Текст книги "Из Тени Прошлого (СИ)"

Автор книги: Катти Шегге

сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 49 страниц)

– Прошу вас, помогите, отнести этого молодого человека в дом!

Он подхватил тело на руки, на подмогу пришли еще двое мужчин. Они втащили графа в комнату, около двери которой стояла Марго. Она жестом указала на помятую кровать и озабоченным взглядом следила за движениями горожан, бросивших избитого парня в грязных разодранных штанах на чистые простыни. Придерживая створку двери, колдунья нетерпеливо ожидала, когда любезные помощники покинут помещение, и она останется в доме одна, чтобы привести графа в чувства. Поэтому она даже слегка вздрогнула, услышав позади обращенные к ней слова, которые вывели её из задумчивого оцепенения:

– Ваше Величество, регент…

Марго обернулась. Перед ней стоял согнутый, одной рукой придерживавший поврежденное бедро, с перепачканным кровавой пылью лицом черноморец, который некоторое время назад столь яростно бился с Лансом на глазах у десятков пар восторженных глаз. И хотя вид его был ужасающим до неузнаваемости, голос охрип, а изо рта сочилась кровь, и был выбит зуб, Марго совершенно по-новому посмотрела на человека, которого уже по услышанному из кровати разговору знала, как звать, а нынче удалось разглядеть вблизи.

– Кемний… Гиз Кемний Братах, – сперва в её голосе сквозило сомнение, но последние слова она произнесла твердо и уверенно.

– Уже давно не гиз, Ваше Величество… Хотя вы тоже, – черноморец оскалился в жестокой улыбке, – прошу прощения, но уже не регент. Я узнал вас только сейчас, царица. И увидев вас, я понял, насколько счастлив…

– Что ж, хорошо, что вы еще хотя бы помните, кем я была, – строго перебила его колдунья. – Вот только заветы гостеприимства вами совсем забыты. – Марго пыталась сдерживать голос, но это удавалось ей с трудом, едва она представляла, что бывший солдат сделал с Лансом. К тому же не стоило кричать на всю округу, что она царица, ведь все прошедшие дни странствий она старательно скрывала это.

– Но я бы никогда не посмел…

Гиз не успел договорить, так как девушка, пропустив в дверном проеме мужчин, покидавших комнату, немедля скрылась внутри, захлопнув за собой крепкую деревянную створку. Она помедлила всего лишь несколько секунд, размышляя верно ли поступила, проигнорировав черноморца, который мог в запале гнева и ярости, владевшим им совсем недавно, погубить все замыслы ведьмочки. Но Марго решила, что сейчас важнее не её планы, а жизнь человека, который лежал в темном углу. Кемний был её гизом десять лет назад, а люди Веллинга были приучены к тому, что все тайны и секреты царей оставались навсегда похороненными в их памяти и извлекать что-либо на суд людей и богов не было позволено ни перед угрозой смерти, ни из самых благих намерений. Но предавали извечно и завистники, и верные гизы, и даже родные дети… Марго это изведала на собственном пути. Однако она отбросила прочь сомнения и скорым шагом приблизилась к кровати.

Она присела на край и слегка прикоснулась холодной рукой ко лбу графа. Марго прикрыла глаза, пожелав, чтобы Ланс поскорее пришел в себя. Ей никогда не нужно было зрение, чтобы лечить людей, ведьмочка должна была почувствовать состояние пациента. В памяти Марго всплывали отголоски уроков Агрионы, которая напутствовала её в этом деле в Деревне, но те подробные описания человеческого организма так и остались за пределами знаний юной колдуньи, а новых сведений о целительстве она не получила. Её учитель Сарпион никогда не был заинтересован этим чародейством. Марго всегда лечила на ощупь, так поступила и теперь. Казалось, что ничего не изменилось. Но она еще раз прильнула к груди Ланса. До слуха донеслось размеренное биение его сердца, а также дыхание. Она поглядела на спокойное лицо графа. Он все еще не открыл глаз, но девушка решила, что скорее всего он просто заснул, как это зачастую случалось со многими старицами, которых ей приходилось лечить, применяя колдовство в далийском монастыре. Губа графа была рассечена, подбородок вымазан в крови, вокруг глаз расплывался фиолетовый след от меткого удара кулаком. Нос и щеки были вымазаны в грязи, к обнаженному торсу присохла земля.

