Текст книги "Императрица Кэт (СИ)"

Автор книги: Виктор Вагнер

Соавторы: Ирина Емельянова
сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 54 страниц)

* * *

Время шло. Закончилось лето, наступила ранняя осень. Прошло пышное венчание, на котором Кеалора и Вэллес благословляли главы всех четырёх Орденов. Прошёл, как страшный сон, свадебный пир. Правда, когда большинство гостей от обильных возлияний позабыло, по какому поводу они здесь собрались, молодожёны тихонько ускользнули из пиршественной залы. Кажется, кто-то это всё-таки заметил, но ничего не сказал, а только проводил их взглядом и пробормотал «Дело молодое».

Император издал Указ об очерёдности наследования. Из него следовало, что наследником первой очереди является Айэнти с законным потомством мужского пола, затем принц Лемт, затем тал Милиль с законным потомством мужского пола, затем сыновья Кеалора и Вэллес, а затем – собственно Кеалор. Герцоги тал Альдо императорской семье были седьмая вода на киселе, и Кеалор предположил бы, что он в этой очереди где-то на сотом месте, но оказалось, что более близкой родни у Императора после тал Милиля и нет. Впрочем, учитывая примечания насчёт потомства, Кеалор всё равно оценивал свои шансы на престол как нулевые. Его это полностью устраивало. Вот не было печали!

Сыновей Кеалор и Вэллес не планировали. Они быстро и смущённо поговорили ещё до венчания, в разговоре было больше недомолвок, чем слов, но тем не менее они друг друга поняли. У каждого отдельные покои, разделённые дверью с полупрозрачным стеклом, и войти на половину супруга можно только с его разрешения. Вэллес тревожилась, что Кеалор будет настаивать на своих супружеских правах, но, услышав, что отдельные спальни его как раз устраивают, посмотрела на него с благодарностью.

Впрочем, время от времени они с удовольствием проводили время вместе. Историю с гармоническим подобием Вэллес оценила, и теперь она время от времени предлагала Кеалору совместное музицирование. Это было вроде игры в импровизации на заданные темы. В какой-то момент Кеалор понял, что может таким способом общаться с супругой, причём ни один человек во дворце этого разговора не поймёт, даже придворные музыканты.

В любом случае на личную жизнь у Кеалора времени было очень мало. Во-первых, он занимался организацией своего «Четвёртого отдела». Кое-кого из гвардейцев ему порекомендовал тал Эмбрас, людей малозаметных и молчаливых, из тех, кто многое замечает, но мало говорит. Тал Ксорга, кстати, не рекомендовал: тот был слишком прямодушен и говорлив. Нужно было также создавать сеть агентов и осведомителей. Кое-кого из своих бывших коллег по столичному дну привёл Эльпар. Кое-кого порекомендовал тот же тал Эмбрас. Среди завербованных были несколько лавочников, несколько трактирных слуг, два трактирщика и содержательница дорогого борделя в элитном квартале. Тал Эмбрас объяснил, что успешные бордель-маман дурами не бывают, а посетители туда ходят расслабиться. И в расслабленном состоянии что только не выбалтывают.

А во-вторых, Император взялся за Кеалора всерьёз. Старик почти каждый вечер вызывал (приглашал, конечно, но Императору не отказывают) Кеалора к себе и вёл длительные беседы о том, как устроена Империя и как ей управлять следует. Он понимал, что сам не успеет обучить внука самому главному, что Императору знать следует, и потому передавал весь свой опыт и знания опекуну Айэнти. Кеалору часто казалось, что голова у него вот-вот лопнет от всего этого. Чувствовал он себя во время этих бесед даже не мышкой, которой играет кошка, а щепкой, которой играет волна. Помогали университетский опыт, методики усвоения материала, которым его научили там же, и совсем чуть-чуть магии, чтобы после беседы как следует выкинуть из головы всё, что туда загрузили, а потом спокойно раскладывать информацию по полочкам во сне.

Пока что главный вывод, который сделал Кеалор – что Императором он быть не хочет категорически. К счастью, ему и не надо. А вот Айэнти отвертеться не удастся.

Букварь для принца

– Вэллес, к вам можно?

