Текст книги "Шахматистка. Выжить на Арене Смерти (СИ)"

Автор книги: Лина Деева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 39 страниц)

Глава 80

– Опять в уборной застрял?

Ли попытался состроумничать, однако ни на чьём лице не появилось и намёка на усмешку.

– Хант возвращался оттуда, – серьёзно отозвался Джар. – И сел вот здесь. – Он указал на край скамьи слева от себя. – Где-то на середине записи. Но когда вставал во второй раз, я не заметил.

– Ещё кто-то что-то видел? – уточнил Фулах. Голос его звучал бесстрастно, но за этим чувствовалась нешуточная буря.

Ответом стала потерянная тишина, и, выдержав паузу, тренер продолжил:

– Значит, так. Сейчас быстро осматриваем нашу зону ожидания. Затем я отправляюсь в лазарет, а после пытаюсь договориться с организаторами о замене.

– Это против правил, – подал голос Ривер и едва заметно сжался, когда Фулах посмотрел прицельно на него.

– Верно, – уронил тренер. – Потому думайте, как играть без одного рыцаря. А теперь осмотр. Обращать внимание на любые мелочи и звать меня немедленно.

Меньше чем за пять минут, мы перевернули зону ожидания вверх тормашками и поставили обратно. Никаких следов Ханта, естественно, не нашли (впрочем, по моему ощущению, все были уверены, что так и будет). После Фулах распорядился никуда не выходить и быть друг у друга на глазах и оставил нас одних (наверняка с тяжёлым сердцем).

– Однако весело у вас, – прокомментировал Суинн, когда за тренером закрылась дверь. – И без обид, но ваш Хант мне сразу не понравился.

– С ним что-то не то в последнее время, – согласился Ричи. – Мне ещё на игре показалось, что он мог активнее побарахтаться, а не сливаться с доски.

Сливаться? То есть его проигрыш Миллсу и мой подпорченный миттельшпиль в партии с Вариором – ни разу не случайность?

– И ты ничего не сказал? – вырвалось у меня возмущённое.

– Мне же показалось, – в тоне Ричи отчётливо звучали оправдывающиеся нотки. – Такое не предъявишь.

Я с неохотой кивнула, принимая объяснение. В самом деле, это сейчас любой поступок Ханта хотелось под микроскопом рассмотреть. А прежде мелким странностям и ощущениям никто значения не придавал.

– Расклад становится всё гаже, – задумчиво прокомментировал Ривер. – Вроде бы противник нам достался не самый проблемный… Но теперь уже выходит семеро против шестнадцати, и это без учёта возможных подвохов.

– Я буду рад, если выяснится, что у маппетцев просто уникальные способности к восстановлению магии и здоровья, – хмуро согласился Джар. – А Хант снова влип в лакуну пространства-времени, а не банально нас кинул.

– Все будут рады, – вздохнул Ли. – Эх, только бы у тренера получилось вопрос с заменой решить!

«Не получится, – пессимистично ответила я в мыслях. – Нет у демиургов цели нам помогать, им бы эмоций подсобрать… А вот кстати! Не повод ли это развести нас на эмоции? Между Даркейном и Тарбриндом сто процентов будет драма-драма, а теперь и у нас есть повод от души понервничать. Да, нормальный мотивчик. Беда лишь в том, что хрена с два нам это как-то поможет».

Воцарилась тишина, угрюмая и сосредоточенная. Заглушая ор внутреннего паникёра, я крутила в голове, как прикрыть дыру в наших позициях; о чём думали остальные, сказать трудно. Время, с одной стороны, тянулось, как жвачка; с другой – случайно пролитой водой утекало в безжизненные пески Дессы. Тревога ширилась, на ум начинало лезть всякое. И не только мне: когда дверь, вёдшая «на свободу», отворилась, и через порог шагнул Фулах, все мы одинаково встрепенулись и посмотрели на него с нескрываемой надеждой.

