Текст книги "Стеллар. Компиляция. Книги 1-9 (СИ)"

Автор книги: Роман Прокофьев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 114 (всего у книги 187 страниц)

Глава 19

Экстрамерность внутри Осколка почти не изменилась – туманная темнота и кусок тверди, неведомым способом подвешенный в пустоте. Слабый свет источал лишь призрачный цилиндр, окружающий Синюю Птицу, все остальное тонуло во мраке. Интерфейс равнодушно отметил изменение А-излучения – внутри Осколка господствовал «сильный» фон.

– Знакомое местечко, – с явной насмешкой негромко произнес Кот, – Похоже на Куб, одна рука же. При всех возможностей творца – серая пустота. Как говорил мой папаша: ни уму, ни сердцу.

Я пропустил мимо ушей явную колкость. Одержимые сгрудились вокруг. Все они, как один, смотрели в одну точку. Ядро находилось совсем рядом – в закрытом головном сегменте полуразобранного инопланетного корабля. Хотя его не было видно, любой А-человек ощущал присутствие Стеллара – как солнце, просвечивающее через закрытые веки. «Азур-Зрение» и «Азур-Манипуляции» позволяли видеть призрачные щупальца Ядра, отныне полностью отрезанного от системы. Они касались нас, словно изучая – испуганно отдергивались от Одержимых, не задерживаясь, проходили сквозь замершего меркатора, и, наконец скрестились на мне. Их прикосновения заставили вздрогнуть, вновь поддавшись невероятной магии пси-контакта с запредельно сложным, чуждым… нет, не сознанием, скорее объектом, что-то искавшим – и не находившим в нас.

Оно не угрожало. Оно вообще не испытывало эмоций. Оно просто выполняло свою функцию.

Вспомнился разговор с Левшой. Если он был прав, то Ядро искало свободные души – для того, чтобы выдернуть их из тела и имплантировать онтоприон. Создать азур-сущность нового Инка из обычного человека. Мы не подходили для этой цели и не обнаружив искомого, невидимое Ядро замкнулось чешуей выпуклой золотой брони.

– Невероятно. Это действительно Синяя Птица? – прошептала Арахна.

– Да. Я видел ее… в Городе, до того, как спрятали в осколок, – подтвердил Братец Лис, – Только она была… другой.

Да, от частично разобранного инопланетного корабля сохранился лишь монолитный скелет, как будто целиком отлитый из гладкого металла, без швов и креплений. Уцелевшие фрагменты остова на хрупких лапах-опорах лишь частично воспроизводили чуждо-изящные, многокрылые очертания из воспоминаний Прометея. Из головы не выходила схожесть Синей Птицы с высшими особями Бина Ши. Странная симметрия и невероятно похожая форма.

– Оно… там?

– Да. Но туда мы не попадем, – сказал я. – Нужен Ключ.

– Очень жаль. Я бы не отказалась взглянуть на Ядро Стеллара… – почти завороженно пробормотала Арахна.

– Осторожнее с желаниями, дорогая, – усмехнулся Кот, – Они иногда сбываются не так, как мы представляем. Левша, насколько я помню, тоже хотел добраться до Ядра. Что с ним случилось, вы говорите?

– Мы столько лет хотели уничтожить эту штуку! – прямолинейно выразился Каннибал, – И вот в одном шаге, но теперь спасаем ее. Астра фатида!

Одержимые зашевелились, переглядываясь. Угрозы от них не исходило – скорее, тревожная напряженность и ожидание. Я сосредоточился, пытаясь уловить малейшие признаки возможного предательства – все-таки, уничтожение Ядра – огромное искушение, но не уловил ничего подозрительного. Подвоха следовало ждать скорее от торговца, вынужденного сотрудничать, чем от новообращенных воинов Первого Легиона.

С одной стороны, было огромным риском приводить их сюда. Если Тьма действительно управляет Одержимыми – сейчас самое время проявить свою суть и попытаться уничтожить или инфицировать Стеллар. Я понимал это и был готов к подобному развитию событий, хотя и не верил в такой вариант. С другой стороны, Одержимые, вступившие в Первый Легион, должны понимать, что получают от меня просто огромный кредит доверия. Они в святая святых Инков Стеллара и судьба всей системы – сейчас в их руках.

