Деснинские просторы (СИ)"

Автор книги: Константин Сычев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 117 страниц)

– В самом деле, – улыбнулся Чуин, – при Брежневе были некоторые послабления. Я сам столкнулся как-то по глупости с работниками упомянутого комитета!

– Неужели? – удивился я. – За что же тебе так не повезло? И как ты уцелел?

– Смешно рассказывать! – буркнул Саша. – Но история получилась презабавная! Ты же знаешь, что по молодости я был большим правдолюбцем! И из-за этого попадал в разные неприятные истории!

– Как же, помню! Например, наша учительница истории, Людмила Иосифовна, однажды задала всему классу достаточно трудный для учеников вопрос…Что-то там о Венском конгрессе во времена русского премьер-министра Горчакова…Она тогда сказала, что кто ответит на этот вопрос, немедленно получит «пятерку». Ну, а я встал и тут же ответил так, как надо! Но учительница не поставила мне обещанную оценку! Тогда ты встал и при всем классе назвал ее обманщицей, не умеющей держать слово!

– Да, я тоже помню тот эпизод! Тогда Людмила Иосифовна так на меня обозлилась, что до конца учебы занижала мне оценки! Как бы ни ответил – следовали только «тройки»! Впрочем, я не извлек из случившегося ничего полезного…Это уже потом, после столкновения с работниками КГБ, я «прикусил язык»!

– Как же это случилось?! – воскликнул я. – Расскажи! Это очень интересно!

– Я долгие годы молчал, боялся повторить пережитое и оказаться в «психушке», – покачал головой Чуин, опорожнив рюмку водки и закусив соленым огурцом. – Но теперь можно! Уже нет этого КГБ…Правда, существует вроде бы преемница той «конторы» – ФСБ, но ее функции неясны, да и людей за пустые разговоры сейчас никто не трогает…Поэтому расскажу о том, что тогда со мной случилось.

Учился я тогда в местном педагогическом институте на историческом факультете. И все продолжал высказывать слова правды! Будучи человеком неопытным в жизни, я верил, что все люди хотят правды, но не все могут ее высказать! Это я уже потом понял, что наши люди просто боялись говорить правду! И жили, как «премудрые пескари» из известного рассказа Салтыкова-Щедрина, принципы которых хорошо воспроизвела популярная тогда советская песенка: «Ничего не вижу, ничего не слышу, ничего не знаю, ничего никому не скажу!» Вот и мне надо было руководствоваться этими словами, как это делали все законопослушные граждане. Но я шел своим путем, не понимая, что в лживой стране нельзя говорить правду, и продолжал играть роль «правдолюба», нажив себе врагов в лице институтских преподавателей. И особенно преподавательниц, ибо женщины крайне резко воспринимают сказанные в глаза неприятные для них слова! Я едва дошел до пятого курса, хотя учился старательно, не пропускал занятий, выполнял все задания, словом, был добросовестным студентом…Но вот мой язык!..       Короче, как-то на общем институтском комсомольском собрании я допустил одну серьезную оплошность.

На такие собрания всегда приходила преподавательская и партийно-комсомольская элита. В президиуме сидели ректор, его заместители, секретарь партийной организации, главный комсомолец и прочие приближенные к ректору люди. Вел собрание, естественно, секретарь комсомольской организации института.

Как только все уселись, и был исполнен партийный гимн – «Интернационал», комсомольский босс подошел к трибуне и заявил: – А теперь, товарищи, давайте изберем почетный президиум в составе Политбюро ЦК КПСС во главе с выдающимся борцом за мир, самым мудрым человеком планеты, генеральным секретарем ЦК КПСС товарищем Леонидом Ильичем Брежневым! Кто за это предложение? Прошу проголосовать! Кто «за»? (Все пребывавшие в зале с восторженными криками подняли руки) Кто «против»?

И дернул же меня черт за язык! Я подскочил и крикнул: – Я – «против»!

Комсомольский «бог» оцепенел. – Ты что, рехнулся, что ли? – крикнул он, покраснев от возмущения. – Сядь же и не мели ерунду!