Колдунья ласково провела рукой по его лицу, а после отошла к столу, возле которого стояло ведро со свежей водой. Она оторвала небольшой лоскуток от сорочки, которую еще вечером нашла в сундуке и облачилась на ночь, так как дорожные платья следовало давно почистить и освежить. Намочив ткань в прохладной воде, девушка вернулась к кровати. Она взобралась на широкую постель, подобрав под себя босые окоченевшие ноги. Аккуратными медленными движениями ведьмочка протерла лицо и грудь графа, стирая багровые пятна запекшейся крови и грязи. Марго нежно коснулась щеки Ланса чистой ладонью, а потом нагнулась и припала к его коже губами:

– Ланс… Ланс… – только и прошептала она, печально улыбаясь от того, что он не мог её услышать. – Ты же знаешь, как мне дорога твоя жизнь…

Она приподнялась для того, чтобы осторожно спрыгнуть с высокой кровати, не разбудив при этом своего спутника, но его сильная рука одним движением привлекла её к себе. Марго успела лишь широко распахнуть глаза и тут же оказалась распластанной на мягкой перине. Над ней улыбался все еще чумазым лицом релийский граф.

– Так уж и дорога?! По-моему, за неё еще не назначали цену в золотых… – он медленно потянулся к её губам.

Марго обняла его за крепкие плечи и ответила взаимностью. Она не могла сделать иначе, ведь этого момента она ждала с тех самых пор, как встретила его обжигавший взгляд во дворце аватарского старшины.

***

Маленькое окно мерцало блеклым светом полной луны. Марго не могла уснуть. Она еще сильнее прижалась к груди Ланса и нежно провела по его коже пальцами. Как хорошо было лежать в мягкой теплой постели, не выпуская друг друга из объятий. Хотя ничем иным они не занимались вот уже вторую неделю. Марго горько усмехнулась своим воспоминаниям и поцеловала графа в ложбинку у шеи. Он спал, развалившись на спине, но внезапно его тело вздрогнуло, и она взволнованно приподнялась над лицом любимого человека. В царившем в комнате полумраке она различила лишь его широко открытые глаза. Он, вероятно, заметил её беспокойство и ласково притянул к себе:

– Не спишь?

– Нет.

– О чем-то задумалась?

– Да.

Она еще крепче его обняла. Так, чтобы он понял, что большая часть её мыслей принадлежала ему одному, хотя не стоило забывать и о других делах… Они так и не ушли из Приста и по-прежнему снимали комнату в доме тетушки Зои Братах. Большую часть времени пара не вылезала из постели, но помимо любви Марго помнила, что у неё оставались долги. Кемний, гиз царицы Антеи, стучался в их покои каждый день. Поначалу он неустанно выговаривал прощение за горячие слова и действия, которое было принято Лансом, и столь неожиданно начавшиеся прения между мужчинами забылись за чарками крепкого вина. Однако помимо гостеприимства, которое хозяин отныне показывал не только на словах, но и на деле, взяв на себя честь кормить и развлекать гостей, Кемний очень скоро вернулся к деловым разговорам. Он не расспрашивал Марго о том, как она очутилась в городе и куда направлялась, а также что за мужчина её сопровождал. Гиз незамедлительно выложил перед царицей планы некоторых людей из западного Черноморья, кои он считал самыми верными, задуманными во славу Антеи, да и всего отечества.

