Текст книги "Жена на замену (СИ)"

Автор книги: Сашетта Котляр

сообщить о нарушении

Текущая страница: 37 (всего у книги 38 страниц)

Глава 35.7

Рэй фыркнул:

– Забавно, что в переводе обрядника – ни слова о том, как это правильно называется…

– Перевод на ройсет, всё «лишнее» отредактировали. Так часто бывает, – пожал плечами драконий принц. – Но, как бы то ни было, теперь вас не разлучит надолго даже смерть. В честь этого я предлагаю открыть портал обратно в горо… – Релан резко замолчал, потому что на руку Рэя сел пурпурный магический вестник, похожий на ворона с очень большим клювом.

Муж забрал у неё письмо, и чем дальше он читал, тем больше бледнел. Я невольно обратилась к только закреплённой между нами связи, и посмотрела в письмо его глазами. Это было послание от Железного Ястреба Асгейра, отца Рэя.

В столице паника. Поганый Принц всё-таки нанёс новый удар. Где бы вы ни были, возвращайтесь. Пока ещё есть, куда вернуться.

Отец.

Никаких подробностей не было, но по нашим вытянувшимся лицам Релан и так понял:

– Я планировал открывать обычный портал в город, чтобы оттуда мы ехали пешком. Но судя по всему, нам нужно в столицу.

Рэй кивнул:

– Там паника. Что творится в столице, отец не написал, но нам нужно туда, как можно быстрее.

Релан вздохнул:

– Я могу переправить вас… семейным способом. Теневым порталом. Но это демоническая магия, наследство рода. Подробнее рассказать не могу, это не только моя тайна, и она слишком серьёзна. Но это опасно. Вас погрузит в самую черную часть собственных душ, вы узнаете о себе то, чего не хотели бы знать. Но мы будем на месте уже через несколько мгновений. Рискнёте, или пойдём несколькими обычными порталами?

– Рискнём, – не сговариваясь ответили мы. – Если Стефан в столице, его нужно остановить, – это добавила уже я.

Релан только кивнул, не пытаясь нас отговаривать. Портал, который он открыл, снова словами незнакомого языка, больше всего походил на разверстую черно-фиолетовую пасть. От неё веяло холодом и безнадёжностью, но я всё равно шагнула ближе.

– Возьмитесь за руки, и возьмите за руки меня. Портал открыт в ваше поместье, чтобы у вас было время сориентироваться и сообразить, что вообще происходит.

Правой рукой я ухватилась за ладонь Рэйнера, левой – взяла за руку Релана. В странный портал мы шагнули одновременно. А потом из моей груди вырвался дикий крик… этот путь вёл не туда! Неужели драконий принц нас предал?!

Глава 36.1. Отступление 7. Без жены в столице

Первое, что Рэйнер почувствовал, шагнув в теневой портал – это бесконечную злость. Хотелось рычать, рвать и метать. Придушить Стефана своими руками, почувствовать, как сменается под пальцами глотка, попытаться оторвать ему голову…

Ничего подобного Рэй никогда в жизни не испытывал, поэтому едва смог совладать с собой и подавить эту злобу. Если бы Релан не предупредил, что так будет, наверное, черные мысли полностью захватили бы сознание герцога. Но поскольку он осознавал, что это не его чувства и не его желания, с ними удалось справиться.

И когда мучение злобой и агрессией закончилось, Рэйнер обнаружил себя дома. Вместе с Реланом. А спустя мгновение осознал, что Коринны с ними нет, и более того – он её не чувствует. Брачная связь только-только появилась, но уже успела стать чем-то бесконечно родным, и теперь на её месте зияла болезненная пустота. Ни мыслей Кори, ни её чувств, только смутное, едва заметное ощущение: она жива. Словно едва слышное сердцебиение.