– Я – «против» потому, – громко прозвучал мой голос в абсолютной тишине ошеломленного зала, – что Политбюро не имеет никакого отношения к нашему собранию! Подобное голосование совершенно бессмысленно! Да и мудрость Брежнева от этого не стала глубже! Кому нужно это бестолковое славословие?!

– Ах ты, негодяй! – взвыл комсомольский секретарь. – Да я тебе…

Но ему помешал довести до конца фразу ректор института. – Виктор, – сказал он в микрофон, торчавший перед ним, – нечего вести пустую полемику! Весь институт проголосовал «за» и этого достаточно! А что касается этого отщепенца, – он со злобой посмотрел в мою сторону, – то пусть он сам держит ответ за свои глупые слова! Продолжай собрание!

И все пошло дальше по запланированному заранее пути. Главный комсомолец сообщал о достижениях института, «незначительных недостатках, которые предстоит преодолеть, используя учение великого Ленина и указания гениального Брежнева…», а в конце отметили почетными грамотами отличившихся студентов. Меня как будто забыли…

Как только завершилось собрание, я вместе со всеми устремился к выходу. Многие студенты старались избегать меня, но один из товарищей, учившийся со мной в одной группе, подошел ко мне и со смехом сказал: – Ну, ты даешь, Саша! Весь институт на рога поставил! Поистине: язык твой враг!

Я направился к выходу, подошел к лестнице и стал спускаться вниз на брусчатую площадь. В воздухе стоял тонкий запах майской зелени: травы, листьев деревьев, цветов из многочисленных клумб. Приветливо светило весеннее солнце. Но в груди у меня стоял какой-то затаенный страх…Мне казалось, что все вокруг возненавидели меня! Неожиданно ко мне подошли двое здоровенных мужчин почти одного роста с суровыми лицами и стальными глазами. Одеты они были в красивые серые костюмы, блестевшие на солнце. – Молодой человек, – сказал один из них, – пройдемте с нами!

Я остановился, с трудом понимая происходившее. – Я что вам сказал!? – властно буркнул тот же верзила. Они схватили меня под руки, подвели к стоявшей у ступенек черной «Волге» и только оказавшись внутри этой известной в стране автомашине, я окончательно понял, что попал в «лапы» сотрудников КГБ. Как ни странно, страх совершенно прошел. Я даже успокоился и спросил, стараясь сохранять выдержку: – Куда же вы меня везете?

Ответом было гробовое молчание.

Я откинулся на спинку сидения и напряженно ждал. Машина мягко и плавно двигалась по знакомому маршруту. Вот проехали площадь Ленина, улицу Фокина, спустились вниз на улицу Калинина…

Наконец автомобиль остановился у небольшого здания. – Неужели это их управление? – подумал я.

– Зайди-ка, Женя, в диспансер, – распорядился сидевший слева от меня кагэбист, – да побеседуй со здешним «светилом» Горностаевым! Расскажи ему все о нашем деле! Пусть примет этого придурка! – Он кивнул головой в мою сторону.

Упомянутый Женя, сидевший до этого справа от меня, выскочил на улицу, открыл дверь и вошел в подъезд здания. Тут я бросил взгляд в сторону двери и увидел табличку: «Областной психоневрологический диспансер. Стационарное отделение».

Тут все стало ясно. – Решили упрятать в «психушку» – подумал я.

Ждать пришлось недолго. Минут через десять тот же Женя вышел из больницы, открыл дверцу «Волги» и громко сказал: – Выходите, гражданин Чуин!

Я выбрался на улицу, и оба здоровенных мужика повели меня наверх, где, как я догадался, меня ждал опытный психиатр. Один из сопровождавших шел впереди, другой – сзади. Если бы кто-нибудь увидел эту сцену, то, наверное, подумал бы, что сюда привезли, под таким конвоем, буйно помешанного.

Несмотря на вновь появившийся страх и чувство безнадежности, я все-таки сохранил каким-то образом любопытство и осматривал по пути все, что нам встречалось: темный длинный коридор с какими-то досками объявлений, ряд замызганных стульев и сидевших на них больных. Одни из них тряслись, как-будто в судорогах, другие что-то бормотали, а одинокий старик, сидевший напротив двери, к которой меня подвели кагэбисты, вдруг неожиданно закричал: – Это что же происходит? Вы что, не знаете очереди! Я – первый! Куда вы!!! Я немедленно напишу самому Брежневу!!!

