Текст книги "Стеллар. Компиляция. Книги 1-9 (СИ)"

Автор книги: Роман Прокофьев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 101 (всего у книги 187 страниц)

– Ты хорошо сказал.

Сзади стояла Цирцея. Ее голос, низкий и грудной, трудно было не узнать.

– Посмотрим, что они решат, – ответил я. – Тогда и будет видно, хорошо ли.

– Если главы кланов не поддержат тебя, то они глупые птицы из земель Мумбаи, которые суют голову в песок, чтобы спрятаться, – улыбнулась она, становясь рядом. – Я даже вспомнила старые добрые времена. Умеешь же ты зажигать огонь в сердцах.

Я не успел толком рассмотреть ее в рыцарском зале – только сейчас увидел, как она хороша, чуточку смуглая, темноволосая и сероглазая. Облегающий чешуйчатый хайвер подчеркивал фигуру Заклинательницы. В каждой черте, каждом плавном движении и выверенном жесте Цирцеи чувствовалась королевское достоинство.

– Я не прежний Прометей, Цирцея. Его больше нет, я – другой.

– Я все понимаю, – она успокаивающе коснулась моей руки. – Я смотрела все твои видео из Города. Знаешь, слежу за тобой.

– Спасибо тебе за поддержку. Там.

Она не убирала руку, ласково сжала мои пальцы. Прикосновение Заклинательницы оказалось волнующим и приятным. Я вспомнил обволакивающую теплоту ее пси-поля, безмолвный вопрос и вспыхнувшую радость. Было там и что-то иное, недаром она мгновенно узнала и не выдала наследника Прометея. Я посмотрел в глубину ее серых глаз – откровенных, жадных, требовательных – и вдруг осознал ответ.

– Мы в прошлом были знакомы? Близки?

– О, даже хорошо, что ты ничего не помнишь, – усмехнулась она, не отводя глаз. – Долгая история, из тех, что нужно рассказывать с бокалом вина возле горящего камина. Может быть, когда-нибудь… Скажи лучше, что нам делать с Вессоном? Он без сознания, пока его заперли в камере, я забрала его оружие и экипировку.

– Он полностью обнулен. Звание, статус, имя – вообще все. Когда очнется, не будет ничего помнить. Мстить и наказывать его бессмысленно – это новый Инк, который начнет жизнь с чистого листа. Я поговорю с ним чуть позже.

– Знаю, кому отдать его на воспитание, – усмехнулась Цирцея. – Первому Легиону ведь нужны новые рекруты? А у него хороший носитель, осталось только заново научить им владеть.

– Решим позже. Я сам вряд ли смогу, горячее время.

– Ты, наверное, хочешь отдохнуть? Они будут совещаться еще долго, ты знатно поворошил в головах.

– Было бы неплохо немного поспать, – признался я. – Вот еще что, здесь есть кто-нибудь из Кошек?

– Торговцев? Наверное, они обычно везде есть, – пожала плечами Цирцея. – Я спрошу, если хочешь.

– Еще раз спасибо, Цирцея.

– Еще одно, Грэй.

– Что?

– Насчет возрождения Первого Легиона… ты говорил серьезно?

– Да, – ответил я. – Ты даже не представляешь насколько.

– Тогда я готова стать первой, кто в него вступит, – медленно произнесла она.

* * *

Лэрды совещались весь оставшийся вечер. Решение должны были огласить только утром – а пока отвели меня в отдельную комнату, которая, судя по деталям обстановки – большому камину, коврам ручной работы и мягким звериным шкурам, а также работающему очистителю, камину и электрическому освещению, – была чем-то вроде гостевых апартаментов Гнездовья.

Когда постоянно обитаешь где-то в пустошах, начинаешь воспринимать горячую воду и нормальную мягкую постель чем-то вроде невероятной роскоши. Последние дни вышли у меня крайне напряженными, организм требовал небольшого отдыха – поэтому я заснул почти мгновенно, коснувшись головой меховой подушки на низком ложе.

Я редко видел сны. Эндокринная система и контроль гормонов позволяли крепко засыпать в любое время суток – преимущество телесных усилений Инкарнаторов. Но сегодня, хотя прямо сейчас Легион сражался не на жизнь, а на смерть, и мои мысли должны были быть там, мне приснилась Цирцея. Ее слова, взгляд, легкие прикосновения невольно взбудоражили так, что она пришла в ночной фантазии, которая неожиданно превратилась в реальность, когда нейросеть внезапно разбудила меня.

