Текст книги "Императрица Кэт (СИ)"

Автор книги: Виктор Вагнер

Соавторы: Ирина Емельянова
сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 54 страниц)

* * *

Вечером Алан, Кэт и Кеалор опять собрались за чаем у Ерона.

Беседа с Наргоном и активной группой фракции шлюзовиков прошла несколько более напряжённо, чем с Ероном, но информация о надвигающемся наводнении буквально сорвала плотину. Использование космических снимков, поездки северных магов на другие планеты – это все, конечно, прекрасно, но все это долгосрочные перспективы. А вот наводнение, грозящее вот-вот затопить долину Альмы и разрушить Усть-Альму и Антелакский затон – это совсем другое дело. Здесь речь шла о тысячах жизней и о сохранности флота и верфей. Поэтому Наргон сосредоточился на этой теме и долго обсуждал с Аланом и Ероном планы подрыва затора. Кроме того, удачное уничтожение затора могло изрядно повлиять на общественное мнение и вернуть фракции шлюзовиков перевес в Совете.

Наргон даже пообещал поговорить с Ниратом насчёт того, чтобы Звёздных Купцов, по крайней мере конкретно Алана и Кэт, пропускали в Земли Совета через заставы.

Алан был в восторге от своей удачи и собирался отвезти Кеалора в Тинмоуд, отчитаться перед Паулем и вместе с Кэт вернуться на Север помогать готовить подрыв затора.

Кеалор после дня, проведённого в обществе матери и младших сводных брата и сестры, был немного задумчив. Не прошло и года с тех пор, как он уехал отсюда, но ему казалось, что он вернулся в своё далёкое прошлое. С тех пор произошло так много всего! А тут его по-прежнему зовут «Кеалоримэ» и дают к чаю сладкое пирожное. Правда, сестра немного порасспрашивала о Тинмоуде, в основном о модах, но брат, в свои пятнадцать лет уже готовившийся в Университет, особого интереса к Империи не проявил.

Между тем разговор зашёл о Тинмоуде, об удачной торговле Звёздных Купцов в Империи и о дружбе главы миссии с генералом тал Эмбрасом. Услышав это имя, Ерон скорчил небольшую, вполне объяснимую гримасу. Кеалор усмехнулся себе под нос и сказал:

– Вы знаете, Учитель, я тут только недавно узнал, что генерал тал Эмбрас может знать ваше имя.

– И что?

– Я, конечно, решил, что такой факт моей биографии, как учёбу у вас, нельзя скрывать, и лучше рассказать самому, чем ждать, пока об этом прознают мои враги.

– И как старый дикобраз отнёсся к данному факту?

– Ну, беседа получилась совершенно замечательная.

Кеалор стал в лицах изображать свой разговор с тал Эмбрасом:

«– Да, генерал, я тут неожиданно узнал, что при первой встрече рассказал не всё из своей биографии, что могло быть вам интересно.

– И что же ты утаил?

– Имя своего учителя. Я и подумать не мог, что имя Ерон вам что-нибудь скажет.

– О, сапоги Эксгиля! Ты б ещё рекомендательное письмо от него представил! Я представляю, что было бы там написано. – Тал Эмбрас прикрыл глаза, запрокинул голову и начал «цитировать»: « – Арвид, обрати внимание на этого юношу. Я, как мог, старался научить его всему, что полезно в нашей многотрудной профессии рыцаря плаща и кинжала. Вроде ничего получилось. Из недостатков могу отметить только склонность к бретерству, которая может стоить если не жизни, то здоровья и репутации кое-каким столичным шалопаям, и вредную привычку диагностировать у знатных дам смертельные болезни, впрочем, на стадии, поддающейся излечению. Искренне твой, Ерон.»

Все присутствующие, включая Ерона, рассмеялись. Стиль Ерона тал Эмбрас спародировал вполне удачно.

– Ну ладно, – добродушно махнул рукой Ерон. – Так что, на этом тал Эмбрас успокоился на мой счёт?

– В общем, да. Он сказал: «– Понимаешь ли, мой мальчик, если бы ты мне об этом рассказал, ничего бы это в твоей судьбе не изменило. Как ты помнишь, сначала я сплавил тебя подальше от дворца, в действующий флот. Будь ты заведомо известным агентом Дома Под Холмом, ничего лучшего я бы придумать не смог. А в Гвардию ты был зачислен личным приказом Императора. И никакие мои возражения на старика не подействовали. А поскольку я знаю, что Ерона 8 лет назад из Совета выставили, то вряд ли тут есть о чем говорить. Ты опасен для Империи не паарскими связями, а своими альдосскими вендеттами.»

