Текст книги "Стеллар. Компиляция. Книги 1-9 (СИ)"

Автор книги: Роман Прокофьев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 149 (всего у книги 187 страниц)

Интерлюдия. Ожог

Человек говорил на странной, искаженной версии глобиша. Триста с гаком лет – вполне достаточный период для формирования диалектов. Новояз Мира-Кольца изобиловал множеством слов и понятий, имеющих лишь отдаленный аналог в моно-языке Земли. Наладить контакт удалось только с помощью когитора и после того, как пленник понял, что странные говорящие «шивы» не собираются немедленно резать его на куски. И все равно общение шло с большим трудом.

Его звали Кен Даррел – вполне человеческое имя. Странное прозвище «Штифт». Он принадлежал к потомственной общине «техмастеров», обитателей неких Кругов и Отрезков. Основной задачей и жизненной целью техмастеров, они же «трассеры», было поддержание исправности Трассы, Подъемников и Изнанки – как поняли Ожог и Ярость, магнитных лифтов и основных контуров системы жизнеобеспечения. Общины техмастеров делали это не просто так, а на основании древних договоров с Центром Эвакуации, Третьим Кругом и Длинным Лесом, получая в обмен какие-то жизненно важные ресурсы. Своеобразный симбиоз, сложившийся на основе взаимных интересов. Штифт не знал (или не хотел рассказывать), откуда пошел этот порядок, ставший неизменным образом жизни для следующих поколений. Согласно интерпретации когиторов, после катастрофы выживший технический персонал взял под свой контроль главные узлы вокруг кислородных фабрик, коллекторов обратной очистки и резервных реакторов терморегуляции. Без их стабильного функционирования орбитальная станция была бы обречена. Сложно представить масштаб подвига и принесенные в жертву жизни, но им это удалось – скорее всего потому, что внешние повреждения Мира-Кольца были незначительны в общем масштабе конструкции, а система жизнеобеспечения имела огромный запас прочности и дублирующие контуры. Сейчас Ожог и Ярость видели перед собой потомка тех древних техников, сделавших миссией своих потомков поддержание жизненно важных артерий орбитальной станции. Оставалось только догадываться, сколь колоссальную работу они проделали. Команды техмастеров путешествовали через мертвые сектора, прозванивая обрывы коммуникаций и ремонтируя повреждения. Очень рискованная работа – судя по судьбе спутников Даррела, ведь в заброшенных лабиринтах их поджидало множество опасностей.

Например, Уроды, расплодившиеся в Изнанке. Азур-мутанты, такие, как Ожог и Льдинка.

– Вы… сбежали из Инкубаторов? Или… из питомников Культа? – предположил Штифт, тоже внимательно изучающих своих спасителей, – Откуда вы? Я никогда не видел так складно шпарящих Уродов… Ты говоришь… Как … древняя запись.

– Мы вообще не Уроды, – резко возразила Ярость.

– Весьма спорное высказывание, – заметил Ожог, зазубренным ножом заостряя толстые роговые когти. Он искоса поглядывал на пленника и анализировал информацию с помощью нейросети, поручив основную болтовню напарнице.

– Из… дальних Радиусов? За Разрывом?! Но как добрались сюда?

– Мы вообще не с Мира-Кольца, – прервала его Ярость, – Мы прилетели с Земли!

Пленник, уже полностью пришедший в себя, поперхнулся и уставился на нее с неподдельным изумлением. Затем криво усмехнулся – похоже, счел сказанное за плохую шутку. И осторожно проронил:

– Земля… это легенда…

– Нас оттуда привез космический корабль. Ты знаешь, что такое космический корабль? Но при высадке произошла авария. И мы оказались тут.

– Я… не понимаю, – сдался пленник, – Как это возможно? Земля… выжила? Там сохранилась жизнь?

Ярость кивнула, не сводя с него немигающих алых глаз.

– Но тогда почему… никто не прилетал раньше? Почему на сигналы Центра Эвакуации никто не отвечает?! Или там… все такие… как вы?!

– Нет. Это долгая история, – прервал напарницу Ожог, – Расскажи о другом. О людях, носящих вот этот знак.

