Текст книги "Стеллар. Компиляция. Книги 1-9 (СИ)"

Автор книги: Роман Прокофьев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 62 (всего у книги 187 страниц)

Омеги. Последняя страта Города – безработные, дикари и рабы, бесполезные отбросы общества, лишенные всех гражданских прав. Согласно городским законам, принятым в незапамятные времена, их не могли выгнать за пределы мегаполиса, но и социальные льготы давно превратились в фикцию – они ютились вот в таких полуразрушенных кварталах, предоставленные сами себе. Странное дело – ворота Города закрыты, и нет приема людей извне, а этот рассадник анархии и преступности почему-то существует. Да еще и занимает хороший кус территории под защитным Куполом. Почему Легион терпит такое безобразие под своим боком? Кому и зачем это выгодно? Здесь крылось какое-то противоречие, но я опять-таки не мог уловить его суть и причинно-следственную связь. Тупо не хватало базиса, знаний, потерянных во время «перезагрузки».

Мико: Грэй, здесь.

Дорога привела к отдельному многоэтажному строению, полностью заброшенному и выгоревшему. Выглядело оно абсолютно непрезентабельно, а внутри оказалось еще хуже – заваленные грудами хлама, закопченные и расписанные коридоры, загаженные квадраты бывших модульных жилищ.

Я нашел подобие холла на первом этаже, присел за грудой мусора и начал ждать. Другого варианта не было – оставалось надеяться, что городские системы не смогли отследить меня в лабиринте заброшек, а Кошки приложат все усилия для организации встречи. Корвин был моей единственной ниточкой к городским Инкам и настоящей Башне Пустоты. Надежда казалась отчасти безумной, но не просто так же «я прошлый» упомянул в сообщении, что Корвин может помочь. Значит, они были знакомы, значит, в прошлом их что-то связывало. Возможно, Крестоносец (так называли Корвина в Городе) даже знает, кем именно я был в прошлом?

Гранд-легат… это огромная зацепка. Высшее звание Стеллара, дающее некий административный доступ к управлению системой. Судя по всему, гранд-легаты могли сами формировать системные директивы и отдавать приказы чужим когиторам. Абсолютная власть над другими Инкарнаторами, вплоть до полного разжалования. И достичь этого ранга за всю известную историю удалось лишь единицам из десятков тысяч. Условия получения звания были неизвестны, но принципы Стеллара намекали, что все завязано на ликвидации Тревог. Для повышений в офицерском звании требовались Белые Звезды. В легатском – Синие, об этом говорил Кай. А что нужно для гранд-легата? Простая логика подсказывала, что необходима еще одна, неизвестная ступень системных наград, которые, скорее всего, выдаются за ликвидацию Красных Тревог.

А ведь Красные Тревоги – это угроза планетарного масштаба. Значит, чтобы стать гранд-легатом, требовалось спасти мир. Моя нейросеть, чуть улыбнувшись, подтвердила кивком правильность рассуждений:

Мико: И скорее всего, не один раз, Грэй.

Кто был гранд-легатом? Я еще раз проверил доступную информацию. Всего трое Инков, о наличии у которых этого ранга было точно известно.

Элейн Белая Звезда. Подтвержденная гибель задолго до высадки на Черную Луну. К тому же я видел ее со стороны в послании. Нет, невозможно.

Легендарный Прометей. Подтвержденная гибель… то ли от рук предательницы-Немезиды, то ли при ударе «Абсолютом» по Городу. Он был создателем Первого Легиона, но в списках отправившихся на Черную Луны его не значилось – Прометей, судя по всему, остался хранить Город. Тоже не складывалось…

Зигфрид. Командир Первого Легиона в той самой операции. Самая вероятная кандидатура. Единственный из известных гранд-легатов, отправившийся на Черную Луну. Неужели действительно Зигфрид? Смущало одно обстоятельство – согласно докладам тех, кто вернулся, Зигфрид погиб в самом начале Осады вместе с неким отрядом «Ронсеваль», когда первая волна Инков была разгромлена и истреблена.

