Текст книги "Шахматистка. Выжить на Арене Смерти (СИ)"

Автор книги: Лина Деева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 39 страниц)

Глава 37

Комната была обставлена, что называется: просто, но со вкусом. Минимум мебели полностью восполнял все возможные нужды; тона были приглушёнными, в кофейно-шоколадной гамме. Идеальное место для отдыха.

Я почти уронила сумку у входа, скинула ботинки и пересекла комнату по мягкому ковру к креслу у окна.

Точнее, проекции окна. Иллюзии, пусть и весьма достоверной.

«Не хочу на неё смотреть».

Потянувшись, я отцепила тяжёлую штору от бокового крючка, и она с шелестом закрыла проём. Я же взяла лежавший на кресле клетчатый плед, завернулась в него, как в плащ, и упала на обитое гобеленом сиденье. Подтянула ноги к груди, умащиваясь покомпактнее, и зачем-то нащупала через одежду висевший на шее амулет. Сжала резную фигурку в кулаке: что же там случилось с моей дверью? Блинский пончик, а ведь мы только-только прибыли! Что же дальше будет, после такого начала?

И ни черта не понятно, чем заниматься сейчас. Будь я в своей комнате, изучила бы её, сходила бы в душ и переоделась в упомянутую форму. А здесь? Да, Фулах сказал, чтобы не стеснялась, только это же всё равно не то!

Может, достать из сумки «Искусство боевого шатранжа» и перечитать раздел о стратегиях защиты? Но сумка была у двери, а я – в кресле, и шевелиться как-то совсем не хотелось. Потому я осталась сидеть и, как бусинки чёток, перебирать в уме странности и нестыковки, связанные с турниром.

Ректор, который, с одной стороны, заявлял, что ему нужна только победа, и всем игрокам выдал персональную мотивацию, а с другой – тормозил команду, чтобы не дать ей получше адаптироваться.

Внезапный приз-артефакт, который, с одной стороны, вроде как крутая штука, а с другой – неведомая фигня с пафосным названием.

Пустота там, где ожидались толпы. И вроде бы объяснение было дано, только червячок сомнения всё равно точил сердце.

Декларация безопасности, почти сразу обернувшаяся проблемами. Кто мог попасть к нам на этаж и когда успел испортить дверь? Я была уверена, что, когда вышла из гостиной, галерея пустовала в обе стороны. Конечно, теоретически, если кто-то из игроков-соперников знал, где именно будет размещена наша команда, и прибыл одним из первых, он мог, пока остальные добирались на Дессу, метнуться сюда. Сделал чёрное дело и вернулся на восьмой этаж, но это надо было реально разыграть, как по нотам.

«Причём проблема возникла только у меня. – Я потёрла межбровье. – Иначе, пока мы с Фулахом беседовали, нас бы прервали. Вот же дерьмо! Или не-маг в сообществе магов. Лёгкая мишень».

В дверь отрывисто постучали, и я вскинулась:

– Да, входите!

Ручка незамедлительно повернулась, и в комнату вошёл Фулах со стопкой одежды в руках.

– Будешь жить здесь, – с места в карьер начал он, кладя ношу на край кровати. – Табличку менять не будем, парней я предупрежу, чтобы не болтали.

– Думаете, попытаются навредить ещё раз? – уточнила я, в общем-то, очевидное.

– Уверен, – подтвердил тренер и недобро усмехнулся. – Будет им небольшой сюрприз. А теперь иди сюда. Запечатлим вход на тебя.

Ага! Всё-таки есть какая-то система распознавания, которая впускает только обитателя комнаты!

Не заставляя себя ждать, я окончательно выпуталась из пледа и подошла к Фулаху.

– Положи обе ладони на дверь, – распорядился он.

И когда я так и сделала, встал за моей спиной и накрыл мои руки своими. Тыльные стороны ладоней закололо, волоски на предплечьях приподнялись, как наэлектризованные.

– Отлично. – Фулах убрал руки и сделал шаг назад. – Теперь ты сможешь беспрепятственно сюда входить, а никого из чужаков заклятие по-прежнему не пустит. Кроме меня, разумеется, но вламываться я, как уже говорил, не буду. Можешь чувствовать себя в безопасности.