Он сомкнул пальцы и продемонстрировал открытую ладонь, слегка измазанную кровью. На символ на доспехах людей, преследующих их при высадке, она походила лишь отдаленно, но пленник все понял без лишних объяснений. И с явной неохотой ответил:

– Длань. Ты говоришь о слугах Длани. Они живут в Центре Эвакуации.

– Длань, – задумчиво произнес Ожог, будто пробуя слово на вкус, – Что это за люди?

– Это… не только люди, – поежился бывший пленник, – Среди них есть всякие. Много старых эрго, много пришельцев из-за Мертвой Пустоты… Много странных. Я не знаю. Они не пускают к себе никого.

– Кто ими управляет? Король, архонт, президент? Есть кто-то главный?

– Длань и есть главный.

– Длань – это человек? Лидер?

Штифт с некоторым, почти суеверным ужасом посмотрел на них. Сделал какой-то странный знак правой рукой и очень неохотно проговорил:

– О нем… лучше не говорить.

– Почему? – усмехнулась Ярость.

– Он может услышать. Ему служат… невидимые твари. Он посылает их… если хочет убить кого-то.

Ожог с Яростью переглянулись. Кажется, они на шаг приблизились к ответу, кто держал поводок азур-твари, атаковавший их у причальной секции.

– Значит, Длань, – Ожог поиграл кинжалом и неожиданно перебросил его Ярости, а та с такой ловкостью поймала и крутанула, что у Штифта зрачки расширились от удивления. – Расскажи-ка поподробнее…

«Техмастер» рассказал немногое. Длань существовала всегда, как и ее загадочный лидер, вызывавший у обитателей Мира-Кольца нечто вроде мистического страха. Его никто видел, но все о нем слышали. Бессмертное полубожество в Центре Эвакуации, обладающее сверхъестественными способностями. Ему подчинялись и люди со знаком красной ладони, наиболее технические подкованные и влиятельные в Мире-Кольце, и призрачные сущности, которые иногда появлялись во внутренних секторах, чтобы покарать банды в заброшенных секторах ближайших Кругов или проредить поголовье Уродов.

– Отлично. Теперь следующий вопрос, – Ожог подал незаметный знак Ярости и напарница сделала движение столь стремительное, что заметить его было невозможно. У кадыка Штифта замер зазубренный трофейный кинжал. – Ты жить хочешь?

Кадык пленника судорожно дернулся, он сглотнул, с ужасом глядя на Инкарнаторов. Конечно, техмастер не знал, кто они такие, но подсознательно очень хорошо ощущал – с ними что-то не так.

Ожог решил, что небольшая демонстрация силы не повредит. Штифт ему не нравился – слишком подозрительно бегали его глаза, слишком сильно пахло от него страхом: такой предаст при малейшей возможности. Или заведет в ловушку, сдаст людям Длани – если страх, внушаемый новыми спутниками, не перевесит потенциальную выгоду.

– Хочешь, – удовлетворенно кивнул Ожог, – Хорошо. Платой за твою жизнь будет небольшая работа. Ты проводишь нас к Центру Эвакуации. Покажешь, где обитает эта ваша… Длань.

Через некоторое время они двинулись в дорогу. Мир-Кольцо – огромно, и пеший переход до ближайшего Круга, по словам Штифта, займет не меньше суток, а судьба Льдинка висела на волоске. Если загадочный Длань – Инкарнатор или сильный азур-одаренный, кто знает, что придет ему в голову.

Ржавый, затхлый лабиринт Изнанки казался бесконечным. Они шли, лезли, карабкались и ползли, порой пробираясь жутковатыми крысиными лазами. Штифт вел их тайными тропами техмастеров, приглядываясь к старым отметкам, с помощью специальных ключей открывая технические колодцы с древними, доисторическими механическими замками. Сами, без проводника, двигаясь наугад, Ожог и Ярость потратили бы в несколько раз больше времени. А так – уже через десять часов они выбрались сквозь шлюзовую камеру и оказались в длинном, заваленном хламом коридоре, в конце которого виднелись огромные обесточенные гермоврата. В узкую щель лилось мрачное багровое сияние.

– Там – начинается Второй Круг, – пояснил Штифт, – Нам надо его пройти. Включить Подъемник. И подняться в Обсерваторию. Оттуда попадем в ближние радиусы Центра Эвакуации…

Они прошли по коридору, протиснулись между разжатыми створками, навстречу неприятному тусклому свечению.