– В чем не могу упрекнуть Арвида, так это в недостатке мозгов, – заявил Ерон. – В его годы и с его опытом людей часто сражает одуревающая паранойя, но старый дикобраз, похоже, этой судьбы счастливо избежал. Вот уж никогда не думал, что кто-то из моих учеников будет служить под началом моего некогда главного противника, но раз уж так сложилось, Келли – удачи тебе.

Через полчаса гравишлюпка бесшумно взлетела и исчезла в ночных облаках. Ерон посмотрел ей вслед, покачал головой и вернулся к себе.

«Рано на покой, рано, – сказал он себе. – Я неплохо себя чувствую в Университете, но если благодаря этой молодёжи действительно представится случай переиграть выскочку Нирата, я такой возможности не упущу.»

Холодная вода Альмы

Кеалор проснулся в холодном поту. В окно струился серый тинмоудский рассвет. Что за жуть ему приснилась? Перед глазами стояли зелёные струи воды, явно речной, а не морской, и громады торосящегося льда. Жуткий холод во всём теле, а самое главное – огонёк фитиля, медленно подбирающийся к бочке с порохом.

И причём здесь Кэт? Почему во сне его накрыло ощущение смертельной опасности, угрожающей девушке из Звёздных Купцов? И никуда не пропало наяву?

В тот день у Кеалора дежурства не было, и он до вечера не находил себе места. Пытался прогуливаться по городским улицам, но ноги его сами постоянно выносили к Дому Звёздных Купцов. А повода зайти туда и спросить, как дела у Кэт, он никак не мог придумать.

Наконец, уже перед самым закатом, судьба улыбнулась Кеалору. Проходя мимо Дома в очередной раз, у самых дверей он чуть не столкнулся… собственно, с Кэт. И вместо того, чтобы спросить, куда она собирается и не позволит ли она ему себя проводить, Кеалор неожиданно ляпнул, будто сослуживцу после дежурства: «Как насчёт по кружечке анарского?» Вместо того, чтобы возмутиться подобной вольностью, Кэт неожиданно согласилась.

Ближайшей к Дому таверной был «Зелёный фонарь» – заведение одновременно недорогое и достаточно приличное. Кеалор пытался завести разговор, но всё никак не решался перейти к тому, что его беспокоило. Наконец он всё-таки приказал себе прекратить увиливать:

– Кэт, а что ты делала сегодня на рассвете?

Девушка передёрнула плечами, как будто её внезапно пробрала дрожь:

– В Альме тонула.

– Это как?

– Понимаешь, в последние три дня Ерон с командой минировали ледяной затор, образовавшийся на Альме неподалёку от Лерутена. Его обязательно надо было взорвать сегодня, потому что мы знали, что Верхнеальмскую плотину вот-вот прорвёт. Её действительно прорвало сегодня в полдень. И если бы мы не успели, то всем зверобойным судам, которые отстаивались в Антелакском затоне, мало бы не показалось. Так что работали днем и ночью. И вот на рассвете, когда всё уже было готово и даже фитили зажжены, я поскользнулась и улетела с этого самого затора в реку. Льда там уже не было, но долго в такой воде не продержишься. А если бы меня накрыло волной от прорванного затора…

Кеалор, знавший не понаслышке, что такое вода в Альме после ледохода, невольно вздрогнул. К тому же уже горели фитили, так что счёт шёл на секунды. Но вот перед ним Кэт, живая и невредимая. Она продолжала:

– К счастью, там был один антелакский зверобойный капитан, бывший гарпунщик, который исключительно метко кидает спасательный линь. Он успел выволочь меня на берег до того, как фитили догорели. Ох, говорила же я Алану, что надо использовать наши детонаторы, которые взрываются с берега нажатием кнопки. Бррр!..

– Бррр, – согласился Кеалор, потому что больше он всё равно ничего не мог сказать. Мысль о том, что утром Кэт могла погибнуть, накрыла его не меньшим ужасом, чем ощущение ночного кошмара. Получается, ему во сне передалось то, что в то же самое время действительно ощущала Кэт. Такая мощная эмпатия, да ещё на таком расстоянии? Пора уже признаться себе, что его с этой девушкой связывают не просто приятельские отношения. Себе. А ей? Нет, это невозможно!

