Текст книги "Холодный почерк души (СИ)"

Автор книги: Александра Верёвкина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 52 (всего у книги 61 страниц)

– Дамон! – в ужасе завопила девушка, подскакивая к распростертому на земле телу. Она не могла понять, что произошло. Он задал ей вопрос, вроде как начав приходить в себя, а буквально через секунду грациозно свалился…в обморок. – Ты слышишь меня? – Фрэнки осторожно прижала теплые ладони к серым щекам, выясняя с помощью Силы, что же произошло на самом деле, а затем потеряла дар речи, когда поняла одну простую истину: он спит. Глубоко и безмятежно дрыхнет по всем законам жанра, в который входили и красочные сновидения с участием небезызвестной голубоглазой леди.

– Господи! Что случилось? – взволнованно вскрикнула Бонни, подбегая к вампирам.

– Я же сказала тебе сидеть в машине! – зло просверлила итальянка взглядом ее растерянное лицо, склонившееся над блаженной физиономией приятеля. – Не видишь, мы отдохнуть прилегли?

– Что? – вопросительно глянула на нее ведьма.

– Он спит, вот что! – агрессивно ответила девушка, одной рукой взваливая себе на плечи, казалось бы, неподъемное тело друга, и резво зашагала к Ауди. На объяснение дебилизма ситуации у нее просто не было сил, поэтому кое-как устроив парня на заднем сиденье, она села за руль и помчалась в обратном направлении, в тайне радуясь над тем, что выбрала в спутницы тактичную девочку, а не вечно желающего во всем разобраться Стефана. И что творится в этой чертовой дыре под названием Феллс-Черч?

Глава 40

Дамон внимательно слушал сбивчивый поток сведений о своем отце, изредка недоверчиво поглядывая в сторону раскрасневшейся Елены, с огромной охотой выписывающей психологический портрет своего ненаглядного вампира. Радовало уже то, что она не вставляла через слово «мой любимый» или «самый лучший», а предпочла обойтись красочным описанием всех даже малозначимых событий, начиная со дня их странного знакомства в спортзале и заканчивая недавней просьбой никогда больше не разрешать кусать себя. Разумеется, некоторые детали девушка опускала, решая не упоминать лишних подробностей. Изредка она обрывала себя на полуслове и смущенно опускала глаза, но в целом ее рассказ выглядел не таким розовым и сопливым, как можно было ожидать с самого начала.

– И ты думаешь, он обо мне не знал? – надменно хмыкнул вампир, лихо обгоняя впереди идущую машину.

– Я знаю, – четко выделила девушка. – Да, мне не удастся многого поведать о его жизни до нашей встречи, потому что некоторых вещей он старается избегать, но наличие сына никогда бы не стал скрывать. Может, ты и считаешь его не самым приятным вампиром и даже ненавидишь, однако это очень неправильная позиция. Когда-то я тоже думала, будто Дамон Сальваторе мерзкое чудовище, не способное чувствовать, и до сих пор жалею, что не удосужилась разглядеть за маской цинизма и надменности настоящего человека. Он искренне любит брата, безумно дорожит подругой, бережно хранит в душе воспоминания о матери, и никогда не обмолвился плохим словом о Катрине, что говорит только о том, что он все еще любит ее. Вероятно, не так сильно, как это было прежде, но поверь, достаточно, чтобы души не чаять в родном сыне.

– Подруга – это Фрэнки? – с улыбкой уточнил парень.

– Да, – немного удивленно ответила Елена. У нее уже давно сложилось ощущение, будто он знает гораздо больше своего незатейливого "информатора", а вопрос "Откуда?" давно вертелся на языке.

– Тогда почему ты так спокойно о ней говоришь? – продолжал негромко посмеиваться мужчина, искоса наблюдая за ее реакцией на каждое слово. – Я бы на твоем месте ревновал безостановочно. Она же…

– Идеальная, – легко закончила за него девушка. – Да, это так. Я понимаю, что ее невозможно не любить и трудно не восхищаться, поэтому поначалу очень тяжело воспринимала ее круглосуточное присутствие. Но чем больше ее узнаешь, тем сильнее понимаешь – она уникальная. В ней столько доброты, искренности, безукоризненной честности, что…Глупо считать ее врагом номер один. Я просто уверена, что стоит ей пожелать кого-то конкретного мужчину, неважно, вампира или обычного человека, как он через десять минут окажется у ее ног. И с этим легче смириться, чем конкурировать.