Все трое считались подтвержденными мертвецами. С разной вероятностью утверждали, что гранд-легатами, возможно, были некие Искандер и Белый Ворон. Болтали о малоизвестной Инке-девушке по имени Мэй. Информация была крайне спорной и неподтвержденной, на уровне теорий и слухов.

Мико: Существует теоретическая вероятность, что кто-то из выживших на Черной Луне Инков стал гранд-легатом уже там. Генерация Красной Тревоги возможна и автономно, с помощью когиторов. Но – неясен механизм присвоения звания, на Черной Луне нет связи с терминалами Стеллара…

Да, загадка. Впрочем – как бы там ни было, возврат к прошлому невозможен. Теперь я – Грэй, и путь придется пройти заново. Вот только куда он приведет?

Легкий шорох донесся снаружи. Хруст. К зданию кто-то приближался.

Я расширил пси-поле и ощутил, что сюда идет группа людей. И у них весьма решительные намерения. Кровавые блики агрессии и злобы, как у стаи науськанных бродячих псов. Спустя несколько мгновений они один за другим появились в помещении, и я убедился в правильности своих предположений.

Восемь человек. У них не было огнестрела, только холодное оружие, дубинки и цепи. Пустоглазые наркоманы-омеги, уличные бандиты, готовые за щепотку нюха на любое злодеяние. Они пришли сюда неслучайно, им указали место и обозначили жертву.

Попыток поговорить не было. Они сразу бросились ко мне, стараясь окружить со всех сторон и зайти за спину.

Опрометчивое решение. Я поймал на лету брошенный булыжник, резким броском возвращая его противнику. Уклонился от удара дубинки, утыканной гвоздями, перехватил руку нападавшему и, заломив ее, использовал его как щит против остальных. Бедняге порядком досталось, а я, отбросив его, проскользнул между врагами и резким ударом в пах вырубил второго.

Мгновенное раздумье – что делать? Я мог выхватить «Крысу» и просто перестрелять их всех, или перерезать Фангом – численность не давала омегам никакого преимущества. Они были медленными и слабыми бойцами, не представляющими опасности для меня. Даже если заденут, нестрашно. Но убивать их казалось кощунством, несмотря на явную агрессию – это все-таки люди, чистые люди, хоть и вставшие на дерьмовую дорожку. Я им не враг, и речь не идет о моем выживании. Инкарнаторы должны использовать свои способности, чтобы защищать их, а не убивать.

Как там было высечено на памятнике Прометею? «Мы защищаем людей».

Врубив «Ауру Света», обжигающую и замедляющую все, попадающее в радиус действия, я перешел от защиты к нападению. Ослепленные омеги, крича от боли, отшатывались в стороны, а я обезоруживал их одного за другим, стараясь сильно не поранить нападавших их же оружием. Несколько ушибов, сотрясений и сломанных пальцев не в счет.

Ошеломленные, ослепленные жгучим светом, частично покалеченные, они отползали в разные стороны со стонами и ругательствами. Я активировал «Исцеление», сделав льющийся свет лечебным, и сконцентрировал свое пси-поле на разумах несчастных.

– Вы сейчас уйдете. Начнете новую жизнь. И больше никогда не будете употреблять нюх, – громко произнес я, передавая мощный мысленный посыл всем одновременно.

Они медленно поднимались, смятенно переглядываясь и ощупывая свои тела. Мой свет быстро излечивал нанесенные раны и незначительные увечья, не оставляя на людях следов схватки. Я чувствовал, как мой ментальный сигнал клеймом запечатывается в их сознаниях, и знал – это сработает. Им придется начать новую жизнь.

– Уходите! – я сделал еще одно усилие. И они пошли к выходу, все время оглядываясь, молча, оставив свое незамысловатое оружие. Эмоции, исходящие от омег, были странными – страх, смешанный с невероятным изумлением, и что-то, больше всего напоминающее священный трепет.