– Астра фатида! – выругалась Ярость, когда наконец осознала, где они очутились. А Ожог ни произнес ни слова – просто жадно смотрел. Они стояли в начале дороги, огромного ажурного моста-виадука, идеальной стрелой идущего к центру города, чтобы влиться там в кружево себе подобных.

Город. Огромный мегаполис прямо внутри орбитального кольца. На взгляд Ожога – ничуть не меньше того единственного Города на Земле, который он видел. Спроектированный и построенный в виде идеальной окружности, и стало ясно, откуда взялись все эти странные термины – Круги, Радиусы, Отрезки. Строгие геометрические формы. Стоэтажные мегабашни, идеально прямые стрелы шоссе и кружево виадуков между ярусами. Пространство, где находился город, представляло собой огромную полость – наверное, толщиной в сечение орбитального обода. Его края терялись в туманной дали, а «небо» хитроумные создатели Мира-Кольца спроектировали таким образом, что оно казалось (или было?) громадным окном в открытый космос. Настоящим – потому что вид на убегающую дугу разрушенного кольца и трепещущий огонек иглы взорванного реактора был абсолютно достоверным, и создал атмосферу настолько мрачную, что у Инкарнатора на мгновение перехватило дыхание.

Город был разрушен и брошен. Мертв уже давно, очень давно – а может, никогда не начинал жить по-настоящему. Небоскребы зияли черными провалами выбитых окон, мосты, разъезды и ажурные виадуки щерились оборванными краями. На пустых улицах лежали груды хлама и обломков, перевернутые мобили, внутренности некоторых ярусов казались вывернутыми наружу. Ожог заметил и следы боев – воронки, полностью выгоревшие здания, и даже скелет скоростного вагона монорельса, сорванный с опор и забаррикадировавший проспект.

– Как назывался этот город?

– Город? Это Круг. Второй Круг.

– Здесь живет кто-нибудь? – спросила Ярость.

– Не, – Штифт мотнул головой, – Энергии давно нет. Когда-то кто-то жил, говорят. Потом разбежались…

– Опасности есть?

– Под ноги смотрите, – бросил проводник, – Много провалов. Иногда забредают серчеры из Радиуса или Уроды. Могут быть патрули Длани. Или твари из Длинного Леса. Но мы должны их услышать.

– Серчеры? – переспросил Ожог, поймав незнакомое слово.

– Люди из дальних Радиусов. Ищут всякие штуки. Но тут давно все выгребли. Этот Круг ближайший к Эвакуации. Проходной.

Здесь было ощутимо холоднее, а воздух казался разреженным и будто пощипывал горло. На ходу Ожог проверил с помощью «теневого локатора» окрестности. Дальности хватило лишь на часть сектора, в нем было пусто. Кажется, техмастер не врал. Однако Инкарнатор продолжал наблюдать за каждым его шагом – сейчас они находились на хорошо знакомой Штифту территории. Видно было, что проводнику не по себе. Он нервничал – то ли из-за их присутствия, то ли по другой, пока непонятной причине.

Манипуляторы и кошки техмастера оказались хорошим подспорьем. Он двигался едва не быстрее их, легко преодолевая провалы и техногенные разломы. Но и Ожог и Яростью не отставали, используя хорошо развитые и очень ловкие тела. Спуститься по фермам рухнувшего виадука с головокружительной высоты – нет проблем. Преодолеть трехметровый разлом – легко. Инки и сами наслаждались свободой и силой новых организмов. Плохо было другое: слабое А-излучение постепенно сошло на нет, а значит, их дальнейшее развитие временно остановилось.