– Спасибо! – Я в очередной раз оценила, насколько Фулах мировой мужик. Правда, только со своими, но это уже нюансы. – А что было с моей дверью?

– Кто-то вмешался в вязь заклятия. – Тренер слегка поморщился. – В той части, которая содержит астральный отпечаток жильца (если ты помнишь, с вас их снимали буквально вчера, чтобы отправить на Дессу). Потому тебя приняли за чужую, и если бы не обязательное предупреждение или если бы ты к нему не прислушалась, случилась бы беда.

Я невольно прочистила горло.

– И какая?

– Несмертельная, – утешил Фулах. – Кратковременный паралич. Это ведь больше для острастки, чем с целью навредить. Другое дело, что твой амулет не смог бы тебя защитить – особый тип атакующего заклятия, которое вроде и не заклятие… Если интересно, позже объясню. Так вот, амулет бы тебя не защитил, и ты благополучно провалялась бы в галерее, пока кто-нибудь тебя не обнаружил. Удар был задуман больше по психике, чем по телу. Однако нам сейчас никакие удары не нужны, особенно тебе – гроссмейстеру-новичку.

Вот уж точно! Я даже плечами передёрнула.

– А можно вычислить, кто этот вредитель?

Выражение на лице Фулаха почти не изменилось, однако я шестым чувством поняла: нет.

– Вот так с налёта нет, – подтвердил он мои опасения. – Тем не менее на сеансе связи я проконсультируюсь со знакомыми – возможно, они что-то подскажут. А теперь, – он бросил взгляд на часы, – поторапливайся. Скоро за нами зайдут, и лучше, если ты в этот момент будешь не здесь, а в гостиной.

«Погодите, – наконец дошло до меня, – так он хочет скрыть инцидент и от организаторов? Плохой признак. Очень плохой!»

Увы, развести Фулаха на откровенность по этому поводу у меня не было ни времени, ни, прямо скажем, мастерства. Потому тренер без задержек оставил меня одну, и я, на всякий случай подперев дверь стулом, принялась с почти солдатской скоростью готовиться к предстоявшей «культурной программе».

Глава 38

Турнирная форма была чёрно-белой по принципу «белый верх, чёрный низ» (только что без пионерского галстука). Белые блуза и приталенная куртка, на рукавах и груди которой было нашито по два шеврона: с гербом академии и с пустым клетчатым полем – знаком гроссмейстера. Чёрные штаны из приятной к телу и немного тянущейся ткани – идеально, чтобы не стеснять движения. Обувь предполагалась своя, зато широкий ремень с узнаваемым профилем Арены Смерти на пряжке прилагался к комплекту. Последними в него входил обещанный хронометр: наручные часы, единственная стрелка которых уже опасно приблизилась к пяти. Потому я не стала устраивать себе полноценный душ (а санузел здесь, кстати, был более чем достойным, да и разных «мыльно-рыльных» средств организаторы отсыпали по-гусарски щедро). Просто умылась, сменила одежду и, на ходу застёгивая на запястье ремешок часов, вышла из комнаты.

Галерея опять была пуста, но выглядывать во двор я не стала. Сразу перешла в гостиную, где обнаружила о чём-то негромко беседовавших Джара и Торна. При моём появлении они, естественно, замолчали, а затем Баскетболист сделал едва заметный жест, будто подталкивая собеседника. И Торн с выражением непонятной решимости на лице подошёл ко мне.

– Слушай… – Он запнулся, словно не успел подобрать слова. – Тут сказали, тебе надо знать сильные и слабые стороны игроков. Ну, в общем, я не очень хорошо умею сражаться с магией, созвучной моей, особенно светлой. То есть тёмную воду я, например, одолеть смогу, но против светлой мне… будет непросто.

– Поняла, – серьёзно кивнула я. – Спасибо.

Торн кривовато улыбнулся, отошёл, и нить разговора непринуждённо подхватил Джар.

– Что до меня, то я из тех, от кого в этом плане сюрпризов можно не ждать. Всё скучно и в соответствии с таблицей стихий.