– Входите, супруг мой, – прозвучало из-за двери.

Вэллес и Айэнти сидели на ковре в личной гостиной принцессы. Конечно, у наследника были свои покои, но ему больше нравилось проводить время в маминых комнатах. Открытая крышка клавикордов, на полу ноты вперемешку с игрушками и среди всего этого милого кавардака – молодая женщина в домашнем сером платье и ребёнок в свободной рубашке.

– Дядя Кеалор! – малыш потопал ему навстречу. – Смотри, какие у меня ноты!

Кеалор посмотрел. На листе бумаги был очень крупно изображён нотный стан с простенькой мелодией. Забавно было то, что ноту «ми» изображали кошачьи мордочки, «ре» – собачьи, «до» – птичьи и так далее. У каждой физиономии было своё выражение, направление взгляда показывало ход мелодии. Все мордочки были весёлыми и задорными: мелодия определённо была в мажоре.

– Отличные ноты, – кивнул Кеалор. – Вэллес, это вы рисовали? Узнаю вашу руку.

– Да, – кивнула принцесса. – Готовых нот для обучения маленьких детей совсем нет. Приходится придумывать что-то на ходу.

– Хм. – Кеалор повертел в руках лист с нотами. – Но ведь Айэнти уже неплохо играет? Я думал, он знает ноты.

Вэллес рассмеялась.

– Что вы! Когда я начала его учить, ему два года было. А ноты – это те же буквы, как их учить в таком возрасте? Только на слух, на память пальчиков. А сейчас он заинтересовался моими нотами. Но там… – Она показала раскрытый нотный альбом, несомненно заполненный рукой профессионала. – Нужно начинать с чего-то простенького, наглядного, что маленький ребёнок сможет понять. Вот и рисую… такое.

– Вас в детстве учили по таким нотам?

– Нет. Есть нотные альбомы для начинающих, но они всё-таки рассчитаны на детей постарше.

– Знаю, я сам по таким учился. На Севере буквенной и нотной грамоте детей учат одновременно.

– Здесь это тоже практикуется, но тоже в более старшем возрасте. Не знаю… – она развела руками. – Наверно, Айэнти научится читать ноты раньше, чем буквы.

Кеалор немедленно подумал о Звёздных Купцах. Он, конечно, о них всё время думал… точнее, об одной конкретной. Но сейчас ему в голову пришла идея.

– Знаете, Вэллес, если хотите, я могу спросить у Звёздных Купцов, как это делается в их мире.

– Спросите, – кивнула молодая женщина. – Это и мне интересно.

* * *

– Келли, а тебе не кажется, что твоё положение несколько изменилось? – спросила Кэт, которую Кеалор в дежурный раз поймал у входа в Дом Звёздных Купцов и предложил посидеть в «Зелёном фонаре». – Гвардейский офицер, сидящий в трактире с девушкой, никого не удивляет. А вот для принца-консорта это, хм, несколько… дурной тон.

– Так. – Кеалор потёр лоб. Намекал же Эльпар на что-то такое, но Кеалор спешил и прислушиваться не стал. – А что ты предлагаешь?

– Мне сейчас надо кое-куда съездить. Вернусь часа через четыре. Если сможешь, приходи сюда в это время. Думаю, что посетить Дом Звёздных Купцов тебе вполне позволительно.

– Хорошо, может, чуть попозже приду.

* * *

– Так про что ты поговорить-то хотел? – спросила Кэт, когда они с Кеалором устроились на диване в гостиной Дома Звёздных Купцов.

– Про Айэнти. Точнее, не про него, а… в каком возрасте у вас учат детей читать?

Кэт пожала плечами.

– Ну ты спросил. В разное время, в разных странах и на разных планетах по-разному. Но чаще бывает так, что вообще не учат.

– Это как?

– Это так. Если ребёнок лет трёх или четырёх желает научиться читать, его не остановит примерно ничего. Сам научится. И таких детей на удивление много. В своё время, лет триста тому назад, когда пытались устроить массовое обучение, считалось, что надо начинать учить в семь лет. И выяснялось, что в классе половина детей уже прекрасно читает, а второй половине это вообще неинтересно. В результате скучно было и тем и другим. В конце концов на многих планетах пришли к индивидуальному начальному обучению. Дети учатся читать тогда, когда могут и хотят. Благо вариантов масса – онлайн-преподавание, интерактивные программы с мультипликацией… Ладно, не буду тебя всем этим мучить. Так что там с Айэнти?