Город выглядел огромным сверху и оказался еще больше в реальности. Он состоял из нескольких вложенных друг в друга колец – паркового, сейчас пустого и мертвого, производственного, жилого, развлекательного…Их пронизывали радиальные спицы проспектов и восьмерки запутанных хайвеев. Наверное, здесь могли жить миллионы людей. Несколько часов они шли в тени огромных и мертвых зданий, поднимаясь и спускаясь с яруса на ярус, и им не было конца. Штифт вел их известным только ему маршрутом. Ожог и Льдинка косились на непривычные конструкции и архитектурные формы, отличавшиеся лишь степенью запустения. Здесь все было разграблено, очень многое – разбито и демонтировано, кучи хлама и разнообразного мусора виднелись повсюду. Как и в древних мегаполисах Утопии, добычей мародеров стало все, что может быть пищей универсальных Репликаторов. Металл, пластик, дерево, ткань, керамика, и особенно – электроника и сложные устройства давным-давно исчезли из жилищ и общественных пространств. Ярость и Ожог вертели головами, пытаясь отыскать что-нибудь полезное, но увы – до них тут побывало множество охотников.

Ничего ценного. Никого живого. Вымершие, разграбленные каменные мешки. Сложно было даже представить, сколько ресурсов пошло на создание всего этого. Ожог хоть и понимал, что все на Мире Кольце, от винтика до небоскреба, создано с помощью завезенных Репликаторов, а основной материал для них, скорее всего, добывали в астероидном поясе, а не тащили с Земли, голова шла кругом от невероятного масштаба города, пребывавшего в запустении. Как высоко находилась человеческая цивилизация, способная на такое, и как низко она пала…

На привале проводник неожиданно попытался завязать с ними разговор. В пути он молчал, в пустом городе эхо разносилось очень далеко, но сейчас неожиданно спросил, глядя, как они жадно подкрепляются сушеными насекомыми, прихваченными в пещерах каннибалов.

– Значит… вы с Земли?

– Да. С нее самой, – усмехнулась Ярость.

– И как… там?

– Примерно как у вас здесь. Где-то хуже, где-то лучше. Но в среднем – так же, – ответил Ожог.

– Но вы… прилетели… значит…

– Что?

– Что нас спасут. Эвакуация…

– Что ж, это, наверное, возможно, – сказал Ожог, размалывая очередную сушеную «блоху» крепкими челюстями. – Хотя я не уверен на все сто процентов. В любом случае это решать не нам. Наша задача: добраться до вашей Длани.

– Длань… может вас убить. Он… не любит Уродов.

– Ничего страшного, – зевнула Ярость, – Нам уже не привыкать.

– Расскажите мне… о Земле… – попросил проводник.

А им было нечего ему рассказать. Оба Инка мало что видели, кроме Тимуса и его преподавателей, Города на горизонте и парочки учебных рейдов. Все их собственные знания о Земле, по сути, были основаны только на видео и информации из вокс-сети. Только сейчас Ожог осознал, как мало они знают о том мире, из которого пришли. Немногим больше, чем о Мире-Кольце.

Подъемник представлял собой высокий круглый постамент, находящейся на огромной площади-перекрестке в геометрическом центре города. С четырех сторон на него всходили широченные лестницы, когда-то украшенные стелами и монументами, а сейчас выщербленные и разбитые. Все вокруг выглядело так, будто когда-то стало ареной многодневных кровопролитных сражений – даже ближайшие здания были превращены в выгоревшие руины. Ожог ощутил неясное беспокойство, но Штифт уверенно шел вперед.

Круглая площадка на постаменте за многослойной решеткой-оградой выглядела идеально ровной и подозрительно целой. На нее можно было загнать центурию легионеров, и еще осталось бы место для парочки «Микадо». На краю платформы виднелся монолитный терминал. Нейросеть подсказала, что Ожог видит перед собой городской транслокатор – механизм Утопии для мгновенных перемещений в пространстве. Неужели он до сих пор сохранил работоспособность?

Он первым подошел к терминалу. Знакомая консоль Утопии – их обучили пользоваться такими в Тимусе. Но эта не откликалась, мертвая, обесточенная, полуразбитая. Странно, что она вообще уцелела…

– Энергии нет, – ответил проводник на заданный вопрос. Он изучал манипуляции Ожога с неподдельным интересом, – Но… я могу его включить.

– Как?

– Секрет трассеров, – сказал Штифт неожиданно жестко, и стало ясно, что речь идет о подобии религиозного запрета. Его община наверняка использовала свои знания как дополнительный козырь, и в глазах неосведомленных казалась волшебниками.

