Текст книги "Жена на замену (СИ)"

Автор книги: Сашетта Котляр

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 38 страниц)

Глава 13.1

Наверное, я заплакала бы, и начала бы бегать и стучать в заблокированную магией бессознательного Рэя дверь. Но Йонна махнула рукой без единой формулы, и чары растворились, как не было. Я посмотрела на неё, а она бросила:

– Посидите с ним, пожалуйста. Я схожу за крепкими ребятами, они уложат нашего дурня в постель, и я всё расскажу. А Его Высочеству, боюсь, придётся открывать свои порталы самостоятельно. Просто сидите рядом и держите Рэя за руку. Мальчишка опять не думал о себе… – она вздохнула, потом махнула рукой, и на удивление резвым для её предполагаемого возраста шагом направилась из комнаты.

Я же на несколько мгновений беспомощно замерла, но потом напомнила себе. В одном эта дрянь, которой меня подчинил Стефан, права. Я действительно теперь герцогиня. И я несу ответственность и перед Рэйнером, и перед слугами, и перед множеством других людей, которых пока не знаю. У меня нет времени раскисать и жалеть себя, нужно что-то делать.

Поэтому я глубоко вздохнула, попытавшись успокоиться, смахнула с щёк непрошенные слёзы, и села на пол рядом с Рэем, а потом взяла его руку в ладони. Жилка на запястье мерно билась, и дышал он хоть и тяжело, но всё же заметно. Что бы он там ни принял, оно не очень хорошо на него повлияло. На скуле разливался ещё один синяк, след от удара, когда он упал. Бедный, бедный мой герцог… но если Йонна не боится за его жизнь, то всё же ещё будет хорошо?

Ладони у него были холоднее, чем у здорового, а ещё очень влажные. И помимо этого Рэйнер мелко дрожал и периодически вскрикивал, не приходя в себя. В стимуляторах я не разбиралась совершенно. Знала только, что они существуют, и не более того. И то лишь потому, что читала всё, до чего могла добраться. Мало того, что информация «не для глаз молодых даэ», так ещё и матушка не приветствовала, чтобы я совала нос не в своё дело. Только и оставалось, что ловить обрывки фраз, да читать.

А теперь это мешало мне помочь Рэйнеру! Только потому, что я не нравилась матушке, и она не могла сказать об этом прямо, и отослать меня куда-нибудь в отдалённое имение. Впервые, я ловила себя на том, что злюсь на неё, даже когда её нет рядом. Но предъявить свои претензии было некому, так что я делала то единственное, что могла, надеясь, что это и правда поможет.

Судя по тому, что у меня выступила испарина на лбу, и дышать стало тяжелее, чем-то я ему и правда помогала. По крайней мере, дрожь его руки медленно уходила, и дыхание немного выравнивалось. Но как же он был бледен! Белый, как полотно, казалось, даже из тёмных волос постепенно вытекает цвет. Я не удивилась бы, если бы он полностью поседел у меня на глазах.

Послышались шаги, и я подняла голову. Йонна и двое слуг, чьи имена я не могла сейчас вспомнить, с трудом умещались в небольшой спальной комнате, так что домоправительница показала на Рэя, коротко приказала аккуратно отнести его в наши с ним покои, и вышла. А я так и осталась сидеть на полу, замерев на месте. Только когда шаги тех, кто нёс Рэя, начали удаляться, Йонна снова заглянула в комнату и сказала:

– Не переживайте так, даэ фир Геллерхольц. Всё с дурнем будет в порядке. Вы знаете, что такое «Драконья кровь»?

Я отрицательно кивнула, но невольно отметила: Йонна говорила не как служанка, а, скорее, как матушка со своими настоящими детьми, когда за них беспокоилась. И вопреки своим словам, она тоже была очень бледна, совершенно растрёпана, а глубокие карие глаза её лихорадочно блестели.

Глава 13.2

– Это стимулятор. Его так назвали, потому что по цвету он очень похож на кровь чистокровного дракона. И силу даёт, как будто бы, драконью. Но на самом деле просто даёт магу черпать из своего резерва и физических, и магических сил. Кратковременно, но увеличивает возможности втрое, «занимая» силы у тела. А потом приходит откат. В любой момент, и чем большую дозу принять, тем сильнее он будет. Рэй… будет болеть какое-то время. Кажется, он не первый раз его принял, не должен был свалиться так рано. Но я не думаю, что он закапал в каждый глаз больше трёх капель, он не дурак. Так что оклемается. Только ему нужно будет внимание и уход, и не только от слуг. Я надеюсь, ты… вы будете с ним рядом, – Йонна, наконец, умолкла, а я посмотрела на неё более пристально. Разбираться в её странностях сейчас не хотелось.