– Вэллес обучает его нотам. Пририсовывает им кошачьи ушки и птичьи клювы. Он-то в восторге, но по-моему как-то странно выучить ноты раньше букв. Может, у вас знают, как учить таких маленьких детей читать?

– Я начинаю хотеть познакомиться с твоей Вэллес. По-моему, это гениальный педагог. Но, понимаешь, Келли, ноты – они круглые. К ним много чего можно пририсовать. А буквы… а что, детских книжек у вас не выпускают? Таких, с крупными буквами и чтобы картинок больше, чем текста. Я вот сама на паарском базаре покупала что-то такое, многосерийное, и к тому же в стихах.

– Ну да, на Севере существует лубок, детский в том числе. Но, понимаешь, это не для принца. Там в основном тематика такая… про земледелие, про природу, вот это всё. Айэнти просто таких слов не знает. Любой фермерский ребёнок знает, что такое плуг, соха и борона, а откуда это знать наследнику престола? А в Империи я ничего подобного не видел.

– Понятно. Ладно, сейчас поищем что-нибудь подходящее.

– Так у вас же в Доме детей нет. Откуда тут взяться детским книгам?

– Из компьютера, разумеется. Там какого только добра не валяется. Сейчас посмотрю… – Кэт вытащила из кармана ЛЭТ, что-то набрала на клавиатуре и принялась листать. – «Алиса в зазеркалье» – нет, не то. Хотя картинки хороши. «Мэри Поппинс» – тоже нет. Эдвард Лир бы подошёл, но у нас взрослое издание, без иллюстраций. А, вот! Посмотри на это!

Кеалор посмотрел. На экране была красочная картинка, изображавшая… большое яйцо с руками и ногами, сидящее на крепостной стене и, по-видимому, сладко спящее. Под стеной ходила стража. Кеалор уже достаточно хорошо знал английский язык, чтобы разобрать набранное крупными буквами стихотворение:

 
Шалтай-Болтай сидел на стене,
Шалтай-Болтай свалился во сне.
Вся королевская конница,
Вся королевская рать
Не может Шалтая, не может Болтая,
Шалтая-Болтая собрать!
 

– Ого! Ну, это Айэнти близко. Крепостные стены и королевская конница – он в этом живёт. А ещё есть?

– Куча! Сборник называется «Песни Матушки Гусыни», и ему больше веков, чем Айэнти лет. Если найдётся кто-то, кто сможет это перевести на имперский…

– Тал Фипс. Больше некому. Он, конечно, не знает английского, но ваша машинка ведь может выдавать подстрочники?

– Легко. Сейчас выведу. И несколько страничек распечатаю, в качестве образцов для тал Фипса.

* * *

– Переводить? А смысл? – вопросил поэт своим высоким голосом, разглядывая принесённые Кеалором материалы. Он уже успел посмеяться над коровой, прыгающей через луну, и посочувствовать брату и сестре, скатившимся с холма. – Идеи – да, образы – да, но перевод… это же другой мир!

– Ну крепостные стены и королевская стража у них там есть. Или были.

– Неважно, – отмахнулся тал Фипс. – Переводить неинтересно. Сам напишу!

– Напиши, – кивнул Кеалор. – По стиху на каждую букву алфавита. Сможешь?

– Пфф! Клепать забавные созвучия я научился раньше, чем драться на шпагах. И художника тоже поищу. Есть у меня тут пара знакомых… непризнанных талантов. Пусть попробуют.

* * *

Крупноформатная книжка с цветной обложкой и ярким заглавием «Азбука для принца» появилась в книжных лавках Тинмоуда через пару месяцев. К этому времени Айэнти уже успел выучить половину алфавита и активно требовал новых букв, а Вэллес с тал Фипсом и художниками готовила к изданию «Нотную азбуку принцессы» аналогичного формата.

