Текст книги "Стеллар. Компиляция. Книги 1-9 (СИ)"

Автор книги: Роман Прокофьев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 93 (всего у книги 187 страниц)

Глава 14

Он остановился в нескольких шагах, спокойный и безоружный. Я ощутил, что бесстрашная Алиса дрожит, как кролик, загнанный гипнотическим взглядом удава.

Невероятная мощь. Не человек, а дракон. Просто нечто в облике Инка. Он мог смять нас всех, даже не шевельнув мизинцем. Мой разум, мое восприятие пасовали, пытаясь определить суть, образ А-нимба Левши ежесекундно менялся, и форма его казалась чудовищной. Прикоснувшись «Повелителем», я едва успел отдернуть пси-поле от темного водоворота кошмаров, родившихся в пучине нечеловеческого безумия. Что это за ходячий ужас, ангел меня побери?

??? «Левша»???

??? А-человек. Класс «Инкарнатор». Класс «Лилит»???

Обнаружены неизвестные генетические и азурические модификации.

Класс опасности —???

Интерфейс тоже сошел с ума. Глиф «А-человек» непрерывно мигал, сменяясь на «А-сущность», а «Инкарнатор» на «Лилит». Вопросительные знаки отсвечивали «данные принудительно удалены», а цветовой градиент опасности менял окраску от алого до сияюще-золотого. Система Стеллара как будто не решалась определить, кто стоит перед нами, друг или враг.

Мико: Грэй, критическая опасность! «Лилит» – это безусловное объявление Синей Тревоги, но информации для подтверждения директивы не хватает. Я не могу понять. Он… подтвердил контактный запрос. Он принадлежит к системе Стеллара. По крайней мере, частично…

Даже умная помощница-нейросеть растерялась. Вероятно, Левша достиг максимума развития, доступного Инку. И даже вышел за его пределы в поисках могущества. Алиса рассказывала мне об экспериментах «Черной Розы», да и сам я немного изучал Архив Стеллара. Там было немало интересной информации о «Лилит» и инцидентах, связанных с их появлением в мире живых.

Продолжать бой не имело смысла. Одержимые получили урок, а Левша, кажется, был настроен мирно. Я опустил Десницу и сложил Крылья, внимательно его разглядывая.

– Что ты с собой сделал?

– А, ты видишь, – сказал Левша без малейшего удивления. – Не надо бояться меня. Да, это «Ахриман», самый настоящий. Но он под моим контролем.

«Ахриман» – это одна из опаснейших А-сущностей. Нечто вроде эволюционировавшего «Дива», вечно голодный дух-охотник, эоны времени рыщущий в Грани. Пожиратель душ, обладающий извращенным злобным сознанием, получающий память и разум поглощенных жертв. Согласно Архиву Стеллара, опаснее «Ахримана» только «Сфироты», которых можно назвать богами Грани, трансцендентные сплетения душ, воплощения мыслей и желаний целых цивилизаций. Я лишь однажды видел «Ахримана» – во время испытания трибутов в Башне Пустоты. Но там была фальшивка, а здесь настоящая азурическая тварь. Я чувствовал ее злобную ауру. Ощущение немного напоминало Зверя, жившего в Алисе, но там они сменяли друг друга, перехватывая управление телом, а тут как будто сплелись в одном существе. Как это вообще возможно?

– Тварь из Грани?!

– Это не страшнее того, что ты сделал с собой. – Левша чуть язвительно улыбнулся, не удержавшись от подкола, – но значительно эффективнее.

Он повернулся к Одержимым, которые опять молча окружили нас, и укоризненно покачал головой.

– М-да, печально. Вы же уверяли меня, что подготовились?

– Мы не ожидали, что он взорвет поле, – буркнул Моргот. Техномант походил на обгорелый, чадящий и искрящий кибернетический доспех.

– И мы не могли рисковать, действуя в полную силу! – рявкнул Каннибал, единственный, кто устоял под напором пламени Ра. – Он…

– Я знаю. Арахна рассказала мне уже давно, – прервал Левша. – Ладно. Плохо, что мы упустили Мору.