– Разумно, – подвел он некий итог, неожиданно для себя находя в этой девочке еще парочку плюсов. Она была не только милой, но и довольно умной. – А что ее связывает со Стефаном?

Едва начав отвечать, Гилберт почувствовала себя бессовестной сплетницей. С какой стати ей выдавать чужие тайны, копаться в абсолютно не касающихся ее персоны отношениях, анализировать поступки других? Но выбора вампир ей не оставил, поэтому пришлось нехотя делиться собственными наблюдениями и домыслами, одновременно с тем вымаливая прощение у всех, кого касалась их долгая и ужасно неприятная беседа начистоту.

– В общем, слушай меня очень внимательно, – внезапно серьезно заговорил Сальваторе, удовлетворенно поглядывая в сторону полностью разбитой Елены, которую сильно утомила десятичасовая поездка и бесконечная череда самых разных вопросов. – Я выполню свое обещание и не сделаю тебе ничего плохого, потому что ты мне действительно понравилась. Более того, через два дня я уеду отсюда и никогда больше не вернусь. Только ты должна пообещать мне одну очень важную вещь.

– Какую? – помертвевшими губами пролепетала девушка, нервно накручивая на палец ремень безопасности.

– Я хочу поговорить с ним, – неуверенно заявил парень, съезжая на неприметную в свете уходящего дня грунтовую дорогу, уходящую далеко в лес. – Просто посмотреть в глаза, чтобы лично убедиться в твоей правоте. Если он действительно ничего не знал обо мне…

Он замолчал, тяжело сглатывая огромный сухой ком в горле. Неужели столько лет было потрачено впустую? Ради чего он устроил весь этот спектакль?

– И ты хочешь, чтобы я уговорила его встретиться с тобой?

Девушка запаниковала, понимая, насколько невыполнимую задачу ставит перед ней мужчина. Дамон же никогда в жизни не станет слушать ее! Только не после того, что он сделал со Стефаном. А Фрэнки! Вампирша небось все ему рассказала. И о том, как он вел себя с ней, что сделал с Еленой. Еще ведь была Кэтти…Какую роль суждено было сыграть ей? Чего он от нее потребовал? Зачем дал нож?

Голова шла кругом от безумного количества вопросов, которые ей не стоит озвучивать ни при каких обстоятельствах. Но как добиться хоть какого-либо результата? И можно ли верить его заверениям?

– Действительно, – неизвестно почему нахмурился Сальваторе. – Он ведь тебе не поверит. Решит, будто все дело во внушении. Ладно, с этим я сам разберусь. Тогда просто считай, что ты мне осталась должна.

На этой тревожной для блондинки ноте машина замерла у небольшого двухэтажного домика, скорее всего и являющегося целью их долгого путешествия.

– Вылезай, – довольно вежливо поторопил парень впавшую в ступор девицу, помогая ей выпутаться из плена ремней безопасности. – И не забывай смотреть под ноги, здесь полно змей.

Отгоняя подальше мысль остаться на ночь в автомобиле, Елена осторожно ступила на твердую землю и почувствовала легкий приступ дурноты. За все десять часов езды вампир останавливался от силы пару раз, поэтому ноги давно затекли и, как следствие, отвыкли подчиняться своей хозяйке. Неловко взмахнув руками, она тоненько вскрикнула и с трудом удержалась от того, чтобы не соприкоснуться пятой точкой с влажной травой.

– Видимо, я поторопился с выводами, – громко рассмеялся над ее неуклюжестью Дамон, в мгновение ока оказываясь рядом. – Никакой ты не вампир, а стремительно разваливающаяся на составные части кляча. Помочь?

Девушка фыркнула, не оценив по достоинству хамоватую шутку, и попыталась добраться до входной двери собственными силами, однако уже через минуту признала размеры охватившей ее морской болезни и безропотно позволила мужчине поддержать себя за талию. В принципе, она и сама не поняла, в какой именно момент из нее полностью исчез страх перед идущим рядом вампиром. Может, когда он поклялся ей, что не обидит?