– Как-то обидно, – объяснял тал Фипс Кеалору. – Я никогда не жаловался на недостаток тиражей. Мои стихи распевают все уличные мальчишки. Но чтобы прокормиться, сам знаешь, чем мне пришлось заняться. А доход от этих детских книжек уже приближается к доходу от рудника!

– Потому что твои книги покупают только состоятельные образованные люди. Уличные мальчишки берут твои стихи из газет, которые они же и продают. А детские книжки стоят немного и нужны всем, – пожал плечами Кеалор.

* * *

Через несколько дней, выбрав подходящий момент, Кеалор сообщил Вэллес, что её нотной азбукой заинтересовались Звёздные Купцы, и некоторые из них хотят с ней пообщаться. Он не был уверен, что для Вэллес слова «Звёздные Купцы» хоть что-то значат. Но она внезапно подняла голову от вышивания, в глазах блеснул интерес:

– У них тоже есть маленькие дети, которых нужно учить музыке?

– Ну, в Доме у них детей нет, но вообще, наверно, да. Они же Купцы, хоть и звёздные. Торгуют информацией. Ваш подход к обучению Айэнти заинтересовал… одну из них.

Принцесса внезапно хихикнула:

– Неужели в огромной Вселенной ещё никто не додумался пририсовывать нотам мордочки? Впрочем, я не против. Я никогда не видела звёздных людей.

Так и получилось, что Звёздные Купцы получили официальное приглашение посетить дворец. В гости заявилась всё та же неугомонная троица – Кэт, Алан и Синтия. После положенного угощения девушки полезли в принцессины ноты. Кэт в музыке разбиралась мало, ей интереснее был педагогический талант Вэллес. А вот Синтию просто распирало: когда она узнала, что именно Вэллес играет на органе в храме Арсиэс, ей захотелось вытащить из бедной принцессы всё, что та знала на эту тему, и ещё немножко. В результате они сыграли в четыре руки три гимна, исчеркали несколько нотных листов и обсудили традиции исполнения священных хоралов на службах Арсиэс в Тинмоуде и в южных районах Империи.

Внезапно раздалась короткая, протяжная музыкальная фраза. Синтия вытащила из кармана ЛЭТ и нажала на нём кнопку:

– Да, Пауль. Да, мы с Кэт и Аланом сейчас у тал Альдо. Да, уже договорились. Нет, туда ещё не успели. Да. Конечно. Да. – Синтия снова нажала кнопку и собралась убрать ЛЭТ в карман.

Вэллес внезапно подняла голову:

– Что это?

– Устройство для связи, – коротко ответила Синтия, видимо не желая вдаваться в подробности.

– Нет, что это была за музыка?

Кэт с Синтией переглянулись и пожали плечами. Кэт принялась играть кнопками на своём ЛЭТ:

– Где-то у меня была подборка «Популярная земная классика для контактов». Ага, вот тут.

– Кэт, а ты уверена? – вмешался Алан. – Напустить на неподготовленных аборигенов всю симфоническую мощь Чайковского…

– Вообще-то да, на Земле от этой музыки люди уже четыре с лишним века плачут, – заметила Синтия.

Может, подобное замечание и остановило бы кого-нибудь, но только не Вэллес.

– Я хочу послушать, – тихий голос принцессы прозвучал неожиданно властно. Кэт пожала плечами и запустила трек на проигрывание.

Неслыханная на Ирганто музыка навалилась на Кеалора неимоверной тяжестью. На грудь как будто что-то давило, было тяжело дышать. Заставив себя обернуться, он увидел Вэллес, неподвижно застывшую и смотревшую куда-то вдаль сквозь стены. Звёздные Купцы, видимо привычные, настороженно переглядывались.

Через несколько секунд Кеалор немного освоился с давлением звука и понял, что начинает воспринимать мелодию. Музыка заполняла пространство, с невероятной лёгкостью переходила от еле слышной мелодии к торжествующему фортиссимо, пела на множество голосов о любви, роке, разлуке и снова о любви, которая сильнее любого рока, если люди хранят её в своём сердце…

По сердцу Кеалора словно полоснули острым ножом. Он уже сумел примириться со своей судьбой, но эта музыка снова растравила сердце. Вот она, Кэт, женщина, которую он любит, такая близкая – и вечно недостижимая, чуждая и прекрасная, как музыка с её родной планеты.