Доблестные сподвижники Дзержинского не обратили на него никакого внимания. Они открыли дверь, и ввели меня в небольшой, но светлый кабинет. Я успел лишь прочитать дверную табличку – «Профессор В.Ф. Горностаев».

В кабинете находился рослый смуглый брюнет, примерно сорока пяти лет. Он сидел за столом и, видимо что-то до этого писал. В момент нашего вторжения он поднял голову и устремил на меня грозный, гипнотизирующий взгляд. Его глаза, казались уставшими, веки покрасневшими и только густая черная бородка придавала местному психиатрическому «светилу» вид ученого дореволюционной поры.       – Садитесь, молодой человек! – сказал он приятным голосом интеллигента и показал рукой на стул, стоявший напротив него у того же стола. – А вы, молодые люди, – обратился он к кагэбистам, – можете идти!

Отважные чекисты немедленно удалились. Когда же я сел за стол, профессор подскочил, как бы что-то вспомнив, подошел к двери и закрыл ее на ключ. Я обратил внимание на то, что ключ напоминал собой какую-то трубку с треугольным сечением.

– Боится, что убегу, – мелькнула у меня мысль.

– Ну, что ж, молодой человек, – заговорил ученый психиатр, – ответьте мне на два небольших вопроса. – Вы готовы?

– Да, готов! – пробормотал растерянно я.

– Ну, вот скажите мне, что значит фраза «шила в мешке не утаишь»?

Мои волнения и страх улетучились. Я понял, что врач, в самом деле, считает меня сумасшедшим и пытается выявить характерные признаки болезни.

– Понимаете, товарищ профессор, – смело сказал я, – русские люди не зря придумывали всякие поговорки! В них таится глубокий смысл. Вот в приведенном вами предложении говорится о шиле в мешке! Все дело в том, что если вы сядете на этот мешок, то шило непременно пронзит вам зад! Понимаете?

– Гм! – буркнул озадаченный профессор. Ответ оказался для него неожиданным. Однако он сделал вид, что ничего удивительного не было сказано и, повертев головой, вновь вперил в меня свой огненный взгляд. Я подумал: – Уж не сумасшедший ли сам врач?

Но вот последовал новый вопрос. – Итак, молодой человек, – заговорил доктор, – вот вы оказались в поезде и вдруг узнаете, что в нем заложена бомба! Ваши действия?

– Ну, я в таком случае дождусь ближайшей станции и немедленно покину злополучный поезд! Не умирать же?– горько усмехнулся я.

– А если уже будет поздно? – улыбнулся ученый.

– В таком случае отправлюсь на тот свет! – бросил я.

«Светило» психиатрии улыбнулся и что-то хотел сказать еще, но я перебил его.

– Не утруждайте себя, дорогой товарищ профессор, – сказал я, играя роль наглеца. Я, наконец, понял, что безо лжи мне оттуда не выпутаться. – Я – совершенно здоровый человек. По крайней мере, настолько, насколько может быть здоровым человек, живущий в стране, строящей неведомый коммунизм! Раскрою вам все карты! (Ученый психиатр, казалось, онемел и внимательно меня слушал!) Я оканчиваю последний курс пединститута. Сами понимаете, что мне светит направление в глухую деревню. У меня нет ни влиятельных родственников, ни больших денег, чтобы купить себе хорошее направление! Поэтому я и разыграл весь спектакль с насмешкой над «высокими» чувствами наших людей. В результате, попал к вам! А вы поместите меня в «психушку», где я, пролежав некоторое время, получу, как больной человек, «открепление» от злополучного направления в деревню и устроюсь на работу по месту жительства. А в дальнейшем я «чудесно» выздоровею! Так что не теряйте времени, уважаемый, оформляйте меня, куда следует! Этим вы угодите и товарищам из КГБ! Понимаете меня?