Секрет оказался прост. Техмастер нашел незаметный люк на боковой поверхности транслокатора, почти сливавшийся со стеной. Открыл его с помощью своего манипулятора – внутри оказался аварийный порт. Штифт подключил к нему странное проводное устройство из своего арсенала и начал что-то вбивать на нескольких полустертых клавишах. Видя, что Ожог и Ярость наблюдают, свирепо загородился плечом. К большому удивлению Инкарнаторов, на дисплее порта – и устройстве проводника заплясали алые индикаторы – что-то сработало. Вот только что? Нейросеть не прояснила ситуацию:

Грэйс: Произведен ручной ввод неопознанного цифрового кода в коммутатор вокс-передатчика. Цель неизвестна. Скорее всего, передача сигнала. Возможно, для включения подачи энергии. Возможно, для других целей.

– Что ты делаешь? – мягко спросил Ожог, в то время как Ярость сзади схватила проводника и просунула зазубренный клинок ножа под подбородок. Одно движение – и все.

– … Включаю… Подъемник… – прохрипел Штифт.

В этот момент по периметру транслокатора пробежала цепочка светящихся огней, а постамент окружил цилиндр силового поля. Древний механизм действительно включился.

Только не совсем так, как рассчитывали Инкарнаторы. Через несколько секунд на матовой поверхности материализовались три человеческих фигуры, вернее, четыре, четвертым был парящий над ними дрон. Серая броня «Вульфов», алая ладонь на сплошных шлемах, тяжелые энергетические винтовки, уже взятые на изготовку.

Патруль Длани. И разговаривать они не собираются, понял Ожог, видя, как оружие в руках противников выплевывает голубые огненные вспышки.

Интерлюдия. Ожог

Ожог среагировал скорее рефлекторно, чем сознательно. Он мгновенно шагнул в тень, сумев дезориентировать стреляющих. Раскаленные импульсы с шипением прошли мимо, в каких-то долях дюйма разминувшись с головой и правым плечом. Успел!

Он видел, что Ярость в длинном кувырке-перекате тоже увернулась, используя как щит Штифта. Отшвырнула его в группу противников, и тут же бросилась в атаку, молниеносно обрушив на одного из нападающих полюбившейся ей монструозный дикарский топор.

Ожог мгновенно сообразил, что все их шансы – в рукопашном бою накоротке, где энергетическое оружие бойцов Длани не будет иметь значения. Иначе просто расстреляют, как ни крутись. Он выскользнул из маскировки секундой позже напарницы, оказавшись за спиной врага. Грэйс подсвечивала уязвимые точки «Вульфов» – и он без колебаний ударил ножом в шею, в узкую полоску сочленения между обрезом шлема и защитной пластиной брони. Хорошо ударил, всадил практически по рукоять. Солдат, коротко всхрапнув, рухнул лицом вниз. Тот, которого приложила Ярость, уже дергал ногами.

Двое врагов были повержены в первую же минуту схватки. А вот третий оказался крепким орешком. Он заблокировал удар Ярости своей энерговинтовкой и следующим движением ловко обезоружил напарницу. Очень опасный противник – его слитные, быстрые, точные приемы впечатляли. Ожог бросился к нему, заходя так, чтобы не дать выстрелить, но не успел, несмотря на помощь нейросети.

Дрон. Забытый дрон тоже пальнул сверху – чем-то вроде обездвиживающего электрического разряда. Он содержал А-поражающий фактор: интерфейс Стеллара замигал, свидетельствуя о сбое, трехмерная проекция-прогноз Грэйс на мгновение исчезла. Инкарнатора парализовало, он мешком свалился прямо на труп только что убитого врага. Тем временем ловкий боец Длани, сцепившийся с Яростью, ухитрился отбросить девушку, стремительно развернулся и выстрелил в нее. Тело напарницы прожгло навылет, она рухнула, как подкошенная.

Дрон закружился над Штифтом – каким-то чудом техмастеру удалось уцелеть в короткой схватке. Солдат противника еще раз, в упор выстрелил в дернувшееся тело Ярости. Затем, поднимая ствол, шагнул в сторону парализованного Ожога.