Небольшая лестница из четырех ступенек стала для нее сущим испытанием: колени отчаянно отказывались сгибаться, ступни ног покалывало при каждом шаге, а дурацкий смех то и дело прорывался наружу, особенно если учесть заразительное хихиканье мужчины, наблюдающего за ее титанической борьбой с "непреодолимым препятствием".

– Кстати, забыл предупредить, что твоя спальня на втором этаже, – от души потешался юноша, галантно открывая перед девушкой дверь, а затем протянул ей крепкую ладонь, с учетом небольшой мелочи: чтобы спокойно взяться за руку, Елене необходимо было преодолеть последнюю ступеньку, а затем проявить чудеса акробатики, выгибая спину под совершенно неестественным углом. В итоге стойкость характера взяла верх, и ей не пришлось прибегать к чьей-либо помощи. Вздернув подбородок на недосягаемую высоту, девушка гордо прошествовала в дом и презрительно сощурила глаза, проходя мимо улыбающегося парня.

Остаток вечера прошел на удивление мирно и даже весело. Приняв холодный душ (а другого тут не имелось в принципе), Гилберт надела на себя очередной предложенный комплект чистой одежды, щедро "сдобренный" гадкими духами, в тысячный раз задалась бесполезным вопросом "Зачем" и спустилась на кухню, потягивая носом умопомрачительный запах жарящихся сосисок.

– Молоко или томатный сок? – деловито спросил Дамон, оборачиваясь на звук шагов.

И, дожидаясь ответа, стал накладывать на тарелку импровизированные хот-доги, щедро поливая их ароматным соусом собственного приготовления.

– Сок, – плохо слушающимися губами прошептала Елена, оседая на стул. С ней все нормально вообще?

– С тобой все нормально? – косо глянул на нее вампир, усаживаясь рядом.

– Совсем ненормально, – покачала головой девушка, невежливо пялясь на цветастый передник, которым решил преукрасить себя парень. – Но только не со мной, а с тобой. Я ничего больше не понимаю. Что происходит? Чего ты добиваешься? Видит бог, я терпела весь день, ужасно боялась сболтнуть какую-то очевидную глупость, как-то разозлить тебя и сделать хотя бы один неосмотрительный шаг, но так не может продолжаться вечность. Я не понимаю этой игры.

– А кто тебе сказал, что мы играем? – очень спокойно отреагировал он на слегка истеричную выходку. – Мне просто хорошо с тобой, наверное, впервые за все пять сотен лет жизни. Я чувствую себя тем, кем родился – человеком. Самым обычным, без стоящей поперек горла Силой, обрыдлой жажды крови, ненавистного желания убивать и мучить. Я никогда раньше не встречал себе подобных, а ты, хоть и отдаленно, но все же на меня похожа. Возможно, это прозвучит глупо, но и я хочу быть похожим на тебя. В общем, как-то так, – неуверенно закончил он, с аппетитом принимаясь за еду.

Елена не поверила ни одному слову, но продолжать бессмысленный спор не стала. Эмоции немного улеглись, голова по-прежнему пухла от вопросов и недоумения, а организм настойчиво требовал свое, поэтому она принялась жевать удивительно вкусные "собачки", стараясь при этом как можно меньше думать.

Когда с ужином было покончено, а вся посуда, стараниями Гилберт, отправилась обратно в шкаф, настала очередь следующего душещипательного момента – "семейный" просмотр воскресных ток-шоу с чашечкой кофе в одной руке и печеньем в другой. Кажется, и эту забаву Сальваторе ей удалось пережить без особых потерь. Видимо, ему очень наскучили обстоятельные разговоры, поэтому сразу после "расправы" над ароматным напитком Дамон кинул ей на колени подушку и с удобством утроил поверх голову, пряча хитрую улыбку за донельзя серьезным выражением лица.