Жива и далеко, и что-то там, где она сейчас – глушит связь, не даёт найти её по нити, которую ритуал протянул между ними. Это оказалось больно. Настолько, что Рэй упал на колени, и из глаз сами собой хлынули слёзы. Некоторое время он почти ничего перед собой не видел, и не слышал ни слова от Релана. Но всё же справился с собой, и даже смог подняться, пробормотав:

– Кори… она у Стефана, это точно. Я не знаю, как, но он перехватил твой портал!

Релан был бледен, а глаза запали так, словно он неделю не спал. Значит, пока его корежило от почти разорванной связи с любимой, друг уже пытался вычислить, где Коринна. И судя по вине, что плещется на дне синих глаз – у него не получилось. И сами ведь согласились! Оба, и он, и Кори. Не нужно было рисковать!

– Это я виноват, Рэй. Мы рискнули, и что-то пошло не так. Этого не должно было случиться, – принц драконов тяжело дышал, и выглядел совершенно больным.

Хотелось обвинить Релана, это же его неправильный портал, сотворённый тёмной в общем-то магией, но Рэй не привык малодушничать. Во-первых, виноват в первую очередь он сам – разрешил это. Во-вторых, нет никакой разницы, из-за кого эта трагедия случилась. Куда важнее как можно быстрее понять, где Коринна, и спасти её оттуда. Поэтому они обязаны мобилизовать все свои силы и разобраться в планах этой сволочи. Страх, слёзы, вина – не помощники.

Рэй словно со стороны услышал свой удивительно ровный голос:

– Потом разберёмся, где и чья вина. Сейчас я должен немедленно узнать, какая обстановка в столице. Ты сильнее меня магически. Вызови всех, до кого дотянешься. Будем организовывать спасательную операцию.

Строго говоря, он не имел никакого права приказывать будущему императору Золотого Древа. А тот был совершенно не обязан слушать приказы какого-то герцогишки из отсталой варварской страны, в десятки раз слабее его собственной. Но сейчас они были в первую очередь самими собой, Реланом и Рэйнером, мужчинами, которые оказались посреди водоворота безрадостных событий. Поэтому дракон действительо призвал всех, кого вспомнил, и вскоре всё там же, в гостиной поместья, были и отец, и Йоннара в истинном облике, и Анцгейр, и ещё десяток приличных магов, включая Лантассу Алькарро.

И каждый из них прибыл с докладом. Всем, кто собрался в поместье было совершенно очевидно: искать Коринну нужно там же, где и Стефана. И когда заговорила Йонна, убеждение лишь окрепло.

Глава 36.2. Отступление 7. Без жены в столице

– Летти пропала. Исчезла прямо на моих глазах, как и бывшая служанка Стефана, девочка по имени Ринна. Это не было похоже ни на портал, ни другие известные чары. Они просто растворились в воздухе!

– К нам потянулись обращения со всех уголков города, – твёрдым голосом произнесла Лантасса. – Все заражённые, вылеченные в нашем лазарете, пропали. Кто-то несколько дней назад, кто-то сегодня. В большинстве случаев никто ничего не видел, но некоторые докладывают о том же самом. Люди просто исчезают в неизвестном направлении. Я не знаю, что именно Стефан призвал, но оно невероятно могущественное, и его нужно загнать обратно туда, откуда оно прибыло. Ваше Высочество, – она посмотрела на Релана. – Я уже вызвала подкрепление из Империи, но им нужно время.

– Спасибо, Лантасса. Если дело обстоит так, как ты описываешь, эта тварь угрождает не Даланне, и не Соцветию. Она угрожает нам всем. Стефан Алгайский не просто пытается захватить власть, он наивно полагает, что взял тварь под контроль. А та прекрасно развлекается за его счёт. Готов поспорить, девушки пропали не просто так… – он опасливо посмотрел на Рэйнера и не стал заканчивать свою мысль.