Некоторое время в кабинете стояла тишина. Я бросил неуверенный взгляд в сторону профессора и ужаснулся. Он побагровел, черты его лица исказились от неудержимого гнева! – Вон отсюда, негодяй! Издеваться надо мной вздумал! – вскричал ученый, размахивая руками и вращая глазами. Рот у него скривился, на губах показалась пена. – Вон! Вон! Вон! – кричал он, подбегая к двери и пытаясь просунуть свой необычный ключ в дверную скважину. Но трясущиеся руки не слушались его. Наконец, изощрившись, он все-таки вогнал ключ в отверстие, распахнул дверь и, задыхаясь, лишившись голоса, указал мне дрожащей рукой на выход. Я стремительно выскочил в коридор и побежал. Вдруг слышу: за мной кто-то гонится. Я пригляделся: это был тот самый старик, ждавший своей очереди. Видимо, услышав вопли психиатра и увидев его разъяренное лицо, он решил отказаться в тот день от приема.

Спустившись вниз, я вышел на улицу и, остановившись у дверей психдиспансера, закурил (у меня в кармане была пачка «Беломора»). Черная «Волга» все еще стояла неподалеку. Увидев меня, кагэбисты выскочили из машины и, глядя на меня со злобой, вдвоем помчались вверх по лестнице, видимо, к уже известному мне психиатру.

Стоя у дверей, я слышал какие-то крики, доносившиеся сверху, и разобрал лишь одно слово – «негодяи»! Внезапно из дверей выскочили оба чекиста и быстро побежали к своей машине. Еще мгновение – они скрылись внутри, и «Волга», прогудев, развернувшись, стремительно исчезла. Вот так закончилось мое «правдолюбие» и началась наша обычная, российская жизнь: сплошное вранье, лицемерие, молчаливое отбывание! Я стал настоящим гражданином своей страны и больше никогда не смел не только выскакивать со своими «правдами» на публике, но даже перестал общаться с близкими людьми. Я только теперь и лишь тебе рассказал об этом своем «похождении», зная, что ты поймешь меня! – подвел он итог своему рассказу.

8 января 2016 года.

ДЕТСКИЕ РАЗВЛЕЧЕНИЯ

Наш народ не избалован развлечениями. Властям предержащим нет никакого дела до одураченного ими народа, поэтому люди находят свой «интерес», согласно своим представлениям и интеллекту. Я, например, находил утешение в посещении окрестного леса, где собирал грибы, ягоды, лекарственные растения. Этому учил меня отец. Россияне привыкли не надеяться на власть имущих, которые всегда предавали Россию и народ, поэтому мой отец учил меня различным заготовкам. – Собирай грибы, сынок, – говорил он мне, – а ранним летом – и ягоды! Ведь у нас все возможно: война, голод, бессмысленные расправы над людьми… Поэтому мы должны иметь какое-то подспорье!

Умный он был человек! Предвидел даже то, что нам предстоит в недалеком будущем при бездарной, экономически безграмотной власти жить, как при крепостном праве…

Впрочем, суть рассказа не в этом. От взрослых учились «жизни» и дети. Как-то мне, еще в советское время, пришлось быть свидетелем беседы детей о том, как они проводят свой досуг.

В одно прекрасное июльское утро, когда еще не наступила жара, и природа, казалось, дышала легкой прохладой с ароматами покрытых росой трав, я вышел из дому, чтобы подождать на улице соседа, с которым мы собирались в лес по грибы. Но сосед все не шел, а его «мобильник был отключен. Я сидел на скамье возле деревянного стола, на котором местные жители играли в домино и упорно ждал.

– Вот еще минут пятнадцать посижу, а потом уйду! – решил я. – Видимо у соседа что-то приключилось. Одному в лес идти не хочется, поэтому поход по грибы срывается…

Вдруг я услышал чей-то неторопливый, но громкий разговор, сопровождавшийся смехом. Я обернулся и увидел на другой скамье, шагах в пяти от меня, двух подростков, которые сидели ко мне спиной и так увлеклись беседой, что ничего вокруг не замечали.

Итак, Дурбовин Женя, тринадцати лет, проживавший на одной со мной площадке, с упоением поведал своему приятелю-сверстнику из соседнего дома, о том, как они с братом Володей провели воскресный день.