И не обнаружил его на месте. А мгновением позже Инкарнатор, оказавшийся совсем в другой стороне, чиркнул его по шее зазубренным клинком. Воскресший Ожог торопился, и попал не туда, куда целил, однако сразу понял – что-то пошло не так. Он как будто пытался прикончить железную статую – лезвие заскрежетало по твердому, неподатливому материалу, погрузившись в плоть на жалкие полдюйма. На самого бойца ранение не произвело никакого впечатления – он лишь слегка покачнулся, сокрушительно мощным ударом приклада выбил из обескураженного Ожога воздух и в упор выстрелил в него, второй раз за минуту отправляя на тот свет.

На этот раз смерть сопровождалась яркой и ощутимой болью. Свет вспыхнул и погас, Грэйс тут же запустила инкарнацию, потому что нельзя было терять ни секунды. Ярость, воспользовавшись нападением напарника, тоже воскресла, и подхватив свой топор, нанесла удар с неожиданной стороны. На этот раз она активировала «Концентрацию Ки», потому что серый шлем бойца Длани лопнул, как гнилая тыква. Любого человека это отправило бы к праотцам, но враг умудрился устоять на ногах, рухнув на колено. Вновь вступивший в бой Ожог попытался выбить у него оружие, но не смог – железная хватка противника не ослабевала. К счастью, Ярость уже поняла, с кем имеет дело – и несколькими страшными ударами, нацеленными в голову и усиленными энергией «ки», все-таки повергла врага наземь. Кажется, она завелась. Почти минуту они с Ожогом ожесточенно добивали пытающегося подняться бойца Длани – пока он не замер неподвижной измочаленной куклой.

Все. Дрона напарница прикончила метким броском, пока он находился в секундной отключке. Оба Инкарнаторы тяжело дышали – схватка вышла непростая. Ожог осторожно повернул ногой деформированную, обезображенную голову третьего противника.

Ни малейшего следа крови. Неестественно бледная порванная кожа. Вывалившиеся из глазниц окуляры, дымящаяся высокотехнологичная начинка в пробитом пласталевом черепе.

Боевой синтетик. По оценке нейросети – класса «Майлз». К счастью, им удалось повредить позитронный процессор, находящийся в затылке, другим способом вывести из строя андроида бы не получилось. Разозленная Ярость довела дело до конца, несколькими мощными ударами окончательно сплющив голову синтетика.

А Ожог тем временем за шиворот тащил верещащего Штифта. У него почти не оставалось сомнений, что патруль появился из-за сигнала техмастера. Это произошло очень быстро – значит, пост Длани находится прямо у второго транслокатора. И оттуда в любую секунду может появиться подкрепление!

– Вырубай! Быстро! – он для верности приложил предателя лицом о стену рядом с аварийным портом. Несильно, просто чтобы Штифт понял, что шутить они не намерены. Тот позеленел и весь трясся, но приказ выполнил: через несколько секунд активированный телепорт погас.

– Ты позвал их сюда? Говори?!

– Нет! Это не я! Это просто случайность!

– Да он нас за идиотов держит! – с постамента мягко, бесшумно спрыгнула Ярость, – Какая, астра фатида, случайность?!

Она опустила трофейную энерговинтовку и прижала дуло к паху Штифта.

– Я тебе сначала яйца отстрелю. Потом все остальное, – хищно улыбнулась девушка. Ее густо измазанный кровью скаф, как и комбинезон Ожога, были проплавлен в нескольких местах, но под большими черными дырами виднелось голое и невредимое тело. Штифт позеленел и затрясся – он не мог не видеть, как они несколько раз воскресали, мгновенно исцеляя смертельные раны. И это, кажется, испугало его гораздо сильнее, чем угрозы. Ожог даже начал опасаться, что у проводника начинается эпилептический припадок, но техмастер судорожно выдохнул:

– Вы… вы…вы…

– Кто мы? А ты не сообразил еще? – мрачно усмехнулся Ожог, – Мы бессмертные. Такие же, как твоя Длань. Только еще хуже!

Сломать волю Штифта оказалось нетрудно – он хотел жить. Да, условленный короткий сигнал бедствия подал именно он. Да, возле второго точки выхода – стационарный пост Длани, охраняющий Обсерваторию. Да, там есть еще бойцы, обычный гарнизон: три-четыре тройки солдат… Да, они могут включить транслокатор… Да, у них есть связь друг с другом и Центром Эвакуации… Наверное…

Плохо. Очень плохо.

