Текст книги "Грозный змей"

Автор книги: Кристиан Кэмерон

сообщить о нарушении

Текущая страница: 40 (всего у книги 42 страниц)

Шип покачивался на месте.

– Ни один из моих волшебников не справился с защитой старой ведьмы. Мне придется действовать самому.

Он не скрывал сомнений. Могущественный волшебник побаивался.

Хартмут пожал плечами, хотя на нем был полный доспех. Вокруг летали черные мухи.

– Это бесполезно. Нам нужно привезти сюда требушеты или построить новые. Или спустить на них адских гончих, которые сровняли бы стены с землей.

– Да, мой учитель ждал иного, – сказал Шип. – Есть ли у нас другие варианты?

Хартмут посмотрел на капитанов.

– Мы можем отступить в Тикондагу и укрепиться там. Мы можем все лето заливать границы кровью, не пускать крестьян на поля и нападать, где нам захочется, пока не сожжем все дома до единого и у этого капитана не останется людей, чтобы валить лес. Мы можем держать армию в поле, пока расходы не подкосят их короля. Мы можем убивать простолюдинов, пока они не поймут, что король не может их защитить.

– Их король мертв.

– И они по нему не скучают, – заметил Хартмут.

– Твоя стратегия… мой учитель хочет другого.

Хартмут, который служил нескольким владыкам, сказал:

– Она никому не нравится, но я всегда ее предлагаю.

– Предложи что-то еще.

– Ты можешь оставить свою армию лежать здесь, на этой скале, среди леса, – презрительно сказал Хартмут. – Если твои темные силы не даруют тебе абсолютной власти, твоя армия умрет здесь.

– Я понимаю, – согласился Шип. – Предложи мне выбор.

Хартмут нахмурился:

– Мы можем свернуть на север, в обход его позиций. Широким фронтом, чтобы справиться с любым сопротивлением, окружить его и разбить в горах. Обходя любые укрепленные точки, попытаться отрезать дорогу. Тогда у них возникнут те же трудности, что и у нас: поставки.

– Мы можем питаться мертвецами, а они нет, – глухо заметил Шип.

– Зато они могут печь хлеб. И я бы предпочел хлеб.

– А что на востоке?

– На востоке у него еще люди, но они стоят на другой стороне реки, и их слишком мало, чтобы они представляли для нас угрозу. Я думаю, он хочет, чтобы мы шли на восток. Но с учетом последнего пополнения твоих маленьких тварей я бы поставил три-четыре легиона здесь и вокруг Дыры и весь день бросал бы их на укрепления. Они будут умирать медленно, а мы захватим дорогу и устроим битву там.

– Ты их не жалеешь, – заметил Шип.

– А для чего они нужны? Это расходный материал, но, если послать их в массированную атаку, они свяжут любые оставшиеся здесь силы – а мы обойдем с фланга.

– Обойдем его с фланга. Темное Солнце.

– Он побеждал тебя раньше, – напомнил Хартмут, хотя в том не было необходимости.

Шип захрустел каменными суставами:

– Я знаю.

Хартмут покачал головой:

– Мне нужно поговорить с тобой наедине, лорд волшебник.

Пришедшие из-за Стены удалились.

– Отступай и сражайся в другой день. Вот тебе мой совет.

– Нет, – сказал Шип.

– Тогда обходи их с севера. Как можно быстрее, – Хартмут набрал воздуха, – уходим в леса. Оставляем здесь большинство боглинов, они нас только замедлят. Сколько их, пятнадцать, двадцать тысяч? Пусть идут вперед, на стены.

Шипу стало легче.

– А большая битва будет?

Хартмут помедлил и сказал:

– Нас четверо или пятеро против одного их солдата. Или даже больше. Если нам повезет и мы будем двигаться быстро, битвы не будет. Они просто дрогнут – и тогда мы их перережем. Или умрут от голода, если выстоят. Если пробьются боглины – тогда мы одержим великую победу, а все их войско умрет.

Шип, казалось, с кем-то шептался.

– Резня подойдет. Важно, чтобы они собрались вместе. Как можно больше народу. – Шип снова покачался. – А если нам не повезет?

– Тогда случится жуткая битва в глуши, – Хартмут поджал губы, – не похожая ни на одно сражение, что я видел в жизни. С непредсказуемым результатом.