– Удивительно, что об этом знаете вы, – всё же заметила я. – Но пустое. Обязанностей герцогини с меня никто не снимал, поэтому я в любом случае не смогу постоянно находиться подле его постели. Но я постараюсь быть рядом столько, сколько смогу. И к слову, я должна вернуться к Его Высочеству. Старшему. Пожалуйста, я не знаю, что делать с последствиями этого снадобья. Сделайте так, чтобы он был в условиях, в которых будет выздоравливать, ладно? Раз вы понимаете в этом больше моего.

Я не приказывала, и, наверное, голос звучал усталым. Но я и правда начинала чувствовать, что на меня наваливается слишком много всего. Я снова была одна, и даже не могла в этом никого обвинить. Не бросать же было Его Высочество. Если Рэйнер спас ему жизнь, то этим он защитил и нас тоже. Пусть он об этом не знает, но безумец на троне, молодой и полный сил… я знала мало о жизни, но даже меня эта мысль пугала до мелкой дрожи. Откуда-то же он получил эту силу. И вряд ли просто научился, как заморский или южный учёный волшебник. У нас считалось не так, а род Алга свято чтил традиции. Да и учиться – это долго! И обучение не прошло бы незамеченным..

Я покачала головой, заставила себя, наконец, встать, и увидела, что Йонна тихо соглашается с моей то ли просьбой, то ли приказом. Затем поправила платье, усилием воли постаралась прямо держать спину, и, не оглядываясь, вернулась к библиотеке. Там мог оставаться и Стефан, и я не сомневалась, что попытки его брата что-то сделать с памятью ничего не дали. Не просто же так он ломал эту отвратительную комедию. Но всё равно постучалась.

– Открыто, входите, – ответный усталый голос правильного Высочества заставил меня улыбнуться с облегчением. Слава Светлейшему!

Вошла я, не обозначая себя. Это всё-таки был мой дом, а не его, пусть он хоть трижды принц.

– Даэ фир Геллерхольц, мне казалось, после случившегося вам нужен отдых, – Никлас стоял у окна, опираясь на него спиной, и смотрел на меня тоже голубыми, но более живыми, чем у брата, глазами.

– Может быть и нужен, Ваше Высочество, – согласилась я. – Но к сожалению, сначала я обязана донести до вас информацию. Рэйнер лишился чувств прямо рядом со мной, пока он расспрашивал Йонну, что случилось в его отсутствие. Так что, боюсь, что-то делать с порталом вам придётся самостоятельно. Меня подобному не обучали.

Впервые, я наконец решилась рассмотреть наследного принца. Да и говорила я с ним тоже в первый раз, и меня поражало, что я для него – равная. Подчинённая, да, но в этом не было принижения. Этому человеку, кажется, совершенно без разницы было, бастардка я или нет, принимает меня матушка или нет. Даже несмотря на то, что они были родственниками. Достаточно было того, что Рэйнер взял меня в жены. Или он в принципе всегда был учтив?

Глава 13.3

Никлас на брата был и похож, и не похож одновременно. У него тоже были светло-русые волосы, отдававшие рыжиной на свету, но лицо хищно-заострённое, а не круглое. И он был гладко выбрит, а длинные волосы убраны лентой в хвост на драконий манер, как и у Рэйнера обычно. Глаза не казались блеклыми, он смотрел на собеседника прямо, держался расслабленно, а говорил размеренно и спокойно. Почти всегда.

Наверное, я недостаточно почтительно вела себя с ним. И может быть даже переходила какую-то черту. Но по-другому уже не получалось. Впрочем, принц Никлас не обратил ни на интонацию, ни на лишенные изящества слова никакого внимания.

– «Драконья кровь», – сказал он таким тоном, что я покраснела. В этих двух словах чувствовалась и затаённая ярость, и злость. Казалось, он только что длинно и грязно выругался. Но потом вздохнул, потёр виски, и произнёс уже более спокойно: – Я справлюсь сам. И вернусь тоже сам. Продержитесь до моего возвращения, даэ фир Геллерхольц, у меня есть способы, чтобы вернуть вам Рэя быстрее. Иначе он проваляется в бреду не меньше недели.

– А с вашей помощью? – с надеждой спросила я.