* * *

Ни магическая, ни морская карьера совершенно не способствовали овладению тонкостями верховой езды. Конечно, Кеалор умел ездить верхом и сражаться в седле, но парадной выездкой совершенно не владел. А гвардейцам это было необходимо, чтобы сопровождать торжественные императорские выезды или принимать участие в праздничных парадах. Кеалор считал, что это всё полнейшая чепуха, но его никто не спрашивал. Для гвардейцев был организован курс выездки в манеже, и Кеалор старался не пропускать ни одного занятия, когда бывал свободен от дежурств. Чем быстрее удастся сдать экзамен по всем этим верховым финтифлюшкам, тем быстрее он от этой ерунды избавится. Этому подходу Кеалора научили в университете, и пока что он его ни разу не подводил.

Через три дня, возвращаясь с очередного занятия, Кеалор снова заглянул в «Зелёный Фонарь». К своему удивлению, он обнаружил там Кэт. Она сидела в углу за столиком в обществе бутылки дешёвого кальвадоса, уже наполовину опустевшей, и мрачно глядела на дно пустого бокала.

Как можно пить местный кальвадос, Кеалор вообще не понимал. Конечно, самое дешёвое пойло здесь гнали именно из яблок, потому что яблочными садами был покрыт весь Тинмарран. А Кеалор знал, что Звёздные Купцы – те ещё гурманы. И вообще предпочитают не горячительные, а горячие напитки.

– Что с тобой? – удивился он. – Тебя кто-то обидел?

– Да все подряд, – ответила Кэт, мрачная как туча. – Начиная с твоих Ерона с Наргоном. Из моей глупой ошибки целый подвиг раздули.

– Кто, как и зачем?

– Ну вот смотри, – она подтолкнула к нему ЛЭТ с движущейся картинкой на экране.

На картинке Кеалор увидел нечто очень хорошо знакомое – Большую аудиторию Горного факультета Паарского университета. Огромный зал был полон народу. Судя по некоторым знакомым лицам, там происходило заседание Совета Магов. На кафедре стоял Наргон и что-то говорил. Кэт вставила Кеалору в ухо какую-то кругляшку, и оттуда послышалось:

– И есть ещё одна вещь, о которой нельзя забыть. Когда-то давно, когда Дом под Холмом контролировала наша фракция, было принято решение не допускать на наши Земли так называемых Звёздных Купцов. Но ведь именно они предупредили нас о надвигающейся катастрофе, что позволило вовремя сосредоточить в Лерутене запасы пороха и собрать достаточно сильный сапёрный отряд. Их представители рисковали жизнью на заторе вместе с нами. Одна девушка сорвалась с затора в реку и только благодаря меткости, с которой хорошо известный многим капитан Маар бросает лёгость, осталась в живых…

Кэт подтянула машинку к себе и захлопнула крышку. Голос Наргона прервался на полуслове. Она пояснила:

– Наргон сделал из моего падения в Альму эффектный новостной повод. И что особенно обидно, наши, Алан с Паулем, его поддержали. Конечно, теперь у нас есть допуск в Земли Совета! Но я навсегда останусь там «той девчонкой, которая поскользнулась». – Она потянула к себе бутылку кальвадоса. – Не хочу никого видеть.

– И меня?

– Ты, к счастью, в этой истории не замешан. Пожалуй, я знаю только одного человека, который в ней замешан меньше. Это дил Виссар. Но он не подсядет к столику и не спросит: «Кэти, что с тобой?».

– А откуда ты его знаешь? – неожиданно для себя Кеалор почувствовал что-то вроде укола ревности.

– Ты же и познакомил. Помнишь, на балу у принца Лемта, за неделю до равноденствия?

Некоторое время тому назад Кеалор с удивлением узнал, что светское общество в Тинмоуде неоднородно. Существовал так называемый высший свет, к которому причисляли себя в основном потомки древних родов, прожигавшие ренту с дедовских земель. На людей вроде Дерваля, пробивавших себе дорогу собственным умом и трудом, там смотрели свысока, хотя кортик принца Айэна и заставил носителей голубой крови признать его равным хотя бы формально. Но сам Дерваль предпочитал иметь дело с дворянами иного круга. Да, тоже светское общество, тоже сплошные «тал» и «таллэ», тоже балы, мундиры и пышные платья. Но там людей ценили в первую очередь за то, что они собой представляют, а на длину родословной почти не смотрели. Хотя в этом обществе вращались и некоторые очень высокопоставленные дворяне. Балы для этого круга устраивал, например, принц Лемт.