– Ты же знаешь, Вась, – сказал Женя, – что мы живем в коммуналке с подлыми людьми! Это – Мирониха и Козлиха! Они не знают, как нас обидеть! Плюют в кастрюли, в которых наша мать готовит супы, ругаются…Всего хватает!

Но мы не лыком шиты! В прошедшее воскресенье мы добили-таки Мирониху и Козлиху! Я придумал отменный способ, как досадить им! Мы встали еще в шесть часов утра, и я занял место в общем туалете. Сижу себе, сижу и думаю: – Пусть теперь наши враги пройдут в туалет! Этого им не удастся!

Я договорился с братом, Вовкой, чтобы он сменил меня на унитазе через два часа. Однако в это время ни Мирониха, ни Козлиха не появились. Володя сменил меня, и примерно в девять часов утра к туалету устремилась Мирониха. Она стучалась в дверь, кричала, но Вова послал ее на… Через час в туалет пыталась проникнуть Козлиха! Но и ей не удалось справить нужду! Когда же она отошла, я сменил Володю, и вновь занял унитаз! Так продолжалось весь день, и злобные соседки были вынуждены проситься к соседям, чтобы облегчить естество. Так мы просидели весь день, но зато отменно досадили противным бабам! – Женя усмехнулся и с гордостью посмотрел на собеседника. Он чувствовал свою правоту и считал свои действия подвигом!

– Да, вы неплохо провели свой выходной, – ответил ему с улыбкой сосед, Вася Вокшин. – А мы тоже не теряли зря времени. Ты же знаешь, что в вашем подъезде живет старая вдова, тетя Лена Абраменкова? Она – самая настоящая кошатница! Безумно любит кошек…Недавно приобрела очередного котенка, назвала «Барсиком». Ну, котенок вырос и превратился в крупного, жирного кота…Тетя Лена обожала его. Она разговаривала с ним, как с человеком. Я однажды слышал, как она «советовалась» с котом! – Киса, Барсик, – бормотала она, пребывая во дворе, – пойдем покушаем, а потом попьем чаю и ляжем спать! Ты не возражаешь? – Кот отвечал сочным мяуканьем, и они уходили домой.

Ну а я пошел к Володьке Потапу, и мы с ним разработали интересную операцию.

В то самое время, когда вы восседали на унитазе, мы поймали в полисаднике этого жирного кота Барсика, затащили его в сарай и стали беспощадно избивать. Мы прижигали ему болезненные части тела раскаленным прутом, проткнули этим прутом живот глупого котищи. Однако он не собирался умирать! Тогда мы отсекли ему голову моим хозяйственным топором, а затем подбросили эту голову, оскаленную мучениями, под дверь тети Лены.

Вскоре она пришла из магазина и, увидев кровавое зрелище, упала в обморок!

Мы чуть не померли со смеху! Старую дуру отправили в больницу, где она и пребывает по сей день! Так что твои воскресные шалости – мелочь, по сравнению с тем, что сделали мы!

– Да, – пробормотал потрясенный Женя, – вы – настоящие герои! Можно вам позавидовать! Побольше бы таких людей! Тогда Советская страна была бы великой державой!

Выслушав этот диалог, я встал со скамьи и медленно пошел домой. Меня, в самом деле, потрясли рассказы детей! Я понял, что у нас растет «достойное» поколение, способное не к созиданию, но к разрушению! Поэтому ожидать лучших времен не придется!

Так и случилось: вчерашние «дурбовина», «потапы», «вокшины» неплохо устроились в Москве, где развлекаются по-прежнему, воспитывая в своих детях будущих «терминаторов»!

Как-то я встретил Потапова, приехавшего в гости к родным на Брянщину.

– Ну, как, Володя, заладилась у тебя столичная жизнь?

– В общем-то, да, – ответил уверенно Потапов. – Я хорошо зарабатываю! Имею большую квартиру…У меня большая семья: жена, дети…

– А как ты относишься к животным? – с усмешкой сказал я. – Я помню, что ты был большим любителем собак и кошек!

