Текст книги "Императрица Кэт (СИ)"

Автор книги: Виктор Вагнер

Соавторы: Ирина Емельянова
сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 54 страниц)

Шёлковый остров

К югу от Империи, в море, отделённом от океана мысом Армнайн, располагался Архипелаг – основной противник Империи.

Войны с Архипелагом велись так давно и так часто, что непонятно было: это разные войны или одна длинная война с большим количеством перемирий. Собственно, какой-то общей причины для войны не было, зато мелкие поводы возникали постоянно. Раз в двадцать-тридцать лет обе стороны решали взять передышку и заключали перемирие, потом выяснялось, что опять надо что-то срочно поделить, и начиналась очередная разборка.

Следует отметить, что, в отличие от безбожного магического Севера, Архипелаг считался в Империи противником достойным и уважаемым. Там точно так же запрещали магию и почитали тех же богов – четырёх Старших, четырёх Средних и неопределённое количество Младших. Поэтому во время перемирий между аристократическими родами Империи и Архипелага частенько заключались браки, которые признавались законными в обеих странах, несмотря на то, что вскоре непременно начиналась очередная война. Особенно если положение иноземного супруга или супруги соответствовало представлениям данной страны о достойной партии.

А представления Архипелага были весьма необычны. Земли в этой стране было сравнительно мало, а кораблей, связывавших острова Архипелага между собой и с материком – весьма много. И как-то так сложилось, что владеть землёй в Архипелаге могли только женщины, зато кораблями – только мужчины. Правила Архипелагом женщина, носившая титул Госпожа; её супруг был её супругом и не более, хотя, конечно, мог быть и Главным Адмиралом Архипелага. Мог и не быть.

С точки зрения крупной землевладелицы Архипелага, хозяин нескольких кораблей – вполне достойная партия. Поэтому и возникали иногда семьи вроде родителей принцессы Вэллес, ставившие в тупик имперское общество.

Такое положение было довольно удобно для молодых людей Империи, желавших славы или заработка: война была почти всё время, а нет сейчас – так завтра будет. Мало кого из тех, кто поднимался по трапам военных кораблей, заботило, что на этот раз не поделили Империя и Архипелаг. Какая, в конце концов, разница?

Поэтому не стоит удивляться, что ни Кеалор, ни его люди понятия не имели, за что они плывут воевать.

Эскадра двигалась на юг. Осенние ветры не давали парусной команде скучать, но часто приходилось идти крутыёи галсами, а до мыса Армнайн было ещё далеко. Кеалор продолжал тренировать своих людей, а в свободное время читал. Книги, закупленные у тинмоудского книготорговца, кончились быстрее, чем путь вдоль западного побережья Империи, и Кеалор решил попросить у Дерваля несколько томиков, которые заметил на полке в капитанской каюте.

Дерваль немного смутился, но книги дал. Они оказались собранием сочинений некоего поэта Рамета тал Фипса. Кеалор вообще-то не был любителем поэзии, но от скуки принялся читать… и пришёл в восторг.

Рамет тал Фипс не писал красивых занудных стихов, бесконечно воспевающих красоту имперской природы или величие её правителей. То был талантливый юморист и беспощадный сатирик, к тому же обладавший совершенно неистовой фантазией. У тал Фипса с пера буквально стекал яд и иголки сыпались, и Кеалор с наслаждением читал и перечитывал искусно сплетённые строки.

Начитавшись вдоволь, с томиком тал Фипса в руках Кеалор поднялся на шканцы.

Там нашёлся капитан Дерваль, стоявший, точнее, бродивший туда-обратно свою капитанскую вахту. Поскольку служба на «Олене» была налажена, в спокойную погоду при переходе походным ордером капитану на вахте делать было абсолютно нечего.

– Слушай, Дерваль, это великолепно! – воскликнул Кеалор, размахивая томом поэзии.

Дерваль опять характерно поднял брови:

– Тебе понравился тал Фипс?

– Ещё как! Я хохотал не переставая!

Капитан улыбнулся. Похоже, он был большим читателем-почитателем этого поэта.

– Тебе раньше не приходилось читать его стихи?

– Нет, не приходилось.