– Это такой особый способ…кхм…соблазнения? – наконец-таки не выдержала блондинка, судорожно сжимая обитый ситцем подлокотник дивана. Вторую ладонь деть было решительно некуда, что уже начинало раздражать. – Ты пытаешься быть Им, чтобы…

– Еле-ена-а, – простонал вампир, хлопая себя по лбу. – Я в одна тысяча первый раз тебе повторяю, что не собираюсь тащить тебя в кровать против воли или же по обоюдному желанию. Мне это не нужно. Совсем.

– А что тогда? Зачем я здесь? – сыпала блондинка вопросами, в то время как сердце болезненно сжималось где-то в груди от осознания творимой ей глупости.

– Уже объяснял, что хотел отомстить, – пояснил мужчина. – Но не могу, понимаешь? Я вообще ничего не могу тебе сделать! Потому что это будет неправильным. Хочешь знать, что мне нужно? – он резко принял сидячее положение и с силой сдавил ей запястья, заставляя придвинуться ближе, затем переместил руки на лицо и подушечками пальцев приподнял уголки губ. – Чтобы ты улыбнулась. Не так, как делала это Она, а своей улыбкой. Той, что постоянно даришь моему отцу.

Девушка спешно отстранилась, заметив лихорадочный блеск в глазах, и прижала к груди подушку, будто надеясь отыскать в ней защиту. Нервы окончательно лопнули, словно чрезмерно натянутые струны – она больше не могла притворяться. Запас актерских способностей неожиданно иссяк.

Вампир заметил перемены в ее настроении. Испустив тяжелый вздох разочарования, он поднялся на ноги, схватил лежащий неподалеку плед, молча запустил им в "глупую девчонку, которая все испортила" и зло велел идти к машине.

Елена безропотно повиновалась и почти бегом направилась к выходу, покрываясь беснующимися мурашками животного страха. За спиной творилось нечто невообразимое: грохот, скрежет, треск и звон разбитого стекла. На пороге ей удалось украдкой оглянуться и не завизжать от ужаса: мужчина последовательно превращал некогда уютную гостиную в настоящее поле боя, ловко орудуя чудовищно сильными руками. Чувствуя приближение дурноты, она выскочила за дверь и в долю секунды добралась до автомобиля, где забралась с ногами на заднее сиденье и накрылась с головой прихваченным пледом. Все тело сотрясало крупной дрожью, а перед глазами то и дело мелькали обрывки сегодняшнего дня. Что если она оказалась не права? Вдруг он действительно хотел побыть самым обычным парнем?

Резкий хлопок дверцы заставил ее зажать себе рот рукой, чтобы не издать и подобие звука.

– Я хочу, чтобы ты рассказала мне о том, что произошло два года назад с Катриной, – твердым и холодным голосом обратился к ней Сальваторе. – Все, припоминая каждую мелочь. И знай, что от твоей честности зависит жизнь Дамона.

Больше он не произнес ни слова, внимательно вслушиваясь в торопливое бормотание девушки, и заговорил лишь на тогда, когда ей только удалось ненадолго уснуть.

– Выходи, мы приехали.

А затем добавил едва слышное: "Сегодня я буду убивать".

Стефан беспокойно озирался по сторонам, с завидной регулярностью стараясь дозвониться до Фрэнки. Ничего более вразумительного череды бесконечно длинных гудков ему так и не удалось услышать, на что Мэтт в ответ лишь разводил руками. Только через полчаса после отъезда девушек, он заметил мобильник своей ведьмы, бесхозно валяющийся на кухонном столе.

– А ты не можешь блеснуть талантами и отыскать их раньше, чем случиться беда? – зло буркнул парень, нарезая сотый круг по подъездной аллее.

– Я пробую, – дипломатично отозвался вампир, всем своим видом демонстрируя безукоризненное внешнее спокойствие, хотя ему тоже в пору было поддаться панике и как следует покусать зарвавшегося американца. – Но ничего не выходит. Вероятно, они еще слишком далеко…

И не успел он поделиться окончанием своей мысли, как ночную тишину уже давно уснувшего городка прорезал дикий визг шин показавшейся из-за угла Ауди.

– Да уж, прямо-таки в сотне километров, – облегченно выдохнул Мэтт, выскакивая на проезжую часть. – И сколько вас можно ждать? Я сгрыз единственно важный ноготь на пальце и теперь понятия не имею, каким образом строчить смс-ки! Об этом вы подумать не удосужились?! – рьяно выражал он праведный гнев, обращаясь в основном к хмурой итальянке, устало облокотившейся на руль.