– Я уже давно не развлекаюсь игрой со зверьем, – грустно сказал Володя. – Зато двое моих сыновей не теряются! Как-то в подъезде появился бродячий котенок…Так они смастерили петлю и подвесили его чуть ли ни под потолок! А недавно разрубили пополам бродячую собаку! Ну, это – хорошо, от этого есть общественная польза…

А вот другое дело – истреблять собственных домашних животных! Как-то мы купили на базаре белочку в клетке, которая бегала по вмонтированному внутри клетки колесу. А мои ребята изобрели и присоединили к колесу моторчик и, если белка забегала на колесо, то уже не могла остановиться! Постепенно они истребили уже пять белок! И требуют, чтобы я покупал еще! Ты не подскажешь, здесь в Брянске нет какого-либо зоомагазина? Уж больно дороги белки в Москве…Можно разориться…Вон у соседа дети сидят за компьютерами и убивают все живое в виртуальном мире, не нанося ущерба семье. Я же купил моим компьютеры, но они, ни в какую, не хотят довольствоваться этими играми, требуя настоящей, живой крови!

– Нет, Володя, не могу ничего сказать про зоомагазины, – с горечью ответил я, не желая продлевать этот разговор. Я только понял, что был прав в те далекие советские годы! – Откуда нам ждать благоприятных перемен, – подумал я, – если подобные «любители природы», «гуманисты» окружают нас повсюду, а теперь и заселили Москву! Отсюда у нас и такие народные «заботники»-депутаты! Были мы рабами, ими и останемся!

23 января 2016 года

К О Ш А Ч И Й Б И З Н Е С

В семье случилась беда: скончалась любимая кошка Барбара, прожившая в холе и неге 19 лет. Для кого-то это – нечто несерьезное…Кто-то вообще считает, что люди, любящие животных – не «от мира сего». Но когда возле тебя столько лет проживает пушистый любимец, который почти два десятка лет утешает в горестях, отвлекает от текущих проблем, спасает от стрессов в этом жестоком мире повальных интриг, коварных расчетов и просто злодейств, который не предает, как вчерашние друзья и подруги, горе становится весомым и ощутимым!

Поэтому горе Натальи Ружецкой было искренним: она страдала из-за утраты единственного друга, возможно, даже больше, чем от гибели человека!

Многие из нас прожили свой век в стране, где предательство, лицемерие, взяточничество и подлость стали образом жизни…Где почти восемь десятков лет строили «светлое будущее» для…партийной элиты, которая считала себя народом. Где было уничтожено, унижено, втоптано в грязь все лучшее, чем обладала дореволюционная Россия. Поэтому люди стали уходить от этой лжи в другой мир, искать себе друзей не среди людей, которые предают, но среди животных!

И вот потеря любимца превратилась для Натальи в настоящую трагедию…

Но жизнь продолжается…Как ни страдай, как ни убивайся, но все-таки нужно жить. И вот наша героиня решила приобрести себе новую кошку, вернее, котенка, чтобы как-то преодолеть тяжелую тоску, вырастить нового любимца и иметь отдушину в стране, где нет даже представления о ценности человеческой жизни и уважения к старости!

Такая возможность вскоре представилась. Наталья обратилась к компьютеру. В Интернете оказалось много информации о возможности приобретения котят. На одном из сайтов она нашла приемлемое предложение: продается котенок-британец! И всего за три тысячи рублей!

Наташа открыла сайт о котах-британцах и была поражена: какие красивые кошки, какие преданные, долго живущие! Как раз именно то, что ей требовалось!

Она сразу же позвонила по номеру указанного на сайте телефона и услышала: – Пожалуйста, приезжайте! У нас прекрасные британские котята! Мы ждем вас по адресу…

Наташа недолго думала. Взяв с собой сумочку, кошелек с деньгами, она помчалась к ближайшей остановке маршрутного такси, чтобы скорей увидеть будущего питомца.