Когда исчез последний из нападавших, в зале вдруг раздались редкие хлопки аплодисментов. Густые тени в углу словно ожили – я был готов поклясться, что там никого не было, неожиданно обрисовав фигуру в плаще. Продолжая аплодировать, он шагнул ко мне и движением головы отбросил надвинутый капюшон.

Я узнал лицо и хитрую усмешку главного меркатора Кошек. Значит, он все это время был здесь? Или проник только что? Но почему я его не заметил?! Почему мое пси-восприятие не может обнаружить его?

– Впечатляющее представление, – сказал меркатор. – Я рад, что не ошибся в тебе, мой друг.

– Ты меня обманул, – произнес я, чувствуя прилив холодной ярости. – Это ты все подстроил? Зачем?

– Просто небольшая проверка, – пожал плечами торговец. – Нужно же было убедиться, кто ты на самом деле.

– А если бы я ее не прошел?

– Мелочи жизни, – без улыбки произнес меркатор. – Но перейдем к делу. Итак, что там с моей платой? Будь добр, мой осколок азурида, пожалуйста.

– Я что-то не вижу здесь Корвина, – прищурился я. – Опять обман?

– Обижаешь. Кошки всегда выполняют свои контракты, так или иначе, – сказал собеседник. – Оглянись, он за твоей спиной.

Миг назад там никого не было. Прежде чем я успел повернуть голову, уловить смутное движение сзади и зафиксировать новый мощный разум в зоне пси-восприятия, мою шею уже холодило лезвие клинка пришельца.

Корвин действительно появился, он стоял сзади и мог одним движением обезглавить меня.

– Ты меня искал, – утвердительно произнес Инкарнатор. – Зачем?

Глава 24

– Нам нужно поговорить, – устало произнес я, стараясь не шевелиться. – И желательно без свидетелей!

Корвин неуловимо сменил позицию – как ни пытался, я не мог рассмотреть его маневров – теперь он стоял напротив, удерживая острие оружия в микроне от моей артерии, и коротко кивнул представителю Кошек.

Меркатор понимающе усмехнулся, протягивая раскрытую ладонь. В нее упал сверкающий осколок азурида, и глава городских Кошек, покрутив его между пальцами, удовлетворенно качнул головой. После чего, шутливо отдав честь, быстро пошел к выходу. Обернувшись, он бросил через плечо:

– Грэй, не прощаюсь. Надеюсь, еще увидимся. Береги себя.

Крестоносец изучающе смотрел на меня, а я – на него. Темные с проседью волосы, узкое рубленое лицо, плащ цвета свежей крови, украшенный необычным шестиконечным крестом. Меч, очень простой с виду и одновременно странный – в отполированном металле будто проступал геометрический узор, похожий на сложную кристаллическую решетку.

Корвин, совершенно очевидно, уже должен был считать мои статус и позывной. Хотя клинок Инка не шевельнулся, продолжая холодить мою шею, Мико сообщила об идентификационном запросе. Я согласился – таиться больше не имело никакого смысла.

– Гард-аларх Грэй, – задумчиво пробормотал Корвин. – Откуда ты взялся?

– Упал с Черной Луны.

– Что? – глаза Крестоносца сузились, и я внезапно понял, что передо мной очень, очень опасный человек. – Слушай, парень. Я уже не молодой и не люблю играться словами. Выкладывай все как есть или отправляйся к дьяволам. Тебя уже ищут, знаешь? Что ты сделал с Аурелией? И зачем?

– Аурелия давно мертва. Ее тело заняла Немезида, – медленно произнес я, глядя прямо в бешеные серые глаза Инкарнатора. – Она схватила меня, хотела залезть в голову. И поплатилась за это – я полностью обнулил ее.

Корвин хорошо контролировал себя, но во взгляде промелькнуло нечто вроде смятения. Услышать подобное он не ожидал и явно немного растерялся.

– Обнулил?! Кто ты такой?

– Не знаю. Ты мне расскажи.

– Не понял!