После смены власти черноморская знать осталась не у дел, к тому же свое влияние потеряли маги, которые прежде склоняли голову в едином жесте лишь перед главой Башни в Гассиполе, но после его гибели никто не пожелал вновь кланяться самозванцу и выскочке – именно так прозвали Сарпиона, а точнее нового Хранителя Арпея, о ком никто из самых опытных, уважаемых и ученых магов даже не слыхивал доселе. Поэтому ныне разрозненным магам предстояло объединиться вокруг нового вождя, и главным результатом этого единства должна была стать реальная сила, которая бы позволила вернуть прежнее положение в стране. Гражданская война была неминуема, в переломный момент в стране всегда находились те, кто недоволен, но пока что молчал, и те, кто уже заточил оружие, чтобы применить его в бою.

Разговоры с Кемнием проходили в тишине за обеденным столом, но вскоре Марго изъявила желание узнать все подробности дел, случившихся в её стране за месяцы отсутствия регента. Она взволнованно выслушала историю о жестоком штурме Береговой Башни, где беззащитные маги попали на растерзание дикими собаками, натравленными на них безумным Кассандром, как изъяснялся гиз. Царица ясно дала понять своему воину, что более не допустит такого беспредела в родном царстве, и потребовала встречи с любым из магов.

Несомненно, именно этого дожидался решительный гиз. Марго была уверена, что он все время сохранял тайну своей гостьи, а отныне ему было позволено поделиться радостью от возращения царицы с другими собратьями. В том, что таких людей, как Кемний, бывших и нынешних солдат, не пожелавших служить Кассандру, в городе каждый день увеличивалось числом, можно было убедиться по непрекращаемому потоку обозов и всадников, въезжавших в его пределы. Вскоре Марго встретилась в темном подвале одного из соседних капиров с двумя магами. В них ведьмочка с улыбкой на губах узнала прохожих жрецов, которых заприметила еще в первый день прибытия в Прист.

Невысокий маг Неорий, выглядевший в своей извечной согнутой позе намного старше настоящих лет, все время постукивал по земле корявой тростью. Он поприветствовал Марго, сидя в одном из спущенных в сухой подвал деревянных кресел. Он разглядывал вновь обретенную царицу совсем недолго, его лицо быстро приняло умиротворенный вид, означавший, что он узнал регента Антею. Беседа началась на равных, так как оба переговорщика являлись магами, и хотя Марго не собиралась это вспоминать, Неорий именно это подчеркивал в своих речах. Он рассказал Марго, как отряд из личной охраны Кассандра сразу же по прибытию в Гассиполь ворвался в обитель магов, как покои Хранителя Башни были заняты неизвестным человеком, которого после всех зверств, сотворенных в стенах святилища, царевич посмел назвать новым главой магического ордена и вложил в его руки все атрибуты этой власти. Из этих слов Марго лишь еще раз убедилась, что Сарпион заполучил не только Книгу Ветров, но и всю Башню, в недрах которой скрывались бесценные рукописи и прочие волшебные предметы, позволявшие являть простым смертным волю богов. Однако описания кровавой сечи, что была устроена внутри оплота магов, в этот раз также основывались лишь на слухах и подозрениях, ибо в Присте пока не было очевидцев той истории, но, как говорилось, нет дыма без огня, и Марго решила, что скорее всего Сарпион не лишил себя удовольствия в убийстве нескольких магов, особенно тех, кто был ему особенно ненавистен. В этом списке без сомнений оставались еще невычеркнутые имена, а возглавляла его скорее всего регент Антея, хотя колдун никогда не обращался к ней по титулу, и ведьмочка знала, что больше всего он желал погубить Марго де Баи, свою ученицу.