– Она бросила носитель, – недовольно произнесла Ведьма, тоже пришедшая в себя. – Сбежала быстрее ветра!

Она указала на груду голубых лохмотьев, под которыми уже образовалась неприятная лужа. Значит, носитель Моры все-таки распался, а она ушла исключительно анимой, каким-то образом последний раз активировав теневые дороги. Заклинательница Теней позаботилась, чтобы победителям не достались ее Геномы или артефакты. А жаль, заглянуть в ее Фенотип было бы весьма интересно.

– Если так, она больше не представляет угрозы, – сказал Левша. – Забудьте о ней. Доберемся до нее, когда падет Город.

– Если падет Город! – возразил я яростно. – Я слышал, делить добычу до победы – плохая примета.

– Ты ведь за этим меня искал? – спросил Левша, вновь внимательно глядя на меня. – Об этом хотел поговорить?

– Не только. Еще о захваченных тобой пленных Инках. Где они?

– На моей базе. Уверен, Алиса тебе о ней рассказала. Ну что ж, пойдем. Не побоишься посетить логово дракона?

Он приглашал меня на свою подводную базу? О такой удаче я не мог даже мечтать. Опасность отправиться в «логово дракона» перевешивала возможность узнать координаты этого места. Наверняка Левша думал, что выписывает мне билет в один конец, но самоуверенность сыграла злую шутку со многими из тех, кто считал себя сильнее. У всех есть уязвимые места, и, если Левша действительно принадлежит к Инкам Стеллара, у меня получится его немного удивить. Вот только…

– Ты останешься здесь, – я сжал плечо Алисы, – я отправлюсь туда один.

– Нет! – прорычала она. – Это опасно! Я! С тобой!

Ты останешься здесь! Найдешь Ворона. Утихомирь его, это мой приказ. В Город не возвращайтесь, дождитесь Арахну. Расскажи ей все. Если я не вернусь и не дам о себе знать – ты знаешь, что делать.

Она яростно сопротивлялась, но «Повелитель Стаи» сделал свое дело. Через несколько секунд Алиса угрюмо кивнула, подчиняясь приказу. Я перевел взгляд на Одержимых. Они молчали, глядя на нас – кто злобно, кто с яростью, а кто-то с непонятной тоской в глазах.

– К моему возвращению вы должны принять решение, – твердо сказал я, поднимая руку в древнем салюте Первого Легиона. – Айве!

Одержимые не ответили, но я заметил, что некоторые инстинктивно шевельнули рукой, словно пытаясь повторить знакомый жест, объединивший Инкарнаторов. Хороший знак. Я не добился их приязни, но смог посеять надежду и сомнение в душах ренегатов Стеллара. Если Тьма действительно не властна над ними, вскоре они осознают, в чем их единственная надежда.

Внутри муляжа «Титана», вернее, под ним, как оказалось, находилось обширное, вполне обжитое подземелье. «Нижние ярусы Института Аниматургии Нео-Арка», проинформировал Левша по дороге. Он провел меня в охраняемый периметр к устройству, которое выглядело как древний транслокатор, но не идентифицировалось системой Стеллара. Оно казалось переносным, как будто его привезли и запитали извне, причем совсем недавно. Его сторожила целая команда серьезно вооруженных ребят, возглавляемых незнакомым Одержимым. Перед Левшой все они молча расступались, даже не задавая вопросов.

Я помедлил, прежде чем войти на круг перемещения. Поворотная точка, назад из логова дракона я мог уже не вернуться. Но мог и разрубить возникший узел одним ударом, избегнув долгой войны и человеческих жертв. Рассудок призывал остановиться, но интуиция звала вперед.

Вперед.

Как и рассказывала Алиса, свет. Белоснежный, яркий, бьющий в глаза. И Азур. А-излучение определялось как «сильное», индикатор мгновенно начал заполняться. Мы находились в экстрамерной А-Зоне, внутри колоссального Осколка Черной Луны, затерянного на морском дне.

Мико: Грэй, к сожалению, географические координаты определить невозможно! Это место специально защищено. Внешний азур-нимб экранирует все входящие и исходящие сигналы.