– И про нашу нынешнюю цель тоже? Правда, это не в книгах, это было в тинмоудских частных газетах: «Не будет шёлковым Шёлковый остров…»

– Не уверен. Я ведь даже не знаю, что из себя представляет наша нынешняя цель. Какой-то Шёлковый остров?

Дерваль секунду ошарашенно посмотрел на Кеалора, потом махнул рукой:

– Ах да. Всё равно, за что воевать, лишь бы за Империю. Тогда слушай.

Прямо к югу от мыса Армнайн находится большой богатый остров, сплошь покрытый тутовыми деревьями. Этот остров – самая большая шёлковая плантация окрестных морей. Не знаю, каким образом, возможно потому, что он был лакомым куском и для Империи, и для Архипелага, в течение долгих веков герцоги Шёлкового Острова умудрялись выполнять сложную политическую балансировку и сохранять независимость, заодно предоставляя нейтральную торговую площадку во времена постоянных имперско-архипелажных войн.

Но за пару десятков лет до твоего приезда в Тинмоуд последний герцог Шёлкового Острова внезапно умер, не имея сыновей и не оставив завещания. И когда островные нобили стали разбираться, у кого из боковых ветвей рода больше прав на Шёлковый престол, они обнаружили, что всё зависит от того, с какой стороны смотреть: с имперской или с архипелажной.

По архипелажным законам наследницей должна была стать дочка умершего герцога, да вот незадача – она умудрилась в своё время выйти замуж за небогатого имперского графа тал Анара и приняла имперское подданство. А с имперской точки зрения наследником был племянник умершего герцога… женатый на Джарвис виа Аргато – одной из знатнейших дам Архипелага и ныне счастливо там проживающий.

– Хм, забавно. То есть получается, что с точки зрения каждой из сторон намного весомее права представителя противоположной стороны, – заметил Кеалор. – Но если Шёлковый остров не принадлежит ни Империи, ни Архипелагу, то какое его жителям дело до того, что думают представители Империи или Архипелага?

– А такое, что ни Империя, ни Архипелаг долгое время не решались посадить на Шёлковый остров своего ставленника. В результате остров целых восемнадцать лет благополучно управлялся выборным бургомистром и продолжал богатеть на торговле, не имея даже номинального сюзерена. С пиратами вполне справлялась добровольческая милицейская флотилия, которую финансировали торговцы шёлком, заинтересованные в безопасности островных вод. А обе крупные военные силы просто не решались на какие-то действия.

Может быть, лет через несколько нобили Шёлкового Острова и легализовали бы это положение, объявив остров вольным. Во всяком случае, таллэ Анар как-то упоминала, что к ней подкатывали представители островного купечества с предложением весьма крупного отступного за отказ от всех прав на герцогскую корону.

– Вот даже как. А что таллэ Анар?

– А таллэ Анар всё-таки родная дочь Шёлкового престола и от отцовского наследия так просто отказываться не стала. Но о том, что из этого вышло, я тебе расскажу чуть позже.

Так вот. Однажды в столице Архипелага пятнадцатилетняя Андис виннэ Аргато, дочка герцогского племянника, познакомилась на балу с адмиралом Вандером дил Виссаром, более известным как Морской Ястреб. Ну, сам понимаешь – победитель принца Айэна, легендарный, несмотря на нестарые ещё годы, адмирал… для пятнадцати лет больше чем достаточно.

А Морскому Ястребу породниться с такой влиятельной фамилией тоже не помешало бы. Ты понимаешь, в Архипелаге адмиралов – что у нас графов, а Джарвис виа Аргато ни больше ни меньше как участница Вязального Кружка. Вот только у Морского Ястреба только и есть за душой, что дворянское звание, слава да адмиральский титул, а виа Аргато этого показалось недостаточно.

– Подожди, а разве для мужчины-претендента недостаточно быть владельцем эскадры?

– Думаю, что вполне. Вот только эскадра-то у Морского Ястреба не его собственная, а королевская. Ему самому принадлежит разве что флагман.

Дальше, сам понимаешь – история из старой сказки: виа Аргато красноречиво намекнула дочери, что выдаст её за Морского Ястреба только в том случае, если тот в качестве свадебного подарка предоставит что-нибудь повесомее призовых за очередной поход.