Но Рэй и сам не считал себя идиотом. Если Черный Принц забрал девушек, значит, они ему для чего-то нужны. И вряд ли для того, чтобы устроить гарем, как у богатых пустынников. Жертва. Большая. Кровавая. Огромный выброс силы, который, скорее всего, завершит призыв в мир того, что помогает ему сейчас. Поэтому теперь найти Стефана – значит спасти Кори. Никак иначе. Ритуалист и жертвы должны быть рядом, руки демонолога всегда обагрены кровью в самом буквальном смысле. Поэтому во всех государствах, где правят разумные люди, а не клирики Светлейшего, этих милых людей отслеживают и ловят.

Конечно, в Светлейшей Церкви были те, кто должен бы это делать вместо обученных магов. Но инквизиторы редко действительно радели за своё подлинное дело, Рэю и вовсе казалось, что почти никогда. И честного твареборца среди них вероятнее встретить в глубокой провинции. Столичные проблемы чаще волновали только столицу. Это, не говоря о том, что Олдарик и Никлас лет пять назад начали упразднять многие привелегии Инквизиции, поэтому общий сбор без дозволения короля они провести и не могли. Как невовремя!

Кто бы знал, что у них каждая пара рук будет на счету. И кто бы знал, что чернокнижник найдётся среди самого королевского рода Алга, а не где-то там в глуши… в голове роились мысли, словно потревоженные пчёлы, и Рэй раздавал приказы, как будто глядя на себя со стороны. Он отгородился от боли в груди, от вины, от желания немедленно поменяться с Кори местами…

Всё потом, сначала нужно её найти. Страшно признаваться в таком даже самому себе, но демон, который захватит Даланну и не только, если у Стефана всё получится, волновал куда меньше, чем возможная гибель Кори. Они ведь только смогли всё друг другу сказать! Только перестали делать друг другу больно! И именно этот момент выбрал треклятый Стефан, чтобы отобрать её у него. Возможно, отобрать навсегда…

Неожиданно, прямо посреди поместья появился вихрь. Самый настоящий маленький смерч, наверху которого балансировала… женщина? Рэйнер даже замер на половине фразы на мгновение, а потом увидел родную маму Кори и успокоился. Кто позвал Лейе, Рэйнеру было неведомо, сам он такого распоряжения не отдавал, но эльфийка очень сильна, и явно заинтересована в том, чтобы Коринна была жива. Так что позвали – и прекрасно, может, от неё и будет какая-нибудь польза.

Глава 36.3. Отступление 7. Без жены в столице

Слёзной истории Лейе насчёт разлуки с дочерью он не то, чтобы совсем не верил, но не понимал, как можно было поверить кому-то вроде Эдварда. Как можно было в это влюбиться, не понимал тем более. Поэтому Рэй, конечно, никак это не показывал, но не мог отделаться от чувства, что Лейе не сильно далеко ушла от Белинды. Да, он и сам не без греха, но он с Анной не жил, и детей у них, слава Оххросу, не было! Лейе, впрочем, вела себя теперь как настоящая расстроенная мать. То есть требовательно кричала:

– Что с моей девочкой?! Всё же было хорошо, как вы умудрились её потерять?! Рассказывайте, что случилось?!

Рэю не хотелось отвечать. Рассказы занимали много времени, а его-то как раз у них особенно и не было. К счастью, на помощь пришёл Релан. Он посмотрел Лейе в глаза, складывая магическую формулу, и та резко побледнела, что с её светлыми волосами смотрелось так, словно эльфийка умерла и какой-то некромант обратил её в банши.

– Да как же это… как он мог перехватить её в портале…

Вихрь, который держал её, обернулся метелью, а сама Лейе плавно опустилась на пол. Несколько мгновений потребовалось ей, чтобы взять себя в руки, а потом эльфийская героиня как будто вспомнила, кто она такая, и почему её так сильно боятся. Голос её стал ледяным, таким же неживым, как голос самого Рэя:

– Я не позволю никакому демонскому выкормышу забрать у меня дочь, когда я едва её обрела. Я понимаю, что случилось. Не имею права объяснять, да это и неважно, но суть в том, что ваш недопринц призвал нечто очень могущественное. Такое, что, явившись в мир, сможет дёргать за нити мироздания. Поэтому оно смогло перехватить портал, даже не будучи призванным до конца. У меня есть хорошая новость и плохая.

