Текст книги "Вернись! Пока дорога не забыта (СИ)"

Автор книги: Ирина Ваганова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 35 страниц)

Много ли нам надо? Взял бы кто на себя решение наших проблем

47. Полония. Королевский дворец

Много ли нам надо? Взял бы кто на себя решение наших проблем

С Дестаном во дворец вернулись уверенность и спокойствие. Все его обитатели, по их собственным словам, чувствовали королевское происхождение наставника, хотя и не знали, что его мать ладельфийская принцесса, а тем более, кто настоящий отец. Местоблюститель начал с наиболее важного, стал внимательно разбираться с обязательствами Полонии. Недовольство Лейпоста имело мало оснований. Рогнеда выполняла почти все пункты. Случавшиеся задержки, носили временный характер и объяснялись отвлечением сил и средств из-за непредвиденных обстоятельств. Меерлоху ли не знать, следствием чего были эти обстоятельства. Изучая доклад командующего королевской гвардией Крута о ходе расследований похищения Диоля и покушения на короля Энварда II, Дестан видел причину этих событий – желание императора упрочить своё влияние в полуколонии. Надежда на отказ метрополии от своих притязаний, ничтожна. Угроза применения военной силы, к сожалению, остаётся, а Полония не готова к этому. Крут усилил охрану дворца, но этого мало, необходимо охранять Удобную бухту и другие возможные подходы с моря. Более того, требуются наблюдение за морскими границами и разведка в метрополии. Какие силы надумает подтянуть Меерлох в Полонию не известно, поэтому Дестан объявил набор новобранцев и приказал обучать их на случай, если потребуются дополнительные отряды для охраны границ. Военный совет, созванный местоблюстителем, основательно всех встряхнул. Остро чувствовалось отсутствие опытного и решительного Шелома, но его освобождение из Драконьего Чрева ещё далеко, а действовать приходится немедленно. Бывший наставник, привыкший к воспитательной работе, выделил наиболее способных самостоятельно и ответственно мыслить военных и назначил их руководить отдельными участками, чётко обозначив задачи. Воодушевлённые доверием люди были готовы немедленно приступить к новым обязанностям. Совет Мудрейших под руководством Рогнеды всё ещё продолжал свою работу, занимаясь рутинными вопросами, на которые Дестан не желал отвлекаться. Теперь королева полностью согласилась с утверждением Ольды – братья действительно похожи, всё чаще она ловила себя на мысли, что это Энвард каким-то образом помолодел лет на десять и пришёл ей на выручку. Рогнеда надеялась освободиться от надоевших обязанностей и поехать с младшими детьми в Новый замок к Эгрете, но Дестан, внимательно выслушав просьбу, просил повременить. Может случиться так, что это путешествие станет необходимым. При возникновении угрозы со стороны метрополии, замок в Макрогалии обеспечит защиту семье Энварда. Сейчас же, пока в Полонии безопасно, королева нужна здесь – местоблюстителя не отвлекают просители, жалобщики и прочие, кем нельзя пренебрегать, дабы не привести к недовольству в народе. Кроме того, Рогнеда успешно занималась семьями пленников Драконьего Чрева, податями, внешней торговлей и другими подобными вопросами, хотя и отлаженными, но требующими внимания. Женщина и сама видела, без её помощи Дестану было б тяжело. Он занят целыми днями: военные смотры, строительство укреплений по береговой линии и постов вдоль границ, посещение оружейных складов, заказы на изготовление и приобретение оружия, руководство разведкой. Королеве казалось, будто местоблюститель не принимает в расчёт возвращение на трон своего брата. Если её деятельность по управлению страной подчинялась Драконьему Чреву, поглотившему её мужа и детей, то новый правитель нацелен исключительно на Титанию. Он отозвал королевский фрегат от берегов Макрогалии и направил его к морским границам Полонии, хотя там уже курсировали другие корабли. Как тяжело, должно быть, пленённым макрогальской долиной людям потерять хоть и ненадёжную, но уже привычную связь с Родиной, ведь шторма ещё не начались, а фрегат уже ушёл.