– Ваше появление, царица, весьма кстати, – эти слова Неория особенно запомнились колдунье, и нынче ночью именно над ними она размышляла, не в силах погрузиться в сладкий сон. – В стране полная анархия. Кассандр считает, что стал Веллингом, но на самом деле его солдат уже повел к мятежным эрлинским городам самозванец Арпей. А в нашей столице распоряжаются, как будто среди собственных низких холмов, олары, этот царек, бросивший все дела в своем государстве, едва запахло жаренным у соседей. Сильная личность нужна и тем, кто во имя богов, восстанет против содрогателей нашей земли. Уже несколько недель мы все считали, что вы погибли. И от этого ненависть к убийцам и жажда мести только росла в наших сердцах. Но теперь вы сумеете навести порядок. Воины бросят свои жизни к вашим ногам во имя торжества справедливости и воли Уритрея. Черноморцы разделились, многие солдаты поклялись в верности новому Веллингу, но есть те, кто не забыл, что даже царю следует жить по законам богов. Нам нужно время для укрепления сил, но с вашим возвращением это станет проще и быстрее. Онтарий Эонит не мог поверить в вашу гибель и уже которую неделю напрасно рыщет по пустыне в поисках ваших следов. Он даже отважился атаковать алмирскую границу, полагая, что морийцы похитили и увезли вас в Э-Мир. Однако теперь его солдаты незамедлительно тронутся к родным берегам, и очень скоро на троне Веллинга вновь воссядет истинный маг.

Неорий исподлобья глядел на женщину, стараясь увидеть на её лице одобрение его речи, звучавшей более зловеще, чем радостно. Но Марго никогда не любила спешить в делах. Она велела передавать ей свежие известия, а также докладывать о численности повстанцев, что собирались в черте города. Она пожелала, чтобы об её появлении знало как можно меньше людей. Она была готова доверять лишь тем, кто предлагал взамен реальную помощь и поддержку. Маг получил разрешение отписать всем знатным черноморцам, которые пересылали в Прист щедрые вознаграждения на подготовку вооруженных отрядов, а также другим магам из Асоля и эрлинских городов о том, что регент жива и находится в безопасном месте, после чего оставалось лишь ждать новостей.

Именно этим Марго оправдывала свою задержку в городе. Она повторяла себе, что ввязавшись в заговор, который нынче вряд ли был уже тайным для противников, она не могла бросить людей, вновь обредших веру и надежду в её слово и дело. Она знала, что Сарпиона нет в Гассиполе, и поэтому еще раз успокаивала себя, что пока не стоило спешить, подвергаться неоправданному риску, появляясь в порту, где было полно шпионов колдуна, которые бы мгновенно доложили о возвращении царицы, тем более отныне ей вряд ли удалось бы сохранять свою персону в тени. Но в глубине души Марго знала, что её удерживало на этом месте совсем иное: она была счастлива как никогда прежде, и ей хотелось, чтобы блаженство крепких объятий не кончалось.

– А ты как? – ласково спросила она Ланса, который уже долго молчал, лишь нежно теребя её волосы.

– Мне такой странный сон приснился… Про тебя, – задумчиво ответил он.

– Про меня?! – она легко рассмеялась. – И что там такого странного?

– У тебя была смешная челка, прикрывавшая лоб… А на лбу была яркая родинка, ты была похожа на настоящую южанку, – его голос звучал так мягко, что девушке показалось, что граф улыбался при этом, хотя она не видела его лица, крепче обняв мускулистое тело.

– Может когда-то я и походила на неё видом, – игриво произнесла ведьмочка.

– Но потом рядом с тобой появился незнакомый мужчина. И хотя я несомненно присутствовал рядом, но не мог выговорить ни слова, и даже не сумел ему помешать… Этот мужлан начал орать на тебя и потом ударил, а я не пришел к тебе на помощь… – Ланс был заметно опечален ночным видением. – Это было все так реально, Марго. – Он приподнялся в постели и, отодвинув от себя любимую, заглянул ей в глаза. – Только глаза у тебя были тоже другие – черные. И ты запустила в этого тона посудой, ты даже не дотрагивалась до неё, видимо, с помощью своих чар… Самое гадкое, что он звал тебя своей женой, а ты поначалу даже очень мило ему улыбалась.

– Так ты меня приревновал? – Марго старалась, чтобы её голос не выдал действительного волнения, охватившего грудь. Ведь сон графа скорее всего был не простым ночным видением, ложными грезами, а воспоминанием из её прежней жизни, её жизни рядом с Лиссой, а значит и рядом с невидимым хранителем тайи, который по её словам видел и слышал всё, что происходило кругом.