– Начинай с плохой, – бросил Рэй равнодушно. Сейчас он никакого благоговения ни перед кем не испытывал, и плевать ему было, кто и что о нём подумает. Они должны спасти Кори. Всё остальное – пыль.

– Если ритуал будет завершен, мир никогда не станет прежним, пострадают все, – ровно сказала она. – Хорошая новость состоит в том, что такие ритуалы всегда привязаны к фазам лун. Две луны должны сойтись в одну, чтобы жертва сработала. У нас есть ещё сутки, и это время моя Тай… даэ Коринна… это всё время, которое ей осталось, если мы не справимся. И боюсь, Кори похитили именно потому что она волшебница. Сильные обученные одаренные – обязательный элемент ритуала. Сейчас Стефан будет постепенно убивать жертв по одной, подпитывая своего патрона, а когда луны сойдутся – убьёт одновременно несколько сотен человек, и последней перережет горло Коринне… – она всё же замолчала.

– Не перережет, – Рэйнер даже головой покачал. – Мы найдём её.

Лейе кивнула, а отец вдруг подошёл и крепко обнял сначала его, потом Йонну.

– Мы найдём твою девочку, – знакомый голос заставил вздрогнуть. Давно он его не слышал, с тех самых пор, как отец и Йонна поссорились… только на свадьбе, да и то совсем немного…

Не время для сожаления. Они найдут Коринну. Выбора нет. Рэй растерянно ответил на объятия отца, кивнул на его обещание, и они вместе со всеми собравшимися быстро разработали план.

Демонический прорыв не мог не «фонить» магически, а лучше всего в таких вещах разбиралась Лейе – она и занялась вычислением координат Стефана и его «друга». Отец же организовал вывоз в поместье всех сообщников Черного Принца из тех, кто поменьше. Если магический поиск даст сбой, это поможет вычислить, в какой части столицы он затаился. Благо, люди пропадали только здесь, а значит он точно в городе, нужно просто вычислить точку.

Йонна организовала эвакуацию и спасательные мероприятия – по всему городу начали появляться мелкие твари, которые убивали людей, заражали их различными хворями, выпивали кровь, или творили ещё что-нибудь столь же мерзкое. Стефан подготовил хороший «отвлекающий манёвр», и в столице действительно была паника, люди бежали, и не то, чтобы им это помогало. К Йонне присоединилась и Лантасса со своим отрядом драконьих магов, которые умудрились прибыть в течение получаса.

А Рэй сосредоточился на том, что мог сделать только он. Погрузился внутрь собственного сознания, чтобы по тонкой ниточке едва теплящейся связи пройти и переместиться к Коринне. Где бы она ни была, это должно сработать. Если только он справится с капризной магией и не успевшей толком закрепиться связью.

Глава 36.4. Отступление 7. Без жены в столице

Снова рисковал, как тогда, с лечением Кори от последствий демонической магии. Но какая разница, если без неё это всё просто не имеет смысла…

Драконий ритуал много давал паре, которая его прошла. Именно от него пошли легенды об истинных парах драконов, сложенных самой судьбой. Но на самом деле в основе всего лежал выбор, и за этот выбор требовалось отвечать. Он не рассказывал Кори всего, хотя в книге, конечно, были подробности и об этом тоже. Но его девочка ведь сама не захотела слушать до конца?

Так что он её не обманывал. Да и ей никогда не придётся испытать это на себе, потому что связь либо закрепится – либо Рэй погибнет. Если они всё сделали правильно, он сможет забрать её с собой, и Стефан лишится жертвы. Мир будет спасён, так, кажется говорят? Насчёт мира Рэй не знал, и уверен не был, но Даланне эта жертва поможет точно. А если у него получится – он размажет треклятого чернокнижника. И сможет подать сигнал остальным собравшимся магам, чтобы те прибыли на помощь. Тогда вместе, они может и смогут одолеть недопризванную тварь.