Адмирал, недолго думая, решил положить к ногам своей возлюбленной Шёлковый Остров. Так он реализовал бы права дил Аргато, отца виннэ Андис, и одновременно приобрёл бы милость Госпожи, так что виа Аргато сказать было бы нечего. Правда, если бы он потерял там хотя бы один корабль, Госпожа его бы по головке не погладила, но Морской Ястреб был уверен, что ничем не рискует.

Операция по захвату острова была проведена прошлой весной с обычной для Морского Ястреба лихостью. Милицейская флотилия, конечно, успешно отражала нападения пиратов, вот только атака королевской эскадры под командованием Морского Ястреба – это вам не пиратский налёт. Но, конечно, виннэ Андис с Морским Ястребом никто не отпустил, поэтому сразу же посадить её на острове герцогиней он не смог. Так, оставил кого-то из своих подчинённых в качестве наместника.

Но если у виа Аргато есть дочь, ради которой архипелажные моряки готовы совершать рыцарские подвиги, то у таллэ Анар есть сын – виконт тал Анар, гусарский поручик, который сам не прочь посовершать подвиги.

Прошлым летом этот виконт тал Анар, будучи в отпуску, как-то скорешился с капитаном тал Мипселем. А это, я тебе скажу, авантюрист ещё тот. Было время, он в нашей эскадре служил, и в конце концов тал Сиол не знал, что лучше – повесить его на рее или списать на берег. В конце концов сбагрил в эскадру тал Ринага, которая полгода назад как раз уходила в летнюю кампанию в Архипелаг. Я думаю, тал Ринаг частенько поминал тал Сиола за это незлым тихим словом.

А младшему тал Анару этот авантюрист оказался вроде брата родного. Отправились они в плавание – на разведку в западной части моря – и выплыли к Шёлковому острову. Тут тал Анар вспомнил, что это вообще-то его наследственная вотчина, и не след отдавать её каким-то архипелажьим девицам и вражьим адмиралам.

Входить в гавань вражеского острова тал Мипсель при всём своём авантюризме не решился. Но тал Анару лет всё-таки побольше, чем виннэ Андис, и ребёнком он гостил на острове ещё при жизни дедушки-герцога. Поэтому он уговорил тал Мипселя высадить его со шлюпки в одной из укромных бухт, встретился на острове с кем-то из местных – и не прошло и двух дней, как над островом развевался имперский флаг. Родной внук родного герцога – это не какой-то управляющий какого-то адмирала! Его тут же возвели на Шёлковый престол, а он в свою очередь, как верный имперский подданный, объявил Шёлковый остров герцогством в составе Империи. Эскадра тал Ринага получила прекрасную базу в зоне влияния Архипелага, а заодно головную боль по защите этой базы от архипелажного флота.

Говорят, Морской Ястреб получил известие о том, что остров уплыл у него из-под носа, непосредственно на том балу, на котором собирался торжественно поднести ключи от него будущей тёще.

Услышав про такой афронт, Госпожа, говорят, сильно гневалась. Независимый Шёлковый остров – это ладно. Но имперское герцогство чуть ли не посреди Архипелага – это уже ни в какие ворота. Поэтому Госпожа официально объявила войну Империи, вызвала к себе Морского Ястреба и приказала захватить Шёлковый Остров и привести под власть Архипелага.

Честно говоря, я не знаю, что думает Император про политические успехи тал Анара. А вот тал Ринаг наверняка думает, как бы сплавить тал Мипселя обратно тал Сиолу.

Ну, а нам предстоит повоевать с легендарным адмиралом. Объединённая эскадра тал Сиола и тал Ринага разместилась на рейде Шёлкового Острова.

Кеалор стоял рядом с капитаном Дервалем на шканцах «Оленя» и рассматривал открывавшуюся панораму. Множество мелких островков, покрытых зеленью, вырывались из лазурной глади моря. Вдали на горизонте темнела масса острова Дертанг.

– Битва скорее всего произойдёт вот в этом проливе, – показал подзорной трубой Дерваль на прямой, довольно глубокий с виду пролив слева. – И если Морской Ястреб догадался разместить десяток тридцатишестифунтовок вот на этом островке – Малый Клык, кажется, он называется – то нам придётся туго.

– А может, туда на разведку сходить? – вслух подумал Кеалор. – Взять вельбот с парусом, десяток добровольцев и ночью…

– А они заметят твой парус при свете луны, шлёпнут бомбу с кармагорским огнём перелётом, а потом на фоне огненного пятна на воде преспокойно пустят тебя ко дну.