Ярость очень хотела прикончить предателя, но Ожог ей не разрешил – проводник мог еще пригодиться. Полученная информация говорила, что пора убираться отсюда, как можно быстрее, но это действие напрашивалось. Именно поэтому стоило поступить совершенно иначе – неожиданно для врага, согласно урокам Белого Ворона. Тем более у них теперь было оружие – энергетические винтовки, отличные реплики одной из модификаций «Иглы», точь-в точь такие же, что выдавались младшему офицерскому составу Легиона, а транслокатор и площадка вокруг него отлично простреливались со всех сторон.

Вторая тройка появилась через шесть минут. Ярость и Ожог предусмотрительно оттащили трупы подальше и дали противникам выйти за пределы круга перемещений. После чего хладнокровно убили двоих, а третьего подстрелили таким образом, чтобы обездвижить, но оставить живым. Он должен был стать приманкой для оставшихся на блокпосте солдат Длани.

Расчет был прост. Бойцы Длани наверняка подняли тревогу и сообщили о нападении дальше по цепочке, но Центр Эвакуации и Обсерватория не связаны напрямую, и большому подкреплению потребуется немало времени чтобы добраться до блокпоста. Минимум пара часов. Да, это были слова Штифта – но за их правдивость он отвечал жизнью. Поэтому сейчас командиру гарнизона Длани на той стороне требовалось принять непростое решение – либо он уходит в глухую оборону и дожидается подкрепления, либо пытается вытащить раненого, быстро истекающего кровью.

По словам Белого Ворона, неопытные люди всегда выбирали второе. А откуда взяться опытным здесь, в замкнутом мирке Мира-Кольца?

Четверо бойцов и два дрона появились через пять минут. Они были готовы к бою, и уже примерно представляли тактику противника. Ожог предугадал это, поэтому неожиданностью стала лишь дымовая граната, которую бойцы Длани использовали, пытаясь замаскировать свой прорыв. Однако и для них сюрпризами оказались две растяжки, установленные под телами мертвых и одна – на вероятном пути отхода. Ожог пожертвовал всеми термическими и игольчатыми гранатами, снятыми с первой тройки Длани – их конструкция оказалась стандартной, в Тимусе он изготовил десятки подобных ловушек под внимательным оком Алтая.

Перестрелять раненых и оглушенных взрывами было делом техники. До рукопашной схватки относительно целым дожил только один, что характерно – тоже «Майлз», с ним опять пришлось повозиться. Но Инкарнаторы справились – было бы глупо не справиться, зря их, что ли, их натаскивали полгода лучшие убийцы Земли? К тому же Ожог полагал, что и в прошлом они занимались чем-то очень похожим: ни малейшей рефлексии, ни малейшего морального отторжения ни испытывал ни он сам, ни, тем более, Ярость.

Десять минут – десять трупов, если считать андроидов. А затем, не теряя времени, Ожог и Ярость совершили очень рискованный переход в Обсерваторию, на сам пост Длани – чтобы закрыть вопрос с возможным преследованием раз и навсегда.

Штифт не солгал – ни насчет количества бойцов в гарнизоне, ни насчет долгой дороги в Центр Эвакуации. На импровизированной заставе, представляющим, по сути, кустарный блокпост на первом этаже древнего здания, оставался всего один дежурный боец, сначала даже не сообразивший, что переодетые в серые доспехи Длани Инкарнаторы – враги.

Одиннадцатый труп. Мог бы стать ценным источником информации, если бы не начал геройствовать, а с впавшей в режим берсерка Яростью это противопоказано. Стаскивая с него снаряжение, Ожог отметил, что все они очень похожи – очень бледные, худые, практически безволосые мужчины. Даже лица – очень похожие, почти одинаковые. Следов азур-мутаций не было, но все признаки деградации человеческого генома – налицо. Замкнутая община? Близкородственные связи?

Они быстро обшарили пост, собирая все мало-мальски ценное. Особенно их интересовало оружие и еда. Внутри не нашлось ничего, похожего на ретранслятор, узел связи или что-то подобное. Только солдатские нары-лежанки, помещение для приема пищи и несколько комнат, служащие складами и оружейной. Сама же Обсерватория представляла собой огромную, практически пустую крестообразную платформу с останками сложных древних конструкций, нацеленных в прозрачный звездный купол, создающий полную иллюзию открытого космоса над головой.