Я огляделся. Белоснежный ангар, похожий на огромную оранжерею. Птицы, насекомые, растения и цветы – настоящий тропический рай. Левша поймал на руку яркую многоцветную птичку и задумчиво спросил:

– Почему ты решил стать Заклинателем, Грэй?

Странный вопрос. Прежде чем отвечать, я внезапно понял, что все существа здесь – это духи Грани, заключенные в плоть. Подобные моему погибшему «Диву» или Зверю Алисы, они были прочно прикованы к своим смертным телам. И, судя по всему, полностью подчинялись Левше. Зачем он держит их здесь? Экспериментальный питомник А-сущностей? Если они все разом утратят покорность, выйдет эффект, подобный немаленькому Прорыву…

– Это произошло почти случайно, – я решил ответить честно. – Подходящий Источник, мне нужно было выбраться из А-Зоны… А потом само закрутилось.

– Случайность не в твоем характере, – без улыбки произнес Левша. – Ладно, пойдем. Покажу тебе кое-что.

Гофрированный металлический пол, пустые коридоры, неотличимые от переходов какой-нибудь человеческой базы. Я по-прежнему не встретил никого живого, но не верилось, что Техномант обслуживает все это хозяйство в одиночку. Наверняка имелись слуги, помощники, ученики. Мы остановились у гермостворок, за которыми никогда не бывала Алиса – эта часть владений Левши всегда оставалась запретной.

Внутри оказалась лаборатория с начинкой, явно состоящей из реплик, а то и оригиналов супертехники Утопии. Огромное помещение, разделенное на несколько уровней, заставленное оборудованием и предметами, назначения которых я не понимал. Идеальный порядок, стерильная чистота, разложенные с маниакальной аккуратностью инструменты. Левша считался одним из величайших Техномантов, из-под его рук выходили азур-артефакты класса «альфа плюс», и я вдруг понял, что перешагнул порог его мастерской.

– Это, конечно, не цеха Легиона. Но кое-чего нет даже в Городе. Садись.

Он указал на кресло у стола, оборудованного голографическим проектором. Сам сел напротив, положил подбородок на сложенные кулаки:

– Ну, начнем? О чем ты хотел поговорить?

– О войне, которую ты развязал, – я не стал ходить вокруг да около. – Об армиях бродяг и сциллах, готовящихся напасть на Город. Это ведь ты за всем этим стоишь, верно?

Левша усмехнулся, словно мои слова его позабавили.

– Война… Для начала давай выясним, что ты вообще помнишь, Грэй, – сказал он в ответ. – Какой раз мы разговариваем?

– Что? В каком смысле?

– Понятно. Прометей, как всегда, оставил лишь необходимое, – с досадой произнес Левша. – Тогда понадобится небольшая вводная. Мы с тобой третий раз встречаемся в подобных обстоятельствах. Вот так, лицом к лицу, как враги. Другие имена, другие тела, но не суть. И каждый раз происходило примерно одно и то же.

– И что же?

– Оба предыдущих раза ты пытался меня уничтожить, – сказал Левша. – Впервые это произошло вскоре после Импакта. Мы преследовали одну цель, но выбрали разные пути. Ты пошел войной и разрушил все, что я сделал. Попытался стереть даже память об этом, почистил записи Архива. А меня взял в плен и обнулил, сделал своей покорной собачкой. Ты не помнишь этого, но нас слишком многое связывало. Ты всегда чересчур верил в людей. Наверное, хотел меня «перевоспитать». Но я подстраховался, оставив себе след из хлебных крошек. Ты ведь знаешь, о чем я говорю, верно?

Я вдруг понял, что он говорит о нейропломбах. Мора рассказала мне об Инке-отступнике, а уже потом, после получения легатского доступа, я прочел доступные файлы о «Черной Розе» и ее забытом, но куда более грозном предшественнике, культе «Черной Королевы».

– Черная Королева, – сказал я медленно. – Твои эксперименты, дерьмо Ангела, закончились Красной Тревогой.