Письмо императора, доставленное «Надеждой Полонии» Дестан не стал ни с кем обсуждать. Император отказывался верить подозрениям в отношении своего подданного. Его возмущала сама мысль о причастности Лейпоста к столь трагическим событиям. Однако он готов рассмотреть доказательства, имеющиеся у полонийской стороны и в случае их убедительности сурово наказать преступника. Ожидать чего-то другого от Меерлоха не приходилось. С ответом на это послание местоблюститель не торопился. Во-первых, не рассчитывал на титанийское правосудие, во-вторых, не хотел предоставлять неубедительные доводы, а открывать факты, добытые в ходе расследования опасно из–за угрозы для жизни свидетелей. Настаивать на выдаче Лейпоста незачем, достаточно и того, что этот деятель не появится в столице Полонии – слишком много неприятностей может доставить такой недоброжелатель. Приближался крайний срок визита правителя Полонии в метрополию. Энвард старался совершить плавание летом, но лето уже миновало, а ждать следующего – лишний раз раздражать императора. Подготовка велась, но отъезд откладывали из опасений, что Меерлох воспользуется отсутствием местоблюстителя в полуколонии для нападения на королевство. Тщательно проверялись данные разведки. Никаких действий, похожих на подготовку военного флота к отплытию из метрополии не замечено. Видно, император отложил принятие решения до знакомства с Дестаном. Как бы не дать Меерлоху оснований для решительных действий. Ничто не помешает ему пленить всю делегацию и начать вторжение в полуколонию. На этот случай даны указания командующему отправить королеву с детьми в Макрогалию и защищать королевство. Для своевременного оповещения Полонии о таком повороте событий тайно везли в метрополию несколько человек с почтовыми голубями, птиц выпустят, если делегация будет задержана в императорском дворце дольше оговорённого срока. Дестан ни разу не посещал Титанию с Энвардом, сейчас пришлось пожалеть об этом. Местоблюститель подробно расспрашивал посланников о том, как обычно проходили эти визиты. Стало всё более-менее ясно, кроме тех моментов, когда Энвард беседовал с Меерлохом с глазу на глаз. Как удавалось брату столько лет сотрудничать с метрополией и что привело императора к решению начать интригу против правителя полуколонии? Диоль подробно рассказал дяде о привычках и манере общения Меерлоха. Кому как не Дестану знать, что у принца хорошая память, острый ум и склонность к анализу, но и его удивили зрелые суждения мальчика относительно титанийского приёма и самой личности монарха, странно слышать их из уст ребёнка. Диоль, когда миновала угроза существования при регенте-чужестранце, был счастлив и уже с удовольствием вспоминал своё путешествие в метрополию, он просил дядю взять его с собой, желая повидать Ильберту и вновь почувствовать себя покорителем морей. Дестан размышлял. Бесспорно, это лучший способ показать императору своё доверие, но рисковать ребёнком, зная методы свойственные Меерлоху, не хотелось. Рогнеда, возражала бы, и как мать и как королева. Если Энвард не увёз Диоля из дворца, то уж Дестану, тем более, не стоит этого делать. Внимая рассказам старшего брата о совершённом путешествии, Диолин загорелся страстью к приключениям и принялся уговаривать дядю взять с собой и его. Такой поворот уже казался вполне допустимым, решать за своего племянника Дестан мог себе позволить, а император наверняка примет его за принца. Итак, Диолину обещали, что он отправится в составе делегации в метрополию, если опять побудет Диолем.

Уже перед самым отплытием местоблюстителю пришлось столкнуться с новым сюрпризом. Полонию посетила делегация из Ладельфии. Они прибыли призвать Дестана к борьбе за престол на родине матери. Вот уже много лет Ладельфия страдала от жестокого правления его двоюродного деда, в своё время хитростью завладевшего властью. Корнильё сослал своего старшего брата с дочерьми на остров, и постоянно опасался заговоров, подозревая других в том, к чему сам имел склонность. Расправы со «злоумышленниками» совершались так часто, что никто не чувствовал себя в безопасности. Два старших сына правителя умерли при странных обстоятельствах, младший страдал какой-то душевной болезнью, что тщательно скрывалось. Была ещё дочь, муж которой помогал престарелому тестю управлять страной. Народная молва связывала жестокую политику короля с влиянием на него зятя, люди страшились, что их положение только ухудшится после смерти правителя. Усиливались волнения, зрел заговор. То, чего так долго боялся король, случилось. Число сторонников переворота росло, но требовался предводитель, тот, кого люди желали бы видеть на престоле. Лучшим был, конечно, Дестан, особенно когда стало известно, что не только мать его ладельфийская принцесса, но и отец королевских кровей. И вот, знатные и уважаемые представители Ладельфии просили потомка изгнанного дофина занять престол, забывшей его Родины.

