Текст книги "Фронт и тыл Великой войны"

Автор книги: Юрий Бахурин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 52 (всего у книги 67 страниц)

Любопытно, что впоследствии, после разрыва дипломатических отношений между Британией и СССР в 1927 году тезис о Бьюкенене как устроителе Февральской революции будет тиражироваться в советской печати. Сегодня по «английскому следу» идут и ведут за собой доверчивых читателей консервативные российские публицисты. В пропаганде, берущей историю на вооружение, крайности порой, даже сквозь десятилетия, смыкаются весьма причудливо. Причём это происходило тогда, и происходит доселе во-многом тоже с подачи пропаганды, только ведущейся Центральными державами. Содержание одной из австро-венгерских листовок, разбросанных с воздуха над позициями войск 11-й армии 2 (15) июня 1916 года, говорит само за себя: «Русские солдаты! Коварная Англия… уже долго перед началом этой войны подкупила все главнейшие русские газеты и дневники, с помощью которых ей удалось систематически возбудить в русском народе ненависть против Германии. Англичане сидят себе спокойнейше в своих окопах и укреплениях в северной Франции, пьют свой обычный “ВИСКИ ЭНД СОДА” играют в “ФУТБОЛ” а это все в то время когда вся Россия, вся Франция и вся Италия проливает свою кровь за – англичанина! Если бы вам всегда правду говорили и не давали бы читать те, английским золотом купленные газеты…»^[1921].

По версии главного «разоблачителя» происков «Туманного Альбиона» Н. В. Старикова, союзники в 1914 году одурачили Россию в лице министра иностранных дел С. Д. Сазонова, посулив после победы контроль над Черноморскими проливами, – потому-то Российская империя и ввязалась в войну. Затем же, в 1917-м Лондон не только организовал Февральскую революцию, но и навязал Временному правительству лозунг «без аннексий и контрибуций», чтобы заветных Проливов не отдавать^[1922]. На самом деле о готовности учитывать интересы Российской империи касаемо Босфора и Дарданелл впервые было сообщено британским министром иностранных дел Эдуардом Греем Джорджу Бьюкенену 10 ноября 1914 года. Три дня спустя король Георг V сказал русскому послу А. К. Бенкендорфу: «Что касается Константинополя, то ясно, что он должен быть вашим»^[1923]. В том же месяце Николай II в беседе с Морисом Палеологом озвучил виды России на Проливы и Царьград. В марте 1915-го Сазоновым вместе с послами союзников России был составлен меморандум о включении Константинополя, западного берега Босфора, Дарданелл, Мраморного моря и территории Южной Фракии в состав Российской империи. И англичане, и французы поддержали эти планы, а в 1916 году соглашение Сайкса – Пико стало развитием данной договорённости.

Конечно, нет оснований для абсолютной уверенности в том, что Лондон и Париж соблюли бы её, даже находись у власти в России к началу работы Парижской мирной конференции легитимный с точки зрения союзников режим, а сама Россия – в числе победителей. Согласно одной из гипотез, Великобритания летом 1914 года намеренно пропустила немецкие крейсера «Гебен» и «Бреслау» в Дарданеллы, а затем «поспешно» объявила войну Османской империи. Тем самым ею преследовались две цели: разделить Турцию после её разгрома, не допустив Германию к дележу, а заодно удержать Россию в войне и с Германией и Австро-Венгрией, и с Турцией, тем самым изнурив её и лишив выгодного морского пути на юге: «Союзнические отношения России и Британии были военной необходимостью, а не действительным положением дел»^[1924].