«Черной Королевой» звали «Лилит», А-Тварь, вызванную из Грани усилиями группы Инков, которых возглавлял Левша. Он тогда, правда, носил немного другое имя, но почерк прослеживался четко – культ «Черной Королевы» обладал армией генетически модифицированных гигантов и десятками тысяч фанатично преданных последователей. Кровавые жертвоприношения, кошмарные ритуалы, призывы А-сущностей. Сама «Королева», жутчайшая тварь, имела почти божественные способности. В доступных отчетах большинство имен и подробностей, а также информация о способе, которым ее ликвидировали, оказалась удалена во избежание. Дело закончилось Красной Тревогой, масштабным Прорывом и угрозой создания А-Зоны колоссальных размеров. Даже после победы Первый Легион расхлебывал последствия много лет – призванные А-твари успели расползтись на все три африканских субконтинента, терроризируя местное население.

– А ведь мы стояли в одном шаге от открытия, – ответил Левша. – Говорил тогда и повторю сейчас. Не научившись работать с Гранью самостоятельно, получать силу и информацию напрямую, мы останемся заложниками Стеллара и никогда не узнаем истину. И тем более не сможем противостоять тем, кто создал Черную Луну.

– Исследования Грани уничтожили цивилизацию Бина Ши. Они смертельно опасны, поэтому и запрещены.

Левша вздохнул. Как будто мы вернулись к давно прерванному спору, в котором уже были расставлены все точки.

– Так говорит Архив Стеллара, верно? А ты знаешь, кто стоит у его истоков? Кто создавал систему Стеллара, кто запускал «Инкарнацию» и, самое главное, с какой целью? Слышал о Сибирском Инциденте?

– Нет.

– Ну естественно. Архив почищен, а Прометей забыл поделиться информацией. Тебе мало что известно, Грэй, но ты повторяешь выученные мантры системы Стеллара.

– Подтверждений, что контакты с А-сущностями невероятно опасны, множество. В числе доказательств – твоя собственная история.

– Не находишь, что достаточно странно слышать такое от Инка, который умеет поглощать чужие души? – спокойно возразил он. – Двойные стандарты в действии? Получить такие способности ты мог только от А-сущности, причем невероятно могущественной. Других способов нет, я-то знаю наверняка. Прометей воспользовался моими наработками, чтобы изменить свою аниму, а ты, скорее всего, просто прошел по его следам. Интересно, кто это сделал? Супермонада? Один из осколков Сфирот? Скульптор Реальности? Или Червь из Багрового Разлома?

Я вздрогнул. Он говорил о Даре. О Даат, которому я повторил старую клятву Прометея. Он подозрительно много знал о многодушии и его первопричине. Он предвидел нашу встречу и наш разговор, и, возможно, предвидел, что я…

Я отогнал ненужную мысль. Левша слегка улыбнулся.

– Значит, Червь. Ты же побывал в Багровом Разломе. Старый слизняк хорошо себя чувствует?

– Он не передавал тебе приветов, – ответил я.

– А если это был Даат, выходит, что… – мой собеседник улыбнулся еще шире. – Прометей ведь достроил Звездный Выстрел? Ты ведь знаешь, где он находится, Грэй?

– Понятия не имею, о чем ты говоришь, – спокойно ответил я.

– Знаешь, – уверенно сказал Левша. – Хорошо, оставим этот старый спор. Я надеюсь, хотя бы в этот раз сможем удержаться от драки и прийти к соглашению. Я очень надеюсь на это, Грэй. А ты?

– Я тоже хочу решить все миром. Расскажи, чего ты добиваешься.

– Это так скучно, Грэй. Ты ведь знаешь все сам, догадаться нетрудно. Да, мне нужен Город. Нужен Куб, там есть кое-кто, с кем я не откажусь перемолвиться словечком. Нужен Космодром, чтобы наконец-то покончить со Звездой. И, самое главное, Стеллар. Ядро.

Удивительное дело. Он говорил страшные вещи и при этом казался совершенно обычным человеком, сразу располагающим к себе. Собственное обаяние или А-способность вроде моего «Повелителя Стаи»? Мы не без приятности трепались, как два старых приятеля, а демоническая тварь как будто юркнула в норку.

– Это совершенно неприемлемо, – твердо ответил я.

Левша опять вздохнул. На этот раз тихо, печально.