– Ясно. – А я-то думала, почему он, при всей его адекватности, до сих пор ничего на эту тему не сказал!

Итак, остались только Ривер и тёмная лошадка Хант (забавный каламбур с учётом того, что он рыцарь и главная стихия у него – тёмная). Но тут надежда только на авторитет Фулаха – по доброй воле эти двое вряд ли заведут подобный разговор.

Стрелка на каминных часах с тихим щелчком встала на цифру пять, заставив невидимый колокольчик издать мелодичное «Дзи-инь!». Одновременно с этим дверь в гостиную отворилась, и на пороге возникла сопровождающая Эрра.

– Прошу всех за мной! – пропела она, и мы с парнями послушно вышли из гостиной.

Остальные уже ждали в галерее, причём Фулах и Ривер в стороне от остальных, и первый что-то явно втолковывал второму. Судя по недовольному лицу Ривера, то, что от него хотели, ему не нравилось, и он был рад, что разговор пришлось прервать.

Эрра окинула нас взглядом, напомнив мне воспитательницу, пересчитывающую вышедших не прогулку детишек, повторила:

– Прошу всех за мной! – и заскользила по галерее.

Нам показали лестницы-эскалаторы вверх и вниз, объяснили, что второй и третий этажи отведены под нужды организаторов турнира, и нам на них лучше вообще не появляться. Зато первый был общим, и там, помимо пиршественного зала, располагались библиотека, спортзал, комнаты отдыха, оранжерея, бассейн и вообще всё, что можно придумать для проведения досуга.

– А где находится лазарет? – поинтересовался Ричи, и только услышав его вопрос, я поняла, что сопровождающая об этом ничего не сказала.

А ведь именно лазарет, если судить по сложившемуся у меня представлению о турнире, был местом, где время проводили чаще, чем в бассейне и прочих СПА.

– Лазарет и морг, – Эрра даже интонацию не сменила, – расположены под Ареной. Технические помещения – на минус первом этаже Кольца. Ни туда, ни туда мы с вами, разумеется, не пойдём. Лучше прогуляемся по территории, а затем, – она посмотрела на часы, – отправимся на открытие турнира.

– Все уже прибыли? – вклинился Ли. – Мы встретимся с кем-нибудь из других команд?

– Все уже прибыли, – подтвердила сопровождающая. – Но маршрут экскурсии разработан так, чтобы мы нигде не пересеклись с остальными участниками турнира. Как вы понимаете, это делается ради общей безопасности.

Последнее слово неприятно царапнуло – это после истории с моей комнатой! Однако я успешно скрыла свои чувства и вместе со всеми направилась к выходу из здания.

Если в помещениях царила приятная температура, то во дворе было, пожалуй, жарковато. А ещё так тихо, что шорох шагов по плиткам дорожек казался неестественно громким.

– На клумбах вы можете видеть образцы аборигенной растительности Дессы, – рассказывала Эрра. – Это был непростой труд: прорастить сухие, чудом уцелевшие в катаклизме семена. Однако стараниями лучших магов-друидов Веера задача была выполнена. И теперь мы видим хотя бы крошечную толику той жизни, что когда-то населяла Дессу.

– А что за катаклизм здесь случился? – полюбопытствовал Торн. – Да ещё такой мощный, что убил всё живое?

– Увы, это скрыто в тумане давнего прошлого, о котором известно лишь демиургам, – отозвалась Эрра. – А теперь идёмте к Арене. Я покажу, где расположен вход для вашей команды и отведённые вам помещения.

«Персональный вход. Персональная зона, наверняка даже не связанная с зонами остальных команд. Как будто мы на карантине. – Я слегка скривила рот. – И всё равно, кому надо, тот умудряется гадить несмотря на все эти прекрасные в кавычках меры».

Нас подвели к стене Арены, в которой оказалась небольшая дверь, украшенная гербом с фениксом.

– Не волнуйтесь, если не запомнили путь, – успокоила Эрра. – Я буду сопровождать вас на каждую игру и после неё.

Открыла дверь и жестом пригласила нас входить. Я заметила, как Джар и Ривер быстро переглянулись, и Ривер вошёл первым, а Джар непринуждённо сместился так, чтобы быть рядом со мной.