Что будет, если этот замечательный план не сработает, Рэй не думал. Он просто хотел вернуть свою Кори, и желательно, как можно быстрее, чтобы это озлобленное ничтожество не успело к ней даже прикоснуться. У Стефана были сутки, в которые он мог натворить что угодно, если это нечто не убьёт жертву и не будет стоить ей магических сил. А в богатой фантазии младшего принца на всякую дрянь Рэйнер, почему-то, совершенно не сомневался.

Конечно, Кори значительно продвинулась в обучении, да и стихийные выбросы у неё серьёзные, но даже если его девочка справится с безумцем сама – ей нужна будет помощь с демоном. Этого монстра начинающая волшебница не победит. С ним вообще вряд ли справится один-единственный маг, разве что кто-то уровня драконьего императора Атройзиса, отца Релана. Да и тот вряд ли…

Отвлеченные мысли как ни странно не мешали, а помогали плести чары Зова. Рэй ткал тонкую нить магии, укрепляя брачную связь, и чем дольше он это делал, тем глубже погружался в собственное сознание. Он видел умершую маму – как она шепчет, что они с отцом не справились, и не защитили её, а значит та же участь ждёт и Коринну. Он видел младшего брата – и слышал его шёпот о том, что Рэю плевать на Хьяра, и тот даже не задумывается, где вообще младшенький в данный момент.

Видел Рэй и саму Кори, и она ничего не говорила. Она просто смотрела. Тем самым взглядом, полным боли и разбитых надежд, которым одарила его, когда Рэй неуклюже и глупо пытался настроить её против себя. Как он об этом жалел! Если бы не те злые, жестокие, и, главное, совершенно бесполезные слова, у них были бы часы и дни счастья. Но он сам всё испортил, и укором ему были голубые глаза его Кори, которая могла просто-напросто погибнуть, если он не справится.

Призрак-фантазия Коринны едва не заставил Рэя отвлечься, и упустить нить. Но он справился, и ухватился за её конец, начал понимать, где его жена, и куда он должен отправиться. А потом пришла боль. И всё, что Рэйнер когда-либо испытывал до этого мгновения, показалось ему песчинкой в сравнении со всей Великой Пустыней.

Это был целый океан боли, толща воды-песка, в которой он тонул, и не мог найти никакой точки опоры, чтобы ухватиться. Но Рэй помнил, в чём состоит испытание. Помнил он и о том, что если Кори погибнет – сотни тысяч крохотных болезненных иголочек, что сейчас впиваются в его тело покажутся раем. Поэтому герцог просто отмахнулся и от боли, и от того, что его, по сути, пыталось убить собственное сознание.

Он вспомнил тот миг, когда Кори его простила – по-настоящему. И когда он осознал, что жена всё ещё любит его, несмотря на всё, что он умудрился натворить за их недолгий брак. Он вспомнил, как наполнились слезами счастья глаза Коринны, когда та поняла, что он всё это время искал ей маму.

И своё чувство бесконечного счастья. Даже не от того, что она его простила и готова быть с ним. Нет. Это – радовало, но было вторичным. Счастье – от того, что он смог найти то, что сделает счастливой её. Пусть потом это счастье обернулось новым потрясением. Пусть отец Кори оказался законченным подонком.

Но до этого дня у Кори не было никого действительно родного – а появилась Лейе. И хоть самому Рэю она не нравилась, он видел эти слёзы счастья в глазах супруги, и готов был ради этого поселить у них дома хоть Белинду Алгайскую, не то, что Лейе. Или десяток великих эльфийских волшебниц.

Кого угодно, лишь бы вытравить из ставших родными голубых глаз эту бесконечную тоску. Это чувство собственной ненужности. И у него получилось.