– Два месяца назад я очнулся в Саркофаге, упавшем с Черной луны. Полностью обнуленный, без носителя и памяти. По месту падения через сутки ударили «Абсолютом», я едва успел спастись. За мной охотились Твари и Одержимые, чтобы инфицировать Умброй. Послание того, кем я был прежде – отправило меня сюда, в Город.

– Зачем?

– Я должен найти Башню Пустоты и взять там нечто спрятанное мною в прошлом.

– Веселая сказочка, парень, – ответил Корвин абсолютно серьезно. – А причем здесь старина Корвин?

– В послании было упомянуто твое имя. Ты должен мне помочь.

– Вот как? – нехорошо усмехнулся Корвин. – Давай-ка повторим еще раз – ты утверждаешь, что Аурелия из клана Ястреба, глава Тимуса, на самом деле была Немезидой? Присвоила ее тело? Серьезное обвинение. И ты, аларх, обнулил ее мифической способностью гранд-легата? Даже я, уже совсем немолодой, видел такое всего…

Он вдруг заткнулся и с каким-то священным ужасом уставился на меня. Мико только что отправила ему небольшое видео с последним диалогом Немезиды – я решил пойти ва-банк, чтобы убедить собеседника. Корвин на мгновение застыл – а потом вдруг неуловимым движением спрятал меч в ножны и тяжело присел на груду мусора.

– Святое дерьмо! Это правда? – на этот раз он не смог сдержать эмоции. – Эта сука тебя узнала и чуть не обгадилась от страха!

– Я не хотел причинять ей вред.

– Да ей давно пора к дьяволам! Но как это возможно?!

– Не знаю. Сработала старая нейропломба.

– Так, так, так! – пробормотал Корвин, двумя руками обхватывая голову. – Что же это происходит, а? Кто же ты такой, парень?

– Сейчас я – Инк по имени Грэй. А вот кем был раньше – не знаю. А ты?

– Расскажи-ка мне все с самого начала, подробно, – потребовал Крестоносец. – В это дерьмо сложно поверить, я должен понять…

Я рассказал ему – как и Заку на «Мстящем», не скрывая почти ничего. Эмоции Инка, несмотря на ментальную броню, легко читались пси-восприятием – Корвин был потрясен и пребывал в тревожном смятении. И… как ни странно, он мне поверил, сразу и безоговорочно. Мои слова падали на благодатную почву, как будто Крестоносец давно ждал, что произойдет нечто подобное. Ждал и надеялся. Какая-то незримая ниточка протянулась между нами, словно в прошлом мы действительно были друзьями.

– Так, – уронил Корвин, выслушав рассказ. – Ты многое недоговариваешь, но в целом картина ясна. Значит, я должен помочь тебе? А что именно нужно сделать?

– Мне надо попасть в Башню Пустоты. Настоящую, ту, что находится на Полигоне.

– В Башню? Зачем?

– Там я что-то оставил самому себе. Какой-то предмет или послание.

Корвин издал странный смешок.

– Невероятно. Значит, ты вернулся. Или он послал тебя, что, в сущности, одно и то же. Дьявольщина!

– Ты знаешь, кем я был в прошлом?

– Боюсь, что да, – кивнул Корвин, глядя на меня печально и угрюмо. – Боюсь, что знаю, парень.

– И кем же?

– Э, нет, парень. Я не уверен, да и не хочу повторить судьбу Немезиды, – поежился Корвин, отводя взгляд. – Если тебе не оставили даже имени – значит, так зачем-то было нужно. Кто я такой, чтобы спорить с судьбой?

– Но я должен знать.

– Был бы должен – знал бы. Я не уверен до конца, – Инкарнатор поднялся на ноги. В его резких движениях чувствовалось волнение. – Но таких совпадений не бывает. Ты должен был вернуться в Город. И у меня есть странное предчувствие… насчет тебя. А я уже не молодой, чтобы отмахиваться от таких вещей.

– Ты поможешь мне?