«Прямо спецназ на задании», – хмыкнула я про себя и поняла, что прозвучало это ни разу не как шутка.

Короткий коридор привёл в большую комнату без окон, которую не хуже ламп дневного света освещали магические облачка. Вокруг большого стола располагались широкие скамейки, в углу журчал питьевой фонтанчик, небольшой книжный шкаф у стены был забит книгами, а на крайней скамье лежала стопка пледов. Словом, этакий зал ожидания, вот только как можно было перед игрой спокойно сидеть и читать, я, например, представляла с трудом.

– Теперь я вас оставлю, – сообщила Эрра. – Когда услышите приглашение, идите вон в ту дверь – она приведёт вас на Арену. А далее просто следуйте командам главного распорядителя. Когда же церемония открытия и жеребьёвки завершится, возвращайтесь сюда, и я проведу вас в пиршественный зал. Есть какие-либо вопросы?

– Нет, госпожа Эрра, всё предельно ясно, – ответил за всех Фулах. – Благодарим за экскурсию.

Сопровождающая улыбнулась и скрылась за той дверью, которая должна была вести на Арену.

А тренер, после того как Эрра вышла, немного выждал и обратился к парням:

– Ну-с, господа боевые маги, ваше мнение о нашей прогулке?

Что он имел в виду? Вопрос-то явно с подвохом!

Так и оказалось. Потому что Ривер с полнейшей уверенностью произнёс:

– Мнение таково: всё это иллюзия!

Глава 39

Всё? Совсем всё, вместе с Ареной, комнатами и остальным? Да нет, иначе Фулах бы так не реагировал на ловушку с дверью!

– Верно, – словно нарочно опровергая мои мысли, ответил тренер, и в голосе его прозвучало неприкрытое удовлетворение от сообразительности адепта. – Нас водят по коридорам иллюзий, скрывая от чужих глаз и в то же время не позволяя нам пересечься с кем-либо. Это весьма тонкая магия, заметить её непросто. Потому я особенно рад получить подтверждение, что не напрасно вас учу.

Ривер приосанился – даже он, при всей своей самонадеянности, ценил похвалу Фулаха на вес платины.

– Как вы понимаете, – между тем продолжал тренер, – это ещё одна мера для усиления безопасности. Но она – меч обоюдострый. Если кто-то способен видеть вас сквозь иллюзию, а вы его нет – вы уязвимы. Вот почему до завтрашнего утра каждый из вас, кроме Картер, должен выйти из-под контроля этих чар. Учитывайте, что рядом с сопровождающей сила иллюзии возрастает. И следите, чтобы на общих территориях Картер ни на мгновение не оставалась одна.

Парни ответили серьёзными кивками, а я по-глупому расстроилась: опять слабое звено! И зачем-то ляпнула:

– А я видела игроков другой команды. С галереи. Это чары почему-то не сработали, да?

– Ты видела? – Фулах даже брови приподнял. – Ну-ка, расскажи поподробнее!

Я послушно открыла рот, но прежде чем произнесла хотя бы слово, мелодичный женский голос объявил:

– На Арену приглашается команда академии Элиум!

Естественно, всем сразу же стало не до болтовни.

– Картер, идёшь рядом со мной! – распорядился Фулах. – Ривер и Джар – замыкающими. Не теряться, смотреть в оба, оценивать противников. Выходим!

И он в своей обычной манере «танки грязи не боятся» двинулся к выходу на Арену.

Дверь вела в недлинный тёмный коридор со «светом в конце тоннеля». Стоило открыть её, как стал слышен пульсирующий гул, о котором я не сразу поняла, что это – шум переполненного стадиона.

«Тоже иллюзия», – мелькнула мысль.

Но когда я в кильватере ледокола-Фулаха впервые вышла на Арену Смерти, эта иллюзия так ударила по всем органам чувств, как не смогла бы иная действительность.

Яркий свет сияющего прямо над амфитеатром солнца. Яркие краски флагов и транспарантов на трибунах, и контрастом к ним – чёрно-белые клетки поля. Приветственные крики, звуки дуделок, рокот барабанов. Запах нагретого камня. Волна тёплого воздуха в лицо. И прямо над ухом хорошо поставленный голос (должно быть распорядителя турнира).