– День. Может, два. Это была тяжелая ночь, так что я приказываю вам отдохнуть. Даэ фир Даланна, моя дорогая невестка, получит распоряжения от меня. Да и братец должен ближе к вечеру, а то и утром следующего дня, прийти в себя. Когда я вернусь, он, вероятно, уже будет извиняться за своё помутнение рассудка. Как всегда, свалит всё на хмель, как будто это снимает с него ответственность, – старший принц поморщился. – Впрочем, это всё неважно. Идите к себе, я, с вашего позволения, разберусь со своими родственниками, и временно вернусь к делу, от которого меня оторвали неудачные обстоятельства. И… даэ фир Геллерхольц, я настоятельно прошу вас никому не говорить о покушении. Даже моему брату. Мне и вам не стоило этого рассказывать, но на момент моего появления в вашем доме всё было слишком очевидно. Ни к чему давать заговорщикам понять, что меня спас лишь случай, а среди верных сеять панику.

– Я никому не скажу, Ваше Высочество, – кивнула я. – И очень благодарна вам за помощь с вашим братом и его супругой. Берегите себя, пожалуйста. Без вас в Даланне настанут очень тёмные времена. Лунной ночи, – хотя ночь уже скорее заканчивалась, я собиралась поспать, как Его Высочество и велел.

– Лунной ночи, – согласился он, и я почти побежала к Рэйнеру.

Что бы ни говорили про эту «Драконью кровь» те, кто в этом разбирался, а меня всё равно съедала тревога. Рэй совершенно не пытался хоть немного беречь себя, зато лез спасать всех, до кого мог дотянуться. И солнечного мальчишку, когда-то протянувшего мне яблоко, в нём заволакивала усталость и тяжесть принятых обязательств. В отличие от меня, у него были настоящие близкие люди. Отец, который формально отошёл от дел, но держал руку на пульсе Даланны. Йонна, очевидно, заменившая ему рано ушедшую мать. Младший брат, про которого я знала только, что его зовут Хьярти, и что Рэй его очень любит. Он был дорог всем этим людям, и ради них его следовало беречь.

У меня не было никого. Нет, сводные братья неплохо ко мне относились, в отличие от сестёр, но это совсем не то же самое, что искренняя любовь и преданность. До моего появления матушка хотела остановиться на двоих, благо, старшие у неё были сыновья, а потом решила, что у неё должно быть намного больше детей, чем у «этой». По крайней мере, для них она была настоящей мамой, заботливой и нежной. Не то, что для меня… меня, если бы я погибла, жалели бы недолго. Если бы нашлось, кому жалеть.

Я встряхнула головой. Если все дорожащие Рэем люди считают, что стимулятор его не убьёт, то почему раскисаю я? От количества навалившихся проблем, не иначе. Йонна говорила, когда я держу его за руку – это помогает? Значит, начнём решать с малого. Я практически ввалилась в спальню, где Рэйнер уже лежал под одеялом, и что-то бормотал. Лоб покрывала испарина, сам он был ещё бледнее, чем когда его сюда относили.

То ли Йонна, то ли слуги его раздели, но, к счастью, всего лишь до ночной сорочки. Не знаю, смогла бы я лечь рядом, будь он обнажённым. А так… подумалось, если ему помогает, когда я держу за руку, значит дело в прикосновениях. А если дело в них, то он быстрее придёт в себя, когда я буду обнимать его? Будь самочувствие Рэя нормальным, никогда бы не решилась. Но сейчас мне хотелось ему помочь. Как угодно. Если с ним что-то случится, я себе не прощу, это точно.

Не дожидаясь, как Йонна пришлёт кого-то на замену пострадавшей Летти, я разделась сама. Тоже до ночной сорочки. Осторожно легла рядом, и приобняла Рэйнера. Тот сначала заворочался ещё больше, а потом развернулся ко мне, и прижал к себе, не приходя в сознание. И тихо пробормотал:

– Из меня… паршивый герцог…

С кем он говорил? Со мной ли? С Анной? Не знаю, но обнимал теперь меня, и, кажется, успокаивался. Только вздрагивал иногда, и что-то шептал, но я не могла больше разобрать слов. Впрочем, где-то через час и это прекратилось, и я, наконец, смогла выполнить приказ Его Высочества, и забыться беспокойным сном.

Глава 13.4

Когда я очнулась, Рэйнер всё также спал, но цвет лица к нему вернулся, а дыхание выровнялось. Зато я чувствовала себя так, словно ночью помогала Йонне на кухне, притом исключительно тем, что таскала тяжести. Даже голова слегка кружилась. Ничего критичного, у матушки и от голода бывало сильно хуже, но стоило выбраться из тёплых, несмотря на слабость, уютных объятий, и что-нибудь съесть. А то если сознание потеряю и я, Йонна себя сгрызёт.