– Прекрасно, – сказал Шип.

– Как тебе будет угодно.

ГЛАВА ДЕВЯТНАДЦАТАЯ

БИТВА ПРИ ГИЛСОНОВОЙ ДЫРЕ

Небеса разверзлись сразу после завтрака. Опытные лучники спрятали тетивы в провощенные льняные мешочки и убрали их под шляпы. Молодежь последовала их примеру.

Топоры продолжали стучать.

После девяти часов прошла команда садиться в седла.

Калли залезал на лошадь очень медленно. Суставы ныли от напряжения и страха.

Войско поехало на восток, сквозь буковую рощу. Под огромными деревьями почти не было подлеска, если не считать редких кустов калины да полянок, иногда поросших травой, но чаще малиной или ежевикой. Калли держался рядом с капитаном. Двигались они очень быстро. Ширины дороги как раз хватало на двух людей в полных доспехах, сидящих на крупных лошадях. Дорога шла вперед, миля за милей.

На второй миле они наткнулись на дровосеков – испуганных людей из долин на юге и востоке. И на их стражей.

На золотых медведей.

Строй разом вздрогнул. За медведями стояли ирки, сотни ирков, высоких, тощих и злобных, клыкастых и хорошо вооруженных.

Калли заставил себя ехать дальше. Огромный золотой медведь – его глаза были вровень с глазами всадника – оскалился. И сказал что-то, напоминающее альбанские слова.

Калли улыбнулся в ответ.

– Мать твою, – буркнул Фларч у него за спиной. – Ты слышал медведя?

Калли проговорил, не в силах справиться с дрожью:

– Он сказал: «Найди себе кого-нибудь».

У Калли не выдержали нервы, и он засмеялся – слишком тонко и слишком громко. На него оглядывались.

Слева показался из укрытия белый олень. На нем восседал рыцарь в самых прекрасных доспехах, которые Калли видел в жизни.

– Сказочный Рыцарь, – заахали люди. Кто-то из войска радостно поприветствовал его, кто-то из фермеров тоже.

Сказочный Рыцарь, который выглядел великолепнее и царственнее, чем когда-либо получалось у капитана, подъехал на своем огромном олене к сэру Габриэлю. Они пожали друг другу руки.

– Рад встрече, – сказал сэр Тапио. – И что мы теперь будем делать?

– Поедем на восток как можно дальше, пока не увидим Единорога, – ответил капитан. Единорогом звалась огромная белая скала, которая вздымалась над горой Оленьего пруда. – Затем, если все пойдет хорошо…

Сэр Тапио улыбнулся знающей улыбкой, и они поехали дальше вместе. Первую милю их свиты держались поодаль друг от друга, но потом смешались. Рыцари-фейри были ирками. Ирки изящнее людей, а доспехи у них старомоднее. Вместо стальных панцирей – бронзовые кольчуги без рукавов, а на ком-то и вовсе кожаная броня вместо стальной, хитрой формы. Зато ирки ехали на лошадях особой породы, а многие – на оленях и крупных карибу, которые легко шли по лесу. К тому же они были обвешаны такими чарами и рунами, какими не мог похвастаться почти никто из людей.

Они проехали по южному берегу Большого каменного озера. Капитан время от времени сверялся с восковой табличкой. На коротком привале Калли заметил, что надписи появляются на ней сами собой, и потряс головой.

– Они атакуют наши укрепления, – признался капитан Сказочному Рыцарю.

– Это лучше, чем я ожидал, – сказал сэр Тапио. – Я беспокоился, что мы гонимся за оленем, который давно ушел.

– Миля за милей наши войска учатся действовать вместе, – заметил капитан.

И в самом деле, впереди длинной колонны медведи и ирки шли в стрелковой цепи рядом с людьми Гельфреда. После озера параллельно войску потекла толпа боглинов: они ползли через земли Диких, как муравьи ползут по камням, касаясь друг друга. Выглядело это неприятно и страшновато, и почти никто на них не смотрел. Но все же люди чувствовали себя под защитой.

Дровосеки, расширявшие просеку, вздрагивали, тряслись и впадали в панику, когда мимо них проходили боглины или топали хейстенохи, страшно дергая мерзкими вытянутыми головами и мотая щупальцами.