– Помочь с поисками Норинга обещали, но заменить его не разрешили, – без лишних предисловий начал тренер, сгружая на стол ворох уже знакомых нам кинжалов в ножнах с фениксом (тут я, скажу честно, вздрогнула от не самого приятного воспоминания). – Однако мы можем сделать перестановку внутри команды. Например, поставить Никольски на место рыцаря. Также кто-то может поддерживать две проекции пехотинцев.

– Я без проблем возьмусь, – вставил Джар, и Фулах порядка ради уточнил у всех:

– Есть возражения или предложения?

Как и следовало ожидать, ни того ни другого не оказалось.

– Тогда переходим к вопросу о Маппете, – продолжил тренер. – В лазарете я получил ответ, что они никого из игроков этой команды не лечили.

– Как так? – вырвалось одновременно у меня, Ричи и Ли.

– Тренер Маппета с самого начала сказал, что травмами своих они занимаются сами, – пояснил Фулах. – И с поля Арены пострадавших уносили целители их команды, а не люди Хааса.

Это было до мурашек подозрительно, но… Но, как и с Хантом, подозрения в качестве доказательств не предъявишь.

– Игра не будет лёгкой. – Фулах обвёл нас взглядом, останавливаясь на каждом. – Да, впереди ещё финал, но всё равно: не экономьте силы. Маппет необходимо победить.

И именно в этот момент невидимая девица сообщила:

– На Арену приглашается команда академии Элиум! – и сердце моё позорно рухнуло куда-то в живот.

«А-а-а! Я не готова-а-а!»

– Не забудьте оружие, – сумрачно напомнил тренер.

Парни принялись разбирать кинжалы, а я, пользуясь моментом, быстро сняла амулет. Чувствуя себя до отвратительного беззащитной, отдала его Фулаху и взяла со стола последний кинжал.

«Эх, сейчас бы музычку, – мелькнула в голове дурацкая мысль. – „Группу крови“ там, или Final Countdown».

– Ты справишься. – Как и перед прошлой игрой, Фулах опустил мне на плечо жёсткую ладонь. – Помнишь? Только вперёд.

Я серьёзно кивнула в ответ. И под саундтрек из воплей внутреннего паникёра направилась к выходу на Арену.

Глава 81

– Гроссмейстер Картер, прошу, ваши инфотаблички.

Долбаное дежавю.

Я с вежливым кивком взяла у служительницы пластинки, но на этот раз даже рассматривать их не стала. Продолжила путь и только приблизилась к краю поля, как распорядитель произнёс традиционную формулу:

– Прошу гроссмейстеров команд подойти для жеребьёвки!

Мне казалось, хотя бы в четвёртый раз я не буду чувствовать себя на чёрно-белых клетках, словно в древней игре «Сапёр». И всё равно шла по игровому полю, как по минному.

К распорядителю мы с гроссмейстером противника вновь подошли одновременно. Я заглянула в ничего не выражающее, плоское лицо Кх’лесса и почувствовала, как руки беспричинно покрываются гусиной кожей.

– Жеребьёвка! – Как и в прошлый раз, распорядитель продемонстрировал нам белую и чёрную пешку. Подкинул в воздух: – Ловите!..

…И ни один из нас не сдвинулся с места. Я – потому что опять замешкалась, Кх’лесс… Возможно, он считал прыжки ниже своего достоинства. А может, даже и прыгать не умел – кто их, маппетцев, знает?

«Интересно, если мы так и останемся стоять, пешки сами упадут к нам в руки по выбору демиургов?» – подумала я. И всё же подпрыгнула, наугад хватая один из бешено крутившихся над нашими головами снарядов.

Или не совсем наугад. Мне хотелось снова поймать белую пешку, и я почти схватила её. Но в последний момент фигурка буквально выскользнула из пальцев, а мне в ладонь впечаталась её чёрная товарка. Белая же, как ни в чём не бывало, упала в руки гроссмейстера Маппета.