Это воспоминание и стало для Рэйнера путеводной нитью, укрепив связь достаточно, чтобы боль ушла. А сам он внезапно оказался не в собственном доме, а в совершенно незнакомом месте, в котором царил неестественный холод. Он так и не сказал Нику, что обманул его, и они на самом деле поженились с Коринной…

Глава 37.1

Я снова слышала дикий шёпот, который рассказывал мне, как славно было бы свернуть отцу шею собственными руками за то, что он сделал со мной и с Лейе. И как замечательно горели бы его пятки на костре, особенно если не дать ему слишком быстро задохнуться. Но сейчас я понимала: это навязанные мысли, чуждые. Это шепчет портал, отражая мои чувства в своём кривом зеркале.

Но кричала я не поэтому. Просто стоило шагнуть в портал – и я осознала, что он ведёт куда угодно, только не домой. От него самого веяло неправильностью – этого я ожидала. Но моя рука сама разомкнулась, выпуская руку Рэйнера, как бы я ни старалась цепляться за его ладонь. И путь словно искривился, стал неправильным.

Я вряд ли смогла бы объяснить, как я это поняла – тут нужен был кто-то с опытом дайнеке Алькарро. Но я даже не удивилась, когда услышала знакомый ненавистный голос. Раньше даже, чем поняла хотя бы приблизительно, где нахожусь:

– И мы снова встретились, дорогая Коринна, – насмешка сквозила в тоне, который казался каким-то более глубоким, плавным и тягучим – но всё же узнаваемым. Меня передёрнуло от сильнейшего отвращения, но я быстро осознала, что стою на месте и двигаться не могу. – Я терпеливо ждал этого дня, и вот вы – здесь. Девушка, которая одна умудрилась перемешать все карты. Впрочем, мне всё равно выпали козыри.

А потом глаза начали привыкать к странной красноватой темноте, и, хотя я по-прежнему не могла разобраться, где мы, демоны его забери, находимся, но зато рассмотрела другое. Сам Стефан выглядел совершенно иначе. Это был он, вне всяких сомнений. Его движения, его интонации, даже голос – его, просто чуть более мелодичный и даже демонический. Одновременно опасный и искушающий. Как будто Стефан сам стал одним из тех, кого призывал, или слился с ними.

Но вместо блеклого младшего принца с его спутанной бородой и бледно-голубыми водянистыми глазами я видела красавца из сказки. То ли о бедной дворянке, которую нашёл принц по туфельке, оброненной на балу, то ли о той, что проспала сотню лет, попав под чары разозлённой эльфийки, но была разбужена поцелуем истинной любви.

Сейчас у Стефана были каштановые кудрявые волосы, собранные в высокий хвост, но пару прядей он кокетливо выпустил, явно наслаждаясь новой внешностью. Глаза стали глубокого карего цвета, лицо заострилось, появились чётко очерченные скулы, и какое-то изящество в движениях. Словно все черты лица истончил на портрете льстивый художник, превращая одутловатого урода в писаного красавца. И бороды у него теперь, конечно, не было – казалось, на лице и вовсе ничего больше не растёт.

Я ничего не говорила. Таким, как младший принц, нужно было, чтобы им внимали, их боялись, трепетали. Он был в чём-то похож на Белинду, даром, что та была его тёткой. Впрочем, он умудрился извлечь желанное внимание к своей персоне даже с того, что я на него смотрела и осознавала изменения.

– Нравится мой новый облик? – он усмехался, и выглядел весьма довольным. – Старым пришлось пожертвовать, когда я убрался из ловушки дорогого братца. Он многое предусмотрел, только не знал, насколько я теперь могущественен. Я ждал. Ждал долго и терпеливо. И знаешь, что, Коринна?

Я молчала, но этому безумному павлину и не нужны были мои ответы. Даже бояться не получалось, хотя Стефан причинил очень много вреда, и мог убить меня в любой момент. Презирать и бояться одновременно практически невозможно, эти чувства исключают друг друга. А младшее Высочество я именно презирала, и ничего не могла с этим поделать.