Многие занервничали, когда пришедшие из-за Стены пробежали несколько сотен ярдов по новой дороге. Они двигались особым военным шагом и казались неутомимыми. Под легким дождем алела боевая раскраска. Почти бесшумно они промелькнули мимо, только тихо прозвенели серебряные колокольчики.

Наступил полдень. Вперед выслали разведчиков всех рас, люди спешились, пажи забрали лошадей.

Нелл протянула руку к оленю Сказочного Рыцаря. Он обходился даже без поводьев.

– Иди с крас-савицей, – велел сэр Тапио и улыбнулся ей, открыв клыки. Мягко спрыгнул с седла, продемонстрировав чудеса акробатики.

– Показуха, – заметил сэр Габриэль. Он спешился обычным манером, повернувшись и соскользнув с бока лошади.

Со стороны Белого отряда появился Морган Мортирмир, и Тоби провел его вперед. В походе Тоби исполнял особенности мажордома и решал, кого пропустить во внутренний круг, а кто может подождать.

Мортирмир был взволнован.

– Милорд. – Он улыбнулся и открыто уставился на Сказочного Рыцаря и красивую и жуткую иркскую женщину в медных доспехах, которая стояла у него за плечом.

– Ой! – сказала она и приложила медную руку к щеке Моргана. – Сила!

– Руки прочь, Лилит, – велел сэр Тапио. Ирки засмеялись.

– Да? – спросил капитан с одной чесночной колбаской во рту и второй в руке.

– Милорд, мне трудно выбрать, откуда начинать… я разгадал лошадиный мор.

Тоби тут же пожалел, что позволил кому-то оторвать капитана от еды.

– В самом деле? – спросил сэр Габриэль.

– Да. Ответ был у меня под носом. Все очень просто. Вообще-то я был прав с самого начала. Все дело в увеличении. Понимаете…

– Морган, – глаза у капитана были добрые, – меня ждет важнейшая битва. Мне нужно подготовиться. Ты можешь остановить лошадиный мор?

– Да, прямо сейчас.

– Прекрасно. Покажи мне и всем герметистам, как это делается, – он мягко улыбнулся, – и оставь меня в покое.

Морган устыдился. Потом оба на мгновение застыли. Капитан вернулся первым.

– Ты в самом деле учишься с каждым днем. Тапио?

Он снова исчез в своем Дворце воспоминаний, а Тоби побежал за водой – из эфира капитан всегда возвращался, умирая от голода и жажды.

Сказочный Рыцарь покачал головой:

– Интерес-с-сно. Люди умеют делать нечто из ничего. Нечто ужас-с-сное.

– Я не готов винить людей во всех бедах этого мира, – сказал сэр Габриэль, – но все же не будем из-за них ссориться.

– Ты читаеш-ш-шь мои мыс-с-сли, – улыбнулся сэр Тапио.

Дождь не прекращался. Он был несильный, но тянулся бесконечно, заливая строй. Было холодно, и дыхание людей, лошадей, медведей и прочих тварей вылетало облачками пара. Двинувшись дальше после привала, войска быстро добрались до конца дороги, которую прорубали сто человек разом.

Молодой бородатый мужик встал на пути у капитана:

– Простите, милорд, но мой батя и все наши ушли на юг, и мы их потеряли. Батя говорит, что нужно дорогу назад делать. А я ему…

– Гельфред! – позвал капитан. – Парень, мы постараемся найти твоего отца. Вы продвинулись лучше всех. Рубите дальше! Принц Окситанский идет за нами. Мне нужна эта дорога, она укажет ему путь. Как тебя зовут?

– Уилл, милорд.

– Уилл, держитесь вместе и работайте. – Он обменялся взглядами со Сказочным Рыцарем.

– Единорог прямо на с-с-севере, – сказал Сказочный Рыцарь, – я вижу его, но не глазами.

– Поворачивайте на юг, – велел капитан Уиллу. – У нас за спиной вы будете в безопасности.

– Да, милорд. Вы найдете моего батю?

Уилл Старлинг, высокий, суровый, затянутый в зеленое, хлопнул его по спине:

– Найдем.

После поворота дорога стала труднее. Почти час они перебирались через широкий заросший бобровый луг. Только в лесу, среди огромных деревьев и полян, Калли понял, что они едут на юг. Дождь стал слабее.