Вот на один из таких балов Дерваль и притащил Кеалора. К своему удивлению, Кеалор обнаружил там довольно много знакомых лиц. Первым, кого он там увидел, был лично тал Фипс, читавший стихи в небольшой компании. Судя по хохоту слушателей, читал он отнюдь не любовную лирику. Там же обнаружились и тал Стой с принцессой Хонтисс, которую уже выпустили из храмового госпиталя, но ещё не отправили в Анар. И даже Морской Ястреб, на которого в высшем свете смотрели как на диковинку, в этом обществе чувствовал себя гораздо уместнее. По крайней мере, здесь ему было с кем поговорить на морские темы.

Оказалось, что Звёздные Купцы о таком расслоении столичного светского общества были не в курсе. Впрочем, откуда бы? Они же считались купцами, хоть и звёздными. А купеческое сословие дворяне в свои внутренние дела не посвящали, хоть и могли приглашать его представителей к себе на балы. Вот Кеалор и устроил Кэт приглашение на бал у принца Лемта.

Обнаружив, что нравы в этом кругу куда проще, чем на привычных великосветских балах, непосредственная девушка быстро перезнакомилась со всеми интересными личностями, присутствовавшими там. В том числе и с Морским Ястребом. Для него в словосочетании «Звёздные Купцы» главным оказалось слово «звёздные». Адмирал, конечно, уже успел узнать, что в Тинмоуде присутствует торговая фактория из другого мира, и очень обрадовался возможности поговорить с человеком, прилетевшим со звёзд. Весьма толково говорил, кстати. В астрономии он разбирался, по меркам Ирганто, просто отлично. Впрочем, кому в ней и разбираться, кроме собственно астрономов, как не морскому капитану?

– Ну вот что, Кэти… – Кеалор чувствовал себя весьма неловко. – На Севере прекрасно знают, что поскользнуться может любой. Наргон, конечно, деликатен, как белый медведь в период гона. С этим приходится жить. Но в конце концов на Север рвался Алан, а не ты. Вот пусть он там пока и поработает. У тебя, насколько я понимаю, и в Империи дел хватает. А со временем мы тебе создадим какой-нибудь другой новостной повод.

– Како-ой? – протянула Кэт. Но смотрела она на Кеалора с интересом, и его это ободрило.

– А, придумаем что-нибудь. Примешь участие ещё в каком-нибудь массовом спасении. И будешь не «та девушка, которую пришлось спасать», а «та девушка, которая спасла». На Севере же так: сегодня тебя спасают, завтра ты кого-нибудь спасаешь.

– Да? – недоверчиво переспросила Кэт. Кеалор поспешил закрепить успех:

– Давай я закажу что-нибудь получше этого пойла? Скажем, «Звезду Равноденствия»? И кнедлики, здесь подают отличные кнедлики.

– Ну… можно, – согласилась Кэт. Вздохнув с облегчением, Кеалор потихоньку утянул бутылку кальвадоса и спрятал под столом.

* * *

Однажды Пауль обнаружил на столе у Кэт стопку отпечатанных на принтере листов с иргантийским текстом. Пробежав глазами несколько первых абзацев, он с удивлением узнал «Имя Розы» в безобразном машинном переводе на язык Империи.

– Зачем тебе это?

– Для тал Альдо. Он немного разобрался в нашей системе ценностей и теперь требует за информацию только информацию. А поскольку он сейчас связался с расследованием какого-то дворцового заговора, его интересуют наши достижения в области детективной работы.

– Но предлагать ему это… Выучила бы ты лучше его английскому или французскому и давала бы ему Конан-Дойля или Сименона в оригинале.

– Не слишком ли много?

– Если у тебя есть хоть какая-то коммерческая жилка, взамен стрясёшь с него язык Севера. Я подозреваю, что его рассказы о Землях Совета очень много теряют от двойного перевода. А что касается его контр с тал Линтом, дала бы ты ему лучше парочку планетологических учебников для первого курса.

– Я боюсь. Абориген, овладевший конструктивной мифологией…

– Не думаю, что нам это сможет помешать. А воздействия на местную политику будет не больше, чем если бы он всерьёз стал пользоваться своими магическими способностями.

Для любимого дружка и серёжку из ушка

Что не так с Арну тал Милилем?

Вообще-то таких, как он, при дворе хоть ложкой черпай. Очередной молодой и знатный прожигатель жизни и отцовского наследства. Но конкретно этот тип был примечателен по двум пунктам. Во-первых, он имел графский титул и был владельцем замка Аланто. А во-вторых, он приходился родственником правящей династии. Довольно дальним, но так сложилось, что в линии наследования после Айэнти и принца Лемта он был третьим. Поэтому Император держал его при себе.