Вместе с тем планы крупной десантной операции, что сделала бы Босфор русским, составлялись военно-политическим руководством России ещё после Русско-турецкой войны 1877–1878 годов. Эта цель казалась достижимой осенью 1915-го, когда должен был состояться десант на черноморское побережье Болгарии. Состояться ему помешал ряд критических проблем: сперва от элементарных нехватки войск, их изнурённости в боях на других театрах военных действий и дефицита снаряжения до неуверенности в том, что болгарские войска окажут десанту поддержку или, по крайней мере, не станут вести с ним борьбу, ближе к делу – от несогласованности с руководством Морского управления Ставки и командованием Черноморским флотом до смены командующего 7-й армией (вместо генерала от артиллерии В. Н. Никитина им стал генерал Щербачев), силами которой и должен был осуществляться десант. В конце концов, план сочли бесперспективным^[1925]. Босфорская экспедиция не состоялась и в 1916–1917 годах: сначала недоставало транспортных судов; когда количество пароходов и десантных барж стало приемлемым – были ещё не готовы десантные войска, приказ Николая II сформировать Черноморскую морскую дивизию был отдан только 11 (24) декабря 1916 года. И хотя русские военно-морские силы к 1917 году обладали перевесом над неприятелем в Чёрном море, генерал Алексеев категорически заявил, что «до разгрома главного противника, то есть Германии, резервов для подобной экспедиции у него нет», а затем тему нового щита на вратах Царьграда окончательно закрыла Февральская революция и постепенное разложение Черноморского флота^[1926].

Завершая этот разговор, позволю себе привести ещё всего одну выразительную цитату из записок видного русского юриста Б. Э. Нольде, в 1917 году побывавшего и товарищем министра иностранных дел, и членом Предпарламента: «Если мы не выдержали войны до конца и если за военными поражениями последовала “первая” революция, а за “первой” революцией “вторая” – октябрьская, то в том нет никакой английской ответственности, чтобы там ни рассказывали кумушки о том, как ординарнейший и пассивнейший представитель английского “civil service”, сэр Джордж Бьюкенэн, сеял революционную смуту в русском государстве и пожинал ея плоды»^[1927].

№ 44

От Петроградского Совета Рабочих и Солдатских Депутатов

Приказ № 1

1 (14) марта 1917 года

По гарнизону Петроградского Округа всем солдатам гвардии, армии, артиллерии и флота для немедленного и точного исполнения, а рабочим Петрограда для сведения.

Совет Рабочих и Солдатских Депутатов постановил:

1) Во всех ротах, батальонах, полках, парках, батареях, эскадронах и отдельных службах разного рода военных управлений и на судах военного флота немедленно выбрать комитеты из выборных представителей от нижних чинов вышеуказанных воинских частей.

2) Во всех воинских частях, которые ещё не выбрали своих представителей в Совет Рабочих Депутатов, избрать по одному представителю от рот, которым и явиться с письменными удостоверениями в здание Государственной Думы к 10 ч[асам] утра, 2-го сего марта.

3) Во всех своих политических выступлениях воинская часть подчиняется Совету Рабочих и Солдатских Депутатов и своим комитетам.

4) Приказы военной комиссии Государственной Думы следует исполнять, за исключением тех случаев, когда они противоречат приказам и постановлениям Совета Рабочих и Солдатских Депутатов.

5) Всякого рода оружие, как то винтовки, пулемёты, бронированные автомобили и прочее должны находиться в распоряжении и под контролем ротных и батальонных комитетов и ни в коем случае не выдаваться офицерам, даже по их требованиям.

6) В строю и при отправлении служебных обязанностей солдаты должны соблюдать строжайшую воинскую дисциплину, но вне службы и строя, в своей политической, общегражданской и частной жизни солдаты ни в чем не могут быть умалены в тех правах, коими пользуются все граждане.

В частности, вставание во фронт и обязательное отдание чести вне службы отменяется.

7) Равным образом отменяется титулование офицеров: ваше превосходительство, благородие и т[ому] п[одобное], и заменяется обращением: господин генерал, господин полковник и т. д.

Грубое обращение с солдатами всяких воинских чинов и, в частности, обращение к ним на «ты», воспрещается и о всяком нарушении сего, равно как и о всех недоразумениях между офицерами и солдатами, последние обязаны доводить до сведения ротных комитетов.

Настоящий приказ прочесть во всех ротах, батальонах, полках, экипажах, батареях и прочих строевых и нестроевых командах.