Затем его взгляд переместился на бледную, как лист бумаги, Бонни, и поток обвинительных речей усилился стократно. Стефан же тем временем вглядывался в темный силуэт на заднем сиденье автомобиля, позволяя сердцу многократно сжиматься от все увеличивающейся тревоги.

– Дамон, – настороженно позвал он, негромко постукивая костяшками пальцев по стеклу. – Что с ним? – этот вопрос был адресован тихо всхлипывающей вампирше, отчаянно не желающей двигаться с места.

– Никаких вопросов, – хрипло попросила она, слегка поднимая голову. – Идите в дом, мне нужно побыть одной.

Подруга Елены, едва заслышав эти слова, мигом зажала рот своему чрезмерно эмоциональному парню, и споро засеменила к входным дверям. Стефан же подобной чуткостью не обладал, а посему остался растеряно стоять посреди дороги, дожидаясь ответа на заданный вопрос.

– Я сказала одной, мистер Сальваторе, – грубо повторила девушка, вылезая из машины. – Это значит, что тебе стоит последовать их примеру и исполнить любимый фокус Девида Коперфилда: "Исчезновение в неизвестном направлении".

– Фрэн, – вампир попытался подойти ближе, но был остановлен холодным взглядом некогда лучистых глаз. Следующее его старание немного приобнять итальянку вызвало совершенно неожиданную реакцию. Она откинула от себя его руки и, выпуская клыки, четко произнесла:

– Пошел вон!

В этот раз повторений не потребовалось. Уяснив, наконец, желание Франчески остаться наедине со своими мыслями, юноша резко развернулся на сто восемьдесят градусов и отправился на поиски Бонни, которая сможет объяснить хоть что-нибудь.

Девушка проводила его ссутуленную спину недобрым взглядом, с трудом, но все же подавила в себе потребность вонзиться зубами в чью-нибудь шею, а затем принялась бережно вытаскивать из салона беспробудно спящего друга, ежесекундно сглатывая огромный комок из боли и слез.

– Что же с тобой происходит? – задумчиво пробормотала она, перекидывая через плечо его руку. – Пугаешь ты меня, дружище, очень пугаешь. Но ничего! Мы вместе, а значит, справимся со всеми гадами. Ты только помоги мне, подскажи, как правильно все сделать.

Продолжая этот глупый монолог, Фрэнки тяжелой поступью двинулась к черному входу, избегая встречаться хоть с одним живым (или не очень) существом. Ей было невыносимо тяжело (разумеется, не от веса друга, который вовсе не чувствовался). В голове творился первозданный хаос, в душе искрился костер ненависти, а сердце звучно рвалось на бесформенные куски, каждый из которых включал в себя два имени: "Дамон" и "Елена". Она не знала, что с девочкой, где она находится, да и жива ли вообще. Не понимала творящееся вокруг "безобразие" и отчаянно отказывалась верить кому-либо, кроме себя.

Каким-то чудом ей удалось прошмыгнуть на второй этаж никем не замеченной и даже добраться до собственной спальни, где, устроив мужчину на кровати со всеми удобствами, она смогла облегченно выдохнуть. Что делать дальше?

Хотелось, конечно, схватить первый попавшийся под руку предмет и отправиться на поиски "сынули", вот только разум дотошно советовал повременить с жаждой мести. А к своему шестому чувству девушка привыкла прислушиваться.

Зажав голову руками, она опустилась на колени рядом с постелью и принялась равномерно раскачиваться из стороны в сторону, надеясь тем самым поторопить нахождение выхода из зловонной истории. Хотя бы одну зацепку! Что нес "малыш" в подвале? Зачем он явился сюда? Мстить Елене, которая якобы виновата во всех его бедах. Убить отца с целью расквитаться…Черт, она не помнила, за что.

