Текст книги "Жена на замену (СИ)"

Автор книги: Сашетта Котляр

сообщить о нарушении

Текущая страница: 34 (всего у книги 38 страниц)

Глава 33.2

Подошла к ней и к Лантассе, и сказала:

– Здравствуйте, дайнеке Алькарро, – драконица кивнула мне, и я посмотрела на незнакомку: – Приветствую и вас, меня зовут Коринна фир Геллерхольц. А вас?

– Боюсь, я вынуждена тебя шокировать, Коринна, – чуть улыбнулась она. – Если ты – дочь Эдварда фир Ройс, то я… твоя родная мама. Моё имя Лейелеринн, но ты можешь звать меня просто Лейе. И если бы твой отец не украл тебя у меня, тебя звали бы Тайреа.

Я вздрогнула и невольно потянулась к ушам, но мелодичный голос этой женщины тут же раздался вновь:

– Так бывает. Вопреки заблуждениям в Соцветии, далеко не всегда полуэльфы получают от родителей острые уши, пусть тебя это не смущает.

Легко сказать, пусть не смущает! У меня не было никакой мамы долгие годы, и вот на эту роль претендует какая-то незнакомая красивая эльфийка… как я вообще должна понять, что она говорит правду? Да и зачем ей я, я ведь полукровка, проживу по эльфийским меркам всего ничего.

Видимо, сомнения были написаны у меня на лице, потому что Лейелеринн сказала:

– Твой супруг должен был недавно брать у тебя кровь. Так меня и нашли, Коринна.

Когда она это сказала, Рэйнер густо покраснел, и смущенно буркнул:

– Если быть точным, я попросил сделать это Его Высочество…

– Вместо того, чтобы просто рассказать мне, чего ты пытаешься добиться. Опять! Прекрати так делать, – не выдержала, потому что эта привычка Рэя раздражала со страшной силой. Эльфийка же понимающе улыбнулась, и сказала:

– Полагаю, он не понимал, насколько важно для меня знать, что с моим ребёнком всё в порядке. И боялся, что я не захочу с тобой встретиться, и этим разобью тебе сердце. Разве это так уж плохо?

Дайнеке Алькарро, до этого молчавшая, вдруг напомнила о себе:

– Значит, теперь мы знаем, как тебя зовут на самом деле, дайнеке Коринна Тайреа Альеринд Ройс фир Геллерхольц. Что ж, приятно познакомиться! – она улыбнулась. – Я вижу в вас обеих очень много общего. Теперь понятно, кого ты мне напомнила. Такая же вспыльчивая упрямица, как твоя мама.

Я вскинулась было, чтобы возразить: мне эта женщина ещё никак не доказала, что говорит правду. Но она успела раньше, недовольно всплескивая руками:

– Я не человек, Лантасса! Нет у меня фамилии, ни одной, и название анклава – не она. Что за вопиющая безграмотность в твоём-то возрас… – и она вспыхнула, столкнувшись с понимающим взглядом драконицы. И тут же замолчала.

Но я в этот момент слышала свои ноты в её голосе. Видела свои жесты. Она так же всплескивала руками, так же краснела, так же начинала ходить вокруг места, где только что стояла. Даже голос казался похожим на мой, хоть я и очень редко слышала его со стороны. Получалось… это правда моя мама? У меня правда есть настоящая мама, прямо как я мечтала в детстве?

Я задрожала, и, кажется, упала бы на пол, но Рэй подхватил меня на руки и усадил на кресло. Я смотрела на неё, и не верила, а она вдруг радостно рассмеялась и сгребла меня в объятия, как будто всегда была рядом:

– Я бы тоже сразу не поверила! – воскликнула она громко, растеряв всю эльфийскую величественность сразу. – Мне говорил твой муж, что эта бессовестная сволочь притащила тебя к своей жене, и заявила, что ты теперь живёшь с ними! Бедная моя, ведь наверняка тебе там несладко пришлось? Давай их всех испепелим, а?

Я поняла, что по лицу текут слёзы. Никогда в жизни никто со мной так не разговаривал…

– Не надо никого пепелить, Белинда уже и так своё на суде получила, – пробормотала я тихо.

– Ну Белинда-то может быть, а одна бессовестная рожа… – в голосе послышалась угроза. – Мы с тобой столько времени потеряли! Я могла быть с тобой с самого начала, а вместо этого… – она вздохнула. – Ай, ладно. Ты знаешь, что ты учишься магии у моей первой наставницы, а? Она мне когда-то говорила, что будет ещё моих детей учить, и вот поди ж ты! Умудрилась это делать, даже когда я и сама не знаю, что эти самые дети магии учатся, да ещё так успешно.