Она не шла, а летела, мир, казалось, вновь изменился для нее в лучшую сторону. Ярко светило солнце, а люди, встречавшиеся ей на пути, казалось, приветливо улыбались. Весеннее небо радовало приятной голубизной, и жизнь вновь наполнялась смыслом, перспективой общения с пушистым другом, возможностью заботы о существе, которое нуждается в этом, не изменяет и искренне любит…

И все в это время стало прекрасным: и природа, и люди, и собственные мысли, которые совсем недавно были печальными и горестными…

Наконец наша героиня добралась до указанного по телефону дома, и была встречена гостеприимными хозяевами. На пороге квартиры ее ждала солидная пожилая женщина со взрослой дочерью. – Я – хозяйка квартиры, – сказала старшая из них, – а это – моя дочь Аня. У нас есть три котенка-британца. Две девочки и один мальчик. Выбирайте любого из них. – Она приветливо улыбнулась.

Наталья вошла в помещение.

– Проходите сюда! – предложила хозяйка квартиры. – Вот в этой комнате, – она махнула рукой, – находятся котята.

Гостья вошла в небольшую опрятную комнату и была поражена идеальной чистотой. На полу лежал большой белоснежный палас, за которым стоял длинный двухспальный диван. На этом диване лежали трое котят. Один – голубовато-серой масти, другой – черной, а третий – лиловой.

– Выбирайте! – сказала приятным грудным голосом Аня, красивая молодая женщина, примерно лет двадцати пяти. – Здесь две девочки и один мальчик!

– Все котята – одной породы – британцы, – добавила ее мать. – У нас даже есть их родословная! Если хотите, мы предоставим вам копию…

– Да зачем мне эта копия? – улыбнулась Наталья. – Лишь бы котенок был здоровым и красивым…Мне больше ничего не нужно!

– Ну, что ж, – усмехнулась пожилая хозяйка, – тогда принимайте решение!

Наташа осмотрела котят, и ей понравилась самая маленькая кошечка, серо-голубого цвета. Она протянула руку, и «очаровашка» буквально бросилась к ней, прижалась мордочкой к ладони.

– Я хотела бы вот эту! – с уверенностью произнесла она. – Эта миленькая кошечка мне подходит!

– У вас отменный вкус! – весело сказала пожилая женщина, принимая деньги. – Забирайте нашу «Пуговочку». Она будет для вас и радостью, и утешением!

– А чем кормить кошечку? – поинтересовалась покупательница. – Может для нее необходим особый корм?

– А здесь все просто! – улыбнулась старшая хозяйка. – Давайте ей пока «Фруто-няню», специальные консервы для детей. – Она показала небольшую баночку с этикеткой. – Желательно покупать говядину, цыпленка и другие мясные консервы. А когда кошечка подрастет, будете расширять диету – давать сметану, молоко, свежее мясо…Там…сами разберетесь.

– Мне все понятно, – сказала счастливая Наталья, – но мне хотелось бы увидеть маму этих котят. Интересно, во что превратится купленная мной кошечка?

– А, пожалуйста, – ответила дочь хозяйки, – сейчас я позову кошку. – Она повернулась лицом в сторону открытой двери и громко крикнула: – Милочка! Кис-кис-кис!

В комнату вошла величественной походкой крупная, лиловой масти, кошка с большими желтыми глазами. Она равнодушно посмотрела на гостью и остановилась посреди комнаты.

– Вот это – Мила, мама наших котят, – прокомментировала Анна. – Ей одиннадцать лет. Она уже восемь раз приносила котят. Теперь – это ее последний помет. Все котята – как на подбор! Будете еще благодарны нам! А вот и родословная нашей кошки! – Она протянула гостье светокопию документа, в котором были отпечатаны имена трех поколений котов-британцев.

Наташа взяла листок и стала читать. Однако она не нашла в нем имени «Мила».

– Так здесь же нет имени вашей кошки? – сказала она. – Здесь все какие-то иностранные имена!

– Ну, все это просто объясняется! – весело сказала старшая хозяйка. – Мы – люди русские, бесхитростные…Зачем нам эти иностранные слова…Мы решили назвать свою кошку русским именем, а здесь она фигурирует под другим…

– Нет, не стоит объясняться! – улыбнулась Наталья. – Я все понимаю. Да и не нужна мне эта родословная. Главное, что кошечка – настоящая «британка» и обещает вырасти здоровой и красивой!