– Спокойно, Фрэнкс, – методично принялась уговаривать она саму себя, крепко прижимаясь щекой к ладони спящего вампира. – Он бы посоветовал тебе расслабиться и прекратить истерику. Что мы имеем, кроме вороха неприятностей? Чудовищно сильного полувампира, которого тебе не одолеть в одиночку. А кто может помочь начинающей Баффи в истреблении нечестии, если ее верный оруженосец впал в анабиоз? Правильно, восьмисотлетний вампир-подонок, в простонародье откликающийся на ассасина.

Идея, конечно, не самая гениальная, но стоило потянуть удачу за хвост, может, в этом случае она удосужится растянуть губы в оскале?

Потыкав дрожащими пальцами в кнопки, девушка быстро поднесла трубку к уху и разочаровано зарычала, услышав механический голос автоответчика. Но выбор был невелик, поэтому, затоптав подальше гордость, она надиктовала короткое послание: "Нужна твоя помощь. Гарантирую вековую благодарность лично от себя. Фрэнки", и решила побеспокоить еще одного бессмертного знакомого.

– Привет, дружище! – радостно приветствовала она, не дослушав восторженное: "Святые черти! Малышка Фрэнни вспомнила…".

– Привет, красавица, – пробасила трубка несравненным голосом Дориана. – Звонишь пригласить меня на очередную охоту или просто потрепать языком захотелось? Я как всегда, в курсе последних сплетен и хитросплетений нашего веселенького мира…

– Нам нужна помощь, – перебила она неинтересный поток сведений, стараясь вложить в интонации как можно больше серьезности. – Большие неприятности намечаются, и я хотела попросить тебя об одной услуге. Собери всю информацию, известную о полувампирах. Главным образом меня интересует способ убийства этих тварей.

– Подожди-подожди, дорогая, – явно растерялся собеседник. – Это кто ж такие? Полувампиры…хм…никогда не слышал.

– А я видела такого гада своими глазами, – печально вздохнула Фрэнки. – Поможешь или нет?

– Я попробую, конечно, – неуверенно буркнул Дориан. – Но ничего гарантировать не могу. Задачка-то не из легких. Кстати, как твой приятель поживает? Слышал, он жениться на своей человеческой подружке собирался. Эх, красивая деваха!

– Нормально, – уклончиво ответила девушка. – С ним все нормально. Еще не женился, но, думаю, за ним не заржавеет. Перезвонишь, как только что-нибудь найдешь?

– Конечно, свет души моей, – громко хохотнул вампир, давая отбой.

Не успела девушка задуматься над тем, кого еще можно озадачить своими проблемами, как на лестнице раздались приглушенные шаги. Возведя глаза к потолку в молитвенной просьбе: "Только не Стефан, пожалуйста!", она забралась с ногами на кровать и обвались рукой вокруг мерно вздымающейся груди, словно желая защитить друга от любой напасти.

Дверь тихонечко скрипнула, впуская незваного гостя, а легкий запах лаванды возвестил о прибытии Бонни.

– Фрэнки, я могу чем-то помочь? – робко прошептала она, не решаясь отходить далеко от двери. – Если ты объяснишь, что происходит, то…

– Мне не нужна чья-либо помощь, – нехотя выдавила из себя итальянка. Она нарочно вкладывала в голос непривычную грубость и категоричность, чтобы отбить у ведьмы охоту подходить с подобного рода предложениями. На ум тут же пришли недавние слова Дамона: "Я не хочу втягивать в это друзей Елены, потому что не могу гарантировать им жизнь". Она преследовала те же цели. – Это не твое дело.

– Ошибаешься, – дрожащим голосом возмутилась МакКалог. – Елена – моя подруга, а Дамон, пожалуй, единственный вампир, которого я действительно люблю всем сердцем. Он несколько раз спасал мне жизнь, теперь настал мой черед расплачиваться по счетам.

– Бонни, – все так же холодно обратилась к ней Франческа. – Вам с Мэттом лучше уехать. И советую сделать это прямо сейчас.

– Я…даже не подумаю! – твердо заявила девочка. – Позволь мне осмотреть его, пожалуйста.

– Только через мой труп, – предупреждающе зашипела вампирша. – И я посмотрю, как это у тебя получится. А теперь…ВОН ОТСЮДА!

Ведьма ойкнула от неожиданности, когда перед лицом показались устрашающего вида клыки, и выбежала в коридор, подчиняясь инстинкту самосохранения.