Решение не казалось бывшему наставнику очевидным. Если бы это предложение поступило несколько месяцев назад, он, не колеблясь, принял бы его. Дорогие с детства воспоминания матери о Ладельфии, несправедливость по отношению к ней самой, сестрам и отцу со стороны дяди, взывали к его деятельной натуре. Сейчас же, когда он в ответе за королевство родного отца, брат Энвард в безвыходной ситуации и его семье угрожает опасность, невозможно устраниться. Разговор с ладельфйцами складывался не просто, эти люди, рискуя своей жизнью и положением родных прибыли в Полонию, не рассчитывая на отказ. Когда долгие уговоры и увещевания ни к чему не привели, Муссо – один из делегатов – решил сгладить общее недовольство:

– Ваше высочество, нам понятна изложенная позиция. Сейчас для вас, безусловно, первоочередным делом является поездка в метрополию и улаживание отношений с Меерлохом, но позвольте нам дождаться вашего возвращения в Полонию.

– Моё решение не изменится, – покачал головой Дестан.

– Видите ли, мы в безвыходной ситуации, – продолжил ладельфиец, – на родине нас, скорее всего, схватят. К сожалению, эта жертва напрасна, мы не выполнили возложенных на нас задач.

– Полония предоставит убежище. Я дам распоряжение принять вас, как гостей, а после возвращения подумаю о дальнейшем вашем статусе.

– Примите нашу самую искреннюю благодарность! – говорящий поклонился, его примеру последовали и остальные, недоумённо переглядываясь. Когда они покинули малый тронный зал, где проходили переговоры, руководитель делегации объяснил остальным, надо дождаться возвращения Дестана, неизвестно, как его примут в метрополии, в конце концов, могут и отстранить, доверив полуколонию кому-то другому.

Не только ладельфийцев разочаровали решения Дестана. Диоль, узнав, что в Титанию вместо него едет Диолин, готов был разрыдаться от обиды. Если то, что этот выскочка заменял его во дворце, ещё можно понять, принц смирился с таким поступком матери и постарался простить её, то теперь…

– Зачем он берёт тебя с собой? – возмущённо говорил он счастливчику, радостно собиравшемуся в путешествие.

– Дядя вправе взять того, кого хочет, – парировал Диолин, специально напоминая, что Дестан брат не только Энварда, но и Зурии, которую мальчик считал своей матерью.

– Что тебе там делать? Как ты собираешься говорить с Ильбертой, она сразу тебя раскусит!

– Не собираюсь я говорить с твоей Ильбертой. Я может, и во дворец не поеду. Просто хочу увидеть море и другие страны.

– Что ты там увидишь? Будешь в каюте лежать и мучиться, – Диоль не стал продолжать разговор и пошёл к себе, не желая показывать своё безмерное огорчение. Наставник Андэст, слышавший эту перепалку был на стороне Диоля. Решение не брать в путешествие принца он одобрял, но зачем дразнить его. Если б переговорить с Дестаном, он убедил бы его оставить Диолина во дворце! Но со времени объявления Дестана местоблюстителем отношения их резко изменились. Андэст не имел доступа ни к нему, ни к королеве. Она тоже сочла себя свободной от обещания, следовать советам наставника, после того, как Дестан взял на себя управление королевством. Старик чувствовал себя призраком, бродящим по узким тайным коридорам, но не оставлял своего привычного занятия. Он лелеял надежду узнать что-то такое, что принесёт неоценимую помощь и местоблюстителю и королевству. Тогда все признают его незаменимость. Подглядывая за ладельфийцами, он услышал имя и даже не поверил своим ушам, но имя повторили неоднократно, и Андэст понял, это может изменить решение Дестана, борьба в Ладельфии приобретала совсем другой смысл. Вот она, удача! Надо срочно доложить местоблюстителю! Наставник бросился к сыну. Он двигался в обход постов охраны по тайным коридорам, так важны были, добытые им сведения, но найти Дестана не удалось. Выход кораблей в море перенесён, и посланники уже на пути в порт. Придётся дождаться их возвращения из метрополии и уже тогда рассказать о неожиданном повороте в борьбе за ладельфийский престол. Не в характере наставника бездействовать. Он взялся наладить отношения с представителями Ладельфии. Переговорив с руководителем делегации Муссо, Андэст убедился, события в соседней стране напрямую задевают интересы Полонии. Но, не имея полномочий, трудно влиять на действия ладельфийцев. Он только просил после возвращения Дестана сообщить тому, кто является сторонником короля Ладельфии Корнильё I. Ничего не подозревающий о делах назревавших в королевском дворце, местоблюститель наслаждался морем, приятной компанией племянника.