– Я не хочу загонять тебя в угол. Но вы проиграли, ты наверняка знаешь расклад сил. Ты можешь минимизировать ущерб. Кто-то погибнет, конечно, мир не изменится безболезненно, но, если мы придем к согласию, сможем избежать массовых жертв.

– Ты предлагаешь мне, Городу, Инкам Стеллара просто капитулировать? – усмехнулся я. – Поверь, у Легиона еще достаточно сил, чтобы надрать немало задниц.

– Более чем уверен, – кивнул Левша. – Чтобы сохранить задницы, и наши, и ваши, я расскажу и покажу тебе кое-что, Грэй. Может, это перевернет твой мир. Может, нет. Но в любом случае ты должен знать. Договорились?

– Я готов тебя выслушать.

– Это уже прекрасно. Итак, несмотря на прямые запреты таких, как ты, такие, как я, сумели раскопать кое-что интересное. Это касается того, как Инки вообще появились на свет. Смотри!

Над столом вспыхнула голограмма…

Глава 15

На трехмерной проекции появился Стеллар. Вернее, Ядро – во всех подробностях, золотая многовыпуклая сфера, покрытая невероятно сложным рисунком. Оно медленно вращалось перед нами, и вновь бросилось в глаза сходство с эффектором из сердца Сциллы. Если его автором действительно был Левша, то он творил по образу и подобию.

– Стеллар. Смертельно опасный ксеноартефакт, – произнес Левша. – Сама история его находки и изучения похожа на научно-фантастический триллер. Ты знаешь, что первая команда исследователей, высадившаяся на борт Синей Птицы, мгновенно погибла. Вторая партия, оснащенная всеми возможными защитными средствами – тоже.

– По какой причине? Автоматическая защита? Антиабордажный модуль?

– Нет. Они просто умерли, и все. Всех, кто входил на борт Синей Птицы, постигала та же участь. Загадочная смерть. Экспертиза нескольких тел, которые удалось вытащить, не выявила никаких объективных причин. Всерьез рассматривался вопрос инопланетной агрессии и полного уничтожения Синей Птицы. Но затем произошло чудо. Один из исследователей, а также техник из команды спасателей внезапно ожили. На борту, после диагностированной датчиками скафандров смерти.

Я вдруг понял, что произошло там. И похолодел от этой мысли.

– Да, – улыбнулся Левша невысказанному вопросу. – Так появились первые Инки. Вернее, не Инки – ведь когиторы и система контроля инкарнации были разработаны много позже, а первые люди, одушевленные Стелларом с помощью онтоприонов. Они стали человеческими посредниками, способными взаимодействовать с Ядром. Частично, конечно. Ведь тогда никто не понимал, что происходит, и не знал, что делать. Тебе интересно, Грэй?

– Да. Я не слышал эту историю, продолжай, – по большому счету я прибыл сюда не слушать непроверенные байки, но любопытство взяло верх. В конце концов, время сейчас работало на меня. Пусть рассказывает.

– Человеческая жажда знаний победила страх. Уникальные системы корабля Ши и само Ядро требовали детального изучения. Было ясно, что предстоит многолетняя работа. Корабль было решено переместить на Землю, тем более «смертельная зона» ограничивалась самой Синей Птицей. И тогда случился так называемый Сибирский инцидент.

Левша сделал паузу, выразительно глядя на меня.

– В Архивах Стеллара нет этих данных. Но в свое время происшествие наделало много шуму. Как только Синяя Птица оказалась на земной поверхности – это был один из специально подготовленных космодромов, Ядро неожиданно увеличило «смертельную зону». В радиусе сотни миль погибли все люди. Встречающая делегация, персонал космодрома, население ближайших городков. Свыше двадцати тысяч жертв. Мужчины, женщины, дети, такая же немотивированная загадочная смерть. И снова чудесное воскрешение, чуть менее трехсот человек. Ты, наверное, уже понял алгоритм?

– Да. Стеллар забирал их души, – медленно произнес я, вспоминая содержимое загадочного Ядра. – Потом выпускал их, но для инкарнации требуется Источник, поэтому оживала лишь малая часть.