Мико: Внимание, Грэй, просыпайся! У нас гости.

Чуть слышно скрипнула старинная дверь. У входившего был свой ключ или отмычка.

Мико: Оу, это не то, что я думала…

Она подмигнула и отключилась. Судя по таймеру, сейчас стояла глубокая ночь.

Я увидел в полутьме женскую фигуру. Ощутил теплое ласковое прикосновение ее пси поля и расслабился. Она знала, что я думал о ней. Услышала мои мысли. И пришла, превратившись в явь.

Она как будто нерешительно остановилась на пороге, а потом почти бесшумно подошла к моему ложу. Легкий шелест снимаемой одежды. Я ощутил, как под меховое покрывало ко мне скользнуло обнаженное женское тело.

Цирцея. Она слегка дрожала – то ли от ночного холода, то ли от волнения. Я ощутил теплое, ласковое, ищущее прикосновение ее пси-поля, почувствовал, как ее руки скользят по моей груди, волосы щекочут лицо, увидел совсем близко нежные полураскрытые губы.

– Я думала о тебе.

– Я тоже.

– Знаю. Я пришла. Молчи.

Заклинательница закрыла мне рот поцелуем. Она предпочитала общаться телепатически. В таком состоянии невозможно лгать. Я понял – по ее мыслям, по ее уверенным ласкающим прикосновениям, что она знает, чего хочет, и все решила для себя. У нее и Прометея в прошлом явно что-то было. Сейчас Цирцея пришла на зов моих и своих мыслей, тоже ощутив незримую искру, проскочившую между нами.

Говорить действительно не имело смысла – наши сознания слились, угадывая желания друг друга. Цирцея, податливая и нежная, чувственная и в то же время страстно-требовательная, поглотила меня, как обволакивающая пучина. Мы растворились друг в друге без остатка, как будто занимались любовью в первый и последний раз. Я вдруг осознал, что никогда не достигал такой вершины всепоглощающего эроса, никогда больше не достигну – просто потому, что с другой женщиной, не имеющей пси-способностей Заклинательницы, подобное невозможно.

Мы успокоились, только когда за окном начало светлеть, а покрывала ненужной кучей валялись рядом с ложем. Цирцея лежала у меня на груди, наполовину завернувшись в простыни и крепко обхватив рукой. Она чутко слушала мои мысли, улыбаясь, и вдруг возмущенно встрепенулась:

– Эй! Все было не так! Сама не знаю, что на меня нашло. Услышала твои мысли и… пришла. Спасибо тебе, Грэй. Я вновь ощутила себя молодой. Впервые… за много лет.

– Это тебе спасибо. Хорошая была ночь.

– Ночь перед боем, – хрипло произнесла она. – Потом наступает утро – и ты уходишь. Так уже было, Грэй.

– Значит, такова наша судьба.

– Ты думаешь о войне, – вздохнула она. – Все повторяется.

– Я не могу не думать о войне.

– Кланы пойдут за тобой. Я знаю это, слышала их мысли, видела их сны. Ястребы, Волки, Медведи, Змеи и Осы – точно. Быки колеблются, но недолго. Им помогут определиться.

Она замолчала, задумчиво сплетая свои пальцы с моими. Внутри Заклинательницы поселилась легкая, светлая грусть, которая смешивалась со странной щемящей тоской. Я уже чувствовал подобные нотки – у Кая, Корвина, Алисы, Гелиос. Тяжелая печать бессмертия, все превращается в тлен, в угли, в золу, и лишь немногое может снова вернуть вкус к жизни. Мне удавалось зажечь, зарядить их души своим юным огнем – возможно, потому что человеческая природа не приспособлена к бессмертию и всем Инкам необходима некая «перезагрузка»?

Потом снаружи донесся шум, который мог издавать только заходящий на посадку воздушный аппарат. За ночь он раздавался несколько раз, поэтому я не обращал внимания. Но сейчас он сопровождался чем-то другим – громким клекотом и хлопаньем крыльев, которые перекрывали даже гул рокочущих импеллеров тяжелого винтокрыла.