Выследить их тут – проще простого, а идти к устью тоннеля в дальнем конце Обсерватории, навстречу неизбежному подкреплению Длани – безумие. Ожог решил вернуться в первый город и поискать иной путь, раз уж обстоятельства выкинули неудачные кости. Времени терять было нельзя, и они принялись обдирать погибших.

Много всего ценного! Но можно забрать только то, что смогут унести.

Во-первых, три самых целых «Вульфа». Шлем того, что носил синтетик, был раздолбан на куски, но остальные – целы и вполне исправны. Ожог первым делом (по наводке нейросети) нашел и выдернул из снаряжения датчики, по сигналу которых их теоретически могли отследить. Серые комбинезоны, выполненные из очень толстого, похожего на плотную резину материала, покрытого на груди, бедрах, голенях и плечах тусклыми пластинами пластали, были бета-снаряжением средней степени защиты. Судя по разной изношенности – как старье, так и вполне свежие реплики.

Три энергетических «Иглы», не требующих боезапаса. Гаусс-игломет револьверного типа. Черные ножи с зазубренной задней кромкой. Двенадцать гранат трех типов. Несколько стандартных медпакетов. Нечто похожее на пищевые пайки. Связка пластиковых наручников-хомутов.

И еще кое-что. Знакомое, но совершенно неожиданное здесь. Ожог подбросил тяжелый, излучающий голубое свечение бериллиевый цилиндр азур-конденсатора. 14300/20000 Азур. Батарейка, принадлежащая системе Стеллара. Они взяли ее в арсенале блокпоста, вместе с футляром, в котором находился универсальный азур-экстрактор. Старый, потертый, но очень хорошо знакомый прибор для извлечения А-энергии из тел мертвых А-существ. Это могло говорить только об одном: гарнизон Длани собирал Азур. Для кого – совершенно очевидно…

Однако самым ценным трофеем оказались одинаковые вокс-медальоны, желтые кругляши со знакомым оттиском ладони. Они имелись у всех бойцов Длани, кроме синтетиков. Наверняка были пропуском, удостоверением и вокс-передатчиком в одном флаконе, поэтому сильнее остального заинтересовали Ожога. В прошлой ипостаси он готовился в Техноманты и неплохо разбирался в подобных вещах.

Грэйс: Выполняю проверку… Обнаружено подключение к вокс-сети. Защищено примитивным шифрованием. Взламываю. Настраиваю безопасную авторизацию. Готово, Инкарнатор.

Нейросети понадобилось несколько секунд, чтобы взломать защиту устройству и проникнуть в вокс-сеть Длани. Ожог мысленно присвистнул, анализируя, в какую пещеру сокровищ он неожиданно получил доступ. Вокс-сеть оказалась развернута по образцу древних сетей Утопии. Очень скромненько, наверняка – для служебного пользования, информации не так чтобы много, но сейчас каждая ее крупица – на вес золота.

Да, уже была объявлена тревога. Краткое информационное сообщение о нападении на пост – наряду с приказами о немедленном перекрытии таких-то и таких-то тоннелей с загадочными номерами. К счастью, Ожог даже видел, каких именно и где: нейросеть обнаружила подробнейшую, трехмерную карту Мира-Кольца. Из старых еще источников, но с внесенными катастрофой изменениями и расположением текущих объектов. Теперь он знал, что городов-Кругов в Мире-Кольце – шесть. Три находятся за Разрывом – зоной разгерметизации, и помечены значком алого черепа, еще два, включая тот, где они сейчас находились – полуразрушены и заброшены, а шестой контролирует некий Культ. Видел, что от Обсерватории до Центра Эвакуации тридцать миль по разрушенному тоннелю монорельса, и группа быстрого реагирования, выдвинувшаяся с ближайшего блокпоста, преодолела всего пять. Сам Центр Эвакуации, Ожог не ошибся, находился в бывшем космопорту, и был невелик по размерам, но его окружал весьма обширный Радиус – обитаемые сектора, населенные, судя по всему, бродягами и отбросами из числа тех, кого не пустили во владения Длани.