– А если ночью будет туман?

– Если будет туман, то не будет ветра. И твоим добровольцам придётся грести всю дорогу. А стук вёсел об уключины будет слышен за пару миль.

– Ну уж, как подкрадываться на лодке к тюленям во льдах Северного океана, я знаю.

Дерваль вздохнул:

– Допустим, обмотаешь ты уключины тряпками, или что вы там на своём Севере с ними делаете. Пройти тебе придётся не пару кабельтовых, как в ваших зверобойных вылазках, а добрых пять миль. Ну пройдёшь ты, высадишься на острове, увидишь, допустим, что батарея там действительно есть. Если вас засекут караулы и поднимут всю орудийную прислугу вас ловить, вы очень весело побегаете по кустам. Кстати, таких колючих кустов, как местный маквис, у вас на Севере нет. Допустим, ты даже удерёшь, и мы точно будем знать, что батарея там есть. Дальше что? Выковыривать бортовыми орудиями хорошо окопанную береговую батарею – занятие не из приятных. Тем более, что архипелажный флот будет всячески мешать нам это сделать.

– Пожалуй, тихо снять караул мои ребята сумеют. Дальше можно попытаться вывести из строя пушки. Их же как-то можно заклепать. Я читал, это даже в бою иногда делают.

– В бою это как раз проще. Когда у тебя есть под рукой нагретый горн для накаливания ядер или хотя бы жаровня для фитилей, заклепать пушку действительно дело минутное. А вот ночью, тайно, чтобы не разбудить спящую смену… Что-то не верится мне в успех этого мероприятия.

– Можно ещё подорвать запасы пороха.

– Наверняка у них они рассредоточены. Исходя из того, что мы будем лупить по ним калёными ядрами целыми бортовыми залпами. Шуму будет много, что затруднит тебе отход, а толку мало. Хорошо, если десятую часть сумеешь уничтожить. – Хм… А если батареи там нет? Если мы будем это знать абсолютно точно, у нас будут развязаны руки. Может, всё-таки разрешишь разведку?

Дерваль повернулся в противоположную сторону и внимательно окинул взглядом закатное небо.

– Если будет туман, тогда да.

Кеалор проследил за его взглядом и подумал, что насколько он сам понимает в погодной магии, туман сегодня маловероятен, хотя и не невозможен. Впрочем… На вероятности как раз и есть погодная магия. И слишком мало шансов, что кто-нибудь что-нибудь заметит.

В любом случае, за время перехода из Тинмоуда безделье ему до смерти надоело. А тут ещё предстоит сражение, когда придётся в течение нескольких часов подставлять голову под ядра, не имея возможности хоть как-то повлиять на события, прежде чем представится случай для абордажа. Стоит рискнуть.

А насчёт заклёпки пушек надо спросить у артиллеристов.

Он спустился на батарейную палубу и нашёл там маявшегося бездельем главного артиллериста. Все пушки были уже подготовлены и проверены, оставалось скучать и ждать. Так что артиллерист был очень рад появлению этого любопытного мальчишки из абордажной команды и с удовольствием рассказал Кеалору всё, что знал о заклёпывании пушек, а также подробно расписал количественный состав артиллерийского пороха, в частности соотношение угля и селитры. Через полчаса, раздобыв у боцмана несколько десятков старых гвоздей и озадачив Эльпара изготовлением железных опилок, Кеалор поднялся на палубу и вплотную занялся туманом.

С отвычки это было нелегко. Но к закату полоса тумана выползла из устья реки на Шёлковом острове и пролегла между враждующими флотами, вплотную коснувшись Малого Клыка.

После того, как начальный толчок был дан, туман развивался самостоятельно. Кеалор забрал у Эльпара железные опилки и, намешав из них и ещё из кое-каких веществ, добытых у артиллеристов, какую-то липкую смесь, торопливо слепил из неё толстые колбаски и, разложив на столе, оставил просыхать.

Потом Кеалор отправился к своим людям и спросил, кто пойдёт с ним на разведывательно-диверсионную операцию. Дальше возникла маленькая заминка, потому что вместо десятка добровольцев он получил двадцать два.