– Ну что ж, в таком случае по рукам! – завершила переговоры пожилая женщина. – Забирайте вашу кошечку и будьте счастливы!

– Дай, я поцелую тебя на прощание, Пуговка, – сказала прослезившаяся Аня. – Будь же счастлива с этой прекрасной женщиной!

– Это еще что за слезы?! – возмутилась ее мать. – Если ты так будешь реагировать на продажу котенка, я прекращу это дело! Видите ли, – она обратилась к гостье, – Аня временно проживает у меня, поскольку в их квартире сейчас идет ремонт. Вот на днях она уедет к себе и заберет с собой всех своих кошек. Впрочем, наверное, не всех. У нас очень много покупателей. С этого помета у нас было пять котят. Двух уже купили. Одного котенка – даже из Калуги приехали…А другого – из Карачева…Мы больше не будем вязать кошку-мать. Она уже стареет. И, видимо, не станем продавать последнюю кошечку…

Наталья уезжала домой, не чувствуя под собой ног. Маленькая кошка сидела у нее на груди, крепко прижавшись к новой хозяйке. Сердечко кошечки билось так, как будто было готово вылететь из груди. Однако она не вырывалась, не суетилась и, казалось, с радостью приняла свою судьбу.

Вечером пришли с работы муж Натальи и дочь. Они были очень рады красивому котенку, который сразу же освоился в новом доме и весело резвился под взглядами довольных домочадцев.

Прошел месяц. Котенок продолжал радовать всех своей бодростью и весельем. Но вдруг, неожиданно, как-то проснулся с громким мяуканьем, напугав Наташу. Кошечка громко кричала даже тогда, когда хозяйка брала ее на руки! Складывалось впечатление, что она тяжело заболела! К ней было невозможно прикоснуться. Казалось, что у нее болели все косточки.

Напуганная Наташа позвонила мужу на работу и рассказала о случившемся. Тот немедленно отпросился у начальника и приехал домой. Слова Натальи подтвердились: котенок был совершенно болен!

– Поехали в ближайшую ветеринарную клинику! – сказал Иван, супруг Наташи. – Надо спасать котенка! И немедленно!

Не прошло и получаса, как они оказались на приеме у ветеринара, красивой молодой женщины.

Выслушав Наталью и Ивана, она внимательно осмотрела кошку.

– Напрасно вы волнуетесь, – сказала ветврач. – Ваша кошка страдает от неправильной диеты! Британцы – искусственно выведенная порода и для нее неприемлема та пища, которую вы давали! Перейдите на сухой корм для британских кошек, и все наладится!

– Но она же страдает? – пробормотал Иван. – Может нужны какие-либо лекарства, чтобы уменьшить боль?

– Ей не надо никаких лекарств! – улыбнулась очаровательной улыбкой ветеринар. – Вы просто поместите ее в коробку, чтобы она поменьше двигалась. Она отлежится – и все будет в порядке! Через месяц все наладится. Но обезболивание здесь не надо! Ее боль – наш союзник! Значит, она не будет двигаться, наладится кальцевый баланс, и кошечка поправится.

Обрадованные перспективой быстрого выздоровления питомицы супруги вернулись домой.

Однако советы прелестной женщины не принесли благоприятных результатов.

Кошка легко перешла на сухой корм, но к ужасу супругов, перестала отправлять нужду. Она и раньше лишь только хорошо мочилась. А тут и мочиться перестала…

Понимая, что котенок погибает, Иван стал лихорадочно искать выход их тяжелой ситуации. Он решил найти настоящего, высококвалифицированного врача-ветеринара, обращаясь к свои знакомым по телефону, Интернету и всем возможным средствам информации.

Как верно сказал в свое время Господь: – Ищите и обрящете!

В конце концов, Ивану посоветовали обратиться в ветеринарную клинику – «Центр интегральной ветеринарии «Оазис».

– Там работает выдающийся ветеринар, не просто замечательный специалист, но врач от Бога – Фурман Ирина Максовна! – сказал ему в телефонном звонке приятель. – Это, своего рода, гений ветеринарии! Она умеет едва ли не воскресать мертвых! А адрес возьмешь в Интернете!