Петроградский Совет Рабочих и Солдатских Депутатов ГА РФ. Ф. 1834. Оп. 2. Д. 913. Л. 1. Копия. Машинопись.

№ 45

Смета по организации дружины беженцев для трудовой помощи

населению Серпуховского уезда в 1917 году

4 дружины по 20 человек на питание их по 45 рублей в месяц, 7200 рублей в течении четырех месяцев. 4 практиканта на 2 месяца по 100 рублей в месяц.

Инвентарь для четырёх дружин:

– 4 косилки по 350 рублей – 1 400 рублей

– 4 конных грабли по 100 рублей – 400 рублей

– 4 жнеи по 450 рублей – 1 800 рублей

Мелкий инвентарь: косы ручные, грабли деревянные, бруски, молотки для отбивания кос – 400 рублей.

Аренда 8 лошадей и их прокормление в течении двух дней – 2 000 рублей.

Итого: 14 000 рублей.

ЦГА М. Ф. 1108. Оп. 1. Д. 4. Л. 81. Машинопись.

№ 46

Журнал № 222 Инженерного Комитета ГВТУ

9 (22) марта 1917 года

Председательствовал Военный Инженер Генерал-Лейтенант Кирпичев.

На рассмотрение Инженерного Комитета поступил предложенный военно-пленным австрийским офицером Станиславом Эрбаном проект малой шанцевой лопаты, могущей быть примененной в качестве станка для пилы. Проект заключает в себе описание изобретения и пояснительные чертежи.

Изобретатель предлагает два способа осуществления указанного проекта: станок для пилы может быть составлен из одной пилы или двух лопат.

По мнению докладчика, инженер-генерала Юрьева, рассматриваемое изобретение не может иметь для военного ведомства практического значения; в отношении аналогичных предложений Инженерный Комитет в целом ряде журналов /1916 г. №№ 740, 810, 847, 1 382 и др./ высказался, что применение принципа универсальности при конструировании приборов, подобных рассматриваемому, влечет за собою ухудшение качества всех инструментов, представляемых прибором, в виду чего таковые изобретения и оставлялись Комитетом без одобрения. О предложении г[осподина] Эрбана приходиться^[1928]сказать то-же самое.

Инженерный Комитет, выслушав доклад инженер-генерала Юрьева, полагал бы представленный военно-пленным австрийским офицером Станиславом Эрбаном проект шанцевой лопаты, могущей быть примененной в качестве станка для пилы – признать не имеющим для Военного Ведомства практического значения.

РГВИА. Ф. 803. Оп. 1. Д. 1890. Л. 8-8об. Машинопись.

№ 47

В ИСПОЛНИТЕЛЬНЫЙ КОМИТЕТ Воронежского Совета

рабочих и Солдатских Депутатов

Солдата – дружинного писаря 682 пешей Воронежской

дружины Андрея Михайлова Клименкова

ЗАЯВЛЕНИЕ

Не позднее 31 марта (13 апреля) 1917 года

18 сего марта, на Совете Рабочих и Солдатских Депутатов, Исполнительным Комитетом мне было объявлено, что в виду поступивших в Комитет сведений, уличающих меня в несении службы на должности урядника и даже в охранном отделении в 1905 году и якобы принятия мною участия в подавлении аграрных беспорядков в том-же 1905 г[оду], за что, как передал мне один из товарищей офицеров, я получил будто-бы много денег. Комитет не может принять меня в число Депутатов и нашёл нужным меня исключить, хотя вместе с сим, Исполнительный Комитет добавил, что исключение моё из числа Депутатов будет поставлено на обсуждение Членов Комитета.

На такой лживый донос, нанесший мне более чем смертельную рану, и в защиту своего имени, имею честь объяснить следующее: 1), помок^[1929] вольных запорожцев Клименковых, перешедших из берегов Днепра на жительство в ныне Острогожский уезд и живущий в слоб[оде] Гнилой, около г[орода] Острогожска, по своему добродушию, откровенности, доверчивости и честности не мог и не может быть шпионом, тем более, что я много перенес нужды, много ея видел и ещё больше видел неправильных действий со стороны старого – кровавого и беспощадного – незнающего границ режима.