– Я просто очень испугался за тебя. А потом я увидел еще одну девушку. Совсем мне незнакомую. И тогда я проснулся. – Ланс замолчал, может быть ожидая расспросов Марго, но ведьмочка тоже не подавала голоса, и ему пришлось продолжить самому. – Я увидел её первый раз в жизни, но там во сне мне казалось, что я знаю о ней всё, что это самый близкий для меня человек, и что я очень по ней соскучился. Такое непонятное ощущение, тем более теперь я даже не могу точно вспомнить её лица. Знаю лишь, что у неё были светлые волосы… хотя нет… во сне она носила мужской наряд, и я не видел её лица, спрятанного под темным пради… Ты слышишь меня, Марго? Мне никогда не приходили такие яркие сновидения.

– Я слышу. – Колдунья встала с кровати и зажгла перед собой небольшой огонек, чтобы осветить комнату. Ей захотелось промочить пересохшее горло. Пришло время вновь оглянуться назад – Марго уже знала, что это лишь начало воспоминаний о прошлом. Неужели граф де Терро становился тем самым Лансом, что жил в солонке её подруги?! Эта мысль пульсировала в голове, и ведьмочка не могла остановить её бешенный ритм. Он всё вспомнит, всё вспомнит – твердила она себе. А это значило, что он вспомнит многое, о чем Марго не хотела говорить, он разворошит то, из-за чего она уже однажды слышала его голос перед расставанием с Лиссой. Но покамест опасения следовало отбросить прочь, ведь порой люди не придают особого значения снам, решила она. – И что, ты думаешь, означает этот сон? Не надеешься же ты, что я как маг буду его толковать.

Девушка обернулась к графу, полулежавшему в постели.

– Незнакомые девушки снятся к… – она замолкла, недоуменно оглядывая его лицо. Блеклый огонек, висевший в воздухе, запылал еще ярче и медленно проплыл к голове Ланса.

– Но мне казалось, что я её давно знаю, – усмехнулся капитан. – Что с тобой? Неужели теперь ты ревнуешь меня к моим же снам?!

– Что с тобой, Ланс? – ошарашено проговорила Марго. Она вновь взобралась на кровать и обеспокоенно дотронулась до его волос. – Твоя голова… ты совсем побелел… тебя просто не узнать…

Он лишь поцеловал её руки, когда она испуганно ощупывала его волосы, при этом так и не удосужившись проверить её слова.

– Никак черноморские боги решили отметить иноверца, – посмеялся Ланс над переживаниями девушки.

Наутро же, когда он долго изучал свой новый вид в ведре с прозрачной водой, граф лишь добавил с ироничной улыбкой:

– А может это колдунья решила приукрасить мой вид?! Неужели прежним я был ей совсем не мил?

Марго усмехнулась замечанию, но от её взора не ускользнул тревожный взгляд графа. Она не знала, как развеять его подозрения, ибо совсем не представляла, что же с ним произошло за ночь, но за собой вину ведьмочка не оставляла. Конечно, она могла бы изменить облик человека, но только в глазах других людей. Возможно было перекрасить голову в другой цвет, но об этом у неё не было даже помыслов. Волосы морийца окончательно потеряли оттенок черного вороньего крыла и приобрели светло русый, молодой пшеницы, без всякого вмешательства колдовства, во всяком случае без чар Марго.

– Может ты становишься другим человеком, Ланс, – бросила она ему напоследок, выходя из капира на улицу, чтобы как всегда с утра зайти в лавку Зои за свежими продуктами и новостями. Граф все это время не отрывал взгляда от отражения в воде, а когда девушка возвратилась обратно, то застала его вновь в постели. Он мирно спал, но ведьмочка с горечью подумала, что новые сны не принесут ему покоя и не вернут прежнего облика.