– Слышишь? – она встала, нисколько не стесняясь своей наготы, подошла к окну-бойнице, отдернула плотную портьеру. В бледном свете зари Цирцея казалась настоящим воплощением женственности. Не юная девушка, а настоящая женщина во всей ее царственной красоте. На смуглой коже, обвивая все тело Заклинательницы, виднелась искусная татуировка змеи, хвост которой начинался на левой лодыжке, а треугольная голова ощеривалась на правом плече.

– Грэй, иди сюда.

Я встал, подошел к распахнутой портьере. Молча обняв Цирцею сзади, взглянул в узкую щель бойницы.

На цитадель Гнездовья садились рухи. Я не поверил своим глазам, но это было так – три гигантских птицы оседлали посадочную площадку замка, как орлы – вершину скалы. Сложив крылья, они мирно сидели, лишь изредка поворачивая огромные головы с крючковатым клювом и светящимися янтарными глазами.

Пожалуй, эти особи были помельче, чем гигант, чье гнездо мы разорили, но все равно в несколько раз превосходили размером самый крупный винтокрыл. На пернатых, серо-коричневых А-морфах было нечто вроде сложной упряжи, удерживающей конструкцию между крыльев руха, напоминающие длинные, узкие грузовые контейнеры. Спустя несколько секунд я сообразил, что это средство перевозки – изнутри цилиндров появились фигурки людей, слезающих вниз по отставленному крылу.

Я слышал, что клановые Заклинатели приручают рухов и используют вместо летающего транспорта, но видел – впервые. Вот, значит, как быстро они сюда добрались – стремительность этих птиц была знакома мне не понаслышке. Эх, как там поживает птенец, вылупившийся на моих глазах? Наверное, вымахал уже…

Неподалеку от рухов стояло не меньше десятка разнотипных винтокрылов. «Клюваны», «Грифоны» и даже громадный грузовой «Дракон». Возле них, несмотря на ранний час, суетились вооруженные люди, по-братски перемешавшись с легионерами Авалона, помогавшими разгружать какие-то длинные ящики.

– Это… из кланов?

– Да. Первые ласточки. Арктида не пожелала ждать, они ближе всех, – сказала Цирцея. – Вести долетают быстро, особенно если им немного помочь. Остальные тоже готовятся. Принимай свое войско, гранд-легат.

Она вздохнула и, прижавшись ко мне, серьезно добавила:

– И, пожалуйста, постарайся выжить в этой буре.

КОНЕЦ ПЯТОЙ КНИГИ

16 сентября 2020 – 31 декабря 2020

Стеллар 6. Легат

Интерлюдия. Ведьма

Когда она взошла на Стену Прометея, уже светало. Наблюдательный пункт был в спешке оставлен Легионом, всюду виднелись следы боя – темные пятна крови, мертвые тела, разбитая чадящая техника. Высадка с тыла и стремительный бросок позволили взять титаническое укрепление с ходу. Огромную роль в ночной битве сыграли крылатые стазы Бина Ши, захватившие несколько плацдармов и блокировавшие вражескую воздушную поддержку. Атака оказалась полной неожиданностью для легионеров, измотанных двухдневными боями с тысячами ракоскорпионов. Рассеченная в нескольких местах оборона противника рассыпалась, враги бежали, чтобы не угодить в полное окружение. К сожалению, Инкарнаторы Легиона, прикрывавшие отход, не позволили окончательно добить, рассеять отступающие Когорты.

Все-таки она недооценила их – несмотря на внезапность и тактическое преимущество нападавших, легионеры дрались как натасканные цепные псы. Свирепо и беспощадно. Пленных почти не было, да и собственные потери оказались значительно выше прогноза, особенно среди боевой трибы Бина Ши.

Война есть война, победитель получает все. Перекликаясь внизу, ее люди стаскивали тела в кучу, попутно обдирая мертвецов. Редкие добивающие выстрелы вторили рокочущей на горизонте канонаде.

Отсюда уже был виден Город. Сквозь голубоватые всполохи Купола смутно просвечивали силуэты сверкающих мегабашен. Тирея Мун, в прошлом легат Первого Легиона, легендарная Заклинательница, а ныне – Одержимая, известная как Лунная Ведьма, презрительно прищурилась. При виде двурого шпиля Иглы, словно парящего над мегаполисом, внутри вновь расправила крылья застарелая жгучая ненависть. Давно, очень давно она воочию не видела Город, но наконец-то пришло время вернуться в место, когда-то считавшееся домом.

Пора воздать всем по заслугам.