Категорически утверждаю, что в охранном отделении я не служил и понятия о нем незнаю, да не в такой среде я провел жизнь до военной службы, чтобы быть шпионом; 2), на должности урядника я служил, и именно во время аграрных беспорядков, но в подавлении их принимать участия я не мог как по своей ничтожной должности, так и потому, что служил не в стане, а в экономии Станкевич, в виде приказчика, и в то же время – в 1905 г[оду] я вместе с братом-Яковом в той-же экономии сводил лес, купленный братом на сруб. Доказательством хороших отношений моих к бывшим кр[естьянам] может служить то обстоятельство, что зимою 1905 г[ода] ими срублено лесу в названной экономии на большую сумму, который увозился через сводимый братом лес, но из последнего они нетронули и одного дерева. Подавлял аграрные беспорядки бывший в то время Пристав Ильинский, при помощи драгун и казаков, без употребления в дело оружия, да вообще их почти и не было, за исключением потрав и самовольных порубок леса. Обходилось, при помощи моей и помощника Управляющего Бориса Ивановича Шапошникова, мирным путем. Если я заслужил что в 1905–1906 г[оды], то это кличку «Революционера», за что исправник Соколовский и предложил мне уйти со службы, что я в 1907 году и сделал. 3), что-же касается нажитых мною денег, то хотя я и не обязан давать об этом никому отчёта, но могу удовлетворить Комитет и с этой стороны: в 1904 году у меня не было ничего, а в 1905 году я имел уже около 2 тысяч, при этих деньгах, в 1907 году в экономии Станкевич мне удалось купить лес за 32 500 руб[лей], имея в виду брата Якова, но последний не мог бросить своего дела: ссыпки, яичного и лесного складов и приехать ко мне, тогда я принял в компанию богатого торговца Грищенко, на условиях: моих 1500 руб[лей] и труд, а его деньги, которых, как оказалось, потребовалось только 5000 руб[лей], остальные уплачивались дровами, купившими у меня экономией на винокуренный завод. От этого леса мне осталось 9000 руб[лей] барыша, кроме того, что прожито семейством. В 1911 году я уже сам купил лес на сруб в экономии Полякова, свел его за одну зиму и получил барыша около 3500 руб[лей], и в 1912 году, в той-же экономии Полякова я купил ещё 40 десятин на сруб леса, но за принятием меня на военную службу таковой не доведен до дела, часть его унесло весною в 1915 г[од] полой водой, часть растащили служащи, продажей и утайкой денег, а 14 десятин я вынужден был перепродать на корне 2 лицам, Полякову и Лебединскому. От этого леса мне осталось барыша 7500 руб[лей], Лебединский и Поляков, на 14 десятинах, перепроданных ими за прошлую и этую зиму взяли барыша более 15000 руб[лей]. Вот был весь и капитал, но за состоянием моим на военной службе – с 28 Июля 1914 года и по сие время, капитал мой сильно пострадал, так как дома осталась одна жена и 4 малолетних дет[ей]. Теперь, хотя я и разорился и на военной службе, совершенно потерял здоровье, но я рад за детей, что в свободной России оне получат образование и будут счастливы.

Я твердо убежден и даже видел, что ложный донос сделало на меня одно лицо, выгнатое мною из дружинной канцелярии за некоторые проделки и после того, как было обнаружено, что это лицо дома занималось адвокатурой (подпольной) и по сношению одного судебного следователя отдано под надзор Начальства до суда за подлог. Лицо это состоит под Надзором Начальства в ожидании суда и по сие время, о чем можно навести справки в канцелярии 682 дружины, и я полагаю, что такие лица, как умеющие делать подлоги не для свободной России. Не желая указывать это лицо, я думаю, что Исполнительный Комитет, уже принимая от него донос, должен сам знать его, а затем уже и навести о нем справку.

О моем политическом направлении я просил-бы Исполнительный Комитет спросить солдат Депутатов от рот 682 дружины: Куделина, Тагинцева, Архипова и других, кроме… доносчика, а также и Г[оспод] офицеров: Курчинского, Артюхова, Игнатьева, Кутлунина и друг[их].