Жгло другое. Рэй. Точнее, наша связь. Я только-только начала понимать, что имелось ввиду в той книге, а сейчас из меня как будто вырвали кусок души, и от этого было холодно. Пока не страшно – но холодно и одиноко. Словно в ночь ушла куда-то из любимого дома, и не могу больше вернуться. Не будь здесь Стефана я бы, наверное, расплакалась. Но мои слёзы – не то, что стоит давать кому-то вроде младшего принца. Он использует их как оружие и обратит против меня.

– Ах, какая прелесть. Ты пытаешься делать вид, что тебе совсем не страшно…, – от улыбки в его голосе я захотела отшатнуться, но не смогла. – Что ж, зря.

Принц хлопнул в ладоши, и сначала меня ослепило красновато-белым светом, удивительным образом не перетекавшим в оранжевый. А потом я увидела… это.

Существо, которое, как оказалось, не то, что занимало комнату – ей и было. Он блестело в неверном свете, видимо, магии, и напоминало больше всего кусок плоти без кожи, зато с огромным количеством глаз и странных отростков разного размера. Эти отростки тянулись и с «пола», и с «потолка», и я, наконец, поняла, почему люди Рэйнера не могли найти младшего принца. Он был не «где-то», он находился внутри «этого», а «это» никто и не искал. Просто не знали, что искать.

Я взвизгнула, не в силах сдержать крик, волоски на коже стояли дыбом, а сердце заколотилось так быстро, словно пытылось выбраться из груди. В самом страшном кошмаре я не могла предположить, что Стефан служит чему-то настолько отвратительному. Но он, кажется, полагал, что это тварь служит ему…

– Другое дело, – улыбнулся он. – Я подчинил существо, которое веками не могло даже найти хода в мир, так его здесь боялись. И как только я освобожу подлинную его мощь…

– …ты станешь ему не нужен, и он тебя уничтожит, – невольно сорвалось с моих губ.

Не знаю, зачем я это сказала. Разве можно достучаться до безумца? Он не понимает… он правда не понимает, что он натворил. Зато я теперь, с обучением, со знаниями Рэя, пусть и обрывочными от связи – понимала. И не могу сказать, что меня это радовало.

– Тупая, как и все девки, что «благородные», что дворовые, – поморщился он, разом разрушая даже намёк на красоту, который подарило ему новое тело. – Я же сказал, я его подчинил! Он не может мне ничего сделать! Нужно только убить некоторое количество безмозглых существ, вроде тебя, и перерезать на алтаре одно симпатичное горлышко, заливая его кровью, полной магии. И всё. Я стану императором! И буду править не только какой-то жалкой Даланной, нет. Это будет впервые в истории, Стефанийская Империя, и она займёт земли и за горами, а уж до них каждый клочок суши будет принадлежать мне!

Глаза его горели фанатичным огнём, он уже был там – в своих мечтах о безграничной власти и императорских регалиях. Продолжая говорить, Стефан подошёл ко мне, и до отвращения нежным жестом погладил по шее. Если бы не те чары, что он использовал, чтобы я оставалась недвижимой – отскочила бы. Но я не могла двинуть ни рукой, ни ногой, только стояла перед Стефаном, который, как я сейчас понимала, поднялся с черного кресла, больше всего смахивающего на плохую копию императорского трона в драконьей империи.

Рэйнер его видел когда-то, а через него – видела и я. Если бы не та тварь, я бы, наверное, даже рассмеялась. Но её я боялась. Её следовало бояться, это существо явно способно было уничтожить не то, что меня – даже Лейе. Да и всех немногочисленных даланнских магов, явных или тайных, вместе взятых. От того-то я и чувствовала неестественный холод, который пробирал до костей.