– Да, все верно. Смотри, как это работает, – Левша чуть изменил голограмму, и ядро вдруг выпустило сотни, если не тысячи тончайших щупалец. Они протянулись к схематичным человеческим фигуркам вокруг, и от каждого к ядру скользнула яркая синяя искорка. Само Ядро стало прозрачным, и я увидел, как синие точки внутри атакуются желтыми звездочками. Мой собеседник увеличил одну такую «звездочку», и я вдруг увидел, что она в миниатюре напоминает сам Стеллар. Они захватывали искорки, оплетая их цепкими щупальцами, и сливались, постепенно превращаясь в единое целое.

– Онтологический прион, – произнес сосредоточенный Левша, – получил свое название по аналогии с биологическим инфекционным патогеном. Азур-паразит, или симбионт, если хочешь, до конца не изученной природы. Предположительно невоспроизводимая А-технология Бина Ши. Ядро Стеллара содержало сто сорок четыре тысячи таких онтоприонов. Мы не знаем, почему именно столько. Их ключевая функция – удержание А-сущности, в нашем случае – человеческой анимы. Захваченная онтоприоном сущность становится пленником Стеллара и не может вернуться в Грань. Также среди выясненных функций – возможность модификации тел-носителей с помощью А-воздействия и обратная связь с Ядром. Смотри…

Синие искорки, символизирующие аниму, уже сплетенные с желтыми звездочками онтоприонов, на голограмме заскользили по ниткам-щупальцам из Ядра – обратно к лежащим человеческим силуэтам. Фигурки встали, вокруг каждой разлилось неяркое голубое свечение. Но связь – тоненький канал между Стелларом и человеком – никуда не исчезла. Марионетки на веревочке, вот что он хотел мне продемонстрировать.

– Так работает Стеллар, – произнес Левша. – Изменяет анимы. Происходит привязка к Ядру. Появляется преданная гвардия Стеллара. А-Люди. Инкарнаторы. Сейчас, изучив социум Бина Ши, мы понимаем, что Стеллар выполняет роль искусственной квази-матки, создающей бессмертную формацию для нового роя.

Выглядела вся эта картина не очень. Я вспомнил, как стоял перед Ядром и видел своим «азур-зрением» эти нити, уходящие за пределы обиталища Стеллара, как будто он был центром гигантской паутины. В словах Левши имелось зерно истины, но подходить к его рассказу следовало критически – он наверняка излагал все под определенным углом зрения, чтобы подтолкнуть меня к «единственно верным» выводам.

Тем временем на голограмме произошло изменение. Одного человечка окутало алое сияние. Смерть? Он вновь распластался, синяя искорка радостно скользнула прочь, исчезая, а желтая звездочка вернулась в Ядро по связывающему каналу.

– Разорвать связь онтоприона и анимы можно мощным А-воздействием, – прокомментировал Левша. – Так сейчас можно уничтожить Инкарнатора. Анима уходит в край вечной охоты, а онтоприон возвращается в Ядро. Стеллар пожирает свежую душу, заражает ее онтоприоном и выпускает нового бойца. Тот находит тело, и… Потеря восполнена. Круговорот душ и бесконечная фабрика бессмертных защитников.

– Подожди! – прервал его я. – То есть онтоприоны после смерти возвращаются в Ядро? Получается, Инки в принципе бесконечны, их всегда сто сорок четыре тысячи?

– Теоретически да, – улыбнулся Левша. – Так должно было быть. Это обеспечивает устойчивость системы.

– Но Инки умирают. И новых не появляется. И в Ядре, – я поколебался, прежде чем говорить, – нет большого количества свободных онтоприонов.

– Все верно, Грэй. Давай отмотаем время немного назад, к Сибирскому Инциденту, – спокойно ответил Левша. – История Стеллара и того, что происходит сейчас, ведь ведет свои корни оттуда.

Я кивнул.

– Как ты понимаешь, после массовой гибели людей был огромный скандал. Паника. Никто не мог гарантировать, что «зона захвата душ» не увеличится еще больше – запахло глобальной катастрофой. Я не знаю, чего тогда стоило сохранить Стеллар от уничтожения. Но в итоге опять победила жажда знаний. Инцидент строжайшим образом засекретили, Синюю Птицу законсервировали, перенесли в безлюдные районы Гренландии, построили над ней секретный бункер.