В виду вышеизложенного и брошенного мне незаслуженного упрёка, мелкой должностью урядника и незнающего мною охранным отделением, имею честь покорнейше просить Исполнительный Комитет исключить совсем меня из числа солдатских депутатов.

Дружинный писарь 682 дружины Андрей Клименков. ГАВО. Ф. 2393. Оп. 1. Д. 11. Л. 136-136об. Машинопись.

№ 48

Секретно. Сводка сведений, поступивших в Главное Управление

Генерального Штаба по данным к 5-му июля 1917 года.

Общие сведения о противниках. Австро-Венгрия. Средство

предохранения убежищ от ядовитых газов

Не позднее 5 (18) июля 1917 года

Согласно перехваченному циркуляру по 5-й австро-венгерской армии за № 10567, предписывается, для преграждения доступа ядовитых газов в убежища, употреблять специально изготовляемые в большом количестве лёгкие брезенты, вместо применяемых до сего времени дорого стоющих занавесей «Ketzen».

Означенные брезенты делаются, по образцу стёганных одеял, из индийской конопли, набитых морской травой. Последняя, благодаря своим гигроскопическим свойствам, обладает способностью поглощать и сохранять в себе на продолжительное время большое количество жидкости, нейтрализующей ядовитые газы, благодаря чему подобные брезенты являются несомненно целесообразнее для защиты от газов, чем занавеси. Размер вышеописанных брезентов делается в 2х1,8 метров, дабы закрыть вход в любое убежище.

Для полного обеспечения последнего от проникновения в него хотя бы минимального количества газа, брезент следует натягивать на каркас, тщательно пригнанный к входу в убежище.

Тот-же циркуляр отмечает, что § 65 «Наставлений для защиты против ядовитых газов» рекомендует соду как средство против сырости, всегда наблюдаемой у входов в пещеру и убежища. Вследствие сего, во всех тех случаях, когда войскам приходится работать на участках, находящихся в благоприятных для газовой атаки условиях, или же когда не все люди снабжены противогазом, ссовершенно необходимо иметь под рукою жестяные сосуды с раствором соды (1½ килограмма на 10 литров воды), дабы, в случае нужды, люди, плотно прижав к носу намоченный вышеуказанным раствором платок, могли до известной степени защищаться против действия газа.

РГВИА. Ф. 493 Оп. 2. Д. 6. Л. 383об. Машинопись.

№ 49

Телеграмма уполномоченных Текинских аулов

6 (19) июля 1917 года

/Обращаемся к Вам/ в виду абсолютного неурожая в Закаспийской Области, последствием чего нам туркменам грозит голод, и к этому несчастью прибавилось ещё то, что / <в> аулы, примыкающие к границе Персии у Дерегеза, Келатского ханства, откуда по договору 1894 года между нашим и Персидским Правительствами вода должна беспрепятственно отпускаться в пределы Атекского приставства, но губернатор Риза Хан запретил жителям пропускать положенную часть воды для орошения наших полей, почему гибнут посевы, что окончательно грозит нам умереть голодною смертью. Никакие доводы администрации Закаспийской Области не могут убедить Хана исполнять договор. Российский консул в Хорасане не принимает решительных мер, почему губернатор игнорирует русскую власть.

Просим Вашего авторитетного вмешательства, дабы заставить Риза Хана отпускать нам воду, чтобы не допустить эксцессов, ибо для туркмен вода жизнь или смерть.

Уполномоченные Текинских аулов: /подп[ись]/ Дады Эминов, Ходжа Дурды Мамедов, Сули Эвез Верды, Ораз Али Кары Киши.

АВПРИ. Ф. 133. Оп. 470. Д. 146. Л. 32. Машинопись.