На юге прогремел гром. Потом еще раз. А потом впереди выскочил из укрытия Гельфред. Указал руками на юг и на восток. Капитан придержал коня, вынул покрытую воском табличку из слоновой кости и что-то поспешно написал.

Впереди затрубили рога. Сэр Тапио остановился.

Гельфред подъехал галопом:

– Прямо за холмом. Тысячи.

– Расстояние? Точно! – потребовал капитан.

– Выстрел из большого лука. – Гельфред, разворачивая коня, взводил арбалет.

Капитан выпрямился в седле. Посмотрел на сэра Майкла, который ехал сбоку, на Гельфреда, а потом – долгим взглядом – на сэра Тапио.

– Ганфрой! – крикнул он, не спрашивая ни у кого совета. – Труби «формировать фронт»! – Он прислушался к безупречному сигналу. – Труби «менять лошадей»!

Сэр Майкл развернулся и поскакал на север. Сэр Милус пробирался на юг, пересев на другого коня.

– Я хочу напасть, – сказал капитан. Судя по лицу, он страдал. Все было слишком долго. – Нам нужно занять холм или отступать к следующему. – Строго говоря, они спускались. Земля шла вниз, то круто, то плавно, как волны в океане, и так до самого Альбина в шести милях. – Но можно и прямо здесь.

– Тут мы с-с-сходимс-ся, – сказал Тапио, – я с-соглас-сен.

Лес был свободен. Задние ряды давно смешались на пути по болотам в обход старых бобровых хаток, но тысячи животных протаптывали свою собственную дорогу, и задним было куда проще идти, чем передним.

– Твои люди уже на флангах?

– В ос-с-сновном на западе. Я пойду туда. Отправь ко мне с-сотню рыцарей, когда я трижды протрублю в рог, – сэр Тапио улыбнулся, – у тебя больш-ше рыцарей, чем у меня.

– Хорошо, – согласился сэр Габриэль, и они ударили по рукам.

Сказочный Рыцарь махнул рукой, прозвенели какие-то колокольчики, и все его рыцари уехали. Они скакали так же быстро, как снуют ласточки, и вскоре исчезли из виду.

– Сэр Бесканон берет тридцать копий и держит их в резерве для сэра Тапио. – Сэр Габриэль удостоверился, что его приказ принят, и двинулся дальше.

На холме перед ними запели рога. Маленькая армия перестраивалась из колонны в линию. Отряд сэра Габриэля сделал это быстро и плавно, несмотря на мешающие деревья. Новичков приходилось подталкивать и пихать в спину. Ветеранов еле хватило, чтобы линия все-таки выстроилась. Белый отряд сэра Милуса почти наполовину состоял из новичков, и Красный тоже. А в Зеленом отряде Гельфреда оказались одни испытанные вояки.

Калли заметил, что капитан все еще что-то пишет. Далеко слева уже дрались. Звучали рога.

– Я думаю, мы наткнулись на их основные силы, – сказал капитан. – Отправлю Изюминку за резервами.

Он улыбался. Калли терпеть не мог эту улыбку.

– Резервы? – переспросил он.

Капитан снова мерзко улыбнулся:

– А ты не думал, где все это время был мой брат?

Калли приободрился.

Все утро на западе и юге глухо стучали топоры. Хартмут вздрагивал каждый раз, когда звук становился чище. Ему представлялась длинная линия фортов, выстроенная поперек дороги…

Еще до полудня кветнетоги из клана Мертвого дерева и хуранские разведчики поймали группу дровосеков и убили их. После этого армию никто не задерживал. Она шла вперед, навстречу невысоким холмам, поднимаясь по крутым склонам и немного спускаясь по более пологим. Хартмут не знал этой страны, но примерно представлял характер ландшафта. Он думал, как быстро несколько миль дикой местности поглотят его войско. Насколько редким окажется лес.

Этот лес выглядел куда более чужим, чем все, что он видел раньше. Но Шипа устраивал их маршрут, и они ломились дальше. Для людей – матросов и бриганов – путь был ужасен, но Хартмут поставил их посередине колонны, чтобы громадные демоны, каменные тролли и прочие лесные твари протоптали для них дорогу. Наконец они выбрались с низменности и оказались в горах, где росли огромные деревья. Чем выше поднималась армия, тем меньше становилось цепляющейся за все калины и жуткой ольхи.