48. Полония. Побег из королевского дворца

Некоторые стремятся в дальние страны, скитаются и терпят неудобства и только спустя полжизни, устроившись на новом месте, понимают, как же хорошо было дома

Несколько дней Диоль тосковал. На занятиях был невнимателен, часто уединялся. Вот и теперь совершал конную прогулку без сопровождения. В глубине парка принц спешился и уселся на берегу пруда. Время от времени он бросал в воду камешки и палочки, наблюдая за разбегавшимися по воде кругами. Вспомнилось, как они с Ильбертой гуляли по дворцовому парку и тоже бросали в воду камни, загадывая желания. Он тогда желал только одного – вернуться домой, теперь же ему страстно хотелось покинуть родной дворец. Лошадь, переступавшая рядом, тронула плечо хозяина. Мальчик поднялся и погладил  ей шею. «Помнишь, как мы с Карманом удрали отсюда?» Послышались шаги, Диоль оглянулся и увидел незнакомца. Тот остановился на почтительном расстоянии и поклонился:

– Ваше высочество?

– Кто вы? Мне незнакомо ваше лицо, – насторожился принц.

– Я посланник Ладельфии. Моё имя Муссо. А вы племянник Дестана, Диолин?

Мысли вихрем пронеслись в голове мальчика. Если местоблюститель увёз в метрополию Диоля, то он вполне может назваться Диолином:

– Да, я племянник Дестана, что вам нужно?

– Наша делегация приехала в Полонию призвать на престол сына ладельфийской принцессы Ауриты, но он, к сожалению, ответил отказом.

– Дестан?

– У принцессы Ауриты, насколько нам известно, один сын.

– И ещё дочь.

– Ваша мать? – Муссо пристально посмотрел на мальчика.

– Хотите сделать королевой Ладельфии… – он припоминал имя дочери Андэста, – Зурию?

– Это противоречит нашим традициям, внук Ауриты предпочтительнее, – вельможа снова поклонился, словно перед ним был король. Диоль, уже имевший опыт подобных предложений, кисло улыбнулся:

– Диолин – король Ладельфии?

– Это было бы счастьем для нашего народа.

– Кто же регент?

– Не понял вас, ваше высочество, – поднял брови ладельфиец.

– Если король ещё мал годами, ему полагается опекун.

– В этом нет необходимости, достаточно Совета. Мы собираемся создать его по примеру полонийского Совета Мудрейших. Потом, года бегут быстро, можете мне поверить. Скоро вы не будете нуждаться в опеке.

– Я разве уже согласился? – усмехнулся Диоль. Он вспомнил, как не хотелось вместо отца становиться королём Полонии. – Кто сейчас правит Ладельфией?

– Простите, ваше высочество, я поспешил принять ваш интерес за согласие, – снова поклонился Муссо, – Ладельфия в беде. Много лет назад ваш прадед, имея права на престол, как старший сын почившего правителя, не стремился к власти и уступил своему младшему брату. Однако, новый король Корнильё первый жестоко поступил с ним, отправив в ссылку вместе с дочерьми. Народ сочувствовал изгнанному семейству, правитель принял эти настроения за предвестников бунта и расправлялся со многими людьми по ложным доносам.

– Он жив?

– Кто, Корнильё?

– Дедушка… Дестана.

– К сожалению, он не выдержал череды несчастий. Принцессы вышли замуж за простолюдинов, отец не мог их содержать. Горячо любимая им Аурита стала королевой Полонии, но радость была недолгой, брак с Энвардом расторгнут, и следы дочери потеряны.

– Как вы обнаружили эти следы? – продолжил расспросы Диоль, – дошли слухи, что Полонией правит сын ладельфийской принцессы?

– Так всё и было, – подтвердил вельможа, – движение против жестокого правления Корнильё набирает силу. Вчера мы получили известия о том, что король бежал из столицы. Ему помог иностранный советник. Почувствовав угрозу от собственного народа, Корнильё первый обратился за иноземной помощью.

– Войска?

– Даже несколько десятков человек при умелом руководстве опытного советника уберегли короля от ареста.

– Почему иностранцы согласились помогать ему?