Она казалась мне человеком, склонным очень сильно заботиться о тех, кто попал в этот дом. Даже если это всего лишь приблудная дворняжка, по недоразумению ставшая герцогиней. Как она относилась к кому-то более… нормальному и близкому, можно было представить. Мне не хотелось её расстраивать.

Так что я заставила себя вывернуться из тёплых рук Рэя, благо, он меня не удерживал, просто обнял, как подушку во сне. Когда я поднялась, он снова тихо забормотал:

– Не нужно… от меня один вред… не нужно, прошу…

Но больше я ничего не разобрала. Он как будто вёл с кем-то диалог в своей голове, а когда я была рядом, у него получалось этот диалог заглушить. Каких призраков его прошлого я прогоняла? Почему у меня это получалось? Ответов на вопросы не было, но, к сожалению, я не могла постоянно лежать рядом с ним. Как бы замечательно Его Высочество не повлиял на Анну, мне нужно было с ней поговорить. Желательно до того, как Стефан придёт в себя.

За лекарем для него, к счастью, никто не посылал – я не стала, Никлас не просил. Так что ненормальный принц вполне мог ещё быть не в себе. И если так, то у меня был шанс поймать Анну совершенно одну, способную к диалогу. Пусть лживому, пусть агрессивному, какому угодно. Я много узнаю даже по тому, что она не скажет.

Посмотрев за окно, я пришла к выводу, что проспала не меньше, чем полдня. Неудивительно, отдохнуть ночью не удалось вовсе. И Его Высочество Никлас говорил, что ему нужно вернуться туда, откуда его вырвало покушение. Интересно, он уже снова в поместье, или ещё нет? Хорошо бы поймать Анну до того, как он будет пугать её своим присутствием. У них не лучшие отношения, Никлас насквозь её видит, а не считает избалованной красивой женщиной, как другие.

Жаль, его проницательность не распространилась на собственного брата. Это решило бы очень многие проблемы, а какие-то и вовсе бы не возникли. Но всё, что связано с принцами – потом. Всё нужно делать последовательно. Служанки в комнатах не было, так что я вновь оделась самостоятельно. Плохой навык для благородной даэ из хорошей семьи, но отличный для той, у кого никогда не было таких слуг, которым можно приказывать. Марта слушалась только матушку.

В данный момент я была ей даже некоторым образом благодарна. По крайней мере, я не была беспомощна в быту, и мне не требовалось постоянно кого-то звать. Это удобнее, чем жить как сёстры, под постоянным присмотром двух-трёх служанок. Сейчас мне бы только этого и не хватало…

Выбравшись из наших покоев, я обнаружила, что возле двери сидит Йонна, прислонившись к стене. Она дремала, но как только я вышла, тут же спросила:

– Как он, даэ фир Геллерхольц?

– Озноб прошёл, цвет лица понемногу возвращается, и уже не такой холодный. Мне кажется, сейчас его сон более здоровый. А ты ведь переживаешь… а меня успокаивала, – заметила немного укоризненно.

– Рэйнер мне как сын, – спокойно кивнула Йонна. – Разумом я понимаю и что он сделал, и для чего, и какие у этого последствия. Но сердце всё равно не на месте. Простите старухе эту слабость. Но вы наверняка кого-то искали? Я могу вам помочь? И, может быть, распорядиться, чтобы обед подали сейчас, раз уж в положенное время у нас некому оказалось обедать?

Глава 13.5

– Я понимаю, что состояние Рэя вызывает тревогу. Я сама за него боюсь, – грустно кивнула я. – Про обед я скажу сама, а ты лучше присмотри за ним. Мне показалось, он лучше себя чувствует, когда рядом кто-то живой, что ли. И… Йонна, ответь мне на два вопроса. Даже, на три. Его Высочество очнулся? А другое Высочество вернулся оттуда, куда он спешил? И где сейчас даэ де ла Лайона?

– Она фир Даланна, к сожалению, – вздохнула Йонна. – Когда я последний раз выясняла, младшее Высочество еще было пьяным, а старшее – не вернулось. Анну вы можете найти в выделенных ей покоях, хотя сомневаюсь, что она захочет разговаривать. А я, пожалуй, и правда проведаю нашего герцога. Не нравится мне его состояние. Никогда не нравится, как он эту дрянь в глаза капает.

– Понимаю. Спасибо за всё, что ты делаешь, – я вздохнула тоже, и поймала ближайшего из подчиненных Йонны. Им оказалась плохо знакомая мне молодая служанка, и на распоряжение подать обед через полчаса она отреагировала коротким:

– Будет исполнено, даэ фир Геллерхольц!