– Приветствуем команду академии Элиум! Тренер: профессор боевой магии Рикс Фулах! Гроссмейстер: Терри Картер!

Трибуны взорвались совсем уж оглушительными возгласами. Будь я одна, наверняка растерялась бы, застыла, как дурочка, испуганно озираясь. Но у меня был чёткий ориентир: Фулах. И я, как цыплёнок за наседкой, следовала чуть позади него, не позволяя внешним факторам сбивать себя. Остановилась, лишь когда остановился Фулах, – чуть-чуть позади него – и наконец-то позволила себе аккуратно оглядеться.

Как и в записях визионарума, трибуны переполнял народ. Я попыталась всмотреться, но, несмотря на прекрасное зрение Терри, так и не сумела отчётливо рассмотреть лицо хотя бы кого-нибудь из зрителей.

«Фантомы», – уверенно кивнула я сама себе и переключилась на происходящее непосредственно на Арене.

Мы вышли пятыми и сейчас стояли колонной напротив пустого места (те команды, что были вызваны раньше нас, располагались парами одна напротив другой). Распорядитель – благообразный седовласый старец в чёрно-белой хламиде и с круглой шапочкой на голове – парил над Ареной на небольшой летающей платформе (что-то новое, на прошлых турнирах я такого не видела).

– Команда академии Вариор! – объявил он, и его усиленный магией голос без особых проблем долетел до самых крайних трибун. – Тренер: маэстро смертельной магии Дарк Найтмар! Гроссмейстер: Янош Калди!

Вместе со всеми я устремила взгляд на появившуюся на Арене команду и немедленно узнала их, несмотря на турнирную форму.

Так вот кого я видела с галереи! Интересно, это у них так мода за эти сотни лет поменялась? На записях визионарума волосы у вариорцев были вполне обычных цветов. А Калди оказался тем самым типом, кто почувствовал мой взгляд и поднял голову.

«Он наверняка видит сквозь иллюзии. – Я внимательно наблюдала, как вариорцы занимают место напротив нас. – Опасные ребята! Не зря их считают фаворитами турнира».

Наши с Калди взгляды встретились, и мне стоило усилия, чтобы не потупиться. Смотрел вариорец тяжело, а с учётом того, что глаза у него были – сплошная чернота без намёка на белок, радужку и зрачок, эффект получался совсем убойный.

– Команда академии Мелейн! – тем временем провозгласил распорядитель, и я не без облегчения отвлеклась на следующих потенциальных соперников.

Последней вышла команда Тарбринда: натуральные эльфы Толкина – равны как на подбор, с ними дядька Трандуил… Точнее, тренер Торнфильхайм. Объявив об этом, распорядитель дождался, пока тарбриндцы займут своё место и торжественно сообщил:

– Честь сказать вступительное слово и открыть двести тридцать девятый Тысячелетний турнир предоставляется председателю судейской коллегии магистру Вольфусу Кракену!

«Выпускайте кракена!» – невольно хихикнула я про себя.

Вместе со всеми посмотрела на судейскую ложу, украшенную знакомой мне шпалерой с фигурой шахматной принцессы, и едва удержалась, чтобы не потереть глаза.

На месте оратора стоял… ректор Воган?

Глава 40

«Быть такого не может!»

Я сощурилась, стараясь отчётливее рассмотреть мужчину в типично чёрно-белом одеянии, но с непокрытой головой, и не удержала аханье, когда его внешность буквально на глазах изменилась. Короткие тёмные волосы вдруг отросли до плеч, порыжели, да и сам он стал как будто моложе.

«Это ещё что за?..»

– Демиург, – тихо пояснил Фулах, без труда разобравшийся в причине моего изумления.

Я поспешно вернула челюсть на место. Вот это да! Настоящий демиург, способный создать целый мир! А может, даже создатель вот этого – Дессы? Офонареть и не выфонареть обратно!

Между тем Вольфус Кракен заговорил приятным бархатным голосом. Как и распорядитель, связки он не рвал, однако слышно мне было, словно говорил в шаге от меня.