Стефан и одет был в явном подражании драконам. В черное одеяние, более всего напоминающее изящную версию балахона, перевязанного широкой лентой на поясе. Лента Стефана, конечно, была красной. Только у драконов такое носили лишь жрецы и те, кто выполнял их обязанности, в том числе император и его отпрыски. А Стефан, видимо, решил, что эти тряпки – и есть символ императорской власти. Он копировал бездумно, и оттого казался тем, кем собственно и был – жалкой пародией, которой нестерпимо хотелось стать оригиналом.

– А знаешь, что будет дальше, дорогая моя даэ фир Ройс? – я почти сумела дёрнуться, как от удара. Не смей меня так называть, сволочь! Но лишь подумала, не сказала, конечно, ничего. – Дальше, – он продолжил меня гладить по шее и лицу, и моя бы воля, я вцепилась бы него зубами. – Дальше я уничтожу тиранию крылатых ящериц, и воцарюсь везде, по ту сторону моря и по эту. Стану величайшим императором в истории! И никакая мразь не будет диктовать мне, что делать. А ты… – он заправил мне прядь за ухо, и слегка прикусил его.

Я вскрикнула, а потом попыталась взять себя в руки. Я волшебница. И вовсе не необученная. Если этот балабол продолжит излагать свои фантазии, я вспомню те чары, которые не требуют жестов. Как выражалась дайнеке Алькарро, «которые не требуют соматического компонента». Вспомню что-то такое, что позволит мне от него избавиться. Или, может, меня в конце концов найдёт Рэйнер. Он точно ищет, я знаю это, хотя практически не чувствую нашу связь. Нужно всего лишь заговорить Стефану зубы. Заставить его и дальше излагать свои дурацкие фантазии.

Я попыталась сделать так, чтобы это звучало хотя бы немного кокетливо:

– А я?.. – и даже жеманно поджала губы, вспоминая почему-то Анну.

Он усмехнулся:

– А ты можешь выбирать, прелестная Коринна, – он явно счёл, что я приняла «правила игры», и получал от этого удовольствие. – Либо это твоя кровь прольётся на алтаре спустя какие-то сутки, и я с наслаждением перережу твоё нежное девичье горлышко. Либо… мы воспользуемся альтернативой, а ты станешь моей императрицей.

В этот момент я поняла, что ещё и спасать кого-то придётся, прямо отсюда. Мне себя бы спасти, а эта сволочь ещё и кого-то беззащитного похитила! Откуда у него могла быть «альтернатива»? Если он похищал только тех, кого подчинял, а я подозревала, что это так – неспроста же он выдернул меня из портала – значит у него не было возможности взять кого-то нового, пока он прячется здесь. Вся страна знает, что Стефан разыскивается, и знает, почему.

Молодым женщинам вообще запрещено приближаться к незнакомым мужчинам – Никлас позаботился об этом, я знала теперь из обрывков воспоминаний Рэя. Значит, эта неведомая «альтернатива» появилась у него раньше. Анну он выпил, призвав с её помощью какую-то дрянь, может быть и эту самую, внутри которой мы находились. Значит, в ком-то проснулся дар. Кабы не в служанках… хотя кого он ещё так? Придушила бы собственными руками, а нужно улыбаться и тянуть время.

Не стоит злить безумца, который взял тебя в плен, пока не найдётся топора, которым можно зашвырнуть ему в голову. У меня топора, конечно, не было. Но была магия. И, в отличие от связи с Рэем, её я по-прежнему чувствовала хорошо, она искрилась в моих жилах и звала, напоминая, что я владею ею, и уже не так и плохо. Отца мы на суд не вытаскивали, а Белинда там всего лишь называла меня зверушкой. Никто не знал, что моя родная мать – это Лейе. Только Релан, разве что, но Стефан ненавидит драконов, и никогда не стал бы сотрудничать ни с одним из них.

Рискнула:

– Неужели кто-то из служанок оказался магичкой? – я очень глупо и нарочито захлопала ресницами.