– Да. Боюсь, что Город теперь ждет кризис, – Корвин зло прищурился. – Многие ответят за то, что натворили. Наконец-то, это будет… весело.

– Что ты имеешь в виду?

– Город… это яблоко с гнилой сердцевиной, – помолчав, произнес мой собеседник. – Я помню время надежд, когда он казался опорой человечества, а сейчас он… умирает. Мы закуклились, и год от года, десятилетие за десятилетием становимся слабее. Инки, живущие за Стенами, тешатся иллюзией власти и могущества, а люди озабочены лишь своими развлечениями. Ты сейчас не поймешь меня, но эта система глубоко порочна. И гнить она начала с головы…

Я молчал, не прерывая его.

– Очередная буря сметет Город, а он дорог мне. То, что здесь происходит, давно мне не по нраву. Если ты действительно тот, о ком я думаю, у нас еще есть шанс… все исправить. Снова зажечь пламя. В сердцах и душах.

Он немигающими глазами смотрел на меня, и я вдруг понял, что ему очень, очень важен мой ответ.

– Я действительно не знаю, кто я, – сказал я. – Но точно знаю, зачем вернулся.

– Хм…

– Я просто хочу помочь людям. Чтобы они не умирали. Ведь это наша задача, так?

– Так, – легкая улыбка коснулась губ Корвина, и он вдруг положил руку мне на плечо, крепко сжав его. Я ощутил, что ладонь Инкарнатора слегка дрожит от волнения.

– Башня Пустоты, говоришь? – проворчал он. – С этим могут возникнуть сложности…

– Какие?

– Что ты знаешь о Полигоне?

– Почти ничего. Я прошел виртуальную копию в Тимусе, но она оказалась пустышкой.

– Да, она для трибутов. А настоящий… я хорошо помню, когда он появился. В Город тогда приходило много новых Инков… – Корвин прикрыл глаза, как будто погружаясь в прошлое. – Но большинство из них были слабыми, неготовыми к вступлению в Первый Легион. Чтобы привить боевые навыки новичкам и отточить способности ветеранов, Прометей создал Полигон. Пять экстрамерных локаций, пять восходящих ступеней мастерства. Настоящий пылесос ресурсов, но дело стоило того. Там ковались характеры и рождались тактики, которые потом спасли многим из нас жизни. Мы заходили туда и сражались, поодиночке и группами. Насмерть, безо всяких поддавков. С призванными азур-существами и морфами, тренируясь убивать по-настоящему. Только так можно научиться. И друг с другом тоже. Инки против Инков. Сейчас это сложно понять, но тогда это было весело. Нечто вроде спорта. Это… давно кончилось. Теперь Полигон закрыт, опечатан. Его посещение запрещено.

– Но почему?

– Это… смертельно опасно, – проронил Корвин. Видно было, что обсуждение этой темы не сильно ему нравится, но он уже начал рассказывать и не мог остановиться.

– Ты знаешь, почему мы одолели Одержимых? Ведь на их стороне был боевой опыт и гораздо больше последователей…

– Не очень хорошо. Как я понял, у Города было больше ресурсов и древнего оружия.

– Да, и это тоже, но не только… – усмехнулся Корвин. – Ладно, слушай. Был такой Ворон – ты должен был слышать о нем. Один из самых крутых Инков Первого Легиона, непревзойденный боец. Чемпион Полигона, никто там не мог одолеть его. Он очень хотел отправиться на Черную Луну, но мы все бросали жребий, и он, как я, как другие, среди тысячи Инков, остался хранить Город. Когда Одержимые вернулись, при ударе «Абсолюта» Ворон потерял всех. Свою группу, свою семью. Вообще всех – сразу. Он… не выдержал этого. Его боевые навыки не знали равных, и он стал живым олицетворением мести. Наши командиры ухватились за это и использовали его. Было время, когда все Инки Города работали на развитие одного Ворона, делая его самым могущественным оружием Города. Все лучшее, что было в Арсенале и хранилищах Стеллара, отдавали ему. В него вливали миллионы Азур, имплантировали самые смертоносные, нечеловеческие Геномы.