– Я бы не стал говорить об этом здесь, – произнес я.

– Думаешь… оно слышит? И понимает?

– Не знаю. Но сейчас вряд ли нужна еще одна Оранжевая Тревога, – усмехнулся я, – Побольше позитива, Первый Легион! Нам ведь еще везти эту штуку на Черную Луну.

– Мы поехали, – вдруг сказала Арахна.

Мой вестибулярный аппарат ничего не уловил – но по таймеру обратный отсчет завершился и саркофаг с Осколком стартовал в небо. Скорость подъема на орбитальном лифте росла пропорционально расстоянию, и совсем скоро мы окажемся в дружеских объятиях Звезды. Это означало, что времени оставалось немного и все оно должно быть потрачено с пользой.

– Готовимся. Кот, приступай, – приказал я.

Меркатор, мрачно кивнув, шагнул в сторону – и пропал, слившись с тенью. Затем начали исчезать Одержимые. Я наблюдал этот процесс с помощью азурического восприятия, видел, как туманный силуэт, перемещающийся с невероятной скоростью, подхватывает одного за другим моих бойцов, словно выдергивая их из реального мира, и хищной птицей уносит куда-то под невидимый купол Осколка. Выглядело это не слишком приятно, но результаты говорили себя – я больше не мог найти их в доступных диапазонах – и лишь с помощью «Азурических Манипуляций» ощущал странное аномальное движение на общем азур-фона Осколка. Смогут ли его засечь космо? Без наличия сильного Заклинателя или сверхчувствительных А-индикаторов – очень и очень вряд ли.

Я стал последним. Пронзающее прикосновение ледяных когтей. Мгновенный полет в странном, бесцветном, сером мире. Светящееся сердце Стеллара на темной призме тверди – единственный заметный ориентир. Резкие, ломаные очертания указали границы экстрамерности, скрытые колеблющейся тенью. Внутренняя полость Осколка имела форму сложного додекаэдра с шестиугольными гранями. Но, даже судя по тому, что я видел – она превосходила внешний размер Осколка в несколько десятков раз. При желании здесь можно было спрятать поселение не меньше форта Энджело.

Одержимые казались стаей каракатиц, замерших чернильными кляксами на темной поверхности. Сам Кот – призрачным теневым сгустком, постоянно меняющим очертания. Я на мгновение увидел его лицо – оно показалось очень молодым, совсем непохожим на реальную внешность, а силуэт состоял из переплетающихся теней. «Повелитель Стаи» объединил отряд общей пси-аурой и первую ниточку я протянул торговцу:

– Ты… интересно выглядишь.

– А вот ты непроницаем, как вино в черной бутылке, – отозвался Кот, – И мне это очень не нравится. Что у тебя внутри?

После освобождения характер торговца явно оставлял желать лучшего. На что он опять намекал, почти дословно повторив слова Моры? Впрочем, задумываться об этом сейчас – лишнее.

С небольшой паузой все Одержимые отозвались. Неожиданное предупреждение выдала Арахна:

– Внимание – для живых носителей долгое пребывание под эффектом Рашидова-Шварца губительно. Возможно, при выходе понадобятся реанимационные процедуры или экстренная инкарнация. Будьте готовы.

– И аккуратнее с пси-активностью, – вмешалась Морриган. – Ее обнаружить проще, чем азур-нимб!

– Принял. Свертываю контакт. Действуем согласно принятого плана.

Время шло. Платформа с саркофагом должна была достигнуть приемного устья орбитального лифта, где ждала Звезда. Технология дальнейшей транспортировки, по прежнему опыту отправки на орбиту, заключалась в применении транспортного луча – гравитационного захвата, который перемещал контейнер с крупногабаритным грузом в стыковочный шлюз Звезды. По нашим расчетам, это занимало не очень много времени – но проверить изнутри, как идет процесс, было невозможно.