По характеру это был обычный светский хлыщ, не испытывающий склонности ни к военной, ни к гражданской службе. И до поры до времени вёл себя так, как и положено подобному типчику. Общался либо с такими же сыновьями богатеньких отцов, либо с молодыми офицерами вроде тал Эренда. Но где-то в середине Сариза он вдруг начал весьма тесно общаться со старым тал Линтом. Этого, в принципе, было уже достаточно, чтобы Кеалор насторожился. Зачем он тал Линту и зачем ему тал Линт?

Вокруг тал Линта постоянно вертелась толпа мелких неимущих дворян-прихлебателей. Что ни говори, а это тоже способ сделать карьеру, особенно для тех, у кого ни денег, ни способностей, ни желания шевелить руками или мозгами. Но тал Милилю-то оно зачем? Вроде бы графское поместье в Аланто приносит доход, вполне достаточный для подобного образа жизни. Может, проигрался? Да нет, к игре он не склонен.

И вот зачем бы такому человеку понадобилось вести долгие беседы со старым интриганом в одном из уединённых дворцовых покоев?

Да и тал Линтовы прихлебатели стали вести себя как-то по-другому. Если раньше они просто ждали милостей, то теперь стали выглядеть так, будто у них появилась какая-то конкретная цель.

Кеалору всё это очень сильно не нравилось. Но что он мог сделать? Залезть к этим людям в мозги? Но нет. Вдруг кто-нибудь из них сумеет отследить магическое воздействие? Кеалор посоветовался с Эльпаром. Денщик пообещал поднять свои многочисленные знакомства. У него их было много разных: и старых с городского дна, и новых среди дворцовых слуг. Но через несколько дней обескураженный Эльпар сообщил, что ничего существенного по поводу тал Линта и тал Милиля узнать не удалось.

Время шло. Кеалор нервничал.

Может быть, сумеют помочь Звёздные Купцы?

Чем именно они могут помочь, он представлял плохо. Но это неважно. Главное – правильно поставить вопрос, а ответ, глядишь, и найдётся.

* * *

Кеалор в очередной раз подловил Кэт у выхода из Дома и пригласил в «Зелёный Фонарь» на кружечку анарского.

– Кэти, у вас ведь есть вещи, которые умеют запоминать разговор, а потом и воспроизводить? – спросил Кеалор, когда подавальщица, принёсшая им бокалы, беззвучно удалилась.

Кэт не видела смысла скрывать то, что достаточно наблюдательный молодой гвардеец мог неоднократно видеть в процессе общения со Звёздными Купцами. Она же сама пару недель назад показывала ему запись выступления Наргона на Совете Магов.

– Конечно, есть. А что?

– Мне бы такое купить или хотя бы взять в аренду на недельку.

– А зачем?

– Понимаешь, есть во дворце одна комната. Отличается тем, что никаких потайных ходов в стенах там нет. Стены толстые. Слуховых отверстий нет. И вот тал Линт в последнее время завёл привычку подолгу сидеть там с одним придворным типом. Мне бы узнать, о чём они там разговаривают.

– Хм-хм-хм. Ну ладно. Как говорят в одной стране на моей родной планете, для любимого дружка и серёжку из ушка. – Кэт действительно сняла с уха маленькую клипсу. – Вообще-то я обычно из неё музыку слушаю. Но для твоих целей вполне подходит. Вот сейчас мы её немножко перепрограммируем…

Она достала из кармана ЛЭТ, положила на стол и принялась нажимать кнопки. Кеалор заворожённо смотрел, как на стеклянной поверхности странного аппарата перемещаются ряды букв. Причём это были не те буквы родного языка Кэт, которые он уже более-менее освоил. Язык, на котором программировалась серёжка, был разработан на основе барлийского11  Барлийский язык – один из языков Венты. Крайне широко распространён в Федерации


[Закрыть]. Сколько ни изучай культуру Звёздных Купцов, всё равно неизученного останется больше.

Наконец девушка закончила свою работу и убрала ЛЭТ.

– Держи. Вот смотри, нажимаешь на этот зелёный камешек. – Кэт именно это и сделала. Камешек мигнул. – Он мигнул один раз. Это значит, что серёжка встала в режим прослушивания. Если в радиусе слышимости кто-то заговорит, она запишет разговор и метку времени. Потом опять нажимаешь на камешек, он мигнёт два раза, и серёжка начнёт повторять всё, что записалось.

Кэт нажала на камешек, он дважды мигнул, и из серёжки сначала послышался механический голос: «Тридцатого Гайриза двенадцать двадцать восемь.» А потом голос Кэт: «Он мигнул один раз. Серёжка встала в режим прослушивания…»

Кэт опять нажала на камешек. Камешек мигнул трижды, и маленький аппарат замолчал.