«Вот он ваш примат честной игры!» – зло подумала я и остро взглянула на судейскую ложу.

– Первый ход принадлежит академии Маппет! – провозгласил распорядитель. – А теперь по позициям!

И над Ареной зазвучал гонг.

Ривер правильно оценил мапеттцев. Их гроссмейстер в плане стратегии показывал игру не гения, но крепкого середняка, разыгрывая подобие лондонской системы. И сиди мы с ним за обычным шатранжем, я бы его сделала. Не одной левой, но и без потения над доской.

Однако мы играли в шатранж боевой. И там, где чёрная пешка должна была съесть белую, происходило ровно наоборот: маппетцы вовсю использовали своё умение создавать сильные проекции. Потому моя попытка в защиту Каро-Канн отправилась в известном направлении, и пришлось смириться: как и прежде я могла использовать пехотинцев исключительно для торможения противника.

К миттельшпилю расклад «семеро против шестнадцати» (точнее, уже «пятеро против десяти» – Орм и Ричи, пусть и добившись ничьей в своих боях, отправились в лазарет под крылышко Хааса) встал в полный рост.

«Грёбаные Фермопилы!» – мысленно ругалась я, сжав голову руками и нависнув над интерактивной доской.

И с тоской понимала: нас загоняли в глухую оборону, тупо задавливая количеством. Потому что как бы круты ни были Ривер, Суинн и Джар, на каждом из них уже висело по одному, а то и двум полноценным боям. А Кх’лесс своих реальных игроков берёг – например, ни одна из тур у него до сих пор не участвовала в бою.

– Маршал, е5! – Надо было дать отдых Ли, только-только уложившему коневую пешку маппетцев и стоявшему под ударом их слона Мр’Гроффа.

Чудом уложившему, кстати. Обычно проекции владеют теми же магическими навыками, что их создатели, но тут пешка Лоо’рхи (тёмная земля, светлое дерево) неожиданно жахнула ледяными кристаллами, которые, насколько я представляла, создают на стыке магии воды и земли. Возможно, вода была третьей стихией маппетского рыцаря – в официальной информации такое не пишут, а своего досье у нас не имелось. Возможно, тут крылся подвох. Но то, что Ли не растерялся и выставил щит-зеркало, отразивший кристаллы обратно их создателю, можно было считать процентов на восемьдесят удачей.

И эта удача стоила так дорого, что против следующего противника Братец Лис вряд ли бы выстоял.

Сосредоточенный до угрюмости Ривер перешёл на позицию. Оставался шанс, что Кх’лесс решит сделать другой ход: к примеру, попробует прорваться конём на правом фланге через Суинна, уже уложившего трёх пешек и потому порядком измотанного.

Однако соблазн скинуть с доски целого ферзя оказался сильнее. И Кх’лесс повёл слона в атаку.

Инфотабличка сообщала, что стихии Мр’Гроффа – светлый воздух и светлый металл. Потому, собственно, в партии с Ллиром он и не сумел противостоять камнепаду, устроенному нападавшим рыцарем противника. Сейчас же для победы ему следовало сделать упор на стихию металла – ведь воздух, как известно, лишь раздувает огонь, который был первой стихией Ривера.

И Мр’Грофф действительно начал с вихря сюрикенов. Ривер расплавил их в щите огня, а если точнее, то переплавил – и получившееся цепь-копьё разъярённой коброй бросилось на маппетца, норовя обвить стальным телом и смертельно ужалить трёхгранным наконечником.

В ответ Мр’Грофф шарахнул заклятием, превратившем оружие в грязно-рыжую ржавую труху. Ещё до того, как она успела осыпаться, бросился на Ривера с кинжалом врукопашную и одновременно использовал сбивающее с ног заклятие или что-то подобное. По крайней мере, Ривер поскользнулся, но сумел отбросить противника огненным щитом.

Вскочил на ноги, и над Ареной загремел его голос:

– Нечестная игра! Требую судейского разбирательства!