Он посмотрел на Вэллес. Из её глаз текли слёзы, которые она, казалось, не замечала. И Кеалор знал, что как его сердце под властью звёздной музыки тянется вовсе не к ней, так и она думает сейчас совсем не о нём.

Но вот музыка кончилась, и Кеалор поймал себя на том, что переводит дух, как будто после тяжёлой работы.

– Ну я же говорила! Посмотри, что ты наделала! – воскликнула Синтия, заметив слезы на лице Вэллес. Но принцесса властным жестом остановила её:

– Это сама Арсиэс. Что за инструмент? Он играл, как сто инструментов сразу.

– Это оркестр, – отвечала Кэт. – Много инструментов играют одновременно, каждый свою партию…

– Кэт, понятие симфонического оркестра для этой культуры рановато, – напомнил Алан. Вэллес посмотрела на него непонимающе:

– Мне нужны ноты. Я сделаю переложение для органа и буду играть его на службе в храме в день Открытия Навигации.

Звёздные Купцы посмотрели друг на друга, как любые торговцы, почуявшие наживу. Кеалор свистнул:

– Сколько же нам это будет стоить…

Вэллес прищурилась, посмотрела на Кэт и Синтию и властно спросила:

– Сколько?

Кеалор изумлённо посмотрел на жену. А он-то считал её безвольной тихоней! Перед ним была принцесса, ставившая на место зарвавшихся торговцев. И принцессе было наплевать, что торговцы прилетели со звёзд. Принцессы не торгуются.

Одна Кэт неожиданно не смутилась:

– А платит пускай старуха Ашиллис. Синтия, вот тебе и возможность записать традиционную органную музыку культа Арсиэс.

* * *

На следующий день Кэт вместе с Вэллес посетила храм Арсиэс и устроила культурный шок госпоже Ашиллис. Вернувшись из храма, она налетела на Вадима Михайлова:

– Вадим, мне нужны десяток микрофонов, микрокомпьютер со звукозаписывающим софтом и вообще все для организации системы звукозаписи в большом помещении.

– Зачем тебе это? – удивлённо воззрился на неё дипломник.

– Наконец-то у нас появилась возможность записать службу в храме Арсиэс! А всё потому, что пижонка Синтия поставила себе на ЛЭТ в качестве телефонного сигнала фрагмент адажио из «Щелкунчика».

Ясновидцы-самоучки

Тал Эмбрас, как обычно, завтракал за пять часов до полудня. К завтраку ему традиционно подали утреннюю газету, и он просматривал её, не отвлекаясь от яичницы с беконом.

Вдруг взгляд его зацепился о маленькое объявление: «Требуются ясновидцы. Куда обращаться, вы сами знаете.». Генерал знал во всём Тинмоуде только трёх человек, которые бы рискнули во всеуслышание приглашать на работу мага и были бы уверены, что способны обеспечить его безопасность.

А к другим ясновидец, способный догадаться, кто его приглашает, и сам не пойдёт. Но эта шутка совершенно не в стиле старого Императора. Сам командующий гвардией такого объявления точно не давал. Значит, остаётся…

Всё равно собирался его навестить. Тал Эмбрас, более не отвлекаясь на газету, доел завтрак, бросил на тарелку снятую с груди салфетку, застегнул мундир и отправился в неприметный домик, с недавних пор оккупированный Четвёртым департаментом Императорской Канцелярии. Этот мальчишка уже должен быть на месте. Капитаны начинают службу раньше генералов.

Подойдя к двери кабинета с табличкой «Кеалор тал Альдо», тал Эмбрас услышал разговор на повышенных тонах:

– Нет у меня никакой машинки для ясновидения.

– Кэти, но как-то же ты узнала, что это объявление дал я?

– Келли, это же просчитывается в два хода. Никакая машинка для ясновидения не нужна. Вот сейчас сюда тал Эмбрас зайдёт, у него тоже машинка, что ли?

Генерал открыл дверь. Напротив сидящего за столом Кеалора в кресле для посетителей уселась Кэт Уильямстон.