Глава 33.3

– Вот потому я и говорю, должна была догадаться, чьи острые уши тут торчат, – усмехнулась Лантасса. – Кори, не удивляйся. Твоя мама едва разменяла третью сотню, и при желании могла бы снести этот город целиком одним заклинанием. Уже сейчас. Так что у тебя очень хороший потенциал. Я об этом и так догадывалась, но сейчас я прямо-таки точно знаю. Я вас оставлю? Или возвращайтесь домой, вам о многом стоит поговорить.

Я посмотрела на эльфийку, всё ещё не в силах до конца поверить, что она на самом деле моя мама, и ей уже больше двух сотен лет.

– А… почему вы сразу не прибыли к нам домой?

Она поморщилась:

– Не надо со мной говорить так, словно я напыщенная человеческая аристократка. Я понимаю, что мамой я тебе за один день не стану, да и за сотню дней не стану, будем честны. Но хотя бы по имени, и без церемоний? Зови меня Лейе, как любой из тех, к кому я испытываю симпатию. Хорошо?

– Я постараюсь, – вздохнула в ответ. – Но меня воспитывали не так, и для меня это… сложно. Я даже мачеху должна была называть матушкой, и исключительно уважительно… но вы… ты не ответила. Почему ты решила встретиться со мной здесь?

– Как почему? – эльфийка смешно наморщила нос. – Потому, моя дорогая, что мам, которые появляются на пороге, когда их дети уже успели обзавестись мужем, часто отправляют пинком обратно, откуда они явились. Я бы тебя поняла, если бы ты так поступила. А из дома выгонять неудобно, и глупый ваш этикет особенно сильно не приветствует такое, насколько мне известно. Зачем же я буду тебя ограничивать? К тому же, я выяснила у твоего герцога, что ты уважаешь Лантассу и веришь ей, и подумала, что она сможет подтвердить. Ну, что я не волшебница с большой дороги, а на самом деле я.

– Я не стала бы так поступать, – смутилась я.

Рядом с этим вихрем энергии я чувствовала себя не совсем уютно, но в то же время так, будто мне всё это время чего-то очень не хватало. Возможно, примера того, как жить, когда от всего вспыхиваешь, словно свечка? Лейелеринн совсем не считала свой живой нрав проблемой, скорее уж она считала, что если он окружающим не нравится – то проблемы у них.

– А зря! – тут же возразила она. – Если очень хочется кого-то спустить с лестницы, лучше это сделать, чем не сделать. Но если ты готова пустить меня к себе домой, то мы туда идём?

Я медленно кивнула. Лейе развернулась на Рэйнера, который просто стоял рядом и молчал.

– Координаты своего жилища для портала продиктуйте, пожалуйста, дарэ герцог, – потребовала она.

– Я могу сам нас перенести, – почему-то смутился он. – У нас…

Договорить ему не дали:

– А, точно! – Лейе хлопнула себя по лбу рукой. – У вас же с магией проблемы от всякой бездари в коронах. Вас и не учили, как координаты определять, хорошо, что порталы хотя бы творить можете. Ну, тогда иди ко мне. Сюда, ближе, я не кусаюсь, только испепелить могу, если плохо себя вести будешь! Но не буду, у меня дочь расстроится, а я её только нашла.

Рэйнер растерянно подошёл, и она посмотрела ему в глаза, и коротко приказала:

– А теперь представляй ваше поместье, я настроюсь.

Глава 33.4

Наверное, он решил, что спорить с этой крайне деятельной женщиной всё равно бесполезно, потому что так и поступил. А спустя буквально несколько минут мы… просто оказались дома. Она не строила арку портала, как Рэй, я не заметила, чтобы она тратила магию очень уж сильно, но тем не менее… мы были дома.

С видимым удовольствием всмотревшись в наши шокированные лица, Лейе сообщила:

– Вот поэтому я предпочитаю сама. С контента на континент я, конечно, не прыгну – большая вода очень уж мешает, но по суше вас куда угодно перенесу. А теперь ведите меня куда-нибудь, где мы можем поговорить хорошенечко, пожалуйста.

– Мне оставить вас одних? – спросил Рэй, почему-то улыбаясь.

А я… я решила, что раз уж Лейе позволяет себе обнимать меня, хотя мы почти незнакомы, то я точно могу обнимать собственного мужа. Поэтому молча подошла к нему и стиснула в объятиях, кажется, закапав камзол слезами. И тихо пробормотала:

– Никто никогда не делал для меня больше. Я… спасибо, – поцеловала его в шею, и отбежала.