Канксис, один из вождей клана Мертвого дерева, появился из пелены дождя. В плаще из перьев он был почти незаметен – пока сам не обнаруживал себя.

– Шип, они здесь! Целая армия!

Канксис был сильно взволнован, его красный гребень встал торчком, налившись кровью, а белоснежные клыки сверкали.

– Где? – спросил Шип.

Наверху, на следующем холме, слабо протрубили рога. На севере. Разнообразные уши насторожились.

Без дальнейшего приказа вся орда под предводительством демонов из клана Мертвого дерева – время от времени их обгоняли воины пришедших из-за Стены – ринулась вперед, на холм. Они шли колонной шириной в десять или около того тварей, ломая подлесок на своем пути, и все набирали скорость. Их было очень, очень много, и они растянулись по трем последним холмам.

– Стоять! – заорал Хартмут на своих подчиненных-людей и сплюнул. Они встали. Твари огибали их, двигаясь вперед.

Враг – демоны и пришедшие из-за Стены – первым добрался до вершины холма.

Капитан громко выругался.

– Не останавливаться! – крикнул он, когда строй дрогнул. Огромные Стражи в перьевых плащах, с блестящей под дождем гладкой кожей, были страшны. Всем в войске еще снились кошмары о демонах в Лиссен Карак.

Чем выше люди лезли по крутому склону, тем ненадежнее становилась земля. Там, где из-за завесы дождя выскакивали демоны, под ногами уже остался только голый скользкий камень.

– Ближний отряд, спешиться! – крикнул капитан.

Ругаясь – ни один рыцарь не любит сражаться пешим, – ветераны соскакивали с боевых коней и передавали их пажам. Иногда при этом они отходили назад всего на пару шагов.

– Разомкнуть ряды, – приказал капитан. Он тоже шел пешком.

Люди поднимались по самой крутой части склона. Сверху полетели тяжелые камни. Демон швырнул булыжник размером с человеческую голову, и Крис Фольяк умер – ему пробило череп. Оруженосец занял его место, и отряд продолжил путь. Когда маленький камень сломал нос лорду Уимарку, тот только захлопнул забрало.

Камни были не единственным оружием врага. Демоны размахивали тяжелыми топорами. Стражи остановились на гребне, а пришедшие из-за Стены обходили их с двух сторон.

Отряд преодолел последние несколько ярдов. Лучники уже давно стреляли с близкого расстояния – почти все они стояли за деревьями, размерами напоминавшими церковные колонны.

Капитанский отряд схлестнулся с демонами, но те не уступали ни пяди. Нелл упала, разрубленная почти пополам. Тоби заметил, что капитан тоже рухнул, когда ему в грудь попал камень. Но он перекатился и вскочил, прежде чем Тоби успел что-то придумать. Сам Тоби пропустил удар – шлем выдержал, но голова мотнулась назад, Тоби закричал и свалился, и несколько секунд тяжелое копье капитана было везде.

Демон упал. Еще один покатился вперед, путаясь в собственных кишках.

– Назад! – закричал капитан.

Тоби ни разу не видел, чтобы отряд отступал. Поначалу он даже не поверил в это, и Калли, надежно укрывшийся за деревом у подножия холма, выдернул ошеломленного юношу из-под града камней. Демоны дразнили побитых людей.

Они отступали медленно, несли за собой раненых. У остального войска дела обстояли получше – кое-кто, например копье сэра Майкла, даже успел добраться до вершины первым.

– Это была Нелл? – спросил капитан у Тоби.

– Да, – рявкнул Тоби.

Лучники продолжали атаку, выпуская одну стрелу за другой с потрясающей скоростью. Камни их не пугали, и стрелы попадали в цель. Демонам приходилось плохо.

Кто-то из шаманов швырнул заклинание. Капитан отразил его.

– Слушай, – сказал он Тоби, – слушай рога. – Он улыбался.

Тоби слышал только шум отчаянной битвы. Рога, звон стали, крики и стоны… Нелл, Крис Фольяк… он никогда не чувствовал себя настолько усталым и разбитым.

– Все готовы? – спросил капитан. – Бегом наверх. Каждый убивает по одному. Вот и все.

Тоби оглянулся. Что он только что услышал? Они снова полезут наверх?