№ 50

Генеральний секретарь внутрїшнїх справ Української

Центральної Ради – Московскому губернскому комиссару

30 сентября (13 октября) 1917 года

Генеральный Секретариат по Внутренним делам на Украине, осведомившись о том, что немецкие колонисты, выселенные из мест постоянного своего жительства, в настоящее время целыми партиями в отдельных по наряду вагонах по железной дороге возвращаются в свои колонии Волынской и Подольской губерний, не имея на то разрешения ни от Главнокомандующего Юго-Западным Фронтом, ни от губернских Комиссаров и, силою выселяя временно осевших на их колониях беженцев, производят на местах междуусобия и беспорядок, просит Вас неотложно употребить силу все меры для^[1930] оставления немецких колонистов на местах их временного поселения и не допустить возвращения их на места постоянного жительства до окончания войны.

ЦГА М. Ф. 1927. Оп. 1. Д. 1. Л. 82. Машинопись.

№ 51

Приказ по 8-й пехотной запасной бригаде

19 сентября (2 октября) 1917 года, город Воронеж

№ 870

13-го, 14-го и 15-го сего сентября в гор[оде] Острогожске разгромлен военный склад. Громилами оказались солдаты 2-го кавалерийского запасного полка.

Позорное дело, неведомо во имя каких побуждений совершённое, имело свои печальные последствия: 22 человека опились и умерли от разрыва сердца; 26 человек сгорели во время взрыва спирта, находившегося в цистернах; 60 солдат лежат раненые и обожженные в госпиталях и 9 человек зарегистрировано убитыми.

Так бесславно, так скверно кончились десятки жизней молодых людей, призванных грудью стать на защиту отечества, на защиту родной земли против врага, стремящегося раздавить и поработить нас.

Что могут сказать в оправдание своего неслыханно грязного дела солдаты 2-го кавалерийского полка, вонзившие нож в страждущую от ран родину?

Все они, люди молодые, полные сил и энергии, не отравленные ещё ядом алкоголя, казалось бы, с особой настойчивостью должны спасать гибнущую страну, – должны охранять свои новые жизненные пути, которыми они, и главным образом они, с своими детьми должны идти к новой, свободной, честной и трезвой жизни. Между тем, ужасом веет от их безсмысленного, безумного дела…

Я лично видел пожилого крестьянина – отца, со слезами на глазах укорявшего своего пьяного сына и призывавшаго его образумиться. И что-же ответит сын родившему и воспитавшему его отцу?… – он схватил его за ворот рубахи и, с силою оттолкнув от себя, сказал: «Убью, буржуй»..

Я видел, как один из пьяных солдат, встретив осторожно пробиравшегося, очевидно на службу, труженника телеграфиста, нанёс ему удар со словами: «У, буржуй»..

Во время этой пьяной вакханалии я видел спрятавшихся обывателей, боявшихся показаться на улицу. Город в эти дни точно вымер. Пьяные толпы солдат, подобно нашествию диких племён в давно минувшия времена, держали в ужасе всех жителей.

И это произошло в культурной стране, в стране, где жители все от мала до велика признаны свободными гражданами, готовящимися жить на началах правды, братства и единства..

Это произошло в страшное время разрухи, развала государственной жизни, когда каждый гражданин, по чувству долга и совести, должен нести свою лепту на алтарь спасения отечества.

Что-же нам, солдаты и граждане, делать теперь, в эти грозныя минуты всеобщего бедствия?… Закусить ли удила и мчаться к гибели, мчаться скорее к тому тупику, где нас захватят наши враги и властною рукою направят, по своему усмотрению, на ту или иную дорогу жизни, или самим спасать себя!?..

При восстановлении порядка в гор[оде] Острогожске со мною были кадровые солдаты 58 запаснаго полка. Видевшие все ужасы войны, они не испугались беспорядочной толпы пьяных кавалеристов, они не соблазнились одурманивающим запахом вина, в изобилии лившагося повсюду, они с гадливостью отвернулись от изменников солдат и властною рукою прекратили постыдное дело.

Со мною были представители Совета Рабочих, Солдатских и Крестьянских Депутатов, они, выбранные и облечённые доверием, разъяснили весь ужас происходившаго постыднаго развлечения и неустанно работали по водворению порядка в городе, взболомученном громилами, забывшими долг солдата, долг гражданина и долг сына своего отечества.