– Вот и славно, – с улыбкой на губах пробормотала Фрэнки, аккуратно притворяя дверь комнаты. Безусловно, очень скоро ей будет стыдно за такое поведение, но они просто не оставили ей иного выбора. Не могла же она заявить им в лоб, что никому не доверяет и настоятельно просит держаться подальше? Лучше уж снискать себе репутацию стервозной дамочки со съехавшей крышей и острыми зубами, чем превратится в дерганое существо с манией преследования.

Однако она рано приготовилась вкушать плоды расслабленности. Тихий стук и на пороге возникло хмурое лицо Стефана.

– Я не понимаю, что происходит, – серьезно начал он, прислоняясь спиной к стене и опуская взгляд печальных зеленых глаз в пол. Ему неприятно было видеть девушку, лежащей на груди у брата. – И собираюсь проторчать здесь ровно столько, сколько потребуется, чтобы вбить в твою голову одну короткую мысль: я всего лишь хочу помочь. Он – мой брат, Елена…

– Кто? Лучшая подруга или просто любовь всей жизни? – хмыкнула вампирша, устало опуская веки. – Вы перед дверью эту речь репетируете? А теперь послушай то, что я скажу. Плевать я хотела на таких помощников. Мне не нужны диагнозы относительно того, что с ним происходит. Я вытащу их обоих, пусть даже мне придется отдать за это жизнь. И знаешь, почему я сейчас пошлю тебя по известному адресу? Потому что не доверяю. Никому из вас. Опять терзаешься любопытством? Поясню: видишь, это кольцо у него на пальце? – она приподняла расслабленную правую руку Дамона вверх, наглядно демонстрируя свое наблюдение под номером один, а затем нежно поцеловала прохладную кожу. – Оно стало причиной его состояния. Не знаю, каким образом, просто чувствую. А теперь вспомни, чью дрянную голову посетила "умная" идейка стащить перстень! Дошло?! Тогда выматывайся отсюда, пока я окончательно не вышла из себя и не разорвала тебя в клочья! И запомни на будущее: если я и умею любить по-настоящему, в чем сильно сомневаюсь до сих пор, то испытываю это чувство только к Дамону.

И отвернулась, спеша поскорее спрятать искрящиеся слезами глаза на плече у друга. "Вот и умница, Фрэнни" – ехидно похвалила она саму себя, вздрагивая от чудовищного хлопка двери. "Собственными руками разрушила все, что некогда силилась построить. Он никогда тебя не простит, потому что ты единственная, кто прежде верил в него".

Она и сейчас верила. Просто не могла позволить себе рисковать. Только не Его жизнью. Своей – сколько угодно.

– Елена, – пробормотал осипший голос. – Е л е н а.

Елена следовала за вампиром по пятам, без устали вертя головой в разные стороны. Ее не покидало отчаянное чувство дежавю: все, что происходило сейчас, уже случалось прежде. Та же ночная прогулка по кладбищу, тот же пожирающий изнутри страх, грозящий вырваться наружу в виде хриплого вопля, тот же тугой узел внизу живота, и «декорации» те же. Старое кладбище, безлунная ночь, легкий ветерок, ласкающий кожу, бешеное биение сердца и редкие вскрики спугнутых птиц. И да, разумеется, гробница Феллов.

Мужчина прибавил шагу, не считая нужным оглядываться, чтобы проверить наличие девушки за спиной. Она испугана до такой степени, что побоится даже думать о возможности убежать.

Они почти одновременно вошли в полуразрушенный склеп, насквозь пропахший зловонной сыростью. Дамон замер у могилы Онории Фелл с таким видом, будто его посетила неожиданная догадка.

– Так это произошло здесь? – не слушающимся от волнения голосом произнес он, вглядываясь в мертвецки бледное лицо.

– Да, – прочитал он по мелко дрожащим губам. – Точнее…

– Я знаю, – кивнул он головой, одной рукой отодвигая многокилограммовую надгробную плиту. – Там, внизу.

Ему почему-то расхотелось спускаться, и уж тем более заставлять это делать Елену, но иного пути не существовало. Он должен довести начатое до конца.