– Об этом не рассказывают в Тимусе, – заметил я.

– Ну еще бы… Хотят замылить, но мы-то помним. Ворон превратился в настоящую машину смерти, ужас для Одержимых. Невидимого киллера, который выслеживал и уничтожал их, одного за другим, не гнушаясь ничем. Хитрый, коварный и неуловимый Ворон… убил очень много Одержимых. Они несли потери каждый день, в самых неожиданных местах. Это… сломало хребет тем, кто вернулся с Черной Луны. Они так и не смогли оправиться, когда потеряли большинство лидеров.

– Как это связано с Башней Пустоты?

– Дослушай. Как я сказал, он перестал быть человеком. Сам превратился в жуткое чудовище. При этом ломается психика, меняется поведение. Он стал опасен не только для Одержимых, но вообще для всех окружающих. Люди (да и Инки) уже опасались его, и не без оснований. Самый мощный Инк в Городе и абсолютно неуправляемый при этом. Он никого не хотел слушать. Мы… создали совершенное оружие, которое могло обернуться против нас же. Помогла хитрость. Ворона обманом заманили на Полигон и заперли там. Навсегда запечатали в экстрамерном пространстве, отключив выход.

– То есть Ворон и сейчас там? – спросил я, начиная прозревать.

– Да. Он заперт там уже… несколько десятков лет, – сурово кивнул Крестоносец. – Поэтому Полигон опечатан. Тот, кто захочет войти, встретится там с Вороном. Это смерть, Грэй. Безо всяких вариантов.

– Ты можешь отвести меня к Полигону?

– Ты еще хочешь туда войти? Но это же просто самоубийство. Ворон не щадит никого, а ты… очень слаб. Я видел, как ты дерешься. Нет никаких шансов.

– Так можешь или нет?

– Забудь. Есть более простые способы свести счеты с жизнью. Даже для Инка.

– Я должен туда попасть, Корвин! – твердо сказал я. – Помоги мне. Прошу.

Корвин усмехнулся. Я чувствовал внутреннюю теплоту, исходящую от него. И нечто странное, вроде робкой, забрезжившей надежды. Очень похоже на эмоции Кая. Внутри Крестоносца логика боролась с верой, и я внезапно понял, что сильнее его.

Потому что все уже решил.

* * *

Полигон находился в Арсенале.

Как мне объяснил Корвин, во время удара по Городу весь центр был уничтожен, но подземная база, представлявшая собой хорошо защищенный бункер, частично уцелела. Большинство Инков, находившихся внутри, все равно погибли – не от самого взрыва «Абсолюта», а от всплеска тахионного излучения, разрушающего энио тонких тел. Однако сооружения, в том числе Полигон и главный терминал Стеллара, остались невредимы.

Флаинг Крестоносца принес нас на вершину монументального зиккурата, где, оказывается, находилась посадочная площадка. Внизу как на ладони расстилалась Эспланада, а впереди виднелась Башня Иглы.

– Пойдем, – произнес Корвин, озабоченно взглянув на уходящую в облака двурогую вершину. – Не стоит тянуть время.

Вход охраняли двое «Бессмертных». Великаны-легионеры в черных доспехах спокойно пропустили Корвина, но со мной трюк не прошел – сканирующий луч, обнаружив Метку, тут же считал данные. Легионеры моментально сомкнулись, вскидывая оружие, из-под непроницаемых забрал донеслось:

– Трибут Свен Грэйхольм, вы арестованы. Немедленно…

– Спокойно! Уберите оружие и пропустите его, – резко приказал Корвин, вклиниваясь между ними. – Я его уже арестовал и сопровождаю. Туда, куда нужно.

– Согласно инструкциям, он…

– Я сам знаю, куда его доставить и как! Освободи дорогу, солдат, – раздраженно рявкнул Корвин. – Немедленно. Ты что, не узнал меня? Это приказ Инкарнатора.