– Нет, ребята, так не пойдёт. В вельбот-то мы влезем, но если мы вернёмся из этого рейда не все, нельзя, чтобы судно потеряло абордажную команду. Поэтому со мной пойдёт десяток Эльпара.

Таук обиженно нахмурился. Кеалор добавил:

– Таука назначаю командиром абордажной команды на время моего отсутствия.

Таук перестал хмуриться.

Построив десяток Эльпара на шканцах, Кеалор подошёл к Дервалю и доложил:

– Капитан, команда добровольцев к рейду готова. Разрешите отправляться.

– Разрешаю. Спускайте вельбот.

Вельбот бесшумно отвалил от борта корабля и растаял в тумане.

«Хм, а эти северные охотники и на море на что-то годны», – подумал Дерваль, безуспешно пытаясь расслышать плеск вёсел или стук уключин.

Дорога до Малого Клыка заняла часа полтора. Мало того, что Кеалор старался не производить ни малейшего шума, он ещё и не хотел зря утомлять свою команду. Он раздал своим людям алхимические колбаски и шёпотом объяснил, что с ними следует делать.

Чувство направления его не подвело, и он вслепую подвёл вельбот в точности к намеченной маленькой бухточке, где, в отличие от остального побережья, был не каменистый берег, а песчаный пляж. Эльпар и Тиджис бесшумно скользнули по колено в воду, удержав вельбот от удара о берег. За ними столь же бесшумно последовали ещё восемь альдосцев и алантцев и сам Кеалор.

Кустарник на острове и впрямь оказался неприятным, но то ли Дерваль переоценил колючесть маквиса, то ли это был не маквис, в любом случае до кедрового стланника северных гор ему было далеко. Так что отряд Кеалора достаточно легко пробрался к вершине холма, где по всем расчётам должна была находиться батарея.

Кто-то там, несомненно, был. Сквозь деревья пробивался неровный свет факелов.

«Вот будет неприятность, если там пара сотен матросов спешно заканчивает укрепления», – подумал Кеалор, и взмахом руки приказал отряду остановиться. Потом поманил за собой Эльпара. Тот подошёл неслышно – сказалась охотничья сноровка.

Подобравшись вплотную к брустверу, Кеалор убедился, что его худшие опасения не оправдались. Да, батарея там определённо имелась – пара десятков дальнобойных пушек. Но при пушках были только несколько караульных и пятеро офицеров, инспектировавших батарею при свете факелов.

Кеалор наблюдал за офицерами. Один из них явно был старшим по званию – он распоряжался, жестикулировал, отдавал приказания. Похоже, именно он был инспектором, остальные – сопровождающими. Кеалор попытался разобрать знаки различия, но он не разбирался в архипелажной табели о рангах, а в свете факелов разобрать мелкие детали костюмов было тяжело. Старший офицер был одет в красно-белую форму, остальные – в чёрные кители и серые брюки.

Кеалору понадобилось около минуты, чтобы принять решение. Он наклонился почти вплотную к Эльпару и прошептал ему на ухо:

– Красно-белого – бери живьём и тащи в шлюпку.

После чего почти подряд выстрелил из обоих пистолетов в караульных и, выхватив шпагу, вскочил на бруствер. Остальные, услышав выстрелы, не заставили себя долго ждать.

Буквально через несколько секунд всё было кончено. Не успела орудийная прислуга в лагере по другую сторону холма выскочить из палаток, хватая оружие, как четверо вражеских офицеров были мертвы, а пятого, оглушённого и надёжно связанного ремнями, Эльпар на своей широкой спине уносил напролом через кусты.

По знаку Кеалора люди Эльпара кинулись к пушкам, по ходу грамотно и быстро распределяя их между собой – сказались учения Кеалора. Они вставляли в запальные отверстия выданные им колбаски и поджигали их мушкетным фитилём. Поскольку на каждого пришлось всего по две пушки, то на эту операцию понадобилось не более полутора десятков секунд.

В тот момент, когда Кеалор, прикрывая отход команды, перепрыгнул последним через бруствер, на батарею ворвались, размахивая факелами и алебардами, архипелажные матросы. Увидев мёртвых офицеров, они на две драгоценных секунды замешкались. А потом пытаться не то что преследовать – подстрелить через кусты убегающих имперских диверсантов было уже поздно.