Лейе, как ни странно, тактично смотрела в другую сторону, и никак не комментировала. Я же ответила на его вопрос:

– Если можно, да. Нам о многом нужно поговорить.

Рэйнер кивнул, и молча ушёл в сторону своих покоев. А я повела Лейе в кабинет, который выделил мне супруг. Стоило спине Рэя скрыться, как эльфийка снова заговорила.

– Наверное, стоит тебе рассказать, как мы познакомились с твоим отцом… и если Реланское высочество ещё не вернулось обратно в Империю, то потребовать у него, чтобы эту сволочь судили по имперским законам. Ты не знаешь, чешуйчатый принц ещё здесь?

Я покачала головой:

– Мне уж точно не рассказывают, кто и когда появляется здесь, особенно из иностранных монарших особ. Я и герцогиня-то сомнительная, больше магии учусь, чем править, – я улыбнулась, хотя это было неправильно.

Лейе, впрочем, согласна не была:

– Ну почему сомнительная, что боевая магия, что целительская – это ценные дары, и очень пригодятся твоим подданным. А править… ну я умею, допустим, но ничего интересного в этом нет, и само по себе умение раздавать ценные указания ещё никого в этой жизни не спасало.

Мы как раз дошли до моего «кабинета», и она воскликнула:

– О! Это ты здесь тренируешься! Верно же?

Я кивнула:

– Да, хотя не только. Я здесь учусь, отвечаю на письма, иногда даже просто сижу и думаю о своём. А почему ты так решила? Как поняла?

– Да в смысле как поняла, сюда входишь – и родная магия как будто обнять пытается. Такое разве пропустишь? – она посмотрела удивлённо. – Нет, ты, конечно, и без меня учишься, но самые основы у вас тут просто не знают, а драконы с эльфийским даром сталкиваются редко. У меня-то помимо дайнеке была и эльфийская учительница. Правда, сильно постарше моего. Это было до эпидемии… – она вздохнула. – Впрочем, нет, не будем о грустном!

– А о чём будем? – не стала настаивать и задавать неуместные сейчас вопросы. Какая бы там ни была эпидемия, и что бы ни случилось – для Лейе это явно было болезненной темой. Так к чему её ворошить?

Но кто бы мог подумать, что мой в целом невинный вопрос приведёт к тому, что она начнёт столько всего рассказывать! Эта женщина невероятной энергии и ума была знакома и с королевой Ортана, и с императрицей Золотого Древа. Обе были эльфийками, только намного старше, чем Лейе, и обе имели огромное влияние, и не только из-за статуса мужей, но и сами по себе.

Глава 33.5

Эти знакомства подарил ей именно характер. Яркий и огненный. Лейе не лезла за словом в карман, и всё время норовила кому-то помочь, судя по тем байкам, которые она мне успела поведать. Но и про отца она рассказала тоже.

Двадцать лет назад она влюбилась в молодого мужчину с яркими голубыми глазами и мечтательным взглядом вдаль. Она думала, что они поженятся по драконьему обряду, и проведут вместе её длинную жизнь, но он постоянно откладывал свадьбу. То говорил, что лучше её справить, когда кончится посольский срок – отец был атташе при драконьем императоре, и должен был провести там несколько лет. То рассказывал, что не достоин такой бесконечно красивой и невероятно могущественной женщины.

То и вовсе отмалчивался, и обижался, что у них всё хорошо, а Лейе поднимает такую болезненную для него тему. Ведь не может же он взять в жёны кого-то вроде неё, когда сам он никто! Ему нужно сделать что-то значимое, прежде чем брак станет в его понимании возможным.

И, конечно, ни одного грубого слова насчёт своей расы, Лейе никогда не слышала. Отец молился при ней Светлейшему, справлял все положенные обряды, даже рассказывал ей о том, что и как у нас принято, но иначе чем «прекраснейшей» и «несравненной» он её не называл. Я могла в это поверить, потому что Белинде он тоже никогда и ни в чём не перечил, и со всеми её идеями соглашался. Так он поступал и с Лейе, разве что та вела себя несколько иначе.

Могла вспылить, особенно когда речь заходила о свадьбе, могла даже поднять ветер или зашвырнуть что-то в стену магией, но никогда не бросалась оскорблениями, судя по тому, как она об этом говорила. Лейе когда-то очень стыдилась, что обозвала отца нерешительным болваном, который тянет на ровном месте, пока дни его жизни утекают сквозь пальцы, словно песок. Теперь-то она понимала, что дело было не в нерешительности, просто отец уже был женат. Я тогда не выдержала и спросила:

– Но ведь это же никак бы не отследить? Что он женился снова не в храме Светлейшего, а по драконьему обряду? И при чём тут дни его жизни?