Капитан выступил из-за огромного дерева, и камень тут же ударил его в левое плечо. Он поднял правую руку и протрубил в рог. Побитый отряд собирался снова, вылезая из укрытий.

Капитан проделал уже треть пути вверх. Он летел над камнями, как лошадь фейри. Тоби решил, что не будет смотреть, как капитан прыгает с камня на камень – и это в полном доспехе. Глупо и безрассудно. Он упал на острый камень, нагрудник принял на себя удар. Встал, прыгнул вперед. Тоби больше не видел капитана, но над ним вдруг замаячила огромная крылатая морда.

Иногда нужно просто забраться на холм первым.

Ирония ситуации заключалась в том, что эта часть битвы была уже выиграна. Габриэль слышал рога Красного отряда и крики Майкла с вершины. Он догадывался, что враг будет наступать узким фронтом – поначалу. Это никак не отменяло того факта, что для победы нужно удержать всю вершину холма. К несчастью, противник поставил в первые ряды свои ударные войска.

Логика была непогрешима. Но Габриэль упустил шанс, и теперь ему приходилось идти первым – и с большой долей вероятности погибнуть. Он подумал – одновременно – о Гармодии, Амиции, Бланш, матери и почему-то о сэре Тапио. Победят они или проиграют – он в любом случае может погибнуть прямо здесь. Это его устраивало.

Он побежал вперед.

У него был план. У него был план на любой случай, и, если бы ему не приходилось тратить множество усилий на каждый вдох – он бежал по крутому склону в полном доспехе и бацинете «свиное рыло», – он бы засмеялся. Никакого плана он не придумал только для Бланш, для целого нового мира счастья и восторга, к которому он никогда не привыкнет.

Планирование переоценено.

Но он запланировал не использовать силу до встречи с Шипом и к тому же понял, столкнувшись на голом каменном склоне с сотней гигантских демонов, жаждущих его крови, что совсем не хочет терять еще одного друга.

Он прыгнул влево, удачно приземлившись на большой камень, и взмахнул левой перчаткой, разжимая кулак. С пальцев слетели семь заклинаний подряд. Он скопил энергию, которой хватило бы на много дней, и спрятал результат в разуме верной Пру. Ему не нужно было входить во Дворец или произносить слова заклинаний.

Демоны умирали. Кто-то лишился ног, перерезанных в лодыжках. Их шаман поспешно начал колдовать – сперва наложил мощный щит, чтобы спастись от второй атаки, а потом принялся творить заклинание-молот. Такие простые чары труднее всего отразить.

Габриэль взмахнул тяжелым копьем и потянулся через опасные просторы эфира, нашел шамана и поглотил его, хотя он кричал и молил о милосердии. Тварь сдохла.

«Мы сами монстры, – подумал Габриэль, – по крайней мере, я. Убили моего пажа, значит?»

Он лез вверх, и клинок его мысли разил их.

В эфире он взревел:

«Иди сюда, Шип. Давай покончим с этим. Приди и умри».

Вокруг царила смерть.

Для Эша все смерти были одинаково ценны. Все шло в точности так, как он задумал, и он наслаждался успехом, только улыбаясь при появлении маленьких препятствий. Боглины умирали, бросаясь на стены, – прекрасно. Люди умирали, пещерные тролли умирали, и даже сладкие, медовые на вкус золотые медведи тоже умирали.

Авангард выдержал одну атаку, а потом истаял под градом заклинаний, выпущенных талантливым магом. Даже Эш отметил, что ему стоит опасаться этого человека, но мысль куда-то ускользнула, и он выжидал, следя, как все его силы и достижения, вся его сущность приближается к Превращению, которое он считал ключом к новой победе, к бесконечной череде новых побед. Способом обойти остальных. Путем к свободе и власти.

Смерть. Еще смерть, еще пять, еще две, десять.

Он почувствовал, что предел достигнут, и, хотя он не был способен испытывать радость, ощутил нечто очень на нее похожее.

Шип чувствовал, как улучшается настроение его хозяина, и это влияло и на него тоже, хотя он слышал крики Канксиса о помощи, а фланги его войска начали терять позиции на вершине и отступать. Большая часть огромной армии еще не сражалась. Они занимали склон, как вода, текущая наверх. Узкий фронт расширялся естественным образом – каждая тварь пыталась залезть повыше.