Сам я всецело сознаю, что темные силы хотят окончательно сбить с толку растерявшийся народ, довести его до сознания полнаго безсилия и потом сказать ему: «Ну вот видите, куда вы зашли!»… Я вижу эту пропасть, куда безответственные люди, работающие на немецкия деньги, толкают родной народ и, по мере сил и возможности, буду сдерживать дурные инстинкты толпы. Меня не запугали и не напугают предательские выстрелы, направляемые вслед мне в Острогожске, при объезде мною города, со стороны обезумевших от вина солдат 2-го кавалерийского полка. Я твердо пойду к порядку и, уверен, за мной пойдут все разумные солдаты, любящие свою родину и действительно желающие ей добра.

От себя и от лица Правительства, вручившего мне власть, приношу русское спасибо вам, солдаты кадра 58 полка, за ваше разумное понимание тяжёлого момента, переживаемого страной, за ваше мужество, с которым вы подавили безпорядки в Острогожске. Твердо надеюсь, что с вами и массою других благомыслящих солдат и граждан гор. Воронежа мы безтрепетно остановим безумные толпы, мечтающие получить гнусное минутное развлечение при разгроме винных складов.

Порядок должен быть, и он будет, так как фронт с напряженным усилием сдерживает врага и ждёт от нас поддержки. Трезвые, мы поможем своим собратьям на фронте, а пьяные, мы страшны только своему народу, а не врагу, ликующему от наших неслыханных и невиданных пьяных деяний. Прошу от всех порядка.

Приказ прочесть во всех ротах, командах и эскадронах Вр[еменно] Командующий бригадой, Полковник ВОЗНЕСЕНСКИЙ. ГАВО. Ф. 2393. Оп. 1. Д. 5. Л. 75-75об. Машинопись.

№ 52

Приказ войскам гарнизона Воронежа

21 октября (3 ноября) 1917 года

№ 747

До сведения моего дошло, и мне определённо известно, что дома терпимости города Воронежа обильно посещаются солдатами гарнизона. На улицах, где находятся эти скверные учреждения, и днём и ночью толпятся массами солдаты, разнузданная похоть которых не сдерживается ни многочисленными мирными жителями, стыдливо прячущимися в своих домах при виде разврата, происходящего вокруг, – ни собственною совестью и сознанием своего достоинства, – ни страхом пред возможностью получить тяжелую грязную болезнь.

Так низко, так мелочно, пошло совершается нравственное и физическое падение человека, в притонах разгула, среди женщин, утерявших свою женскую честь и красоту.

Государственный переворот, коснувшийся всех сторон жизни народа, несомненно ясно должен направить эту жизнь на трезвую, здоровую, честную и свободную дорогу. Подрастающее поколение, не отравленное ещё ядом алкоголя, имея возможность запастись в открытых для него школах и разного рода культурно-просветительных собраниях светом знаний, казалось бы, – должно строить свою жизнь на физически здоровых и нравственно красивых началах и дать новое трезвое, сильное телом и духом потомство, которые бы мощно пошло по проторенной дороге к разумной и сознательной жизни.

То ли, солдаты, происходит теперь у нас на глазах?.. Многие из вас, потеряв стыд, забыв свою семью и обязанности перед нею, с нахальным видом становятся в неслыханные ещё «хвосты» к хвостам падших и часто больных женщин с тем, чтобы, получив заразу, внести ее потом в свою семью, в свою деревню.

По последним сведениям санитарной комиссии, опубликованным в газетах, среди нашей армии имеется до трех миллионов солдат с венерическими заболеваниями.

Эта страшная цифра ясно показывает нам, – как беззаботно, как легкомысленно солдаты относятся к своему здоровью и к здоровью своего потомства.

Прислушайтесь, товарищи, к плачу и воплю, который идет из ваших родных деревень!?.. Вы отчётливо услышите, что среди других бед и несчастий, обрушившихся на нашу страну в эти тяжелые годы, немалое горе составляет упадок нравственности и хороших начал семейной жизни. Ведь это вы сами своею невоздержанностью создаете ненужное и ни чем не оправдываемое бедствие; вы сами в огромном большинстве несёте яд и заразу вашим жёнам и детям!..