Нам оставалось только ждать. Таймер стыковки с приемником равнодушно отсчитывал минуты. А что, если Звезда решит поместить саркорфаг в вечный карантин, и никто не появится внутри? А может, космо вообще не собираются принимать Осколок на борт, вместо грузового шлюза мы в состояние свободного ускорения вылетим из трубы лифта, и, набрав первую космическую, отправимся в путешествие за пределы Солнечной системы? Или вдруг Звезда расстреляет Осколок из абсолют-оружия, покончив с Ядром и всеми нами?

Я отогнал глупые мысли. Ядро Стеллара – слишком ценный приз, чтобы упускать его. К сожалению, со мной не было Мико, которая всегда трезво оценивала ситуацию и могла подбодрить – но и без нейросети было ясно, что космо обязаны проверить Осколок – и сделать это незамедлительно по прибытию, ведь стоящий на краю гибели Город может пойти на отчаянные шаги! Не стоило недооценивать противника – наверняка стратеги Звезды могли предположить наличие внутри каких угодно пакостей: от штурмовой Когорты Легионы до боеголовки класса «Абсолют» с запущенным таймером…

Время вскоре вышло. И вышло еще раз. А потом – мигнула черная точка траслокатора на краю рукотворной тверди. Одновременно с ней обновилась директива:

Секретный приказ «Транспортировка Ядра» выполнен.

И стало ясно, что мы достигли цели.

Звезда проглотила наживку.

Первыми, как и предсказывал Кастор, внутрь залетели разведчики. Двенадцать круглых дронов, размером с мужской кулак, экранированных от А-излучения и оборудованных многодиапазонными сенсорами. Точно такими же пользовался Легион – Схема производства была получена со Звезды, и если космо не изобрели ничего принципиально нового, обнаружить нас они не смогут…

Почти бесшумные левитирующие устройства разлетелись по всей экстрамерности, сканируя алыми и голубыми лучами чуть ли не каждый сантиметр. Скорее всего, они создавали 3D-слепок внутренней полости Осколка, который сейчас видели перед собой стратеги Звезды. Мы знали, что определить азур-сигнатуры под маскировочным эффектом Заклинателя Теней нереально, но все-таки испытали несколько неприятных секунд, когда один из дронов скользнул сканирующим лучом по грани, где затаился штурмовой отряд.

Никакой реакции. Он равнодушно пролетел мимо. Через некоторое время вся стайка собралась над Синей Птицей, тщательно просвечивая скелет корабля. Внутрь закрытого помещения с Ядром, естественно, они проникнуть не смогли и вскоре, закончив предварительный осмотр, синхронной стайкой исчезли в транслокаторе.

Я ощутил дрожь охотничьего азарта. Ведь следующим, если мы не ошиблись, появится должен был тот, кто имел право доступа к Ядру.

Долго ждать не пришлось. Через пару минут на транслокаторе появился человеческий силуэт. Он несколько секунд был неподвижен, словно осматриваясь, а затем двинулся вперед.

Командор Звезды. Да, как я и предполагал – тот самый координатор, что вел с нами переговоры. Очень высокая, сухопарая и тонкая фигура в старинном мундире Звездного Флота. Безупречная выправка и уверенная походка напомнили офицеров Легиона. Этот легко сошел бы за легата. У космо в Тимусе я такого не замечал – в большинстве своем трибуты Звезды казались неуклюжими созданиями.

Неужели все так просто? Когда он остановился перед закрытым отсеком, я приготовился отдать приказ Одержимым. Наш план заключался в нейтрализации командора внутри Осколка и последующем стремительном захвате Звезды. Космо, даже с поддержкой боевой техники, имели мало шансов удержать дюжину Инкарнаторов в открытой схватке. Узких мест было два – деактивация L-поля (но у меня имелось средство) и нейтрализация теоретического гранд-легата, способного управлять системой Стеллара.

– Внимание, всем приготовиться…

– Грэй, это ловушка! Он копия, голограмма! – взволнованно перебила Арахна.