– Узнаю в тебе себя, – улыбнулась Лейе. – Я тоже всегда хотела всё знать. Драконий обряд не простая свадьба. Он связывает жизни, и вплести себя и супруга в него можно лишь единожды. Для долгоживущих это единственный способ счастливо жить в браке с человеком, пустынником или полуэльфом. Никто не хочет терять близких, особенно любимого супруга. Поэтому давным-давно один из старших драконов поспорил с богами и выиграл – даровав всем нам возможность влюбляться без страха немедленно потерять. Я принесу тебе эту легенду, сборник с нею у меня с собой. Но у обряда есть некоторые особенности. В частности, он не смог бы жить супружеской жизнью со своей злобной гидрой, так что и согласиться на моё искреннее предложение не мог. Глупец, как по мне. Мог бы выбрать меня, тогда ты росла бы с любящей мамой, а он не был бы стариком сейчас.

Так я узнала, что зря испугалась, что существенно переживу Рэйнера. А Лейе продолжила рассказывать. Беременности она не ждала – эльфийки зачинают детей редко, и только по большой любви. Но сначала из-под контроля начала выходить её магия, потом изменилось самочувствие – не так, как это бывает у людей. Ей постоянно хотелось петь, внутри была странная лёгкость, и снились очень яркие сны, но не о прошлом, как у большинства эльфов – а, как ей казалось, о будущем. Сейчас Лейе знала, что казалось правильно: только будущее было не её, а моё.

Ей постоянно хотелось есть, было то жарко, то холодно, но при этом сил было очень много, только не магических. Магию она контролировать перестала, и сама колдовать не могла, что первоначально очень Лейе напугало. Но старшие эльфийки объяснили, что именно с ней происходит, и дальше она только радовалась. Прямо Лейе об этом не говорила, но, по её словам мне показалось, что речь о тех самых королевах. Или о какой-то одной из них? Если отец был именно при дворе Золотого Древа, а императрицу моя мать называла подругой, то, выходит, она и подсказала.

А потом отец уговорил отправиться в путешествие, ведь до родов ещё далеко. Но схватки начались раньше, чем она ожидала, существенно раньше, и он привёз рожненицу в уединённый домик, который он снял в какой-то полузаброшенной деревне. Лейе сказала, что обычно с таким помогают эльфийские Знающие, но к тому времени их уже было очень мало в империи, а кто был – нужны были собственному анклаву.

Лейе и подумать не могла, ради чего на самом деле отец её туда притащил! А он дождался когда я родилась, привёл незнакомого лата, и попросил того посвятить меня в «истинную веру», чтобы «раз уж она родилась с нормальными ушами, то и посвящена в веру должна быть как нужно, а не как богомерзкие твари». Лейе только-только успела родить, плохо себя чувствовала без поддержки других эльфов, да и магия ей по-прежнему не подчинялась, так что она ничего не смогла сделать.

А когда меня осветили и приняли в Светлейшую веру, отец дал ей что-то, и она уснула глубоким и тяжёлым сном. Когда очнулась – меня уже не было в том доме. Отец был скорбен, и сказал, что девочка родилась мёртвой, и даже похоронил с ней «меня». Об этом Лейе подробно не говорила, но видно было, что ей неприятно вспоминать.

После этого рассказа я надолго замолчала, не в силах никак ей ответить. Если это правда… в конце концов, мне пришла в голову одна разумная мысль, и я спросила:

– Скажи, есть какой-то способ по-настоящему заставить другого человека говорить правду, и ничего кроме правды?

Она нехорошо улыбнулась:

– Есть, моя милая, есть. Это сложный ритуал, и не всякому он под силу, но… видишь ли, я понимаю, почему ты спрашиваешь. И я – могу это сделать. Мне только нужно, чтобы кто-нибудь привёл сюда твоего папашу. Желательно, до того, как до него доберутся драконы.

– Тогда нам придётся забрать моих сводных сестёр. Никлас обещал помочь, но… я вряд ли готова их воспитывать!

– Ты может и не готова, а мне не довелось никого воспитывать, к сожалению, так что могу с этим помочь.

Я только головой покачала. Нам с Лейе ещё было о чём поговорить, но пока я не чувствовала, что у меня есть мама. Или, быть может, просто… боялась поверить?