«Нечестная? – Я резво вскочила на ноги. – В чём? Ведь холодное оружие не запрещено!»

Однако сигнал гонга уже возвестил о перерыве в партии, и распорядитель, следивший за игрой с платформы, опустил её рядом с Ривером и ванькой-встанькой вскочившим Мр’Гроффом.

– В чём именно вы находите нечестность? – осведомился распорядитель.

– В том, – Ривер не сводил взгляда с противника, – что вместо заявленной стихии воздуха офицер Мр’Грофф использует стихию воды. И доказательство тому: заклятие ржавчины, использовать которое могут лишь те, у кого первая стихия – вода!

Глава 82

Это настолько важно? Вон, тому же Калди ничего не было за его ментализм! И вообще, разве здесь не у каждого второго мультимага по неучтённой стихии?

Однако, судя льду, вдруг сковавшему черты распорядителя, прегрешение Мр’Гроффа было серьёзным.

– Ещё прошу обратить внимание на рыцаря Лоо’рхи! – подал голос Ли. – У ледяных кристаллов, которые использовала его пешка, также в основе магия воды. Хотя в заявленных перед турниром умениях её нет.

Трибуны, до того притихшие, заволновались, а названный рыцарь бесстрастно проронил:

– Вода – моя третья стихия.

Вроде бы негромко, но не иначе как благодаря магии (или архитектурному гению создателя Арены) я его хорошо расслышала.

– Дело требует вмешательства судейской коллегии, – официальным тоном постановил распорядитель. – Партия остановлена до окончания разбирательства, однако пока всем игрокам оставаться на местах. Выход за пределы клетки означает удаление с доски.

И он заставил свою платформу взмыть прямиком к ложе судей. Все задрали головы, следя за происходящим, а до меня внезапно дошло: Лоо’рхи и Мр’Грофф! Те самые игроки, которые ну никак не могли восстановиться меньше, чем за прошедшую от прошлой игры половину суток.

«Всё-таки подстава. И Ривер её вроде бы разгадал».

Как бы по-мудацки он себя ни вёл иногда, как бы я к нему из-за этого ни относилась, конкретно сейчас я мысленно послала Риверу самую искреннюю благодарность, на какую была способна.

– Отличный ход.

На этот раз я шестым чувством уловила приближение Фулаха и, не вздрогнув, повернулась к нему. С чувством ответила:

– Только бы выгорело! – и спохватилась: – Ой, а вам можно с нами разговаривать?

– Не с вами, а с тобой, – поправил тренер. – Ты ведь стоишь рядом с доской, а не на ней. И пока перерыв, правила никак не регламентируют наш разговор.

Успокоенная, я кивнула и вновь подняла взгляд к судейскому балкону, перед которым висела платформа распорядителя.

Потому не увидела, а почувствовала, как мне в ладонь незаметно вложили что-то небольшое.

– Пока не вешай на шею, – тихо сказал Фулах. – Пусть просто полежит у тебя в кармане. Если игра продолжится, вернёшь.

«Подвеска-феникс!» – догадалась я.

Как можно естественнее спрятала амулет в карман штанов и только сейчас поняла, насколько неуютно мне было без его защиты.

Между тем совещание в судейской ложе (если, конечно, там было совещание) подошло к концу. И итог его оказался неожиданным: платформа распорядителя увеличилась, и на неё с достоинством взошли Кракен и Вараха.

«Лично разбираться будут. – Я почувствовала, как на загривке приподнимаются волоски. – Интересно, а где Надин? Тоже среди судей или предпочитает следить за происходящим инкогнито?»

Платформа мягко опустилась на чёрно-белые клетки Арены. Демиурги сошли с неё – один постоянно меняющий внешность, другой, наоборот, хранящий верность единственному образу. Приблизились к Риверу и Мр’Гроффу и где-то с полминуты просто молча изучали обоих.

«Нер-рвы взвинчивают!» – раздражённо подумала я.

И тут Вараха наконец заговорил.