Я чувствовал их сомнения. Инструкции, полученные насчет меня, были однозначными – взять под стражу, сообщить вышестоящему начальству, но и Корвин был авторитетом, Инкарнатором-легендой. Но – не их легатом, «Бессмертные» подчинялись только командиру Легиона.

Бойцы тоже были азур-одаренными, но – слабенькими, вся сила ушла в физические кондиции, а не Источник. Смутить разум и подавить их волю не составило никакого труда. Подправить решимость и направить его в нужное русло. Да, это очень грубое вмешательство и, скорее всего – сработает только один раз, но больше и не надо…

– Принято, Инкарнатор.

«Бессмертные» неуверенно шевельнулись, расступаясь. Они опустили оружие и даже отдали воинский салют. Интересно, через сколько времени они очухаются и поймут, что решение было принято под давлением?

– Информация о тебе уже прошла, – негромко бросил Корвин. – Времени у нас в обрез, скоро здесь будут все, кому нужна голова Свена Грэйхольма. В Тимусе, кстати, что-то неладное творится. Я вызвал свою боевую группу, они сейчас прибудут. Попробую задержать, сделаю, что смогу.

– Спасибо, Корвин, – поблагодарил я. – Полигон далеко?

– Просто иди за мной.

Коридоры и залы Арсенала были заполнены людьми в униформе Легиона. Здесь находился центральный штаб и сердце координации военной мощи Города – офицеры занимались своими обыденными делами, не обращая особого внимания на нас. Инки все же были частыми гостями, Корвин наверняка примелькался, а я ничем особым не выделялся из толпы.

Мы спустились вниз на огромном лифте на пустой, темный, казавшийся заброшенным этаж. Очевидно, он был подземным – и, скорее всего, предназначенным исключительно для Инкарнаторов. Загорающееся по мере нашего движения освещение озаряло пустые запыленные коридоры, автодвери, украшенные пыльными эмблемами давно уничтоженных боевых групп. Корвин уверенно вел мимо них, пока мы не остановились у большого пятиугольного проема, закрытого мощными металлическими гермостворками. Прямо на них был нарисован алый диагональный крест с крупной надписью «STOP».

– Пришли. Полигон – там, – без улыбки произнес Корвин. – Послушай, давай еще поговорим. Ты уверен, что тебе туда нужно? Это ведь безумие. На что ты рассчитываешь?

– Открывай, Корвин.

– Подожди. Подумай! Можно же поступить логично и рационально. Я уверен, есть и другие способы. В конце концов, можно же подготовиться, найти команду, а потом вернуться сюда и попробовать…

– Ты же сам знаешь, что потом мне просто не дадут сюда войти, – сказал я. – Может, получится договориться с вашим Советом?

Корвин отрицательно покачал головой и угрюмо проговорил:

– На справедливость архонтов надеяться нет смысла. Советом вертит Шепот… очень скользкий и коварный тип. Немезида – его протеже, уверен, она действовала по наводке. Остальные не лучше, змеиное гнездо. Тебя схватят, а что будет дальше, я не берусь угадать.

– Вот видишь. Значит, есть только два варианта – бежать из Города или попробовать довериться… самому себе, – ответил я. – Открывай, Корвин.

Он произносил что-то, пытаясь отговорить, но наткнулся на мой взгляд, все понял, беззвучно выругался и приложил к сканеру свой мастер-ключ.

Было ли мне страшно? Конечно, было. Корвин абсолютно прав – это безумие. И рациональная Мико, и логика, и рассудок кричали, что так делать нельзя. Нужно уйти, отступить, бежать, найти другой способ выполнить задание моего предшественника. Но моя вторая часть, та самая, что повела в сумасшедшую атаку на «Мстящий», заставила пощадить Алису и броситься в пасть Сциллы, с невероятной силой влекла закончить начатое.

Интуиция и предвидение властно шептали – сделай, что должно и предначертано. Войди в Башню Пустоты и забери то, что тебе оставили.

Войди и возьми.