Но Эш был уже тут. Как любовник, приближающийся к пику наслаждения, он требовал завершения. Он подбирался к пустоте, которой Шип окружил яйцо в своем разуме.

«Иди сюда, Шип», – сказал голос Темного Солнца.

Сейчас или никогда.

«Я иду», – ответил он. Он преобразился – отпустил сущность, которую удерживал так долго, изменил свои мысли, покинул тело, где скрывались его воля и разум, – при этом вспыхнул черный свет…

Тоби опустил боевой молот на когтистую лапу. Больше ему ничего не оставалось – разве что положиться на удачу и на хороший доспех.

Молот попал в цель. Демон, испуганный тем, что убивало его товарищей, промахнулся. Тоби вскочил, атаковал еще раз – и тоже промазал. Демон, упав на чешуйчатое колено, взмахнул топором. Удар пришелся в край панциря. Тоби отшвырнуло в сторону, из подмышки сочилась кровь.

Они ударили почти одновременно.

Стальной молот Тоби, который он удерживал двумя руками, пошел вертикально вверх, прикрывая голову, а потом обрушился на врага, как учил капитан. Тоби попал почти точно туда, куда целился. Демон получил удар в левый глаз и рухнул.

Тоби надолго замер, не веря в свою удачу. Но на склоне над ним огромные Стражи разворачивались и бежали. Слева от Тоби уже никто не сражался, только блестели под дождем доспехи. Люди – даже конные – стояли на вершине.

Сэр Майкл захватил холм.

Тоби увидел капитана. Тот стоял в защитной стойке, глядя в пустоту. Всего в нескольких ярдах от вершины. Опустив копье.

Он был один.

А потом – не один.

Раздался ужасный раскат грома, как будто тысяча молний ударила одновременно. Рядом с капитаном возник столб черного дыма высотой с колокольню деревенской церкви. Изнутри его освещал багровый огонь, и огненные крылья распахнулись позади, и такой же огонь венчал его как будто нимбом.

Шип высился над Красным Рыцарем.

Он опустил посох, ударив в реальности. Красный Рыцарь отбил удар древком копья и отступил вправо.

Тоби показалось, что жезл и копье, столкнувшись, вспыхнули ярко-белым пламенем.

С точки зрения Габриэля, Шип ударил только для того, чтобы скрыть свою герметическую атаку. На этот раз в его действиях не было ни презрения, ни наигрыша. Шесть вложенных друг в друга заклинаний обрушились на Красного Рыцаря лавиной мастерски сплетенной силы.

Он справился со всеми. Виртуозно применив несколько инструментов разом, он…

…оказался рядом с Пруденцией и послал в атаку все защитные чары, амулеты и преграды, кроме одной. Клинок из света блокировал дубину из тьмы, как раз вовремя. Навстречу пошло контрзаклятие. Пламенная сеть, подавление воли, омерзительный потоп… заклятие поглотило удар, и вперед понеслось второе. Чистый белый туман силы отлетел в сторону – почти отлетел…

И был поглощен.

В него попали трижды. Не все удары он смог отразить, но броня и руны защитили его. Он устоял на ногах, держа в руках копье.

Мысли закончились. Он взмахнул копьем.

Шип прикрылся посохом…

…и пропустил слегка задержавшийся удар – ответ на замах его дубины. Он…

…пошатнулся, раненый.

Он выхватил что-то из-за пояса, и элементарное отвлекающее заклятье Габриэля пожрало первое заклинание Шипа и отразило его обратно. Волшебник потерял нить, и…

Первое заклинание, созданное Красным Рыцарем в эфире, оказалось слишком медленным – все до единой защиты были подготовлены заранее, а теперь он полагался только на себя. Но он не успевал. Шип, дважды раненный, снова сотворил заклинание, и оно, великолепное и темное, ударило откуда-то сбоку. Эйфория исчезла.

Жезл Шипа врезался в плечо. Доспех смялся, как жестяной, кости треснули.

Пруденция все еще вращалась вокруг своей оси, разматывая следующее заклинание и ожидая сигнала.

Боль была как шум дождя и грохот барабанов, она распространялась по груди и боку, но Красный Рыцарь не замечал ее.

В одно мгновение – Бланш, ее руки, темнота – он отбросил свой прежний план.