И в ужасный миг я осознал, что она права. Наш план идет к черту. По легкому мерцанию и дрожи, пробежавшей по силуэту командора, чтобы сверкнуть в его руке материализовавшимся Ключом – не таким, как у меня, а древним механическим устройством, я тоже понял, что координатор – не настоящий.

Автономная голограмма, управляемая снаружи. Спроецированный трехмерный объект, обладающий физическими характеристиками. Такие овеществленные изображения могли создавать Техноманты, эта технология легла в основу создания двойников-эфемеров…

Настоящий командор где-то снаружи, это – подделка. Причем, скорее всего, способная воспользоваться ключом гранд-легата. Еще одна проверка внутренней безопасности Осколка. В нейтрализации голограммы не было никакого смысла, но и давать ей взаимодействовать с Ядром было нельзя – ведь неизвестно, на что способна такая проекция, существует риск, что могут слететь измененные Прометеем корневые директивы.

Терять было особо нечего. Я сосредоточился, активируя пси-поле и стремительным, мощным импульсом коснулся ложного командора. Да – голограмма – точно такая же, как у Орфея в секретных лабораториях – и точно такая же незримая нить, канал связи, ведущий к настоящему командору. Я скользнул вдоль нее, уходящей в транслокатор, преодолевая таким образом границы экстрамерного пространства подобно тому, как энергия по скрытому проводу проходит через глухую стену – и через секунду как будто оказался в ослепительном, сжигающем сиянии.

L-поле! Пси-импульс мгновенно погас, связь оборвалась, но этого оказалось достаточно, чтобы под веками ярко запечатлелась картина того, что было снаружи.

Черный космос, бело-зелено-голубой диск планеты, занимающий три четверти обзора. Колокол саркофага с Осколком в металлической клешне огромного манипулятора. Длинный гофрированный тоннель, уходящий к исполинскому ободу Звезды. Вблизи орбитал оказался кольцевой конструкцией, колесом с тремя спицами, очень похожими на символ Стеллара. Огромный серебряный тор с круглым утолщением в центре, где сходились «лучи» и поверхностью, состоящей из сложных технологических надстроек.

Мы находились в непосредственной близости от Звезды – и это означало, что в ход вступал запасной вариант, куда более рискованный для меня лично – но никакого выбора не оставалось! Если космо таким образом хотят спровоцировать возможный «сюрприз» городских Инков, значит, нужно дать им это сделать.

Когда дверь в отсек с Ядром Стелларом отворилась, и координатор Звезды вошел в помещение – там уже стоял я. Во плоти, безоружный, со скрещенными на груди руками. Мощнейший азур-нимб Стеллара полностью экранировал мое присутствие и не должно было возникнуть вопросов, откуда я здесь взялся. Лучшее место для засады – возле пламени свечи, и координатор Звезды понимал это, раз решил сначала использовать проекцию-двойника.

Ожидал ли он меня увидеть? Узкое лицо с запавшими щеками и тонкой прорезью рта не отразило ни малейших эмоций оригинала. Голограмма командора остановилась, глядя на меня.

– Я требую немедленную личную встречу с командованием Звезды! – спокойно и четко произнес я, – В противном случае…

Я вскинул Десницу, спроецировал луч «Дезинтеграции» в черную границу внутренней полости Осколка и закончил:

– В противном случае экстрамерность будет разрушена и здесь повторится Сибирский Инцидент.

Глава 20

Расчет был очень прост – космо не допустят разрушения Осколка в непосредственной близости от Звезды. Да, после дезинтеграции мы окажемся в зоне действия L-поля, но имеются способы его нейтрализовать. Может повториться Сибирский Инцидент в миниатюре, у них нет и не может быть стопроцентной уверенности в безопасности персонала орбитальной станции. А жизнью своего чистого генофонда космо очень дорожат. Поэтому, после моего обнаружения, у тайного гранд-легата остается только один, совершенно очевидный вариант…

Поддельный командор смотрел на меня без всяких эмоций. Затем тонкие губы-иголочки шевельнулись, и я скорее прочитал по их движению, чем услышал:

– Принять приказ. Принудительно активировать когитор. Перехватить управление носителем.