Ее зрение, усиленное Геномом Руха, позволяло на огромном расстоянии подмечать малейшие детали, подобно тому, как хищные птицы могут с высоты различить в траве бегущую мышь. Ведьма видела застывшие громады мертвых сцилл, черные курящиеся кратеры во втором кольце и огни выстрелов, вспыхивающие на отдельных участках последней Стены, все еще удерживаемой Легионом. Город исчерпывал свои ресурсы, уничтожая море Тварей, вышедших из океанских глубин, им же оставалось нанести решающий удар.

Их втрое больше, чем легионеров. Ши, боевые отряды Одержимых, Бродяги и целая орда Святых. Проблемой могло быть только отсутствие координации и взаимная неприязнь. Именно ее требовалось устранить в первую очередь. Ведь враг моего врага…

Словно в унисон мыслям, пси-восприятие Ведьмы пронзило чужое присутствие, мощное, обжигающее, злое. Он явился внезапно, с помощью странной азур-техники, больше всего похожей на древнюю магию.

Она обернулась, невольно сделала шаг назад. Тирея Мун не знала, кто придет говорить от лица Святых, но именно этого хотела видеть меньше всего. Синяя накидка-куфия окутывала пустоту, наполненную злым сгустком воли и ненависти. Если он и был когда-то обычным Инком, то давно утратил человеческий облик. Его вид вновь напомнил, почему многие отказывались от высших эволюций. У Воинов необратимо трансформировалось тело, Техноманты становились чудовищными киборгами, а у Заклинателей наружу вылезала жутковатая азурическая суть.

Окруженный туманным облаком, он остановился в нескольких шагах от нее. Тирея ощутила, как ее ресницы и веки леденеют, а кожу обжигает аура холода. Редкий Источник и мощные азурические геномоды сделали этого Инкарнатора настоящим воплощением стихии льда. Вздрогнув, она активировала «Высший Метаболизм», чтобы ускорить обменные процессы и выдержать напор. По слухам, пришедший считал слабаками, недостойными внимания, тех собратьев, что не переносили его близости.

– Ведьма. – Он говорил не словами. Субвокал походил на скрип металла по стеклу.

– Эней.

Далеко не все Инкарнаторы горели желанием вступить в Первый Легион. Стратегия Прометея была спорной, но эффективной и позволила Инкам Города стать сильнейшей фракцией Инкарнаторов, создав самое мощное на Земле государство. Однако, еще до появления Одержимых среди Инков существовало много ренегатов, изгоев и тех, кто предпочитал остаться независимым. Многие бежали и скрывались, отрезанные от терминалов и доступа к системе Стеллара.

Годами странствуя в пустошах, исследуя А-зоны и собирая невероятные Геномы, выжившие Инки-изгнанники быстро набирали силу. Некоторые из них утрачивали разум и человеческий облик, сами становясь источниками Тревог. Чистка Прометея в свое время проредила их, но те, кто уцелел, обладали мощью Азур и поистине дьявольской хитростью.

Настоящее имя пришедшего считалось утерянным. Он был известен под множеством личин и имен. Эней, Иней, Холод, Владыка Льда. Во времена Прометея по нему плакал Куб, но жестокий и изворотливый отступник так и не стал добычей Города. Тирея слышала, что он был одним из тех, кто помогал Левше в «Черной Розе», чье гнездо позднее уничтожил рейд Кастора. Когда-то она сама охотилась на подобных ренегатов, но времена изменились, и других союзников у Одержимых сейчас не было.

Эней считался одним из культовых лидеров Святых. Тирея знала, что есть и иные, скрывающие свои личины и имена, – и среди фанатиков, живущих в А-Зонах, и в храмовых стражах Ургента, и даже в числе «Тинкеров», наемных охотников за головами. Сейчас все они, привлеченные богатством Города, слетелись сюда, надеясь поживиться невиданной добычей. Ранее все звенья связывал Левша, координируя совместные действия, но он исчез, пропал, и требовалось понять, чего ждать от Святых.

– Я пришел. Чего ты хочешь?

– Город! – она движением головы указала в сторону небоскребов под Куполом. – Он уже близко. У нас общая цель. Чтобы победить, мы должны действовать сообща.