– Ваше имя? – буднично осведомился он у Мр’Гроффа.

– Подмастерье третьей ступени академии Маппет Мр’Грофф, – в тон ответил тот.

Демиурги переглянулись, и Вараха сделал знак распорядителю. Тот протянул маппетцу пластинку и стилус, а Вараха прокомментировал коротким приказом:

– Напишите.

Мр’Грофф подчинился. И, возможно, я видела то, чего не было, но подчинился с усилием. Вернул пластинку распорядителю, и тот превратил её в видимый всем магический экран. Необычные, похожие на «пляшущих человечков» буквы на глазах стали меняться, пока не превратились в понятную запись «Мр’грофф».

– Об этом мало кто знает, – тоном рассказчика начал Вараха, – но в мире Харраш, где находится академия Маппет, очень трепетное отношение к именам. Их нельзя перевирать, нельзя давать прозвища, называться чужим именем и тому подобное. Каждая буква, вернее, символ имени что-то да значит. Например, когда в семье рождаются близнецы, тот, кто появился на свет первым, получает заглавную букву после апострофа. А тот, кто вторым, – строчную. Как видите, – он даже не шелохнулся, но рядом с экраном распорядителя загорелся ещё один: со списком игроков Маппета, – на участие в игре был заявлен некий Мр’Грофф. А на поле вышел уже Мр’грофф.

Он выдержал паузу, давая возможность всем уяснить смысл сказанного. И затем уже Кракен нудным тоном завзятого бюрократа произнёс:

– Подмена игроков без предварительного согласования с организаторами турнира является нарушением пункта двенадцать, подпункта три раздела «Ответственность команд». Оное нарушение в единичном размере предусматривает начисление команде-сопернику трёх ходов вне очереди. Если нарушений от двух и больше, команда-нарушитель дисквалифицируется с присвоением технической победы её соперникам.

– Потому, – подхватил Вараха, – сейчас распорядитель турнира лично проведёт сличение имён всех игроков команды Маппета. И в случае если выяснятся ещё нарушения, победа присваивается академии Элиум, а команда Маппета попадает в полное распоряжение организационного комитета.

Глава 83

Лица слушавших его маппетцев стали как будто ещё тупее и невыразительнее. А у меня в душе вместе с облегчением (не торжеством – ведь это нельзя было назвать настоящей победой) поднималась волна злости.

Неужели демиурги, создатели мира, не знали, что на Дессу прибыли лишние игроки? Неужели не понимали, насколько это неспроста? Равно как и отказ от лечения на общих правах.

А тут их, выходит, припёрли к стенке, и они, в лучших традициях гроссмейстера Тарбринда, скинули с доски ставшие помехой фигуры. Причём так скинули, что без особенных затрат обзавелись партией сервов.

«Хитрые ублюдки!»

Так вышло, что именно когда я подумала эту мысль, Кракен посмотрел на нас, и наши взгляды случайно встретились. По спине как наждаком продрали, но почти сразу же Фулах перекатом сместился, закрывая меня от демиурга. А тот, вдруг сделавшись неприятно похожим на профессора Сноу, отвернулся и уже живым, а не бюрократическим голосом произнёс:

– Этот случай – важный урок для всех организаторов будущих турниров. И я уверен: больше подобное не повторится. Мы будем крайне внимательны.

«Ага, ага, да».

Я, не особенно скрываясь, скорчила брезгливую гримасу и переключила внимание на распорядителя, по очереди подходившего с пластинкой и стилусом к игрокам Маппета. Каждый из них молча писал своё имя, и распорядитель без комментариев переходил к следующему. Наконец, закончив обход, он вернулся к демиургам и с поклоном подал им собранные записи.

Вараха и Кракен едва опустили на пластинку взгляды. Затем первый с видом «Какая же тягомотина!» подвёл итог:

– Обнаружено три нарушителя: офицер Мр’грофф, рыцарь Лоо’Рхи и тура Заа’крисс. Посему партия завершена в пользу академии Элиум, и у нас определён первый финалист турнира!