Все произошло моментально, не оставив и шанса. Вспыхнула иконка Мико. Виртуальная помощница только успела ойкнуть, испуганно зажав рот ладошкой – но мое тело тут же одеревенело, я перестал ощущать его, оставшись безмолвным наблюдателем в собственном носителе, не способным даже поворачивать глазные яблоки.

Мико: Грэй, это приказ. Я ничего не могу поделать, прости…

– Провести синхронизацию, – произнесла голограмма командора. Сомнений больше не было – он обладал возможностями гранд-легата! Мико, вздохнув, печально покачала головой. Виртуальная помощница теперь шарила в моем разуме, чтобы слить всю подноготную Инкарнатора Грэя.

Я знал, что это произойдет. Готовился к этому моменту. Единственное, что я мог сейчас сделать – это не думать. Вообще. Запретить себе вспоминать о событиях, произошедших без наблюдения Мико. Забыть о словах Кастора, засаде Одержимых в Осколке и собственных планах. Взаимодействие Инков с системой Стеллара и исследования Одержимых подтверждали, что события, произошедшие в период отключения нейросети, теоретически можно скрыть.

Я также знал, что Прометей защитил информацию от подобного взлома. Прямо сейчас, вообще без моего участия должна была взорваться бомба, которая уничтожила личность Немезиды. Сможет ли гранд-легат обнулить гранд-легата, действуют ли директивы администраторов системы друг на друга? Мой предшественник обнулил себя, так что теоретически это возможно. Но на практике…

Мико: Грэй, это невозможно, но…

Нет. Нейропломба Прометея не сработала. Он прервал ее своей, на полуслове, как уверенный взрослый – ребенка. По гримасе и словам Мико я понял, что встретил кого-то, занимающего более высокую ступень иерархии в системе Стеллара.

– Изменение стандартных алгоритмов когитора с помощью нейропломб? – без выражения произнес координатор, – Стоп. Остановить синхронизацию. Прекратить передачу данных. Следовать за мной.

В его мимике наконец-то промелькнуло нечто человеческое. Не обращая внимания на сияющее Ядро в трех шагах, он развернулся – и пошел обратно, к точке входа в Осколок.

И я шагнул следом. Первые несколько движений были деревянными, скованными, будто сосредоточенная нейросеть подлаживалась под управление человеческим телом – но затем, с каждой секундой они становились все более ловкими. Пожалуй, когиторы действительно могли при необходимости заменить Инкарнатора, и наверняка существовали прецеденты, когда они делали это – вот только разглашение было полным табу системы Стеллара по вполне понятной причине – Инки бы начали искать способы избавиться от таких «помощников»…

Мико: Грэй, все не так. Что же ты наделал…

Я молчал. Звенящая пустота в голове. Нейросеть сейчас была врагом – и она поняла мой настрой, замолчала, сосредоточилась на выполнении чужого приказа.

Транслокатор. После мягкой полутьмы экстрамерности резкий свет ослепил. Выход находился на внешней площадке черной глыбы Осколка, под низким серебряным сводом саркофага.

Здесь царила невесомость – ведь мы находились за пределами орбитала. И, вероятно, было адски холодно, потому что зрение слегка затуманилось, а ресницы заледенели. Саркофаг был герметичным, космо вскрыли его, но воздух внутри сохранился, потому что я мог дышать. Вокруг, тщательно сканируя, завертелись все те же дроны.

Потеряв вес, я воспарил, но пальцы Мико ловко схватили струну троса, натянутого от ограждения площадки и исчезающего в устье отверстия, ведущего в гибкую гофрированную трубу, которая связывала пойманный манипулятором ларец с Ядром и орбитальную станцию.