– А что с теми, кто ожил?

– О, это тоже интересная история. Их всех отловили, конечно. Большинство стали подопытными кроликами. Многие вошли в состав исследовательской команды. Они же были единственными, кто мог беспрепятственно работать с Ядром. Первые жертвы Стеллара почти не отличались от обычных людей, на Земле тогда не было Азур, поэтому развить способности или модифицировать носитель они не могли. Однако механизм инкарнации был изучен благодаря им. Люди открыли само понятие А-энергии, а следом азур-инженерию, азурологию и аниматургию.

– Это я уже знаю, – пробормотал я. – Переходи к сути!

– Я уже подошел к самому главному. Как ты понимаешь, защитный саркофаг вокруг Ядра Стеллара был создан не для сохранности Стеллара, а для защиты от него. Ядро оказалось смертельно опасно для людей. Поэтому его отгородили от внешнего мира. Изучение длилось свыше двухсот лет. Те, первые Инки, научились управлять функциями Ядра, получили информацию о Ши, их технологиях, о Шарде. Сценарий глобальной гибели человечества приобрел реальные очертания. Информация была воспринята всерьез, началась подготовка. Было создано несколько проектов…

– В том числе «Инкарнация»?

– Да. Самое интересное, что «Инкарнация» была запасным вариантом, – вновь улыбнулся Левша. – Некоторые об этом и слышать не хотели. Это же означало использовать на полную катушку опаснейший ксено-артефакт, сняв ограничения. Огромный риск. «Инкарнация» разрабатывалась исключительно как сценарий, если цивилизация будет полностью уничтожена и не останется никаких других вариантов. Считалось, что это вариант на самый крайний случай. Последний шанс человечества.

– Но его разработали, затратив огромные ресурсы.

– Да. Его разработали, несмотря на проблемы этики, религиозные догмы и множество противников. Хотя были более перспективные «Ной», «Аврора», «Космо». Тут долгая история, Грэй. Я не буду вдаваться в подробности, иначе рассказ займет много времени. Существовала группа, которая лоббировала проект «Стеллар». Она частично состояла из первых Инков, частично из сочувствующих. Именно они разработали адаптивный интерфейс, систему рангов, создали единое хранилище и терминалы Стеллара по всему миру. Они нашли способ модифицировать онтоприоны, снабдив их виртуальным когитором премиального класса. Знаешь, когда я изучал материалы – по обрывкам, по архивам, по датам – сложилось впечатление, что эта группа, прямо или косвенно, готовилась к захвату власти на Земле. Потому что система терминалов во всех крупных городах и система ретрансляторов Звезд в момент запуска «Инкарнации» создавала всеобъемлющую сеть Стеллара. В ее рамках сто сорок четыре тысячи Инков стали бы полностью бессмертными и непобедимыми.

– Система Тревог, наград и директив тоже была разработана ими? Она выглядит крайне странно.

– Игровая составляющая? – понимающе улыбнулся Левша. – Ну, тут все просто. Такой вариант был выбран для лучшей адаптации новых Инков. В конце Утопии огромная часть населения проводила в виртуальных играх больше времени, чем в реальности. Поэтому система была сделана по игровым стандартам, чтобы обеспечивать максимально интуитивную понятность с первых минут пробуждения.

– Хорошо, это понятно. Но почему Прометей создал Куб, не возвращал онтоприоны в Ядро, не запускал новый цикл возрождений?

– Вот ты и приближаешься к пониманию, – усмехнулся Левша. – Немногие Инки знают это, некоторые догадываются, но молчат. Да, Ядро специально заблокировано, помещено в экстрамерность, связь с ним возможна лишь в определенных точках. Там, где есть терминалы. Если ты обратил внимание, эти места тоже тщательно экранированы от внешнего мира. Поэтому Инки в целом способны действовать без присмотра Стеллара. Единая система отсутствует, связи с Ядром нет, онтоприоны не возвращаются в Ядро.