Правой рукой крутанул копье, сделал финт, перехватил копье другой рукой.

– Fiat Lux! – крикнул он, отпуская заклинание, которое заняло так много времени…

Шип перехватил его, поставив массивный щит и уважительно поклонившись.

Но заклинание оказалось отвлекающим маневром. Копье завершило движение, и Красный Рыцарь, вложив в удар все свои силы, ткнул Змеевым оружием в открытый пах Шипа.

Стоя с другой стороны холма, Хартмут различал сквозь дождь вспышки света. Войска Шипа ковром закрыли склон, поднимаясь наверх, справа и сзади от него.

Битва – если ее можно было так назвать – началась меньше пятнадцати минут назад. Даже его рыцари вздрагивали от гулких звуков, доносившихся из эпицентра. Постоянно приползавшие раненые демоны Хартмута не радовали.

– Шип! – рявкнул он.

Ему ответил только стук дождевых капель и тройная молния – три быстрые вспышки, которые Хартмут запомнил навсегда. Воздух дрогнул под взмахом огромного одинокого крыла. А вокруг этого крыла – оно было не меньше ядра его армии – повисли кости. Кости, в одно мгновение вырванные из плоти. Демоны, пришедшие из-за Стены, люди и звери, рыцари и кони лишились костей за один удар сердца.

Оно поднималось.

Только крыло. Длинное, темное, черно-синее, пронизанное артериями, слабо светившимися черным пурпуром. Оно двигалось.

Изящное и неотразимое.

Сэр Хартмут все никак не мог понять, какого оно размера, и не верил своим глазам.

Поднимаясь, крыло сбило его на землю вместе с конем.

Мэг встала на ноги.

– Он приближается, – вслух сказала она. Вслух, хотя была одна. На первой линии укреплений не осталось ни одной живой – или проклятой – души.

Как она и рассчитывала.

Лорд Уэйленд, главный конюший, и их войска пережили два нападения немыслимо огромной толпы боглинов. Ополченцы из северного Брогата сражались – с ее герметической поддержкой, – пока болото и все рвы не завалило мертвыми монстрами.

Теперь вражеские войска собирались на дальней стороне болота, готовясь к новому штурму. Люди лорда Уэйленда с удовольствием подчинились приказу отступать на более высокую и безопасную точку.

Мэг осталась. У Мэг был свой план.

– Вот и я, Джон, – сказала она, как будто ее любимый был рядом. Он явился, как гроза летним днем – черное, распухающее облако.

Мэг поднялась на цыпочки и обрушила пламя туда, где воплощалось чудовище, в нескольких милях к северу. Она выпустила свое заклинание в то мгновение, когда тварь переходила из эфира в реальность и присутствовала одновременно и там, и там. Чудовище принимало форму – не медленно выбираясь из яйца, как надеялась Мэг, а вырываясь в мир одним скачком, уже полностью оперившееся.

Мэг стояла посреди пустой крепости из земли и дерева и рвала все цепи, которые сдерживали ее силу. Она не училась в университете и не умела строить Дворцы воспоминаний, ее удары были простыми и мощными.

Синее пламя рванулось в небо.

За болотом толпа боглинов – необозримая шевелящаяся масса – готовилась к очередному броску через топь. У них были плоты, лестницы, плетенки из дикой ежевики, веревки из лозы и травы. Здесь стояли все, кого породили земли Диких за последние два года. Их оставили ловить горцев и пожирать их. А потом, когда фланг армии окажется в безопасности, а их братья выложат дорогу своими телами, штурмовать укрепления.

Горцев не было.

Почти в пяти милях к югу горцы на рассвете вброд перешли верховья Альбина, оскальзываясь на мокрых камнях, ругаясь и поглядывая на рощу, где они бы устроили засаду. В конце переправы на них напала горстка ирков, и Кеннет Ду умер, получив стрелу в горло. Но люди в длинных кольчугах перебрались на другой берег, перебили там всех и двинулись вперед – не на запад, где ждали союзники, а почти точно на восток, лишь слегка забирая на север, дальше в болота. Как будто бы они хотели добраться до Мореи. За ними шел выживший скот. Стадо двигалось параллельно горцам, но по восточному берегу реки, где тянулась старая дорога. Скот гнали вперед конюхи и несколько старых пограничных стражей.