Голограмма шла впереди, опровергая все законы физики и не оборачиваясь. Я парил сзади – Мико неожиданно быстро приспособилась и направляла траекторию движения вдоль каната, используя руки и толчки ногами от ребристых соединений тоннеля. Пройдя трубу перехода, мы миновали промежуточную камеру. Здесь под шипение и лязг толстенных шлюзовых люков вернулась гравитация. Мы оказались в огромном ангаре с сомкнутой зубчатой пастью гермозатвора. По серебристому металлу бежали полустертые алые буквы на трех основных языках Утопии, а справа и слева виднелись посадочные стапели со стреловидными силуэтами боевых флаингов в раскраске и символике Звездного Флота. Пять штук – стандартная эскадрилья.

Тут же находились встречающие лица. Напротив прохода застыл паукообразный «Захватчик» – устрашающий абордажный бот, брат-близнец того, что разгромил Энджело. С ажурных ферм держали на прицеле десяток автоматических турелей, а довершало это великолепие не менее тридцати «Майлзов», рассредоточившихся вокруг. Они были прекрасно вооружены и экипированы в «Аресы» и «Ахиллы» – альфа-снаряжение, доступное лишь элите Легиона.

Ко мне шагнул космо – непропорционально худая фигура внутри громоздкого экзоскелета. Сквозь забрало виднелось костистое лицо и испуганные глаза.

Мико: Грэй, приказано оставить здесь все оружие и снаряжение…

Я с тоской наблюдал, как в бериллиевом хранилище исчезает вся моя экипировка. Кольцо-криптор и его содержимое, включая азур-артефакты, «Аватар» и даже Десница Прометея. На мне остался лишь эластичный комбинезон. Космо провел вокруг меня чем-то вроде азур-индикатора, и, видимо, оставшись довольным, отступил в сторону.

Не думать. Так надо. Я шел по шестиугольные переходам, очень напоминающим «Мстящий». Лаконичная простота Утопии, стилизованный символ Звездного Флота на переборках, короткие стрелки-указатели с надписями вроде «Причал 02», «Транслокатор», «Стыковочно-складской модуль». Многочисленные гермостворки исправно работали, везде царил идеальный порядок, хотя по некоторым деталям – вытертым напольным плитам, царапинам на стенах и изношенным поручням можно было понять, что внутренностям орбитала очень много лет. На перекрестках застыли космо в экипировке Звездного Флота и прозрачных лицевых масках. То, что они боялись, было видно даже невооруженным взглядом. Возможно, я единственный гость за Земли за очень, очень долгое время…

Помещение, где я оказался, выглядело схожим с капитанским мостиком. Огромный купол, ведущий в черную глубину космоса, к бело-голубому диску Земли, покрытому завихрениями облачности. Большой полукруглый терминал в центре, приподнятый на пьедестале – и много других поменьше, за ним.

Тут никого не было, кроме высокой и худощавой фигуры координатора, со сложенными за спиной руками застывшего у звездного купола.

– Итак, – сказал он, не оборачиваясь, – Зачем ты вернулся?

Мико: Речевые функции восстановлены. Ты можешь говорить, Грэй!

Видимо, только они, потому что тела я по-прежнему не ощущал. Но лицевые мышцы и речевой аппарат работал, как и некоторые функции осязания. Неприятный привкус искусственного воздуха защекотал небо. Я кашлянул и хрипло выговорил:

– Вернулся?

– Да, вернулся. Не помнишь? Твоя старая память стерта не просто так. Ты ведь догадываешься, зачем он хотел скрыть от тебя ключевую информацию?

– Я догадывался, что раньше бывал здесь, – признал я, – Ведь только поэтому ты не обнулил меня сразу?

– Дело не в сентиментальности, – бесстрастно ответил командор. – Мне нужна от тебя информация. Ты можешь о ней не знать, но догадываться. Он попытался скрыть ее от таких, как я.

– О таких, как ты? От других гранд-легатов?

– Нет. Гранд-легатом в прошлом был ты. Вернее, не ты – а тот, кто придумал все это, тот, кто создал тебя таким, каким ты себя сейчас знаешь. Если ты считаешь, что действуешь по собственной воле – то очень серьезно ошибаешься. Ты марионетка, идущая по цепочке спрогнозированных и запущенных им событий. И запланированный финал весьма печален для тебя лично. Ты это осознаешь?