А ведь вы пошли из своих домов за тем, чтобы оградить близких вам людей от вражеского нашествия и всех злых его последствий.

Так ли вы исполняете ваш долг?..

Не понесутся ли потом вслед вам от ваших детей слова проклятья, слова негодования за то, что, не выполнив своего прямого назначения пред вами, вы, кроме этого, сделали их физически и нравственно уродами?..

Бойтесь этого страшного суда потомства, – суда истории!.. В этом вам прощения не будет, и тут вы не найдёте стрелочника, на которого можно было бы свалить вину. Вы, и только вы должны нести ответственность за этот великий грех.

По долгу службы, по чувству человечности, руководимый желанием добра своему народу, которому служил и служу «не за страх, а за совесть», я настоятельно прошу полковые комитеты, культурно-просветительные организации, врачей и всех вообще интеллигентных сограждан помочь мне оградить солдат от этого злого дела, – отвести их от этой ямы. – В своих беседах с ними просил бы менее уделять времени на обсуждение вопроса о «здравствовании третьего интернационала», а более – об их «здравствовании», памятуя мудрое вековое изречение: «в здоровом теле – здоровый дух». В этом ощущается насущная потребность, остальное все само придёт.

Обращаясь к солдатам, я призываю всех помнить, что, создавая «очереди» там, где их не должно быть, вы унижаете в себе мужчину и человека, а в лице женщины, вами покупаемой, – оскорбляете и вашу сестру, и вашу жену.

Дальше от этих болот, – от этой грязи!..

Не делайте сознательно себя хилыми и больными. Здоровые, Вы нужны себе и отечеству, а больные Вы будете всем в тягость.

Приказ прочесть во всех ротах и командах. Начальник гарнизона, Полковник ВОЗНЕСЕНСКИЙ. ГАВО. Ф. 2393. Оп. 1. Д. 5. Л. 123. Машинопись.

№ 53

Секретно. Приложение № 1 к разведывательной сводке Штаба

Юго-Западного фронта № 262

22 ноября (5 декабря) 1917 года

Недельная авиационная сводка Штаюза

I. Деятельность наших самолётов

В течение истекшей недели (с 15 по 22 ноября) условия погоды на фронте несколько улучшились, вследствие чего воздушная деятельность представляется более оживленной, чем она была за время 4–5 предыдущих недель.

В частности, нами выполнена следующая работа:

На Волынском участке (от р[еки] Припяти до м[естечка] Берестечко^[1931], длина ок[оло] 245 вёрст) самолёты работали 18, 19, 20 и 21 ноября, совершив всего 54 боевых полёта. Нами осмотрен ближний тыл противника на Ковельском и Владимиро-Волынском направлениях; выполнен бараж на участке от Ситовичи^[1932] (30 вёр[ст] восточнее Ковеля) до Пустомыты^[1933] (40 вёр[ст] ю[го]-в[осточнее] Владимира-Волынского).

В северной Галиции (от м[естечка] Берестечко до направления Тарнополь – Волочиск^[1934], длина ок[оло] 125 вёрст) лётчики работали 18, 19 и 21 ноября, выполнив в общей сложности 30 боевых полётов. Нами освещен дальний и ближний тыл противника, на Бусском направлении (до станции Ожидов^[1935]) и Тарнопольский район. Сфотографирован участок позиций противника длиною в 15 вёрст.

В южной Галиции (от направления Тарнополь – Волочиск до р[еки] Днестра, длина ок[оло] 115 вёрст) самолёты вылетали 18, 19, 20 и 21 ноября, совершив в общем 45 полётов. Нами обследован ближний тыл противника на всем фронте; выполнен бараж вдоль р[еки] Збруч; сфотографирован участок неприятельских позиций в районе Ниверка^[1936] – Залесье (20 вёр[ст] западнее Каменца-Подольского).