Потекли дни, за которые Марго познала одиночество. Она с тревогой наблюдала за переменами в Лансе, что происходили на её глазах. Граф стал апатичным и вялым, почти не выходил из дома. Дни напролет он спал мертвецким сном, так что Марго порой даже не могла расслышать его дыхания и безрезультатно пыталась его разбудить. В краткие минуты бодрствования он лишь принимал мелкие порции пищи и перебрасывался с подругой парой слов. Он еще улыбался и даже целовал её, но с каждым разом ведьмочка видела, что он становился все более молчаливым и замкнутым. Он спешил вернуться в тот мир забвения, из которого она пробовала его вытащить. Если в первые дни он делился своими воспоминаниями и интересовался у девушки, что могли бы значить столь яркие образы в его снах, то вскоре вся правда сама дошла до его сознания, хотя Марго пыталась разъяснить ему то, что не имела права скрывать.

– Ланс, ты должен понять, что жил и раньше… до своего рождения… хотя может и не жил, а лишь наблюдал за многими событиями, – она говорила сбивчиво, не зная, как выразить всего того, что помогло бы ему принять столь необычную реальность.

– Может это какой-то дар? Как у прорицателей и гадалок. К некоторым из них ведь приходят души из морских просторов, которые рассказывают о прошлом и грядущем, – предположил де Терро. – И вскоре мне начнут являться сны о том, как тебе вернуть престол!

– Нет, просто ты видишь людей, которых хорошо знаешь, разве не так? Ты видишь события, действительно случившиеся с нами. В твоих снах есть я, Ортек, Вин, твоя мать…

– Теперь я точно знаю, что она моя мать. Лисса… Мне снится дядя Дуглас, и еще одна девушка, что путешествовала с нами. Её звали Двина. И если от того, что я все увижу, я не сойду с ума, то очень скоро поверю, что все это происходило на моих глазах. Но почему это случилось со мной? Неужели вскоре я проживу всю жизнь своих родных, узнаю всю твою судьбу?! Сегодня я вспомнил, как ты жила в Доме Послушания, и даже могу описать келью, где тебя поселила матушка Ани… А еще у тебя был друг Клаус, который помог тебе с Лиссой сбежать. Где он сейчас?

– Тебе снятся отрывки… Вскоре ты узнаешь многие судьбы, Ланс, – она не могла заглянуть в его лицо. Порой ей казалось, что он совсем не изменился: та же уверенность, та же холодность и пренебрежительность к её делам в Присте, даже его волосы с каждым днем возвращали себе темный окрас. Но в глубине души она знала, что он уже не молодой граф Ланс де Терро, он становился старше и мудрее, он набирал за часы сна опыт, накопленный годами прежней жизни. И даже если пока он вспоминал жизнь своей матери, чьим неразлучным спутником был долгие месяцы, то неминуемо было прозрение и тех лет, которые завершились его смертью. Как говорила Лисса, она была мучительной, но кто знал, насколько непростой была его жизнь. Жизнь колдуна. – Память прежних времен иногда больно режет по зажившим ранам, тебе же предстоит ощутить все эти удары одновременно, да еще на непотревоженном страданиями сердце.

Ей хотелось увести его подальше из Приста, чтобы вновь вернуть ту сладость безумных ночей, когда в его мыслях и мечтах присутствовала только она, но ведьмочка знала, что убежать от самого себя невозможно. Она всего лишь безропотно ждала, когда он станет тем, кем должен быть. К тому же этот перерыв в их страстных отношениях позволил Марго более серьезно взглянуть на собственные замыслы. В городе скапливалось войско, которое собиралось идти на разграбление черноморской столицы с её именем на устах, а маг Неорий оставался уверенным во мнении, что она с радостью вновь взойдет на трон в Асоле, занимаемый по праву столько лет. Он по сути возглавлял и управлял увеличивавшимся лагерем наемников, ибо без больших монет и купеческих обозов, что приходили из Черных предгорий, вряд ли многие бы согласились браться за оружие, чтобы восстать против воли Веллинга, пусть тот и спутался с безбожными оларами и самопровозглашенным жрецом. Марго перебирала в уме слова, которые бы не погубили справедливого дела и намерения, при этом просветив мага, что бывшая регент действительно являлась колдуньей, как заявил её сын, а значит более не могла надеяться на возвращение власти. Каждый раз при встрече с магом она откладывала этот важный разговор на потом, хотя и вздрагивала от неуместных шуточек и намеков престарелого Неория, что она обязана как маг поделиться с другими членами ордена рецептами волшебных эликсиров молодости, что несомненно помогли царице сохранить такой цветущий вид.