Обратно гребли, навалившись изо всех сил, уже не стараясь скрыть плеска вёсел. Несколько мушкетных пуль просвистело в тумане мимо вельбота, никому не причинив вреда. А артиллерия молчала.

Пленник по дороге очнулся, но разговоров заводить не желал. Кеалор тоже не пытался пообщаться – пусть Дерваль проводит допрос пленного офицера в капитанской каюте по всем правилам.

Кеалор взлетел по штормтрапу на борт «Оленя»:

– Капитан, на Малом Клыке выведена из строя двадцатипушечная батарея, уничтожена группа вражеских офицеров и захвачен пленный.

– К-какой пленный? – Дерваль так и знал, что разведкой Кеалор не ограничится, но выходок в духе тал Мипселя не ожидал.

– Понятия не имею. Судя по всему, высокопоставленный офицер вражеского флота.

Дерваль схватил фонарь и подбежал к борту. В этот момент Эльпар и Питикс как раз поднимали связанного пленника на борт.

Разглядев лицо пленного, Дерваль остолбенел.

– Вы… – только и смог выдохнуть он.

– Да, я, Айэнов выкормыш, – сердито откликнулся тот. – Скажи своим головорезам, чтобы меня развязали. Плен так плен, и нечего изображать тут из меня мешок с капустой. Я всё-таки офицер и дворянин.

Эта реплика привела Дерваля в себя. Он метнулся на ют, разбрасывая на ходу приказания, и через секунду на мачту «Оленя» взлетели сигнальные огни. Флагман незамедлительно откликнулся. Дерваль отдал ещё несколько приказаний и повернулся к Кеалору:

– Ты хоть понял, кого в плен взял?!!

Кеалор пожал плечами:

– Судя по тому, как ты забегал – Морского Ястреба.

У Дерваля возникло сильное желание чем-нибудь запустить в этого умника.

– Ну конечно, ты не удосужился выучить цвета адмиральской архипелажной формы! Мы обезглавили вражеский флот.

От флагмана отвалила лёгкая гичка и паучком побежала по неподвижной воде в сторону «Оленя». Через несколько минут на палубу поднялся сам адмирал тал Сиол.

Обнаружив на палубе Морского Ястреба, уже развязанного и сидевшего на шканцах в поднятом из капитанской каюты кресле с бокалом вина в руке, со всеми приличествующими пленному адмиралу удобствами, он обратился к Дервалю:

– Анхео, подними сигнал Р-К-Т.4  По имперскому своду сигналов – созыв командиров на совещание на флагманский корабль.


[Закрыть]

Дерваль скомандовал сигнальщику.

– А теперь докладывай, что это за самодеятельность, и откуда на борту корабля моей эскадры вражеский адмирал.

– Я обратил внимание командира абордажной команды тал Альдо на то, что остров Малый Клык очень удобен для размещения замаскированной батареи. Тал Альдо предложил отправиться туда на разведку. Поскольку погода благоприятствовала, я дал ему разрешение. Тал Альдо наткнулся на группу высших офицеров, инспектировавших батарею, и превратил разведку в диверсию, уничтожив четырёх сопровождающих и взяв в плен инспектора. То, что инспектором оказался адмирал дил Виссар – чистое везение.

– А что с батареей?

– Орудия заклёпаны, – сообщил Кеалор.

– Как?!! – вскочил из своего кресла Морской Ястреб, расплёскивая вино. – Когда вы успели?

– Вот, – Кеалор продемонстрировал обоим адмиралам неаккуратно слепленную колбаску из чего-то вроде замазки с торчащим фитилём. – Если эту штуковину поджечь, через минуту она даст несколько унций расплавленного железа. Для запального отверстия хватит.

Тал Сиол взял колбаску в руки и подозрительно её понюхал. Пахло селитрой. Подставлять левый фланг под батарею, обработанную этими наскоро сделанными штуковинами, ему было страшновато. Впрочем, если Кеалор совершил уже одно чудо – похищение Морского Ястреба, то, может, и второе у него получилось?

– Я возвращаюсь на свой корабль. – объявил он. – Диспозиция на завтра согласно сигналам. А вас, – обратился он к Морскому Ястребу. – я оставлю пока на этом корабле.