– Вполне, – сказал я спокойно, – Так кто же ты такой, командор Звезды?

Он повернулся ко мне – высокий, худощавый и очень прямой. Черно-синяя форма Звездного Флота с серебряными звездами координатора на воротнике. Полностью лишенный растительности череп и длинное лицо принадлежали типичному космо, но они не могли скрыть достоинства и харизмы того, кто смотрел на меня через эту маску.

– Пожалуй, рассказывать будет долго, – ответил он, – Чтобы ты понял, лучше кое-что показать.

Мико: Принят видеофайл. Начинаю трансляцию.

Через секунду меня накрыло.

Дежавю. Я находился в той же самой командной рубке. Но вид был совершенно иным, Звезда располагалась под другим углом – огромный обзорный экран открывал вид на часть орбитального тора и отдаленный, тающий в голубом мареве зазубренный диск Черной Луны. Он дрожал, окруженный огненным ореолом и визуально различимым шлейфом мелких и крупных осколков. А вот Земля внизу выглядела иначе, странно, она казалась не бело-голубой, а покрытой сплошными пятнами грязно-желтых облачных разводов, за пеленой которых то и дело вспыхивали мерцающие проблески. На поверхности как будто что-то беспрестанно взрывалось или бушевали исполинские пожары.

Тот, чьими глазами я смотрел, не мог отвести взгляда от планеты. Боковым зрением справа и слева угадывались терминалы, за которыми находились люди в обмундировании Звездного Флота. Я был одним из них. А перед нами, слегка заслоняя обзор – стоял человек, в котором я мгновенно опознал командора Звезды.

Нет, сейчас он не был космо. Благородная седина, нос с горбинкой и резкие черты лица делали его похожим скорее на древнего римского сенатора. Изменился и мундир – жесткий, стоячий воротник был полностью покрыт вязью серебряного орнамента. Узор стилизованных созвездий оплетал плечи и грудь, а тройная планка с миниатюрами древних фалер безошибочно выдавали чин.

Гранд-координатор. Высшая должность времен Утопии. Насколько я помнил из краткого курса Тимуса, во времена поздней Утопии военные и гражданские гранд-координаторы, «объединяющие усилия», входили в общий совет, который был верховным органом власти на Земле.

Лицо и тело можно изменить. Но поза, осанка, взгляд, жесты – все это безошибочно свидетельствовало о том, что передо мной именно он. Значит, подозрения были обоснованы – внешность космо просто маскировка для отвода глаз. Но повадки и харизму из себя не вытравишь. На самом деле, как бы дико это не звучало – он бессмертный Инкарнатор, уже сотни лет командующий орбитальным комплексом. Тот самый невидимый кукольник, стоящий за ширмой и дергающий ниточки событий.

А за иллюминаторами орбитала – гибнущая после Импакта Земля.

…планетарная А-катастрофа масштаба Красной Тревоги. Положение складывается так, что самые негативные сценарии кажутся мечтой. На данный момент прогноз выживших – менее десяти процентов популяции и эта цифра продолжает снижаться. Ждать больше нельзя. Мы находимся в ситуации «Рагнарок». Принято решение немедленно активировать все имеющиеся протоколы. Эти задачи придется выполнять непосредственно вам. Прошу выслушать приказы…

Гранд-координатор говорил, как будто рубил словами воздух. Лицо его было угрюмым, глаза горели. Даже мне, постороннему наблюдателю, передалась напряженная и гнетущая атмосфера, царившая в рубке. После его слов откуда-то сзади меня послышался мужской голос:

– Разрешите обратиться, сэр! А что насчет остальных?

– Мы не знаем, что с ними. Все орбитальные комплексы уничтожены. Связь с Центром установить так и не удалось. Вы видели донесения и то, что творится на поверхности. Скорее всего, мы – последние, и именно нам предстоит разгребать все это дерьмо.

Он замолчал и еще раз обвел суровым взглядом слушателей. Их было немного, семь-десять человек, точнее сказать сложно – Прометей неотрывно смотрел на гранд-координатора и Землю, окутанную пылью и дымовыми облаками.