Встречи с магом проходили уже не в мрачном подвале, а в главном здании Приста, которое огибало центральную площадь и представляло собой вытянутый прямоугольник со множеством дверей и окон на обоих этажах. В этом капире проживал глава города, а также были расположены комнаты для высоких гостей, купеческие лавки и таверна, где можно было всегда вкусно поесть и всласть упиться. По наружной лестнице Марго поднялась наверх и прошла в затемненный коридор, из которого попала в помещения для заезжего люда. В одном из них, как было известно девушке, проживали маг Неорий и его ученик Бирит, долговязый юноша, вечно глядевший себе под ноги, бормоча несвязные речи под нос. Ведьмочка застала хозяев комнаты за трапезой, к которой опытный маг не преминул пригласить столь почетную гостью. Марго не отказалась от горячего обеда: с раннего утра она перекусила лишь свежими фруктами, которыми торговала тетушка Зоя, а после провела долгие часы около постели, ожидая пробуждения Ланса, чего однако так и не произошло до назначенной с магами встречи. Граф ворочался на подушке, и Марго с волнением пыталась разобрать по его обеспокоенному лицу, что же за воспоминания терзали его ум.

За столом в просторной светлой комнате, уставленной всем необходимым для уютного пребывания и отдыха, в основном раздавался голос Неория. Маг делился с царицей последними слухами, а также пересказывал письмо, что он получил от друга с недавно прибывшим из Эрлинии вестником:

– Черноморские войска были направлены нашим Веллингом в Эрлинию для подавления восстаний в некоторых городах-портах, которые при поддержке магов, что я, с одной стороны, не могу не одобрить, но, с другой стороны, крайне сурово осуждаю, отказались признать власть нового правителя Черноморья, – неспешно повествовал Неорий, временами прожевывая жареное мясо с овощами, что подали с кухни. – Один из этих магов, которому я успел сообщить, где ныне пребываю, пишет: несмотря на все ожидания, что в первую очередь солдаты Веллинга подойдут для возмездия к стенам Лаваля – ведь вам прекрасно известно, Ваше Величество, что лавальцы всегда громче всех кричали о своей самостоятельности и независимости от Асоля, хотя мы никогда не требовали от нас зависеть, лишь бы все пошлины поступали в царскую казну – Кассандр направил четыре сотни пехотинцев к стенам Ларне, города, отдаленного от побережья десятками верст. Конечно, Ларне разбогател на сухопутной торговле с бресами через песчаные барханы, но этот город более всего страдает от набегов разбойников, скрывающихся в пустыне, поэтому его стены считаются самыми крепкими и высокими на всем восточном побережье. Было ведь очень глупо надеяться на плодотворную осаду крепости всего лишь четырьмя сотнями пеших солдат?! – Неорий вопросительно поглядел на Марго, желая увидеть в её взоре поддержку своих слов. – Но мой друг сообщает, что несколько дней назад город пал. И случилось это во время первой же атаки. Стены из древнего камня рухнули сами по себе перед воинственными кличами черноморцев, и солдаты проникли в город, заполонили площадь перед дворцом сетора, после чего растерявшиеся ларнийцы бросили к ногам захватчиков такие откупные, что по прежним условиям Веллинг бы получил лишь за десять лет. Не кажется ли вам, все это более чем странным?

– Вы спрашиваете меня о том, не удивляюсь ли я взятию черноморцами города, или именно тому, каким образом это было совершено? – задала ответный вопрос Марго.