Эней приблизился почти вплотную, оставляя за собой видимый морозный след. Несмотря на теплый климат, вокруг них все стремительно леденело, покрываясь наростами инея. Его пси-аура, злая кристаллическая звезда, колола и обжигала ее восприятие. Недавнее столкновение с молодой инкарнацией Прометея не было столь болезненным и пугающим.

– Ты что, думаешь, что мы будем выполнять твои приказы, фемме?

Его слова и уничижительное «фемме» вызвали приступ гнева. Женщина, глупая самка, вот что это означало. Со Святыми всегда было непросто иметь дело – азурические фанатики находились «на своей волне». Они презирали и ненавидели как Инков Города, так и Одержимых, предпочитая заключать лишь ситуативные союзы. Неужели Эней не понимает, что они обязаны действовать вместе? Собрав нервы в кулак, Ведьма твердо заговорила:

– Не нужно мне подчиняться. Давайте просто договоримся. Зачем вы пришли в Город? Чего вы хотите? Что вам обещал Левша?

– Сначала скажи сама.

– Наши цели известны! – Тирея гордо вскинула голову. – Стеллар! И месть. Смерть городских предателей.

– Ши. Ты привела Ши. У них есть Посредник?

– Это вас не касается.

Словно не обратив внимания на ее резкость, ледяной Заклинатель повернулся к далеким голубовато-серебристым фигурам Бина Ши, застывшим на зубцах Стены, подобно каменным горгульям.

– Новый рой. Неполноценный. Им нужно Ядро. Они пришли за ним?

– Неважно. Мы их контролируем, – холодно ответила Тирея. – Не ваше дело, что они получат за свою помощь.

Ответ не понравился Святому. Она задрожала в яростной попытке разомкнуть клещи космического холода, сжавшие горло. Ведьма не ожидала, что Эней рискнет проявить агрессию здесь, на переговорах, в центре армии Одержимых.

Однако он рискнул. И за несколько секунд мгновенной, неразличимой со стороны ментальной схватки пригнул ее, блокировал и заставил медленно умирать. Ведьма замерла, застыла, не в силах шевельнуться, двинуться, вздохнуть. Кажется, это называлось «Крионический Стазис» – когда все жидкости в теле жертвы мгновенно превращались в лед.

Тирея в ужасе осознала, что не может сделать ничего, что Эней превратил ее носителя в безжизненную ледяную статую. Она заперта внутри и даже не может инкарнировать, потому что холодные когти безжалостно вырвали из тела Умбру, заключенную в кусок кристаллического льда.

– Нас все касается, Тирея Мун. Ты поняла?

Она не могла даже кричать. Несколько секунд Эней рассматривал застывшие черные змейки, словно решая, что с ней делать. Потом прикоснулся бесплотным пальцем – и кристалл пронзила сверкающая искра.

Мучение казалось бесконечным, хотя длилось всего мгновение. Она беззвучно кричала, выла и билась в пароксизме невыносимой боли. Искра имела азурическую природу, она рвала ее энио, терзая саму суть Инкарнатора.

Затем боль утихла. Ведьма поняла, что вновь находится внутри мертвого носителя.

Инкарнация. Остановившееся сердце снова забилось. Застывшая ледяным крошевом кровь опять начала циркулировать по жилам. Иглы, раздирающие легкие, исчезли. Она вновь могла говорить. Но ледяные клещи никуда не делись. Он играл с ней, удерживая на грани жизни и смерти просто для того, чтобы продемонстрировать свою мощь.

Как он посмел?! Хорошо, сейчас она даст ему достойный ответ!

– Даже и не думай, – произнес Эней.

Боль. Сердце словно прострелил ледяной разряд, настолько болезненный и мощный, что Тирея охнула, непроизвольно схватившись за грудь. Сверкающая искра никуда не исчезла, она занозой сидела в Умбре, готовая в любой момент разорвать ее на части.

– Что ты… со мной сделал?

– Это называется «Осколок Льда». Мое личное клеймо, – в тоне Энея послышалось некое глумление. – Нападешь на меня – умрешь. Захочешь извлечь его – умрешь. Не выполнишь мой приказ, умрешь тоже. Ты что, фемме, решила, что сможешь указывать нам, что делать?!

– Нет, я…

– Заткнись! Тебе не разрешали говорить. Теперь ты принадлежишь мне и будешь делать только то, что я скажу. Или умрешь.