Девушка с опаской приблизилась к протянутой руке и крепко зажмурилась, когда Сальваторе притянул ее еще ближе и бережно обнял за талию, точно сжимал в объятиях антикварную вазу. Она почувствовала, как ноги медленно теряют связь с землей, как шевелятся волосы на голове, и в ожидании замирает сердце. И тут же все вернулось на круги своя: ступни вновь на твердой поверхности, золотистые локоны рассыпаны по плечам, а кровосмесительный орган теснее жмется к ребрам, желая вырваться из плена грудной клетки. Парень стоял напротив и внимательно наблюдал за ней, задумчиво обхватив пальцами подбородок. Казалось, он над чем-то серьезно задумался и сейчас решает, как правильнее поступить.

– Иди вперед, – после минутного молчания произнес он, слепо шаря в карманах в поисках фонаря, который тут же вручил девушке. – И смотри под ноги.

Гилберт послушно поплелась в неизвестном направлении, по возможности стараясь делать как можно меньше вдохов. Запах гнили, встретивший их на входе в гробницу, под землей усилился во много раз. Всюду, куда падал луч света от крохотного фонаря, ей виделись пугающие силуэты прошлого: истерзанное тело Дамона, капающая кровь, зловещее шипение Катрины, ее громкий смех, быстро трансформирующийся в животную ярость, Стефан…Нет, она больше не хотела об этом думать.

Немного привыкнув к бескрайней тьме, девушка почувствовала себя более уверенно и даже позволила на мгновение задаться вопросом относительного того, зачем они здесь? Однако найти ответ ей предстояло уже в скором времени. Еще пара шагов и на пути возникла устрашающего вида железная дверь.

– Конечный пункт, – хмуро продекламировал вампир, разворачивая Елену за плечо лицом к себе. – А теперь мысленно повторяй за мной: ты должна спасти одну жизнь, стереть линию и сорвать кольцо. Поняла?

Ничего не значащий кивок головой.

– Маленькая, так не пойдет, – ласково улыбнулся мужчина, обнажая ряд ровных белых зубов. – Повтори то, что я сказал.

– Спасти жизнь, стереть линию и сорвать кольцо, – послушно перечислила девушка, избегая взгляда темно-карих глаз, которые вновь до боли в сердце напоминали отцовские.

– Молодец, сестренка, – облегченно выдохнул он. – И главное, ничего не бойся. Мы оба будем рядом, хорошо?

Услышав робкое "Ага", он наклонился к бледному лицу и лишь слегка коснулся ее холодной щеки своими губами, мгновенно отстраняясь. А затем резко прижал блондинку к каменной стене, подкладывая ей под спину мягкую ладонь.

– Кусай, – повелительно произнес он, прижимая к потрескавшимся губам собственное запястье, и с помощью Силы ускорил процесс "исполнения".

Девушка неуверенно приоткрыла рот, самым кончиком языка коснулась испещренной сеточкой синих вен кожи, а затем со злостью сжала челюсти, стараясь сделать как можно больнее. Впервые в жизни она ненавидела кого-то столь сильно, что мечтала разорвать на части голыми руками. И сейчас пыталась выпить как можно больше крови, лишить его проклятой Силы, сделать смертным, жалким и ничтожным…

– Шшш, – примирительно зашипел Дамон, не без труда выпутывая руку из объятий крепко сцепленных пальцев. – Достаточно, иначе тебе будет плохо.

Елена смерила его взглядом, пропитанным лютой злобой, но не смогла выдавить из себя и звука, потому что легкие сковало железным обручем гнева.

– Не забудь то, о чем я тебе говорил, – напутствовал вампир, с душераздирающим скрипом отодвигая огромный засов на стальной двери. – Кэр, моя сладкая, пора к папочке! – жизнерадостно крикнул он, мимоходом подталкивая Гилберт "не стесняться и заходить первой". – Хашишин, сидеть! Иначе я от обеих девчонок мокрого места не оставлю. Детка, не забудь, пожалуйста, прихватить мою куртку, – заулыбался он, обращаясь к растерянным глазам-блюдцам самого чистого зеленого оттенка. – Елена, не стесняйся! Кайл у нас добрый. Правда, немного голодный, но ведь ты это исправишь?