– Потому что при возвращении и накоплении онтоприонов Стеллар опять начнет поглощать души, – медленно произнес я, – для создания новых Инков.

– Абсолютно верно, – кивнул Левша. – Но неизбежные человеческие жертвы – это далеко не единственная проблема. Пойдем, покажу тебе самое главное…

Голограмма погасла. Мы прошли в центральную часть лаборатории. За тройными гермовратами скрывалось большое помещение, потолок которого представлял собой куполообразный свод из знакомого черного камня, пронизанного синими узорами. А-излучение здесь заметно усилилось, шкала накопления Азур уже подползала к финишу.

В центре находилась необычная конструкция. Нечто вроде большого усеченного конуса, испускающего столб прозрачного голубоватого света. Ярко-синий металл, из которого было изготовлено устройство, был мне хорошо знаком – Синяя Сталь, обшивка Синей Птицы. Сколько же тонн ее ушло сюда?

– Осторожно, Грэй, – произнес Левша, не оборачиваясь. – Пожалуйста, ничего не трогай. Это может быть опасно.

– Что это такое?

Он отключил защитное поле. Вокруг усеченного конуса виднелись странные устройства, подключенные к нему витками прозрачных кабелей. Они немного походили на регенерационные капсулы медкомов, но казались более древними и массивными, как будто должны сдерживать то, что содержится внутри. Верхняя часть была выполнена из поляризованного стекла. Левша коснулся одного, убирая непрозрачность – и я увидел человека.

Вернее, Инкарнатора. Система Стеллара мгновенно опознала его – Фокусник, лидер боевой группы «Стеклодувы», захваченной Одержимыми в Нео-Арке. Он казался мирно спящим, но руки, ноги и горло прочно удерживали бериллиевые захваты. Я осторожно попытался прощупать пси-полем – и мгновенно наткнулся на невидимый, но непроницаемый панцирь, защищавший саркофаг. В остальных шести капсулах наверняка находились другие пленные Инки. Что он собирается с ними делать?

– Их судьба целиком и полностью зависит от тебя, Грэй, – ответил Левша. – Если мы договоримся, ты заберешь их. Если нет – использую по своему усмотрению.

Он хищно улыбнулся и я вновь ощутил, насколько Левша опасен. Та сущность, которая сидела в нем, подчиненный «Ахриман», опять окатила волной дьявольской злобы. Его эксперименты над Инками – подобные тому, что проделали над Алисой, явно не сулили пленным легкой судьбы.

– Даже жаль, что ты ничего не помнишь, Прометей бы оценил, – пробормотал Левша, приближаясь к странному конусу. – Мы говорили об онтоприонах. Проблема в том, что создание новых Инков – достаточно сложный процесс, технология которого считается утерянной. Сам Стеллар, грубо говоря, производит лишь сырой полуфабрикат, для полной эффективности требуется встроить в А-сущность Инкарнатора интерфейс и снабдить его когитором. Эта штука называется Котел. Или Жерло. Стоило большого труда найти оригинал и починить его… Творцы «Инкарнации» использовали Котлы, что сплавить воедино аниму, онтоприон, интерфейс и когитора. Для доведения до ума того, что выходило из Ядра. Грубо говоря, в таких штуках и рождались Инки в существующем виде. Да. Ты правильно догадался. Обладая таким Котлом, можно создавать новых Инков.

– Ты подозрительно уверенно говоришь об этом, – сказал я. – Откуда такая достоверная информация? Или ты говорил с теми, первыми, предшественниками Инков?

– Да, говорил, – медленно произнес Левша, – Например, с тобой.

Подсознательно я ожидал чего-то подобного, поэтому не очень-то и удивился. Значит, Прометей, по версии Левши, входил в число основателей-создателей Стеллара. А где же все остальные, куда они делись? Меня вдруг вновь укололо нехорошее предчувствие, потому что собеседник, вновь будто прочитав мои мысли, удовлетворенно улыбнулся:

– Нет, я не буду сейчас говорить с тобой о других создателях Стеллара. Рано раскрывать все карты. Если мы придем к соглашению, ты узнаешь о них.