Ублюдок! Она слышала о таких вещах, и даже сталкивалась, но никогда не думала, что сама станет мишенью такой атаки. Огромной ошибкой было встречаться с ним тет-а-тет и подпустить вплотную. Она собрала все силы, пытаясь бороться и тут же поняла, что это бессмысленно – осколок имел азурическую природу, и пока был жив Эней, извлечь его мог только он. Выбор оказался прост: смерть или безусловное подчинение.

– Ты хорошо запомнишь этот урок, фемме, – продолжил Эней. – Мы войдем в Город и сами возьмем то, что нам нужно. А теперь отвечай или сдохни. У Ши есть Посредник?

– Да, – выдохнула Ведьма, проглотив гордость. Этот бой она позорно проиграла – оставалось не проиграть жизнь. Заклинатель мог сломать ее так же легко, как она – обычного человека. Сколько эволюций он прошел, чтобы набрать подобную мощь? Четыре? Или все пять?!

– Кто? Где?

Получив ответ, Эней удовлетворенно кивнул и продолжил. Теперь он говорил спокойным, хозяйским тоном, отдавая распоряжения:

– Теперь слушай внимательно. Чтобы получить Город, нам нужно преодолеть три препятствия. Первое – Титан. Вы и ваш звездный корабль ударите по нему.

– Это… невозможно. «Мстящий» ушел.

Эней коротко ударил ее – на этот раз физически, а не ментально – одарил презрительной хлесткой пощечиной, опрокинувшей на колени. Правая сторона лица мгновенно утратила чувствительность. В ледяном отражении Тирея увидела, что на ней медленно проступает пятипалый синий отпечаток, похожий на след химического ожога.

– Это тебе от меня, на память, фемме! – процедил Эней. – Неудачники. Слабые. Жалкие. Где ваш корабль?

– Неизвестно. Его увел Зак. С ним ушла часть наших.

– Тогда Звезда. Космодром. Вы ударите и блокируете Космодром. На это у вас хватит сил и смелости?!

Она сама собиралась предложить это в процессе переговоров. Космодром – важнейший узел, орбитальный лифт, связывающий Город и Звезду. Если захватить единственную точку снабжения, космо будут вынуждены вступить в переговоры. Тирея вообще сомневалась, что Звезда станет наносить орбитальные удары в черте Города – тектоническое оружие слишком разрушительно, но требовалось полностью исключить эту возможность, ведь в порыве отчаяния люди способны на все.

– Итак. Титан. Звезда. И третий ключ к Городу… Тирея Мун, ты ведь знаешь, где находится Куб?

– Он сокрыт. Место знает… только его хранитель. – пробормотала Ведьма. Судорога невыносимой боли в Источнике вновь скрутила ее, бросила на холодные плиты Стены – новому хозяину явно не понравился ответ.

– Пожалуй, я все-таки убью тебя, – равнодушно сказал Заклинатель. – Ты еще более бесполезна, чем я думал.

Он не шутил. Осколок в Умбре медленно отращивал шипы, готовый изнутри разорвать ее на части.

– Нет! Подожди… Я не знаю…где Куб… но знаю того, кто знает! – простонала Тирея Мун, сопротивляясь из последних сил. Еще пять минут назад она не могла представить, что будет так униженно вымаливать свою жизнь, извиваясь от боли и царапая лед прямо у ног неподвижного Энея. Смерть всегда казалась лучшим выбором, она не боялась шагнуть за Грань, но сейчас, на пороге Города, в одном шаге от победы и мести такой исход показался идиотским трагифарсом. Ведьма вдруг отчетливо осознала, что цепляется за жизнь не по собственной воле. Та гордая Тирея Мун, легат Первого Легиона, – лучше умерла бы, чем позволила сделать себя марионеткой. Но Лунная Ведьма, Одержимая Тьмой, предпочитала выжить любой ценой.

– Последний шанс, фемме, – произнес Эней. – Мне плевать как, но ты узнаешь. Или умрешь. Ты все хорошо поняла?

– Да. Я поняла, – с трудом выдохнула Ведьма, тщетно пытаясь подняться на четвереньки. – Я узнаю.

– Рад, что мы договорились, – издевательски проговорил Эней. – Остальные инструкции получишь позднее. Что? У тебя есть вопросы?

– Только один, – Тирея Мун наконец сменила позу блюющей кошки на вертикальную. – Тебе известно, что произошло с Левшой?

– Об этом скоро спросишь его самого, фемме.