Трибуны зааплодировали, но, несмотря на свою поддельную сущность, без большого энтузиазма. А Вараха буднично закончил:

– Команда академии Маппет отправляется в отведённые для них комнаты и ожидает дальнейших распоряжений организационного комитета.

Пожалуй, впервые я увидела на лице маппетца по-настоящему живую эмоцию. Злосчастный Мр’грофф таким взглядом полоснул по Риверу, что удивительно, как напополам не рассёк. Однако при демиургах, естественно, даже не пикнул. Просто развернулся и походкой механической игрушки двинулся к своему гроссмейстеру.

Под зазвучавший над Ареной сигнал об окончании игры демиурги поднялись на летающую платформу, и распорядитель таксистом доставил их обратно в судейскую ложу.

А совершенно нерадостные парни подошли к нам, и Ли высказал общее ощущение:

– Какая-то победа без победы получилась.

– Ты бы предпочёл, чтобы эти каменные болваны раскатали нас числом? – немедленно окрысился Ривер, и Фулах поспешил загасить разгоравшееся пламя ссоры.

– Всё было сделано верно, – не допускавшим возражений тоном постановил он. – Благодаря наблюдательности Ривера мы выходим в финал почти без потерь. А финал, напоминаю, уже завтра. То же, как вы себя ощущаете… Это нормально.

– Это нормально, – подхватила я, поддаваясь желанию приободрить парней. – Техническая победа – это как проекция победы настоящей, потому в ней мало удовольствия. Но не забывайте: она всё равно победа, а не мухлёж. Мы играли в полную силу и честно. К нам нет и не может быть претензий.

– Именно так. – Фулах одобрительно положил руку мне на плечо. – А теперь возвращаемся к себе. После обеда начнётся второй полуфинал, и мы обязаны посмотреть его с трибуны.

Ответом нам стали несколько кивков, и наша команда далеко не поступью победителей вернулась в зону ожидания. Мы оставили там оружие (а я успела вернуть амулет на шею) и, не задерживаясь больше, вышли из здания Арены.

И вот тут заклятия коридоров иллюзии впервые дали сбой. Оказавшись в сквере секторов, отделявшем Арену от Кольца, мы увидели маппетцев, толпившихся прямо на красноватой траве газона. Они что-то обсуждали, однако стоило кому-то нас заметить, как разговор, напоминавший сердитое гудение пчёл, стих. В нашу сторону устремились шесть пар абсолютно пустых глаз, однако тренер Лш’Мааз что-то неразборчиво произнёс, и маппетцы немедленно отвернулись – все как один.

– Быть настороже, – вполголоса приказал Фулах. – Прикрыть Картер.

Парни, моментально отбросившие сплин, перестроились в боевой порядок, где замыкающими были Ривер и Джар. Не меняя темпа, мы пересекли сквер по соседней с маппетцами дорожке (от выброса адреналина у меня на руках все волоски дыбом стояли) и почти подошли к входу в Кольцо, когда меня что-то подтолкнуло обернуться.

Проигравшие всё так же стояли на газоне, и вслед нам смотрел только один. Лицо Мр’гроффа, как всегда, ничего не выражало, но меня вдруг обожгло воспоминанием о том его ненавидящем взгляде. И прежде чем я успела понять, что делаю, с губ сорвалось:

– Берегись!

А дальше всё происходило почти одновременно.

Позади нас возникла проекция пешки с готовым вот-вот сорваться с пальцев шаром заклинания. Нутром поняв, что цель – Ривер, я с силой дёрнула его в сторону, уводя с линии огня.

И нечаянно оказалась на ней сама.

Успела заметить летящий прямо в меня бледно-голубой шар, а затем получила такой удар в грудь, что дыхание выбило и отбросило назад, впечатав в успевшего развернуться Фулаха. В глазах потемнело, и, кажется, я на несколько секунд потеряла сознание.