И убежала в сторону кухни. Меня такая реакция устроила, и я пошла делать то, что хотелось меньше всего. Анна действительно находилась именно там, где ей и положено. Только вместе с нею был и тот, кого мне страшно было видеть. Они ругались, но сквозь дверь я не слышала слов. Сначала. А потом подумала о том, что мне очень нужно знать, о чём же таком важном говорит мой враг со своей прихлебательницей.

И я готова поклясться, что дом почувствовал мою просьбу, и исполнил её. Ровно также, как «позвал» меня, когда Стефан раздевал Летицию. Анна в основном молчала, зато принц был вне себя от ярости. И он не кричал. Он шипел, как кобра, и источал яд каждым словом:

– Я думал, наш рыцарь печального образа у тебя на крючке, дорогая моя женушка. А он чуть ли не плевал в твою сторону. Ты, что, так тупа, что не в состоянии сыграть нужное ему поведение? Ладно бы он просто сбежал из дому, так нет, эта сволочь расстроила мне все планы! Он должен был увлеченно исследовать твои бедра, а не бежать сломя голову к моему брату! Ты вообще помнишь, зачем мы здесь, зачем этот дурной бал? Или ты не только как женщина ничтожна, но еще и потеряла последние зачатки разума?!

Анна потупила взор, и облизнула губы в явном волнении, потом очень тихо ответила:

– Дорогой, ты уверен, что стоит обсуждать это в доме Рэйнера? Уши есть даже у стен.

– Не учи меня, скудоумное лоно! Разумеется, я поставил защиту. Никто нас не подслушает, – Стефан замахнулся рукой, и только в этот момент я осознала. Я не слышу, что происходит за дверью. Но моё сознание как будто проводили прямо в комнату, так что я могла и видеть, и слушать, что там происходит. Стоило только закрыть глаза, и попросить у дома помощи.

– Старые магические дома – живые. Они настолько пропитаны силой многих поколений своих хозяев, что у них есть подобие сознания, – словно узнав обо мне, спокойно сказала Анна. – Ты уверен, что твои чары защищают от этого?

– Я уверен, что живые дома – это бред, – поморщился Стефан. – Но даже если нет, никто ничего не услышит за пределами чар! Хватит заговаривать мне зубы, Анна! Мой братец должен был сдохнуть, а вместо этого мне пришлось ломать комедию. И бал из отличного прикрытия превращается в пустынные демоны знают что! Нам нужен новый план. Более надёжный.

Я почувствовала, как дом предупреждает об опасности, о том, что меня могут заметить. И задумалась, как попросить его отпустить моё сознание в таком случае. Этого оказалось достаточно. И я быстрым, но тихим шагом поспешила прочь от комнаты, обратно в наши с мужем покои.

Это что же получается… убить Ника пытался родной брат! И несмотря на то, что я услышала об этом практически случайно, проклятая магия вполне считала новое знание подходящим под условия своей работы. Я не имела права рассказывать то, что знаю, никому, кто не знал об этом и без меня. Казалось, после всего, что уже известно, меня ничего не должно было удивлять, но ведь они выросли вместе! Да, сейчас Никлас его откровенно недолюбливал, но ведь было за что! Стефан сам стал тем, на кого брат смотрит с брезгливостью и раздражением. А в детстве, говорят, они были очень дружны…

И никакие воспоминания не помешали этому чудовищу задумать покушение на брата. Получалось, что вся затея Анны с балом нужна была лишь для того, чтобы Рэй не попытался помочь другу, зато все могли засвидетельствовать, что супруги не имеют никакого отношения к смерти наследника. Королевский дознаватель наверняка начал бы допрос именно с них, но тот был бы формальным, потому что магией не владеют ни Анна, ни Стефан – это общеизвестно. А доверить покушение посторонним магам согласится разве что безумец.

Получалось, у него и времени нет организовать убийство, верно? Слишком занят был попыткой вырвать изменщицу-жену из объятий любовника. А я, выходит, помешала такому красивому плану сложиться. Не из-за каких-либо чувств к Рэю эта стерва на меня злилась. Всё было только из-за власти. Она метила на трон, и хотела усадить туда своего мерзского муженька…

Что со всем этим делать, я не имела ни малейшего представления. Отвратительную чету надо было как-то вывести на чистую воду, а я могу говорить о заговоре только с теми, кто и так о нём знает. Где-то здесь, наверное, крылся ключ, но пока в голову не приходило ничего, а ноги сами собой несли меня в наши общие с Рэем покои. Какой уж тут обед, лучше с ним рядом посижу…