– Итак, первое и самое важное. Елена! – он обратился к темноволосой, коротко стриженой женщине, стоящей за терминалом справа и чуть впереди, – Первоочередная задача твоей группы – высадится в районе базы «Стеллар», найти и взять под контроль бункер с Синей Птицей. Думаю, не стоит пояснять, зачем это нужно? По последним данным – космодром уцелел, тектоническая активность низкая, азур-фон почти отсутствует. Осторожнее с выжившим персоналом, там могут быть проблемы. На базе протестируйте оборудование и начинайте расконсервацию Ядра. Как только вы сделаете это и выйдете на связь – мы запустим «Инкарнацию» через всю уцелевшую транслокационную сеть и орбитальный ретранслятор. В дальнейшем на тебе организация и защита базы «Стеллар». Там будет наш основной аванпост, где можно развернуть военную, научную и производственную базу.

Он перевел взгляд на меня и продолжил:

– Дальше. Ты спускаешься вместе с группой Романовой и на первых порах помогаешь ей. После запуска «Инкарнации» и создания аванпоста ты должен сформировать поисковые партии для сбора и организации новых Инкарнаторов. Сеть работает фрагментарно, но мы не должны пустить этот процесс на самотек. Вербуй и привлекай их любыми способами. Кроме того, необходимо найти уцелевшие терминалы и полностью восстановить транслокационную систему Стеллара. Понимаю, что это одна из самых сложных и опасных задач – но поручить ее больше просто некому. Для остальных есть еще более… безнадежные задания.

Договорив, координатор позволил себе горько улыбнуться, но тут же снова сурово сжал губы.

Мой носитель коротко кивнул, подняв руку в знакомом легионном жесте. И поймал пронзительно-синий взгляд обернувшейся брюнетки с короткой стрижкой. Если представить ее с гривой отросших волос, усталыми морщинками в уголках глаз, то один в один угадывалась более молодая и благополучная копия той самый Элен-Элейны из предыдущего видения Прометея. Значит, Белая Звезда, как и сам Прометей – тоже посланница Звезды? Я не понимал, как такое возможно – ведь выходило, что это задание они получили еще до запуска «Инкарнации»?! И, значит, именно они и были теми, кто расконсервировал Ядро Синей Птицы и активировал протокол создания тысяч новых бессмертных?

Тем временем гранд-координатор продолжал, обращаясь к следующим, невидимым мне людям:

… схема расположения ковчегов проекта «Ной». Но расконсервация водных колоний должна произойти не раньше, чем тектоническая активность снизится до приемлемого уровня. Задача понятна?

– Алекс, ты отвечаешь за спасательную экспедицию в Центр и места падения Звезд. Возможно, выжил кто-нибудь из высшего командования. Также твоей группе, больше просто некому, нужно проверить сохранность резервных баз Звездного Флота и складов длительного хранения планетарной обороны.

– Мигель, на тебе плотное изучение ксено-угрозы и азур-эффектов, возникающих на поверхности в условиях Красной Тревоги. Необходимо выяснить свойства измененной материи и степень исходящей от нее угрозы. Действуй осмотрительно, это крайне опасная задача.

– Следующее задание. Братья Чен! Ваша группа должна разобраться с Кольцом. Как вы знаете, проект «КОСМО» считался наиболее перспективным защитным протоколом. «Хельга» успела покинуть Кольцо, но «Гедеон» по-прежнему находится в причальной секции. Очевидно, они потеряли время, пытаясь эвакуировать гражданских. Визуальных повреждений нет, но азур-фон очень высокий. Ваша задача – высадится в Кольце, выяснить судьбу командования и гражданского населения, проникнуть на борт «Гедеона», проверить исправность корабельных систем и степень азур-заражения криогенных капсул. Произвести необходимую отбраковку и вывести ковчег в открытый космос, заглушив все сигналы транспондеров. В дальнейшем – действовать согласно инструкциям протокола «КОСМО».