– Думаю, Корнильё пообещал что-то… Нам жизненно необходим законный наследник престола Ладельфии. Тогда в иноземной поддержке Корнильё будет, скорее всего, отказано. Мы избежим последствий тайных договорённостей.

– Необходимо среди повстанцев иметь человека с правами на престол, я правильно понял? – Диоль внимательно следил за выражением лица ладельфийца, тот утвердительно кивал. – Допустим, принц Диолин дал своё согласие, иностранцы отказывают в поддержке Корнильё, узнав, что в борьбе против него участвует представитель династии. Затем, победа, престол свободен для потомка принцессы Ауриты... На это уйдёт время.

– Безусловно, не меньше двух месяцев.

– Так… весной ожидается возвращение короля Энварда второго и Дестан, освободившись от обязанностей перед Полонией, сможет управлять Ладельфией.

– Не совсем понимаю, ваше высочество… Дестан отказался, не думаю, что у него есть право отнимать престол у того, кто боролся за него, возглавив ладельфийский народ.

– Я согласен поддержать борьбу с преступным правителем, но не желаю становиться королём Ладельфии.

– Это странно, – растерялся вельможа, – но почему?

– Причина есть, – твёрдо сказал Диоль, усаживаясь на лошадь. – Когда едем, сейчас?

– Сейчас не получится, ваше высочество. Я здесь не один, а в составе делегации. Думаю, к рассвету мы будем готовы двинуться в путь.

– Хорошо, я скажу на конюшне, чтобы мою лошадь подготовили к походу и поставили с вашими.

– Вы не хотите согласовать свой отъезд с матушкой?

– Она уже давно доверила меня совсем другим людям, – вздохнул принц, – сейчас я нужен Ладельфии куда больше, чем Полонии. До встречи на рассвете! Надо собраться в путь, а то в прошлый раз я отправился, как был, и это причиняло неудобства.

Диоль тронул лошадь, оставив собеседника озадаченным. Что он имел в виду? Сколько ему лет? Правильно ли будет увезти  мальчика без согласия родственников? Вопросы эти недолго беспокоили вельможу. Рискуя собственной жизнью, он готов был рискнуть и чужой.

На рассвете вся ладельфийская делегация собралась у конюшни. Лошади осёдланы, походное снаряжение и оружие подготовлены, охрана главных ворот предупреждена о раннем отъезде ладельфийцев. Люди ожидали принца молча, все разногласия, бурно обсуждавшиеся до поздней ночи, оставлены. Теперь, каждый думал о том, что ждёт на родине. Увидев подошедшего Диоля, путники по достоинству оценили его наряд. Казалось, опытная рука собирала мальчика в дальнюю дорогу. Все поклонились наследнику. Он, отпустив ножны меча, который придерживал при ходьбе, ответил на приветствие. Подвели лошадь. Принц дал команду, и сам вскочил в седло. Отряд направился к воротам. Подъезжая к ним, Диоль накинул капюшон, ему не хотелось быть узнанным охраной.

Исчезновение принца обнаружили не сразу. Он накануне отпустил прислугу, якобы отправляясь с Ольдой в Макрогалию. Ольда действительно, в тот же день, чуть позже ладельфийцев уехала в сопровождении нескольких гвардейцев, выделенных королевой. Тревогу поднял новый наставник, когда учителя стали жаловаться ему, что Диоль не посещает занятий. Мальчик, конечно, расстроен тем, что в метрополию с Дестаном поехал Диолин и этим можно объяснить такое поведение, но его нигде не могут найти. Прислуга на расспросы отвечает, что принц уехал в Макрогалию. Рогнеда даже мысли не допускала, что сестра забрала Диоля с собой, ни слова не сказав матери, но все же дала указание догнать Ольду и узнать, нет ли с ней мальчика. Неужели сын похищен? Крут организовал поиски. Тщательно осмотрели столицу, предместья, порт. Опросили охранников, дежуривших в день исчезновения принца на всех воротах, но никто не видел его. Однако лошадь отсутствовала в конюшне. Кто и когда её вывел, не известно. Королева не находила себе места. Спустя сутки вернулись гонцы, отправленные за Ольдой. Как и предполагалось, принца с ней не было, и вообще она не видела его в день отъезда, даже не смогла проститься. Убитая горем мать вспомнила вдруг, как давно не навещала Диолисию. Она бросилась к дочери, девочка плакала, склонившись над книгой.

– Ты расстроена, дорогая? – обратилась она к принцессе, убедившись, что девочка не пропала вопреки её ужасным предчувствиям.