– Дамы и господа, адепты и преподаватели, игроки и болельщики! Счастлив приветствовать вас на двести тридцать девятом Тысячелетнем турнире по боевому шатранжу! Это особенная, круглая дата…

Круглая? Да уж, у демиургов всё не как у людей, в том числе система счисления.

– … потому судейская коллегия и организационный комитет решили сделать этот турнир по-настоящему уникальным! Нас всех ждёт не только праздник спорта и магического мастерства, который увидят болельщики более чем двадцати миров Веера…

Так у них ещё и трансляция прямого эфира будет? Круто, ничего не скажешь!

– … но и беспрецедентный приз для победителя турнира! – Кракен поднял руку, демонстрируя нечто переливающееся всеми цветами радуги. – Камень демиургов! Артефакт А класса, о чьём предназначении известно лишь мудрейшим. Однако тому из команды-победительницы, кого Камень изберёт хозяином, будет открыта древняя тайна!

Ага, ставка резко подскочила. Теперь это уже не неведомая хрень, а хрень, которой объяснят, как пользоваться. А если она окажется просто приспособлением для открывания пивных бутылок – что ж. Никто ничего конкретного не обещал.

Кракен вновь сменил внешность: отрастил платиновые волосы до талии и аккуратную бородку. Всё-таки какая дичь: разговариваешь с собеседником, а он постоянно перетекает из одного облика в другой.

– Также, дабы обострить ставки, – продолжал он, – комитетом принято решение: даже если команда-победитель партии отпускает побеждённую, последняя попадает в полное распоряжение организационного комитета. Разумеется, с правом выкупа для тех участников, кто может себе это позволить.

Мёд-мёд-мёд – фигак! Ведро чернейшего дёгтя. И судя по пробежавшему над командами говорку, так посчитала не только я.

– А не офигел ли он правила на ходу менять? – пробормотал позади меня Братец Лис, и с ним сложно было не согласиться.

Другое дело, что вряд ли сейчас нашёлся бы кто-то, кто вышел вперёд и заявил, что его это не устраивает и принимать участие в турнире он не собирается. Вот и выходило: Кракен всё рассчитал верно. Только зачем ему (ладно, комитету) приспичило вводить такое условие?

Разумеется, вопрос был без шансов на ответ. А председатель, полностью игнорируя недовольство игроков, закончил речь пафосным:

– Пусть этот турнир станет самым напряжённым, самым захватывающим за всю свою историю! Пусть на нём каждый покажет, на что способен, и даже чуть больше! Да здравствует Тысячелетний турнир!

Трибуны взорвались овациями – ещё бы, послушные проекции-марионетки! Кракен опустился на своё место в судейской ложе, и эстафетная палочка вновь перешла к распорядителю.

– Время жеребьёвки! – объявил он, и платформа опустила его в центр коридора между колоннами игроков. – Пусть ко мне подойдут гроссмейстеры команд!

Я нервно сглотнула, однако заставила себя двинуться вперёд без позорного промедления. Одной из первых подошла к распорядителю, и тот протянул мне невесть откуда взявшуюся у него в руках золотую урну.

– Прошу! Каждый гроссмейстер берёт один шар. Не глядя, ибо всё в руках Рока!

Я послушно опустила руку и взяла первый же нащупанный шарик. Достала, и пока жребий тянул гроссмейстер Мелейна, посмотрела, что же мне досталось.

Белый каменный шарик со значком туры. Интересно, что это значит? Я покосилась на шарик в руках мелейнца: чёрный со значком офицера. Хм. Получается, моим противником станет тот, кто вытащил чёрную туру?

– Итак, результаты жеребьёвки! – Распорядитель взмахул опустевшей урной, и из неё вырвалось золотое облачко.

Взлетело, разворачиваясь в настоящий экран, и на нём одна за одной стали зажигаться надписи.

День первый:

Вариор – Элиум

Мелейн – Тарбринд

День второй:

Кассандр – Даркейн

Маппет – Ллир

Погодите-погодите, что? Я играю в первый день в первой партии – и против Вариора?

Это провал.