Глава 34.1

Мы проговорили с Лейе до поздней ночи, и она пообещала, что, не позднее вечера завтрашнего дня «добудет мне папашу», подергав за все нити, какие у неё есть. И что принц Реллиниан ей обязан, так что мешаться под ногами не должен. Наш принц, надо полагать, задолжать ей ещё не успел, потому что был по эльфийским меркам совсем ребёнком, как, собственно, и я, но… познакомившись с Лейе поближе, я не сомневалась, что своё обещание она сдержит.

Не могла решить для себя, хочу ли я на самом деле знать правду. Отец действительно так со мной поступил? На самом деле отнял меня у родной матери из какой-то своей прихоти? И считал, что поступает правильно? Это, не говоря уже о том, что он несколько лет, выходит, водил Лейе за нос и убеждал в невероятной любви, пока здесь в Даланне его ждала мать его детей.

Братья ведь были старше меня! То есть, она здесь одна, с маленькими детьми, пусть со слугами, но без поддержки мужа. А он тем временем также трепетно ухаживает за другой, и рассказывает ей, как обязательно на ней женится…

На месте Белинды я бы прикопала его в саду. Правда, не могу себе представить, чтобы я стала срывать злость на ребёнке. Лучше уж его забрать и воспитать самой, но без неверных мужей, которым хватает наглости так прямо о своей неверности заявлять. Подумалось, что во мне никогда не было той кроткости, которую требует вера в Светлейшего. Да и женщине без мужа сложно жить в Соцветии, если у неё есть дети…

Впрочем, Белинда – герцогиня, ненаследная принцесса. Она точно могла бы сделать так, чтобы отец больше к ней не сунулся… Лейе ушла порталом, а я так и сидела в своём кабинете, погружённая в мысли.

– Лейелеринн уже ушла? – голос Рэйнера заставил меня из них вынырнуть.

– Да, а как ты понял? – я немного вздрогнула и подняла на него голову.

– Вот уже час как из-за твоей двери перестал раздаваться приглушённый шум голосов. Слов здесь не разобрать, я ставил защиту от подслушивания, но сам гомон…

– Если ты всё это время искал мою маму, то ты думал обо мне? – невпопад спросила я.

Рэй почему-то отвёл взгляд.

– Мне казалось, ты будешь рада, если у тебя появится кто-то ещё по-настоящему близкий. Хотелось, чтобы ты улыбнулась. Я, правда, не ожидал, что твоей мамой окажется сама Лейелеринн Светоносная, но понимаю, почему мне решили об этом не говорить, когда мы выяснили, где твою маму искать. Лейе известна своим взрывным характером. И тем, что она очень могущественная волшебница, тоже.

Он снова посмотрел на меня:

– Наверное, грустно узнать, что мама никогда от тебя не отказывалась, и, по сути, её у тебя просто украли. Но раз ты полуэльфийка, у вас будет много времени вместе. Одинокого детства это не исправит и не оправдает, но…

Я уже всё решила в этот момент, но поняла, что от Рэя ждать решительности нет никакого смысла. Он и так показывал, что любит меня, всё это время. Сделать шаг навстречу должна была я, а не он. И раз уж я, как выражалась дорогая Белинда, «зверушка», то мне нет никакого смысла пытаться уместить себя в рамки, для которых я попросту не предназначена. Я встала с кресла, шагнула к мужу, обняла его, и крепко поцеловала, притягивая к себе за затылок. Мне больше не хотелось ничего ждать. И терять время не хотелось тоже.

Часть меня в этот момент боялась, что он замрёт или оттолкнёт меня. Или растеряется, как с ним порой бывало. Но Рэй удивил меня, сразу же подавшись навстречу, и перехватывая инициативу. Он словно только этого и ждал. Может, так оно и было, потому что он начал покрывать моё лицо россыпью мелких поцелуев, а потом подхватил на руки и понёс куда-то.

Я рассмеялась, и попыталась что-то спросить, но меня снова поцеловали, продолжая куда-то идти. Как он умудрялся целоваться, гладить меня по волосам, держать меня на руках, и при этом не падать и не спотыкаться – не знаю. Но через некоторое время я уже лежала на кровати, а Рэй гладил меня по плечам и спине, медленно освобождая от одежды.

Это не было похоже на нашу первую ночь вместе – я не боялась, не сомневалась, и не чувствовала себя чьей-либо заменой. Глаза мужа искрились неподдельным восторгом, а ласковые прикосновения заставляли меня мурлыкать, как большую кошку. Мы, наконец, понимали друг друга. А я могла гладить его волосы, плечи и всё остальное столько, сколько мне заблагорассудится.