Кеалор при виде начальства вскочил и попытался отдать честь. Прежде чем тал Эмбрас успел скомандовать ему: «Без чинов!», девушка спросила:

– Генерал, вы правда тоже пришли спросить его «Келли, зачем тебе ясновидцы?»

– Келли, зачем тебе ясновидцы? – повторил за ней тал Эмбрас.

– На ясновидцев я не надеюсь. Раз уж у Звёздных купцов машинки для ясновидения нет, то не судьба. Вот люди, которые обладают достаточными аналитическими способностями, чтобы вычислить автора объявления, и достаточным нахальством, чтобы попытаться устроиться ясновидцем, не будучи таковым, мне бы пригодились.

– Я такого знаю только одного – того мелкого мошенника, которого ты пристроил Дервалю артельщиком, потому что в абордажники он не годился. По-моему, он и так на тебя работает.

– Т-с-с! – прервал его Кеалор, который был дальше всех от двери. Генерал прислушался и услышал в коридоре лёгкие шаги, а потом робкий стук в дверь.

– Вот и первый кандидат, – сказала Кэт, которую не стесняла гвардейская субординация.

Кэт ошиблась. Когда дверь открылась, на пороге появились сразу двое. Юноша и девушка, примерно ровесники Кеалора, одетые так, как одевались в Тинмоуде зажиточные ремесленники или чиновники средней руки.

– Ашги Пуш, – представился парень. – А это – моя старшая сестра Джит.

– И кто из вас ясновидец? – поинтересовался Тал Эмбрас.

– Ну мы же родичи, – хором, несколько обиженно сказали посетители.

– Ладно, – сказал тал Эмбрас официальным тоном. – Тал Альдо, разбирайтесь тут без меня. Ваш департамент, в конце концов. – И решительным шагом вышел из комнаты. Кэт посмотрела ему вслед и сказала:

– Я тоже, пожалуй, пойду.

– Кэти, погоди минутку, – остановил её Кеалор. – Мне бы пригодилась твоя помощь.

– По-моему, ты не прав. Если бы ты набирал людей в свою личную дружину, ты бы мог принимать помощь от любого, кому ты доверяешь. Но сейчас речь идёт об интересах Империи. А значит, человек, не являющийся её подданным, тут лишний.

– Так, господа ясновидцы, – обратился Кеалор к пришедшим. – Вы уже определили, кто такая моя гостья?

Брат с сестрой переглянулись, но, кажется, смущались ответить. Потом Джит решилась:

– Судя по всему, она из Звёздных Купцов.

– Почему ты так решила? – поинтересовалась Кэт.

– Ну, подданную Архипелага тал Альдо не стал бы к себе приглашать. На аллонку вы не похожи. Северянкой вы бы могли быть, но мы хорошо знаем, как они одеваются. Ваша одежда необычна и для Севера, и для Империи.

Через полчаса разговора Кеалор понял, что надо брать на работу обоих кандидатов. Ашги вряд ли оказался бы блестящим оперативником, но из него вполне мог выйти толковый штабист-аналитик. А вот его сестра обещала стать великолепным тайным агентом.

На Севере никого не волновало, девушка или парень поступает в Университет. Там женщины часто делали карьеру целителей, волостных магов, преподавателей или кого угодно ещё. В Империи были иные порядки. Не то чтобы здесь женщинам запрещалось жить самостоятельно, но традиции – вещь великая. А может, для женщин гораздо проще всю жизнь заниматься только домом и детьми, чем ещё и совмещать всё это с какой-то активной деятельностью. Словом, имперские девушки чаще всего старались устроить свою жизнь путём удачного замужества. Но Джит замуж не стремилась. Она обладала актёрским талантом и вполне могла бы блистать на подмостках императорского театра, но предпочитала играть в жизни, с лёгкостью принимая на себя любой социальный образ от аристократки до торговки с рыбного рынка. А редкое сочетание живого ума, наблюдательности и проницательности с отличной памятью давало ей возможность использовать свой артистизм в самых различных целях. Словом, Джит была прирождённой авантюристкой, и Кеалор мог только радоваться, что она решила применить свой талант для работы во славу Империи.

В Четвёртом Отделе уже были осведомительницы, но профессиональных агентов-женщин ещё не было. Джит Пуш стала первой.