– Именно каким образом! Говорят, что стены разрушились сами по себе?! Была ли это воля богов? Эрлины уже до смерти напуганы гневом Уритрея, ведь не иначе явилась кара небес, но маги не могут быть столь богобоязненными… тем более в тех случаях, когда боги не вмешивались в житейскую суету, – он исподлобья поглядел на царицу. – Я ведь говорил вам, Ваше Величество, что по моим сведениям вместе с армией в Эрлинию направился новый верховный маг Арпей. И нынче я склоняюсь к мысли, высказанной уже моим приятелем в переданном мне послании, что новый Хранитель Башни является никем иным как колдуном.

Марго молчала, ковыряясь в тарелке. Кусок не лез в горло. Подошло время для разговора, а не для еды. Маг затронул вопросы, о которых, несмотря на сомнения, ведьмочка желала с ним переговорить.

– Арпей чистой воды самозванец, Ваше Величество. Но он знает о магах столь многое, и создается впечатление, что он действительно был вхож в наш орден. Не вам мне напоминать, кем являются маги, и как следует истинным жрецам поддерживать свой статус. Многие недоучки пытаются выдавать себя за мага, но за подобное Гисс воздаст каждому по заслугам. На самом деле лишь верховному магу да его помощникам в Башне известно истинное число тех, кто принят в наше окружение. И каждый из нас может лишиться этой чести, ежели нарушит обеты своего служения. Так вот на моей памяти много лет назад случилась встреча с одним колдуном, который сумел покорить своей чародейской сущностью волю людей, приближенных к магам. Мы долгое время после того случая отыскивали его следы, и теперь мне кажется, что они нашлись сами по себе. Мой друг из Ларне в те далекие годы вместе со мной наставлял в Береговой Башне новичков, и он хорошо знал того человека, колдуна. Нынче он написал мне, что маг Арпей и есть тот самый чародей, хотя он тщательно скрывает лицо, оставляя для обозрения окружающих только глаза. Но во дворце сетора в Ларне, где поселился хранитель и сонтарий, возглавивший поход, нет комнат, в которых можно было бы скрыться от чужих очей, – Неорий хитро усмехнулся. – По крайней мере для моего друга Реола.

– А что Кассандр? Есть новости из столицы?

– Пока нет сведений, что царевич, точнее Веллинг, покинул Асоль, – ответил Неорий.

– Царевич совершенно обезумел. Говорят, что он передал все полномочия по управлению городом своему будущему тестю Литто, и тот без стеснений уже запустил руку в городскую казну, – дополнил слова учителя Бирит, как всегда не поднимая взора на собеседников, что весьма раздражало Марго.

– Ваше Величество, все уже почти готово для выступления в поход. За городом перед лесом солдатский лагерь уже не вмещает новое пополнение из числа добровольцев, которые спешат к нам даже из столицы, прослышав о вашем возвращении, – заметив строгий взгляд Марго, Неорий тут же поправился: – Хотя несомненно ваше место пребывания известно лишь самым надежным и проверенным людям. Однако стоит уже решить, куда мы двинем войска – к столице или к морю, в порт.

От Приста переход пеших войск, а большая часть солдат, вступивших в ряды повстанцев, не сидела в седле, занял бы не менее двух недель как на север к Черным горам, так и на юг к Черному морю. Разница была лишь в том, что в Гассиполе были сосредоточены основные военные силы тех, кто признал власть Кассандра. На побережье многие торговцы и землевладельцы не стали её оспаривать, так как свержение монополии магов на все богатства морской торговли, которая закрепилась в порту за Береговой Башней и магическим орденом, было принято ими с большим ликованием. Однако в Асоле нынче также хватало вооруженных мужчин, а именно оларских воинов, которых привел с собой в страну царь Литто на свадьбу дочери с царевичем Кассандром, поэтому данный путь также был не из легких. Марго собиралась подумать над выбором верной дороги, но прежде следовало признаться магам в кое-чем другом.