– Он знал… знал, что я буду учить эту поэму в последний день! Почему я не открывала книгу раньше? Я бы нашла… а теперь он так далеко, – всхлипывала Диолисия.

– Ты не выучила урок? – Рогнеда не могла понять причину столь горьких слёз. Девочка протянула ей исписанный лист бумаги.

– Диоль оставил письмо в книге с поэмой, которую нам задали учить.

Мать взяла драгоценную весточку и углубилась в чтение, принцесса продолжала плакать.

– Успокойся, дорогая, брат любит тебя, он оставил записку в книге, рассчитывая, что найдёшь её именно ты, а ни кто-нибудь другой.

Диолисия вытерла слёзы:

– Правда? А он вернётся или будет жить в Ладельфии?

– Вернулся же он из Титании, а это было куда труднее, да и увезли его туда против воли, а в Ладельфию он отправился сам. – Рогнеда тяжело вздохнула. – Как он мог?

– Поехал завоёвывать престол для Дестана.

– Да, я прочла. Только причём тут он?

– Вместо Диолина, – слёзы уже совсем высохли, девочка гордилась братом.

– Диолин тоже не причём, – покачала головой королева. – С тех пор, как Энварда нет во дворце.… Когда же всё наладится?

Диолисия утешилась и приступила к поэме, Рогнеда пошла к себе, захватив письмо сына. Приказала пажу срочно найти наставника Андэста. Давно она не говорила с ним. Женщина была настроена решительно. Этот человек всему виной, пусть хоть наизнанку выворачивается, но Диоля вернёт во дворец. Едва Рогнеда вошла в кабинет, как доложили, что Андэст ожидает. Сквозь стены он, что ли ходит? Старик, конечно, уже знал обо всём, но тон королевы, сообщившей об отъезде Диоля с ладельфийской делегацией, был для него неожиданностью, он даже не сразу понял, в чём его обвиняют:

– Ваше величество, я слышал, как ладельфийцы обсуждали участие принца в их борьбе за престол, но речь шла о Диолине! Они яростно спорили, и как мне показалось, не пришли к единому мнению. Диолин в Титании, кроме того, делегации разрешено гостить во дворце, дожидаясь Дестана, я был уверен – времени ещё достаточно. Кто знал, что Диоль выдаст себя за Диолина!

– Вам прекрасно известно, Диолин не имеет никакого отношения к Ладельфии, точно так же, как Диоль! Ваша идея объявить моего ребёнка сыном Зурии привела к этой беде. Неужели не понятно?

– Но, ваше величество…

– Я знаю, у вас есть настоящий внук? И он, по-видимому, старше принца.

– Да, Тиль. Ему скоро тринадцать.

– Так вот, Андэст, берите внука, настоящего внука ладельфийской принцессы и везите его этим борцам за трон, а нашего с Энвардом сына, будьте так любезны, верните во дворец, – остановив пытавшегося возразить старика, она решительно добавила: – этим займётся Крут! Вам грозит обвинение в государственной измене, но пока есть возможность избежать его. Идите!

Андэст, поражённый словами Рогнеды, поблек и согнулся. Он не помнил, как покинул кабинет, но услышал, как королева приказывает секретарю вызвать Крута для важного поручения гвардейцам. Противостоять королеве наставник не мог, сообщить полученные сведения об иностранной помощи королю Ладельфии, не решился, опасаясь ещё больше напугать её. Был бы здесь Дестан! но он далеко, а командующий не станет слушать старика, имея приказ королевы. Что ж, хотя он оказался на обочине решительных действий, надо уберечь внука и вернуть принца. Крут приступил к выполнению приказа Рогнеды мгновенно. Несколько групп разведчиков выслали, поручив выяснить, каким путём двинулась группа в Ладельфию. Возможно три варианта: напрямую в Ладельфию, через Араксию, или морем. Всё зависело от того, в какую часть страны намерены попасть путники. О положении дел в соседнем королевстве известно только то, что столица в руках повстанцев. Где именно скрывается Корнильё, кто его поддерживает, какая часть страны ему по-прежнему подчиняется, полонийцы не знали, поэтому трудно просчитать передвижения похитителей. Разведчики, обнаружив следы ладельфийцев, должны выслать во дворец сообщение и начать преследование. Отряд, подготовленный к тому времени, пустится в погоню. По приказу королевы в составе этого отряда должны находиться Тиль – настоящий потомок ладельфийской династии и Андэст.